Не случайно, что в беседе с корреспондентом ИА REGNUM вице-спикер парламента Армении, член бюро армянской революционной федерации «Дашнакцутюн» Ваан Ованнисян расценил это заявление В. Путина как «крайне позитивное и перспективное». «Действительно, мы должны понять, что в данном вопросе существуют два пласта. Первый пласт состоит из того, что каждый конфликт – будь то на постсоветском, постсоциалистическом или же вообще общемировом пространстве (в Азии, Африке, Латинской Америке и т. д.) – имеет собственную, отличную от других генетику, происхождение, протекание и остроту противостояния. Естественно, от этого во многом зависят варианты решений. С другой стороны, есть нечто универсальное во всех этих конфликтах, а именно – право наций на самоопределение как инструментарий для решения», – заявил армянский парламентарий.
   По словам Ваана Ованнисяна, между подходом Запада к проблеме Косово и его позицией в отношении других конфликтов существует отличие. «Ведь что отличает косовские подходы Запада от подходов к остальным конфликтам – то, что в случае с Косово право на самоопределение албанцев от Сербии, их право самим определять свою собственную судьбу, было все-таки признано. Причем в данном случае историческая подоплека конфликта и вовсе не рассматривалась», – заявил он.
   «В случае с Карабахом вся историческая подоплека на нашей стороне, и нам остается только взять из косовского инструментария самое главное – признание миром права армянского народа Карабаха на самоопределение», – подчеркнул Ованнисян.
   Вместе с тем, по его словам, существует еще один интересный пласт, свойственный карабахской проблеме. «Дело в том, что Косово определяется в исторических границах. Карабаху же пока рекомендуется думать о самоопределении в границах той автономии, которая ему была предоставлена Советским Азербайджаном. Здесь, конечно, существует нестыковка, поскольку территории вокруг Нагорного Карабаха, освобожденные армянскими войсками в ходе войны, в недавнем прошлом были заселены армянами и их выдавливали оттуда насильно.
   То есть в нашей проблеме существуют и другие пласты – такие как Нахчыван, и другие вопросы.
   Но в любом случае заявление российского президента о том, что в Косово начинают усматривать какой-то универсальный вариант, можно только приветствовать, поскольку единственное, что в косовском урегулировании действительно оригинально и самобытно, – это признание права албанцев на самоопределение», – резюмировал вице-спикер парламента Армении Ваан Ованнисян.
   Одним словом, правящая элита Армении как минимум на словах, несмотря на демагогию по поводу так называемых освобожденных территорий вокруг Нагорного Карабаха, в принципе согласна с вариантом определения статуса НК в его нынешних границах посредством референдума. Это понятно.
   Таким образом, Р. Кочарян как бы выполняет свое обещание, данное во время свержения Левона Тер-Петросяна, о том, что никогда не согласится на возвращение Нагорного Карабаха Азербайджану.
   Однако вариант урегулирования конфликта на самом деле лишает регион надежды на установление между двумя народами атмосферы доверия, добрососедства, образно говоря, возможности «сожительства», со всеми вытекающими отсюда последствиями, в том числе во взаимоотношениях Армении с другими соседями, к которым она имеет территориальные претензии. А это вряд ли отвечает интересам Армении и армянского народа в целом. Рассмотрим ситуацию более развернуто...
   Допустим, что Азербайджан под давлением ведущих держав и «существующих реалий» соглашается с предложением на проведение референдума по определению статуса Нагорного Карабаха через 10–15 лет. Подобная постановка вопроса, по сути, предопределяет и независимость Нагорного Карабаха, и, как следствие, ожидания и поведенческий тип сторон на весь период реализации мирного соглашения.
   То есть азербайджанцы должны будут свыкнуться с мыслью о том, что при любом развитии событий НК через определенный период времени уже формально окажется вне состава Азербайджана. А армяне будут готовиться только к независимости, и ни к чему другому. Именно эта основная предпосылка будет определять поведенческие мотивы сторон на весь период реализации мирного соглашения.
