Петер Хакс
Самозванец

   © Peter Hacks, 1968
   © Перевод. Э.В. Венгерова, 2013
   © Агентство ФТМ, Лтд., 2013
 
   Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.
 
   © Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес ()

Действующие лица

   Дмитрий Иванович, царь
   Князь Василий Шуйский
   Князь Георгий Галицкий
   Ксения, дочь Шуйского
   Юр, секретарь Дмитрия
   Начальник царской охраны
   Лакей
   Архиепископ Львовский, польский посланник
   3 охранника, 2 иезуита
 
   Кремль, царский дворец. 1606

Действие первое

   Комната с иконами. Единственный предмет мебели – кресло Дмитрия.
1
   Дмитрий, Юр
   Дмитрий. Слушай же, твой царь влюблен.
   Юр. Бывает. И как зовут девицу?
   Дмитрий. Княжна Шуйская.
   Юр. Шуйская?
   Дмитрий. Да, в ней есть глубина. Она так задумчива. Не то что другие женщины, которые только и делают, что порхают с места на место.
   Юр. Ксения Шуйская – очень родовита. Посягательство на нее кое-кому не понравится.
   Дмитрий. То, что делает царь, понравится всякому.
   Юр. Умеренность – не признак слабости. Король Сигизмунд полагает, что вам не следует слишком раздражать ваших русских варваров.
   Дмитрий. С каких пор король судит о деяниях цесаря?
   Юр. Так или иначе, он помог вам занять трон.
   Дмитрий. Это трон моего отца. Король Польши всего лишь помог мне взойти на него.
   Юр. Верно. Но взойти на него помог вам король Польши. Не мешает иногда взглянуть на вещи с точки зрения их происхождения. Король понес расходы. И вы могли бы ради него несколько умерить свои амбиции.
   Дмитрий. Умерить? Разве я крепостной?
   Юр. Откровенно говоря, государь, Речи Посполитой уже надоело исправлять ваши ошибки и исполнять ваши капризы. В один прекрасный день Запад может бросить вас на произвол судьбы. Эта мысль не так уж немыслима.
   Дмитрий. А кто же тогда займется вашими грязными делами в России? Ну, хорошо, хорошо. Юр, золотой мой, не будем ссориться, нет причины. У меня самые честные намерения – жениться на Ксении.
   Юр. Государь, вы уже женаты.
   Дмитрий. Вероятно, в Кремле еще найдется яд. Оставь меня, я сообщу тебе об этом деле, когда сочту нужным.
   Юр. К вашим услугам.
   Дмитрий. Я представляю новое время, смену курса, господство милосердия и снисходительности. И никому не советую вставлять мне палки в колеса.
   Юр. Возможно, вы слишком безудержны в проявлении этих добродетелей. Везде говорят о мятеже.
   Начальник личной охраны.
2
   Дмитрий, Юр, Начальник охраны
   Начальник. Разрешите доложить, государь. Замышляется заговор.
   Юр. Кто его замышляет?
   Начальник. Неизвестно.
   Юр. Что мы о нем знаем?
   Начальник. Ничего.
   Юр. Почему же ты говоришь о заговоре?
   Начальник. Шум усиливается.
   Юр. Какой шум?
   Начальник. Шум на площади.
   Дмитрий. Что за шум?
   Начальник. Шум на площади, ваше величество.
   Дмитрий. О чем ты говоришь?
   Начальник. Я говорю о шуме на площади, он усиливается с каждым днем.
   Дмитрий. Говори громче, негодяй. Говори так, чтобы хозяин мог тебя услышать.
   Начальник. Я и так чуть ли не ору.
   Дмитрий. Почему же я тебя не слышу?
   Начальник. Площадь у кремлевской стены. Она шумит.
   Дмитрий. До сих пор я этого не замечал. Привык, наверное. И теперь мне кажется, будто собеседники говорят так тихо, что их не слышно. Своеобразный обман слуха. Так говоришь, площадь шумит?
   Начальник. Прислушайтесь.
   Дмитрий. Да, сейчас различаю. Похоже на свист чайника, который вот-вот закипит.
   Юр. Что ты там плел о заговоре?
   Начальник. Признак верный. Когда нет бунта, то и шума нет.
   Юр. Это всего лишь народ себя показывает.
   Начальник. Народ себя не показывает. Ему показывают.
   Юр. Как себя показать?
   Начальник. Да, ему показывают, как себя показать. На улице никогда не происходит ничего такого, чего бы не замыслили в задней горнице. Народ – это моя область, с вашего позволения. При ходьбе всегда одна нога впереди, другая сзади, хоть приказывай, хоть нет.
   Юр. Может быть, он изъявляет свою волю?
   Начальник. Когда я слышу, что народ изъявляет свою волю, я спрашиваю: Как зовут этого человека?
   Юр. Так как же зовут этого человека?
   Начальник. Говорят, видали князя Галицкого.
   Юр. Георгий Галицкий?
   Начальник. Он самый.
   Юр. Глупый горячий сорвиголова, государь.
   Начальник. Он скачет на белом коне, носит белый кафтан, белые сапоги с загнутыми вверх носками, горностаевую шапку и саблю в серебряных ножнах.
   Дмитрий. Если он – Святой Георгий, то кто же дракон?
