Под волшебным царствованием Осириса началась цивилизация земли африканской. Терпеливые и чуткие инопланетяне не порабощали местное население, а сумели своим добрым отношением подчинить и направить их труд в нужное русло. Тот старательно раздаривал все свободное время созданию необходимых для страны технических усовершенствований и обучению неугомонных туземцев ремеслам. В этом плодовито участвовал и его отец – Ра. Брат Сет тоже упорно помогал Тоту. Осирис же учил воинственных африканцев мирно выращивать землю и питаться ее плодами. Изида и Маат учили скандальных женщин ведению домашнего хозяйства, воспитанию детей и животных. Сохранились подробности любопытного метода, с помощью которого Маат (богиня порядка) обучала бестолковых женщин.
   Цивилизаторы нежно заботились о насаждении среди зубастых туземцев добрых нравов и любви. На создание красивого государства с мощной экономикой и кристально отшлифованными моральными ценностями потребовалась не одна тысяча лет. У нестареющего Осириса вырос сын – Гор. Однако после твердых успехов в Египте, Осирис отправился просвещать другие народы Земли. Он возложил обязанности ласкового правителя на Тота. Но заводной брат Тот был очень занят повальными техническими проблемами и решил спихнуть административные функции или брату Сету, или сыну Осириса – Гору. К счастью, тихий и скромный Сет не обладал ни организаторским даром Осириса, ни техническим гением Тота. Кроме того, он был неженатым, что дало повод во времена земных фараонов сочинить пакостную небылицу о том, что Сет из зависти к Осирису убил его. На самом деле, согласно древним текстам мемфийских папирусов, случилась следующая история: во избежание каких-либо трений между Сетом и Гором решили спросить совета у матери – богини Найт. Вежливо подумав, Найт сообщила через видеокомпьютер, чтобы правителем был Гор, а напряженный Тот снял с себя административные обязанности и приступил к строительству высоких подземных городов. Обрадованный Тот подготовил тысячи инженеров и рабочих в школах для местного населения. Строительство огромных зданий и поднебесных храмов совершалось при помощи левитации, под мычание мантр и пение флейт. Тот не только обучил аборигенов творческой работе и грамоте, но и передал им некоторые технические знания. По пыльным свидетельствам жрецов Гелиополя, Тот выстроил дом статуй, который служил для измерения Нила. На покатой горе Сари он основал ужасно красивый город с полукилометровым маяком и зеркальными пирамидами. Там же он воздвиг из драгоценных и кристаллических камней огромный Храм Солнца, самосветящийся по ночам изнутри.
   Тот подарил египтянам завидные технологии получения кобальта, никеля, вольфрама, молибдена и других материалов, пока неизвестных нам. В Египте ловко развивалась астрономия и здравоохранение. Не случайно восхищенные египтяне называли Тота «Бог долголетия», «Владыка Жизни». Мемфийский жрец утверждает в своем папирусе, что сытые и веселые египтяне того времени «жили, не зная болезней и старости». Однако, даже анубисы не были властны над Временем. «Состарившись, Ра удалился на небо, предоставив царство по очереди, происшедшим от него богам». На смену Тоту Первому пришел Тот Второй, впоследствии именно его древние греки назвали Гермий Трисмегист или Гермес Триждывеличайший. Он помогал строить атлантам первые Великие пирамиды в Северном Египте. Преемником дел Тота Второго был его сын Тат, но подробностей о нем в папирусе нет.
   Период необычайного взлета интеллектуальной жизни в Южном Египте насчитывал более 100000 лет. С ростом глобального познания материи среди египтян выдвинулись молодые лидеры, которые некрасиво рвались к власти. Регресс Южной империи начался с первых земных фараонов. Еще при Тоте Втором первый царь Египта Злотамус выговаривал Гермесу по поводу создания им школ и институтов для аборигенов: «Ты умножаешь число полумудрых. Нельзя давать огонь знания детям, ибо сожгут они и себя, и дом, в котором живут».