   Проблема в том, что данная предпосылка изначально базируется не на согласовании, а на конфликте и столкновении интересов. Она изначально исключает возможность «сожительства» двух общин в составе одного государства.
   Попытаемся разобраться в том, к чему это приведет на деле.
   Во-первых, уже сейчас можно однозначно предположить, что на карте Южного Кавказа появится еще одно моноэтническое государство. Зная, что через определенный период времени НК станет в лучшем случае независимым государством, азербайджанцы, изгнанные из Нагорного Карабаха, никогда не вернутся обратно, чтобы опять не оказаться под полной армянской оккупацией. Ведь речь идет не только о Шуше, но и о других населенных пунктах НК, где до конфликта проживали азербайджанцы. А это достаточно веский повод для сохранения атмосферы взаимной вражды и недоверия.
   Во-вторых, так как конечный результат мирного процесса заранее предопределен, конфликтующие стороны вряд ли станут упускать хотя бы одну возможность вставить палки в колеса друг другу. Ведь при предопределении конечного результата в виде «окончательного развода» у сторон конфликта полностью отсутствуют стимулы для налаживания нормальных добрососедских взаимоотношений, позволяющих дальнейшее «сожительство».
   Нетрудно предположить, как себя будут вести армяне. Они всеми правдами и неправдами, используя реальные и мнимые «враждебные акции» азербайджанцев, станут доказывать невозможность совместного проживания в рамках одного государства. А Азербайджан, в свою очередь, несмотря на формальное установление отношений во всех сферах, попытается использовать имеющиеся рычаги по экономической изоляции Армении. А это не так уж и трудно. Так как Армения уже «отстала от поезда», не составляет особого труда и далее не допускать ее к реализации масштабных региональных экономических проектов. В любом случае Армения вне игры!
   Надо полагать, что основные партнеры Азербайджана по этим проектам в регионе, то есть Грузия и Турция, также вряд ли будут уж очень настаивать на подключении Армении к этим проектам. Начнем с того, что Грузия неплохо «заработала» и собирается «заработать» в дальнейшем на том, что Армения не может стать полноправным участником процесса регионального экономического сотрудничества.
   Второе: какой резон Грузии помогать в экономическом становлении Армении, если она имеет территориальные претензии и к этой стране? [45]
   Взаимоотношения Армении с Турцией намного хуже.
   Таким образом, предопределение статуса НК на данном этапе не сулит ничего хорошего не только с точки зрения установления в регионе стабильного и длительного мира, но и нормальных, цивилизованных взаимоотношений между народами, населяющими Южный Кавказ.
   Кстати, уже давно существует поэтапный вариант урегулирования конфликта, некогда предложенный бывшим президентом Армении Левоном Тер-Петросяном, который дает шанс конфликтующим сторонам на совместное «сожительство» в будущем.
   Этот вариант предполагает начало мирного процесса с освобождения азербайджанских территорий и налаживания политико-экономических отношений в полном объеме с размещением в регионе конфликта миротворческих сил.
   По этому варианту будущий статус НК, в том числе и возможность предоставления независимости этой территории, предполагалось обсудить на самом последнем этапе.
   Одним словом, этот вариант не предопределял заранее конечного результата и не исключал возможность «сожительства», то есть мог стимулировать конфликтующие стороны избрать тип поведения, направленного на поиск общих интересов и их совместную реализацию. В этих условиях Азербайджан был бы кровно заинтересован стать более привлекательным для армян в целом, для Армении и НК в частности, создавая благоприятные экономические предпосылки для их процветания.
   В конце концов, даже в этом варианте НК оставляет за собой все рычаги для того, чтобы не согласиться в последующем с «сожительством» в едином государстве.
   Однако этот вариант, базируясь на диаметрально иной предпосылке, в корне меняет поведенческий тип сторон конфликта в период реализации мирного соглашения, их настрой на позитивный лад.
   И наконец, как не раз писал автор этих строк, ментально как армяне, так и азербайджанцы намного больше готовы к «сожительству», чем цивилизованные европейцы.
   Дело в том, что азербайджанцы, несмотря на ситуативную агрессивность, по природе не злопамятны и быстро отходчивы. А армяне, несмотря на почти «генетическую ненависть» ко всему тюркскому, все же очень быстро адаптируются к изменяющимся условиям.
