– Привет, – недовольно пробурчал Павлик, что мне показалось странным.
   Вчера он воспринял идею встретиться с утра с большим энтузиазмом. Теперь же, наверное, был недоволен, что в выходной день ему пришлось рано вставать. В принципе, я могла встретиться с нужным мне человеком сама, но со Старовойтовым было лучше.
   – Как дела? – поинтересовалась я.
   – На букву «х», – с тем же недовольством отозвался Павлик и тут же добавил: – Не подумай, что хорошо.
   – Что случилось-то? Долго ждешь?
   – Спать охота. Я вчера домой уже в начале второго приехал. Не выспался.
   – Ничего, сейчас взбодришься.
   – Чашечка кофе меня бы, конечно, поставила на ноги.
   – Какие проблемы? – поддержала я Павлика. – Зайдем в «Улей», попьем кофейку, а потом – за дела.
   Кофе в обычном баре оказался не очень хорошим. Я даже не допила свою чашку, зато в спокойной обстановке рассказала Павлику о том, что нам удалось вчера узнать в гостинице «Волна».
   – Правильно, Ирина. Мы на верном пути. Осталось только отыскать этого психованного арендатора – и делу конец.
   – Отыщем сначала владельца здания, а там уже распутаем весь клубок, – предложила я.
   Мы встретились с владельцем строения на пересечении Советской и Чапаева прямо у него в офисе. Валерий Яковлевич, невысокий полноватый мужичок, которого мы отыскали, являлся владельцем некоторых помещений, сдаваемых под офисы в центре города. Он занимался ремонтом ветхих зданий, которые впоследствии сдавал в аренду. Этим и зарабатывал себе на жизнь, и, надо признаться, очень даже неплохо.
   О разногласиях между арендаторами помещения на пересечении Советской и Чапаева он знал и помнил. На этот счет у него было свое мнение. Кто больше платит, тот и правит бал! Екатерина Николаевна не поскупилась на деньги, поэтому Валерий Яковлевич и не сомневался, когда подписывал с ней договор аренды. С предыдущим же владельцем, Куракиным Николаем Федоровичем, он, как ни странно, тоже остался в хороших отношениях. Удивительно, но гнев арендатора не распространился на него.
   Валерий Яковлевич рассказал также, что Куракин является директором мелкого агентства недвижимости «Небоскреб». Дела у него еще три года назад шли неважно. Среди крупных аналогичных агентств была большая конкуренция, чего уж говорить о всякой мелочи. Именно поэтому Куракин и не смог предложить большей, чем предлагала Золотова, суммы за аренду и расстался с помещением.
   – А что вы думаете о пожаре в здании, когда его еще арендовал Куракин? – поинтересовалась я у Валерия Яковлевича, внимательно выслушав его рассказ.
   – Вы и об этом знаете? – удивился собеседник, немного растерявшись. – Пожар был, но причины его до сих пор не выяснены. Сотрудники правоохранительных органов считают, что причиной возгорания стала непотушенная сигарета в одном из кабинетов. Я же в это не очень верю. Пожар произошел поздно вечером, когда в здании уже никого не было.
   – Вы уверены, что никого? – коварно переспросил Павлик. – Может быть, кто-то из работников все-таки задержался?..
   – Нет, не уверен. Да и вообще, откуда я это знаю? – поспешно поправился Валерий Яковлевич. – Но все равно, сигарета – это банально, вам не кажется?
   Мы с Павликом ничего не ответили на этот вопрос, оставив свое мнение при себе. Я не стала заикаться и о предположении, что пожар могла устроить сама Золотова, чтобы ускорить выезд предыдущего арендатора, несмотря на искренность Валерия Яковлевича. Он скромно поинтересовался уже в конце нашего разговора, почему нас так интересуют эти факты, и Павлик, не моргнув глазом, соврал, что нам просто хотелось бы снять помещение.
