их зрение улучшается таким представлением. Многие люди могут совершенно
четко вспоминать, закрыв глаза или смотря на место, где наверняка не могут
увидеть букву, но как только они начинают смотреть на нее, появляется
напряжение, и они теряют контроль над своим воспоминанием. А поскольку
представление зависит от воспоминания, то они не могут представить видение
этой буквы. В таких случаях я привык поступать одним из способов, описанных
в предыдущей главе. Я начинаю с вопроса: "Можете ли вы представить черную
точку в нижней части этой буквы и в то же время, четко представляя эту
точку, способны ли вы представить, что вы видите эту букву?"
Иногда им это удается, но обычно - нет. Тогда их просят представить
какую-нибудь часть этой буквы, обычно нижнюю. Когда им удастся представить
эту часть прямой, изогнутой или открытой (в зависимости от ситуации), они
смогут представить боковые и верхние части, все еще сохраняя точку внизу. Но
даже после того, как они сделают это, они, возможно, по-прежнему не смогут
представить всю букву целиком без потери точки. Стимулировать их к этому
можно, поднося проверочную
76

таблицу немного ближе к ним, а затем отодвигая ее. Связано это с тем,
что при взгляде на поверхность, где есть какой-нибудь объект для
рассматривания, представление улучшается пропорционально приближению точки,
где зрение лучше всего, поскольку в этой точке глаза более всего
расслаблены. Когда же на поверхности нет ничего особенного для
рассматривания, расстояние не имеет значения, так как при этом не
прикладывается никакого усилия увидеть.
Чтобы помочь людям мысленно представить, что они видят букву, им снова
и снова надо внушать: "Разумеется, вы не видите букву. Я и не прошу вас
увидеть ее. Я лишь прошу, чтобы вы представили, что видите ее совершенно
черной и совершенно отчетливо".
Когда людям с помощью мысленного представления удастся увидеть
какую-нибудь известную букву, они могут применить тот же метод и к
незнакомой букве. Это связано с тем, что, как только любую часть буквы,
такую как зона размером с точку, удается представить совершенно черной, вся
буква будет увидена черной, хотя на первых порах зрительное восприятие этого
факта может быть не столь длительным, чтобы человек осознал это.
Стараясь выявить незнакомые буквы, человек обнаруживает, что невозможно
четко представить, если не представляется действительность. Связано это с
тем, что если какая-нибудь буква или любая часть буквы представляется иной,
чем есть на самом деле, психическое изображение будет размытым и изменчивым,
подобно букве, видимой нечетко.
Способы, которыми может быть нарушено мысленное представление, весьма
многообразны. Есть только один путь идеального представления и множество
путей несовершенного представления. Правильный путь легок. Психическое
изображение представляемой вещи приходит так же быстро, как и мысль, и может
удерживаться более или менее длительное время. Неправильный путь труден.
Изображение приходит медленно, оно изменчиво и держится недолго.
Доказать это можно, представив или вспомнив сначала какую-нибудь черную
букву так четко, как это только возможно (закрыв при этом глаза), а затем
представив ту же букву нечетко. Обычно первое удается сделать легко. Но при
этом обнаружится, что очень трудно
77

