Она лежала на кровати, смотрела в потолок и беззвучно плакала. И пыталась понять, как могло случиться, что Алекс женится на другой.
   Прошло несколько часов, прежде чем ей удалось забыться тревожным сном. А утром Маргарет пошла на работу, стараясь ни чем не выдать своего эмоционального состояния и надеясь, что Алекс одумается. Она очень ждала его звонка.
   Он позвонил. Но лишь для того, чтобы подтвердить, – да, вопрос о свадьбе решен окончательно. Но «эта формальность не помешает нам любить друг друга так, как и прежде, дорогая!». Маргарет ничего не ответила и бросила трубку.
   Телефонные разговоры примерно такого же содержания продолжались и следующие дни. Молодая женщина продолжала жить в квартире Алекса. Пока в пятницу наконец не осознала, что там на нее давят стены. И тогда она купила газету с объявлениями, с помощью которой планировала снять новую квартиру и устроиться на другую работу.
 
   Как долго готова обманываться женщина? Как долго может жить в собственных иллюзиях, не замечая очевидного? И насколько нужно быть наивной, чтобы позволить обводить себя вокруг пальца долгие месяцы?
   У Маргарет не было ответов на эти и подобные вопросы. Она знала лишь, что теперь осталась одна. Так странно было осознавать это.
   Почему это все случилось именно с ней? Она познакомилась с Алексом не юной девочкой, к двадцати пяти годам у нее уже был некоторый опыт общения с мужчинами. Кроме того, в детстве она сто раз слышала от мамы, что мужчинам нельзя доверяться безоговорочно. Но почему-то была уверена, что у нее все будет хорошо.
   Поверила Алексу. Его словам и обещаниям.
   Он ведь даже представил ее своим родителям. Примерено раз в два-три месяца они встречались за ужином в ресторане. И мама, и папа возлюбленного дружелюбно относились к пассии своего сына. Но, видимо, всерьез Маргарет никогда не воспринимали. И между делом подыскивали отпрыску достойную партию.
   Маргарет всегда считала, что Алекс взрослый мужчина, способный самостоятельно принимать решения. Однако практика показала – мнение родителей для него важнее собственных чувств и желаний.
   Но как он мог подумать, что она согласится быть его любовницей после его женитьбы?!
   Молодая женщина спрашивала себя об этом снова и снова. Неужели бывший возлюбленный так и не узнал ее за эти три года?
   Бывший возлюбленный…
   Маргарет попыталась заглянуть в свою душу. Любит ли она Алекса? Теперь, после всего, что произошло?
   Как бы ей хотелось сейчас твердо сказать: «Нет! У меня не осталось никаких чувств к этому лжецу и предателю!».
   Однако она понимала, что сказать так – значит попытаться обмануть саму себя. Потому что она все еще любит Алекса. Несмотря ни на что. Да-да, любит этого малодушного лжеца и предателя, который собирается жениться на дочери банкира, чтобы поправить материальное положение своей семьи.
   Но ведь отношения длиной в три года не могут пройти бесследно, так ведь?
   И Маргарет лишь оставалось надеяться, что эта боль в сердце пройдет как можно скорее. Потому что жить с ней нестерпимо тяжело.
   Даже работа не могла полностью отвлечь ее от душевной травмы. Она предчувствовала: теперь каждый раз, играя с детьми на площадке, ей захочется ненароком смотреть на окно кабинета Алекса, ожидая, не покажется ли там знакомая фигура.
   Надо увольняться.
   Маргарет оглядела гостиничный номер. Куда она положила ту газету с объявлениями, в которой вычитала, что для пятилетнего ребенка требуется няня? Это как раз тот возраст, с которым она сейчас работает в садике. Смышленые, самостоятельные малыши. Многие из них уже в курсе, откуда берутся дети, но при этом большая часть все еще верит в Санта-Клауса.