   – Не надо врать, молодой человек, – назидательно проговорил Валерий Яковлевич. – Поверьте мне, за столько лет работы в этом бизнесе я уже стал хорошим психологом и всегда чувствую, что от меня нужно людям. Вас совершенно не интересует само помещение.
   Павлик смутился, недовольно фыркнув. Мне же пришлось сознаться в том, что Золотова сейчас находится в больнице и мы занимаемся частным расследованием, проверяем круг ее знакомств.
   – Лицо облили серной кислотой?! – ужаснулся Валерий Яковлевич. – И вы думаете, что на такое мог пойти Куракин?
   – А почему бы не мог? – парировала я.
   – Нет, что вы. Я не хочу направить вас по ложному следу, но мне кажется все это диким, – оправдывался Валерий Яковлевич. – Хотя, признаюсь, Куракин мне показался несколько нервным типом. Очень тяжелый человек!
   – Способный на все, – добавил Павлик.
   – Может быть, – неуверенно ответил собеседник, и на этом наш разговор закончился.
   Нам удалось выяснить все, что мы собирались узнать. Значит, неудачливого арендатора зовут Куракин Николай Федорович и он директор агентства по недвижимости «Небоскреб».
* * *
   Гурьева на работе, разумеется, не оказалось, и дозвониться я ему домой не смогла. Мы с Павликом сидели в кабинете вдвоем: в выходной день все занимались своими делами. Даже Галина Сергеевна, которая отличалась тем, что все свое свободное время посвящала программе «Женское счастье», не звонила мне, чтобы рассказать о проделанной работе. Лера тоже как в воду канула. Но меня это все даже немного радовало. Если Моршакова молчит, значит, у нее не возникло особых проблем с поиском очередной героини. Надеюсь, что у нее уже есть подходящая кандидатура.
   В дверь кабинета кто-то требовательно постучал, и, не дожидаясь ответа, к нам вошел Валера.
   – Ты где пропадал? – набросилась я на него. – И что ты такое вчера бормотал про Луговое?
   – Я провел ночь на свежем воздухе, – с гордостью ответил Гурьев, усаживаясь на свободное место. – Хорошо в деревне летом! Тишина! Воздух чистый! Для здоровья опять же польза.
   – Ты когда приехал?
   – Только что с автобуса. На такси у меня уже денег не хватило, поэтому пришлось воспользоваться транспортом пригородного сообщения.
   – А Лапов?
   – Денис Владимирович провел все время в объятиях этой распутной девки!
   – Ты о ком?
   – О Дарье, разумеется. Ирка, ты бы видела, что они там вытворяли!..
   – Ну-ка об этом поподробнее, – сразу же заинтересовался нашим разговором Павлик.
   – Обойдемся без подробностей, – резко одернула я Старовойтова и опять обратилась к Гурьеву: – Что с Лаповым?
   – По-моему, он вне подозрений, – уже с большей долей уверенности, чем в телефонном разговоре, ответил Валера. – Ничего подозрительного в его оргиях я не заметил. Он, наверное, на самом деле решил расслабиться и устроить себе романтический отпуск.
   – Ага, и заодно от ментов скрыться. В деревне! – сообразил Старовойтов.
   – Если бы он хотел где-то скрыться, то выбрал бы более надежное убежище, – заметил Гурьев. – Я узнал кое-что о домике в Луговом. Оказывается, ни для кого не секрет, что особнячок принадлежит Лапову Денису Владимировичу. Он туда частенько наведывается. Это мне от односельчан удалось узнать.
   – Валер, ты нигде не пропадешь, – похвалила я Гурьева. – Значит, Дениса Владимировича вычеркиваем из списка подозреваемых. Остается один Куракин.
   – Кто еще такой? – встрепенулся Гурьев.
   – Незадачливый конкурент, который претендовал наряду с Золотовой на выгодное помещение в центре города, – объяснила я.
