Вася Лопухин подумал-подумал и отдал приказание:
   — Валет! Используя альпинистское снаряжение, спуститься по трещине до максимально возможного уровня. Ване — страховать!
   — Есть! — ответили биороботы. Валет обвязался веревкой, Ваня встал на страховку, и помаленьку дело пошло. Точнее, даже не помаленьку, а относительно быстро, потому что Валет, четко соблюдая правило трех точек опоры, очень точно и быстро переставлял ноги с одного выступа на другой, перехватывался руками — обычный, даже высококлассный скалолаз такой скорости себе ни за что не позволил бы! — и уже через пару минут стоял на «пятачке» и ожидал дальнейших указаний.
   Таран подумал, что даже суперпрофессионал Ольгерд, с которым они в прошлом году к Ахмеду лазили, не провернул бы все это лучше, чем эти зомбированные пацаны.
   — Проложить линию колец от трещины до уступа! — распорядился Вася, плохо представляя себе, как Валет сумеет это выполнить. Но Валет моментально отреагировал и в свою очередь скомандовал Ване:
   — Трави пять метров!
   Ваня вытравил ровно пять метров веревки — наверняка ни : сантиметром меньше! — а Валет в это время, отцепив от висевшей на поясе связки кольцо с закаленным саморасклиниваю-шимся в камне шпеньком и крепким крюком, взяв в руку молоток, принялся вколачивать шпенек в скалу. Вколотил, подергал — крепко.
   Выбрал слабину веревки, быстро накрутил узел, набросил на крюк, затянул, опустился ниже и передвинулся по скале на пару метров правее — в сторону уступа. На что ноги ставил — Юрка не разглядел. Потом вбил второе кольцо с крюком, накрутил новый узел, накинул его на второй крюк, одним рывком распустил первый узел и снова крикнул Ване:
   — Еще пять метров!
   Дальше все пошло по той же технологии, до тех пор пока у Зани хватало свободной веревки. Потом Ваня обвязался тем, что у него осталось, и даже быстрее, чем Валет, спустился на «пята-юк» трещины. Валет в это время прошел уже почти половину дистанции до уступа и невозмутимо висел на очередном крюке, южидаясь, пока появятся очередные пять метров слабины.
   Все только рты разевали, следя за действиями биороботов. Сонечно, еще не всем было ясно, как они сами смогут пройти этим маршрутом, но то, что эти суперсолдаты со своими крючками доберутся до уступа — было вне всяких сомнений.
   Даже Луза, позабыв о своих страхах, выпучил глаза и пялился на чудо-молодцов «зомби».
   Но все-таки бойцы находились не на соревнованиях по скалолазанию, а при выполнении специальной задачи. Боевой задачи, следует добавить. И об этом им очень быстро пришлось вспомнить.

СТАРЫЕ ЗНАКОМЫЕ

   Все началось с того, что рация Васку Луиша — он один держал ее на приеме, невыключенной — вдруг захрюкала:
   — «Гора», я «Перевал», ответьте.
   — «Гора» слушает, — отозвался Луиш.
   — Как самочувствие?
   — Пока нормально. Пошли вниз, частично.
   — Проблем не наблюдаете?
   — Сверхплановых нет. У вас как?
   — Пока тихо.
   — Минут через пятнадцать ваши гости прибудут.
   — Ждем-с… — ответил Болт фразой из старой рекламы банка «Империал». — Ваши тоже где-то недалеко. Богдан хочет с Васей побеседовать.
   — Вася! — донеслось из эфира. — С азимута юго-запад — 12 была отметка режима «П». Кратковременная. Источник перемещается в воздухе, курсом на вас.
   Идет по ущелью, высота 250— 300, скорость 230. Как понял?
   — Понял, работаю… — едва ответил Вася, и тут его ДЛ издал тревожный «би-ип».
   Вася тут же повернул дешифратор, что-то переключил и заорал:
   — К бою! Цель — стая птиц! В натуре — вертолет. Огонь! Все, хотя Васю командиром никто не назначал, тут же поплюхались наземь и защелкали флажками предохранителей. Но Луиш успел гаркнуть:
   — Отставить огонь! Далеко, почти тыща метров!
   Птичек почти сразу увидели. Они летели какой-то необычно густой стаей, очень дружно махали крыльями и явно намного быстрее, чем положено птицам. И птички эти слишком быстро стали подниматься из ущелья. Как-то не по-птичьи.
   — Луза, огонь! — крикнул Луиш.