   Маргарет решила, что позвонит по объявлению в начале следующей недели. Если она подойдет и ее устроят предложенные условия, то останется отработать в садике несколько дней – до тех пор, пока ей не найдут замену. И потом уже – здравствуй, новая жизнь. В которой нет места лжецам.

3

   Суббота и воскресенье пролетели в тягостных раздумьях, а в понедельник утром Маргарет проснулась по звонку будильника и принялась собираться на работу.
   Главное, вести себя так, будто ничего не произошло, твердила она про себя. Хотя прекрасно осознавала, что газета с заметкой о помолвке Алекса и Стефани могла попасться на глаза любому из ее коллег. И тогда вопросов будет много…
   Молодая женщина сходила в душ, заплела светлые волосы в косу, попыталась улыбнуться собственному отражению в зеркале. Улыбка вышла не слишком искренней. Ну и ладно. Маргарет читала в каком-то женском журнале, что даже если плохое настроение, нужно все равно улыбаться самому себе. Это мобилизует защитные силы организма.
   Она чуть тронула тушью густые ресницы, нанесла каплю блеска на чувственные губы.
   Ей с детства говорили, что природа щедро одарила ее красотой. Но практика в очередной раз подтвердила общеизвестную истину – одна лишь красота не делает человека счастливым.
   Вчера вечером горничная гостиницы подготовила ей строгий голубой костюм. Жакет и брюки, аккуратно отглаженные, висели на вешалке.
   Маргарет надела их и повертелась перед зеркалом, поправляя светлую прядь волос, выбившуюся из прически.
   Все хорошо. Все как всегда. Улыбайся, и, возможно, окружающие поверят, что ты в порядке.
   Захлопнула дверь номера, сдала ключ портье и шагнула в майскую прохладу улицы.
   Спустя двадцать минут она уже входила в игровую комнату своей группы. Огляделась вокруг, принялась за обычные утренние дела. Стерла меловые надписи с ученической доски, убрала в шкаф игрушки, лежавшие на полу, полила цветы на окнах.
   Ей было неимоверно жалко расставаться с этой работой. Она присматривала за семерыми малышами. И каждого любила особенно. Веселую Элизабет, задумчивого Тома, соню Майкла, обидчивую Нэнси, хулигана Джастина, улыбчивого Роберта и смешную Келли.
   Маргарет тяжело вздохнула, посмотрела на часы и пошла на крыльцо встречать ребят.
   Первую, как всегда, привезли Нэнси – на большой черной машине. Потом пожилая няня привела хныкающего Майкла.
   – Что, малыш, опять не выспался? – ласково улыбнулась ему воспитательница.
   Затем подтянулись и другие дети. Молодая женщина пересчитала их. Не хватало только Джастина Олдмана. Может, он заболел и пропустит несколько дней? Но в таких случаях было принято звонить в сад и предупреждать. Хотя, зная родителей мальчика, можно было предположить, что они проигнорируют правила заведения.
   Родителей? На самом деле Маргарет знала лишь бабушку и отца ребенка. По слухам, мама его то ли умерла, то ли ушла из семьи. В личном деле Джастина в графе «мать» стоял жирный прочерк и не было никаких объяснений по этому поводу.
   Ребенок был из тех детей, которых принято называть «сложными». Как полагала Маргарет, виной тому было воспитание. Бабушка, видимо, души не чаяла во внуке, все ему позволяла, отчего он рос очень капризным. А отец, похоже, вообще не занимался своим отпрыском. И мальчик вроде бы даже сторонился его.
   Молодая женщина понимала, что частная жизнь семьи Олдман не должна ее волновать, что ей нужно заниматься Джастином лишь в то время, пока он находится под ее присмотром. Но она также знала, что многих проблем с ребенком попросту бы не возникло, если бы не домашняя обстановка.
   Мальчик предпочитал воздействовать на окружающих двумя способами – если собеседник был младше и слабее, то его можно было толкнуть или ударить. А если старше и сильнее – тогда разжалобить слезами или извести капризами.