   – Вот только для начала его найти надо, – напомнил Павлик.
   – Адрес его я отыщу по своим каналам, – пообещал Валера. – Где он работает, известно?
   – Генеральный директор агентства по торговле недвижимостью «Небоскреб», – отчеканила я.
   – А! Тогда какие проблемы? Все оказывается гораздо проще, чем вы думаете, – обнадежил нас Гурьев. – Адрес и телефончик этой фирмочки можно узнать в любой газетенке. Вот хотя бы в этой.
   И он взял со стола Казариновой какую-то газету и разложил ее перед собой. Это, как я смогла заметить, был обычный рекламный еженедельник. Гурьев ловко перевернул несколько страниц и тут же зачитал:
   – «Обменяем, продадим, купим вашу квартиру на взаимовыгодных условиях». Агентство по торговле недвижимостью «Небоскреб»«. Даже номер лицензии опубликован.
   Я заинтересовалась объявлением и подвинулась ближе к Гурьеву. Среди прочих объявлений о купле-продаже недвижимости рекламный призыв агентства «Небоскреб» я заметила не сразу, Валера ткнул в него пальцем. В объявлении, как и предполагал он, был опубликован адрес агентства и несколько телефонных номеров.
   Валерий набрал один из них и дождался, когда на другом конце провода снимут трубку: в выходной день агентство по торговле недвижимостью функционировало. Таковы уж требования рынка! Уверена, что у работников этой фирмы вообще не было выходных, коли уж они занимались таким бизнесом. К тому же агентству приходится выдерживать неслабую конкуренцию со стороны других фирм.
   – Да, девушка, я хотел бы поговорить с генеральным директором, – сообщил Гурьев, а затем для важности добавил: – Николаем Федоровичем… Да, да… По личному вопросу. Он сейчас свободен?… Подъеду через полчаса. До свидания.
   Валерка весело подмигнул мне.
   – Через полчаса встречаемся с Куракиным, – сообщил он, хотя я это и так поняла.
   – Только без меня, – отозвался Павлик, демонстративно позевывая. – У меня все-таки сегодня выходной. Выспаться бы не мешало, а то в погоне за Тареевой я измотался.
   – Да мы и вдвоем справимся, – уверенно сказал Валерка. – Я Шилова сегодня видел, так что он нас довезет.
   Гурьев за несколько минут разыскал нашего водителя. Костик был свободен в ближайшее время, поэтому согласился помочь нам. Хорошо, что до агентства мы доехали на машине, а не на общественном транспорте, а то бы опоздали к назначенному времени.
* * *
   – Вы хотели бы купить квартиру? Или продать? – сразу же накинулась на нас молоденькая женщина, едва мы втроем переступили порог офиса фирмы «Небоскреб».
   – Нет, – резко оборвал ее Гурьев. – Мы к Николаю Федоровичу. Лично!
   – А его, по-моему, нет, – неуверенно отозвалась женщина и отошла в сторону, пропуская нас.
   Объяснять, что ему даже предварительно звонили, чтобы назначить встречу, рядовой сотруднице агентства мы не стали. Фирма «Небоскреб» располагалась почти в центре города, офис был небольшим. В глубине его находился кабинет директора, а в проходном помещении сидели риелторы. Кроме женщины, первой встретившей нас, никто не обратил внимания на наш приход, поэтому мы беспрепятственно проникли в глубь конторы.
   Металлическая полированная табличка на двери генерального директора поблескивала в свете ламп. Мы остановились перед дверью, а Валера заглянул внутрь, предварительно осторожно постучавшись.
   – Девушка, мы к Николаю Федоровичу, – напомнил Гурьев, вваливаясь к секретарю. За ним прошли и мы. – Я вам звонил.
   – Ой, совершенно забыла предупредить директора о вашем звонке, – растерялась молоденькая длинноногая девица, вскочив со своего места. – Боюсь, сейчас Николай Федорович не сможет поговорить с вами. Он как раз собирается на деловую встречу.