представить черную букву с четкими контурами серой, с размытыми
кромками и с подернутыми дымкой открытыми [18] частями, что невозможно
сформировать ее психическое изображение, которое оставалось бы неизменным в
течение ощутимого промежутка времени. Цвет, форма и положение этой буквы в
поле зрения будут меняться точно так же, как это происходит с буквой, когда
она видится нечеткой. При этом аналогично тому, как напряжение
несовершенного зрения приводит к дискомфорту и боли, усилие представить
что-либо нечетким тоже будет иногда приводить к болезненному ощущению. И
наоборот, чем ближе к идеальному мысленное изображение буквы, тем легче и
быстрее оно приходит и дольше удерживается.
Способом мысленного представления были получены весьма интересные
результаты в улучшении зрения. Одному врачу, носившему в течение сорока лет
очки и бывшему не в состоянии видеть без них большую букву "С" с двадцати
футов, всего через пятнадцать минут помогло простое представление, что он
видит буквы черными. Когда его просили описать большую букву "С" без очков,
он говорил, что она выглядит для него серой, а ее открытая часть в такой
степени сделалась неясной из-за серого облачка, что можно было лишь
предполагать, что у нее она есть. Ему подсказали, что эта буква черная,
совершенно черная, а ее открытая часть совершенно бела, без каких-либо серых
облачков. Чтобы он мог убедиться в том, что это действительно так,
проверочную таблицу поднесли к нему поближе. Когда он снова посмотрел издали
на эту букву, он так отчетливо вспомнил ее черноту, что смог представить,
что видит ее такой же черной, какой видел вблизи. При этом открытая часть
буквы была представлена совершенно белой. Таким способом он смог увидеть эту
букву на проверочной таблице совершенно черной и четкой. Тем же способом он
прочитал сначала строку семьдесят, а затем начал спускаться по проверочной
таблице вниз до тех пор, пока приблизительно через 5 минут не прочитал с
двадцати футов строку, которую нормальный глаз, считается, должен читать с
10 футов. Потом ему дали прочитать шрифт диамант. Буквы казались ему серыми,
и справиться с ними он не смог. Его внимание обратили на тот факт, что эти
буквы в действительности
78

черны. Как только он смог представить их черными, он смог прочитать их
с 10 дюймов.
Объяснить этот примечательный случай излечения можно просто
расслаблением. Буквально каждая нервная клетка доктора расслабилась, когда
он представил, что видит буквы черными. Когда же он осознал видение этих
букв на проверочной таблице, он по-прежнему сохранил контроль над своим
представлением. Таким образом, он не начал снова напрягаться и на самом деле
увидел эти буквы такими же черными, какими себе представил.
В рассматриваемом случае не было отмечено никакого рецидива, и врач
продолжал совершенствоваться. Приблизительно год спустя я посетил его офис и
спросил, как продвигаются его дела. Он ответил, что у него отличное зрение
как для дали, так и в ближней точке. Врач видел автомобили и людей в них по
другую сторону Гудзона, читал названия лодок на реке, что другие люди могли
сделать лишь с помощью телескопа. В то ,же время он не испытывал никаких
затруднений в чтении газет и, чтобы доказать это, тут же достал газету и
прочитал несколько строк из нее вслух. Я был изумлен и спросил его, как ему
удалось добиться таких результатов. "Я делал лишь то, что вы мне говорили",
- ответил он. "А что я вам такого говорил?" спросил я. "Вы мне советовали
ежедневное чтение проверочной таблицы, что я и делал. Вы говорили также,
чтобы я каждый день читал мелкий шрифт при тусклом свете. И это тоже я
делал".
Другой человек, у которого была высокая степень миопии, осложненная
атрофией зрительного нерва, и которого безуспешно лечили многие врачи,
получил такую пользу и так быстро от применения способа мысленного
представления, что однажды в моем офисе полностью потерял контроль над
собой. Подняв проверочную таблицу, которую он держал в своей руке, пациент
швырнул ее в другой конец комнаты. "Это слишком хорошо, чтобы в это можно
было поверить, - воскликнул он. - Я не могу в это поверить. Возможность быть
излеченным и боязнь обмануться в своих ожиданиях выше моих сил".
С некоторым трудом его удалось успокоить и уговорить продолжить
лечение. Позже он смог прочитать Маленькие буквы на проверочной таблице,
имея уже
79