   Пару раз, когда за ребенком приезжал отец, Маргарет пыталась поговорить с ним о проблемах Джастина. Сначала мистер Олдман отмахнулся от ее, заявив, что его ждут дела поважнее пустых разговоров. А во второй раз нагрубил, сказав, что не за беседы с воспитателями он платит бешеные деньги, а за то, чтобы с его сыном занимались как следует: «Потому что пока результатов нет, я делаю выводы, что деньги выброшены на ветер. Видимо, придется перевести мальчика на домашнее обучение».
   О каких именно результатах говорил этот широкоплечий тридцатилетний мужчина с темными вьющимися волосами – Маргарет так и не выяснила. Что касается талантов, то Джастин явно имел склонности к изучению языков, неплохо рисовал и совершенно не имел слуха. Над последним, впрочем, трудился музыкальный педагог, который считал, что безнадежных случаев не бывает.
   Предполагалось, что к выпуску из сада мальчик, может быть, и не станет оперным певцом, но начнет попадать в ноты. Если отец, конечно, не переведет его на домашнее обучение, как грозился.
   А если мистер Олдман, говоря о результатах, подразумевал поведение ребенка, которое до сих пор оставляло желать лучшего, то вряд ли с этой проблемой мог справиться только воспитатель. Было необходимо и участие семьи.
   О попытках поговорить с бабушкой мальчика не могло идти и речи – она забирала ребенка молниеносно, бросив в сторону воспитателя презрительный взгляд.
   Впрочем, Маргарет решила, что раз диалога с отцом и бабушкой Джастина не получается, она будет делать лишь то, что от нее требуют.
   Молодая женщина посмотрела на часы. Пора было вести ребят завтракать.
   Она уже хотела сказать, чтобы все подошли к ней, как услышала приближающийся рев мотоцикла. Судя по звуку, он должен был через пару секунд появиться в конце улицы. Дети бросили свои дела и тоже повернули головы в сторону нарастающего шума.
   Так и есть. Тарахтение усиливалось, и Маргарет увидела человека на мотоцикле. Вскоре он остановился возле узорчатого забора, за которым находился сад.
   И тут молодая женщина заметила, что между рулем и мужчиной на железном коне сидит маленький ребенок! А когда рокер снял с него шлем, она осознала, что это… Джастин. А водитель транспортного средства – его отец.
   Маргарет едва не задохнулась от возмущения.
   – Что вы себе позволяете? – гневно спросила она мистера Олдмана, приблизившись к забору. – Вы что, не знаете, что сажать пятилетнего ребенка на мотоцикл опасно?!
   – Я надел на него шлем, – сухо отозвался тот.
   – Все равно! По закону я должна сообщить о происшествии в полицию! Вы подвергаете опасности жизнь собственного несовершеннолетнего сына!
   – Я опаздывал, – возразил мужчина, ставя ребенка на землю. – И потом, я очень аккуратно езжу в городе.
   – Я видела! – Маргарет едва сдерживалась.
   Оглянулась, поняла, что все дети на площадке внимательно наблюдают за спектаклем, и приказала себе трижды глубоко вдохнуть и выдохнуть, чтобы успокоиться. Спустя две-три секунды, совладав с эмоциями, она открыла калитку и, взяв мальчика за руку, завела его на территорию детского сада.
   Мистер Олдман, не утруждая себя прощанием ни с сыном, ни с воспитательницей, уже разворачивал мотоцикл.
   – Подождите секунду, – обратилась к нему Маргарет. – Сегодня я поведу детей на экскурсию в террариум. Это мероприятие запланировано заранее. В начале года вы подписывали бумагу, что не будете против подобных экскурсий. Но все равно сейчас требуется ваше устное согласие.