   — Бей с упреждением! — посоветовал Вася. — Два корпуса! То есть, блин, две стаи…
   Ду-ду-ду-ду! — Луза затарахтел по «птичкам». И тут случилось то, что на людей неподготовленных могло бы произвести очень сильное впечатление.
   Стая птиц сперва как бы смазалась, обретя какие-то расплывчатые контуры, а затем, как бы из ничего, четко прорисовался вертолет «Ирокез», в уши ударило тарахтение и посвист его двигателя — птички-то летели почти беззвучно!
   Кроме того, сквозь щум вертолета долетел некий слабый, но вообще-то душераздирающий вопль: из отодвинутой правой двери «Ирокеза» на каменистый склон горы вывалился человек, и через пару секунд все услышали негромкое «шмяк!».
   — Это гвэпщик был! — заорал Вася. — Орел, Луза! Долби дальше!
   Наверно, у вертолета было еще чем повоевать, кроме ГВЭПа, которым он ставил видеоимитацию, и рассчитывал, подойдя поближе, долбануть в режиме «Д-0».
   Однако, после того, как «гвэп-щика» вырубили, «Ирокез» попытался поскорее выйти из зоны обстрела и круто отвернул влево с набором высоты. Возможно, он рассчитывал, что уйдет за горки, а потом повторит заход уже с другого курсового угла, чтоб накрыть группу, допустим, НУРСами или почесать из пулемета калибра 12,7. Но скорость у него была все-таки приличная, а потому он вынужден был пронестись над ребром горы, а разворот делать уже над перевалом.
   Там не проморгали. Болт, должно быть, не пожалел изгадить «стрелу-три» на «Ирокез». Кто из нее пулял гам, внизу, — неизвестно, но пальнули классно.
   Оранжевый огонек, оставляя дымный хвостик, рванулся следом за гнусной «вертушкой» и достал ее примерно над тем местом, где шла дорога, по которой тащилась колонна карвальевцев. Это было километрах в трех от горы, но все равно красиво смотрелось. В небе вспух огненно-дымный клубок, потом из него в разные стороны, оставляя за собой буро-черные дымные шлейфы, полетели и посыпались крупные и мелкие обломки вертолета. Потом донесся отдаленный гул взрыва ракеты, а после падения обломков — всякие мелкие лязги и грохи. Там, куда брякнулась двигательная установка и топливные баки, встал столб черного дыма.
   — Отлично! — вскричал Васку Луиш. — Сделали! Вася побежал к обрыву поглядеть, как дела у Вани с Валетом. Им, как выяснилось, вся война была по фигу. Они продолжали свою благополезную работу. Валет висел уже совсем близко к ус-пу, правда, колец у него оставалось немного — пара штук.
   Но на сей раз не успели даже досмотреть того, как Валет вколотит первое из этих колец, потому что с запада вновь послы-щaлcя вертолетный клекот. На сей раз пара «Ирокезов» шла открыто, не маскируясь под птичьи стаи. Вероятно, потому, что у них не было на борту ГВЭПов. Скорее всего, тот, что был сбит должен был сыграть роль разведки или передового отряда, а это была основная группа. Наверняка та компания, что летела на этой паре, уже видела, что произошло с головным. И они не стали долго церемониться, а тут же развернулись на боевой и понеслись на перевал. Юрка даже подумал на секунду, будто это просто вертолеты огневой поддержки, которые невесть откуда появились у карвальевцев вместо тех «МиГов», что Механик передавил прошлой ночью. Однако по перевалу они решили ударить исключительно в отместку, а главной их целью была все-таки гора.
   Правда, в отличие от «азеведовцев» Володи и Толика, которые лупили по перевалу совсем безнаказанно, этих «мстителей» встретило сразу четыре «ДШК» — три с «газиков», а четвертый из капонира, захваченного на перевале. Тарану с горки было плохо видно, откуда палят, но то, что навстречу вертолетам понеслась туча трассирующих пуль, он увидел. Огоньки залпа НУР-Сов, к сожалению, тоже видели. Пришелся он все-таки в перевал, там засполошило вспышками, загрохало, потом на скалах замерцали отсветы пламени. Что-то явно подпалили.
   Один из вертолетов, пронесшись над перевалом, впаялся в горку, на которой Вася Лопухин уничтожил чей-то ГВЭП. Должно быть, пилот был убит или ранен, потому что вертолет явно шел неуправляемым, закрутившись вокруг оси винта. Вспышка, язык пламени, грохот — и еще один столб дыма потянулся в темно-синее, закатное небо.
