– Устойчивость – вот ключ ко всему, – продолжал разглагольствовать Варуз. – Сила фехтовальщика начинается с его ног! С этого дня мы добавим к вашим упражнениям еще один час на бревне. Каждый день.
   Джезаль сморщился.
   – Итак: пробежка, упражнения с тяжелым брусом, позиции, один час спарринга, снова позиции и один час на бревне. – Лорд-маршал удовлетворенно кивнул. – Пока что этого достаточно. Надеюсь увидеть вас завтра в шесть часов утра трезвым как стеклышко. – Варуз посмотрел на него, нахмурив брови. – Трезвым. Как. Стеклышко, – раздельно повторил он.
 
   – Это не может продолжаться до бесконечности, – бормотал Джезаль, с трудом ковыляя в казарму. – Сколько такого дерьма может вынести человек?
   Вест ухмыльнулся:
   – Это еще ничто. Я никогда не видел, чтобы старая сволочь был с кем-нибудь так мягок. Должно быть, ты ему действительно нравишься. Со мной он вел себя как минимум вдвое хуже.
   Джезаль не мог поверить:
   – Что? Еще хуже?
   – Я не имел таких данных, как у тебя. Он заставлял меня держать тяжелый брус над головой весь вечер, пока тот не падал на меня. – Майор слегка вздрогнул, словно даже воспоминание было болезненным. – Он заставлял меня бегать вверх и вниз по Цепной башне в полной амуниции. Я тренировался по четыре часа ежедневно.
   – Как же ты вынес это?
   – У меня не оставалось выбора. Я ведь не дворянин. Фехтование было для меня единственным способом отличиться. Но в итоге все окупилось. Сколько ты знаешь простолюдинов в личной королевской охране?
   Джезаль пожал плечами:
   – Да, если подумать, немного.
   По его понятиям, простолюдины вообще не должны здесь служить.
   – Но ты из хорошей семьи, ты уже стал капитаном, – продолжал Вест. – Если тебе удастся выиграть турнир, ты далеко пойдешь. Хофф – лорд-камергер, Маровия – верховный судья, да и сам Варуз, если уж на то пошло, – все они были чемпионами в свое время. Чемпионы хорошей крови всегда поднимаются очень высоко.
   – Как твой друг Занд дан Глокта? – хмыкнул Джезаль.
   Это имя упало между ними, как камень.
   – Ну… почти всегда.
   – Майор Вест! – раздался сзади грубый голос.
   К ним спешил коренастый сержант со шрамом на щеке.
   – А, сержант Форест, как поживаете? – спросил Вест, приветливо хлопая солдата по спине.
   Майор умел ладить с крестьянами, и Джезаль не мог не вспомнить о том, что Вест и сам почти крестьянин. Да, он получил образование, стал офицером и все прочее; но если подумать, у него по-прежнему больше общего с этим сержантом, чем с Луфаром.
   Сержант просиял:
   – Очень хорошо, благодарю вас, сэр! – Он почтительно кивнул Джезалю: – Доброе утро, капитан.
   Джезаль удостоил его сухим кивком и перевел взгляд на простиравшийся перед ним проспект. Он не понимал, зачем офицеру поддерживать дружеские отношения с простыми солдатами. Кроме того, сержанта уродовал шрам, а Джезаль не хотел иметь никаких дел с безобразными людьми.
   – Чем могу быть вам полезен? – спросил Вест.
   – Маршал Берр желает вас видеть, сэр, у него срочное совещание. Всем старшим офицерам приказано быть.
   Лицо Веста помрачнело.
   – Я прибуду сразу же, как только смогу.
   Сержант отсалютовал и зашагал прочь.
   – В чем там дело? – небрежно спросил Джезаль. Он наблюдал, как некий клерк преследовал улетевшую бумагу.
   – Инглия. Этот Бетод, король Севера… – Вест сморщился, произнося имя короля, словно оно было горьким на вкус. – Говорят, он разгромил всех своих врагов на Севере и теперь лезет в драку с Союзом.
