- Прибыл ваш месье Эндрю Дикон, руководитель группы Diablo. Я только что сказал, чтобы его пропустили сюда. ФБР - не ваше, но хоть месье Дикон - ваш?
   - Пока - да, - улыбнулся Хэнк.
   В это время дверь кабинета открыл тот человек, который раньше принес бумаги, и впустил внутрь решительно шагающего Дикона.
   - Привет, Энди! Как дела?
   Высокий, словно баскетболист, и худой, как шпага, Дикон сверкнул глазами на Фроста и пробормотал сквозь сжатые зубы:
   - И у него еще хватает наглости спрашивать, как дела...
   - Месье Дикон, я - инспектор Морис Фушар из Сюртэ, - встал из-за стола француз.
   - Спорим, ты принял его за уборщицу, - со смехом обратился к своему шефу Хэнк.
   Фушар осуждающе взглянул на Фроста и продолжил:
   - Я сожалею, что нам приходится встречаться по такому неприятному поводу...
   - Да ладно, инспектор как-вас-там, мне эти ваши расшаркивания, как и другая не относящаяся к делу ерунда, не нужны. Зарубите это себе на носу, бесцеремонно прервал его Дикон, уселся на стул напротив все еще стоявшего инспектора и упер ногу в туфле сорок пятого размера в верхний край стола.
   Инспектор изобразил улыбку, полез в верхний ящик. Быстро извлек из него какой-то продолговатый предмет в виде рукоятки и поднес его к подошве американца. Раздался громкий щелчок, и из ладони Фушара выпрыгнул восьмидюймовый клинок - это был кнопочный нож с лезвием, выбрасывающимся из ручки.
   - Я не совсем хорошо владею английским, что вы там намекали на то, чтобы отрубить или зарубить...? С чего начинать?
   Капитан громко захохотал и показал инспектору большой палец.
   - Пять баллов, Фушар, пять баллов. Счет - один ноль.
   - Помолчи! - гаркнул Дикон через плечо на Хэнка и протянул руку инспектору, улыбаясь, - извините, если чем-то обидел. Я был в Западном Берлине, когда услышал о покушении на Балсама в гостинице, пришлось срочно ехать в аэропорт и лететь сюда. А не успел я сойти с самолета, как газеты уже вовсю трубили о втором нападении и о похищении профессора. Это не способствует имиджу нашей фирмы.
   - А уж как это не способствует имиджу самого профессора, особенно имиджу его руки, - не смог удержаться Фрост, чтобы не съязвить.
   - Я рад, что вы прибыли сюда, месье Дикон. Ваш капитан оказал нам неоценимую помощь, но, как я уже говорил ему ранее, перед вашим приходом, я вынужден конфисковать его пистолет и нож, пока он будет находиться во Франции. Конечно, у меня нет ни власти, ни желания ускорить его выезд из страны, это его личное дало. Капитан Фрост не совершил никакого преступления. Но, так как похищением доктора Балсама теперь занимается отдел по борьбе с терроризмом, которым я руковожу, меня наделили всеми полномочиями по расследованию этого дела. Если вы или месье Фрост решите вмещаться в поиски Балсама, мне придется арестовать вас с последующей депортацией из Франции и изъятием виз.
   - Ничего страшного, не будет "Визы", останется "Мастер Кард", - сострил Хэнк и добавил извиняющимся тоном, - простите за каламбур, инспектор.
   - Месье Дикон, хотя я и уверен, что капитан сделал все возможное, чтобы уберечь профессора от покушения нацистов или как там они себя называют группа Diablo натворила достаточно. До прибытия Фроста у нас не было банды вооруженных до зубов похитителей, режущих на кусочки выдающегося американского общественного деятеля, не происходило ни ожесточенных перестрелок на дорогах или улицах, ни кровавой резни в гостиничных номерах. Тем не менее, я буду любезно держать вас в курсе событий, договорились?
   В кабинете воцарилась напряженная тишина, которую неохотно прервал Дикон:
   - А разве у нас есть выбор?
