– Да ее щть ния. О е ни тнт, – перевел он королю слова Айрин.
   – А рт, – сердито ответил король.
   – Его величество подозревает, что ты обманываешь. Говори правду.
   – С чего это ваш толстячок так беспокоится? Сейчас-то у меня и в самом деле нет никаких волшебных средств.
   – Мы помним, как вы сюда ворвались, замарашка. Огр сломал ворота, а ты отлично понимала наш язык. Теперь огр вдруг обессилел, и ты перестала понимать обыкновенскую речь. Куда по девалось волшебство?
   Язык! Дор только сейчас понял, что они позабыли о языке. Это их и подвело. Король Трент говорил через переводчика – возможно, этот же стражник и переводил, – а они сразу стали понимать. Хитрый Ори насторожился. Ори убедился – им помогала магия. Теперь он хотел знать, откуда они черпали эту магию.
   – Принеси мне семена, разбойник, и я попробую. Я умею выращивать растения, но для этого необходимо отыскать место.
   Умница Айрин! Она все же пытается попасть в конюшню. А как только попадет – держись король Перехитри!
   Но обыкновены собирались поступить по собственному разумению.
   – Если король говорит, что ты лжешь, значит, ты лжешь, – сказал стражник. – Отвечай на вопрос: в каком волшебстве ты сильна? Доступны ли тебе все чужеземные языки и можешь ли ты помочь окружающим их понимать?
   – Конечно, не могу, злодей. Если бы могла, то ты был бы при разговоре принцессы с его низостью королем пудингобрюхом лицом совершенно лишним. Я умею выращивать растения, а больше ничего не умею.
   – Агт т т вы ть ня, – перевел стражник.
   – Сси е ти та! – распорядился король. Стражники схватили Айрин и поволокли ее к двери камеры, в которой сидел Дор.
   – Принц Дор, либо ты ответишь на наши вопросы, либо увидишь, что мы с ней сделаем. Дор не знал, как быть.
   – Ние! – рявкнул король.
   Стражники стали срывать с Айрин одежду. Она брыкалась и проклинала их на чем свет стоит. Стражник, оказавшийся вдобавок знатоком языка, подошел к Айрин, положил руку на вырез платья и рванул. Материя разорвалась, обнажив грудь. Айрин размахнулась – хотела, очевидно, ударить мерзавца, – но стражники оказались сильнее.
   – Кя ся ла! – воскликнул король. – Чо! Дор ничего не понял, но уловил главное: король, переводчик и другие стражники разинули рты при виде обнаженного тела Айрин. Дор, честно говоря, тоже. Дор всегда считал, что Айрин красотой все-таки уступает горгоне, что горгона куда более соблазнительна. Он увидел ее обнаженной тогда, во рву, но с тех пор прошло время. И за это время Айрин еще больше похорошела. Во время путешествия она ни разу не раздевалась прилюдно, и вообще все всегда смотрели на ее ноги, словно только ноги у нее и были. Здесь, в этом грязном подвале, он понял: красота Айрин достигла полного расцвета.
   И тут же гнев на стражников и на короля охватил его. Как они посмели обнажить ее насильно! Думают, что он признается? Нет, не признается, ни слова не скажет.
   – Сс е еее ие иоти! – крикнул толстяк. – А ах о ишки!
   Их мучения не кончились. Король еще что-то придумал. Что же? Что они собираются сделать с Айрин? Да что угодно! Нет, нельзя просто стоять и смотреть.
   Стражник сжал кулак. Он собирается ударить Айрин... в живот!
   – Стой! – крикнул Дор. – Я все скажу...
   – Заткнись! – крикнула Айрин. Она взмахнула ногой и ударила стражника. В самое болезненное место! Стражники растерялись, и принцесса вырвалась из их лап. С обнаженной грудью – ни дать ни взять нимфа – она рванулась вперед, нагнулась, подняла с земли железный прут – такими запирали двери камер – и кинулась к выходу.
   – Беги! – крикнул Дор. – Я не смогу!