   – Террариум? Змеи и жабы? Ведите, почему нет, – ухмыльнулся мужчина и надел шлем. – Надо же ему знать, как строятся отношения в современном американском обществе.
   Молодая женщина даже не нашлась, что ответить на это. Зато поняла, что, уволившись из сада, точно не станет скучать по невоспитанным родителям некоторых детей.
   Мистер Олдман, посчитав, что разговор окончен, завел мотоцикл и с грохотом укатил в конец улицы, где пропал, свернув куда-то. А Джастин тут же толкнул Майкла за то, что тот не дал ему поиграть с машинкой. Следующей заплакала Нэнси, которая попыталась выступить в роли миротворца. Плач подхватила Элизабет – так, за компанию…
   На детской площадке начался рев, и Маргарет тут же забыла о папаше-грубияне.
   – Никто не плачет, все собираем игрушки и идем завтракать. А потом – на экскурсию. Джастин, плохих мальчиков в террариум не пускают, веди себя прилично, пожалуйста…
   Ребенок в ответ показал язык и отвернулся.
   Вырастет таким же нахалом, как и его отец, с сожалением сделала про себя вывод воспитательница.
 
   Пока малыши уплетали печенье с какао, к Маргарет подошла ее коллега – Джессика. На лице этой полной женщины читалось искреннее сочувствие. Она присела на стул рядом и тихо поинтересовалась:
   – Как ты? В порядке?
   – Вполне.
   Джессика внимательно заглянула ей в глаза, словно не доверяя словам.
   – А почему ты спрашиваешь? – спросила Маргарет как можно наивнее.
   Женщина рядом помолчала, но потом решила выложить карты:
   – Говорят, ты и Алекс Джордан расстались?
   Маргарет вздохнула. Так она и знала. Все читают газеты. Слухов не избежать.
   – Да, так оно и есть, – кивнула она. – Только я не хочу это обсуждать.
   Джессика понимающе кивнула. Хотела было встать и уйти, но любопытство, по всей видимости, оказалось сильнее, поэтому она наклонилась и задала еще один вопрос:
   – А что ты будешь делать дальше?
   Маргарет ответила просто:
   – Жить. Но сначала уволюсь. После того, как мы сходим с детьми на экскурсию, поговорю на эту тему с миссис Уиллис. Мне понадобятся хорошие рекомендации, чтобы найти новую работу.
 
   До террариума группу детей доставил микроавтобус. В дороге малыши вели себя довольно тихо, и у Маргарет в очередной раз появилась возможность подумать обо всем, что происходит в ее жизни.
   Выводы оказались неутешительными – она неудачница. К тридцати годам она осталась совсем одна. А все потому, что безоговорочно доверяла любимому человеку. Который не смог это оценить и предал ее.
   Как жить дальше? Найдется ли кто-то, кого она решится пустить в свое сердце? Или лучше забыть о чувствах навсегда, завести кошку, чтобы не было одиноко вечерами, и смотреть телевизор по выходным?
   Маргарет почувствовала, что готова расплакаться от такой безрадостной перспективы. Ведь совсем недавно она мечтала о том, как выйдет замуж за Алекса. И у них появятся дети. Да, она не торопила любимого со свадьбой, но была уверена, что все к этому идет.
   Права оказалась Саманта, которая как-то сказала, что если мужчина встречается с женщиной больше года и все еще не предложил ей выйти за него замуж, то, вероятнее всего, не сделает этого никогда.
   Саманта… Она обещала позвонить подруге на этой неделе. Наверняка та волнуется…
   Микроавтобус остановился напротив здания, в котором находился террариум, и воспитательница стала помогать детям выбираться на улицу.
   Она попросила ребят построиться парами. Как всегда, без пары остался Джастин. Никто не хотел идти с ним за руку. Ведь это было чревато тычками и подзатыльниками от маленького хулигана.
   Поэтому Маргарет крепко сжала в своей руке ладошку мальчика и скомандовала всем идти вперед.