   – Ну что ж, если он сам хочет драки… – легкомысленно отозвался Джезаль.
   Войны, по его мнению, были весьма полезны – отличная возможность стяжать славу и продвинуться по службе.
   Легкий ветерок пронес оброненную бумагу мимо его сапога. Следом бежал и сам запыхавшийся клерк. Джезаль усмехнулся, глядя на его неуклюжие попытки поймать улетевший документ. Майор ловко подхватил перепачканную бумагу и протянул клерку.
   – Спасибо, сэр, – проговорил тот с выражением такой благодарности, что его потное лицо выглядело просто жалким. – Огромное вам спасибо!
   – Не стоит, – буркнул Вест.
   Отвесив угодливый поклон, клерк поспешил прочь. Джезаль был разочарован – его весьма забавляло, как тот охотился за бумагой.
   – Может начаться война, но сейчас это наименьшая из моих проблем. – Вест тяжело вздохнул. – Моя сестра прибыла в Адую.
   – Не знал, что у тебя есть сестра.
   – Да, она у меня есть, и она здесь.
   – И что с того?
   Джезаль не испытывал большого желания выслушивать рассказы майора о его сестре. Сам Вест, возможно, и сумел вытащить себя из грязи, но дела его семья совершенно не касались Джезаля. Капитана занимали бедные простолюдинки, которыми он мог воспользоваться, и богатые светские дамы, на которых он в будущем мог бы жениться. Остальные женщины его не интересовали.
   – Видишь ли, моя сестра, может быть, и очаровательна, но она ведет себя несколько… необычно. Когда у нее плохое настроение, это сущее наказание для всех вокруг. По правде говоря, я бы предпочел иметь дело с бандой северян, чем с ней.
   – Да брось ты, Вест, – рассеянно сказал Джезаль, почти не слушая. – Уверен, никаких особых трудностей она не доставит.
   Лицо майора просветлело.
   – Я рад, что ты так говоришь. Сестре очень хотелось увидеть Агрионт собственными глазами, и я годами обещал ей устроить экскурсию, если она когда-нибудь окажется здесь. Вообще-то мы как раз договорились на сегодня.
   Сердце Джезаля екнуло.
   – Однако теперь, с этим совещанием… – продолжал Вест.
   – Но у меня так мало времени! – жалобно захныкал капитан.
   – Обещаю, что помогу тебе наверстать упущенное. Встретимся у меня через час.
   – Нет, постой…
   Однако Вест уже торопливо шагал прочь.
 
   «Только бы она не оказалась уродиной, – думал Джезаль, медленно подходя к двери майора Веста и неохотно поднимая кулак, чтобы постучать. – Только бы она не оказалась уродиной. Или дурой. Как не хочется терять вечер с глупой девицей».
   Его рука почти коснулась деревянной поверхности, когда изнутри послышались громкие голоса. Капитан замер в коридоре и ближе придвинул ухо в надежде разобрать что-нибудь лестное о себе.
   – А что случилось с твоей горничной? – донесся до него приглушенный голос Веста. Судя по всему, майор был весьма раздражен.
   – Мне пришлось оставить ее. Накопилось слишком много дел. Никто не занимался домом уже несколько месяцев.
   Сестра Веста. Сердце Джезаля упало. Голос низкий – значит, скорее всего, она толстая. Джезаль не мог позволить себе появиться на улицах Агрионта под руку с толстой девушкой. Это разрушит его репутацию.
   – Но ты же не можешь ходить по городу одна!
   – Слушай, я же добралась сюда одна и ничего не случилось, правда? Ты забываешь, кто мы такие, Коллем. Я вполне могу обойтись без прислуги. Для большинства здешних я сама немногим лучше прислуги. Кроме того, за мной присмотрит твой друг, капитан Луфар.
   – Это еще хуже. И ты прекрасно это знаешь, черт возьми!