   Второй вертолет, с явными перебоями в моторе, отвернул от перевала и появился над ребром горы. Его хватило только на то, чтобы сесть на площадку метрах в ста перед кручей, по краю которой предусмотрительно залегли впятером Луиш, Лопухин, Таран, Луза и Гребешок.
   Конечно, положение у них было повыгоднее — сверху вниз мочиться лучше.
   Но из «Ирокеза» очень ловко попрыгало и раскатилось за валуны человек пятнадцать. Бойцы, конечно, не очень им помогали, но и помешать смогли не больше, чем трем-четырем. Все же четыре автомата и «ПК» не могли создать такой плотности огня, как одиннадцать-двенадцать автоматических ствоов. К тому же эти ребята почти сразу же начали хлопать из под-ствольников «М-201», пристроенных к автоматам «М-16А2».
   Поливать они взялись резко и густо. Тарану сразу стало ясно, чтo это не доморощенный спецназ племени майомбе, а кто-то покруче. А тут еще рация Васку Луиша, когда он перекатывался на новую позицию, сбилась с рабочей волны Болта и накатила на «ихнюю». Да еще и громкость прорезалась, поэтому Юрка даже через тарахтение всей этой кучи стволов услышал хрюки на родном английском языке:
   — Pythone calls Mamba… «Питон» вызывает «Мамбу»… «Питон» взывает «Мамбу»…
   Теперь можно было не сомневаться — они «беседуют» с «джи-кеями». Они традициям, в отличие от некоторых других, верны.
   Если б за спинами бойцов была не дыра, а горная вершина, «джикеи», пожалуй, их довольно быстро бы перещелкали. Гранаты молотили бы в склон за спиной группы, а прыгающие осколочные вообще отскакивали и рвались бы прямо над головами. Шлемы, может, и выдержали бы, но шейные позвонки получили бы сполна.
   Однако трехсотметровый «стакан» исправно принимал в себя эти перелетные гранаты, и они бухали где-то там, в пропасти, не мешая даже Ване и Валету.
   Несколько гранат попали, конечно, и на площадку, но все как-то мимо. Бойцы расползлись метров на двадцать друг от друга, и шансов, что двоих накроет одной гранатой, было немного.
   «Джикеям», в общем, приходилось фиговей. Рассредоточиться им можно было лишь на той площадке, где приземлился вертолет, то есть нужно было отползти от хорошо прикрывавших их валунов и, соответственно, подставиться. Оттуда же, кстати, было гораздо удобнее стрелять из подствольников. Клали бы точно на гребень кручи, то есть по мозгам. Но за валунами оказалось безопаснее, тем более что Гребешок, который, в отличие от Юрки, оставил при себе «муху», улучил момент и грохнул ею по вертолету. Вертолет загорелся, завалился на бок, и пылающее топливо из него разлилось по площадке, очень хорошо ее осветив. Солнце уже ушло за дальние горки, и теперь единственными источниками освещения были дальние и ближние пожары.
   Неизвестно, по какой причине, но примерно на десятой ми-чуте перестрелки Ваня и Валет вылезли из пропасти и, не спрашивая команды, подключились к работе. Вряд ли они получили какой-то приказ от Васи, потому что Лопухин с автоматом устроился довольно далеко от пропасти, и чтоб биороботы его услышали, ему нужно было бы орать во всю глотку. Таран бы такой приказ тоже услышал. Скорее всего, «зомби» ощутили угрозу от тех подствольных гранат, которые то и дело пролетали мимо них. И должно быть, они имели в головах какое-то программное положение насчет того, что надо устранить причину, мешающую выполнению основной задачи. Иначе говоря, тех, кто кидается гранатами.
   После того как Ваня и Валет с присущей им тщательностью и боевыми навыками принялись «устранять причину», положение «джикеев» стало просто хреновым. Пули и подствольные гранаты полетели в них с неимоверной точностью и доставали их через такие щелки или просветы между валунами, которые нормальные люди просто не замечали. Через три-четыре минуты огонь со стороны «джикеев» прекратился.
   Но тихо не стало. Пока тут пуляли, поднялся грохот и на перевале. Там мочиловка шла посерьезнее: грохали пушки, тарахтели тяжелые пулеметы, летали реактивные снаряды — короче, шел натуральный бой. Конечно, это немного радовало, потому что означало: всех десятерых «джикеи» своим залпом не накрыли, и уцелело вполне достаточно для того, чтоб сопротивляться с такой интенсивностью.