   – Но я же вас просил, – укоризненно произнес Валерий и уже хотел было открыть дверь в кабинет Куракина, как неожиданно из нее вышел мужчина в строгом костюме.
   – Николай Федорович, это к вам, – заволновалась секретарша, и я догадалась, что это и есть сам Куракин.
   Николай Федорович был невысокого роста, коренастый. Голову его украшала почетная лысина, благодаря чему он выглядел старше своих лет, а ведь было ему не более тридцати. Респектабельный и деловой, он строго посмотрел на нас, потом на портфель в своих руках и пробурчал:
   – Я сейчас занят.
   – Николай Федорович, вы, очевидно, что-то не поняли? – удивился Валерий. – Нам с вами надо поговорить, мы специально заранее звонили вам…
   – И это в ваших интересах, – добавила я.
   – Сейчас не могу, – тем не менее спокойно ответил Куракин и запер дверь своего кабинета на ключ.
   Наши реплики не возымели действия. Увесистую связку ключей он положил в карман своих брюк и обратился к секретарше:
   – Мариночка, меня до пяти не будет.
   – И что, нам тут до пяти торчать? Мы не будем вас ждать! – грубо сказал Гурьев.
   – Тем лучше, – так же спокойно ответил Куракин. – Приходите завтра.
   Валерий беспомощно оглянулся на меня, затем перевел взгляд на секретаршу, которая только пожала плечами. Начинать разговор в присутствии секретарши нам не хотелось. Тем временем Куракин деловито прошел к двери и вышел из кабинета. Такое спокойствие мне показалось подозрительным: или Куракин совершенно не догадывается о цели нашего прихода, или же настолько уверен в себе, что не боится ничего.
   Мы ринулись следом за директором, и Валерий догнал его уже на выходе.
   – Молодые люди, я же сказал, что сейчас не могу с вами говорить, – оглянувшись, отрезал Николай Федорович.
   – Это касается Золотовой, – не выдержал Валерка, – вы должны…
   – Я никому ничего не должен, – прервал его Куракин и вышел на улицу.
   Мы же с открытыми ртами застыли на пороге офиса, беспомощно наблюдая за тем, как тот усаживается в салон своей иномарки. Разглядеть номер и марку машины я не могла, так как она стояла боком к нам.
   – Костя, ты чего не едешь? – набросился на Шилова Валерий. – Он сейчас скроется.
   – Догоним, – уверенно ответил Костя. – Не хватать же его на пороге собственного офиса!
   Николай Федорович выехал со двора и нажал на клаксон, вроде бы прощаясь с нами. Звук сигнала иномарки оказался резким и противным, и я недовольно поморщилась. Нет, Куракин явно издевается над нами! Неужели он ничего не заподозрил, когда увидел совершенно незнакомых людей в своем офисе? Мне казалось подозрительным, что он так же спокойно отреагировал на упоминание фамилии Екатерины Николаевны. Что-то здесь не так! Неужели он настолько талантливо изобразил перед нами безразличие или ему действительно все все равно?
   – Бегом в машину, – скомандовал Шилов, как только иномарка Куракина завернула за угол.
   Шины Костиной «Волги» взвизгнули, и «Волга» отъехала от «Небоскреба». Куракина мы нагнали только через несколько кварталов. Приближаться к машине вплотную Костя не решался, а Николай Федорович, кажется, так и не заметил слежки. Он не прибавил скорости, послушно останавливался около каждого светофора, не выезжая вперед, плавно газовал. Шилов не упускал его из виду, прячась за другие машины, следовавшие в том же направлении.
   – Ну и сука! – с ненавистью прошипел вдруг Гурьев.
   – Ты про кого это? – поинтересовался Шилов.
   – Про Мариночку.
   – Про какую Мариночку? – ничего не понимая, донимал Гурьева Костя.