   Хэнк и Эндрю вскоре оставили инспектора Фушара, вышли на улицу и минут через пятнадцать заглянули в небольшой ресторанчик, чтобы выпить кофе. Дикон раскурил свою неизменную большую сигару и первым затронул тему, которой они вдвоем пока не касались:
   - Ты хочешь остаться, так?
   - Так, - кивнул Фрост и проследил взглядом за стучащей каблучками хорошенькой девушкой.
   - Я не могу тебе разрешить не выполнить приказание Фушара - если придется туго, будешь выпутываться сам. Единственное, что обещаю - возмещу твои расходы в разумных пределах, только старайся не попадаться на глаза этому хитрожопому инспектору.
   - Мне всегда нравилась твоя воспитанность, Энди. И на том спасибо.
   - Ты уже знаешь, с чего начинать? - спросил Дикон, не обращая внимания на язвительные замечания капитана.
   - Попробую поговорить с коллегами Балсама - они уже начали собирать деньги для выкупа - и посмотрю, удастся ли что-нибудь разузнать. Точно еще ничего не решил. Перво-наперво хочу поспать.
   - Держи, - и Эндрю протянул ему небольшой бумажник темного цвета, - здесь пять тысяч долларов дорожными чеками. Надеюсь, карточка "Америкэн Экспресс" при тебе?
   - Не расстаюсь с ней даже во сне, - снова стал отшучиваться Хэнк, но Дикон не собирался выслушивать его до конца.
   - Да иди ты к черту, юморист. Я сейчас ловлю такси - и в аэропорт, лечу в Нью-Йорк. Если понадоблюсь, звони туда, я буду в офисе. Счастливо.
   Он встал, бросил на стол пару купюр и зашагал по тротуару.
   Фрост посидел еще минут двадцать, поглядывая на девушек и на уличные сценки, но как ни старался, не мог расслабиться. Он допил, четвертую чашку кофе, встал, остановил такси и поехал в гостиницу.
   В холле первого этажа гостиницы он заметил нескольких полицейских, разговаривающих с менеджером, который проводил капитана долгим взглядом. Но тот невозмутимо направился к лифтам и только в коридоре, увидев кнопки вызова, он вздрогнул и вспомнил о мучительной смерти Лейна.
   Хэнк миновал лифт и стал подниматься по обычной лестнице. Открыв дверь своего номера, Хэнк заметил на полу два маленьких конверта. Один был от администрации гостиницы - он примерно знал, что находилось внутри - а на втором стоял телеграфный штамп. Он сначала открыл конверт с обратным адресом гостиницы и очень удивился, обнаружив в нем не распоряжение о его выселении, а записку от телефонистки снизу. В ней говорилось, что в такое-то время в холле гостиницы его будет ждать мадемуазель Шейла Балсам. Капитан взглянул на циферблат своей "Омеги" - до встречи оставалось пятнадцать минут. Он торопливо вскрыл второе послание - телеграмма, находящаяся там, гласила: "Фрост, очень рада, что ты остался жив. Приезжай скорее ко мне, у меня есть информация об интересующих тебя нацистах. Работаю над похожим материалом и очень занята, иначе бы сама прилетела к тебе. С любовью, Бесс".
   Он улыбнулся, сложил телеграмму и, чувствуя себя неловко, бережно положил ее в бумажник. Конечно, ему срочно нужно повидать Бесс. Интересно, какую информацию приготовила она для него? Быстро раздевшись и став под колючие струйки душа, смывающие оставшиеся капельки крови с волос и кожи, Хэнк вдруг отчетливо осознал, что сейчас ему нужна только информация и ничего, кроме информации. Меньше, чем через тридцать шесть часов, если до этого не будет уплачен выкуп, они получат еще один кусочек Балсама как зловещее напоминание, что его похитители не шутят.
