Энид Блайтон
Тайна коттеджа "Талли-Хо"

НА СТАНЦИИ В ПИТЕРСВУДЕ

   Однажды днем на платформе маленькой железнодорожной станции Питерсвуда появились четверо ребят и маленький скотч-терьер. Песик со счастливым видом носился вокруг ребят, безостановочно виляя хвостом.
   – Возьму-ка я Бастера на поводок, – сказал Пип. – Мы пришли слишком рано и два-три поезда еще наверняка пропустим. Ко мне, Бастер!
   Песик радостно поспешил на зов, все так же весело работая хвостиком, и несколько раз коротко тявкнул.
   – Ну что, старина, соскучился по Фатти? – спросил Пип, наклоняясь, чтобы пристегнуть поводок. – Мы, честно говоря, не меньше. Да постой же ты секунду спокойно!
   – Держи его крепче! – посоветовал Ларри. – Сейчас скорый проедет.
   Бастер держался до последнего, но, когда поезд, проносясь мимо станции, испустил вдруг долгий пронзительный свист, все же не выдержал и нырнул под ближайшую скамейку. Там он и сидел, дрожа мелкой дрожью, пока шум поезда не затих вдали. Ух, какой жуткий свист!
   – Просто ужас! – подтвердила Бетси. – Ну ничего, Бастер, выше нос, скоро увидишь своего хозяина. Мы так полюбили тебя за это время!
   – Ты даже маме понравился! – добавил Пип, потрепав Бастера по спине. – А ведь она не хотела сначала, чтобы ты пожил у нас, пока Фатти в Швейцарии.
   – Ума не приложу, и зачем это Фатти понадобилось уезжать в Швейцарию на целых две недели, да еще на Рождество! Все праздники пропустил, – пожаловалась Бетси.
   – Не мог же он не поехать с родителями, – возразила Дейзи. – Надеюсь, он неплохо провел там время.
   – Ему при его комплекции и горные лыжи не страшны – упадет и даже не заметит, – со смехом подхватил Ларри. – Сколько времени? Ой, как же мы рано пришли! Что делать будем?
   – На перроне холодно. Пойдемте лучше в зал ожидания, – предложила Дейзи. – Пошли, Бастер!
   Но Бастер и не думал трогаться с места. Пип потянул за поводок:
   – Да пойдем же, дурачок. Посидим в зале ожидания. Фатти еще не скоро приедет.
   Бастер сидел как вкопанный. Фатти приедет на поезде и сойдет на эту платформу – а значит, Бастер будет ждать его здесь, и нигде более.
   – Привяжи его к скамье, – посоветовал Ларри. – Даже если нам удастся затащить его в зал ожидания, он там совсем затоскует. Ну и болван ты, Бастер! Лично я ни за что на свете не стал бы сидеть на этом ледяном перроне!
   Ребята привязали Бастера к ножке скамейки, а сами отправились в зал ожидания. Правда, камин там еле теплился, но все же это было какое-то укрытие от гуляющего на улице ледяного ветра.
   – А нам ведь сегодня повезло! – заявила Дейзи, усаживаясь на жесткую деревянную скамью. – Раз Фатти едет с родителями, значит, он не сможет переодеться и разыграть нас! Придется ему в виде исключения побыть самим собой.
   – Вот и прекрасно! – воскликнула Бетси. – Хочу видеть его именно такого, какой он есть, – толстого, веселого, с улыбкой до ушей! Ведь он не успел вернуться из школы, как уехал в эту свою Швейцарию!
   – Пари держу, я знаю, что он скажет, как только нас увидит, – засмеялся Пип. – Он спросит: «Надеюсь, вы припасли для меня хорошую загадку?»
   – А мы ничего не приготовили, – вздохнул Ларри. – В Питерсвуде все это время было тихо, как в могиле. Гун отдохнул на славу.
   У Гуна, местного полицейского, и впрямь выдались две безмятежные недельки. Ни один пес не погнался за овцой, ни одна мелкая кража не возмутила общественного спокойствия. Так что у Гуна было полно времени, чтобы всласть подремать в своем огромном кресле!