   – Да секретарша эта… Забыла она, видите ли… – буркнул Валера.
   – Ну ладно тебе, успокойся, – примирительным тоном проговорил Костя.
   Меня же мучил вопрос: почему Николай Федорович не обратил на нас внимания? Мало того, что Валерий был настойчив, так еще и при упоминании фамилии Золотовой Куракин ничего не ответил. Такому спокойствию можно было позавидовать. Неужели такой невозмутимый человек способен затеять подобный скандал из-за помещения?
   Валерий насупился и больше не произнес ни слова. Фиаско в «Небоскребе» повергло его в дурное настроение.
   Когда мы выехали на Советскую, в душу закрались тревожные предчувствия: на этой улице располагался главный офис фармацевтической компании Золотовой, из-за которого и разгорелся весь скандал. Здесь же находилась фирма Валерия Яковлевича, который занимался офисными помещениями.
   Когда же Николай Федорович остановился около офиса, где только сегодня утром были мы с Павликом, я чуть не вскрикнула. Валерка посмотрел на меня подозрительно, заметив, что я заволновалась еще больше.
   – Что такое? Что-то вспомнила? Забыла выключить дома утюг?
   – Какой утюг! Мы же сегодня были здесь со Старовойтовым у того мужика, который сдает помещения под офисы в аренду. Он владелец того злополучного здания, на который положили глаз и Золотова, и Куракин.
   – Все понятно! – со знанием дела сказал Валерка. – Значит, наши подозрения оправдались. Николай Федорович не отступился от выгодного помещения, и теперь, когда бизнес Золотовой под угрозой и она не сможет платить прежнюю арендную плату, а может, и вообще откажется от дорогого помещения, он оформит договор аренды на свое имя. Ну и гадина!
   Валерка уже хотел было выскочить из машины, чтобы броситься вслед Куракину, но Шилов остановил его.
   – Подождем немного, – посоветовал Костя. – Пусть они поговорят, а когда выйдет, схватим Куракина.
   – С Николаем Федоровичем надо говорить один на один, – сообразила я. – Владельцу помещения наверняка неизвестны обстоятельства дела, а лишние уши нам ни к чему.
   – Да вы что! Сейчас Куракин обстряпает свои делишки, – не успокаивался Гурьев, нетерпеливо оглядываясь на дверь офиса Валерия Яковлевича.
   – Не торопись, – опять одернул его Шилов. – Куракина мы не упустим!
* * *
   Тот появился на пороге офиса уже через несколько минут – ждать долго нам не пришлось. Он медленно приближался к своей машине, не выпуская из рук портфель. Теперь он нес его, плотно прижав к груди, будто там лежали не бумаги, а деньги. Конечно, теперь же в его руках заветный договор!
   Когда Куракин уже достал ключи от машины и хотел было открыть дверь, Шилов неожиданно возник позади него. Николай Федорович, видимо, почуял неладное. Подняв глаза, он увидел перед собой Валеру. Я же наблюдала за всем происходящим из салона автомобиля. Испуга в лице Николая Федоровича я не заметила, но он случайно выронил из рук портфель. Значит, все-таки испугался, хотя лицо его оставалось невозмутимым. Я еще раз позавидовала его актерским способностям.
   – Молодые люди, я же вам сказал, что мне некогда… – не изменил ему спокойный тон, но Шилов оборвал его, схватив сзади за руки.
   Валера же ловко поднял с земли портфель, но не спешил его отдавать Куракину. До нашей «Волги» было всего несколько шагов. Шилов схватил Куракина в охапку и буквально затащил к нам в салон.
   – Что такое? Что вы себе позволяете? – вырвалось у Николая Федоровича, но Костик зажал ему рот.