   – Но я же не могла знать, что ты окажешься занят. Ты мог найти время, чтобы повидаться с собственной сестрой! – Она явно не глупа. Но толстая, да еще и сварливая… – Разве рядом с твоим другом я не буду в безопасности?
   – Да, он вполне надежен. Но будет ли он в безопасности рядом с тобой? – Джезаль не совсем понял, что майор хотел сказать этим замечанием. – Ты собираешься гулять по Агрионту одна, да еще с человеком, которого едва знаешь! Не прикидывайся дурочкой, ты все понимаешь! Что подумают люди?
   – Мне насрать, что подумают люди!
   Джезаль рывком отодвинулся от двери. Он не привык слышать подобные выражения из дамских уст. Толстая, сварливая, да еще и вульгарная, черт побери! Все гораздо хуже, чем он предполагал. Джезаль поглядел в конец коридора, готовый сбежать. Мысленно он подбирал подходящие извинения. Однако – проклятое невезение! – кто-то поднимался по лестнице. Теперь не получится уйти незамеченным. Придется постучать. Надо собраться с духом и поскорее покончить с этим делом. Скрипнув зубами, он громко забарабанил в дверь.
   Голоса резко смолкли, и Джезаль изобразил фальшивую дружелюбную улыбку. Дверь распахнулась.
   Он ожидал увидеть нечто вроде приземистой и толстой копии майора Веста в платье. И сильно ошибся. Фигура девушки, возможно, и была несколько более пышной, чем того требовала строгая мода – при дворе предпочитали костлявых девиц, – но толстухой ее никак не назовешь. У нее оказались темные волосы и смуглая кожа – более темного оттенка, чем тот, что считался идеальным. Джезаль знал, что дама должна тщательно избегать солнечных лучей, но сейчас, глядя на сестру Веста, не мог вспомнить почему. Ее темные, почти черные глаза сияли в полумраке дверного проема, и, хотя в нынешнем сезоне всем кружили головы голубоглазые красавицы, это было чарующе и неотразимо.
   Девушка улыбнулась Джезалю. Улыбка ее выглядела странно: с одной стороны уголки губ поднимались несколько выше, чем с другой. Это внушало смутное беспокойство – словно она знала что-то забавное, чего не знал он. Ровные великолепные зубы, белые и блестящие. Гнев капитана быстро исчез. Чем дольше он смотрел на нее, тем сильнее она ему нравилась и тем меньше здравых мыслей оставалось в его голове.
   – Здравствуйте, – сказала она.
   Джезаль приоткрыл рот, но не произнес ни звука. Его мозг был пуст, как белый лист.
   – Вы, должно быть, капитан Луфар?
   – Э-э…
   – Я сестра Коллема – Арди. – Она хлопнула себя по лбу. – Ох, какая же я идиотка: Коллем наверняка давно рассказал вам обо мне! Я знаю, вы с ним большие друзья.
   Джезаль неловко посмотрел на майора, а тот смущенно нахмурился. Вряд ли уместно сообщать Арди, что капитан и не подозревал о ее существовании вплоть до сегодняшнего утра. Джезаль отчаянно пытался придумать какой-то интересный ответ, но ничего не шло на ум.
   Арди схватила гостя за локоть и потащила в комнату, не переставая говорить:
   – Я знаю, вы великий фехтовальщик, но мне говорили, что ваш ум острее вашей шпаги. И что с друзьями вы предпочитаете использовать шпагу, потому что ваш ум слишком опасен.
   Она выжидающе взглянула на него.
   – Ну, – промямлил он, – я действительно немного фехтую…
   Ужасно. Просто кошмар.
   – Это тот самый Луфар или к нам зашел садовник? – воскликнула она и оглядела его со странным выражением. Примерно таким же взглядом Джезаль осматривал лошадь перед покупкой: настороженно, очень внимательно и чуть-чуть презрительно. – Похоже, садовников здесь наряжают в красивые мундиры, – наконец заключила она.
