Владимир Долохов, Вадим Гурангов
Сам себе волшебник
(Курс начинающего волшебника — 2)

   Милости прошу за мной, на «пир воображенья»: я обещаю не давать вам покоя, отдыха и умиротворения, я обещаю обманывать вас на каждом шагу, я обещаю так заморочить вам голову, что самые обыденные вещи станут загадочными и в конце концов непонятными, я обещаю завести вас во все тупики, которые встретятся по дороге, и, наконец, я обещаю вам крушение всех надежд и иллюзий, а также полное попрание Жизненного Опыта и Здравого Смысла.
   Рискнем?
Евгений Клюев. «Между двух стульев»

ПРЕДИСЛОВИЕ

   Осторожно, в этой книге водятся шутки!!!
Т. Пратчетт. «Цвет волшебства»

   Авторы этой книги являются последователями школы волшебников Симорон, которую основал Петр Терентьевич Бурлан. Целью созданной им системы является полное восстановление Целостности, бесповоротный выход из иллюзорной игротеки жизни в Реальность. Основным положением системы является утверждение, что в каждом объекте мироздания присутствует источник жизни — Симорон, объединяющий кажущиеся разделенными объекты, как рука связывает воедино пальцы, которые без нее не могут существовать.
   Бурлан разрабатывает методы, позволяющие обнаружить в себе Симорон и действовать от его имени. Человек, осознавший свой симоронский статус, становится творцом, подлинным Хозяином создаваемой им Вселенной. Мы настолько привыкли отождествляться с личностью (с телом, ощущениями, эмоциями, мыслями…), что на такую глубинную трансформацию могут уйти годы жизни. По мнению Бурлана, подобная трансформация — единственно достойная цель бытия. Постепенно из жизни симорониста сами собой уходят проблемы, причем он ими специально не занимается.
   Если я занимаюсь решением проблем, то, тем самым, отождествляюсь с личностью, само существование которой без них немыслимо. Я решаю одну проблему, а уже возникает другая… Поэтому система Симорон не является набором средств для решения проблем. С другой стороны, в процессе своих неустанных поисков, Бурлан открыл множество замечательных техник, позволяющих находить выход из жизненных тупиков. Авторы настоящей книги, испытав мощь этих техник на себе и обучая им других, решили продолжить их изложение, начатое в книге «Курс начинающего волшебника» (сокращенно «КНВ»). Наши книги предназначены, в первую очередь, для тех, кто хочет улучшить условия существования своей личности, ослабить гнет проблем.
   Реальный опыт множества симоронистов, собранный в настоящей книге, может помочь людям в преодолении жизненных трудностей.
* * *
   Неистребимая природная лень, смекалистость и надежда на авось издревле присущи русскому человеку. Мы воспитаны на сказках, герои которых — гениальные лодыри. Дурень Емеля, развалясь на печке, исполнял любое свое желание при помощи простого заклинания: «По щучьему велению, по моему хотению». Иванушка, опять же дурачок, прохлаждавшийся в кабачке за чаркой винца, изловил Конька-Горбунка и с его помощью отхватил царский трон и заполучил в жены Елену Прекрасную. Котофей Иваныч, коготь о коготь не ударивши, за счет своей сметливости стал начальником лесных зверей и зажил припеваючи.
   Свойственные нашему народу вера в чудеса и привычка получать желаемое «не слезая с печки» нашли практическое воплощение в оригинальной отечественной школе волшебников под названьем СИМОРОН. Состояние приятной лености (СПЛЕН) — весьма почитаемо в Симороне.
   Улыбка и чувство юмора, свойственные обаятельным героям русских народных сказок, являются основой симоронского искусства. Веселое отношение симоронистов к миру отражают поговорки: «Держи карму шире» и «Своя карма ближе к телу».
   Умение прикинуться дураком и, особо себя не утруждая, получить сразу все необходимое — уникальная особенность нашего национального характера. Об этом свидетельствуют даже названия сказок, например «Кузьма Скоробогатый».
   Надежда на авось ярко выражена в сказке «Летучий корабль». Старик спросил дурня:
   — Сумеешь ли построить летающий корабль, чтобы получить в жены царевну?
   — Нет, не сумею!
   — Так зачем же ты идешь?
   — А бог его знает, вдруг получится!
   И ведь получилось!
   Мир, который нас окружает, — загадочен и непредсказуем, его невозможно втиснуть в прокрустово ложе проектов. Сколько бы мы ни строили планов, предусмотреть все невозможно, тем более в такой таинственной стране, как Россия: то перестройка, то путч, то сухой закон, то 17 августа.
   Нетрадиционные действия, необычные поступки героев сказок приводят к фантастическому выигрышу. Так, Мартынке из сказки «Волшебное кольцо» за выполненную работу было предложено на выбор — мешок с песком или мешок с серебром. Нетрудно догадаться, что Мартынка взял мешок с песком, в котором оказалось волшебное кольцо, исполняющее любое желание. Когда мы не планируем ни конкретный результат, ни время его достижения, то возможный итог часто превосходит наши самые смелые расчеты.
   Зоркий глаз и приметливость также характерны для сказочных героев.
   Знаменитый дозорный, Золотой петушок, выявлял малозаметные сигналы и вовремя предупреждал об опасности. Основное занятие симорониста — наблюдение за сигналами окружающей среды, событиями, происходящими здесь и сейчас, из которых он получает точную информацию об ожидающих его приключениях. Корректируя в соответствии с этой информацией свои действия, симоронист обеспечивает себе успех в любых начинаниях. Применяя нехитрые приемы, он заключит только выгодные сделки, быстро найдет необходимых ему людей или работу, о которой давно мечтал (или они сами найдут его), отыщет покупку, оптимальную по цене и качеству…
   Персонажи народного фольклора свободно общаются с любыми объектами от Чудо-Юды до медведя. Это мастерство является обычным делом для симоронских волшебников. Они договариваются с мышами, тараканами, комарами, выращивают небывалый урожай помидоров на даче, чинят сломанный телевизор, не прикасаясь к нему, предотвращают наводнение, очищают загнившее озеро.
   Замыслы симорониста созвучны замыслам Природы, действенным проводником которой он выступает. Все работает «в одной упряжке» с ним — люди, фауна, флора, мир минералов, видимые и невидимые силы Вселенной.
   Методы, используемые в сказках для достижения результатов, необычайно просты. Шедевром сказочного волшебства является ритуал материализации летучего корабля из одноименного произведения:
   — Подойди к первому дереву, перекрестись три раза и тюкни по нему топором, а сам упади наземь ничком и усни. Когда проснешься — увидишь перед собой готовый корабль.
   Чтобы стать волшебником, отнюдь не нужны мистические сверхчувственные способности, сложные ритуалы и долгое обучение. Практические методы системы Симорон настолько просты и доступны, что любой лентяй легко может овладеть ими. А применить их можно за несколько секунд.
   «Курс начинающего волшебника» будет неоднократно упоминаться, хотя редакция системы, предложенная в этой книге, сильно отличается от «КНВ».
   Многие важные понятия системы изложены в «КНВ», и мы не стали приводить их здесь. Для лучшего понимания данной книги желательно знакомство с «КНВ».