   Но стражники успели подбежать к Айрин. Сверкнули мечи. Она повернулась к ним и взмахнула прутом. Принцесса не отдаст свою жизнь задешево!
   – Нет! – ужаснулся Дор. – Они убьют тебя!
   И тут раздался страшный грохот. Это Загремел, который прежде спал, а теперь проснулся, стал колотить в дверь.
   – Смер-р-ть! – ревел огр.
   Стражники и король затряслись мелкой дрожью. Огр обретает силу, когда гневается. Если он видел, что они сделали с девчонкой...
   Переводчик тем временем пришел в себя и разогнулся.
   – Гды бокр тувс лоа лпорист зуу кас раоа стлыдфиф ке, – задыхаясь, сказал он остальным стражникам. Потом повернулся к Айрин: – Барышня, беги к себе в камеру и ничего не бойся.
   От стражников, вооруженных мечами, далеко не убежишь. Это раз. Обман с силой огра не должен раскрыться. Это два. Айрин все это поняла и побежала к себе в камеру. Стражники осторожно отправились следом. Загремел, все еще разгневанный, прислушивался из своей камеры. Если стражники будут вести себя пристойно, то и он не разбушуется. Айрин забежала в камеру. Стражники подошли и закрыли дверь. Вот и все.
   – Ты должна была убежать из тюрьмы! – крикнул Дор из-за стены, гневаясь и одновременно радуясь.
   – Я не могла тебя бросить, – объяснила Айрин. – Ты мне дорог, второго такого не сыскать.
   Это как понять? То ли Айрин ему польстила, то ли обидела?
   Король Ори тоже, кажется, был потрясен.
   – Гзу бзук вабадкуеш маранки порл пирг заз а кеее, – пробормотал он, повернулся и вышел из камеры.
   Стражники пошли за ним. Переводчик, однако, не торопился следом. Наверняка решил послушать еще, о чем будут говорить узники. Прежнего подслушивания ему, надо понимать, показалось мало.
   Дор понимал, что все еще впереди, что надо готовиться к худшему, но Айрин выстояла и секрет волшебства враги не разгадали – кое-что поняли, но это не страшно, это пустяки. Плохое и хорошее существовало одновременно. Обыкновены поняли, что пришельцы владеют волшебством. Но не поняли, где это волшебство. И как оно действует. Слабое утешение, но все же лучше, чем ничего.
   – Надо поскорее отсюда выбраться, – сказала Айрин, когда стража удалилась. – Дай мне руку, – попросила она.
   Дор послушно просунул руку сквозь щель.
   Айрин сжала его руку и поцеловала. Очень хорошо, но что дальше... Он на минуту представил Айрин без одежды, ведь она потеряла сорванную с нее стражниками блузку... Она вложила что-то ему в руку. Что-то твердое, холодное, тяжелое.
   Это...
   ЖЕЛЕЗНЫЙ ПРУТ ОТ ДВЕРИ!
   Ну да! В суете стражники не заметили... Айрин подхватила прут и утащила к себе... Теперь у него есть полезный инструмент... или оружие. А может, попытаться открыть дверь изнутри?
   Но там, в коридоре, топчутся эти стражники, переводчик наверняка там... Может, эти уже сменились?.. Нет, дверь сейчас лучше не трогать. Надо подождать. Вообще сейчас лучше не шуметь... Стражники могут встревожиться, заглянуть в камеру и увидеть прут. Да, надо запастись терпением... Сейчас он скажет Айрин...
   – Ты вела себя очень храбро, – сказал он. – Не побоялась всех этих головорезов.
   – Храбро, а душа ушла в пятки, – призналась Айрин. – От страха, скажу тебе, я просто онемела.
   Дор вспомнил, как она ругала переводчика, и усмехнулся. Ничего себе онемела!
   – Я боялась за тебя, Дор.
   – Тебя мучили, а ты боялась за меня? – недоуменно спросил Дор.
   – Да. Без меня бы ты пропал. Она что, опять насмехается?
   – Тебе очень идет без одежды, но возьми лучше мою куртку.
   – В самом деле холодновато. Давай.