   Ее слова походили на оскорбление, но Джезаль был слишком занят, пытаясь придумать умную реплику, чтобы обращать на это внимание. Он знал, что должен сказать что-либо сейчас или провести остаток дня в неловком молчании, поэтому открыл рот и положился на удачу:
   – Прошу прощения, если я выгляжу растерянным. Ведь майор Вест – не очень-то привлекательный мужчина, и как мог я ожидать, что у него такая восхитительная сестра?
   Вест фыркнул. Его сестра приподняла бровь и принялась загибать пальцы:
   – Дерзко по отношению к моему брату; это хорошо. Немного забавно, что тоже хорошо. Честно, что довольно необычно. И очень лестно для меня, что, разумеется, превосходно. Немного запоздало, но в целом ожидание стоило того. – Она взглянула Джезалю прямо в глаза. – Может быть, вечер не совсем потерян.
   Джезаль сомневался, что ему понравилось последнее замечание и то, как она на него смотрела. Но ему самому очень нравилось смотреть на нее, и он был готов простить ей многое. Знакомые ему женщины редко говорили что-нибудь умное, особенно хорошенькие. Он подозревал, что их специально обучали лишь улыбаться, кивать и слушать речи мужчин. В целом он был согласен с таким положением вещей, но ум очень шел сестре Веста, и она пробудила его любопытство. Про лишний вес и сварливость можно забыть. Что же до вульгарности – симпатичные люди никогда не бывают вульгарны, не так ли? Они просто… ведут себя необычно. Джезаль уже думал, что вечер, как она и говорила, не совсем потерян.
   Вест направился к двери.
   – Теперь я должен оставить вас вдвоем потешаться друг над другом. Меня ждет лорд-маршал Берр. Только не делайте того, чего не стал бы делать я, хорошо?
   Последние слова были обращены к Джезалю, но Вест смотрел на свою сестру.
   – Кажется, нам позволили делать почти все, что угодно, – откликнулась она, поймав взгляд капитана.
   Тот с изумлением почувствовал, что краснеет, как девочка. Он кашлянул и посмотрел себе под ноги. Вест закатил глаза.
   – Боже милосердный! – воскликнул он, и дверь за ним закрылась.
   – Хотите выпить? – спросила Арди, уже наливая вино в бокал.
   Наедине с очаровательной молодой девушкой. Едва ли в этом есть что-то новое, говорил себе Джезаль, однако ему явно не хватало обычной уверенности.
   – Да, спасибо, вы очень любезны.
   Конечно же, выпить – это как раз то, что поможет успокоить его нервы. Арди протянула ему бокал и налила второй для себя. Он сомневался, что молодой даме пристало пить в такое время, но не решился об этом заговорить. В конце концов, она не его сестра.
   – Расскажите мне, капитан, как вы познакомились с моим братом?
   – Ну, он мой непосредственный начальник. Кроме того, мы вместе фехтуем. – Его мозги снова заработали. – Но… вы ведь и сами все знаете.
   Она усмехнулась.
   – Конечно, но моя гувернантка придерживалась мнения, что надо позволять молодым людям принимать участие в беседе.
   Джезаль от неожиданности закашлялся и пролил вино себе на куртку.
   – О боже, – пробормотал он.
   – Сейчас, подержите пока это…
   Арди отдала Джезалю свой бокал, и обе руки капитана теперь оказались заняты. Когда она принялась вытирать вино с его груди белоснежным носовым платком, он не стал протестовать, хотя счел ее поведение довольно дерзким. По чести сказать, он мог бы возмутиться, не будь она такой хорошенькой. Понимает ли она, какое дивное зрелище открывается Джезалю в вырезе ее платья? Разумеется, нет, она ничего не понимала. Она приехала из деревни и еще не привыкла к тонким манерам… это безыскусное простодушие сельской девушки, и все такое прочее… А зрелище и впрямь было чудесное.
   – Вот так лучше, – проговорила Арди, хотя ее старания не слишком помогли – во всяком случае, мундиру. Она отобрала у Джезаля бокалы, быстро осушила свой, лихо запрокинув голову, и поставила оба на стол. – Ну что, пойдем?