   К станции подъехало такси, а за ним еще одно. Из окошка первой машины высунулся мужчина и поманил единственного носильщика.
   – Эй, носильщик, возьмите-ка наш багаж! Да побыстрее, мы опаздываем!
   Его тон не допускал никаких возражений. Не прошло и минуты, как подбежавший носильщик подхватил два небольших саквояжа. Мужчина вылез из такси и помог выйти своей спутнице. Оба они были средних лет, хорошо одеты и выглядели очень жизнерадостно. Женщина держала на руках крошечного белого пуделя.
   – Ох, какой ветер! – воскликнула она. – Поппит, малышка, как бы ты у меня не простудилась! – И она упрятала собачку под свою шубку, так что наружу торчал только симпатичный остренький носик. «Да, – подумали наблюдавшие за этой сценой ребята, – эта собачка и правда любимица своей хозяйки!»
   Из второй машины выбралось четверо или пятеро человек, все шумные и веселые. Ну конечно, провожают первых двоих!
   – Поживее, Билл, времени у нас в обрез! – сказала женщина с собачкой.
   – Времени полно, – возразил Билл и вышел на платформу. – А это не поезд идет? Кажется, мы все-таки опаздываем!
   Женщина с собачкой кинулась к нему.
   – Да нет, это не наш! – облегченно вздохнула она. – Он идет с другой стороны. Ох, Поппит, как же я испугалась!
   Новоприбывшие так галдели и суетились, что ребята даже вышли из зала ожидания, чтобы взглянуть на них поближе.
   – Желаю хорошо провести время! – прогремел рыжеволосый здоровяк и так хлопнул по спине мужчину по имени Билл, что тот даже закашлялся.
   – Пришлите телеграмму, когда прибудете на место, – добавила одна из женщин. – Нам будет так не хватать вас и ваших чудесных вечеринок!
   Женщина с собачкой присела на ту скамью, к которой был привязан Бастер, и опустила пуделя на перрон. Бастер тут же принялся обнюхивать курчавую шерстку собачки, и Поппит[1] взвизгнула с перепугу. Бастер восторженно запрыгал вокруг скамьи; его поводок обвился вокруг ног сидящей женщины. Та подхватила Поппит на руки, испугавшись, что Бастер цапнет ее любимицу.
   В эту минуту к станции с грохотом подлетел очередной поезд. Поппит от страха чуть с ума не сошла. Соскочив с рук хозяйки, она во всю прыть припустила прочь. Бастер рванулся вслед за ней, забыв о поводке, и чуть не задушил сам себя ошейником. Его поводок захлестнул ноги женщины, и та упала, громко крича:
   – Поппит! Поппит, ко мне! Да поймайте же ее кто-нибудь!.. А это что за гадкий пес? Брысь отсюда!
   Смятение было ужасное. Ребята кинулись ловить Поппит, а Пип поспешил на выручку бедному Бастеру, которому крепко доставалось от разъяренной хозяйки Поппит. Женщина изо всех сил пинала Бастера ногами и при этом вопила на всю платформу:
   – Чья это собака?! Кому понадобилось привязывать ее здесь? Полиция! Где моя Поппит?!
   – Ну-ну, Глория, не переживай так, – пытался ее успокоить мужчина по имени Билл.
   В суматохе никто – даже четверо друзей – не обращал внимания на подъехавший поезд. А между тем Фатти уже стоял на перроне – загорелый, в меру упитанный и прямо-таки пышущий здоровьем. Он был крайне удивлен, заметив, что друзья даже не смотрят в его сторону.
   – Возьмите такси, – повернулся он к родителям. – А я пойду пешком с ребятами – вон они стоят.
   И Фатти направился к Пипу, который тщетно пытался извиниться перед рассерженной женщиной и ее мужем. Теперь он крепко держал Бастера за ошейник, а тот так и извивался, стараясь вывернуться. Наконец пес рванулся изо всех сил – и, отчаянно лая, оказался на свободе.
   – Ну слава Богу! – произнес знакомый голос. – Хоть кто-то меня признал! Привет, Бастер!
   Ребята обернулись, как по команде. Бетси так ринулась к Фатти, что чуть было не сшибла его с ног:
   – Фатти! Ты здесь!