   Затолкав Куракина на заднее сиденье, Шилов сел за руль, Гурьев же занял место рядом с владельцем «Небоскреба», который не мог не поразиться такому техничному нападению. Он растерялся, не зная, что делать – молчать или же кричать как можно громче? Николай Федорович держался спокойно и не проронил ни слова, даже когда Шилов выехал со стоянки. Машина Куракина осталась в одиночестве стоять у дверей офиса Валерия Яковлевича.
   – Не дергайся – будет хуже! – прикрикнул Гурьев.
   Николай Федорович последовал этому совету и только озирался по сторонам, силясь понять, чего вообще от него хотят. Неужели можно так умело скрывать свои эмоции? И только когда мы проехали центр города и, не сбавляя скорости, поехали в направлении аэропорта, Куракин беспокойно заерзал на своем месте.
   – Ребята, у вас с головой все в порядке? – прошептал он, сглатывая слюну. – Куда это вы меня везете?
   – Заткнись, – грубо ответил ему Гурьев и передал мне портфель.
   Я положила его себе на колени и нетерпеливо открыла замки. Это было совсем не трудно, так как они были не кодовыми, а совсем обыкновенными, как на старых чемоданах. Увидев, что я собираюсь просматривать содержимое, Куракин все-таки занервничал, предупредил:
   – Девушка, там очень важные бумаги! Вы не имеете права их смотреть. Это моя документация!
   – Не переживайте, Николай Федорович, все будет в целости и сохранности, – успокоила я Куракина.
   В портфеле и в самом деле оказались только бумаги, если не считать канцелярских принадлежностей, которые были рассованы по внутренним его карманам. Я просмотрела их все, а затем взяла в руки небольшую стопку бумаг. Взглянув на первую папку, я увидела, что это договора по продаже квартир. Документы были аккуратно скреплены, поэтому не рассыпались в моих руках. Я просмотрела все остальные бумаги: договора об аренде помещения на пересечении улиц Советской и Чапаева там не было, как я и предполагала. Неужели Валерий Яковлевич отказал Куракину?
   – Девушка, вы ответите за это, – предупредил меня Николай Федорович. – Я об всем сообщу в милицию.
   – Хорошо, сообщите, но нам тоже есть что рассказать сотрудникам правоохранительных органов, – спокойно сказал Валерий.
   Эта фраза насторожила Куракина, и он с опасением посмотрел на Гурьева.
   Шилов наконец остановил машину в одном из безлюдных закоулков, где на нас никто не мог обратить внимания.
   – Николай Федорович, отпираться бесполезно, – начала я, повернувшись к Куракину. – Мы уже убедились в ваших актерских данных, однако это вам не помогло. И не надо принимать вид несчастной овечки.
   – Я в самом деле абсолютно ничего не понимаю, – попытался убедить меня Куракин, но Валерий только шикнул на него, и Николай Федорович замолчал.
   – Мы все знаем о ваших планах, – продолжала я.
   – О вашей преступной деятельности тоже, – добавил Гурьев.
   – Зато сам я об этом ничего не знаю, – подал голос Николай Федорович.
   – Конечно, гораздо проще все отрицать, – ухмыльнулся Валерий. – Но с нами этот номер не пройдет. Вы знакомы с Екатериной Николаевной Золотовой?
   – С кем? – переспросил Куракин. – Что-то не припоминаю… А-а-а! Вот вы о ком! – неожиданно осенило его, и он уверенно ответил: – Знаком, но не столь близко, как вы, наверное, думаете.
   – Ваша фирма снимала помещение на пересечении Советской и Чапаева? – продолжил Валерка.
   – Да, несколько лет в этом здании располагался наш офис, – согласился с ним Николай Федорович. – А потом это помещение арендовала Екатерина Николаевна. Тогда-то мы с ней и познакомились.
   – Не только познакомились, но и поскандалили, – заметила я. – Не старайтесь делать вид, что вам совершенно ничего не известно. Вы даже угрожали Золотовой.