БЛАГОДАРНОСТИ

   Приносим благодарность Петру Бурлану, которому принадлежат основные идеи, изложенные в этой книге.
   Хочется особенно поблагодарить фирму «МТР» и издательство «ЭКМОС», издавших «Курс начинающего волшебника» на чрезвычайно льготных условиях.
   Эту книгу, как и предыдущую, скрупулезно вычитала Люсия. Она обратила наше внимание на множество непонятных мест, разъяснение которых удвоило объем теоретической части. После этого Самодуров Юра досконально вычитал теорию и сделал много ценных замечаний.
   Максим Ураев выполнил дизайн обложек, сделав их красочными, и является web-master нашей странички в Интернет. Картинки к этой книге рисовали Наталья Буланова, Динара и «Сережка ольховая, нежная, словно пуховая».
   Спасибо, друзья, за творческий труд.
   Выражаем благодарность волшебникам, предоставившим истории для книги:
   Духовной Светлане, Зубкову Мише, Волковым Руслану и Тане, Маат, Илоне, Ли Наташе, Крайновой Зое, Марианне, Шницер Ольге, Екатеринской Елене, Антоновой Галине, Киселевой Ольге, Митричу, ОК, Сафоновой Люде, Гоновой Тане, Королевой Тане, Матросовой Ирине, Пуговкину Саше, Курьяновой Галине, Савченко Елене, Светликиной Ирине, Владимировой Свете, Горбачевой Маше, Федоровой Зое.
   Благодарим Винникова Леонида Иосифовича и Смоленскую Марину за энтузиазм, проявленный в распространении идей, изложенных в настоящей книге, и московские центры «Помоги себе сам» и «Рост» за организацию тренингов.
   Благодарим Киневскую Лию, Борисову Людмилу, Железнова Сашу, Антонову Галину, Сорокоумова Сергея, Зубкова Мишу, Ващенко Сашу, Зусманова Вильяма, Шакала Аэлиту, Безбородова Дмитрия, Васильченко Галину, Горяинову Галину за организацию выездных семинаров.
   Отдельная благодарность Ольге Михайловне Приамбокановой, Петропавлу и Евгению Клюеву, ротвейлерше Альбе, Ольге ОК, Смирнову Коле, Алимову Павлу, Дмитриеву Петру, Ричарду Бэндлеру и Джону Гриндеру, фильму «Двенадцать обезьян», создателям кинематографа братьям Люмьер.