   – Я уверена, тебе понравится в террариуме, – негромко сказала она Джастину.
   Но тот никак не отреагировал на слова воспитательницы.
 
   – Здравствуйте. У нас заказана экскурсия. – Маргарет приветливо улыбнулась смотрителю террариума.
   Тот что-то записал в своем блокноте и, позвонив по телефону, вызвал экскурсовода – молодого человека лет двадцати.
   Наверняка студент-биолог, сделала про себя вывод Маргарет, окинув взглядом тощую фигуру последнего.
   Он неуверенно поправил очки на носу и предложил:
   – Так что, приступим? – И тут же обратился к ребятам: – Давайте познакомимся. Меня зовут Стив, я расскажу вам много интересного. А вы кто? Назовите ваши имена!
   Пока малыши представлялись, молодая женщина отметила, что студент-биолог, видимо, умеет обращаться с детьми.
   Спустя минуту экскурсовод повел их в первый из залов, где за стеклами террариумов копошились черепахи.
   – Сегодня мы познакомимся с рептилиями, а конкретно с черепахами, ящерицами и змеями. Также мы посмотрим бесхвостых и хвостатых амфибий. Я расскажу вам о них почти все, что знаю. Если у кого возникнут вопросы – спрашивайте, не стесняйтесь.
   В будний день в помещении было немноголюдно.
   Маргарет все еще сжимала за руку самого непоседливого своего подопечного – Джастина. Хотя тот, кажется, вел себя спокойно, внимательно слушал экскурсовода и не собирался хулиганить.
   – Для начала я объясню вам, что такое террариум, – начал Стив. – Это специальная емкость с прозрачными стенками, где созданы все условия, чтобы рептилии или амфибии чувствовали себя хорошо. Вот посмотрите, видите, здесь есть специальные лампы, свет которых заменяет нашим питомцам солнце…
   Маргарет смотрела на экскурсовода, но ее мысли были заняты вовсе не черепахами и питонами.
   Она думала о том, как сегодня скажет миссис Уиллис, что собирается уволиться. Наверное, не придется ничего объяснять. Слухи распространяются быстро.
   Сердце молодой женщины сжалось, когда она представила, что Алекс стоит со Стефани у алтаря, они по очереди клянутся друг другу в верности, потом священник объявляет их мужем и женой… и ее возлюбленный целует новоиспеченную супругу…
   Дыши глубоко, напомнила себе Маргарет. И вообще, не думай больше на эту тему. Все равно все решится без твоего участия.
   Джастин потянул ее за руку. Оказывается, группа детей во главе со Стивом уже изучила черепах в этом зале и двигалась к террариумам со змеями.
   – Самыми длинными змеями считаются удавы и питоны, – рассказывал экскурсовод. – Самый большой из достоверно известных экземпляров анаконды из Колумбии достигал 11 метров 43 сантиметров, а сетчатый питон в одном из японских зоопарков вырос до 12 метров 20 сантиметров и набрал вес 220 килограммов.
   – Ух, ты… – заинтересованно протянул Джастин. – А здесь кто самый длинный?
   Стив подошел к террариуму, на котором висела табличка с надписью «Удав обыкновенный», и произнес:
   – Знакомьтесь, ребята, это Ник. Обычно длина питонов – два с половиной – три метра. Но Ник – рекордсмен. Он вырос до пяти с лишним метров. Посмотрите, какой красивый!
   Малыши подошли к террариуму поближе. Джастин тоже рванулся вперед и высвободил руку из ладони Маргарет.
   – Удав живет в Эквадоре, Боливии, Мексике, Бразилии… – начал свой рассказ экскурсовод. – Свое название он получил потому, что сдавливает телом свою жертву, прежде чем заглотить ее.
   Кто-то из детей испуганно охнул.
   – Вам бояться нечего, – успокоил Стив ребят. – Во-первых, Ник живет за прочным стеклом и не сможет оттуда выбраться. А во-вторых, он сыт.
