Он был более чем уверен, что без Эфы там не обошлось, и готовился к созерцанию трупов своих подданных. Но, к счастью, ситуация оказалась скорее комической, чем трагической, хотя доктор Ниторог, кажется, так не считал. Рейт усмехнулся. Единственный пострадавший гвардеец отделался синяками и ссадинами, а в покойники угодил только бесценный скальный орис, попавший под руку проголодавшейся Эфе. Ну и конечно, переволновавшегося доктора пришлось уложить на полчаса в биорегенератор, чтобы предотвратить у него инфаркт. И вот теперь оба главных участника событий стояли перед ним в комнате, которую он использовал в качестве своего рабочего кабинета, и ожидали, когда он изволит обратить на них внимание.
   Великий Саан, ну когда всё это закончится? Рейт откинулся в кресле и пристально посмотрел на доктора Ниторога. Под его взглядом ученый заметно смутился. Герцог устало подумал про себя, что чем скорее он разберется с так не вовремя возникшей проблемой, тем скорее сможет выспаться, если, разумеется, эта парочка не придумает что-нибудь еще столь же зрелищное. Почему-то он сомневался, что в ближайшее время ему дадут спокойно отдохнуть. Но всё равно нужно что-то решать, несмотря на головную боль и стойкое желание послать всё в преисподнюю.
   — Доктор, ответьте мне, где обитает этот ваш орис?
   Ниторог поежился и, стараясь не встречаться с герцогом взглядом, произнес:
   — Предположительно в Рассветных горах, Ваша светлость.
   Рейт удивленно вскинул брови:
   — В тридцати милях от моей столицы? И что тогда за проблема? Почему его, по вашим словам, так трудно поймать?
   — Дело в том, Ваша светлость, что это животное очень хитрое и осторожное. Места его обитания — практически отвесные скалы. Скальный орис способен очень быстро двигаться, обладает невероятно тонким обонянием и слухом, в тысячи раз превосходящим человеческий, при малейшей опасности издает низкочастотный крик, не различимый человеческим ухом, но который, к сожалению, может вызвать приступ внезапного страха, а это в условиях обитания…
   — Постойте, доктор. Теперь я уже совсем ничего не понимаю. Если это животное такое чуткое, то как Эфа смогла подобраться к нему, не потревожив его?
   Ниторог застыл, растерянно глядя перед собой. Герцог повернулся к Эфе и холодно поинтересовался:
   — Эфа, ты можешь поймать подобное животное? — К его удивлению, ответа не последовало. Девушка молчала несколько секунд и, когда уже Рейт собирался потребовать объяснений, вдруг повернула голову к доктору Ниторогу и тихо спросила:
   — У вас-с-с ес-с-сть опис-с-сание этого животного? А то я его не разглядела как с-с-следует.
   Ниторог медленно повернулся к ней с таким выражением лица, что герцогу пришлось приложить огромные усилия, чтобы не расхохотаться. Он поспешил вмешаться, пока ученый не сказал чего-нибудь такого, о чем сам будет потом сожалеть.
   — А если у тебя будет такое описание? Ты сможешь его поймать?
   — Да, — прозвучал быстрый ответ, и герцог вздохнул с облегчением. Теперь не нужно было ломать голову над тем, как достать Ниторогу этого Сааном проклятого ориса. Доктор был его лучшим ученым, и он не хотел его терять.
   — Прекрасно. Возьми у доктора Ниторога описание скального ориса и отправляйся в Рассветные горы. Катер возьмешь в замковом ангаре. Всё ясно?
   Эфа поклонилась и тихо ответила:
   — Да. Но, гос-с-сподин, я ваш телохранитель, я не могу ос-с-ставлять вас-с-с надолго одного.
   Рейт представил себе, что девушка, которая, несмотря на то, что спасла ему жизнь, пугала его до дрожи в руках, будет сопровождать его постоянно, как сопровождала Императора, и содрогнулся — в замке он предпочитал ходить вообще без телохранителей, а на территории герцогства ему вполне хватало гвардейцев.
   — Эфа, на Оттори меня не нужно сопровождать. Ты можешь заниматься своими делами, знакомиться с замком, когда мне понадобится твоя помощь, я тебе сообщу.