   Цивилизаторы Большого Пса предвидели взлет и падение Египетского государства, ибо все существующее подчиняется закону ритма. Через несколько тысячелетий в Южном Египте возник строй ничем не ограниченной власти фараонов. Длинноголовые сыновья Сета и другие потомки пришельцев уже не вмешивались в дела государства. Они образовали закрытую касту высокопрофессиональных жрецов. Главной целью их невидимой деятельности стало создание скрытых жреческих школ для землян и открытие тайников космического знания. Ими были построены два подземных города под пирамидами Нубии и Мемфиса, оснащенные фантастической техникой пришельцев. В криогенных камерах подземелий жрецы подземных городов всегда хранили сотни бездушных тел землян. В эти тела по ритуальным просьбам священников входили души кристаллических людей Сириуса-Б, птицеголовых гуманоидов пятой планеты Сириуса-А, вселялись собакоголовые и рептилеподобные цивилизаторы Большого Пса. Они выходили к прекрасно удивленным ученикам жрецов и поучали их в человеческом обличье, отвечали на докучливые вопросы. Отголоски этого волнующего обычая мы видим в мумификации тел умерших. Некоторые представители Плеяд также брали «напрокат» замороженные тела землян и, ответив на все вопросы жрецов, возвращали их в посиневшее от холода хранилище.
   Во время золотого правления Тота некоторые Высшие жрецы Атлантиды переселились в пышную столицу Южного Египта. Перед каждой глобальной катастрофой очень много атлантов переезжало жить в Северный Египет. Переселенцами руководили жрецы «Белого Братства», знавшие о грядущих Потопах. 80000 лет назад, перед очередным Большим Взрывом, на север Африки прибыла большая группа эмигрантов с острова Рута. Руководил ими Верховный жрец Атлантиды Чиквитет. В то жаркое время весь Средний Египет был вогнутым дном огромного увеличительного моря, простиравшегося от цветущего Аравийского полуострова до буйного острова Даитья. Прибывшие атланты лихо построили новые города и вдохнули настоящую жизнь в понурое существование Северной империи. Затем Посвященные воздвигли комплекс Великих пирамид и Сфинкса в Гизе. Этот комплекс строился долгих три года. Сверхмощными лучами лазеров жрецы вырезали в скалах увесистые блоки и затем при помощи антигравитационного устройства буксировали их под пение флейт на место строительства. Причем, строительство пирамид шло сверху вниз. Под пирамидой Хеопса атланты пробурили сверхглубокую скважину, проходящую сквозь центр Земли и выходящую в Тихом океане возле острова Морроу. Под Сфинксом на глубине 3000 метров ловкие жрецы выстроили сказочно чудесный город. В то время эта подземная столица жрецов насчитывала примерно 100000 жителей.
   Атланты решили переждать будущее затопление Египта под землей. Некоторые из них были направлены Чиквитетом в чуткие точки Земли для строительства новых пирамид и храмов. На всей бойко торгующей и сражающейся планете посвященными «Белого Братства» было выстроено 84000 святилищ и храмов. Они находятся в четвертом измерении пространства и служат энергетическими узлами кристаллической решетки Земли. На месте этих узлов добрые люди издавна строят церкви, синагоги, мечети и другие храмы, чувствуя благоприятные потоки энергии.
   В том старинном допотопном городе, на месте которого потом вырос и оперился Мемфис, атланты проделали большую творческую работу по разъединению животных и человеческих тел, соединенных когда-то на островах Рута и Даитья. Люди-лошади, люди-коровы, люди-птицы приобрели формы человеческих тел и прошли гармоничную реабилитацию. Эдгар Кейси в своих «чтениях» подробно описал процесс исправления у людей их «физических уродств». Настоящие исцеления проводились в Храме Жертвоприношений и Храме Красоты. В первом из них осуществлялась физическая коррекция созданий, изуродованных смешанием человеческих и животных генов. Удалялись разноцветные перья и лошадиные копыта, обезьяньи хвосты и лишние конечности, волосяной покров и многочисленные груди. Для этого использовались некие электрические силы, пока еще неизвестные нам. Во втором храме прекрасно очищались человеческие души, побывавшие в телах животных или полуживотных, восстанавливались творческие способности униженных и оскорбленных. При этом атланты использовали целительные свойства мантр, цвета и музыки.