   – Да-да… разумеется. Ах, пожалуйста. – Он предложил ей руку.
   Она повела Джезаля по коридору и вниз по лестнице, непринужденно болтая. Это был настоящий словесный шквал, и, как недавно заметил маршал Варуз, оборона капитана слабела. Он отчаянно парировал выпады Арди, пока они шли через широкую площадь Маршалов, но ему едва удавалось вставить слово. Создавалось впечатление, что девушка жила здесь много лет, а Джезаль – приезжий олух из провинции.
   – Там Палата военной славы? – Она кивнула в сторону высокой стены, отделявшей штаб-квартиру вооруженных сил Союза от остальной части Агрионта.
   – Совершенно верно. Именно там находятся канцелярии лорд-маршалов, казармы, арсеналы и… э-э…
   Он замолчал, не зная, что добавить, но Арди пришла ему на выручку.
   – Тогда мой брат тоже должен быть где-то там! Он ведь прославленный воин, как я понимаю: первый прошел в брешь при Ульриохе и все такое.
   – Э-э, ну да, майора Веста здесь очень уважают…
   – Но подчас он бывает занудой, да? Он очень любит казаться загадочным и озабоченным.
   Она изобразила на лице легкую отрешенную улыбку и задумчиво потерла подбородок, как делал ее брат. Она так точно скопировала выражение лица Веста, что Джезаль не мог не рассмеяться. Одновременно он подумал, что ей, пожалуй, не стоит идти так близко к нему и так интимно держать его под руку. Не то чтобы он возражал – нет, совсем напротив. Но на них смотрели люди.
   – Арди… – начал он.
   – А это, должно быть, аллея Королей?
   – Э-э, да. Арди…
   Она подняла голову и рассматривала монументальную статую Гарода Великого. Суровый взгляд изваяния был устремлен куда-то вдаль.
   – Это Гарод Великий? – спросила она.
   – Да. В темные века, пока не образовался Союз, он боролся за объединение трех королевств. Он был первым высоким королем.
   «Идиот, – подумал Джезаль, – она и так все знает, это же каждому известно».
   – Арди, я боюсь, что твой брат не…
   – А это Байяз, первый из магов?
   – Да, он был у Гарода самым доверенным советником. Арди…
   – Это правда, что для него до сих пор оставляют свободное место на закрытом совете?
   Вопрос захватил Джезаля врасплох.
   – Ну, я действительно слышал, что там есть пустое кресло, но я не знал, что…
   – Они кажутся такими суровыми, правда?
   – Ну… полагаю, тогда были суровые времена, – отозвался он, криво улыбаясь.
   По проспекту с грохотом проскакал рыцарь-герольд на огромном, покрытом хлопьями пены коне. Крылышки на его шлеме сверкали на солнце. Секретари бросились врассыпную, освобождая дорогу, и Джезаль мягко попытался увести Арди в сторону. К его великому смущению, она отказалась двинуться с места. Лошадь промчалась в нескольких дюймах от нее – настолько близко, что порыв ветра отбросил прядь волос Арди Джезалю в лицо. Девушка повернулась к нему, на ее щеках проступил возбужденный румянец, но она не утратила ни капли самообладания, хотя едва не попала под копыта.
   – Это был рыцарь-герольд? – спросила она, снова взяв Джезаля под руку, и двинулась вперед по аллее Королей.
   – Да, – хрипло ответил Джезаль; голос его не слушался. – У рыцарей-герольдов серьезнейшая миссия. Они доставляют королевские послания во все концы Союза. – Наконец-то сердце перестало бешено колотиться. – Даже по ту сторону круга Морей, в Инглию, Дагоску и Вестпорт. Они передают слова короля и не имеют права разговаривать ни о чем другом, кроме порученного им дела.
   – К нам как-то прибыл на корабле один рыцарь-герольд – Федор дан Хаден. Мы с ним болтали часами, – отозвалась Арди.