   Рейт не заметил, как на мгновение расширились зрачки девушки, он увидел только вежливый поклон и готовность выполнить его приказ. Герцог махнул рукой, давая понять, что доктор Ниторог и Эфа могут идти. Глядя, как они выходят из кабинета, он думал о том, что сможет наконец отдохнуть. Усталость сыграла с ним в тот день злую шутку.
 
   Эфа шла по коридору, ничего не различая перед собой. Голова раскалывалась от жуткой боли, с которой она не могла справиться, несмотря на все прилагаемые усилия.
   Мир рушился вокруг нее, оставляя после себя только дымящиеся обломки. Господин отказался от нее. Ему не нужен телохранитель, значит, скоро он отдаст последний приказ. Скорее всего, как только она возместит причиненный его ученому ущерб. Но почему он пожелал наказать ее, заранее сообщив о том, что скоро она умрет? Эфа не боялась смерти, но последний приказ! И почему она решила, что ее новый господин не отличается жестокостью, свойственной тем, кто приказывал ей раньше? Может быть, ее мозг перестал нормально функционировать, а она не заметила этого? Может, она уже не способна адекватно оценивать происходящее, и господин, обнаружив это, нашел наиболее безопасный выход? Ведь последнее время она вынуждена была принимать решения самостоятельно. Возможно, всё дело в этом. Что ж, перед тем как ее господин пожелает уничтожить ее таким жестоким образом, она обратится к нему с просьбой позволить ей самой прервать свое существование…
   Доктор Ниторог остановился перед дверью лаборатории и повернулся к ней.
   — Оставайся здесь. Я сейчас вынесу тебе распечатку описания ориса, в лабораторию я тебя больше не пущу!
   Эфа покорно остановилась возле двери, глядя перед собой. Даже ученый больше не вызывал у нее привычного отвращения. Ей просто стало всё равно. Она и впрямь сомневалась, что ей позволят самостоятельно покончить с собой, и прекрасно представляла, какие мучения ее ждут. В ранней юности создавший ее человек продемонстрировал ей, что такое умирать от «последнего приказа». Тогда она в первый и последний раз попыталась нарушить волю господина, и ей наглядно показали, что ее ожидает, если господин будет ею недоволен. Эфа привычно отогнала посторонние мысли и сосредоточилась на распоряжении герцога поймать ориса. Это оказалось сложнее, чем обычно. Определенно, с ней что-то не так — она слишком много думает в последнее время.
   Доктор вернулся быстро и протянул ей тонкий листок всего с несколькими строчками. Эфа пробежала их глазами и беззвучно оскалилась. Найти по этому описанию ориса будет довольно сложно. Но приказ есть приказ. Она сунула листок в один из своих многочисленных карманов и, ничего не сказав, быстро зашагала по длинному светлому коридору в сторону ангаров. Ей предстояла непростая задача — найти незнакомое существо в незнакомой местности.

ГЛАВА 5

   Катер опустился на обширное плато, покрытое, как ковром, синей жесткой травой. Эфа выскользнула из кабины и огляделась. С трех сторон плато окружали отвесные скалы, а с четвертой текла полноводная река. Скалы и источник воды — судя по тому, что значилось в кратком описании, которое дал ей доктор Ниторог, это идеальное место для обитания скальных орисов. Девушка захлопнула дверцу и подошла к багажнику. Она предусмотрительно захватила с собой несколько клеток из прочного металла. Насколько она уяснила из возмущенных реплик техников в ангаре, они предназначались не для ловли животных, но ее это мало интересовало. Пойманного ориса нужно было лишить возможности передвигаться, и клетка как нельзя лучше подходила для этой цели.
   Засунув сложенные клетки под ремень ножен с одной стороны и перевязь с метательными ножами с другой, сбросив мешающие ей сапоги, Эфа начала взбираться на ближайшую скалу, внимательно принюхиваясь. В отличие от внешнего вида запах скального ориса она запомнила довольно хорошо. На первой скале ее ждало разочарование. На ней не оказалось вообще ничего живого. Добравшись до вершины, Эфа внимательно посмотрела по сторонам, пытаясь определить причину такого запустения. Странно, скала как скала. Ничего необычного, на ее взгляд. Даже удобная — порода твердая, когти не соскальзывают, оставляя в камне глубокие борозды, а прочно держатся в мелких бороздках. Хм. А может быть, дело как раз в этом?