НЕМНОГО ТЕОРИИ ДЛЯ ЛЮБОЗНАТЕЛЬНЫХ

   …Ты войдешь в кинотеатр. Будут сражения и волнения, победители и побежденные, романы и разочарования, ты заранее знаешь, что все это будет.
   Но для того, чтобы фильм захватил тебя, для того, чтобы он унес тебя с собой, для того, чтобы ты вполне им насладился, ты должен вставить ленту в аппарат и пропустить ее сквозь линзы минуту за минутой…
   Мы покупаем билеты на эти фильмы, платя за вход согласием верить в реальность пространства и в реальность времени… Ни та, ни другая в действительности не существуют, но тот, кто не хочет платить эту цену, не сможет появиться ни на этой планете, ни в любой другой пространственно-временной системе.
Р. Бах. «Иллюзии»

МОДЕЛЬ ФОРМИРОВАНИЯ ЛИЧНОСТИ

   Он вдруг осознал, что имеет границы. Что существует находящееся внутри него и за его пределами, а сам он заключен в некие рамки, за которые не в силах выйти… А когда он ощутил, что кроме границ имеет еще и форму, это оказалось новой неожиданностью.
   …В мельтешении световых пятен и звуков постепенно стали возникать закономерности; он научился различать причины и следствия, и вскоре поток бессмысленных раздражителей разделился на лица, голоса, небо и землю. Над ним часто склонялись двое, от которых исходила любовь и забота; они подолгу повторяли одни и те же звуки, и под властью узнанных им слов из хаоса выступил не правдоподобный мир, населенный тенями, одной из которых был он сам.
В. Пелевин. «Иван Кублаханов»


   То, что мы называем физической вселенной, полностью базируется на соглашении. Атом, например, — это просто соглашение между физиками. Сейчас физики договариваются о существовании все большего числа частиц, которых они не видели.
Л. Рейнхард. «Трансформация»