   Именно этот факт и беспокоил Фроста - если нацисты располагают огромными финансовыми возможностями, зачем они требуют выкуп? Конечно, десять миллионов долларов в бриллиантах - это целое состояние, но если Балсам был прав, рассказывая о невероятном масштабе нацистского движения, то для него это окажется каплей в море. И вообще, зачем им в принципе похищать кого-то вместо того, чтобы просто убить? Капитан не питал наивных иллюзий, что профессора освободят после передачи выкупа.
   Одеваясь, он автоматически потянулся за наплечной кобурой, но, вспомнив, что браунинг и нож остались у Фушара, в сердцах отбросил ее в сторону. Хэнк раскрыл свою дорожную сумку и вытащил оттуда безопасную бритву, которую он использовал в полевых условиях, когда не мог бриться своей любимой, электрической. Раскрутив станок и вытащив из него лезвие, он обмотал один его конец кусочком изоленты, которую возил с собой на всякий случай. В бритвенном наборе также было несколько пакетиков зубочисток, один из которых вместе с модернизированным лезвием Фрост уложил в свободное отделение бумажника. Затянув узел шелкового галстука под жестковатым воротничком рубашки, он подхватил пиджак и выбежал из номера.
   Спустившись по ступенькам в холл, Хэнк быстро окинул взглядом находящихся в нем людей. Только одна девушка могла быть Шейлой Балсам - вон та, с волосами цвета воронового крыла, загорелая, лет двадцати-двадцати пяти, одетая в модное платье изумрудного цвета. Капитан надел и застегнул пиджак, чтобы выглядеть более презентабельно, поправил галстук и направился к девушке.
   Она тоже увидела его и заговорила первой:
   - Повязка... Вы - капитан Генри Фрост? Меня зовут Шейла Балсам. Вы что-нибудь делаете, чтобы разыскать моего отца?
   - Может, мы хоть сначала пожмем друг другу руки? - попытался улыбнуться Хэнк.
   Та не обратила на его слова никакого внимания и продолжала свою тираду:
   - Я-то думала, что вы, чертовы куклы, охраняете его, а не сидите на задницах, как старые чучела!
   - Если вы хотите поговорить со мной, - попытался унять ее Фрост, - давайте поговорим. Если хотите кричать и ругаться, поищите себе для этого кого-нибудь другого.
   И он развернулся, собираясь уходить.
   - Подождите! - воскликнула девушка уже не таким сердитым голосом. - Прошу прощения, но я должна найти отца...
   - В таком случае идемте посидим где-нибудь и поговорим обо всем.
   Капитан помог ей подняться, осторожно взяв под локоть, и она зашагала рядом с ним. "Где-нибудь" оказалось баром в двух кварталах от гостиницы. Над ним горела неоновая вывеска, очень похожая на американскую и, зайдя внутрь, он на мгновение подумал, что действительно попал в Штаты. Бар утопал в темноте, стены были обшиты панелями, а вдоль всей стены тянулась длинная разукрашенная стойка, за которой они и уселись на высоких стульях.
   Бармен вырос перед новыми посетителями буквально через две секунды.
   - Что будете пить? - спросил Хэнк у своей спутницы.
   - Джин и тоник.
   - Джин и тоник для дамы, а мне - сейчас посмотрим... - да, дайте "отвертку".
   Бармен кивнул и испарился, а Фрост повернулся к девушке.
   - Ну что ж, давайте разговаривать.
   - Я повторю свой вопрос - что вы делаете?
   - В данный момент я собираюсь выпить с прекрасной молодой незнакомкой, мечтательно проговорил капитан, когда принесли их напитки. - Вот что я делаю сейчас. Позже - не знаю. Вы что-то хотите предложить?
   - Ах ты... - Шейла вскочила со стула, собираясь уйти, но Хэнк положил ей руку на плечо.
   - Не горячитесь! Я вижу, у вас совсем нет чувства юмора. Расслабьтесь.
   - Как вы смеете так шутить, когда мой отец находится в лапах нацистов и подвергается нечеловеческим пыткам?
   Он тяжело вздохнул, закурил и ответил вполне серьезно:
   - Только не надо нервничать и паниковать, это еще никому не помогало. Хочу хорошенько поработать с коллегами профессора, которые сейчас собирают выкуп и попытаюсь найти ниточку... Начну с этого. Я ведь не Шерлок Холмс, девочка.