   Эфа внимательно пригляделась к самой скале — гладкий камень без каких-либо выступов и глубоких трещин, даже вершина острая. Н-да, она-то здесь удерживается без труда, а вот животное, не обладающее когтями, способными резать мягкий металл, как тонкий шелк… К тому же скала стоит отдельно от остальных. С нее на другие скалы не переберешься. Это просто каменный столб метров десяти-пятнадцати в высоту. М-да, неудачный выбор. Эфа сердито зарычала и разжала когти. Земля понеслась к ней, намереваясь ударить по пяткам, но девушка привычно сгруппировалась и, перевернувшись в воздухе, приземлилась на четвереньки, всё-таки скала была несколько высоковата, чтобы приземляться на ноги. Эфе совершенно не хотелось заработать трещину в кости.
   Следующий выбор оказался более удачным. Живность на скале присутствовала, но вот только, как назло, вся она подходила под данное ей описание. Ситуация снова вышла из-под контроля. Кого же ей всё-таки ловить? Решение пришло неожиданно. В конце концов у нее три довольно большие клетки, так что все разновидности животных, похожих на ориса по внешнему виду и запаху, можно без труда поймать и доставить доктору Ниторогу. А уж он пускай разбирается, которое из них ему нужно.
   Эфа решительно протянула руку и схватила ничего не подозревающего зверька. Остальные бросились врассыпную, но девушка этого ожидала и не стала их преследовать. Она аккуратно, чтобы случайно не повредить хрупкое тельце, взяла его зубами за шкирку и, действуя одной рукой, достала первую клетку. Встряхнула ее, приводя в рабочее состояние, и сунула зверька внутрь, тут же захлопнув секцию, заменяющую дверь. Один готов. Эфа начала осторожно спускаться, она почему-то сомневалась, что это маленькое животное без повреждений выдержит падение с такой высоты.
   Наконец все клетки были заполнены и закреплены в багажнике. Эфа надела сапоги и огляделась по сторонам, ее уже некоторое время беспокоил странный звук, и теперь у нее появилась возможность выяснить, что же это такое. Он был едва слышен, но вызывал неприятные ассоциации, в нем звучал страх. Эфа медленно повернулась вокруг своей оси, стараясь определить, откуда исходит звук, и с удивлением обнаружила, что он раздается со скал в дальнем конце плато. Девушка скользнула в кабину катера и направила мощную машину в ту сторону. Она сама не знала, зачем это сделала. Может быть, потому, что ей просто не хотелось возвращаться?..
   Полет занял меньше минуты, и вот уже катер опускается на примятую синюю траву рядом с перепуганной женщиной средних лет. Эфа вышла из машины. Женщина бросилась к ней со слезами на глазах.
   — Умоляю вас, помогите мне!! Мой сын! Он поднялся на своем антиграве слишком высоко и застрял в расщелине!! — Эфа посмотрела в том направлении, куда указывала женщина, а затем на старенький катер с беспомощно распахнутым люком, за которым должен был находиться генератор антиполя, и всё поняла. Мать с сыном решили отдохнуть на природе, прилетели на плато, но ребенок додумался взять с собой игрушечный антигравитационный пояс, который в городах использовали для того, чтобы обеспечить безопасность маленьких детей. Это приспособление было достаточно удобным, оно не давало ребенку упасть, разбиться, выпав из окна, и тому подобное. Однако обычно верхняя тяга у этих игрушек отсутствовала.
   Максимум, на что был способен пояс — это удерживать ребенка на одной высоте, например, над какой-нибудь ямой, до приезда спасателей. Но юный техник поменял в поясе генератор антиполя, взяв один из генераторов катера матери. В результате мощное устройство, предназначенное для поднятия многотонной машины, забросило ребенка на высоту десятиэтажного дома и ударило о скалу. Пояс зацепился за что-то, а разряд генератора выжег всё, что только можно, в его антигравитационном устройстве, не предназначенном для таких нагрузок. Вдобавок юный техник умудрился вытащить не аварийный, а основной генератор, и теперь катер был абсолютно бесполезной грудой железа, так как все системы машины работали на его энергии, а аварийный генератор служил только для того, чтобы не позволить катеру камнем упасть с высоты при отказе основного.