   — Ваня, Валет, — вперед! Сопротивляющихся чужих — уничтожать, сдающихся — разоружать и вести сюда! — распорядился Вася.
   «Зомби» спустились с кручи совсем не так, как сделала бы это обычная публика. Они не стали карабкаться вниз, подставляя врагам спины, а принялись прыгать с выступа на выступ, с камня на камень. Это было немного похоже на слалом, только без лыж. Ни разу не потеряв равновесия, суперсолдаты спустились на более пологий участок, преодолели его еще несколькими скачками и очутились у валунов. В них никто не стрелял. При свете пламени от горящего вертолета мы могли наблюдать, как биороботы тщательно осматривают валяющихся «джикеев».
   — Сопротивляющихся нет, сдающихся нет, — доложил Ваня по рации. — Есть двенадцать мертвых и трое раненых, нуждающихся в срочной госпитализации.
   На Ванином языке «нуждается в срочной госпитализации» означало — «на ладан дышит» или «помрет через пять минут».
   После этого бойцы позволили себе встать.
   — Все целы? — поинтересовался команданте. Оказалось, что все абсолютно, и даже Луза штаны не порвал.
   — Как же мы теперь в темноте полезем? — спросил детинушка. — Молча, — ответил Васку Луиш. — Лопухин, возвращай своих роботов.
   — Может, приказать, чтоб прихватили одного из раненых?
   — Если он может говорить, пусть прихватят. Однако, когда Вася спросил у Вани, могут ли раненые говорить, «зомби» ответил:
   — Раненых больше нет. Есть пятнадцать мертвых.
   — Возвращайтесь!
   Ваня и Валет быстро вскарабкались обратно на кручу. К общему удивлению, они, не имея на то прямого приказа, притащили с собой альпинистское снаряжение «джикеев».
   — Вещи, полезные для выполнения отложенной задачи, — заявил Валет. Не нахвалишься на этих «зомби», ей-богу!
   То, что биороботы с собой приволокли, было действительно крайне полезно. Во-первых, конечно, веревка, которой хоть и не хватало все-таки, чтоб добраться прямо до дна, но все же многие проблемы при ее наличии упростились.
   Во-вторых, 50-метровая спелеологическая лестница из прочных капроновых тросов с пластиковыми ступеньками, способными выдержать даже Лузу. В-третьих, семь прочных поясов с карабинами. В-четвертых, кувалду и целый рюкзак всяких железяк. Наконец, среди «джикей-ского» имущества обнаружилось три хорошо памятных Юрке гидрокостюма с красно-белыми полосками и три дыхательных аппарата. Примерно таких, как были там, в затопленных штольнях, год назад.
   Таран не настолько разбирался в альпинизме, чтоб заметить, все ли биороботы делали по всем альпинистско-скалолазным правилам или исходили из своей машинной логики, но только спуск прошел очень быстро, как по конвейеру.
   Лестницу верхней петлей повесили на мощный стальной клин размером со строительный шлямбур, который при помощи кувалды загнали в скалу, а затем размотали лестницу в уже знакомую трещину. Затем по лестнице спустился Валет с веревкой, под-раховываемый Ваней, закрепил один свободный конец веревки на «пятачке» трещины, потом по старой методе добрался по крюкам до большого уступа, вколотил последний крюк и закрепил там свободный конец веревки. Затем все простые смертные надели пояса с карабинами. Ваня стал по очереди обвязывать их «джикейской» веревкой для подстраховки, и они по лестнице спускались туда, где была натянута веревка. Оставалось только прицепиться к ней обоими карабинами, отвязаться от страховки, обнять веревку руками и ногами, а затем не спеша ехать на уступ к гостеприимному Валету, который подхватывал всех посетителей на руки — даже Лузу! — и осторожно отцеплял от веревки. Последним, страхуемый Валетом, сняв лестницу, по трещине спустился Ваня. Он же стал и последним, кто по этой веревке съехал. Правда, после него по веревке на «пятачок» добрался Валет, отвязал веревку и снова, перецепляясь с крюка на крюк, вернулся на уступ, где собралась вся честная компания. Вся операция не заняла и 40 минут — фантастика!
   Однако радоваться было еще рано. Хотя Тарановы сомнения насчет уступа не подтвердились, и он прекрасно выдерживал всех семерых, да и места там было предостаточно, экспедиция приблизилась ко дну пещеры всего на полета метров, к тому же где это дно, в натуре, яснее не стало. До воды было где-то полтораста, а вот что дальше — фиг поймешь.