   - И это - все? - спросила та высоким прерывистым голоском, едва не заверещав на последнем звуке. "Неужели истерия?" - удивился Фрост.
   - Если у вас есть лучшее предложение, обращайтесь к инспектору Фушару. Вы его еще не видели? Производит впечатление компетентного специалиста и искренне желает как можно быстрее освободить вашего отца. Хотя не нуждается в моей помощи.
   Попробовав коктейль, он добавил:
   - Может, вам удастся заставить его передумать? Девушка примолкла, затем залпом осушила свой стакан и попросила:
   - Закажите мне еще.
   - С удовольствием, - ответил капитан, помахал рукой бармену, показал на стаканы и поднял два пальца.
   - Как вы думаете, отец останется жить? - задала она вопрос вдруг охрипшим и перепуганным голосом.
   - Честно или хотите, чтобы я вас успокоил?
   - Честно, - запинаясь, прошептала Шейла.
   - Если мы найдем его - отлично, есть шансы на то, что удастся спасти. Не обнаружим, где его прячут - я почти уверен, что с ним расправятся. Им нет смысла оставлять вашего отца в живых.
   Пожав плечами, капитан допил свою "отвертку" из первого стакана и отхлебнул из второго.
   - Помогите, я заплачу, - тихо проговорила девушка.
   - Я постараюсь и сделаю все от меня зависящее, мисс Балсам. Денег с вас брать не буду - расходы оплачивает моя фирма. Познакомьте меня с участниками конференции, с людьми, которые собирают деньги для выкупа. Может быть, вам удастся немного урезонить полицейских из Сюртэ... Начнем с этого.
   - Ладно, - согласилась Шейла.
   - Вот и хорошо. Давайте поужинаем сегодня вместе и наметим более конкретные планы. Вы давно из Америки?
   - Я прилетела сюда из Израиля. Работаю там в составе совместной американско-израильской экспедиции, проводящей археологические раскопки недалеко от Иерусалима.
   - Ух ты, - восхищенно протянул Фрост. - А здесь вы где остановились?
   Он договорился встретиться с девушкой в семь часов в ее гостинице, поужинать и затем, если повезет, повидаться с членами комитета, в состав которого входил профессор Балсам. Посадив Шейлу в такси, Хэнк сразу отправился решать один очень важный вопрос, жалея о том, что так и не удалось ни минутки передремать.
   Глава шестая
   Фрост почти ничего не знал о Париже, но он считал, что преступный мир одинаков везде, во всех странах, и именно там, на дне Парижа, надеялся он раздобыть пистолет. Другого выхода не было, принимая во внимание то, что он являлся иностранцем. Надежды капитана также питала мысль о том, что и сотрудники ЦРУ иногда доставали себе оружие таким образом в других странах. Да и вообще, темные личности во всем мире вооружались нелегально, на черных рынках - это ведь только законопослушные граждане шли в специальные магазины, предъявляли документы, платили налог... Поэтому Фрост попросил таксиста высадить его недалеко от Сены, в каком-то райончике, выглядевшем достаточно подозрительно.
   Улицы здесь были уже, тротуары - более растресканы, а вывески на конторах - меньше и безвкуснее. Спустя два часа и три бара у Хэнка уже имелось имя человека, к которому нужно было обратиться, а в четвертом баре он нашел и его самого.
   Прислонившись к стойке, капитан обратился к нему:
   - Парень по имени Пьер сказал, что ты можешь помочь мне.
   - Я не понимаю по-английски, - отрезал тот на французском и отвернулся, продолжая, однако, бросать косые взгляды.
   Фрост изучающе посмотрел на его кричащего цвета костюм, небритую физиономию и заметил выражение подозрительности и почти животного страха в глазах собеседника. Вытянув из кармана несколько купюр, он помахал у него перед носом.
   - А вот это ты понимаешь?
   - А, так ты американец? - заухмылялся француз.