нормальное зрение. Потом ему дали почитать мелкий шрифт. Когда он
взглянул на шрифт диамант, он сразу же сказал, что не сможет его прочитать.
Тем не менее, его попросили следовать той же процедуре, что помогла его
зрению вдаль. То есть, он должен был представить точку на одной части
какой-нибудь из маленьких букв, держа шрифт в шести дюймах от себя. Проверив
несколько раз свою память на точку, он смог представить, что видит ее
совершенно черной на одной из маленьких букв. Тогда он вновь занервничал и,
когда его спросили, в чем дело, он сказал: "Я начинаю читать мелкий шрифт, и
это так меня потрясает, что я теряю контроль над собой".
В другом случае женщина с высокой степенью миопии, осложненной
зарождающейся катарактой, улучшила свое зрение за несколько дней с 3/200 до
20/50. Вместо постепенного спускания вниз по проверочной таблице она сделала
скачок в зрении с 20/50 до 20/10. Близко к ней поднесли проверочную таблицу
и попросили посмотреть на букву "О" с трех дюймов - расстояние, на котором
она видела ее лучше всего, и представить, что в нижней части этой буквы она
видит точку и что эта нижняя часть - самая черная часть буквы. Когда ей
удалось это сделать в ближней точке, расстояние стали постепенно увеличивать
до тех пор, пока она не смогла увидеть букву "О" с трех футов. Тогда я
повесил проверочную таблицу в десяти футах от нее. Она воскликнула: "О,
доктор! Это невозможно! Буква слишком мала. Позвольте мне сначала поработать
с более крупной".
Тем не менее, спустя 15 минут она смогла прочитать маленькую букву "О"
на строке десять с 20 футов.

12. Перемещение и раскачивание

Когда глаз с нормальным зрением рассматривает какую-нибудь букву вблизи
или вдали, она может казаться вибрирующей или двигающейся в различных
направлениях: из стороны в сторону, вверх-вниз или по наклонной. Когда
человек переводит взгляд с одной
80

буквы проверочной таблицы на другую или с одного края буквы на другой,
не только буква, но и вся строка букв и вся проверочная таблица могут
показаться движущимися из стороны в сторону. Это кажущееся движение связано
с перемещением глаза и всегда происходит в направлении, противоположном его
движению.
Если человек посмотрит на верх буквы, буква окажется ниже линии взгляда
и, следовательно, покажется двинувшейся вниз. Если человек посмотрит на низ
буквы, она окажется над линией взгляда и покажется двинувшейся вверх. Если
посмотреть левее буквы, она окажется справа от линии взгляда и покажется
двинувшейся вправо. Если посмотреть вправо от буквы, она окажется слева от
линии взгляда и покажется двинувшейся влево.
Люди с нормальным зрением редко осознают эту иллюзию и могут
встретиться с затруднениями в ее демонстрации. Но во всех случаях, что
встречались мне во время исследований, им всегда через более или менее
длительный промежуток времени удавалось овладеть умением производить эту
иллюзию. Когда зрение несовершенно, буквы остаются неподвижными или даже
движутся в том же направлении, что и глаз.
Глаз не может фиксировать какую-либо точку более доли секунды. Если
попытаться это сделать, то глаз начнет напрягаться, а зрение ухудшится. В
этом легко убедиться, постаравшись удержать взглядом одну часть буквы в
течение ощутимого промежутка времени. Вне зависимости от того, насколько
хорошо зрение, буква очень быстро начнет расплываться или даже исчезнет.
Иногда усилие удержать ее вызовет боль. В исключительных случаях точка может
казаться удерживаемой в течение значительного промежутка времени. Люди при
этом думают, что они удерживают ее, но это лишь потому, что глаз
бессознательно перемещается. Движения при этом столь быстры, что объекты
кажутся видимыми все одновременно.
Перемещение глаза с нормальным зрением обычно незаметно, но прямым
исследованием с помощью офтальмоскопа его всегда можно выявить. Если этим
инструментом обследовать один глаз, в то время как другой рассматривает
маленькую область прямо перед собой, обследуемый глаз, который следует
движениям другого, будет виден двигающимся в различных направлениях,
81