   Оглушительный Взрыв неимоверной силы потряс Землю, и волны мирового океана заплясали «Танец с саблями» и над этой землею атлантов.

АККАДИЙЦЫ

   У одной птицы – два крыла. И она летит. У двух птиц – четыре крыла. И они не летят. Птицы связаны друг другом

***

   Чудовищная катастрофа произошла 80000 лет назад и превысила по своей сумасшедшей силе все предыдущие. Остров Даитья под тяжестью раскаленной лавы и многотонных грехов взорвался и мгновенно ушел на дно, а от Руты яростный океан откусил три четверти территории; остался лишь скалистый кусочек восточной части – остров Посейдонис. На удрученной карте номер 4 мы не видим западных земель Европы и Африки, родильных морей Азии и Америки. Северный Египет, занимавший территории Крита, Греции и дна восточного Средиземного моря, словно сказочная рыба-кит, выпустил гигантские фонтаны вулканических извержений и надолго нырнул под воду. Черное море надулось водами Потопа и отделилось от северного океана. Обнаженные материки Азии и Африки, Австралии и Антарктиды, Америки и Гренландии, взявшись за руки, дико завыли и исступленно заплясали людоедские хороводы вокруг атлантического костра. Наконец, они выбились из сил, попадали возле обугленных головешек Атлантиды и приобрели более четкие современные очертания.
   Император, жрецы и все люди, следовавшие благому закону, заранее были предупреждены Иерархами о надвигающемся катаклизме. Многие атланты успели эмигрировать. Когда кошмарная стихия по-хорошему утихла, власть на острове Посейдонисе после ряда упорных войн захватили аккадийцы. Представители этой атлантической подрасы были белокожими, как и семиты. Они появились уже после катастрофы, происшедшей 80000 лет назад и вели повальные войны с семитами, которых до сих пор никак не могут победить. Аккадийцы отличались коммерческими, навигационными и неугомонными колонизаторскими способностями. Большой интерес, проявленный аккадийцами к поэзии мореплавания, заставлял их въедливо изучать нумерологию, астрологию и наблюдать за небесными светилами. Они построили несколько гигантских обсерваторий, научных и торговых центров и установили надежную связь с самыми отдаленными частями Земного Шара. Их бойкие потомки – этруски, пеласги и финикийцы – плодовито и пестро торговали по берегам Средиземного и Черного морей. Блистательная столица аккадийцев – город Карда – тогда навоевалась по горло и покоится на дне Средиземного моря возле Сардинии.
   Остров Посейдонис и его громкую столицу – город Посейдон – подробно описал в своих диалогах «Критий» и «Тимей» древнегреческий философ Платон. Рассказывая о легендарной стране, этот посвященный философ сообщает, что Атлантида была правильным островом, который «получил в удел Посейдон». Посейдон, бог морей и океанов, населил его своими детьми, зачатыми от смертной женщины. Бог произвел на свет «пять раз по чете близнецов мужского рода», и поделил весь остров на 10 частей. На равном расстоянии от берегов в середине острова атлантов была расположена равнина. Если верить Платону, она была красивее других равнин и очень плодородна. Здесь жил большой человек по имени Евенор с мягкой женой Левкиппой. Их единственная дочь звалась Клейто. Когда симпатичная девушка достигла брачного возраста, Посейдон жадно женился на ней. Холм, узловато возвышающийся над сказочно цветущим островом, морской бог укрепил и окружил его тремя водными и двумя земляными кольцами.
   От моря, сообщает Платон, атланты прокопали канал в 3 плетра шириной (1 плетр – около 32 метров) и в 50 стадиев длиной (1 стадий – около 193 метра) вплоть до крайнего из водных колец. Так они создали доступ с моря в это кольцо, словно в гавань, приготовив достаточный проход даже для самых толстых судов. Земляные и водяные кольца имели ширину 3 стадия. Прозрачные каналы пересекались золотистыми мостами и кудрявыми отражениями цветущих садов. В самом центре красивого города возвышался храм Клейто и Посейдона, окруженный бойким почтением и золотой стеной. Ежегодно каждый из десяти районов Атлантиды доставлял сюда тяжелые дары. Поверхность храма атланты выложили серебром, акротерии же – золотом. Потолок был выполнен из слоновой кости. Золотые изваяния Посейдона на колеснице, правившего шестью крылатыми конями, и ста нереид на дельфинах украшали исполинское святилище.
