Рев повторился, вода вспенилась, и щупальца метнулись к человеку.
   «Теперь точно все», – подумал Андрей, сильнее вцепляясь в раковину. В этот раз он не бросит Вини.
   Монстр почти дотянулся до своей жертвы, и тут с берега ударили автоматные очереди, но это даже не притормозило движения гибких змей. Тут же, словно довесок к общему хору выстрелов, прозвучало басовитое стаккато КПВТ. Монстр, получив очередь шестидесятиграммовых пуль в свое тело, закричал так, что, казалось, сам воздух завибрировал от боли. Рывком подтянув щупальца, тварь, вместо того чтобы бежать, толкнула свое огромное тело ближе к берегу, подползая к ускользающей добыче и дергаясь от еще одной очереди.
   Началась игра, в которой призом была жизнь: что закончится раньше – боезапас КПВТ или силы чудовища?
   Но судьба распорядилась по-иному. Андрей услышал странный скрежет и, оглянувшись, увидел, как бэтэр ныряет носом с глинистого уступа в речной песок пляжа – Стармех слишком близко подъехал к выступу над пляжем, и слой почвы, не выдержав, сполз вниз, да так неудачно, что машина воткнулась своим острым волнорезом глубоко в песок. Двигатель бешено взвыл, но было понятно, что бэтэр если и сможет встать на колеса самостоятельно, то уже после смерти Андрея. Башня несколько раз дернулась, пытаясь хоть как-то развернуть к реке спаренные стволы, и разочарованно замерла.
   Андрей грустно улыбнулся этой несработавшей отсрочке, подаренной судьбой словно в насмешку. Он уже хотел прикрыть глаза, чувствуя, как в спину бьют поднятые монстром волны, но заметил, что из перекошенного бэтэра, отпихнув ногой крышку бокового люка, выбирается Инди с какой-то трубой в руках.
   «Они что, гранатомет тайком протащили?» – Он не успел даже удивиться, глядя, как мальчик закидывает тяжелую трубу на плечо. И тут же в сторону реки полетел дымный росчерк. Андрей резко повернул голову, едва не свернув себе шею, и успел увидеть, как в огромное тело со смачным чавканьем входит носатая граната. Сильный взрыв огласил окрестности, раскидывая куски плоти по разным берегам реки.
   Как оказалось, на этом бой не закончился – из воды начали выскакивать знакомые по Австрии зеленые гвулхи, но это были уже мелочи. Автоматчики в три ствола легко разделались с десятком мутантов, а Васька выковырял из бэтэра свою СВД и сбил еще троих уже за изгибом реки.
   Пока бойцы занимались отстрелом живности, их князь пребывал в легкой прострации – смерть опять подошла к нему вплотную и в очередной раз решила повременить.
   «Вот только с какой целью…» – подумал Андрей, чувствуя, как его стали тормошить.
   Док быстро разрезал ножом комбинезон и начал бинтовать располосованное когтями Вини плечо.
   Зверь на пару с Грачом пытались вскрыть раковину, а спецназовцы взяли место высадки Андрея на берег в охранение. Убивец, едва дождавшись конца медицинских процедур, встал и посмотрел на реку. Казалось, что в верховье Сомеша прорвало дамбу огромного отстойника мясокомбината: поверхность воды и берега были покрыты бурыми пятнами и кусками мяса. Картинка еще та – многотонный монстр изрядно изгадил природу, но это было уже прошлое, поэтому Андрей направился к раковине, которая крошилась, но не желала открываться.
   Положив руку на место, где у обычных раковин с помощью мышц крепятся створки, Убивец выждал пару секунд и дернул верхнюю часть на себя. Крышка легко сошла с места, открывая зрителям романтичную картину – молодая и симпатичная девушка лежала в объятиях «подурневшего» Вини. Оба персонажа находились в бессознательном состоянии: Вини – обколотый снотворным, а девушка – в глубоком обмороке.
   – Ну это таки красавица и чудовище. Токо любовь здесь и близко не ходила. Я бы подождал и посмотрел, как она завизжит, увидев, кто ей достался в женихи, – заглянув в нутро раковины, заявил Беня.
   – Беня, смотри туда, куда тебе положено, – беззлобно ругнулся Андрей и обратился к доктору: – Док, пакуйте парня и постарайтесь привести девушку в себя. Беня и Зверь прикрывают. Остальные со мной.
   Оставив доктора заниматься «добычей», он подошел к перекошенному бэтэру, возле которого как наседка кудахтал Шаров.
   – Стармех, как наши дела?
   – Хуже, чем хотелось бы, но лучше, чем я боялся. Перевернем малышку, часик на мелкий ремонт – и можно ехать дальше.