   Дор снял с себя куртку, подаренную кентаврами, и просунул на ту сторону. Айрин надела куртку. Новая одежда очень ее украсила. Правда, грудь не совсем прикрыла. Но может, именно поэтому она ему в этой куртке показалась в сто раз красивей. Куртка защитит принцессу от холода, а в случае чего от разных мечей и копий – ведь она сшита из непроницаемой, как объяснил кентавр, материи. К тому же королю и стражникам, если они снова притащатся, не на что будет пялиться.
   Гранди вылез из щели.
   – Семена принес, – сказал он. – Мешок отыскал в королевских покоях. Там же лежал волшебный меч. А я понял, раз король потащился вниз, я могу спокойно подняться наверх. Компас тоже искал, искал и не нашел. Эти невежды могли просто выбросить его. В общем, я выбрал тут из семян одно, наиболее вроде подходящее...
   – Бросай сюда, – нетерпеливо шепнула Айрин. – Да, ты выбрал то, что надо. Это путана. Если бы удалось дать ему команду и бросить в коридор...
   – Ты не можешь, – вздохнул король Дор. – Если бы... – Тут он прикусил язык: переводчик наверняка подслушивал. – Придумал, – сказал наконец Дор. – А что, если принести кусочек... ну, вы понимаете... Так вот, в этом кусочке... может, и он волшебный?
   – Кусочек... – задумалась Айрин. – Давайте попробуем.
   – Лечу, то есть ползу, – шепнул Гранди и исчез в щели.
   – Мне всегда казалось, что девчонки трусихи. Как увидят что-нибудь страшное, сразу визжат. Но ты...
   – Ты просто слишком долго дружил с Милли, – пояснила Айрин. – Милли глупая овца. А умная девушка просто скажет себе: хочу побыть немного глупой овцой – и становится овцой, а потом скажет: хватит – и опять умнеет.
   – Ты умная, Айрин. Но так рисковать...
   – Ты разочарован?
   – Нет-нет... В тебе столько... привлекательности... Теперь я без тебя не смогу... Я и раньше... еще раньше в тебя влюбился... Если бы не раньше, то теперь бы точно влюбился... И не просто потому, что ты красивая...
   – Не просто?
   – Понимаешь, мы сейчас заперты, а взаперти всякое кажется.
   – Так тебе просто показалось, что я красивая?
   – Нет, не показалось. Ты просто красавица. Но...
   – Знаешь что? Давай выберемся из тюрьмы и проверим наши чувства. Торопиться, я думаю, нет смысла.
   – Ты сомневаешься во мне? – потрясение спросил Дор.
   – А вдруг я встречу кого-нибудь покрасивей тебя?
   – Конечно, в самом деле, – растерянно согласился Дор.
   – Да я же просто шучу, – рассмеялась Айрин. – Девушки вообще ценят в юношах не внешность. Девушки умнее. Им важна не красота, а душа. Я не сомневалась в тебе ни минуты. Но ты еще так молод, так неопытен. Ты еще можешь разочароваться.
   – Но ты на год младше!
   – Девушки взрослеют быстрее. Разве ты не заметил?
   – Сегодня заметил! – рассмеялся Дор.
   – Я стану твоей, когда...
   Когда-нибудь это случится непременно. Как хорошо... Айрин просто красавица, но не только это... Она честная и преданная... Она будет рядом, что бы ни случилось. Ему, он чувствовал, нужна поддержка, помощь... У нее есть сила, которой ему недостает. Ведь именно Айрин надоумила его отправиться в путь. Рядом с ней, с Айрин, даже управление страной может оказаться не таким уж тяжелым делом.
   Голем опять проник в камеру.
   – Я тут принес... три волосины... из хвоста, – шепотом сообщил он. – Хвостом этот копытник очень дорожит, как и все их племя. Сгодится?
   Все ли части тела кентавра одинаково волшебны? А если вдобавок эта частица как бы уже не принадлежит кентавру... Сейчас проверим... Дор вытащил солнечный камень и поднес к волосинам.