   – А кто его кормит? – Джастин прямо-таки прилип к террариуму, разглядывая толстое лоснящееся туловище сонного удава.
   – Специальный человек. Он же чистит клетку и устанавливает температуру, чтобы Нику было комфортно у нас – почти так же, как и в естественных условиях обитания.
   Маргарет пропустила рассказ экскурсовода мимо ушей. Она все пыталась отогнать от себя мысли о женитьбе Алекса. Получалось плохо. Мало того, она представила, как ее возлюбленный сжимает Стефани в своих объятиях!
   Ну вот, на глаза навернулись слезы отчаяния.
   – Простите, я удалюсь на несколько минут, – тихо сказала она Стиву. – Не подскажете, где здесь дамская комната?
   Он объяснил, куда идти, после чего сообщил детям, что теперь они отправляются в зал к ящерицам:
   – Я покажу вам игуану, гигантского геккона-бананоеда, хамелеона и египетского шипохвоста…
   Ребята поспешили за ним. Всем хотелось посмотреть на ящериц. Кроме Джастина, который, хоть и шел за остальными, но все еще восхищенно оглядывался на пятиметрового удава по кличке Ник.
   Маргарет плеснула себе в лицо холодной водой. Потом еще раз. И еще.
   Все хорошо. Все будет хорошо, уговаривала она себя. Ты со всем справишься.
   Но от этих слов легче не становилось. Как и от холодной воды из крана.
   Молодая женщина взяла бумажное полотенце, промокнула лицо. Внимательно посмотрела на себя в зеркало, думая, догадается ли экскурсовод, что она пару минут прорыдала, закрывшись в кабинке.
   Посмотрела на часы, висящие на стене. Пора было возвращаться к детям. Она и так отсутствует уже больше пяти минут.
   Маргарет вышла из туалета и быстрым шагом прошлась по залам с террариумами, высматривая среди редких посетителей своих пятилеток. Ага, вот и они, любуются ящерицами.
   Она подошла, посчитала всех по головам… и дыхание перехватило. Одного не хватает!
   Маргарет внимательно посмотрела на детей еще раз…
   – А где Джастин?
   Стив, до этого момента увлеченно рассказывающий об игуане, озадаченно взглянул на нее:
   – Джастин? Он пропал?
   – Да! Детей было семеро, когда я уходила… О боже, куда же он подевался?
   – Ребята, вы видели, куда пошел ваш друг? – присел на корточки перед детьми Стив.
   Те лишь переглянулись и пожали плечами. Экскурсовод и воспитатель растерянно переглянулись, как вдруг один из малышей, Майкл, озадаченно проговорил:
   – Он попросил у меня линейку ненадолго…
   – Так, все оставайтесь здесь! Или нет, все возьмитесь за руки, а не то еще кто-то потеряется. Идемте за мной! Только быстро! – приказала Маргарет, намереваясь отправиться на поиски своего подопечного.
   – Вы, главное, не волнуйтесь, никуда ваш Джон не денется, – как можно увереннее сказал Стив.
   – Не Джон, а Джастин! – почти крикнула молодая женщина, таща за собой детей в другой зал.
   Ящерицы, черепахи, еще черепахи, жабы, еще какие-то рептилии и амфибии… Маргарет вместе с детьми обежала все залы террариума. И, запыхавшись, встала рядом со змеями.
   – Его нигде нет, – констатировал экскурсовод, принимавший самое активное участие в поисках.
   Маргарет чувствовала, что ее голова сейчас взорвется. Что же это такое?! За что ей все эти неприятности?
   – А Джастин мог покинуть здание? – спросила она.
   – Вряд ли. На входе наверняка бы остановили маленького мальчика, идущего без сопровождения взрослых.
   – А здесь только один вход?
   Мозг Маргарет в кризисной ситуации работал неимоверно четко, продумывая всевозможные ситуации.