   Давайте пофантазируем о том, как мы познаем, а точнее сказать, создаем мир[1]. Предположим, что в начале своего развития ребенок не знает ничего.
   Он не только не знает, что Земля круглая, но и вообще не подозревает о ее существовании. Более того, ребенку неизвестно, что у него есть границы и форма: две руки, две ноги, голова и т.д. Ребенок в материнском чреве воспринимает мир целостно, не разделяя его на объекты, отождествляясь со всем миром (утробой).
   С незапамятных времен в людском обществе существует легенда, истинность которой не подвергается сомнениям. Она гласит, что у женщин рождаются существа, имеющие человеческую форму, а не какие-нибудь крокодильчики или зверушки. Будущая мать, естественно, разделяет веру в эту легенду.
   На стадии внутриутробного развития плода мама представляет себе, как будет выглядеть малыш, и стоит тому пошевелиться, она «знает», какой «частью тела» он двигает. Родственники и знакомые беременной женщины также убеждены, что она вынашивает маленького человечка. Таким образом, окружающие придают ребенку определенные очертания — формируют ему физическое тело, приучая отделять себя от остального мира. Кульминацией этого процесса является момент рождения: младенец, действительно похожий на человеческое существо, предстает взорам акушеров, его трогают за различные «части тела», пеленают. Закреплению человеческой формы способствуют регулярные упражнения:
   — А где у тебя глазки? Покажи глазки у мамы. Вот глазки у куклы… Смотри: палка, палка, огуречик — появился человечек!
   Параллельно в мир ребенка внедряется важнейшее понятие — время. С момента зачатия ребенка сопровождают два ритма: откуда-то слышатся удары огромного метронома (сердца мамы), кроме того, Вселенная ритмично расширяется и сжимается (мама дышит). Вселенная живет по некоторому распорядку: «ночью» успокаивается, «днем» активизируется и т.д. После рождения младенца кормят в строго определенные часы.
   Затем, под влиянием окружения, происходит сотворение в мире ребенка различных объектов. Дитя обучают выделять из окружающего хаоса людей, предметы, растения, животных…. придавать им конкретные, узнаваемые очертания. Новорожденному показывают на какое-то расплывчатое пятно и говорят: «Мама, мама, мама…», и постепенно ребенок учится создавать маму. Метафорически можно сказать, что каждое слово является названием набора слайдов, хранящихся в памяти. Например, за словом «машинка» стоит совокупность изображений машинок, которые видел малыш. Таким образом, существующий язык является важнейшим инструментом создания реальности.
   Когда карапуз начинает уверенно различать (материализовывать) объекты, он учится соединять цепочку различных образов в непрерывную последовательность, достраивая отсутствующие взаимосвязи между кадрами.
   Внутренние слайды «оживают» и превращаются во внутренние фильмы, в которых может присутствовать звук, запах, кинестетические ощущения. Ребенок начинает понимать предложения, являющиеся названием соответствующего фильма, например «Мама варит кашу». Тут вводится причинно-следственный закон:
   — Не трогай огонь — обожжешь пальчик, скушаешь кашу — получишь конфету…
   Вырастая, человек, образно говоря, превращается в фильмотеку, в хранилище фильмов (по выражению Гурджиева, в «механического человека»). Основные фильмы уже созданы. Получив новую информацию из окружающего мира, человек переводит ее в слова и моментально монтирует внутреннее кино из имеющихся фильмов и слайдов. Так, вымышленное сообщение: «Алла Пугачева приняла решение баллотироваться в президенты» у одного из авторов книги вызвало такой фильм. В центре вечерней, запруженной народом Красной Площади, прожекторы освещают разноцветными огнями высокую сцену. На ней Пугачева исполняет песню, содержащую ее предвыборную программу, под мелодию «Арлекино», а во время припева народ подпевает: «В президенты, в президенты выбираем Аллу мы». На многочисленных транспарантах начертан лозунг: «Алла — президент, Филя — премьер!»