   Эфа задумчиво смотрела на висящего на скале ребенка и пыталась решить, что ей делать в подобной ситуации. На катере к нему было не подобраться — слишком узок промежуток между скальными выступами, следовательно, необходимо подняться на скалу. В обычной ситуации так рисковать своей жизнью без приказа она не имела права. Но сейчас, когда она, как выяснилось, всё равно не нужна господину…
   — Умоляю вас, — голос женщины прервался, — он мой единственный сын, заклинаю вас, помогите! — Эфа посмотрела на нее и невольно вздрогнула. Человек, создавший ее, наделил свое творение абсолютной памятью. И Эфа уже видела такой взгляд…
   Женщина на столе кажется очень большой. Она пахнет кровью и болью. Человек уносит куда-то существо, которое позже назовут Эфой, голод не позволяет ей сосредоточиться на происходящем вокруг, но глаза женщины притягивают ее взгляд. В них боль, боль и страдание, и еще какое-то странное чувство, которое она не может определить. Эти глаза иногда смотрели на нее из окружающей темноты во время сна, но она так и не узнала, кто эта женщина. Однако теперь могла сказать, кем она была. Она была матерью.
   И Эфа решилась. Ей было нечего терять. Молча сбросив сапоги, она скользнула к скале и начала быстро подниматься к ребенку, который смотрел вниз круглыми от страха глазами уже не в силах кричать.
   Эфа в считаные минуты оказалась на одной высоте с мальчиком и только тогда увидела, что ребенок зацепился за острый выступ скалы антигравитационным устройством пояса. Н-да, одно неверное движение, и он мог сорваться вниз. Повезло. Эфа протянула руку и, без усилий удерживаясь на скале, схватила ребенка за ногу.
   Мальчик пронзительно закричал, когда девушка сдернула его с выступа, на котором он висел, и принялась спускаться вниз, продолжая держать спасенного одной рукой за тонкую щиколотку. Эфа поморщилась от неприятного звука и слегка встряхнула детеныша, стараясь, однако, не повредить хрупкий человеческий организм.
   — Тихо! — прорычала она, и ребенок испуганно замолчал.
   Спускаться, держа при этом одной рукой мальчишку, было неудобно, и Эфа, оказавшись на безопасной высоте, просто спрыгнула вниз. По ушам ударил сдвоенный крик, и девушка едва не потеряла равновесие от неожиданности. Поморщившись, Эфа бросила верещащего ребенка на землю и, прихватив свои сапоги, направилась к катеру. Она выполнила всё, что от нее требовалось, а остальное ее не касалось. Но не тут-то было! Убедившись в том, что ее сын не пострадал, женщина устремилась за ней следом, что-то неразборчиво причитая. Всё, что смогла понять Эфа из ее восклицаний, сводилось к просьбе не бросать их здесь, а помочь добраться до дома. М-да-а. Может быть, ее господин прав и она действительно неадекватна? Иначе зачем бы ей ввязываться во все это?
 
   Доктор Ниторог никак не мог прийти в себя после случившегося. Подумать только, редчайший представитель животного мира Оттори был съеден, как какая-нибудь котлета! Безумие!
   Ниторог подошел к окну и выглянул наружу. Он не верил в то, что Эфа сможет добыть для него нового скального ориса, но иррациональная надежда на чудо продолжала в нем жить. Ему нужно было готовить отчет о физиологии и психологии Эфы для Его светлости, а он вместо этого кругами бродил по лаборатории, снова и снова переживая происшедшее. Надо же, такая потеря для науки!
   Ниторог в который уже раз окинул взглядом просторный зал, служивший ему лабораторией, и расстроенно покачал головой. Бесценные приборы, на приобретение и отладку которых он потратил годы, были сброшены или сдвинуты со своих мест, многие из них пришли в полную негодность. Хрупкие агрегаты не выдержали падения на твердый каменный пол, наглядно демонстрируя, к каким последствиям приводит откладывание важных дел на потом. Если бы он настоял на специальном безопасном покрытии для пола, потерь можно было бы избежать. Конечно, не совсем. Многие приборы пострадали от столкновения с телом гвардейца, что предотвратить было совершенно невозможно. Хотя доктор никак не мог понять, зачем Эфе понадобилось бросать того именно в сторону стеллажей с оборудованием, ведь можно было бросить его куда-нибудь еще. Например… Ниторог осмотрелся по сторонам, пытаясь найти безопасное для его приборов направление броска, и растерянно замер. Эфа выбрала единственно верное направление! Столкнувшись с этим невероятным фактом, ученый задумался над планировкой помещения.