   – Похоже на то, – скромно ответил Фатти. Даже странно, что станция не рухнула от дружеских тычков, хлопанья по спинам, а главное – от счастливого лая Бастера, который так прыгал вокруг хозяина, цепляясь коготками за его брюки, что Фатти пришлось взять его на руки.
   – Это ваша собака? – строго вопросил мужчина по имени Билл. – Совершенно невоспитанный пес! Сбил с ног мою жену – посмотрите, у нее вся шуба в грязи! О, вот и полицейский – очень кстати. Подойдите сюда, пожалуйста. Я хочу подать жалобу на этого пса. Он находился без присмотра, напал на собаку моей жены, а ее саму сбил с ног.
   К ужасу ребят, к ним приближался мистер Гун! Он заехал на станцию купить газету, а услышав шум, вышел на перрон поглядеть, в чем дело. Глаза полицейского заблестели от радости.
   – Вы говорите, сэр, этот пес напал на вашу жену? Прекрасно! Я немедленно составлю протокол! От этой собаки давно уже никому житья нет – уже очень давно!
   Гун вытащил записную книжку и послюнявил карандаш. Какая удача – официальная жалоба на этого мерзкого пса!
   Злополучный поезд уже отошел от станции, но этого никто не заметил. Все, кто был на перроне, глазели на группку ребят, окруженную взрослыми. Бастер, едва завидя Гуна, соскочил с рук Фатти и радостно запрыгал вокруг полицейского. Гун замахал на него записной книжкой.
   – Забери немедленно свою собаку! Забери, слышишь?.. Все равно я этого так не оставлю! Я составлю протокол…
   Но в этот момент женщина радостно вскрикнула:
   – Ну слава Богу, Поппит! Спасибо, Ларкин, – где вы ее поймали? Я уже боялась, что вы опоздаете и не успеете ее забрать!
   Странного вида был этот Ларкин: сутулый, прихрамывающий, бесформенный в своем огромном старом пальто. Нижнюю часть его лица закрывал шарф, а на лоб по самые глаза была надвинута потертая шляпа. На руках он нес Поппит.
   – Это еще кто? – осведомился Гун, с удивлением разглядывая странную фигуру.
   – Это Ларкин, он живет во флигеле у нас в «Талли-Хо», – объяснила женщина. – Мы велели ему подойти к отходу поезда и забрать Поппит. Он присмотрит за ней, пока нас не будет… Но я не хотела расставаться с моей дорогой Поппит до самой последней минутки, правда, солнышко мое? – Она прижала собачонку к груди и повернулась к Ларкину. – Хорошенько за ней приглядывайте, слышите? И пожалуйста, не забудьте, о чем я вас просила… Я скоро вернусь к тебе, лапочка моя, радость моя!.. А теперь унесите ее, а то она опять испугается поезда.
   Ларкин, прихрамывая, зашаркал прочь. За все это время он так и не произнес ни единого слова. Поппит, которую он словно куклу засунул под пальто, безучастно притулилась у него за пазухой.
   Гун все еще держал в руках записную книжку – ему явно не терпелось составить протокол. Ребята прикинули, не удастся ли удрать, но полицейский зорко следил за ними.
   – А теперь, сударыня, – начал Гун, – насчет вот этого пса. Будьте добры, сообщите, пожалуйста, ваши имя и адрес и…
   – Наш поезд! – вскрикнула вдруг женщина, и Гуну волей-неволей пришлось отступить перед лавиной прощальных поцелуев, рукопожатий и последних напутствий, обрушившихся на отъезжающих. Наконец мужчина и женщина забрались в вагон, поезд тронулся, провожающие замахали руками.
   – Тьфу ты черт! – с досадой сказал Гун, захлопывая записную книжку, и обернулся, ища глазами Бастера и ребят. Но их уже и след простыл!

СНОВА ВМЕСТЕ!

   А пятеро ребят и Бастер в это время были уже на полпути к дому.
   – Повезло нам, что поезд вовремя подошел! – задыхаясь, проговорил Пип.
   – Какой все-таки гадкий этот Гун! – воскликнула Бетси. – Бастер ни в чем не виноват. Он не сделал ничего плохого.