   – Да, только один, – ответил Стив. – Может, пора сообщить сотрудникам террариума, чтобы они обыскали подсобные помещения?
   – Ну конечно! – воскликнула Маргарет и хотела было сказать, чтобы экскурсовод действовал быстрее, но ее отвлекла Нэнси.
   Маленькая девочка упорно дергала ее за рукав, одновременно показывая на один из террариумов.
   Маргарет проследила за ее пальцем… и едва не задохнулась от ужаса. За стеклом, где плотными толстыми кольцами расположилось тело удава по кличке Ник, сидел Джастин Олдман с голубой пластмассовой линейкой в руках.
   – О-о-о… – вырвался стон из груди молодой женщины, после чего дети и Стив тоже повернули головы в нужном направлении.
   – У него моя линейка, – констатировал Майкл.
   Остальные просто молча уставились на происходящее.
   Первой пришла в себя Маргарет.
   – Что вы стоите? Достаньте его оттуда! – закричала она Стиву.
   Тот, наконец сориентировавшись в ситуации, нырнул в какую-то дверь в стене. Через несколько секунд он, согнувшись вдвое, оказался внутри террариума, рядом с Ником и Джастином. Схватил мальчика поперек туловища и потащил к выходу.
   Не прошло и двух минут, как мальчик стоял перед Маргарет, и та, чуть ли не рыдая, ощупывала его, желая убедиться в том, что он цел и невредим.
   – Главное, не переживайте, – пытался успокоить ее экскурсовод. – Ник сейчас сыт и ленив. Ребенку ничего не угрожало.
   – Да? А если бы он забрался к какой-нибудь ядовитой змее? Как так получается, что в террариум с удавом может попасть любой желающий? – гневно спросила молодая женщина, слово виноват в происшедшем был именно Стив.
   – Вообще-то это первый случай у нас, – смущенно заявил тот. – Ни у кого из посетителей до сего момента не возникало желания лично познакомиться с нашими питомцами.
   Маргарет поправила костюм и прическу, выстроила детей парами – после случившегося они вели себя как шелковые – и приказала всем следовать за ней. Разумеется, она снова крепко держала Джастина за руку.
   Стив молча проводил их до выхода.
   – Спасибо за интересную экскурсию, – устало сказала она на прощание. – И извините, что накричала на вас. Конечно, это я виновата в случившемся. Следить за детьми – моя обязанность.
   – Бывает, – пожал плечами экскурсовод, поняв, что до руководства эта неприятная история не дойдет, и это значит, что ему не влетит.
   Потом он присел на корточки перед виновником переполоха и спросил:
   – А зачем ты туда полез?
   – Я хотел проверить, правда ли Ник пять с лишним метров длиной, – спокойно заявил Джастин, словно речь шла о чем-то будничном. – Но он оказался такой тяжелый и никак не хотел вытягиваться в одну линию…
   Стив ласково потрепал мальчика по волосам:
   – Коллега. Скажи родителям, что хочешь стать биологом, когда вырастешь.
   – Моя линейка! – вдруг опомнился Майкл. – Он не вернул мою линейку!
   Джастин вскинул глаза на Маргарет:
   – Можно, я пойду и заберу у Ника линейку? Я ее там выронил, в террариуме, когда Стив меня вытаскивал!
   – Нет! – ответила молодая женщина тоном, не терпящим возражений.
   Она тут же кивнула экскурсоводу на прощание и повела детей к выходу. Да, эта экскурсия запомнится малышам надолго. Особенно полон впечатлениями был Джастин Олдман. А у нее появился еще один сюжет для ночных кошмаров.
   По дороге к саду дети увлеченно обсуждали недавнее происшествие. В центре внимания был, разумеется, Джастин. Кажется, теперь он будет всеобщим героем на несколько дней, отметила про себя Маргарет. И эта роль мальчика вполне утраивает.