   Поэтому не стоит нас лишать шанса на «взаимную любовь»...
    Рауф Миркадыров

«Зеркало» 9 февраля 2006 г
РАМБУЙЕ НЕ ПРОЙДЕТ

Подписание какого-либо документа не соответствует интересам Азербайджана
   ДО ВСТРЕЧИ ПРЕЗИДЕНТОВ Азербайджана и Армении в Рамбуйе остается всего лишь два дня. Эксперты и аналитики, а также общественность двух стран относятся к этой встрече с большим вниманием, чем, пожалуй, ко всем прошлым переговорам Ильхама Алиева и Роберта Кочаряна. Данный интерес связан с активно распространяемой информацией представителей международных организаций всех рангов о возможном подписании мирного соглашения. В Азербайджане отношение к возможности подписания мирного соглашения неоднозначно.
   На данной стадии подготовка мирного соглашения проходит в основном под «патронажем» США. Официальный Вашингтон на всем пространстве Южного Кавказа противостоит интересам России и Ирана.
   США желают иметь контроль над регионом по нескольким причинам. Первая из них – это нефть, а также возможность транспортировки казахстанских углеводородных ресурсов через территории Азербайджана и Грузии, а в будущем и Армении. Соединенным Штатам весьма важно как можно быстрее сдать в эксплуатацию трубопровод Баку – Тбилиси – Джейхан и показать среднеазиатским странам перспективу транспортировки их углеводородов именно по этому маршруту.
   США есть куда торопиться, ибо существуют проекты транспортировки среднеазиатских углеводородов в Китай. Причем эти проекты постепенно обретают конкретную «трубопроводную» форму.
   Есть и другая причина. Южный Кавказ – это регион, граничащий с Ираном, со страной, действия которой не соответствуют интересам США. Кроме того, существует российский фактор – официальный Вашингтон опасается, что в будущем экономическое развитие России позволит официальной Москве претендовать на большую роль на Южном Кавказе.
   Сегодня Россия обладает таким мощным рычагом давления на политические процессы, происходящие на Южном Кавказе, как региональные конфликты. В Азербайджане давно существует стереотипная мысль – «ключи от урегулирования карабахского конфликта находятся в Москве». В данной ситуации единственным методом снижения влияния России на Южном Кавказе является урегулирование карабахского конфликта.
   Официальный Вашингтон, учитывая сильные партнерские связи официального Еревана с Россией, не может активно давить на Армению в вопросе мирного урегулирования карабахского конфликта. Грубо говоря, если США будут слишком активно давить на официальный Ереван и требовать от него больших уступок в карабахском вопросе, то администрация Кочаряна может и вовсе повернуться спиной к Вашингтону.
   Гораздо легче давить на Азербайджан – страну, которая известна своей более или менее прозападной политической ориентацией.
   Подобное давление на самом деле официальный Баку уже испытывает давно. Это и нашумевшее, но не имеющее под собой почвы дело Виктора Кожени, [46]и вопрос о неподтверждении мандата азербайджанской делегации в ПАСЕ, и заявления о недемократичности проведенных выборов и т. д. Азербайджан вынуждают к миру и уступкам...
   Обратите внимание, если раньше речь шла об освобождении всех регионов вокруг Нагорного Карабаха, то сейчас, по информации, распространяемой в азербайджанской прессе, армянские вооруженные силы оставят за собой контроль над Лачинским и Кяльбаджарским районами. [47]А если Азербайджан на данной стадии уступит хотя бы один раз, то уступать придется постоянно.
   Мы далеки от мысли, что урегулирование конфликта должно состояться именно по той модели, которую предлагает Азербайджан. Но мирное урегулирование конфликта означает компромисс всех конфликтующих сторон, а в данном случае уступок со стороны Армении пока не наблюдается.
   Более того, мирное урегулирование карабахского конфликта по данной схеме может обозначить новую потенциальную опасность для Азербайджана. Судя по всему, США избрали Армению в качестве своего оплота на Южном Кавказе, своеобразного регионального Израиля. Подобную роль Азербайджану не доверяют по нескольким причинам.