   – Давайте где-нибудь спрячемся, пока Гун не проедет, – предложила Дейзи. – Он ведь наверняка не оставит нас в покое, а пешком от его велосипеда нам ни за что не удрать.
   – Обязательно надо спрятаться! – подхватила Бетси, которая панически боялась здоровяка полицейского.
   – Согласен. Вон подходящее место. – И Фатти указал на заброшенную сторожку, стоявшую на обочине дороги. – Мы как раз поместимся. Гун проедет в двух шагах от нас!
   Друзья едва успели забраться в сторожку, как из-за поворота на полной скорости вылетел Гун и на всех парах понесся дальше – в погоню за пятью сорванцами, а главное – за этим Канальей в Собачьей Шкуре! Промелькнула на миг его физиономия.
   – Все, проехал, – улыбнулся Фатти. – Пожалуй, не стоит пока попадаться ему на глаза. Кстати, расскажите мне наконец, что же произошло? Ничего себе друзья: я возвращаюсь после долгого отсутствия, а они на меня – ноль внимания, фунт презрения!
   – Ой, Фатти, все случилось так быстро!.. – начала Бетси. Пока они дошли до дома, она рассказала ему все, от начала до конца: и как они привязали Бастера к скамейке, и как подъехали мужчина и женщина со своими друзьями, и как Бастеру понравилась Поппит, и что из-за этого произошло…
   – Ну и суматоха там поднялась! – воскликнул Пип. – Извини, Фатти, мы правда тебя не заметили.
   – Ладно уж, – добродушно проворчал Фатти. – Я вас просто поддразнивал. Бетси, как вел себя Бастер, пока меня не было?
   – Идеально! – воскликнула девочка. – Я буду так скучать по нему! Мама не позволяла ему спать ни в моей комнате, ни в комнате Пипа, но, хотя он и привык спать возле твоей кровати, Фатти, он ни разу не залаял, только один раз ночью скребся ко мне в дверь… Ты ведь воспитанный пес, правда, Бастер? – спросил Фатти, и маленький скотч-терьер в знак согласия завилял хвостом.
   – Черт бы взял этого Гуна! Надо же было так не вовремя появиться! Теперь он ни за что не отстанет – потребует отвечать за «зверское нападение оставленной без присмотра собаки». По-моему, он так и записал в свою книжку. Нам надо продумать, что мы ему скажем…
   – Пришли! – сказал Пип, останавливаясь перед домом Фатти. – Когда увидимся, Фатти? Ведь сейчас-то, наверно, тебе надо распаковываться?
   Фатти кивнул.
   – Приходите завтра ко мне в сарайчик, – предложил он. – А если наткнетесь на Гуна, скажите ему, что хозяин Бастера – я, со мной он и должен беседовать. Ладно, до скорого! Все новости расскажете завтра!
   Он вошел в калитку и – через заднюю дверь – в дом. Бетси вздохнула:
   – Жаль, что нельзя посидеть сейчас всем вместе. Ужасно хочется поболтать с Фатти как следует. Здорово он загорел, правда?..
   К большому облегчению Бетси, мистер Гун к ним так и не нагрянул. Не встретился он Пипу с Бетси и на следующее утро, хотя они смотрели во все глаза, направляясь в гости к Фатти в его сарайчик, расположенный в глубине сада Троттевиллов.
   Фатти, Ларри и Дейзи уже ждали их в сарайчике. Ах, как там было тепло и уютно! Ярко, в полную силу, светила масляная лампа. Фатти – их старый добрый Фатти – угощал гостей шоколадом и откупоривал бутылки имбирного пива и лимонада. Пипа и Бетси он встретил широкой улыбкой.
   – Заходите. Зануду Гуна видели?
   – Нет. А кто-нибудь его видел? – поинтересовалась Бетси.
   Гуна, слава Богу, не видел никто. Бастер не спеша прошествовал к Бетси и улегся у ее ног.
   – По-моему, он тебя теперь тоже считает хозяйкой, – улыбнувшись девочке, сказал Фатти. Он очень любил маленькую Бетси – ну, а та в нем просто души не чаяла.