   Джезаль безуспешно попытался скрыть свое удивление.
   – Мы говорили и об Адуе, и о Союзе, и о его семье. Да и ваше имя упоминалось, – продолжала она, и Джезаль снова не смог притвориться беспечным. – В связи с предстоящим турниром. – Арди наклонилась к нему еще ближе. – Федор считает, что Бремер дан Горст изрежет вас на куски.
   Джезаль поперхнулся, но быстро справился с собой.
   – К несчастью, его мнение разделяют многие.
   – Но не вы сами, надеюсь?
   – Ну…
   Она остановилась и взяла капитана за руку, серьезно глядя ему в глаза.
   – Я уверена, вы одолеете его, что бы там ни говорили. Мой брат отзывается о вас очень высоко, а он обычно скуп на похвалы.
   – Э-э… – снова промямлил Джезаль.
   Его пальцы ощущали приятное покалывание. Глаза девушки были большими и темными, и Джезаль почувствовал, что ему опять не хватает слов. Арди прикусывала нижнюю губу, и мысли его начинали путаться. Такие прекрасные, сочные губы. Джезаль и сам не отказался бы нежно укусить их.
   – О, благодарю вас, – пробормотал он с глупой улыбкой.
   – А там, значит, парк, – сказала Арди, отворачиваясь от него, чтобы полюбоваться зеленью. – Он еще красивее, чем мне представлялось.
   – Гм… да, конечно.
   – Как чудесно попасть в самое сердце мира! Я так долго жила на окраине. Здесь принимаются самые важные решения и живут самые важные люди! – Арди провела рукой по листьям ивы, росшей возле дороги. – Коллем считает, что на Севере будет война. Его беспокоит моя безопасность. Думаю, именно поэтому он согласился на мой приезд сюда. Но мне кажется, он тревожится слишком сильно. А что вы думаете об этом, капитан Луфар?
   Еще пару часов назад он пребывал в блаженном неведении относительно политической ситуации на Севере. Но вряд ли это подходящий ответ.
   – Ну… – протянул он, изо всех сил пытаясь вспомнить имя, и наконец, к его огромному облегчению, оно всплыло из памяти: – Этому Бетоду не повредит хорошая взбучка, я полагаю.
   – Говорят, он собрал под свои знамена двадцать тысяч северян. – Арди наклонилась к нему. – Варваров, – промурлыкала она шепотом, – дикарей… Я слышала, он живьем сдирает кожу со своих пленников.
   Джезаль подумал, что это едва ли уместная тема для молодой дамы.
   – Арди… – проговорил он.
   – Но я не сомневаюсь, что с такими воинами, как вы и мой брат, мы, женщины, надежно защищены.
   Она повернулась и зашагала по дорожке. Джезалю снова пришлось поспешить, чтобы нагнать ее.
   – А это Дом Делателя? – Арди кивнула в сторону мрачного силуэта огромной башни.
   – Да, это он.
   – И это правда, что ни один человек туда не заходил?
   – Правда. Во всяком случае, на моей памяти. Мост всегда поднят и заперт на замок.
   Джезаль нахмурился, глядя на башню. Он удивился: почему он никогда не задумывался о ней? Башня всегда была здесь. Живя в Агрионте, незаметно привыкаешь к этому.
   – Кажется, я слышал, что она запечатана, – добавил он.
   – Запечатана?
   Арди придвинулась к нему очень близко. Джезаль нервно огляделся по сторонам, но никто на них не смотрел.
   – Не странно ли, что люди не пытаются зайти туда? Разве это не загадочно? – спрашивала девушка, и он ощущал ее дыхание на своей шее. – Ведь можно просто взломать дверь.
   Джезаль едва мог сосредоточиться, когда она стояла так близко. Испуганный и возбужденный, он внезапно подумал: уж не флиртует ли она с ним? Нет, нет, разумеется, нет! Она не привыкла к городским манерам, вот и все. Безыскусное простодушие деревенской девушки… Но она придвинулась так близко… не будь она так привлекательна и так уверена в себе… Не будь она… сестрой Веста.
