- Нет! - вскрикнула Лея. - Не дайте им забрать Анакина!
Не успела она закончить фразу, как дредноут вошел в узкий проход между
осколками планеты.
Ослепительный голубой узор статических разрядов окутал наружные щиты
"Вендетты" словно еще не сформировавшимся коконом. Впереди нее
распространялся ионизационный конус по мере того, как она пропахивала
сгущающуюся атмосферу навстречу захватывающим дух грозам.
Лея плотно закрыла глаза и сосредоточивалась, сосредоточивалась... Если
бы она смогла установить связь между мозгом Анакина и своим, у нее появился
бы микроскопический шанс проследить за ним, когда дредноут исчезнет в
гиперпространстве.
Она почувствовала людей на борту имперского корабля - но никакого
намека ни на ее сына, ни на давнюю подругу Винтер. Лея еще шире раскинула
свой мысленный поиск, пока "Вендетта" проскакивала узкое бутылочное горло
атмосферы.
Гигантский бронированный корабль послужил металлическим зондом между
парой до отказа заряженных пластин. Дредноут замкнул накоротко две
заряженные атмосферы.
Колоссальная молния разорвала атмосферу и прочертила военный корабль
огненной цепью. Река высвобожденной энергии обрушилась на "Вендетту",
уничтожив ее в урагане испепеляющего электричества, оставив лишь обугленный
след на экране.
Акбар громко вздохнул и опустил голову. Терпфен осел в своем кресле, но
Лея следила за катастрофой лишь частью своего сознания. Она обшаривала
пространство - пока наконец не обнаружила яркую точку, которая была ее
младшим сыном Анакином.
Терпфен поднялся так, словно уже был закован в тяжелые цепи.
- Министр Органа Соло, я отдаю себя в... Лея покачала головой.
- Кары не будет, Терпфен. Анакин еще жив. Он на планете. Но именно
сейчас он в страшной опасности. Нам надо торопиться.




    ГЛАВА 20



Винтер притаилась за металлической дверью, ведущей в посадочный грот. В
одной руке она держала бла-стерный пистолет, понимая, что ее белые волосы и
светлая одежда будут хорошо видны даже в полумраке.
Четыре огромных штурмовых транспортера проползли над обломками левой
створки двери и с шипением остановились посередине грота. С жужжанием
откинулись транспаристиловые купола кабин и выпустили наружу гвардейцев.
Переводя взгляд из стороны в сторону. Винтер проделала быстрый подсчет.
Каждый из четырех шагоходов нес двоих гвардейцев - итого восемь мишеней. Она
покрепче взялась за бластер и прицелилась в ближайшего солдата в белом
скафандре.
Винтер быстро выстрелила три раза подряд. Она не могла сказать, сколько
зарядов действительно попало в солдата, но его отбросило назад с разбитой на
куски броней. Остальные солдаты соскочили с транспортеров, стреляя в ее
сторону.
Винтер пригнулась, но стрелять больше не могла. Последний шагоход
открылся, и в нем обнаружился один гвардеец и еще один приземистый человек с
огромными бровями и толстыми губами.
Остальные солдаты засекли позицию Винтер рядом с дверью и осыпали ее
градом выстрелов. Она отступила к открытому люку.
У Винтер был выбор: либо бежать назад к Анакину и защищать его изо всех
сил, либо она могла бы завлечь оставшихся семерых врагов подальше от ребенка
и сделать все, чтобы избавиться от них.
Винтер нажала спусковую кнопку бластера, не целясь. Яркие струи
срикошетили от стен грота. Коротышка нырнул под низко висящую кабину
шагохода.
- Взять ее! - завопил он.
Один из бойцов, еще остававшийся в кабине шагохода, применил лазерную
пушку и выстрелил в стену над головой Винтер, оставив дымящуюся воронку.
Коротышка закричал из своего укрытия под машиной:
- Не убивайте ее! Только оглушите, пока не схватите ребенка. Ты,-
махнул он солдату, вылезшему из шагохода вместе с ним,- пойдешь со мной, мы-
проведем разведку. Остальным - схватить эту женщину.
Именно на это и рассчитывала Винтер. Она бросилась по коридору, зная,
что большая часть отряда последует за ней. Она пробежала по наклонным
туннелям, низко нагибаясь под неровными арками, захлопывая за собой тяжелые
герметичные двери, и перешла на более глубокий этаж базы.
Гвардейцы преследовали ее по пятам, быстро справляясь с толстыми люками
с помощью фокусированных термических детонаторов, вырывавших металлические
двери из пазов.
Винтер уводила их через лабиринт переходов все дальше и дальше от
маленького Ана-кина. Гвардейцы теперь полностью потеряют ориентировку.
Солдаты стреляли всякий раз, когда ясно видели цель, но Винтер удалось
избежать участи быть разорванной выстрелом на куски. Она испустила вздох
облегчения - единственное выражение чувств, что она себе позволила, - когда
ей наконец удалось завести солдат в подземное генераторное помещение и
компьютерный центр.
Сама комната представляла собой полную неразбериху из всевозможного
оборудования, хладопроводов, металлических труб и пульсирующих систем
жизнеобеспечения. Главный компьютер светился продолговатыми зелеными
лампочками, мерцавшими, словно струи водопада. Периферийные компьютеры,
встроенные в насосные станции и оболочку генератора, образовывали
сюрреалистическую смесь из изогнутого металла и пластика, из
транспаристиловых контрольных экранов, терминалов ввода-вывода - здесь было
столько оборудования, что вряд ли кто-нибудь смог придумать работу для
каждого прибора.
Винтер знала, что все это было лишь декорацией, скрывающей истинное
назначение этой комнаты.
Солдаты замешкались на пороге, словно подозревая западню, скрытую
где-то в тени.
Винтер подняла бластер и дала по ним семь торопливых выстрелов.
Гвардейцы залегли за укрытиями, а затем, когда Винтер перестала стрелять,
бросились за ней в полутемную комнату.
Винтер не пыталась спрятаться. Она подбежала к светящейся стойке
компьютера и нырнула в тень на другой стороне помещения, в переплетении
трубопроводов, труб и вспыхивающих лампочек. Гвардейцы двинулись в ее
сторону, не переставая стрелять.
Винтер выпалила еще несколько раз, просто, чтобы спровоцировать их и
убедиться, что они остаются в комнате. Один из ее выстрелов срикошетил от
блестящей поверхности и угодил в бок гвардейца, расплавив белую броню на его
правой руке.
Казалось, Винтер была приперта к стене в дальнем углу комнаты; пятеро
гвардейцев наступали на нее, тот, что с раненой рукой, держался позади.
Имперские солдаты преодолели половину пути, когда стены начали
изгибаться и сдвигаться с места.
Соединительные трубки и трубопроводы, громоздкие контрольные пульты и
сферические считывающие панели задвигались, со щелканьем соединяясь в
определенные узлы. Винтер слышала, как встают на место детали, как звякают
друг о друга металлические соединения.
Начиненные механизмами стены внезапно превратились в группу
дройдов-убийц, собранных из замаскированных узлов. Дройды привели в
готовность свое оружие, образовав стреляющую шеренгу, чьей единственной
задачей было уничтожение гвардейцев.
Винтер не нужно было отдавать приказы. Дройды-убийцы знали точно, что
им делать. Они были запрограммированы не обращать внимания на Винтер и
детей-Джедаев, но они хорошо знали свои мишени.
Со всех сторон дройды-убийцы открыли огонь по пятерке преследователей.
Перекрестный огонь смертоносных лучей срезал импер-цев в белых скафандрах
меньше чем за две секунды, оставив только кучи тлеющих обломков,
расплавленной брони и бесполезного оружия в мертвых руках. Ни один из
штурмовиков не получил возможности выстрелить хотя бы раз.
Кто-то из гвардейцев один раз простонал, зашипел от боли и погрузился в
безмолвие смерти. Густая тень саваном накрыла эту бойню.
Облегченно вздохнув, Винтер переступила через тела, еще раскаленные
после резни. Она взглянула на потемневшие забрала имперских солдат.
- Никогда нельзя недооценивать противника, - сказала она.
Посол Фурган низко пригибался, в то время как гвардеец двигался
перебежками впереди него по неровным каменным коридорам.
У Фургана не было боевой выучки и никакого опыта, но он изо всех сил
старался подражать быстрым движениям своего спутника. Он сжимал в руке свое
бластерное ружье, постоянно поглядывая на него, чтобы убедиться, что оружие
подзаряжено.
В туннелях стоял полумрак, слабо светили белесые газовые трубки,
смонтированные на потолке. Гвардеец вжимался в стену и высовывал оружие
из-за угла, чтобы посмотреть, не вызовет ли это чей-то огонь; затем он
перебегал к следующему пересечению туннелей.
Они проходили дверь за дверью, заглядывая в каждую комнату, готовые
схватить беспомощного ребенка и бежать обратно к транспортерам. Фурган с
солдатом обнаружили кладовые, забитые клетями с продовольствием и
оборудованием, столовую, пустые спальные комнаты - но не ребенка.
Далеко внизу Фургану послышались хлопки и отдаленное эхо бластерного
огня. Он злобно посмотрел в сторону звуков.
- Я же приказал им не убивать ее. Почему они меня не послушались? - Он
повернулся к солдату. - Теперь нам придется искать ребенка самим.
- Да, сэр,- бесстрастно отозвался гвардеец.
Следующая металлическая дверь оказалась заперта и загерметизирована.
Никто не отозвался, когда гвардеец забарабанил в нее своей белой перчаткой.
Он снял с пояса сумку с инструментами, вынул мощный лазер-резак и вскрыл
панель управления дверью. Ловко действуя пальцами, несмотря на толстые
перчатки, он переключил управляющие провода.
Дверь со скрипом отъехала в сторону, открыв пастельные тона комнаты,
заполненной игрушками, плюшевую кроватку... и четырехрукого дройда-няньку,
занявшего оборонительную позицию в углу комнаты и закрывавшего собой
маленького мальчика.
- А, вот мы где наконец, - произнес Фур-ган. Он шагнул внутрь,
озираясь, нет ли здесь каких-нибудь дурацких ловушек. Боец прикрывал его с
фланга, оставаясь в оборонительной позе с бластером в руке. Фурган не увидел
никакой другой защиты, только лишь этого дройда.
- Уйдите, пожалуйста, - заговорил дройд ласковым бабушкиным голосом.-
Вы беспокоите ребенка.
Фурган расхохотался во все горло.
- Единственная оборона, которую они сумели выставить, это один
дройд-нянька? - Он снова хихикнул.- Мы посылаем целый штурмовой отряд, чтобы
отнять младенца у дройда-няньки?
Дройд стоял перед ребенком, который весьма смирно сидел на полу. Своей
нижней парой рук нянька развернула противоударный металлический фартук у
основания своего туловища и прикрыла малыша от случайного лазерного
выстрела.
- Вы не можете взять этого ребенка,- сказал дройд.- Я должна вас
предупредить, что запрограммирована защищать его любой ценой.
- Как трогательно! Ну, а я собираюсь забрать этого ребенка - любой
ценой,- ответил Фурган, с торжествующей улыбкой кивнув гвардейцу.- Пойди и
возьми ребенка.
Гвардеец сделал шаг вперед. Дройд вытянул все четыре руки, приказывая
повелительным жестом остановиться.
- Простите, но я не могу этого позволить,- спокойно сказала нянька.-
Закрой глазки, маленький Анакин.
- Чего ты ждешь? - рявкнул Фурган на гвардейца.- Это всего лишь
дройд-нянька.
С щелчком и жужжанием все четыре кисти рук дройда отвалились и упали на
пол, обнажив стволы бластеров, спрятанных в каждом запястье.
- Я усиленный дройд-нянька, - подчеркнул он,- и вы не причините вреда
этому ребенку.
Дройд разрядил все четыре ствола, выплюнув сгустки смертоносной
энергии.
Четыре луча поразили приближавшегося солдата, прежде чем он успел
вскинуть оружие. Его отшвырнуло на стену, осколки белой брони разлетелись в
стороны от дымящихся черных ран.
Фурган завопил от изумления и страха. Он вскинул свой бластер и нажал
на спусковую кнопку гораздо раньше, чем смог прицелиться. Шквал раскаленных
струй заметался по комнате, отражаясь от пастельных стен, отскакивая от
углов.
Фурган пригнулся, но продолжал палить. Дройд-нянька направил на него
все четыре бластерные руки, но Фурган рассек его округлую голову и мягкое,
покрытое плотью туловище, преуспев больше по счастливой случайности, чем от
умения. Полетели искры, и расплавленный металл брызнул во все стороны.
Скрытый защитным фартуком малыш заплакал.
Искривив в улыбке багровые губы, Фурган перешагнул через обломки
дройда-няньки и через мертвого гвардейца, чтобы забрать ребенка. Он схватил
Анакина за маленькую ручонку и рывком поднял его в воздух, держа за ткань
пижамки. Фурган не знал толком, как надо держать ребенка, особенно такого,
который продолжал извиваться как угорь.
- Пойдем со мной, малыш, - сказал Фурган.- Ты скоро начнешь совершенно
новую жизнь, важную для всей Галактики.




    ГЛАВА 21



Хэн Соло все пытался подойти поближе к Кипу Даррону, чтобы приободрить
друга, приведенного в Зал Совета под конвоем, но охранники - стражи Новой
Республики - никого не подпускали к нему.
Кип шел медленно, словно ступая босыми ногами по битому стеклу. Его
лицо пересекли глубокие морщины. Казалось, что дух Экзара Кана переложил
тяжесть четырех тысяч своих черных лет на плечи парня.
Поджигатель был взят под усиленную охрану, и Мон Мотма объявила, что
отныне всякие исследования в области совершенствования нового супероружия
будут прекращены. Беспорядочная месть Кипа показала, насколько страшной
силой обладает Поджигатель.
Несмотря на все усилия кондиционеров, воздух в помещениях Совета
казался спертым и душным. Хэн с трудом сдерживал себя, не давая развиться
приступу клаустрофобии.
Форма членов Совета напоминала древние доспехи. Под стать одежде были и
лица уставших, давно не отдыхавших людей, облеченных огромной властью и
несущих не меньшую ответственность. Хэн предпочел бы оказаться здесь вместе
с Леей, но она неожиданно улетела с Явина-4 вместе с Терпфеном, скорее всего
- повидать Акбара. У Хэна даже не было времени связаться с ней перед
отлетом, чтобы выяснить, в чем дело. В конце концов, Лея не одна и может за
себя постоять, а оставить Кипа в одиночестве в такой момент Хэн не мог.
Мон Мотма, со всех сторон окруженная роботами-врачами, казалось, лишь
частично воспринимает все, что происходит вокруг. Никто из членов Совета не
посмел бы предложить сместить ее со своего поста, но всем было ясно, что ее
роль в принятии решений становится все меньше и меньше. Хэна поразило,
насколько хуже стала выглядеть Мон Мотма - глава государства - за последние
несколько дней.
Один из церемониальных стражей, стоявший у арки дверного проема,
протрубил в какой-то серебристый рожок, призывая присутствующих к вниманию.
Хэн не был особо искушен в тонкостях правительственного протокола, но
отдавать друга на растерзание этим бюрократам он не собирался. Никто из
членов Совета еще и рта не успел раскрыть, а Хэн уже шагнул вперед и громко
сказал:
- Эй, вы! Дайте мне слово! Я хочу сказать кое-что в оправдание моего
друга.
Старый, похожий на выброшенное на берег, а затем иссушенное солнцем
дерево, но полный сил и энергии генерал Ян Додонна резко развернулся на
каблуках.
- Капитан Соло, задержанный вполне может сам сказать все, что нужно в
свою защиту.
По крайней мере, действовал он вполне самостоятельно. Так что сейчас
позвольте ему самому ответить на наши вопросы.
Смутившись, Хэн сделал шаг назад и уставился в пол, изучая сеть трещин,
пронизавших каменные плиты. Генерал Додонна поднялся на трибуну. Кип
проводил его взглядом, словно испуганная и парализованная страхом овца,
заметившая подкрадывающегося волка.
- Кип Даррон, - начал генерал, - вы похитили Поджигатель. Вы напали и
причинили большой вред Люку Скайвокеру, Рыцарю Дже-даю. Вы взорвали
Туманность Котел и уничтожили две другие обитаемые солнечные системы. Я не
собираюсь обсуждать военную эффективность этих действий - но мы не можем
допустить, чтобы какие-то сопляки сами вершили суд и выносили приговоры,
приводя их в исполнение самым страшным и опасным оружием.
Остальные члены Совета согласились с этими словами. Звонкий голос
генерала Рииканна разнесся под сводами:
- Совет уже постановил, что Поджигатель никогда не должен быть
использован. Мы разместили его в надежном, защищенном месте, но вы намеренно
нарушили наше решение.
На лицах остальных членов Совета было написано, что любой из них
добавил бы к этим обвинениям кое-что от себя. Лишь явная бесполезность
проведения времени в излишней обвинительной риторике удерживала их от этого.
Через мгновение раздался слабый, подавленный, почти мальчишеский голос
Кипа:
- Моим поступкам нет прощения. Я согласен с любым наказанием.
- Даже если тебе будет вынесен смертный приговор? - негромко, но четко
спросил сенатор Хрекин Торм. - Учти, за то, что ты натворил, ты вполне
заслуживаешь смертной казни.
- Подождите! - крикнул Хэн. Члены Совета недовольно посмотрели на него,
но ему было не до их молчаливых упреков в невежливости.
- Выслушайте, выслушайте же меня! Кип тогда не был самим собой. Его
поступками руководила Черная Сила, дух Лорда Сигов, который был уничтожен
уже после этого. Но ведь Кип сделал и доброе дело. Чего стоит только
уничтоженный флот Даалы. Сколько жизней спас он этим? Ведь в конце концов
идет война!
Из потрескавшихся губ Мон Мотмы донесся слабый, хриплый шепот:
- Кип Даррон, на тебе - кровь миллионов" быть может миллиардов. Мы -
правительство, а не суд. У нас нет права решать твою судьбу. Тебя,- тут она
прервалась, словно давая передышку слабым легким, - тебя должен судить твой
учитель - Учитель Джедаев. Нам не под силу определить твою вину.
Подняв руку, она показала пальцем в сторону Хэна.
- Пусть он отвезет его на Явин. Люк Скай-вокер решит его судьбу.




    ГЛАВА 22



Лея, Акбар и Терпфен присоединились к спасательному отряду, высаженному
со "Странника" на покрытую фиолетовой атмосферой планету Анот. Акбар летел
впереди всех на истребителе. Все его вооружение было под завязку заряжено
энергией. Акбар был готов нанести удар по любому штурмовому отряду,
высадившемуся с имперского дредноута.
Истребители неслись к возвышающейся над горой каменной башне, выбранной
Люком в качестве базы. Увидев следы штурма и взорванные двери, Лея
вздрогнула и прошептала:
- Мы опоздали.
Однако внизу дымились не только изуродованные укрепления, но и обломки
каких-то ужасных механических пауков.
Голос Акбара раздался в динамиках связи между кораблями:
- Винтер достойно держала оборону. Похоже, наша защитная система
сработала неплохо.
Лея прокашлялась и облизала пересохшие губы.
- Будем надеяться, что достаточно неплохо, адмирал.
Облетев все еще свисавшую на одном из замков броневую плиту портала,
истребители приземлились в посадочном ангаре, выбрав место среди обломков
шагоходов. К выбравшимся из-под защитных колпаков Акбару, Лее и Терпфену
подбежали готовые к бою каламари.
Акбар скомандовал:
- Терпфен! Ты, госпожа Лея и половина солдат отправляйтесь сразу же в
детскую. Ищите ребенка. А я с остальными попробую найти Винтер. Сдается мне,
я понял ее тактику ведения боя.
Лея предпочла не обсуждать план с опытным офицером. Выхватив лазерный
пистолет, она бросилась вперед. Сейчас ей было важно только одно - спасти
ребенка.
Пробегая сломя голову по лабиринту туннелей, Лея все же отметила, что
по пути к детской на стенах не было видно следов перестрелки.
Рядом с собой она слышала топот шагов и удары оружия о доспехи
солдат-каламари. Наконец отряд сделал последний поворот. Лея чуть не
оступилась, налетев на медленно кружащегося по полу дройда-ремонтника.
Перепрыгнув через него, она бросилась дальше - в спальню, но с криком "Нет!"
резко остановилась.
Посреди комнаты стоял Фурган, прижимая к своей груди Анакина. Солдаты
вскинули оружие, но Фурган лишь плотнее прижал к себе малыша, прикрываясь
им, как щитом.
- Отдай мне Анакина,- сказала Лея, в голосе которой было больше силы и
угрозы, чем в целом флоте звездных крейсеров.
- Боюсь, что с этим придется подождать,- сказал Фурган, сжимая ладонью
тонкое горло ребенка. - Отведите оружие, или я сверну ему шею! Я забрался в
эту дыру, чтобы найти младенца-Джедая, и сейчас я не собираюсь отдавать его
вам. Теперь он - мой заложник, и, если вы хотите, чтобы он по крайней мере
остался в живых, вам следует пропустить меня и дать мне уйти.
Фурган, не поворачиваясь спиной к солдатам, стал пробираться к выходу
из детской. Стволы лазерных автоматов продолжали следить за ним.
- Если какой-нибудь идиот вдруг выстрелит в меня - я все равно успею
разодрать ему глотку! - нервничая, крикнул Фурган и приказал: - Бросьте
оружие!
Положив автоматы на пол, каламари попятились, давая Фургану дорогу.
Все, кроме Терпфена, который стоял у того на пути подняв руки, похожие на
две угрожающие клешни.
Фурган присмотрелся к нему, задержал взгляд на страшных шрамах на его
черепе и неожиданно узнал его:
- Ах, это ты, моя рыбка! Значит, ты все-таки предал меня. Вот уж не
думал, что у тебя хватит на это силы воли.
- Я нашел в себе силу,- прохрипел Терпфен и шагнул к Фургану.
- Стоять! - крикнул тот. - На твоей совести, рыбка моя, и так слишком
много крови.
Хочешь, чтобы этот младенец своей смертью тоже был обязан тебе?
Гортанный клекот, обозначающий самые страшные каламарийские проклятья,
вырвался из груди Терпфена. Фурган снова направился к выходу, к ангару, где
остались механические пауки - его единственный путь к спасению.
Анакин затих, словно глубоко задумался. Маленькие карие глаза младенца
ярко сверкали в свете фонарей.
Неожиданно Фурган резко вскрикнул. Оказалось, что робот-батарейка
бесшумно подкрался к нему сзади и, выставив один из усов, коснулся им ноги
Посланника. Удар током был неопасным, но все же достаточно чувствительным.
Фурган упал, все так же крепко прижимая к себе ребенка. Маленький робот
выкатился из-под него, издавая верещание, напоминающее испуганный крик
какой-то птицы.