   – Какой ты стал смуглый, Фатти! – восхитилась Бетси, глядя на его загорелое лицо. – Если ты теперь захочешь переодеться каким-нибудь индусом или арабом, тебе это будет раз плюнуть.
   – А что, неплохая идея! – отозвался Фатти. – Надо будет опробовать ее на старине Гуне. У меня просто руки чешутся в кого-нибудь переодеться. Ужасно хочется опробовать новые задумки. В школе особо не развернешься – за прошлую четверть я переодевался всего один раз.
   – Кем? – хихикнув, спросила Дейзи. – Расскажи, пожалуйста, Фатти! Я же знаю, тебе и самому хочется!
   – Да ну, ничего особенного, – небрежно ответил Фатти. – Наш учитель французского заболел, и директору пришлось пригласить другого. И этот другой… словом, он прибыл немного раньше времени и был довольно странный.
   – А на самом деле это был ты, Фатти? – развеселился Пип. – Рассказывай скорее! С тобой не соскучишься!..
   – Ну, я разрядился в пух и прах, нацепил накладные усы и вставил фальшивые зубы, – продолжал Фатти. – Еще надел черный кудрявый парик, а улыбку мою из-за зубов за милю было видно…
   Ребята расхохотались. Они-то знали, как устрашающе выглядят вставные передние зубы Фатти!
   – И попросил отвести тебя к директору? – спросила Бетси.
   – Что я – сам себе враг? – возмутился Фатти. – Просто я знал, что три-четыре преподавателя всегда околачиваются возле футбольной площадки, вот и отправился туда. Ух, что я им плел! «Эта славная мальчики – они ждут мой приход, ведь да? И – как это у вас называть – директор, он меня тоже ждет? А это есть футбол, да? Бум-бум – как этот мальчик бьет по мячику!»
   Фатти так точно изобразил француза, что его друзья просто покатились от хохота.
   – По-моему, я им не очень понравился, – продолжал Фатти. – Они забормотали что-то насчет уроков и удалились один за другим. Наверно, мои зубы их спугнули. И они были чертовски удивлены, когда появился настоящий преподаватель французского!
   – И как он выглядел? Был похож на тебя? – поинтересовался Ларри.
   – Ни капельки. Он оказался маленький, почти лысый, бородатый, зубов вообще не разглядишь! – ответил Фатти. – Ух, какой тут поднялся переполох! Все решили, что первый посетитель хотел обманным путем проникнуть в школу, чтобы ограбить директорский сейф, – а бедный француз никак не мог уразуметь, почему это его появление так всех удивило.
   – Просто не знаю, как ты отваживаешься на подобные штуки, – сказал Пип. – У меня бы никогда не хватило смелости – а если б я и решился, меня бы тут же разоблачили. Как это ты умудряешься не попадаться, Фатти? У тебя просто талант на такие вещи!
   Фатти скромно улыбнулся.
   – Надо же мне понемногу тренироваться, раз я собираюсь стать настоящим сыщиком! Кто-нибудь хочет еще пива?.. Ну, теперь рассказывайте, какую загадку вы для меня припасли? Это был бы самый лучший подарок!
   – Загадками тут даже и не пахнет, – вздохнул Ларри, потягивая имбирное пиво. – Гун, должно быть, совсем заскучал за рождественские праздники.
   – Печально, – помрачнел Фатти. – После двух недель ничегонеделания – кроме как дуракаваляния в снегу – я так надеялся хоть немного поработать мозгами!
   – Расскажи нам о Швейцарии, – попросила Бетси. – Что, много у тебя там было «мягких посадок»?
   Выяснилось, однако, что Фатти не только ни разу не слетел с горы вверх тормашками, но, напротив, необыкновенно преуспел во всех видах зимнего спорта и даже выиграл несколько призов. Он старался рассказывать об этом поскромнее, но это у него плохо получалось – Фатти оставался сам собой!
   – Фатти, ты все такой же! – ухмыльнулся Ларри. – Вундеркинд! Как всегда, лучше всех!
   – Надо же – ни разу не упал! – добавил Пип. – Мой кузен Рональд рассказывал, что, когда учишься кататься на лыжах, чаще оказываешься на голове, чем на ногах. Но к нашему Фатти это, конечно, не относится!