   От размышлений его отвлекли шум и крики во дворе. Подбежав к окну, Ниторог выглянул наружу и неодобрительно покачал головой. Эта девушка не обращает решительно никакого внимания на мнение окружающих ее людей! Всю охрану замка подняла на ноги! И кто только учил ее так пилотировать! В следующую секунду в голову доктора пришла страшная мысль: а если Эфа попала в беду, выполняя распоряжение герцога о поимке скального ориса? Ведь это животное обитает на неприступных скалах! Девушка, одна, без снаряжения… Доктор всплеснул руками и бросился к шкафу, где на всякий случай хранил свой медицинский чемоданчик. В конце концов прежде всего он был врачом!
   Выбежав во двор, доктор Ниторог остолбенел от неожиданности. Рядом с герцогским катером в окружении слуг, техников и гвардейцев стояла Эфа, живая и невредимая, а в руках у нее была клетка для хранения генераторов антигравитации, в которой, нахохлившись, сидел… скальный орис!
   Раздавшийся глухой удар заставил людей обернуться к смущенному до крайности ученому, от неожиданного потрясения выронившему свой чемоданчик, всё содержимое которого разлетелось по двору. Эфа, заметив его, поставила клетку с животным на землю и зачем-то снова полезла в багажник. Доктор Ниторог, увидев ориса в непосредственной близости от людей, забыл про рассыпанные лекарства и начал проталкиваться к Эфе, чтобы указать ей на недопустимость подобного пренебрежения к бесценному представителю животного мира Оттори, но не успел произнести ни слова. Девушка выпрямилась, и в руках у нее оказалась еще одна клетка с…
   Быть того не может! С невнятным криком Ниторог подскочил к Эфе и выхватил у нее из рук оживший миф!
 
   Рейта разбудил зуммер тревоги. Назойливый, раздражающий звук не смолкал, заставляя герцога торопливо шарить рукой по прикроватному столику в поисках переговорного устройства, чтобы связаться с начальником охраны и высказать ему все, что он о нем думает. Устраивать учебные тревоги в то время, когда сюзерен лег спать в первый раз за два дня! Тут уже попахивает изменой! В конце концов Рейт дотянулся до коммуникатора, ткнул кнопку связи с охраной, и в ту же секунду сигнал тревоги замолчал. Несколько ошарашенный подобным совпадением, герцог сел на кровати и уставился на переговорное устройство, которое тихо пискнуло и голосом начальника смены проорало:
   — Ваша светлость, прошу простить, ложная тревога!
   — Что там у вас происходит, Саан вас всех загрызи?!! — прорычал Рейт, не давая себе труда скрывать от подчиненных свое дурное настроение.
   — Ваша светлость! — По голосу чувствовалось, что гвардейцу здорово не по себе. — Несколько секунд назад нашей системой противовоздушной обороны был замечен неопознанный катер с отключенным автоответчиком, который приближался к замку на критической скорости. Согласно инструкции, дежурный поднял тревогу. Были запрошены спутники слежения. Катер, судя по регистрационному коду, принадлежал Вашей светлости, но на запросы по-прежнему не отвечал. Мною был отдан приказ — сбить подозрительную машину, но она внезапно сама сбросила скорость, и девушка, представившаяся Эфой, запросила разрешение на посадку, назвав ваш позывной. Посадка ей была разрешена, и она приземлилась на заднем дворе вашего замка.
   Рейт несколько секунд молчал, приходя в себя после монолога гвардейца и стараясь окончательно проснуться, а затем с обреченным вздохом отключил связь и стал одеваться. Чтобы выяснить, что взбрело в голову Эфе на этот раз, проще всего было самому выйти во двор и лично спросить ее об этом.
   Когда он спустился вниз, глазам его предстало забавное зрелище. В окружении растерянных слуг и гвардейцев доктор Ниторог, что-то невнятно бормоча, суетился вокруг трех довольно противных зверьков, которые пронзительно верещали и метались в контейнерах, изначально предназначенных для хранения генераторов антигравитации. Тут же возмущенно размахивали руками техники, требуя вернуть им их оборудование, с коим так варварски обращаются всякие ученые крысы. Гвардейцы пытались добиться от Эфы объяснений о причинах ее столь экстравагантного появления, а его кухарка отчаянно вопила, требуя оставить в покое несчастную девочку.