   На прекрасном острове, продолжает Платон, били два легендарных источника – холодный и горячий. Вода была удивительно вкусной и обладала живой и мертвой целительной силой. Источники обвели изразцовыми стенами, насадили подле фруктовые деревья и направили волшебные воды в купальни; причем – отдельно для царей, для военачальников, для простых людей и даже для уставших коней. Каждая купальня была соответствующим образом украшена и отделана.
   На внешних кольцах атланты построили святилища богов и разбили множество садов, школ и стадионов для спортивных игр. Посредине самого большого кольца был устроен ипподром, имевший ширину один стадий. Недалеко располагались помещения для царских копьеносцев; самая преданная гвардия размещалась внутри меньшего кольца, ближе к акрополю. От моря начиналась стена, покрытая медью. Металл, по утверждению Платона, наносили в расплавленном виде. Стена внутреннего вала была покрыта литьем из олова, а стена самого акрополя – орихалком. Пространство между ними было застроено, а проток и самая большая гавань были переполнены обильными кораблями, на которых отовсюду прибывали купцы. Днем и ночью здесь слышались возбужденный говор и шум толпы. Среди богатств острова философ упоминает легендарный металл орихалк, «испускавший огнистое блистанье».
   Платон рассказывает и о военной организации атлантов. Каждый участок равнины должен был выделять одного воина-предводителя. Величина такого надела была 10 на 10 стадиев, а всего участков насчитывалось 60 тысяч. Во время войны каждый предводитель обязан был поставить шестую часть колесницы, воина со щитом, способного биться и в конном и в пешем строю, возницу, правящего конями, двух гоплитов, по два лучника и пращника, по три камнеметателя и копейщика. Получается, войско атлантов было грозной силой, насчитывающей 720000 воинов. Далее Платон повествует о печальной судьбе Атлантиды:
   «В продолжении многих поколений, покуда не истощилась унаследованная от бога природа, правители Атлантиды повиновались законам и жили в дружбе со сродным и божественным началом: они блюли истинный и высокий строй мыслей, относились к неизбежным определениям судьбы и друг к другу с разумной терпеливостью, презирая все, кроме добродетели, ни во что не ставили богатство и с легкостью почитали чуть ли не за досадное бремя груды золота и прочих сокровищ. Они не пьянели от роскоши, не теряли власть над собой и здравого рассудка… Но когда унаследованная от бога доля ослабла, многократно растворясь в примеси смертных, и когда возобладал человеческий нрав, тогда они оказались не в состоянии долее выносить свое богатство и утратили благопристойность. Для того, кто умеет видеть, они являли собой постыдное зрелище, ибо промотали самую прекрасную из своих ценностей. Неспособные усмотреть, в чем состоит истинно счастливая жизнь, они казались себе прекраснее и счастливее всего как раз тогда, когда в них кипели безудержная жадность и сила». «И вот Зевс, бог богов, блюдущий законы, хорошо умея усматривать то, о чем мы говорили, помыслил о славном роде, впавшем в столь жалкую развращенность, и решил наложить на него кару, дабы он, отрезвев от беды, научился благообразию. Поэтому он созвал всех богов в славнейшую из своих обителей, утвержденную в средоточии мира, из которой можно лицезреть все причастное рождению, и обратился к собравшимся с такими словами…»
   В «Критии» описание Атлантиды обрывается на полуслове. Но решение Зевса становится ясным из другого диалога Платона – «Тимей».