   – Перестаньте его дразнить! – остановила их Дейзи. – А то он обидится и не будет больше рассказывать. Продолжай, пожалуйста, Фатти!
   – Лично я буду тебя слушать, даже если все разойдутся! – самоотверженно заявила Бетси, которую даже хвастовство Фатти приводило в восхищение.
   Фатти тяжело вздохнул.
   – Нет уж, хватит, не буду больше вам надоедать. Расскажите лучше, что у вас новенького. Много получили рождественских открыток? Вкусная была индюшка? А как фея на верхушке елки – здорово выглядела?
   – Заткнись, Фатти, – сказал Пип и ткнул его кулаком в бок. Это послужило сигналом к началу всеобщей свалки, к которой с восторгом присоединился и Бастер. Шум стоял такой, что никто не услышал стука в дверь – даже Бастер, у которого от лая чуть голова не отлетела.
   В следующее мгновение дверь открылась и в сарайчик заглянула мать Фатти, миссис Троттевилл.
   – Фредерик! – изумленно воскликнула она. – Фредерик! Что здесь происходит? Вы опрокинете плитку! ФРЕДЕРИК!
   Первым услышал хозяйку Бастер и тут же замолчал. Некоторое время он оценивал ситуацию, а затем коротко тявкнул, как бы говоря; «Эй вы, кончайте дурачиться! Тревога!»
   Следующим был Пип. Он моментально выбрался из кучи малы, барахтающейся на полу, и нагнулся к Фатти, который оказался в самом низу.
   – Фатти! – прошептал Пип ему в ухо. – Внимание! Опасность!
   Фатти резко сел и огляделся. Увидел он открытую дверь и мать, стоящую в дверном проеме. Поспешно пригладив волосы, мальчик расплылся в улыбке.
   – А, мама! А я и не слышу, – вежливо проговорил он. – Заходи, пожалуйста. Хочешь шоколадку? Или лимонаду? По-моему, у нас еще осталось немного…
   – Не валяй дурака, Фредерик, – прервала его мать. – Вы что, с ума посходили?! Как пить дать, опрокинете плитку Только пожара нам не хватало!
   – У меня здесь всегда наготове ведро воды, мама, – успокоил ее Фатти. – Честное слово, тебе не о чем беспокоиться. Мы просто… Ну, мы так обрадовались, что снова вместе, что… э… ну, в общем…
   – Некогда мне слушать твои сказки, – раздраженно перебила его миссис Троттевилл. – Я зашла, только чтобы сказать, что тебя к телефону. Мистер Гун хочет о чем-то с тобой поговорить. Очень надеюсь, Фредерик, что ты не успел еще чего-нибудь натворить. Ты ведь только вчера вернулся!
   Мистер Гун!.. Друзья испуганно переглянулись. Значит, он все-таки не собирается оставить в покое беднягу Бастера!
   – Ладно, иду, – вздохнул Фатти, вставая и отряхиваясь. – Чтоб ему пусто было! Да все в порядке, мама, не смотри ты на меня так! Честное слово, я не сделал ничего плохого.
   И он, в сопровождении миссис Троттевилл и Бастера, поплелся к дому.
   Ребята переглянулись. Какую еще пакость приготовил для них мистер Гун?

МАЛЫШКА ПОППИТ

   Терпение мистера Гуна было на пределе. Куда запропастился этот гадкий мальчишка?! Полицейский принялся изо всех сил орать в трубку:
   – Алло! Алло! Где ты там? Алло!
   Когда Фатти взял трубку, рев мистера Гуна чуть его не оглушил. Мальчик набрал побольше воздуха и тоже заорал:
   – Алло! Алло! Доброе утро! Алло! Алло! Алло!..
   Гун даже от трубки отпрянул от неожиданности.
   – Эй… Это ты наконец? – осведомился он. – Чего это ты так вопишь?
   – Да ничего. Просто мне показалось, у нас состязание, кто кого перекричит, – самым вежливым тоном ответил Фатти.
   Гун начал закипать. Фатти обладал удивительной способностью доводить его до белого каления. Брызгая слюной, он зашипел в трубку.