   — «Джикеи» лучше нашего готовились, — заметил Гребешок. -Нам, блин, даже не сказали, что тут вода. Командан, ты как на счет нырнуть?
   — Я — пас, — вздохнул Луиш. — Я сухопутный. Васины poботы должны справиться. Если еще знать, что мы ищем и како ДЕЛО должны сделать…
   — Предложение такое, — объявил Вася Лопухин. — Сейчас Ваня оденет гидрокостюм и водолазное снаряжение, спустится воду и определит, какая тут глубина.
   — Вот что, — Васку Луиш посмотрел на часы и сказал с неожи данным спокойствием:
   — Есть предложение присесть, десять минут перекурить и хорошо подумать. Чтоб чего-нибудь не на портачить, выражаясь по-русски… Время терпит.
   Все присели, благо, места хватало. Таран привалился спино к скале и вдруг почувствовал странную, быстро нарастающую неведомо откуда взявшуюся сонливость. Причем совершенн непреодолимую…

КОНТАКТ-2

   Юрка почти сразу понял, что ему предстоит новый контакт с Полиной.
   Опять посреди абсолютной тьмы и черноты возникло призрачно-светлое пятно и стало светиться все ярче и ярче, приобретая овальную, вытянутую сверху вниз форму, а затем превращаясь в объемную фигуру. Вскоре Юрка опять увидел Полину в больничном халатике с номером 8-07.
   — Это опять я, — произнесла она. — Я пришла, чтобы рассказать тебе то, что ты должен сделать. Этот «стакан», как вы его называете, — древняя алмазная шахта. Никаких алмазоносных месторождений поблизости нет, и никто не знает, откуда здесь взялись алмазы. Возможно, они тут появились в результате каких-то природных аномалий, возможно — в результате деятельности какой-то высокоразвитой цивилизации, существовавшей несколько миллионов лет назад на Земле, а возможно — даже инопланетян, построивших тут свою базу. Сейчас это не суть важно. Достоверно известно лишь то, что на дне этой шахты еще до середины XVIII века племя майомбе находило сверхчистые ограненные бриллианты невиданной прочности. Кроме того, они якобы обладали некими особыми свойствами. Можно называть их магическими, можно сверхъестественными или аномальными, хотя никаких достоверных свидетельств тому нет. Во всяком случае, большая часть из того, что о них рассказывалось, — на уровне легенд и преданий. Однако совершенно точно известно, что существуют две вещи, изготовленные из этих бриллиантов: оклад иконы Пресвятой Богородицы и ожерелье. О них тоже ходят всякие легенды, но мне неизвестно, где они сейчас находятся. Зато я точно знаю, что тут, на дне шахты, лежит еще один огромный бриллиант. Когда-то в древности произошла битва между муронго и майомбе, и в поединке между вождями победу одержал вождь муронго. Ему достался жезл вождя майомбе, который ты видел в предыдущем сне. Наверно, ты помнишь, что он был Украшен огромным бриллиантом в 666 каратов. Однако наяву майомбе сумели похитить жезл и унести его сюда, на Гору Злых Духов. Похитителей было семь человек, но ни один из них не вернулся с горы. Сами майомбе не знают, как они погибли. Но с fex пор их племя стало богатеть и процветать, а муронго начали вымирать и беднеть. Сейчас майомбе составляют больше четвер-ти населения страны, а от муронго, которые некогда не уступали им в численности, осталась только одна деревня с населением в триста человек. Майомбе считают, что их племя усилилось от того, что духи приняли в жертву тех семерых похитителей и сам жезл. Муронго в свою очередь убеждены, что если жезл вернется в руки их вождя, то к ним вернется богатство и процветание а майомбе — захиреют и вымрут. — Но, может бь"ть, это тоже только легенда? — спросил Таран.
   — Нет, — ответила Полина. — Вождь Домингуш получил от своего предшественника, а тот — еще от нескольких предков, некую нейровидеозапись.
   Нечто вроде сна, который передается от человека к человеку гипнотическим или экстрасенсорным путем — короче, так. как мы сейчас с тобой общаемся. Этот сон или нейровидеозапись идет от какого-то колдуна или шамана, жившего в то время, когда был похищен жезл. Видимо, он погрузился в гипнотическое состояние для того, чтобы найти жезл, настроился на мозг одного из похитителей и увидел все, что происходило на Горе Злых Духов глазами этого майомбе. Именно того, который держал в руках жезл.