   Во-первых, Азербайджан является мусульманской страной, а исламский фактор постоянно заставляет США напрягаться.
   Во-вторых, Азербайджан по сравнению с Арменией и Грузией имеет наибольший экономический потенциал для развития. А это означает, что в будущем, лет через 10–15, после укрепления, официальный Баку по примеру нынешней Турции может начать не соглашаться со своим «патроном». Существующее положение страны и нынешние власти могут гарантировать «верность», однако политическая ситуация, да и власти могут меняться.
   Кроме того, азербайджанские власти уже проявляли первые признаки «неверности», например, подписание военного соглашения с Ираном. В этой ситуации большие гарантии верности может предоставить Армения, которой до достижения нужного уровня экономического развития понадобится гораздо больше времени, чем Азербайджану. А это означает, что Армения будет «верна» намного дольше, чем Азербайджан.
   В принципе США уже предпринимают шаги по сближению с Арменией. Речь идет о тех самых пресловутых двойных стандартах. К примеру, сотрудничество с Азербайджаном в рамках программы «Партнерство во имя мира» (ПИМ) сводится лишь к взаимодействию в военной сфере. Наиболее крупным проектом в рамках ПИМ является программа по ликвидации неразорвавшихся мин и снарядов в Азербайджане стоимостью в 1,4 млн. евро. А с Арменией это сотрудничество ведется как в военной сфере, так и в направлении оказания помощи неправительственному сектору и реформам в правительстве. В этом направлении по линии ПИМ Армении выделяется намного больше средств, чем Азербайджану.
   Другим примером может являться пресловутая 907-я поправка. На протяжении нескольких лет эта несправедливая поправка была «косточкой в горле» азербайджанской дипломатии и считалась в Баку верхом проявления двойных стандартов. Несколько лет назад действие поправки было временно приостановлено, но опасность ее восстановления всегда существует. Кроме того, в 2006 году США выделили Армении в качестве помощи 75 млн. долларов, Азербайджану выделено 50 млн. долларов. В проекте бюджета США на следующий год предусматривается выделение Армении 50, а Азербайджану 28 млн. долларов. В объяснении, прилагаемом к бюджету, указывается, что Армения является одним из лидеров в сфере проведения политических и экономических реформ. Кроме того, Армения в рамках программы «Призыв тысячелетия» получит в течение 5 лет 234 млн. долларов. Тем временем ежегодно из государственного бюджета США оказывается помощь не только Армении, но и сепаратистскому режиму Нагорного Карабаха.
   Иными словами, сейчас, накануне встречи в Рамбуйе, Азербайджан находится на пересечении дорог. Подписав какой-либо документ, мы возьмем на себя обязательства и тем самым начнем путь по длинной дороге бесконечных уступок.
   Необходимо в корне изменить ситуацию, дать США понять, что, несмотря на всю ее сложность, Азербайджан имеет возможности для маневрирования.
   Во-первых, необходимо вовлечь в этот процесс заинтересованные стороны и в первую очередь Россию. В принципе официальная Москва уже предприняла первый шаг в этом направлении. Визит в Азербайджан и Армению министра обороны России Сергея Иванова – это своеобразное напоминание, что нельзя забывать об интересах нашего северного соседа.
   Азербайджан может сыграть на этой карте и добиться для себя более выгодных условий для ведения переговоров.
   Кроме того, нельзя забывать и тот факт, что один раз Армения и Азербайджан были очень близки к подписанию мира, однако все остановилось из-за террористического акта в армянском парламенте.
   Во-вторых, иранский фактор: официальный Баку должен намекнуть, что слишком сильное давление со стороны США может привести к активизации мусульманского вопроса, противодействовать которому будет очень сложно. И без того в азербайджанском обществе появилось мнение, что либеральную и прозападную оппозицию в стране могут заменить исламисты.