   Ему показалось, что внутри камня сверкнуло. Но может, это просто отблеск внешнего света...
   – Переправь это все Айрин, – сказал он, страшась надежды.
   Айрин положила семечко путаны на волосину и сказала обычные слова.
   Ничего не получилось. Семя будто пискнуло, слегка развернулось, но сразу затихло. Нет, маловато волшебства.
   – А если отнести семя к Арнольду... – предложил голем.
   Айрин молчала. Кажется, она плакала. Ее надежды рухнули.
   – Попробуй отнести, – согласился Дор. – Может, и разрастется.
   Гранди снова исчез.
   Дор протянул руку в соседнюю камеру и похлопал Айрин по плечу.
   – Это ничего. Попытка не пытка, – сказал он.
   – Мне нужна твоя помощь, Дор, – прошептала Айрин, схватив его за руку. – Ведь когда я теряю силы, ты продолжаешь идти вперед.
   Айрин сейчас плохо, и ей снова кажется, что он какой-то невиданный герой. Ну ничего, скоро она успокоится, станет прежней Айрин – насмешливой и решительной...
   Вдали что-то грохнуло. Неужели...
   – Сработало! – крикнул Гранди, он пулей влетел сквозь щель. – Семечко начало расти! Как только я внес его туда, где сильная магия, оно как начало расти! Зарядилось вдвойне – и от принцессиной команды, и от Арнольдова хвоста!.. Семечко я из конюшни, конечно, выбросил...
   – Ура! – крикнула Айрин.
   – Арнольд знает, где мы. Я сказал. На всякий случай. С помощью путаны он вполне может вырваться из конюшни.
   – Но как же старик пройдет сквозь все эти двери? Они же заперты, – опять заволновалась Айрин. Настроение у нее качалось, как маятник. – Сам-то он только излучает волшебство, а с ним нет никого, кто бы мог...
   – Все продумано, куколка, – успокоил принцессу голем. – Я тут поползал, присмотрелся. Сквозь запертые двери старик не пройдет, но он очень легко пройдет... сквозь ворота, то есть сквозь дыру от ворот. Ну, помните, Загремел постарался. Так вот, воротца здешние мастера еще не удосужились навесить. А в стене замка имеется небольшая щель. А комнатки, где вы сидите, примыкают именно к этой стене... Ну, соображаете?
   Шум слышался по-прежнему.
   – Будем надеяться, что Арнольд вырвется на свободу в целости и сохранности, – сказал Дор. – Ведь король Ори отобрал у нас и целебную воду.
   – И наверняка вылил в выгребную яму. Больные червяки сразу выздоровели, – усмехнулся Гранди.
   – Подойди к стене, к внешней, Дор, – прозвучал голос Айрин. – Стань и жди. Если кентавр подойдет, стена заговорит с тобой.
   – А я прослежу снаружи, – пискнул голем и нырнул в щель.
   – Путана, должно быть, уже изрядно выросла, – сказала Айрин. – Будем надеяться, что Арнольд не попадет к ней в лапы. Но без магии поблизости путана быстро завянет. Арнольд не должен удаляться, пока путана не завершит свое дело.
   – Стена, говори, – потребовал Дор. Но камни не ответили.
   – Что за шум, а драки нет? – прогудел голос из соседней камеры. Это был огр.
   – Гранди передал Арнольду семечко путаны, – объяснил Дор. – Мы надеемся, что кентавру удалось вырваться на свободу и он идет к нам.
   – Идет силушка – моя милушка, – раздалось вдруг.
   Огр опять заговорил стихами!
   – Кентавр здесь! – крикнул Дор.
   – Как дам – стену пополам! – пригрозил огр и действительно грохнул в стену.
   – Сила вернулась! – крикнул Дор. – Ломай дверь, Загремел, выходи. Потом выпустишь нас.
   Огр с чувством приложил кулак к двери. Но дверь не уступила. Огр расшиб кулак и даже взвыл от боли.
   – Опять обессилел, – в ужасе прошептала Айрин. – Что-то не так.
   – Где кентавр? – быстро спросил Дор у стены и страшно испугался, что она не ответит.