   Начальник. Он ведет речи и вкладывает их в уста людям.
   Дмитрий. Что за речи?
   Начальник. Крамольные, против царей.
   Дмитрий. Какие именно?
   Начальник. Не будем об этом, государь. Не стоит повторять этой крамолы.
   Дмитрий. Что же, мне ее из тебя клещами тянуть?
   Начальник. Говорят, что царь немощен как мужчина.
   Дмитрий. Что? Я – немощен как мужчина?
   Начальник. Да, и одновременно безжалостный насильник над девицами.
   Дмитрий. И какому же из этих поношений верят?
   Начальник. Обоим, ваше величество.
   Дмитрий. Продолжай.
   Начальник. Ваша жена, наша царица, ведет себя как шлюха.
   Дмитрий. Что это значит?
   Юр. Туалеты наших польских дам радуют мужские взоры, но если принять во внимание зимнюю погоду, то, честно говоря, они слишком декольтированы для русского царства.
   Дмитрий. Обо мне что говорят?
   Начальник. Называют вас жестоким и говорят, что вы…
   Дмитрий. Продолжай.
   Начальник. Недостойны вашего отца.
   Дмитрий. Что ты так тянешь?
   Начальник. Боюсь проштрафиться.
   Дмитрий. Вот, Юр, один из вопросов, над которыми я размышляю. Четвертый Иван был в десять раз грознее меня, но каждый русский желает его возвращения. Его любили, а на меня глядят волком.
   Начальник. Они считают, что вы поклоняетесь не Богу, а монаху.
   Дмитрий. Какому такому монаху я поклоняюсь?
   Юр. Он имеет в виду папу.
   Дмитрий. Так я не должен почитать Святого отца? (Юру.) Думаешь, они знают о моем тайном переходе в католичество?
   Юр. Ничего они не знают.
   Начальник. Говорят, вы марионетка исконного врага державы.
   Дмитрий. Ты что себе позволяешь, польский пес?
   Начальник. Смилуйтесь, государь. Я охраняю Кремль. Я только исполняю приказы моего короля.
   Дмитрий. А не твоего царя, так что ли?
   Юр. Его король приказал ему исполнять все приказы царя. Он недалекого ума, но солдат хороший, не нужно придавать значения его косноязычию. Можешь вернуться на свой пост.
   Начальник. Мы здесь – хозяева, но страна-то чужая.
3
   Дмитрий, Юр
   Дмитрий. Галицкий? Ты думаешь, это Галицкий?
   Юр. Он знает лишь того, кто на виду.
   Дмитрий. А ты знаешь того, кто не на виду?
   Юр. Как не знать.
   Дмитрий. Кто стоит за Галицким?
   Юр. Шуйский.
   Дмитрий. Кто?
   Юр. Ваш новый тесть, если вы не откажетесь от вашей блажи.
   Дмитрий. Это не просто блажь. Князь Василий Шуйский – угрюмый брюзга, себе на уме. Бог знает, что он замышляет. Я старику никогда не доверял.
   Юр. Вопрос в том, настаиваем ли мы на этой женитьбе.
   Дмитрий. Больше, чем когда-либо. Ксения Шуйская – боярышня из самых родовитых. Ее предки – великие князья Новгородские и Суздальские, она по прямой линии происходит от Александра Невского. Дочь Шуйского и сын Ивана – это внушит доверие черни. Князья по крови имеют право претендовать на трон.
   Юр. Выходит, Шуйский имеет право претендовать на трон?
   Дмитрий. Он хочет стать царем?
   Юр. Может захотеть.
   Дмитрий. Для чего?
   Юр. Государь?
   Дмитрий. Зачем ему становиться царем? Если Ксения будет царицей, Шуйские получат власть в Кремле. Нужно быть глупцом, чтобы затевать игру на свой страх и риск.
   Юр. А если он настолько глуп?
   Дмитрий. Я могу его уничтожить, как любого другого.
   Юр. С ним справиться труднее, чем с любым другим.
   Дмитрий. Шуйского на все должности посадил Иван. Меня Иван только произвел на свет. Человек Ивана значит больше, чем сын Ивана. Выступив против него, я выступлю против своего отца. Я не смогу вцепиться ему в горло, значит, я должен его обласкать. Я не могу его ни колесовать, ни четвертовать, ни посадить на кол, но могу задушить в своих объятиях. Кого нельзя иметь врагом, того нужно сделать другом.
   Юр. Все видят, что вы любите его дочь.
   Дмитрий. Да ведь она хороша.
   Юр. Понятно, куда вы клоните. Но как быть с вашей супругой, дочерью воеводы Сандомирского и подданой моего короля? Вы намерены от нее избавиться? Может быть, достаточно позволить ей удалиться в монастырь – как она того желает?
   Дмитрий. Я сам был в монастыре. Знаю, каково там живется…
   Юр. Мои полномочия не простираются так далеко, чтобы одобрить ваш разрыв с супругой. Я должен просить соизволения на этот шаг. Я обращусь с запросом в наше посольство в Москве.
   Дмитрий. Так и сделай. Ступай. – Юр! Пришли ко мне Шуйских. Немедленно. Обоих – отца и дочь. (Юр уходит.)
4
   Дмитрий
   Дмитрий. Соизволение? Я – за Европу, я добрый католик. Но наглость этих поляков становится невыносимой.