   У одной нашей знакомой сообщение о неожиданном решении знаменитой певицы вызвало такое кино: в почтовом ящике красочная открытка с изображением примадонны и крупная надпись: «Голосуй, а то проиграешь!»
   Подчеркнем, что у каждого человека неповторимый набор внутренних кинолент.
   У одного слово «милиционер» вызывает в памяти Глеба Жеглова, у другого — книжку «Дядя Степа», которую ему читали в детстве, а у третьего — лицо ведущего телепередачу «Дорожный патруль». Что уж говорить о предложениях или небольших рассказах. Мы только делаем вид, что понимаем друг друга — в процессе общения каждый рассказывает содержание своего внутреннего фильма, который разительно отличается от киноленты собеседника.
* * *
   Каким образом создаются новые объекты в окружающем мире? В монологе душевнобольного из фильма «Двенадцать обезьян» прекрасно объяснено появление микробов. Мы не смогли устоять перед искушением привести его почти дословно.
   Ты знаешь, что такое безумие? Это власть большинства. Взять микробы, которых в XVIII веке просто не было, ни один нормальный человек о них не знал. Вдруг появляется Саймон Вайс и пытается убедить других, в основном докторов, что в воздухе носятся невидимые маленькие штучки — микробы, которые попадают в тело и вызывают болезнь. Вайс призывает врачей мыть руки.
   На прошлой неделе зашел я в одну дыру перекусить. Официант, уронив на пол мой бутерброд, поднял его и, как ни в чем не бывало, подал мне. «Как насчет микробов?» — спросил я. Он ответил: «Я не верю в них. Микробов придумали, чтобы наживаться на продаже мыла и дезинфицирующих веществ».
   Кто из нас сумасшедший? Нет такой вещи, как микробы. Есть только власть большинства. Нет ни правильного, ни не правильного, есть только общепринятые истины.
   Добавим, что дальнейшая материализация микробов не составляла труда — их увидели в микроскоп, стали открывать новые виды, создавать классификацию и т.д.
   Схема внедрения принципиально новых объектов в существующее описание мира проста. Человек с богатой фантазией создает в своем воображении фильм, которого до сих пор не было. Пока кино существует в сознании лишь одного «сумасшедшего», заявлять об открытии всему миру опасно — упекут в психушку. Чтобы придуманное явление получило статус реального, надо убедить окружающих в его существовании. Причем достаточно убедить небольшую группу авторитетных людей: ученых, политиков, руководителей СМИ, и дело в шляпе — наваждение становится достоянием общественности, коллективной грезой. Эта модель убедительно описана в фантастическом романе К. Уилсона «Паразиты сознания».
   Полномочия на создание новых объектов в современном цивилизованном мире возложены, в основном, на ученых. Вспомним Дмитрия Ивановича Менделеева, увидевшего во сне прямоугольную таблицу, в клеточках которой располагались известные химические элементы. В таблице имелись пустые клеточки. Их предстояло заполнить еще ненайденными элементами, причем основные свойства последних вытекали из местоположения клеточки. После того как мир закончил рукоплескать гению, новые элементы стали находиться, как грибы после дождя. А если бы Менделеев придумал таблицу в форме бублика или попытался бы составить свою классификацию по трем признакам?
   Как-то один из авторов книги ехал на тренинг в другой город. В купе было включено радио, и диктор произнес:
   — Физикам из Дубны удалось синтезировать новый 114 элемент таблицы Менделеева. Он просуществовал 30(!) секунд. Это величайшее открытие, так как предыдущие элементы существовали микросекунды(!!) Как говорится, комментарии излишни.
* * *
   Можете представить, сколько гениальных открытий и изобретений похоронено в психбольницах!