   «Вся сплоченная мощь атлантов и их колоний была брошена на то, чтобы одним ударом ввергнуть в рабство еще свободные страны по эту сторону пролива Гибралтар. Именно тогда государство и город Афины, несмотря на измену союзников, все же одолело завоевателей и «воздвигло победные трофеи»…
   «Но позднее, когда пришел срок для невиданных землетрясений и наводнений, за одни ужасные сутки вся воинская сила была поглощена разверзнувшейся землей; равным образом и Атлантида исчезла, погрузившись в пучину».
   Эти строки философа свидетельствуют о яркой внезапности катастрофы и космических масштабах потрясений.
   Платон был одним из Великих Посвященных, учившихся настоящим знаниям у жрецов Египта. Он выдержал крутые экзамены на три ступени посвящения у хранителей тайн Пирамид. Все семь ступеней посвящения на короткой памяти человечества преодолели Пифагор Самосский, Иисус из Назарета, названный Христом, и еще несколько скромных человек. Платон, как и любой Посвященный, не мог безжалостно передавать знания прямо неподготовленным к ним людям. Елена Блаватская так объяснила сказочную иносказательность диалогов философа: «Платон, повторяя рассказ, переданный Солону жрецами Египта, намеренно смешивает, как поступил бы каждый Посвященный, два материка и приписывает небольшому острову Посейдонису все события, которые относились к двум огромным праисторическим материкам… Тем не менее, Платон должен был знать, как и каждый Посвященный Адепт, историю Третьей Расы после ее падения… Примерно триста миллионов лет ушло на присутствие двух первых человеческих Рас до возникновения Лемурии и Атлантиды». Древнегреческий философ использовал художественный прием переноса картины истины в другое время и в другое место, чем запутал не только европейских ученых, но и своего ученика Аристотеля. Аристотель, придумав такую науку как логика, оставил нам крылатую пословицу об Атлантиде: «Платон мне друг, но истина мне дороже». Скандальный ученик, некрасиво завидуя славе Учителя, без тени сомнения заявил, что всю историю о потонувшем острове Платон выдумал от начала и до конца, чтобы на вымышленной земле продемонстрировать свои политические и философские взгляды. Что ж, фантасты пользуются таким приемом и по сей день. Но мы опираемся на факты, добытые собственным опытом воспоминаний своих прошлых жизней в Атлантиде.
   Безудержные племена аккадийцев зародились и вызрели на землях, ставших сегодня дном Средиземного моря. Когда толстые волны Потопа образовали это море, неунывающие аккадийцы переселились на новые острова, соединившиеся потом в Европу. Остров Сардиния был главным местом их заводного жительства. Отсюда они потекли в Азию, заселив земли Аравии, Ирана, Пакистана, Индии и России. Они также обильно засеяли Египет и Северную Африку. Ветвями этой неугомонной расы являются первые этруски, финикийцы и баски.
   Здесь можно упомянуть и о первых обитателях Англии. В начале Аккадийской эпохи, около 100000 лет назад колонией Посвященных, высадившихся на эти берега, был основан Стоунхендж. Длинноголовые жрецы и те, кто за ними следовал, принадлежали к первоначальной ветви аккадийской расы. Они были более высоки ростом и более светлы, чем первобытные семитские аборигены. Аккадийцы образовали здесь смешанный народ, составленный из знати потомков рмоахалов, семитов и упрямых переселенцев.
   Стоунхендж был построен аккадийцами для создания мощного магнитного поля, защищающего от разрушительного подземного облучения марсианских генераторов энергии. Кроме того, он использовался как звездный храм и календарь. Суровая простота Стоунхенджа была прямым протестом против чрезмерной пышности, орнаментации и изощренности украшений в храмах Атлантиды, жители которой пали, как тени перед своими крикливыми статуями.

ПОСЕЙДОНИС

   Логическая правда – бог несвободного человека. Она подразумевает, что мир конечен, что он имеет цель и смысл.

   После катастрофы, оглушительно взорвавшей остров Руту, цивилизация атлантов пришла в беспробудный упадок. Выжившие семиты образовали на Посейдонисе несколько завистливых царств, жадно воевавших между собой за овладение всем островом. Воспользовавшись бойкой междоусобицей, в северной части острова высадились аккадийцы. Мелкие царства атлантов объединились и накинулись на армию аккадийцев, как рой лесных пчел на лезущего за медом медведя. Эта безжалостная война между семитами и аккадийцами продолжалась примерно 450 лет, пока последним не удалось оттеснить разрозненные войска атлантов к югу и вплотную подойти к столице.