которые обычно непостоянны - из стороны в сторону, вверх-вниз, по
кругу. Если зрение нормально, эти движения чрезвычайно быстры и не
сопровождаются каким-либо проявлением усилия. Перемещения глаза с
несовершенным зрением, наоборот, медленнее, амплитуда их движения шире, они
отрывисты и делаются с явным усилием.
Можно также показать, что глаз способен перемещаться со скоростью,
которую нельзя отметить с помощью офтальмоскопа. Нормальный глаз может
прочитать 14 букв нижней строчки проверочной таблицы Снеллена с расстояния
10-15 футов при тусклом свете с такой скоростью, что они кажутся видимыми
все одновременно. Кроме того, можно продемонстрировать, что для того, чтобы
опознать в таких условиях буквы, необходимо сделать около четырех
перемещений по каждой из них. В ближней точке, несмотря на то, что одна
часть буквы видна лучше, чем все остальное, остаток все же может быть виден
достаточно хорошо, чтобы быть узнанным. Но на отдалении опознать букву
невозможно, если глаз не переместится сверху донизу и от одной боковой части
буквы к другой. Глаз, помимо этого, должен передвигаться от одной буквы к
другой, производя около 70 перемещений в доли секунды.
Строка маленьких букв в проверочной таблице Снеллена может иметь
размеры менее, чем фут длины на четверть дюйма высоты. Если для того, чтобы
увидеть ее, как это кажется, всю сразу, требуется около 70 перемещений глаза
в доли секунды, то чтобы увидеть площадь размером с экран кинотеатра со
всеми деталями изображений людей, животных, домов, деревьев и т.д. на нем,
требуются тысячи таких перемещений. Чтобы увидеть 16 таких площадей в
секунду, что мы делаем при просмотре кинофильмов, нужна скорость
перемещения, которую трудно себе вообразить.
Дело не только в том, что глаз человека и его мозг способны к такой
скорости действия без какого-либо усилия или напряжения, но и в том, что
состояние покоя глаз и мозга является условием такой скорости и максимальной
эффективности их работы. Известно что любое движение глаза производит
аномалию рефракции, но когда это движение коротко, величина аномалии весьма
незначительна. Обычно эти перемещения
82

столь быстры, что отклонение рефракции от нормы не длится достаточно
долго, чтобы ее можно было заметить с помощью ретиноскопа. Ее существование
можно отметить лишь при уменьшении числа движений до менее чем 4-5 в
секунду. Период, в течение которого глаз находится в состоянии покоя,
значительно превышает период производства аномалии рефракции. Следовательно,
когда перемещения глаза нормальны, не появляется никакой аномалии рефракции.
Чем выше скорость бессознательного перемещения глаза, тем лучше зрение. Но
если человек будет стараться осознать какое-нибудь отдельное крайне быстрое
перемещение, появится напряжение.
Нормальное зрение невозможно без непрерывного перемещения. Такое
перемещение служит ярким примером психического контроля, необходимого для
нормального зрения. Контроль этот должен быть идеальным, чтобы успеть
подумать о тысячах вещах в доли секунды. При этом каждую точку фиксации
необходимо отдельно осмыслить, так как думать хорошо о двух вещах или двух
частях одной вещи одновременно невозможно. Глаз с несовершенным зрением
пытается сделать невозможное, стараясь фиксировано смотреть на одну точку в
течение ощутимого промежутка времени, т.е. пристально [19]. Когда он смотрит
на незнакомую букву и не видит ее, он продолжает смотреть на нее,
прикладывая усилие, чтобы увидеть ее лучше. Такое усилие всегда кончается
ничем и служит важным фактором ухудшения зрения.
Одним из лучших методов улучшения зрения, как мы обнаружили, является
сознательное подражание бессознательному перемещению нормального глаза и
осознание кажущегося движения (раскачивания), производимого таким
перемещением. Нормально зрение или нет, сознательное перемещение и
раскачивание оказывают глазу большую помощь и приносят пользу. Этим способом
можно улучшить не только плохое, но и нормальное зрение тоже. Когда зрение
несовершенно, перемещение, если оно делается правильно, дает такой же отдых
глазу, что и пальминг и всегда приводит к уменьшению или коррекции аномалии
рефракции.
Глаз с нормальным зрением никогда не пытается удержать точку более доли
секунды, а когда он перемещается, как это было объяснено в главе 8, он
всегда видит
83