   - Ну да, я вице-президент одной нефтяной компании, мы с друзьями устроили здесь небольшой пикничок и хочу увезти домой какой-нибудь экзотический сувенир. Пушку, например.
   - Пушку?
   - Пушку, стреляющую ядрами, - улыбнулся Хэнк. - Ты что, не понимаешь? Нужен пистолет.
   - Тихо, не так громко, - прошептал тот, - ладно, идем. Он поднялся и сделал шаг к выходу, как вдруг глаза его расширились и остановились на человеке, сидящем в углу бара, за дальним столиком. Челюсть его отвисла, и с губ непроизвольно слетело одно слово, произнесенное с выражением неподдельного страха:
   - Жерар!
   Фрост посмотрел на Жерара, который так испугал его нового друга, и заметил, что тот тоже их увидел и поднимается из-за столика с угрожающим видом.
   - Бертон! - заорал он, сжимая кулаки, и бросился через зал, размахивая бутылкой и разбрызгивая из нее вино. Жерар оказался малым огромного роста, он выкрикивал какие-то слова, одно из которых капитан сумел понять - "морг" смерть.
   - Он хочет убить тебя? - повернулся он к своему спутнику.
   Не успел тот ответить, как подбежавший верзила кинулся на Бертона, замахнувшись бутылкой и стараясь ударить по голове. Тому удалось увернуться, и удар пришелся по правому плечу. Только после этого Бертон вышел из психологического ступора, рожденного страхом, и в руке его сверкнул нож.
   Хэнк сделал пару шагов назад на всякий случай и почувствовал, что толкнул кого-то спиной. Развернувшись, он увидел какого-то работягу в комбинезоне, которого он только что нечаянно задел и тот залил себе пивом из стакана в руке всю рубашку. Работяга был раза в два крупнее Фроста.
   - Экскьюзе муа, - улыбнулся он, но любитель пива уже начал широко размахиваться, а уклониться в тесноте было просто невозможно. Капитану не оставалось ничего другого, как резко нанести прямой удар тому в солнечное сплетение. Он так и рухнул назад с кулаком, занесенным за спину.
   Тут-то все и началось. Все присутствующие в баре, словно по команде, кинулись драться. В воздухе мелькали кулаки, летали стулья и бутылки.
   Разбросав еще нескольких французов, капитан, наконец-то, увидел парня, у которого он собирался купить пистолет. Ножа у него уже не было, а сам он находился в медвежьих объятиях Жерара, который пытался сломать ему шею, сжимая ее толстенными ручищами.
   Фрост почувствовал, что обещанное оружие уплывает из рук и кинулся к борющейся паре, пробивая себе дорогу сквозь дерущихся. Глаза Бертона уже закатились под лоб, а лицо приобрело багровый цвет, когда он подскочил к ним и, схватив со стойки чудом уцелевшую бутылку, шваркнул ею Жерара по затылку. Хэнк не мог поверить - тот, похоже, даже не заметил, что его ударили, и продолжал с неослабевающей силой душить беднягу.
   Видя такое дело, капитан сцепил оба кулака, отвел руки далеко назад, словно при ударе битой в бейсболе, и изо всей силы врезал его по почке. Раздался глухой утробный звук, Бертон выпал из смертельных объятий Жерара и рухнул на пол. Не дожидаясь, пока разъяренный противник повернется к нему, Фрост снова размахнулся и так же, с двух рук, звезданул его сбоку в челюсть с такой силой, что француз упал спиной на стойку бара, перекатился по ней и свалился вниз с ее другой стороны.
   Бертон лежал без сознания. Хэнк подхватил его под руки и потащил к выходу, но в этот момент снаружи раздались свистки полицейских. Вскинув тело торговца-неудачника на плечи, он устремился к задней двери, расталкивая молотящих друг друга завсегдатаев бара. Она оказалась запертой и капитан, проклиная все на свете, стал подниматься с нелегкой ношей на спине по ступенькам, ведущим на второй этаж, где находились жилые комнаты.