   – А-а-а, вот вы куда клоните, – догадался Николай Федорович. – А я все никак в толк не возьму, что вам от меня надо. Вы что, и в самом деле считаете, что мои разговоры с Золотовой можно считать угрозой?
   Куракин усмехнулся, исподлобья посмотрел на меня, я же растерялась: ну как еще можно назвать его приставания?
   – История с этим злополучным помещением на самом деле получилась не очень приятная, – сказал, неловко улыбаясь, Николай Федорович. – Мы претендовали на этот офис вдвоем. Мне не было никакого резона выезжать с выгодного места в центре города, но после пожара, о котором вы тоже, наверное, знаете, – Николай Федорович дождался моего кивка, – восстанавливать офис было бессмысленно.
   – Вы же сами обвинили Екатерину Николаевны в организации пожара, – напомнил Валерка.
   – Ребята, это же было буквально в первые дни, когда я еще не разобрался в ситуации, – бодро отреагировал Николай Федорович. – Тогда я был в отчаянном положении. Бизнес катился к чертовой матери. Мне надо было любыми путями сохранить это помещение, так как ничего лучше у меня на примете не было. Тогда я и сорвался на Золотовой, думал, что это она пошла даже на поджог. Я доставал ее в течение недели. И потом она тоже поступила не очень честно: превысила предлагаемую сумму за аренду, поэтому Валерий Яковлевич подписал с ней договор. Это меня и вывело из себя. Я почти месяц ходил сам не свой. Представляете, что это такое?
   Я понимающе кивнула, хотя, честно признаться, все еще не доверяла Куракину. И с чего мне было ему доверять, если у меня в голове уже сложилась вполне правдоподобная версия произошедшего с Золотовой, и отступать я не желала. Николай Федорович же воспринял мой кивок без всякой задней мысли и продолжил свой рассказ.
   – Да, я говорил Екатерине Николаевне, что просто так это не оставлю, что доберусь до истины. И я добрался. Я узнал, что причиной пожара стало короткое замыкание в проводке одного из кабинетов. И виноват в том один из сотрудников моей фирмы, он наказан по заслугам. Сотрудники же правоохранительных органов успокоились на версии о непотушенной сигарете. Раздувать из этого скандал мне не было никакого смысла, тем более что за того работника я нес ответственность.
   – Зачем же вы угрожали Золотовой? – не успокаивалась я.
   – Как только мне все стало ясно, я оставил Екатерину Николаевну в покое, – вздохнул Николай Федорович. – Я извинился перед ней. Мы, конечно же, расстались не друзьями, но и не конфликтовали больше. Да и чего мне с ней было делить?..
   – А как же помещение?
   – Мне оно уже не нужно. Кроме всего прочего, я узнал, что здание на пересечении Советской и Чапаева отнесено к старому жилому фонду и на данный момент по решению комиссии является аварийным…
   – Что? Вы в этом уверены? – насторожилась я. – Почему же Валерий Яковлевич ничего нам об этом не сказал?
   – Потому что ему выгодно, чтобы эта информация не разглашалась, – объяснил Николай Федорович. – До самого последнего дня арендатору съемщик будет вносить условленную плату, а потом уже его просто попросят покинуть помещение. И Валерий Яковлевич останется чистеньким.
   – А как же комиссия по эксплуатации зданий допускает, что сейчас в аварийном здании работают люди? – удивилась я.
   – Ой, да вы что, не знаете, что в наше время все можно купить за деньги? – ухмыльнулся Николай Федорович. – Думаю, у Валерия Яковлевича все схвачено, потому он так уверенно себя чувствует. Так что Золотова ничего не выиграла!
   – А вы?
   – Я даже рад, что вовремя избавился от этой рухляди. Мне предложили не менее хорошее помещение. Вы же сами видели. Кроме того, за меньшую плату. Я сразу оформил арендную плату на более длительный срок, так что теперь мне ничего не грозит, и фирма, дай бог, существует нормально.