предыдущую точку фиксации хуже. Когда глаз перестает быстро
перемещаться и видит точку, с которой он переместился, хуже, зрение
перестает быть нормальным, качка буквы [20] либо совсем не наступает, либо
он затягивается, либо же иногда он противоположен тому, чем должен быть. Эти
факты легли в основу лечения с помощью метода перемещения.
Для того, чтобы видеть предыдущую точку фиксации хуже, глаз с плохим
зрением должен смотреть в сторону от нее дальше, чем это делает глаз с
нормальным зрением. Если глаз, например, переместится только на четверть
дюйма, он может видеть предыдущую точку фиксации так же хорошо или даже
лучше, чем прежде, и вместо того, чтобы получить отдых в результате такого
перемещения, его напряжение еще больше возрастет. При этом не будет отмечено
никакого качка буквы, а зрение ухудшится. При двух дюймах он, возможно,
сможет избавиться от первой точки и, если точка не будет удерживаться более
секунды, глаз в результате перемещения получит отдых. При этом может быть
достигнута иллюзия качка буквы. Чем короче перемещение, тем больше польза,
но даже очень длинное перемещение - например, в 3 фута и больше поможет тем,
кто не может делать более короткого перемещения.
С другой стороны, когда человек способен сделать короткое перемещение,
длинное перемещение ухудшает зрение. Качек буквы является свидетельством
того, что перемещение делается правильно, и когда это происходит, зрение
всегда улучшается. Можно перемещать взгляд без улучшения зрения, но создать
иллюзию качка буквы без улучшения невозможно. Когда это удастся сделать с
помощью длинного перемещения, перемещение можно постепенно сокращать до тех
пор, пока человек не сможет перемещать взгляд от верха мельчайших букв на
проверочной таблице до их низа (или еще чего-нибудь другого), сохраняя при
этом иллюзию качка. Позже он сможет осознавать качки букв без сознательного
перемещения взгляда.
Вне зависимости от степени совершенства зрения, пока предыдущая точка
фиксации видится хуже, всегда имеется возможность перемещаться и производить
раскачивание. Даже диплопия и полиопия (соответственно видение двойного и
множественных изображений)
84

не мешает раскачиванию с некоторым улучшением в зрении. Обычно глаз с
несовершенным зрением способен перемещаться от одного края проверочной
таблицы к другому или от какой-нибудь точки на ее верху к точке в нижней
части таблицы и наблюдать при этом, что в первом случае таблица кажется
движущейся из стороны в сторону, а во втором случае - вверх-вниз.
Когда люди страдают высокой степенью эксцентрической фиксации, для
того, чтобы увидеть предыдущую точку фиксации хуже после смещения с нее,
можно использовать некоторые методы, описанные в 8-й главе. Однако обычно
люди, которым не удается видеть хуже во время перемещения на удаленных
объектах, легко могут этого добиться вблизи, так как их зрение в этой точке
лучше, чем в какой-либо другой, не только при миопии, но часто и при
гиперметропии. Когда эффект раскачивания будет достигнут в ближней точке,
расстояние можно постепенно увеличивать, пока то же самое не удастся сделать
с расстояния в 20 футов.
Перемещения и иллюзии раскачивания часто более успешно удается
добиться, дав своим глазам отдых, закрыв их или сделав пальминг. Таким
методом чередования отдыха глаз с проделыванием перемещений, люди с весьма
несовершенным зрением иногда добивались временного или постоянного улучшения
зрения уже через несколько недель.
Перемещение можно делать медленно или быстро, в зависимости от
состояния зрения. На первых порах человек вероятно будет напрягаться, если
будет делать перемещение слишком быстро. В таком случае точка, с которой он
перемещается, не будет видна хуже. Не будет при этом видно и никакого качка.
По мере улучшения состояния, скорость можно увеличить. Однако обычно
осознать качки объекта, если перемещение производится быстрее чем 2-3 раза в
секунду, невозможно.
Мысленное изображение любой буквы, как правило, можно сделать точно
таким же раскачивающимся как и буква с проверочной таблицы. Для большинства
людей мысленное раскачивание объекта на первых порах дается легче, чем
зрительное (хотя встречаются люди, у которых все наоборот). Когда они
научатся раскачивать буквы таким способом, более легким для них станет и
раскачка букв на проверочной таблице. Чередование
85