   Едва он взобрался наверх и выпрямился, как вздрогнул от неожиданности там его поджидал тип в полосатом костюме и рубашке лилового цвета, загородив дорогу и выставив вперед хромированный пистолет. Фрост как будто споткнулся на последней ступеньке и, наклонившись вперед, сбросил с плеч Бертона прямо на него. Тип упал под весом свалившегося на него тела, а Хэнк подскочил, выкрутил из руки пистолет и добавил с носка по голове.
   - Похоже, дружище, что твои услуги мне больше не нужны, - шутливо обратился он к Бертону, засовывая пистолет в карман.
   Капитан пробежал по коридору и, распахнув дверь одной из комнат, подбежал к окну. В комнате - она оказалась спальней - никого, к счастью, не было. Увидев, что окно открыть невозможно - раму навсегда закрыли и заколотили гвоздями - он разбил локтем стекло и выглянул наружу. Пожарной лестницы, увы, не было, однако на находящемся под окном переулке не было и французской полиции. Фрост выбрался на узкий длинный карниз, опоясывающий стену, проковылял по нему на четвереньках, выбирая удобное место, затем уцепился за него руками, повис, раскачиваясь, и прыгнул, оттолкнувшись ногою от стены. Тяжело упав на тротуар, он перекатился, гася инерцию удара, и вскочил на ноги. В переулке никого не было видно, и он припустился прочь от этого злачного места, придерживая в кармане пистолет.
   Через час он сидел у себя в гостиничном номере, попивая кофе и покуривая, и исследовал свой трофей. Пистолет был явно приобретен нелегальным путем тот, в полосатом костюме и лиловой рубашке очень уж смахивал на сутенера - и, как все оружие такого происхождения, выглядел броско, но качеством и надежностью похвастаться не мог. Хэнк подумал, что большей опасности будет подвергаться он сам, чем тот, в которого будут стрелять. Ладно, выбирать не приходилось.
   Немного раньше, когда капитан спешил в гостиницу со своим приобретением, он заскочил в книжный магазин и купил томик сочинений Шекспира на английском языке в твердой обложке. Теперь он раскрыл его и вырезал внутри углубление для пистолета при помощи припасенного лезвия. Прочитав за свою жизнь все написанное этим великим человеком, Фрост не чувствовал за собой большой вины, когда кромсал его бессмертные комедии.
   Быстренько приняв душ - третий за день, настолько он был насыщен событиями, - он переоделся и вышел из номера, взглянув на часы - почти семь. Сжимая под мышкой книгу, Хэнк прошел мимо лифта и спустился в холл по лестнице, негромко насвистывая, чем вызвал злой взгляд менеджера гостиницы. Приветливо помахав ему рукой, капитан важно проследовал через вестибюль, вышел на улицу, сел в такси и отправился в гостиницу к Шейле Балсам.
   Она уже ждала его в холле, одетая в вечернее платье черного цвета, с глубоким вырезом, в кожаных туфельках, с подобранной в тон сумочкой и красивой вязаной шалью, наброшенной на плечи, что придавало ей очень женственный вид. Фрост подошел поближе и заметил, что ювелирных украшений на девушке было немного - маленькие сережки, нитка жемчуга и элегантные золотые часики.
   - Вы потрясающе выглядите, - сделал он ей честный комплимент, не покривив душой. Присмотревшись, он заметил зеленый цвет ее глаз, грациозный изгиб шеи и маленькие локоны черных волос, выбившиеся из прически.
   - Почему вы так смотрите на меня, капитан?
   - Извините, - улыбнулся он и поспешил заговорить на другую тему. - Вы знаете Париж?
   - Да. А вы?
   - В общем нет. Вы знаете место, куда мы могли бы пойти?
   Она знала такое место: маленький ресторанчик, хвастающийся в рекламке тем, что он "интимный" и с "исключительной кухней". Они доехали до него на такси буквально за несколько минут и Хэнк был приятно удивлен, когда их сразу же усадили за столик, без всякой очереди.