   Но стена ответила. Она пояснила: – Кентавр ваш рядом с камерой, где сидит девчонка. Под ним пропасть. Дорожка узкая-преузкая. Кентавр, весь в холодном поту, глядит сейчас вниз, в бездну.
   – Стало быть, он не может повернуться и направить свою силу на стену замка, – догадался король.
   – Кентавр может повернуться, но только чуть-чуть, – подтвердила стена. – Еще немного, и он свалится в пропасть. К тому же солдаты стреляют снизу, целясь ему в хвост.
   – Значит, волшебный коридор, так сказать, накренился, – сообразил Дор. – Стены он касается, но в камеры проникнуть не может.
   – И без твоих пояснений ясно, обалдуй, – ответила стена.
   Дор извлек свой камень. Он хотел проверить угол наклона волшебного коридора. Камень вспыхнул и погас, обозначив то место, где снаружи находился магический коридор. Линия его проходила почти рядом со стеной, за которой сидел Дор, и упиралась в стену, где находился Загремел.
   – Эй, Загремел! – крикнул он. – Арнольд здесь, в этом конце! Разломай стену и впусти его.
   – Кулачок не пустячок, – пророкотал огр и ударил в стену.
   – А ну не бей меня! – завопила стена. – На мне весь замок держится.
   Но было поздно. Обряженная в рукавицу ручища огра прошла сквозь стену.
   Стена раскололась. Свет залил мрачное подземелье.
   Огр стал выбрасывать камни, расширяя проход. Почти сразу за стеной начинался обрыв, внизу, в долине, рос густой лес.
   – Рад видеть тебя, любезный дикарь! – прокричал Арнольд. – Позволь мне войти, а то солдаты меня убьют.
   Огр поднял камень.
   – Папа мой Хруп, да и я не трус, – сентенциозно произнес огр и грохнул камень вниз.
   Кто-то завопил, кого-то там камень, очевидно, зашиб насмерть.
   – Что ты делаешь? – крикнула Айрин. Она ничего не видела, но крик расслышала.
   Туловище Арнольда показалось в проломе. Кентавр и огр обнялись, как лучшие друзья.
   – Думаю, огр угодил камнем в обыкновена, – откликнулся Дор.
   – Ну да, не в Арнольда же. Они ведь теперь, кажется, друзья, – произнесла со вздохом облегчения Айрин.
   – Нам нужно и волшебство, и физическая сила. Опасно остаться как без первого, так и без второго. Загремел и Арнольд это поняли.
   – Мы все многое поняли за время пути, – усмехнулась Айрин.
   А в камере Загремела происходило тем временем вот что. Арнольд встал перед входной дверью и направил на нее свою магию. Огр подошел к двери и вышиб ее, потом свалил стену. Камни посыпались с потолка.
   – Смотри, а то замок рухнет... прямо на нас, – предупредил король Дор.
   – По жилищу толстяка ухнет огрова рука, – невозмутимо пообещал Загремел, но прижал ладонь к потолку, придерживая камни.
   Какой-то стражник вбежал в коридор, глянул на огра и свалился без чувств.
   – Они приближаются, – доложил Гранди. – Уходим, и поскорее.
   Они выбежали в коридор. Двери и ворота на их пути были заперты, но огр расправлялся с этими преградами, как с бумажными. Они очутились во внутреннем дворе. Там росли цветы.
   – Растите! Растите! Растите! – закричала Айрин. Растения так и взвились.
   – Откуда безопаснее всего выйти? – спросил Дор у стены.
   – А с другой стороны меня же, голубок, – ответила стена.
   Загремел проломил стену. Перед ними был лес. Они побежали в чащу. Опять вместе, опять на свободе – что может быть лучше!
   Они бежали долго и наконец остановились.
   – Все живы-здоровы? – тяжело дыша, спросил Дор. – Никто не ранен?
   Все, кажется, обошлось.
   – Ну, Дор, ты, конечно, передумал на мне жениться? – спросила Айрин. – Ты ведь знаешь, как я тебя ненавижу.