   – Эй ты, что ты себе позволяешь… не смей…
   – Не могу разобрать, что вы говорите, – озабоченно отозвался Фатти. – Мистер Гун, не могли бы вы держать трубку поближе ко рту?
   – НЕТ! – взревел полицейский. – И смотри у меня, я…
   – Куда смотреть? Вы имеете в виду, на телефон? – полюбопытствовал Фатти.
   Мистер Гун чуть не разбил телефонный аппарат.
   – Я хочу, чтобы ты пришел ко мне завтра утром ровно в десять! – орал он. – И ты прекрасно знаешь зачем! Насчет жалобы на твою собаку!
   – Вы же не успели получить официальную жалобу, – напомнил ему Фатти.
   – Ну, предположим, завести дело я и так могу, – заявил Гун.
   – Ну, предположим, не можете. – Фатти тоже начинал злиться.
   – Что ты сказал?! – снова заорал полицейский. – Ничего существенного, – ответил Фатти. – Хорошо, завтра я буду у вас со всеми моими свидетелями – включая Бастера, конечно.
   – Нет!!! Не смей приводить эту несносную псину! – закричал Гун. Но было поздно – Фатти уже бросил трубку. Черт возьми этого Гуна!
   Друзья, выслушав рассказ Фатти, приуныли.
   – Мы пойдем с тобой! – воскликнула преданная Бетси. – И обязательно возьмем Бастера. Раз он подсудимый – ведь так это называется? – ему следует предоставить слово для защиты, правда?
   – Слово он получит, не беспокойся, – поддержал ее Пип. – Ну и тип этот Гун! Каникул-то осталось всего ничего, так он и это время норовит испортить!
   – Пошли гулять, – предложил Фатти. – Солнце уже высоко, а мне хочется избавиться от привкуса Гуна во рту!
   Все рассмеялись.
   – Какие глупости ты болтаешь! – сказала Дейзи. – Пойдемте к реке. Лебеди теперь приводят к берегу птенцов, чтобы их тоже покормили. Надо взять побольше хлеба.
   Ребята оделись и прошли через сад на кухню. Повариха положила им в корзинку хлеба, и друзья отправились к реке.
   Покормив лебедей, они побрели вдоль реки, наслаждаясь бледным январским солнцем. Лебеди некоторое время плыли за ними – взрослые птицы впереди, молодые – чуть сзади. Проходя мимо одной из калиток, выходивших к реке, Бетси рассеянно заглянула во двор.
   – Посмотри-ка, – потянула она Фатти за рукав, – точно такой же пудель, как вчера на станции!
   Ребята остановились.
   – Да нет, это не та собака, – возразил Пип и, пользуясь своим положением старшего брата, поучительно добавил: – В следующий раз, Бетси, сначала думай, потом говори. Посмотри как следует – ничего похожего! Эта раза в два больше.
   Завязался спор.
   – И вовсе не больше, а точно такая же! – утверждала Дейзи.
   – У вас, девчонок, совсем глазомера нет, – высокомерно заявил Ларри.
   – А я вот сейчас возьму и докажу, – сказала внезапно Бетси и громко позвала: – Поппит! Поппит! Поппит, это ты? Сюда, Поппит!
   Собачка рванулась к калитке, и ее жесткий маленький хвостик заходил как маятник.
   – Видели?! – торжествовала Бетси. – Что я вам говорила! Поппит, миленькая моя! Ну скажи, Фатти, разве она не прелесть? Двигается, как балерина!
   – Верно. – Согласился Фатти. – Вот-вот встанет на цыпочки и сделает пируэт! Эх, Поппит, и что тебе сделал бедняга Бастер?
   Поппит просунула между прутьями калитки свой заостренный носик и обнюхала Бастера, а Бастер обнюхал ее. Затем он лизнул собачонку в кончик носа.
   – По-моему, она ему приглянулась, – улыбнулась Бетси. – Одиноко ей, наверное, без хозяев. Не очень-то мне понравился тот человек, что забирал ее домой, а вам?
   – Действительно малоприятный тип, – согласился Фатти, – хотя я его особо не разглядел. Интересно, где они живут… Вон в том домике, наверно.