мысленного и зрительного раскачиваний и перемещений иногда может
привести к быстрому прогрессу. По мере углубления расслабления амплитуду
мысленного раскачивания можно сокращать, пока не станет возможным
представить себе и раскачивать букву размером с точку в газете. Когда это
удается сделать, в выполнении оно оказывается легче, нежели раскачка большой
буквы. Многим людям это принесло большую пользу.
Все люди, независимо от величины аномалии рефракции, корректируют ее
частично или полностью (что подтверждается ретиноскопом) в течение, по
крайней мере, доли секунды, когда им удается успешно выполнять перемещение и
раскачивание. Этого времени может оказаться недостаточным, чтобы человек
осознал улучшение в зрении, но он может представить себе это, что облегчит
сохранение расслабления достаточно долго для осознания улучшенного зрения.
Например, посмотрев сначала в сторону от проверочной таблицы, человек может
вновь взглянуть на большую буку "С" на ней. При этом на доли секунды
аномалия рефракции может уменьшиться или скорректироваться, как это
показывает ретиноскоп. Тем не менее, он может не осознать улучшившегося
зрения. Однако, представив, что буква "С" видна лучше, расслабление можно
продлить в достаточной степени, чтобы успеть осознать его.
Когда раскачивание, мысленное или зрительное, успешно, человек может
испытать чувство расслабления, которое проявляется в виде ощущения всеобщего
раскачивания. Это ощущение увязывается с любым объектом, который осознается
(чувствуется) человеком. Это движение можно представить в любой части тела,
на которую направлено внимание. Его можно увязать со стулом, на котором
сидит человек, или с любым объектом в комнате, или еще с чем либо, что
придет в голову. Раскачивающимися могут казаться здание, город, весь мир.
Когда человек осознает это всеобщее раскачивание, он теряет воспоминание о
том объекте, с которого оно началось. Но пока он способен сохранять ощущение
такого движения в направлении, противоположном истинному движению глаз, или
движению, представляемому мысленно, расслабление будет сохраняться. Однако,
если направление этого движения поменяется, то появится напряжение.
Представить
86

всеобщее раскачивание с закрытыми глазами легко. Некоторым людям
вскорости удается это делать и с открытыми глазами. Позже чувство
расслабления, которое сопровождает раскачивание, может быть достигнуто и без
осознания последнего, тогда как эффект раскачивания всегда можно достичь
лишь тогда, когда человек думает о нем.
Существует только одна причина неудачи в достижении иллюзии качания.
Эта причина - напряжение. Некоторые люди стараются усилием заставить букву
раскачиваться. Такие усилия всегда кончаются ничем. Не глаза и мозг
раскачивают буквы, они раскачиваются сами по себе. Глаз может перемещаться
произвольно. Это мышечный акт, являющийся результатом двигательного
импульса. Раскачивание придет само по себе, "самотеком", если перемещение
осуществляется нормально. Оно не создает расслабления, но зато является его
свидетельством. Несмотря на то, что само по себе оно не имеет ценности, оно
ценно тем, что, подобно точке, служит индикатором того, что расслабление
сохраняется.
В различных случаях были найдены полезными следующие методы
перемещения:

    N 1



а) посмотрите на какую-нибудь букву на проверочной таблице;
б) переместитесь на другую букву на той же строке в достаточном
отдалении от первой, так, чтобы она была видна хуже;
в) вновь посмотрите на первую букву, видя вторую хуже;
г) попеременно смотрите на эти буквы в течение нескольких секунд, видя
хуже ту букву, на которую не направлен взгляд.
Когда удается сделать это упражнение, видение обеих букв улучшается.
Они при этом кажутся двигающимися из стороны в сторону (качаются) в
направлении, противоположном движению глаза.
87

    N 2



а) посмотрите на какую-нибудь большую букву;
б) посмотрите на букву поменьше на достаточно большом расстоянии от
нее. Большая буква тогда будет видна хуже;
в) вновь взгляните на большую букву и увидьте ее лучше;
г) повторите 6 раз.
Когда удается это упражнение, видение обеих букв улучшается, а
проверочная таблица кажется движущейся вверх-вниз.

    N 3



Перемещение методами, описанными выше, дает человеку возможность видеть
одну букву на строке лучше, чем другие буквы, и обычно позволяет различать
ее проблесками. Для того, чтобы видеть эту букву непрерывно, необходимо