   Дор посмотрел на Айрин. На ней все еще была его куртка, надетая прямо на голое тело, волосы спутаны, лицо в грязи. Но красота принцессы светилась сквозь весь этот внешний беспорядок какой-то невероятной силой.
   – Да, – сказал он. – Само собой разумеется. Я ведь тоже ненавижу тебя.
   Дор обнял Айрин и поцеловал, и она покорилась, как... самая покорная и самая глупая овечка...
   – Если это у людей зовется ненавистью, то я чрезвычайно хотел бы стать свидетелем их любви.
   – Сосунки попросту обручились, – объяснил Гранди. – Вместе скучно, а врозь тошно, как гласит народная мудрость.
   – М-да, любопытно, – вежливо заметил кентавр.

Глава 11
Добрый знак

   Мы оказались в нужном месте и времени обыкновенского государства, но главное еще впереди, – сказал Дор, обратившись к остальным. – Король Трент и королева Ирис прибыли именно сюда, в замок Ори. Припоминаю, что пиршественный стол, за которым мы напились отравленного вина, шепнул мне, что они были здесь. Но сознаюсь, я тогда видел и слышал словно сквозь туман. Мне могло просто присниться. Нужны более веские доказательства. Есть ли они у нас?
   – Стражник знает ксанфский язык, – вспомнил Гранди. – Это доказательство?
   – Нет, это всего лишь небольшая деталь, – покачала головой Айрин. – Это доказывает, что стражник в самом деле познакомился с ксанфским разведчиком, но вовсе не доказывает, что король Трент явился сюда. Последнее еще предстоит доказать.
   – Я кое-что узнал, но важность моих знаний вы оцените сами, – вступил Арнольд. – Меня, как вы помните, увели на конюшню. И там стражники и конюхи приняли меня за обыкновенную глупую лошадь. Поэтому они не стеснялись говорить при мне откровенно. Я же чрезвычайно оскорбился подобной трактовке и, как говорится, набрал в рот воды...
   – А раз ты набрал в рот воды, они не поняли, что у тебя есть волшебная сила и что ты понимаешь их язык, – продолжил Дор. – Мы без тебя их понять не могли, поэтому и в твоей безъязыкости они не усомнились ни на минуту. Мы ведь явились одной компанией.
   – Совершенно верно, дорогой король. Так вот, невольно спустившись с заоблачных высот науки в грубый мир конюшни, я стал свидетелем того, чего мне видеть даже и не следовало. Однажды местный повар и посудомойка встретились с целью... э... амурного свидания. Прямо у меня под ухом, то есть у стены моего стойла. Но как бы в награду за все эти унижения я узнал об обыкновенах кое-что новое: они весьма сластолюбивы и сладострастны. В ворковании любовников я различил одну фразу... о некоем чужеземном короле. Король этот, мол, хвастал, что он волшебник...
   – Король Трент! – воскликнул Дор. – Несомненно! Значит, не в бреду придумал я слова пиршественного стола. Король Трент действительно был в замке!
   – Конечно, он был в замке, а стол вдобавок еще и предатель, – сердито вставила Айрин.
   – Переводчик знал, что магия существует только в Ксанфе, только в его границах, – рассуждал дальше Дор. – Здесь, в Обыкновении, волшебство гаснет. Если бы мы не отыскали тебя на острове Кентавров, господин архивариус, то оказались бы сейчас совершенно бессильны. Твой волшебный коридор – путь к спасению короля. Король Трент в беседе с королем Ори наверняка подчеркнул, что он волшебник, но только в границах Ксанфа, а переводчик это упустил.
   – Несомненно, так все и было, – согласился Арнольд. – У меня сложилось впечатление, что король Ори уже потирал свои толстые ладошки в предвкушении, что будет владеть магией, способной, как он думал, усилить его власть. Никакой магии он, естественно, не получил и сильно разгневался. Поэтому и велел страже схватить Трента и бросить в темницу. Ори все-таки собирался заставить короля Трента сделать что-нибудь волшебное или сказать, где источник его волшебной силы.