   В принципе исламисты в стране существуют. Достаточно только упомянуть реакцию нескольких религиозных общин страны на известные события, связанные с карикатурами на пророка Мухаммеда. В создании исламской оппозиции в Азербайджане по понятным причинам крайне заинтересован Иран. Однако Соединенные Штаты тоже не против исламской оппозиции, естественно, при условии ее управляемости.
   Таким образом, не исключено, что в ближайшее время в Азербайджане активизируются радикальные (проиранские) и либеральные (проамериканские) исламисты. Иран будет использовать «своих» исламистов как рычаг давления на Азербайджан.
   США, кроме давления на власти, смогут использовать подконтрольных себе исламистов для воздействия на европейские страны.
   В-третьих, необходимо дать понять Европе, что абсолютное властвование США на Южном Кавказе не соответствует и ее интересам. Европейцы после второй иракской войны уже поняли необходимость наличия более действенных методов обеспечения своих интересов в мире.
   Кроме того, европейцы должны понимать, что окончательное утверждение американцев в регионе только ускорит начало очередной антитеррористической операции США.
   Кроме того, нельзя забывать и про Китай, страну, которая заключила соглашение о разработке одного из крупнейших иранских нефтяных месторождений. В этой ситуации официальный Пекин ради предотвращения военных операций в Иране готов предпринять многие шаги.
   И наконец, внутреннее противодействие. Оппозиция в Азербайджане после парламентских выборов сильно ослаблена и не пользуется большой поддержкой у населения. После соглашательской политики «Мусават» доверие протестного электората к оппозиции очень снизилось.
   Иными словами, США не смогут воздействовать на власти оппозиционным фактором. Да и сама оппозиция вряд ли будет использовать карабахскую карту против Ильхама Алиева. В принципе это видно и по публикациям в оппозиционной прессе, которая заявляет о неприемлемости капитуляции. В этой ситуации государственная машина может начать раскрутку кампании о недопустимости неприемлемого мира, настроить граждан нужным образом, призвать их, забыв о внутренних распрях, объединиться вокруг президента и оказать ему поддержку в общенациональном вопросе в условиях нарастающего международного давления на Азербайджан.
   Вышеуказанными путями мы можем предотвратить подписание в Рамбуйе какого-либо документа и обеспечить полное соблюдение интересов Азербайджана. Да, это отбросит переговорный процесс назад, однако мы сможем заполучить приемлемый мир и обезопасить будущее страны.
    Исследовательский центр «Южный Кавказ»

Интернет-издание Day.Az 10 февраля 2006 г
ТАИР ТАГИЗАДЕ: «РЕФЕРЕНДУМ МОЖЕТ БЫТЬ ТОЛЬКО ОБЩЕНАЦИОНАЛЬНЫМ, И В НЕМ ДОЛЖНО ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ ВСЕ НАСЕЛЕНИЕ АЗЕРБАЙДЖАНА»

Эксклюзивное интервью с руководителем Управления прессы и информационной политики МИД Азербайджана Таиром Тагизаде
    – Армянская сторона считает, что, несмотря на мирные переговоры, азербайджанская сторона продолжает ужесточать свою позицию и выступать с военной риторикой. Хотелось бы узнать ваше отношение к подобным заявлениям армянской стороны.
   – Я хотел бы отметить, что не все высказывания, появившиеся в последнее время в прессе, в частности приписываемые министру иностранных дел Азербайджана, соответствовали действительности.
   Что касается позиции армянской стороны, то я не знаю, какие, собственно говоря, ожидания были у них в связи с этой встречей.
   Позиция официального Баку заключается в том, что самым большим нашим компромиссом является то, что мы остаемся приверженными к мирному урегулированию этого конфликта, несмотря на продолжительный факт оккупации территории Азербайджана. Что касается военного пути решения этого конфликта, то мне как представителю МИД не подобало бы говорить о таких возможностях, но тем не менее необходимо четко осознавать, что предъявление равных требований в отношении и к агрессору, и к жертве агрессии по меньшей мере не вполне этично, не говоря уже о том, что это является вообще неправильным подходом к решению проблемы. Поэтому, несмотря на то что для Азербайджана мирный путь решения конфликта продолжает сохранять приоритет, подобное положение дел тоже не может быть вечным.