   Рейт устало покачал головой и холодно приказал:
   — Молчать! — Тишина установилась, как по мановению волшебной палочки. Герцог спокойно оглядел подданных и со своей обычной вежливостью поинтересовался: — Неужели так трудно понять, что для того, чтобы проблемы решились как можно быстрее, их нужно решать по очереди. Итак, Эфа, почему ты сразу не ответила на запрос службы охраны? — Девушка бесстрастно подняла на него янтарные глаза и ровным голосом доложила:
   — В процесс-с-се полета я с-с-случайно задела когтем автоответчик, повредив его, данный факт был обнаружен мною только пос-с-сле того, как я с-с-связалас-с-сь с-с-с охраной.
   — На тебя это не похоже, — Рейт удивленно приподнял бровь. — Обычно ты более осторожна.
   — Прошу прощения. — Голос девушки не выражал никаких эмоций. Герцог насторожился, уловив в интонациях Эфы какую-то странную обреченность. Но разбираться с этим в присутствии слишком большого количества людей счел неуместным и повернулся к ученому:
   — Доктор Ниторог, вы удовлетворены привезенными вам скальными орисами?
   Ученый вздрогнул от неожиданности и уставился на Рейта безумными глазами:
   — Это просто невероятно! Оталис и коталис! Эти животные в принципе уже не должны существовать! Ни одного задокументированного факта встречи с ними за всю историю освоения Оттори! Это открытие века!!!
   — Доктор! — Герцог был само терпение. — Вас устраивают животные, которых вам привезла Эфа?
   — Что? — Ниторог с трудом осознал, кто и зачем к нему обращается. — А, да-да, конечно. Более чем устраивают! Эфа просто волшебница!
   С этими словами доктор попытался поднять все три клетки сразу. Герцог незаметно кивнул одному из слуг, и тот бросился на помощь ученому. Ниторог рассеянно поблагодарил его и торопливо зашагал в сторону лаборатории. Рейт проводил доктора взглядом и обернулся к неловко топтавшимся рядом с катером техникам:
   — У нас что, закончились клетки для генераторов?
   — Нет, Ваша светлость. — Старший техник говорил торопливо, явно чувствуя себя не в своей тарелке.
   Герцог устало вздохнул:
   — Успокойтесь и объясните мне причину вашего недовольства. Я не настолько хорошо разбираюсь в технике, чтобы угадать ее самому.
   — Ваша светлость, — техник с трудом сдержал улыбку, он никак не ожидал, что герцог, лицо благородного сословия, попытается разобраться в ситуации, а не прикажет им убираться с его глаз и никогда больше не появляться в замке, — дело в том, что генератор антигравитации имеет фокусирующие линзы практически на всей своей поверхности, и, чтобы их не повредить, его приходится хранить в специальном чехле, который больше всего напоминает клетку. Этот чехол для разных генераторов разный. Леди Эфа забрала клетки для генераторов, предназначенных для вашего корабля, пока сами генераторы находились на ремонте. Других клеток такого размера у нас нет. Нам просто некуда их теперь положить для хранения! Имеющиеся в нашем распоряжении чехлы не подходят по размеру.
   — У меня на корабле есть генераторы антигравитации? — Герцог вздернул бровь в искреннем недоумении. — И за каким демоном они нужны на космическом корабле? Он ведь на планеты не приземляется?
   — Они нужны для спасательных капсул, Ваша светлость.
   Рейт понимающе кивнул:
   — И теперь вы не можете переправить генераторы на корабль, я правильно вас понял?
   — Да, Ваша светлость.
   — Понятно. А от того, что в них сидят эти орисы, клетки не пострадают?
   — Нет, Ваша светлость. Мы их промоем, и они будут как новенькие.
   — Ясно. — Герцог усмехнулся. — Ну, тогда я не вижу никакой проблемы. Как только доктор Ниторог пересадит своих животных в стационарные вольеры, его ассистент вернет вам эти клетки. Я распоряжусь.
   — Спасибо, Ваша светлость! — В голосе техника слышалось искреннее облегчение.
   Рейт улыбнулся и повернулся к Эфе, по-прежнему бесстрастно стоящей возле катера в обществе кухарки и ее сына:
   — Эфа, отправляйся в мой кабинет, нам надо поговорить.
   Девушка молча поклонилась и зашагала к замку. Герцог направился следом, от души проклиная всё на свете.
 
   Рейт зашел в свой кабинет и закрыл за собой дверь. Эфа неподвижно стояла у окна и, казалось, любовалась открывающимся из него видом.