   – Где же? – воскликнула Айрин. – Где же мой отец?
   – Увы, больше на конюшне мне ничего узнать не удалось. Имя чужеземного короля, отважившегося назваться волшебником, произнесено не было. Люди с конюшни вряд ли знают, кто он такой, вряд ли верят в его волшебную силу и, конечно, не знают, где его заперли. Простонародье, однако, любит посудачить. Вспомните, как мы явились в замок. Загремел сорвал ворота, показав тем самым нечеловеческую силу, потом, когда король Ори обратился к нам, мы отнюдь не смутились, а наоборот, все поняли. Появление столь странных гостей не могло не вызвать волну слухов и сплетен. Взволновались не только в замке Нехитри и его окрестностях, но и во всем королевстве Нехитри-Будьпрям. И как водится в подобных случаях, стали вспоминать и припомнили, что уже было нечто странное – какой-то чужеземный король, назвавшийся волшебником, посетил замок... Но всему со временем находится объяснение. Постепенно, я думаю, станет главенствовать такое мнение: и сверхъестественная сила великана, и умение странных гостей понимать обыкновенский язык оказались простым... фокусом. Если какой-то феномен не поддается объяснению, самый легкий путь – объявить, что это просто обман зрения и слуха. Обыкновены часто так делают. – Кентавр мрачно усмехнулся. – Подозреваю, однако, что некоторые события, то есть наше бегство из тюрьмы, дадут начало новой волне пересудов. Твоя путана, принцесса, я не сомневаюсь, надолго запомнится.
   – Путана здорово потрудилась! – весело подтвердил голем. – Хватала обыкновенов направо и налево, да еще конюшню громила. Но едва Арнольд отчалил, путана сразу, как говорится, склеила ласты.
   – Путане нужна волшебная поддержка, балаболка, – чуть обиженно покосилась на голема Айрин.
   – Путана, скажу честно, и на меня покушалась, – кашлянул Арнольд. – Но я изогнулся так, чтобы мой волшебный коридор перестал ей помогать. И она все поняла... через какое-то время.
   – Путаны соображают, – загордилась принцесса.
   – В общем, теперь мы можем не сомневаться, что король Трент и королева Ирис в плену у толстяка Ори и что они живы. После встречи с нами Ори, я думаю, убедился еще больше, что если ты пришелец из Ксанфа, то обязательно обладаешь волшебной силой. А раз обладаешь, должен ее показать. Ведь мы, прежде чем оказались в подвале, эту силу и в самом деле показали. Нас он хотел заставить выдать источник нашей силы, чтобы самому им завладеть. А может, он думал сделать нас своими слугами? Волшебными слугами!
   – Ну и негодяй же этот Ори! – воскликнула Айрин. – Просто удивительно! И хитрый. Бездарный, но хитрый.
   – Как я успел понять, – продолжал кентавр, – король Ори правит неплохо, то есть здешнее королевство существует довольно сносно, но он не брезгует никакими средствами. Может, от правителя, чтобы удержать хрупкую независимость маленького королевства, находящегося в окружении сильных и предприимчивых врагов, и в самом деле требуется некоторая доля бессовестности и небрезгливости.
   – Мы должны найти короля Трента, – вернулся к главной теме король Дор. – Арнольд, может, тебе удалось расслышать еще что-нибудь?
   – Пожалуй, нет. Говорили, правда, о короле Знаке, предшественнике Ори. Король Знак исчез, как мы уже знаем. На конюшне простые обыкновены говорили о нем очень ласково. Очевидно, Знака любили.
   – Король Знак? – удивленно спросил Дор. – Ори говорил, что Знак не достиг нужного возраста и что он состоял при мальчике регентом. По словам Ори, Знак не успел стать королем.
   – А я думаю, как раз наоборот. Знак стал королем, пробыл королем примерно год и только потом исчез. На конюшне люди называли его добрым Знаком. Под властью доброго короля Знака королевство Нехитри-Будьпрям процветало бы и дальше. Так думают, как я понял, конюхи и прочие простые подданные.