    – В прессе появляются сообщения, что якобы Азербайджан согласился на референдум в Нагорном Карабахе. Что вы можете сказать по этому поводу?
   – На данном этапе азербайджано-армянских переговоров по урегулированию конфликта статус Нагорного Карабаха не обсуждается и, естественно, вопрос референдума тоже.
   Вопрос о статусе Нагорного Карабаха, а также другие вопросы будут обсуждены на втором этапе переговоров. На данном этапе обсуждаются вопросы освобождения азербайджанских земель, вывода войск, разминирования территорий, возвращения беженцев, восстановления разрушенных коммуникаций и другие.
   Статус Нагорного Карабаха может быть рассмотрен на последующем этапе переговоров. К тому же говорить о проведении референдума, пока не будет восстановлен демографический состав Нагорного Карабаха, существовавший до конфликта, пока для обеих общин не будут созданы равные условия, нереально. Плюс ко всему Конституция Азербайджана не предусматривает проведение референдума в отдельно взятом регионе.
   По главному закону нашей страны референдум может быть только общенациональным и в нем должно принять участие все население страны. И если армянская сторона согласится на эти условия переговорного процесса, то вопрос референдума может стать одной из тем последующих переговоров. Я должен отметить и следующее – в процессе урегулирования нагорно-карабахского конфликта не будут предприняты какие-либо шаги, противоречащие Конституции Азербайджана.
   МИД, являясь проводником внешнеполитического курса государства, одновременно представляет интересы всего азербайджанского народа. Несмотря на то что действующими лицами переговоров являются государственные чиновники, принимать решение приходится народу. И только решение, принятое народом, имеет право на жизнь.
   Поэтому ни одно решение не сможет стать реальностью, пока его не примет народ. Для Баку урегулирование конфликта не ограничивается освобождением оккупированных территорий, для нас является важным восстановление контроля над всеми своими территориями.
    – Входит ли в предмет обсуждений вопрос введения миротворческих сил в зону конфликта?
   – Да, этот вопрос тоже является одной из тем переговорного процесса. Но наша позиция заключается в том, что состав миротворческих сил не должен быть сформирован из стран – сопредседателей Минской группы.
    – В таком случае какие страны или организации должны взять на себя ответственность?
   – Я думаю, что это вопрос будущего. Азербайджан может приветствовать любое решение международных организаций или отдельных стран, которые могут взять на себя эту ответственность.
    – Если НАТО решит взять на себя эту ответственность, согласится ли Азербайджан на это?
   – Азербайджан будет приветствовать интересы любых организаций, если какая-то из них решится взять на себя миротворческую миссию.

«Эхо» 12 февраля 2006 г
«ИРАНСКИЙ ГАМБИТ» В КАРАБАХСКОМ КОНФЛИКТЕ

Что стоит за ереванскими заявлениями Менучехра Моттаки?
   МИРОВЫЕ СМИ ПРАКТИЧЕСКИ проигнорировали визит в Ереван министра иностранных дел Ирана Менучехра Моттаки, [48]тем более что обошелся он без громких заявлений по «ядерной проблеме», остающейся сегодня «темой номер один». Как того и следовало ожидать, подробности встреч Моттаки с президентом Армении Кочаряном, министром обороны Саркисяном и другими официальными лицами остались за закрытыми дверями. Однако пищу для размышлений дают заявления Моттаки по карабахской проблеме.
   На первый взгляд ничего экстраординарного и тем более выходящего за рамки общепринятой риторики глава иранской дипломатии не сказал. Он заверил, что Иран выступает за то решение карабахской проблемы, к которому придут президенты и министры иностранных дел Армении и Азербайджана, и это решение должно основываться на взаимоприемлемых для всех сторон конфликта условиях. «Переговоры в Рамбуйе свидетельствуют о том, что у сторон есть политическая воля решить вопрос. Мы приветствуем эту позицию и, если сможем, поможем. Наша позиция по Нагорному Карабаху неизменна – вопрос должен быть урегулирован мирным путем», – подчеркнул Моттаки.