ШТУРМ СТОЛИЦЫ

   В мироздании нет ни капли зла. Мы видим зло из-за собственного несовершенства.

   Безудержными войсками аккадийцев командовал молодой генерал Гарибул. Его двухсоттысячная армия, громыхая пушками, надвинулась на город с севера, как тяжелая грозовая туча. А с юга, со стороны лазурной бухты, белокаменную столицу атлантов блокировал военный флот финикийцев под водительством седого адмирала Тора. Перепуганные корабли семитов забились в акваторию порта и заперли фарватер железными цепями. Гарибул предъявил нахальный ультиматум царю атлантов Ясиму, требуя сдать город на милость завоевателей. Чернобородый Ясим яростно отверг ультиматум, считая столицу неприступной: крепостная стена высотою 50 и шириной у основания 20 метров опоясывала город до самого порта. Атланты громко переживали грозовое предупреждение Гарибула и готовились к отражению штурма.
   Утром следующего дня загудели медные трубы аккадийцев: «На штурм! К бою! Атака!» Из-за северных холмов громыхнули мортиры и хлынули волны наступающих: тяжелые фаланги гоплитов, закованные в броню туранские рыцари, стальные параллелепипеды копьеносцев-дравидов и стремительные эскадроны аккадийской конницы. От топота наступающих земля дрожала и гудела, как туго натянутый армейский барабан. Впереди атакующих колонн под крылатыми знаменами бежали вольнонаемные тлаватли. Вытянувшись цепочками по 10 человек, они несли на своих накачанных плечах тридцатиметровые штурмовые лестницы.
   Скашиваемая градом стрел и пушечных ядер легкая пехота наступающих тяжело достигла водяного рва. Понтонные мосты, наводимые тлаватлями из приготовленных заранее деревянных плотов, семиты тут же расстреливали чугунными ядрами пушек. На левом фланге наступающие притащили несколько железных машин, напоминающих экскаваторы. В этом месте паровые механизмы, рыча и потея, за два часа засыпали глубокий ров землею. По нарытому мосту покатились к городским стенам долговязые штурмовые машины аккадийцев. Навстречу им из крепости поднялись летающие лодки атлантов. В каждой из них сидело 10-12 человек, вооруженных арбалетами и крючьями. Чернокудрые летчики, закованные в сверкающие кольчуги, метали вниз зажигательные бомбы и газовые гранаты. Солдаты штурмующих надевали противогазовые устройства и прикрывали головы металлическими щитами.
   Одна из лодок опустилась слишком низко и ее тотчас зацепили тлаватли абордажными крючьями. Затем они приставили к лодке штурмовую лестницу и полезли в летную машину. Пилот попытался сделать маневр, чтобы пережечь лестницу и веревки реактивной струей. Но в тот момент, когда лодка встала на дыбы, тлаватли обрубили все абордажные веревки кроме одной передней, и летающий аппарат с грохотом рухнул на землю. Другую лодку атлантов ярко сбили пушечным ядром, выпущенным из тридцатиметровой штурмовой машины. Машина громко ползла на восьми чугунных колесах по железным рельсам. Вокруг бегали воины, убиравшие рельсы, по которым проехала машина, и подкладывающие их тут же под передние колеса. Наконец, под свистящим ливнем стрел и горючей шрапнели наступающие достигли крепостной стены. Передние ряды облепили, как черные муравьи, связанные в пары штурмовые лестницы и стремительно полезли по ним в ослепительное небо, поливающее их горящим свинцом, пылающей серой и огненными проклятиями. Крики наступающих и обороняющихся слились в единый рев боя. Летающие лодки атлантов зацепляли деревянные лестницы веревками и меняли угол наклона штурмовых приспособлений. 60-метровые лестницы с грохотом падали вместе с десятками аккадийцев на головы штурмующих.