Действие второе

1
   Дмитрий, Шуйский
   Дмитрий. Итак, Шуйский, хочешь погубить меня и нахлобучить мою корону?
   Шуйский. Изволите шутить, государь. Со времен Владимира Мономаха его шапка не венчала более достойного чела.
   Дмитрий. Тогда что за мятеж затевается там, внизу?
   Шуйский. Шум толпы. Собаки лают, ветер носит. Там, на площади, ропщут лотошники, мелкое ворье, да богословы. Сплошь отребье и голытьба. Полно, государь.
   Дмитрий. Не увиливай. Ты заришься на мой престол, это доказано.
   Шуйский. Я не мог бы такого и помыслить. Ваш трон в Москве стоит неколебимо. Вы унаследовали престол и русскую державу царя Ивана, и то же можно сказать о моей к вам любви. Я служу вам верой и правдой. Единое мое честолюбивое желание – помогать вам.
   Дмитрий. Помогать?
   Шуйский. Сколько есть моих сил, государь.
   Дмитрий. Шуйский, ты знаешь, что судьба моя необычайна, предначертана свыше и достойна жалости. Ты знаешь, что Годунов приказал меня, семилетнего, умертвить в Угличе, где я жил с матерью, царицей Марией Нагой. Ты знаешь, что мой преданный дядька указал убийце другого ребенка, назвав его царевичем. И его, товарища моих детских игр, задушили и сожгли, а я счастливо спасся, избежав пламени. Ты знаешь, что дядька спрятал меня от козней Годунова в Чудовом монастыре, где я вырос, ничего не ведая о себе, пока меня не нашли там по несомненным признакам и приметам. Когда открылось, кто я таков, король Сигизмунд признал меня на сейме в Кракове и одолжил мне свою армию. Совет бояр подтвердил мои притязания, и Москва венчала меня на царство. Ты это знаешь.
   
Конец бесплатного ознакомительного фрагмента