   Сразу после этого Полина исчезла, и на несколько секунд стало темно. А потом у Юрки перед глазами возникло некое черно-белое, точнее, линяло-серое изображение, будто он смотрел старую-престарую, нереставрированную и неозвученную кинопленку времен Чарли Чаплина или даже братьев Люмьер. Таран сразу понял, что Полина каким-то способом выудила эту самую — хрен выговоришь! — нейровидеозапись из мозгов вождя Домин-гуша и передала своему подопечному.
   Вначале Юрка увидел тот самый посох или жезл с бриллиантом, который в прошлом сне был в руках вождя муронго. Только теперь этот посох был как бы у самого Тарана, точнее, у майомбе, глазами которого Юрка наблюдал за событиями.
   Рядом с этим майомбе шли еще шестеро, с копьями, щитами, луками, в боевой раскраске, вымазанные глиной, в юбках из травы, с амулетами на шее. При этом — хоть звука и не слышалось, все семеро пели некую победную песнь майомбе и даже приплясывали на ходу, хотя, возможно, это мешало им быстро подниматься в гору.
   В общем и целом Юрка стал узнавать пейзаж. Хотя история с посохом происходила минимум двести лет назад, тут в округе мало что изменилось. Единственно, что явно отсутствовало, — это проезжая дорога от Муронго к перевалу и далее.
   Майомбе шли той же самой дорогой, что и группа Васку Дуиша: ребро горы, затем площадка, на которой полчаса назад был уничтожен «джикейский» десант, круча, на которой Таран со товарищи оборонялся против этих «джикеев», ну и, наконец, провал, или «стакан», залитый водой примерно до того же уровня, что и сейчас. Видимо, нейровидеозапись фиксировала не все подряд, потому что начинался подъем еще при свете солнца, а закончился уже ночью. На черной, гладкой, как стекло, поверхности воды, заливавшей дно пропасти, отчетливо светились семь точек — отражения звезд в ночном небе.
   Вот тут и произошло нечто, послужившее причиной гибели майомбе.
   Поверхность воды с отражениями звезд стала стремительно приближаться, на секунду в поле зрения появился посох с бриллиантом, а затем все померкло в один миг.
   Перед Юркой вновь возникла Полина и сказала:
   — Судя по всему, майомбе были сброшены в пропасть порывом шквального ветра и разбились от удара о воду при падении с высоты в 200 метров.
   Компьютерная реконструкция ситуации показывает следующее…
   Таран вновь увидел «стакан», но теперь он выглядел так, как рисованное изображение на мониторе компьютера. Красной сплошной кривой изображалась траектория падения майомбе, тащившего посох, белыми пунктирами — траектории падения его товарищей, а белыми точками — отражения звезд на воде. Получалось, что майомбе с жезлом свалился в самый центр не правильного семиугольника, обозначенного отражениями звезд.
   — Именно тут надо искать бриллиант, — заявила Полина.
   — Слушай, — спросил Таран, — а при чем тут всякие кольца, о которых говорил вождь в прошлом сне? Он сказал, что только я могу пройти фиолетовое кольцо и после этого сделать ДЕЛО.
   Полина, видимо, хотела что-то ответить, но тут ее очертания стали расплываться и меркнуть, а затем и вовсе исчезли. На несколько секунд у Тарана перед глазами возникла жуткая маска вождя муронго, из-под которой высверкнули некие голубоватые лучи, похожие на лучи ГВЭПа, работающего в режиме «О», и все погрузилось во тьму.

СОН ИЛИ ЯВЬ?

   То, что происходило затем, производило странное впечатление.
   С одной стороны, Тарану показалось, будто он проснулся и все происходит наяву. То есть он вроде бы открыл глаза и увидел себя рядом с бывшими «отпускниками», отдыхавшими на уступе «стакана». Разница была только в том, что в этом самом «стакане» никакой воды не было. Если в кране нет воды — Таран прекрасно понимал причину, отчего и почему. А вот куда исчезла вода из этой каменной «бочки» — тысячи или даже десятки тысяч кубометров! — Юрка никак понять не мог. Даже если кто-то устроил взрыв и спустил воду в подземные пустоты, то выливаться она должна была не меньше часа, а то и больше. Испарить такое озеро мог только ядерный взрыв приличной мощности. Наверно, при этом и все семеро бойцов тоже испарились бы во главе с Васку Луишем.
   Однако все были в наличии, и Луиш сурово сказал: