Антон Вольский
Англия. Билет в одну сторону

   © Вольский А., 2014
   © Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2014

Введение

London is the capital of Great Britain

   C этой фразы многие из нас начинали изучение английского языка в школе. И она наверняка осталась в подкорке даже у тех, кто остальное содержание уроков по инглишу забыл. Так вот и я, попав первый раз в Англию, был опутан целой сетью стереотипов о чопорности англичан, непрекращающихся дождях, чае в 5 часов и, конечно, королеве. У каждого, включая иностранцев, есть, как правило, определенный ограниченный набор укоренившихся представлений о том, как выглядит тот или иной народ, та или иная страна. Нам едва ли не каждый день приходится слышать от иностранцев одну и ту же сказку о том, что в России холодно, и поэтому все русские пьют водку, что вам, русским, наша зима как слону дробинка. Англия и англичане не исключение. Five o’clock tea уже давно никто не пьет, хотя чай и считают национальным напитком, в цилиндрах по улицам мужчины не ходят, и при встрече вам никто не скажет: How do you do?
   Так что же осталось от Англии и англичан? Как в шутку заметил один британец, «мы такие, как наш климат, – холодные, мрачные и неприветливые». Добро пожаловать в Англию!

Страна

Территориальное деление

   Как мы помним из школы, королевство Великобритания состоит из четырех частей: Англия, Уэльс, Шотландия и Северная Ирландия. Англия, которая и дала неофициальное название всей стране, со столицей в Лондоне – самая большая и самая населенная часть Великобритании. Именно в этой части Великобритании расположена самая западная точка острова, имеющая весьма самонадеянное имя – Край Земли (Land’s End). Отсюда начал свое путешествие в Лондон олимпийский огонь во время Олимпиады 2012 года. В другие две, Шотландию и Уэльс, англичане любят ездить отдыхать (см. главу «Шотландия – Турция для богатых»), и они покупают там дачи, потому что коренного населения в этих провинциях крайне мало. А в Северную Ирландию, кажется, вообще никто не ездит, и поэтому эта часть империи переживает последствия финансового кризиса тяжелее всех. Северная Ирландия – единственная часть королевства, которая имеет сухопутную границу с другим государством – Ирландией. Граница эта, правда, только на карте, если ехать на машине, ее и не заметишь. Но в Ирландии отторгнутую актом Британского парламента 1921 года часть называют не иначе как «6 графств», подчеркивая, что никакой Северной и Южной Ирландии не существует, а есть одна неделимая Ирландия, небольшая часть которой временно находится в руках другого государства. В этом и крылись корни сепаратистского движения в Северной Ирландии, где питала силы Ирландская Республиканская Армия, в результате действий которой от терактов погибли тысячи людей по всей Британии. Шестиметровые заборы до сих пор разделяют Белфаст, столицу Северной Ирландии, на английские, преимущественно протестантские, и ирландские, населенные католиками, кварталы.
   Шотландия, на мой взгляд, самая живописная часть Великобритании. Зеленые холмы и вересковые пустоши, простирающиеся до горизонта, стада овец и каменные ограды, увитые плющом, – все это летом. Не зря британская королева так любит отдыхать здесь, в замке Балморал, который был приобретен королевской семьей еще в XIX веке. Правда, зимой тут холод и снега по колено, открыты горнолыжные трассы, до которых из Лондона ехать хоть и дольше, чем до французских Альп, зато куда патриотичнее! Ну и к тому же Шотландия – родина виски, прежде всего шотландского. Вискокурни здесь едва ли не на каждом шагу, и только шотландцы, судя по красным носам настоящих ценителей напитка, знают в нем толк. Неудивительно, что именно в Шотландии местные жители разглядели монстра на дне озера Лох-Несс, которое, кстати, правильно было бы называть озеро Несс, поскольку «лох» (loch) по-шотландски – озеро.
   Жители Уэльса, называющие себя кемри, но всему остальному миру известные как валлийцы, считаются одной из последних ныне существующих кельтских наций. Эта часть королевства обширная, но не очень населенная. Ее столицей считается город Кардифф, где и проживает большая часть валлийцев. Природа здесь напоминает шотландскую: отвесные берега, каменистые пляжи, вот только вересковых пустошей и высоких гор нет. Обеспеченные англичане с удовольствием покупают здесь себе дачи.

Союзные республики или свободные штаты?

   Но на этом различия не заканчиваются.
   Самой независимой выглядит Шотландия. Там и парламент свой, который инициировал референдум о независимости, и даже свои деньги (об этом в следующей главе).
   Северная Ирландия вообще существует в королевстве на правах автономного управления. Эта часть присоединилась, вернее, была присоединена к Британии последней. В официальных документах страна до сих пор именуется Объединенным королевством Великобритании и Северной Ирландии.
   Все эти части больше похожи на американские штаты, чем на союзные республики. У них гораздо больше самостоятельности и независимости. И даже когда Шотландия объявила о намерении провести референдум о независимости, центральная власть в лице премьер-министра Великобритании Дэвида Кэмерона отреагировала крайне спокойно, очевидно, надеясь на положительный для себя исход голосования, но в то же время понимая, что вмешиваться во внутренние дела Шотландии она просто не имеет права.
   Самой лояльной частью королевства кажется Уэльс. Он не может похвастаться своими деньгами, но и сепаратистских настроений у валлийцев нет. Они никогда не воевали с Англией за независимость. Напротив, валлийская гвардия отличилась во всех крупнейших военных кампаниях, в которых была задействована Британская империя, начиная с Первой мировой войны и заканчивая конфликтами на Фолклендских островах и в Югославии и войной в Ираке. Валлийские гвардейцы в высоких медвежьих шапках, надвинутых на глаза, и красных мундирах являются одним из символов Великобритании. Мех на шапках, кстати, действительно медвежий. Ежегодно около ста медведей в Канаде лишаются жизни ради британской традиции. Все усилия борцов за права животных, направленные на то, чтобы переодеть военных в шапки из искусственного меха, разбиваются об упрямый традиционализм англичан.
   Великобритания – унитарное государство, каждая из четырех его частей обладает автономией. В каждой из них есть парламент, правительство и даже своя церковь (архиепископ Кентерберийский руководит только английской англиканской церковью, в Шотландии и Уэльсе архиепископы подчиняются лишь королеве как главе Церкви Англии). Многие вопросы самоуправления в этих частях решаются на референдумах, однако дальше других пошла Шотландия. Здесь не только свое правительство, но и своя судебная система. Вопрос об этом был решен в 1997 году на всешотландском референдуме. В результате этих же преобразований к власти в Шотландии пришло националистически настроенное правительство, которое повело политику на получение независимости. В 2014 году состоится очередной референдум, на котором будет решаться судьба Шотландии в составе Великобритании.
   Помимо четырех известных территорий есть еще британские острова, которые обладают еще большей автономией. По сути, остров Мэн даже не является частью Великобритании, у его жителей свои уникальные паспорта, а в британском парламенте нет представителей острова Мэн. Этот клочок суши, расположенный примерно на равном расстоянии от Ирландии и Великобритании, находится в прямом подчинении королевы, которая назначает губернатора острова. Здесь свой парламент и самостоятельная судебная система. Несмотря на то, что остров юридически не является частью Великобритании, по закону Англия обеспечивает его военную защиту. Здесь, как и в Шотландии, любит отдыхать английская аристократия, у многих богатых людей на этой земле есть недвижимость, а одной из самых привлекательных черт является отсутствие скоростных ограничений на местных дорогах.
   Помимо этого острова в состав Британии входят еще 14 территорий, осколков империи, которые не являются частью Объединенного Королевства, но признают за британской короной право вести свою внешнюю политику и обеспечивать защиту. Порой поражаешься, глядя на карту, как далеко простираются британские интересы: Фолклендские, Бермудские, Виргинские, Каймановы острова, Гибралтар, остров Святой Елены и пр. Кроме того, такие крупные и самостоятельные страны, как Канада, Австралия и Новая Зеландия, до сих пор признают главенство британской королевы и входят в так называемые «Королевства Содружества», которое объединяет 16 государств под британской короной. Поистине даже в XXI веке Британия поражает масштабами своей бывшей империи.

Свои деньги – без королевы на банкноте

   Дружба дружбой, а денежки врозь – так говорят, когда хотят отделить эмоциональные отношения от материальных. Это в точности описывает Шотландию. В силу того, что шотландцы до сих пор помнят, что стали частью империи, проиграв войну за независимость, причем не раз, они используют любую возможность, чтобы продемонстрировать свою самостоятельностьность. Например, печатают свои собственные шотландские деньги. Тоже фунты стерлингов, но, страшно даже произнести вслух, – без изображения королевы. Вместо портрета Елизаветы на шотландских банкнотах печатают Вальтера Скотта, автора «Айвенго», поэта Роберта Бернса или шотландского короля Роберта I. Если профили литературных деятелей смотрятся на деньгах весьма уместно – национальное наследие, шотландское «наше все», – то изображение мятежного короля является явным вызовом. Все равно что в Чечне решили бы печатать свои рубли с портретом Шамиля. Ведь Роберт I в XIV веке возглавил движение шотландцев за независимость от англичан. Впрочем, легитимности денег это не вредит. В Лондоне шотландские деньги принимают к оплате, хотя и не без сомнений. Нумизматической ценностью они не обладают, несмотря на то что за пределами Британии считаются редкостью. Поэтому, если уж вам доведется побывать в Шотландии, отложите парочку купюр на память.
   В Северной Ирландии тоже встречаются свои собственные деньги, хотя гораздо реже, чем в Шотландии, а главное, что деньги Северного Банка нигде больше не принимают, даже в соседней Ирландии, которая с недавних пор перешла на евро.
   В Уэльсе, как самом лояльном британском штате, своих денег не водится. Валлийцы вполне довольны тем, что Банк Англии иногда чеканит или печатает символ Уэльса на обычных фунтах. Но в городе Бристоль, в Англии, в 2012 году ввели в обращение свой собственный фунт. Он принимается только в Бристоле и служит дополнительной поддержкой местной экономики. Идея состоит в том, чтобы деньги из местного бюджета не утекали в Лондон. Заработав бристольский фунт, потратить его можно только в Бристоле. Ну и на нем тоже, разумеется, нет никакой королевы, правда, не из гордости – валлийцы не ставят под сомнение главенство Елизаветы в государстве, – а скорее из скромности, дабы не дискредитировать ее величество, тиражируя портрет королевы на столь незначительных купюрах городского масштаба. На бристольском фунте печатают незатейливые картинки: зверей, сценки из уличной жизни, архитектурные достопримечательности города. Нумизматическая ценность сомнительна.

Флаг как символ единства

   Британский флаг не менее узнаваем, чем американский. Наверное, не сыскать не земле человека, который не узнал бы британский Union Jack среди сотни флагов других стран. Четыре перекрещенные красные линии на синем фоне. Свое название флаг получил от объединения трех королевств: Англии, Уэльса и Шотландии. Поэтому если посмотреть иначе, то флаг представляет собой три креста. Первый изображен более толстыми линиями красного цвета на белом фоне – крест святого Георгия, покровителя Англии. Второй – андреевский крест, белый на синем фоне. Апостол Андрей считается покровителем Шотландии. И третий – ирландский флаг, или флаг святого Патрика, красный косой крест на белом фоне. Все эти флаги существовали по отдельности до XIX века, пока в 1801 году не был подписан акт об объединении Англии.
   Все три флага по отдельности встречаются довольно часто, особенно на трибунах во время футбольных матчей или на машинах в дни национальных праздников.
   По одной из версий, свое название Union Jack взял от небольшого корабельного флага, которой издавна вывешивали на носу судна. Как– никак морская держава.
   Интересно, что флаг страны и королевский флаг – не одно и то же. Штандарт королевы выглядит пестрым полотном, тоже разделенным на четыре части. Первый и четвертый квадрат символизируют древнюю Англию – три льва на красном фоне, второй, с красным львом на золотом фоне, – олицетворяет Шотландию, изображенная в нижнем слева квадрате золотая арфа на синем фоне символизирует Ирландию. В отличие от британского флага королевский никогда не приспускают, потому что король всегда жив. Даже если монарх умирает, его место автоматически занимает наследник престола.
   Английский флаг всегда поднят над всеми государственными учреждениями в Лондоне, и оба флага, Union Jack и королевский штандарт, реют над резиденцией королевы – Виндзорским замком. Причем, если над замком развевается только английский флаг, значит, королевы нет дома, ее штандарт поднимают только когда королева на месте.
   Раз уж речь зашла о замке, нельзя не вспомнить еще один интересный факт, который хоть и не имеет прямого отношения к истории флага, но является хорошей иллюстрацией к истории войн, которые Англия под этим флагом вела во всех морях и океанах. На главной башне Виндзорского замка, скрытый от глаз туристов, весит колокол, украшенный надписями на русском языке. Он был отлит в Москве в XVIII веке и водружен на колокольне одной из церквей под Севастополем. В середине XIX века во время Крымской войны и осады Севастополя британские солдаты сняли с церкви оба ее колокола и в качестве трофея привезли на родину в подарок королю. Видимо, как символ того, что англичане дошли до самых берегов Российской империи. Было ли украдено еще что-то из той севастопольской церкви, история умалчивает, но оба колокола до сих пор называются в Англии Sebastopol bells. Один теперь висит в часовне военного госпиталя под Лондоном, скрытый от посторонних глаз, другой же украшает Виндзорский замок. Этот колокол звонил всего несколько раз. Ему уготовлена особая траурная честь – в него бьют только когда умирает монарх. Почему для этой почетной должности был избран именно российский колокол, обладает ли он каким-то особым звучанием или историей, неизвестно. Фотографий его не существует, туристам колокол не показывают, словно стыдясь истории его обретения. Последний раз он звонил в 1952 году.

А в деревне Гадюкино опять дожди

   О погоде в Британии можно говорить бесконечно, правда, только если вы общаетесь с англичанином. Это не миф, а суровая реальность – почти все разговоры, те, которые не по работе, а ни о чем, начинаются с погоды. «Какая чудесная погода!» – восклицает ваш собеседник. «Да уж, лучше не придумаешь: то жара, то дождь!» – возможно, ответите вы и попадете впросак, потому что такой ответ неверный. Английский разговор о погоде – это неотъемлемая часть речевого этикета, но не только. К нему нельзя относиться поверхностно. Здесь действует то же правило, что и при разговоре о королеве. Хоть она и номинальная фигура в британской политической системе, указывать на это англичанину не стоит, он все равно не согласится, а то еще и обидится. О погоде надо говорить, а не констатировать факты, и, что немаловажно, нужно соглашаться с мнением оппонента, потому что погода – не повод для споров. Холодно, дождь, солнечно, ветрено – все это объективные условия, не требующие дискуссий. Поэтому правильный ответ: «О да, нам всем так повезло, наконец-то выглянуло солнце. Погода отменная!» После этого беседа потечет сама собой.
   Смею предположить, что англичане так много и охотно говорят о погоде потому, что она действительно тут непредсказуемо плоха. Как говорят англичане: мы такие, как наш климат – мрачные, холодные и неприветливые! Весна всегда лучше лета. Лето редко выдается солнечным и сухим, как правило, в этот период дождливо и прохладно. Зима мало отличается от осени – тоже дождь, только чуть холоднее. Редко, обычно один раз за зиму, выпадает снег, который полежит несколько дней и растает. Но в эти дни и дети наиграются, и взрослые намучаются. На машине не проедешь – зимней резины нет даже в магазинах. Особенно продвинутые автолюбители надевают на ведущие колеса автомобиля специальные чехлы, чтобы сцепление с укатанным снегом было лучше. Общественный транспорт курсирует с перебоями, а работу никто не отменяет. Здесь вам не Америка, где после каждого снегопада объявляют snow emergency (снежное чрезвычайное положение), закрывают школы и госучреждения. Все это, конечно, верно только в отношении Лондона и Англии. На севере страны, в Шотландии, снег бывает чаще и его больше. Ну а где же, спросите вы, знаменитые лондонские туманы? А нету, отвечу я, художественный вымысел. Известен даже автор – Чарльз Диккенс. Свою книгу «Холодный дом» он начал с описания тумана: «Туман везде. Туман в верховьях Темзы, где он плывет над зелеными островками и лугами; туман в низовьях Темзы…» и т. д. Картинка оказалась столь живой, наглядной, осязаемой и столь запоминающейся, что Лондон всему миру врезался в память как город туманов.
   Есть, правда, и еще одно, более правдоподобное объяснение. Туман, который описал Диккенс и который был знаком многим лондонцам того времени, на самом деле был дымом от каминов и заводов. В конце XIX века в Лондоне в черте города находились десятки заводов и фабрик, которые работали на каменном угле, каждый дом отапливался камином, у которых, как известно всем, так любят сидеть англичане. Это сейчас, когда жечь уголь дома запрещено, приходится подбрасывать в огонь поленья, а в XIX веке из трубы каждого дома валил черный дым, как из паровоза. Этот смог висел над городом почти постоянно, создавая Лондону славу города туманов. Ну и чтобы закрыть тему туманов, остановимся на еще одном известном словосочетании – Туманный Альбион. Как многие помнят еще со школы, так назвали страну древние греки, впервые увидевшие остров с моря. То, что он был туманным, наверное, просто стечение обстоятельств, а вот «альбион», от слова «белый», можно увидеть и сейчас, если посетить место под названием Семь Сестер (Seven Sisters). Это совсем недалеко от Лондона, час езды на машине. Высокие отвесные меловые скалы сразу напомнят о первых впечатлениях древних греков.
   Возвращаясь к разговору о погоде, нельзя не заметить, что Великобритания едва ли не единственный остров в мире, где почти ежегодно случается засуха. Она становится темой для обсуждений на работе, поводом для многочисленных статей в газетах и репортажей на телевидении, но почувствовать ее не так-то просто. В городах по-прежнему зелено, лужайки блистают сочной зеленью газонов, но в стране вводится hose pipe ban (запрет шлангов, если переводить дословно). Это означает, что нельзя поливать лужайки, цветы и кустарники на заднем дворе дома. Исключение делается для фермеров, ради которых, по сути, эти меры и принимаются. Садоводы-любители, а таких в Англии большинство, страдают, наблюдая, как вянут их розы и астры, остальные англичане негодуют – как же так, страна, окруженная со всех сторон океаном, вдруг оказывается подвержена засухе. Ну а потом наступает и вовсе необъяснимое – начинаются дожди, по телевидению уже говорят про наводнения, а в стране до сих пор еще действует запрет на полив газонов! Нужно быть англичанином, чтобы сносить такие сюрпризы погоды и коммунальных служб беспристрастно.

Моя твоя не понимай

   Английский язык, разумеется, главный язык в Англии. Это очевидно. Но даже в королевстве не все говорят на нем. Я имею в виду даже не многочисленных иммигрантов, хотя, как показывают опросы, количество детей в школе, чьи родители не говорят по-английски, растет. Есть школы, в которых дети, для которых английский не родной, преобладают над коренными англичанами. Но речь не о них, в этой главе я хотел рассказать о тех, для кого английский не родной.
   Английский хоть и является государственным языком королевства, но в трех из четырех ее частей есть и свой родной язык. В Уэльсе, Шотландии и Ирландии коренные языки даже древнее относительно молодого английского языка. Эти языки ни капельки не похожи на английский, даже языковые группы разные: английский относится к группе германских языков, поскольку берет свое начало в германских племенах, которые в V веке н. э. переселились на остров, а валлийский, шотландский и ирландский относятся к кельтской группе языков, на них говорили местные племена до завоевания их римской империей.
   Хорошо еще, что школьное образование в Британии поставлено крепко, а то бы британцы не понимали друг друга – настолько разные языки. Корни слов, а также их структура и произношение разные, и нет никаких шансов у англоговорящего туриста распознать, что написано на дорожных указателях в окрестностях Эдинбурга или Корнуолла. Да и в Англии кое-где есть возможность, например, сдать экзамен на права на валлийском или шотландском языке.
   Валлийцы и шотландцы очень гордятся тем, что имеют собственный язык, и всячески подчеркивают свою национальную индивидуальность. Разумеется, и акцент у них в английском сильнейший. У шотландцев, например, произношение очень похоже на наше. Твердое «р» часто наводит на мысль о том, что перед вами выходец из России или Восточной Европы. Мутко со своей запомнившейся многим речью «фром зе вери боттом оф май харт…» мог бы с успехом сойти за шотландца. Про шотландцев в Британии много шуток, англичане любят говорить, что не понимают шотландский акцент и им нужен переводчик. Но мне лично сложнее других понимать так называемый кокни. Из литературы мы знаем, что это акцент представителей лондонского «дна». На самом деле это английское просторечие, нелитературный язык, на котором общаются люди без высшего образования, рабочий класс. Вот их понять бывает катастрофически тяжело не только из-за произношения, но и потому, что они часто используют какие-то свои жаргонные слова и словечки. Так, отчаявшись однажды понять, что мне объясняет таксист, я его спросил, на каком языке он говорит. Таксист даже удивился, а потом с гордостью сказал: это кокни, приятель!
   Впрочем, сейчас, как говорят современные англичане, настоящего кокни уже не осталось. Во всем виновато развитие телевидения, принесшее в каждый дом обезличенно правильный английский, который так и называют – произношение BBC English. Даже королева стала говорить по-другому за последние полвека. Слушая записи ее ранних радиовыступлений, чувствуешь какое-то особое королевское произношение. Теперь его нет, хотя королева по-прежнему в своих редких публичных выступлениях говорит изысканно, но уже не столь однозначно узнаваемо. Да и Би-би-си уж не та – теперь среди ведущих нередко можно услышать и шотландский акцент, и приглушенные нотки валлийского, а то и индийского английского.

Лондон превращается в Шанхай

   Если проехать или пройти по центру Лондона в час пик, то удивишься количеству велосипедов на дорогах. Спортивные, дорожные, горные… Одни велосипедисты в шлемах и специальной обтягивающей велосипедной одежде, словно готовятся к участию в Тур де Франс, другие в строгих костюмах и галстуках. Встречаются и женщины в туфлях на каблуках. Они мчатся прямо по проезжей части наравне с автомобилями.
   Велосипед с недавних пор, в основном стараниями лондонского мэра Бориса Джонсона, стал крайне популярным видом транспорта в Британии. В крупных городах появились велосипедные дорожки, велостоянки, пункты проката велосипедов. В школах устраивают соревнования между классами, где больше детей на велосипедах приезжают утром на занятия, а некоторые компании дошли даже до финансового стимулирования сотрудников, сменивших автомобили на велотранспорт. Лондон все больше напоминает Шанхай, в то время как китайцы, наоборот, пересаживаются на автомобили, и их города все больше начинают походить на европейские.
   Есть тем не менее одно крайне важное отличие: велосипед в Британии – это не просто развлечение, это полноправный вид городского транспорта, движение которого подчинено общим правилам дорожного движения. Например, ездить по тротуарам на велосипеде запрещено, по ночам без фары и заднего красного фонарика тоже. За такое нарушение велосипедиста даже может остановить полицейский. В последнее время все громче звучат призывы ввести права для велосипедистов, как недавно были введены права для управления мотороллером. Велосипедист – равноправный участник дорожного движения, автомобилистам приходится с этим считаться. На перекрестках для велосипедистов даже созданы отдельные, привилегированные места, выделенная полоса после стоп-линии и до пешеходного перехода, чтобы велосипеды могли встать перед машинами и отправиться со светофора первыми.
   Передвигаться на велосипеде по Лондону – одно удовольствие. Даже двухэтажные автобусы, поначалу пугающие своими гигантскими размерами, ведут себя крайне уважительно по отношению к тем, кто крутит педали. Таксисты уступают дорогу, и все остальные участники напряженного уличного движения ведут себя крайне осторожно по отношению к велосипедам. Хотя бывают, конечно, как говорится, «перегибы на местах». Youtube изобилует видеороликами о конфликтах между водителями и велосипедистами, но общей картины это не меняет.