   Он кашлянул и посмотрел вдоль дорожки, тщетно пытаясь отвлечься. Там гуляли несколько человек, но ни одного знакомого. Хотя… Внезапно чары Арди рассеялись, и Джезаля пробрал холод. К ним направлялась сгорбленная фигура человека, одетого слишком тепло для этого солнечного дня. Человек сильно прихрамывал и тяжело опирался на трость; он шел согнувшись и вздрагивая при каждом шаге, а более быстрые прохожие обходили его по широкой дуге. Джезаль попытался увести Арди в сторону прежде, чем хромой заметит их, но девушка грациозно увернулась и направилась прямиком к ковыляющему инквизитору.
   Тот почувствовал их приближение и резко вскинул голову. В его глазах загорелась искра узнавания. Сердце Джезаля упало. Избежать встречи было невозможно.
   – О, капитан Луфар, – приветливо произнес Глокта и пожал Джезалю руку, – какая приятная встреча! Удивительно, что Варуз отпустил вас так рано. Должно быть, годы смягчили его.
   – О нет, лорд-маршал по-прежнему весьма требователен, – возразил Джезаль.
   – Надеюсь, мои практики не слишком вас обеспокоили прошлой ночью? – Инквизитор горестно покачал головой. – Они не умеют себя вести. Совершенно не умеют! Но в своем деле они самые лучшие! Клянусь, у короля не найдется лучших слуг.
   – Полагаю, мы все служим королю по-своему. – Голос Джезаля прозвучал несколько более угрожающе, чем ему хотелось бы.
   Если Глокта был оскорблен, он ничем этого не выдал.
   – Совершенно верно. Кажется, я не знаком с вашей спутницей?
   – Нет. Это…
   – Мы ведь уже встречались, – сказала Арди, к немалому удивлению Джезаля, протягивая инквизитору руку. – Арди Вест.
   Глокта поднял брови.
   – Не может быть! – Он неловко нагнулся, чтобы поцеловать руку девушки. Джезаль заметил, как скривился его рот, когда он выпрямлялся, но беззубая улыбка быстро вернулась на лицо инквизитора. – Сестра Коллема Веста! Вы очень изменились.
   – К лучшему, я надеюсь, – засмеялась она.
   Джезаль чувствовал себя ужасно неуютно.
   – О, разумеется, – сказал Глокта.
   – Вы тоже изменились, Занд. – Арди внезапно стала очень печальной. – В нашей семье все так беспокоились о вас. Мы очень надеялись, что вы вернетесь целым и невредимым.
   Джезаль увидел, как по лицу Глокты пробежала судорога.
   – А потом, когда мы услышали, что с вами сделали… Как вы себя чувствуете?
   Инквизитор посмотрел на Джезаля взглядом холодным, как медленная смерть. Джезаль уставился на свои сапоги, чувствуя, как в горле поднимается комок страха. У него нет причин бояться этого калеки, не так ли? Но почему-то ему очень хотелось вновь оказаться сейчас в фехтовальном зале. Глокта перевел взор на Арди; его левое веко слегка подергивалось. Она смотрела на него без страха, ее глаза были полны спокойного участия.
   – Неплохо. Насколько это возможно. – Выражение его лица стало очень странным, и Джезаль почувствовал себя еще более неуютно. – Благодарю вас за то, что спросили. Серьезно. Меня никто не спрашивает об этом.
   Наступило неловкое молчание. Потом инквизитор вытянул вбок шею, и послышался громкий щелчок.
   – Ага! – произнес он. – Так-то лучше. Что ж, было очень приятно снова увидеться с вами обоими, но служба зовет.
   Он снова обратил к ним свою омерзительную улыбку и заковылял прочь, волоча левую ногу по гравию. Арди хмурилась и смотрела вслед его медленно удаляющейся сгорбленной спине.