Резким движением Терпфен бросился к Фургану и вырвал Анакина из его
рук.
Не решаясь рисковать, солдаты чуть промедлили с выстрелами, и толстый,
но подвижный Посланник Фурган успел перекатиться с боку на бок и скрыться за
ближайшим углом.
- За ним! - крикнул Терпфен, передавая ребенка в руки Леи.
Слезы хлынули из ее глаз. Не в силах найти слова, чтобы успокоить
своего младшего сына, Лея просто соскользнула на пол, крепко прижимая его к
себе и ласково убаюкивая.
Сухой воздух катакомб разрывал легкие Акбара, но он несся вперед изо
всех сил, подгоняя остальных солдат. Пока что, судя по всему. Винтер
следовала его инструкциям по организации обороны базы в случае нападения.
Биомеханическая защитная система сделала свое дело, уничтожив половину
шагающих машин, но этого было недостаточно. Теперь Винтер следовало заманить
нападающих к замаскированным роботам-убийцам.
В воздухе подземного туннеля чувствовался запах пыли, машинного масла и
еще один - тот, который невозможно ни с чем перепутать,- запах крови.
За углом мелькнул человеческий силуэт. Это оказалась Винтер, в поднятой
руке которой был сжат готовый к бою пистолет. Через мгновение широкая улыбка
растеклась по ее лицу.
- Акбар! Я знала, что ты успеешь! Подбежав к Винтер, Акбар схватил ее
за плечи и обнял.
- Я спешил. Ты не ранена?
- Как видишь - нет. Судя по всему, защитные системы уничтожили почти
всех противников. В живых осталось двое.
- Точно?
- Я никогда не говорю того, в чем не уверена.
Акбар знал, что это правда.
- Лея и мои солдаты уже должно быть добрались до детской, а значит,
Анакин вне опасности. Мы специально разделили отряд, чтобы иметь возможность
прийти на помощь и тебе, - добавил он негромко.
Винтер благодарно кивнула, но вслух сказала:
- Я не успокоюсь, пока не увижу малыша живым и невредимым.
- Пошли, - согласился Акбар. Адмирал, девушка и солдаты вновь бросились
бежать.
Обдирая о жесткий сухой пол нежные подошвы привыкших к влажным топям
ног, Терпфен бежал изо всех сил. Он был готов ко всему, даже к тому, что эта
гонка убьет его. Главное сейчас - догнать Фургана, не дать ему уйти.
Этот человек поработил волю и разум Терп-фена, заставил его пойти на
предательство. Это он заставил его выдавать секреты Республики, подстраивать
аварии на истребителях, одна из которых закончилась падением истребителя
Акбара на Собор Ветров. Это из-за него Терпфен выдал расположение убежища
маленького Джедая.
Терпфен был готов понести любое наказание, но и Фурган теперь должен
заплатить за причиненное им зло.
Подгоняемый личным гневом, Терпфен обогнал остальных каламари.
- За мной! - крикнул он, устремляясь вслед за Фурганом по коридорам со
взорванными дверьми к посадочному ангару.
Скользнув в огромный грот ангара, он увидел, как беглец метнулся к
одному из шагающих десантных кораблей.
- Не уйдешь! - крикнул, задыхаясь, Терпфен.
В этот миг Фурган уже перевалился через борт кабины паука и потянулся
рукой к защитному фонарю.
- Твой дредноут на орбите уже уничтожен! Тебе некуда бежать! - крикнул
ему Терпфен, устремляясь вслед за беглецом.
Эта новость дала ему выиграть несколько мгновений погони. Но все же
Фурган не сдался:
- Слушай, ты, рыба! Я-то знаю, что вся твоя жизнь - это сплошная ложь.
Только дурак может поверить хоть одному твоему слову!
Фурган захлопнул прозрачный броневой колпак. Зарычали двигатели его
машины. Закрыть ему выход было невозможно. Противобластерные двери были