   Интерьер слабо освещали причудливые свечи, по залу ходили и играли "живые" скрипачи, улыбаясь посетителям, - обстановка напоминала декорации какого-нибудь фильма.
   Меню было на французском и Фрост оказался в затруднительном положении. Однако, Шейла говорила на этом языке - он убедился в этом еще во время поездки в такси, - и пришла ему на помощь. Он заказал то, что она перевела как "говядина, тушенная в винном соусе со спаржей в сливочном масле", но официант принес, по его мнению, нечто совершенно другое. Хотя, прожевав первый кусочек, он смирился и согласился, что на вкус это блюдо совсем недурно. Хэнк вспомнил, что в любовных романах герой всегда заказывал розовое шампанское "Татижер" и попросил Шейлу, чтобы подали именно его, хотя сам он был равнодушен к шампанскому.
   Заканчивая десерт, состоящий из ванильного мороженого, украшенного подогретыми вишнями, он заметил:
   - А мороженое-то - ничего, наверное, домашнее...
   - Вы меня удивляете своими американскими манерами, - улыбнулась ему девушка, - или вы это делаете нарочно?
   - Откуда им взяться, манерам, - притворно вздохнул капитан. - Я ведь профессиональный солдат, ведущий грубую мужскую жизнь на открытом воздухе. Я не привык к такой экзотической еде.
   - А к чему же вы привыкли? Сейчас попробую угадать... к сэндвичам и виски, правильно?
   - Нет, вы недооцениваете меня, я предпочитаю пиццу и светлое пиво в жестяных банках, - согнав с лица улыбку, Фрост продолжал: - Что вы хотите, я и за день не смогу заработать вот на такой ужин. Да и времени нет, чтобы тратить его на всякие утонченные материи.
   - Похоже, что вам нравится такая жизнь. А что бы вы сделали, если бы разбогатели?
   - Кто - я? Не знаю, может, накупил бы запасных обойм для пистолета, сменил бы свою "Омегу" на "Ролею", купил бы новый костюм, а то этот продырявлен пулей... и тому подобное.
   - А почему вы сегодня целый вечер не расстаетесь с книгой Шекспира?
   - Хочу произвести на вас впечатление уровнем своего культурного развития. Ну и чтобы пистолет был постоянно под рукой. Он - там, в книге.
   - Вы просто шутите! - воскликнула Шейла.
   - Никогда! Меня называют "старым занудным Хэнком". Я никогда не шучу.
   - Не может быть. Инспектор Фушар сказал, что вы - наемник. Это правда?
   - Смотря что иметь в виду под этим словом, - вздохнул капитан и закурил.
   - Вы меня удивляете - у вас такой вид, будто вы целиком довольны собой. Неужели это действительно так?
   - Нет не так, но и слишком быть недовольным собой у меня тоже нет причин. Вы взаправду хотите знать, что я делал бы, если бы не нуждался в деньгах? Я доволен "Омегой", у меня столько запасных обойм к браунингу, сколько нужно, и я не люблю носить костюмы. Говоря серьезно, есть одна девушка, на которой, возможно, я женюсь. Я купил бы небольшой дом в Джорджии или в Нью-Мексико, ходил бы на охоту, ловил рыбу, или даже писал книгу... Из жизни наемника слава Богу, материала хватит. Жил бы себе спокойно и наблюдал со стороны за всей этой политической грызней между идиотами, наделенными властью, которые когда-нибудь доиграются и взорвут мир к чертовой матери. Придется мне тогда сидеть возле своего домика и наблюдать ядерные закаты и атомные восходы.
   - А я хочу только одного - чтобы вернулся мой отец, - тихо произнесла девушка. - Я сведу вас с его коллегами, но будет ли из этого толк?
   - Я думаю, что нужно собрать выкуп, передать его похитителям, проследить их путь, вычислить бандитов и попытаться обезвредить их до того, как они расправятся с вашим отцом. Но это мой всего лишь предварительный план, если представится какой-нибудь более реальный способ его спасения, я с радостью ухвачусь за него.