МЕТАФОРА «КИНОТЕАТР»

   Из всех искусств для нас важнейшим является кино.
В.И. Ленин


   Парадокс общения в том и состоит, что можно высказаться на языке и тем не менее быть понятым.
Е. Клюев. «Между двух стульев»

Вот история, рассказанная молодым человеком.
   Мы с женой зашли в гости к ее подруге Лизе. Когда я выпил чашечку кофе, Лиза, с выражением неподдельного ужаса на лице, принесла на вытянутых руках картонную коробку. В ней оказался взведенный револьвер, в барабане которого виднелись шесть патронов. Неделю назад, разбирая квартиру, она обнаружила пистолет, принадлежащий ее отцу, умершему два года назад. В Лизиной голове мгновенно прокрутилось кино, как ее сын нашел пистолет, взял его на улицу и стал играть с ребятами в войну. Дело кончилось тем, что кого-то из ребят ранили или убили, а Лизу посадили в тюрьму.
   Пытаясь разрядить пистолет, Лиза взвела курок и поняла, что теперь оружие может выстрелить в любую минуту. В панике она бросилась к мужу. Тот также не смог его разрядить — в армии не служил и пистолет в руках никогда не держал.
   Лиза спрятала пистолет в коробку в надежде, что ее сын туда не залезет до нашего прихода, время которого было назначено заранее, и я разряжу пистолет.
   У бедной Лизы нарушился сон, ее преследовали кошмары. Надо сказать, что Лиза — большая любительница детективов, обожает их читать и смотреть.
   Когда она натыкалась на слово «пистолет» или слышала стрельбу в очередном боевике, она тут же воспроизводила воображаемое кино под названием «Игра в войну с настоящим пистолетом». На предложение мужа выбросить пистолет в пруд, находившийся рядом с домом, Лиза ответила, что если пруд спустят, то могут найти оружие, отчистить его от ржавчины и применить в преступных целях (опять кино!).
   Я разрядил пистолет, после чего патроны были припрятаны в одно надежное место, а коробка с оружием — в другое.
   Не прошло и часа, как с улицы пришел ее сын. Он играл в волейбол, и его очень сильно ударили по руке. Лиза помчалась с ним в травмпункт, и выяснилось, что у мальчика перелом указательного пальца руки.
   Пистолет все-таки «выстрелил», именно в тот момент, когда Лиза, расслабившись, рассказывала нам подробности ужастика.
* * *
   Представьте виртуальный кинотеатр с кинопроектором и экраном, между которыми находится преобразователь, трансформирующий внутренний фильм на кинопленке во внешний фильм на экране. Естественно считать, что внутреннюю кинопленку можно посмотреть на внутреннем экране. Фильмы в кинотеатре смотрит единственный зритель — Симорон, который является автором (режиссером, сценаристом, оператором и всеми актерами и предметами одновременно) всех возможных внутренних и внешних фильмов.
   Все вещи, которые мы наблюдаем в мире, имеют одну первопричину — Симорон.
   В каждом объекте мироздания присутствует источник жизни, объединяющий кажущиеся разделенными объекты, как рука связывает воедино пальцы, которые без нее не могут существовать. Статусом подлинной реальности обладает именно это невидимое, глубинное Я. Симорон — беспределен, вечен и целостен; фильмы же — временны, эфемерны. Как можно относиться серьезно к иллюзии? Система Симорон создана веселым человеком, Петром Бурланом, и насквозь пропитана юмором. Это — театр комедии, абсурда, что подтверждает, в частности, «отчество» Симорона — Степаныч.
   Автор с какой-то целью стал считать себя персонажем иллюзорного внешнего фильма и забыл, что все персонажи созданы им. Актером мы будем называть автора, который отождествился с персонажем внешнего кино[2].
   Как вы думаете: почему многие женщины с увлечением смотрят мыльные оперы, читают дамские романы или рыдают на индийских кинофильмах? Почему мужчины ревут, кричат и свистят во время футбольного матча, а во время удара по воротам у них непроизвольно дрыгаются ноги? Ответ очевиден — женщины отождествляются с героинями, начинают жить их жизнью, а мужчины — с игроками. А как обсуждаются сериалы?
   — Да я б этого Луиса Альберта на порог не пустила!
   Другой пример. Ребенок играет за компьютером час-другой и внезапно начинает рыдать:
   — Я столько времени играл, дошел до седьмого уровня, и меня убили!
   А взрослые дяди, когда их «убивают» в виртуальной реальности или любимая команда пропускает (забивает) гол, иногда умирают от инфаркта прямо за клавиатурой компьютера или перед экраном телевизора.
   Здесь хочется привести метафору, детально разработанную в фантастическом романе С. Лукьяненко «Лабиринт отражений». Один из героев романа создал уникальную программу, позволяющую любому человеку, сидящему за компьютером, попадать в виртуальный, придуманный мир. Зернистая картинка, нарисованная на экране монитора, становится для игрока совершенно реальным пространством. Погрузившись в виртуальную Глубину, например, в качестве воина, он обнаруживает, что гильзы горячие, а отдача от гранатомета едва не сбивает с ног. Игрок забывает, что все вокруг — фантазия, наваждение, а на самом деле он сидит за клавиатурой. Он может выйти из игры и очнуться перед компьютером, лишь пройдя ее до конца или погибнув в виртуальности.
   Но встречаются люди (их единицы), так называемые дайверы, ни на мгновение не утрачивающие связи с реальностью, способные в любой момент вынырнуть из Глубины игрового пространства. Например, чтобы хлебнуть холодного пивка перед очередным головокружительным приключением в виртуальности или запустить программу, позволяющую легко преодолеть опасности, подстерегающие в Глубине.
   Если я становлюсь таким дайвером, то есть отождествляюсь не с нарисованной фигуркой на экране компьютера (в нашей модели актером, персонажем внешнего кинофильма), а с тем, кто сидит за клавиатурой (Симороном), то могу в нужный момент выйти из игры (чтобы изменить картинку на внешнем экране).
* * *
   Каждый человек, растение, животное, камень, каждый предмет видимого мира (внешнего экрана) является проекцией внутреннего фильма. В тот момент, когда актер фиксирует взгляд на каком-то предмете, он вставляет в проектор соответствующий слайд или фильм и наблюдает его проекцию на внешнем экране. Если он запустил кинопленку с боевиком, то на внешнем экране увидит разрушения, боль. Внутренний фильм ужасов спроецируется в устрашающие картины, а мелодрама или триллер — в эмоциональные переживания участников внешнего кино.