   – А Васька где?
   – Внутри, – ответил Стармех, продолжая высматривать повреждения своего любимца.
   – Васька, выходи, – сказал строгим тоном Андрей, заглядывая внутрь машины.
   Из бэтэра донесся тяжелый вздох, и мальчик выбрался наружу, для убедительности шмыгнув носом. Убивец шагнул к Инди и крепко обнял:
   – Спасибо, братка, если бы не ты – меня бы сожрали.
   Мальчик наконец-то расслабился и заплакал. Так они и стояли обнявшись – два названых брата, спаситель и спасенный.
   Как выразился Стармех, «машинка отделалась испугом». О себе и о других людях он переживал значительно меньше, а когда после часовых манипуляций бэтэр самостоятельно выбрался на дорогу, убежденный «железолюб» был вне себя от счастья.
   За это время к месту боя успел прибежать отец Агнешки. Старый венгр подхватил девушку на руки и убежал в сторону садов – ни «спасибо» тебе, ни «до свидания». В другом случае подобное поведение разозлило бы Андрея, но сейчас он пребывал в приподнятом настроении: охота завершилась удачно, и никто при этом не пострадал.
   «Поражение вдвое горше тогда, когда ты уже празднуешь победу», – Андрей не знал, кому принадлежат эти слова, но в их правдивости он удостоверился на собственном опыте. Как только они выскочили на трассу за Паньелой, по ушам ударил оглушительный звук – словно в борт бэтэра врезали гигантской кувалдой. Десантный отсек и кабина наполнились дымом и пылью. Стармех с трудом удерживал машину ровно. Наверху застучал КПВТ. Андрей быстро подключился к внутренней связи и уже хотел спросить, что, собственно, происходит, но, услышав напряженный диалог водителя и стрелка, не стал вмешиваться.
   – Вась, где эта сука?!
   – На четыре часа, за холмом.
   – Сейчас я нырну в овраг и попробую зайти вдоль дороги, – прорычал Стармех и крикнул уже всем: – Держитесь!
   Бэтэр тряхнуло, он несколько раз подпрыгнул на ухабах и, утробно рыча, буквально поскакал к неведомой цели. Из десантного отсека послышались матерные тирады. Андрей попытался рассмотреть что-нибудь через смотровой люк, но увидел только скачущую землю и пыль. Как Стармех умудрялся управлять в таких условиях, было непостижимо.
   – Васька, давай! – оглушительно завопил голос Стармеха в наушнике, и бэтэр резко затормозил.
   – Рано, – ровно ответил Инди. Мальчик вообще казался воплощением спокойствия. Андрей совершенно не понимал, какими стальными канатами должны быть нервы у ребенка, чтобы в такой ситуации сохранить выдержку.
   – Васька!!!
   В ответ на пронзительный вопль обычно рассудительного и слегка флегматичного Стармеха раздалась короткая очередь из КПВТ, а затем на машину обрушилась тишина. Но надолго эта благодать не задержалась.
   – Васька, чтоб тебя… – самозабвенно орал Стармех, выдавая довольно объемную речь, в которой нематерными были только союзы, и то не все. И как это часто бывает при использовании «великого и могучего», было совершенно непонятно – хвалит Стармех мальчика или ругает.
   Дослушивать пламенную речь Андрей не стал. Он быстро выбрался из командирского кресла, перебрался в десантный отсек и резко замер, стараясь проглотить застрявший в горле ком. Сквозь постепенно рассеивающийся дым было видно, что все бойцы смотрели в одну точку. Грач сидел, откинувшись на спинку сиденья, и смотрел в потолок удивленными светло-карими глазами, а на его лице застыло выражение обиженного ребенка. Андрей опустил взгляд и увидел, что в груди шамана зияла огромная дыра прямо напротив пробоины в броне. Пуля прошила борт, спинку никем не занятого сиденья в правом ряду и нашла свою жертву в ряду напротив. Кровь уже не сочилась из раны, если это месиво можно было так назвать.
   «Твою мать! Почему? Как?» Нелепость этой смерти залила грудь Убивца нестерпимым холодом, а в глубине души шевельнулся зверь. Боковой люк он распахнул пинком и, выскочив наружу, взял «винторез» на изготовку. Полуденное солнце ослепило, но он все же рассмотрел дымящийся бронетранспортер. Практически близнец их собственного бэтэра стоял в ста пятидесяти метрах за полотном асфальтированной дороги и дымил из смотровых лючков и десятка пробоин в броне. Боковой люк вражеской машины открылся, и из него выпал человек в черном комбинезоне. Убивец не стал размышлять, он просто выстрелил человеку в голову и подбежал к чужой машине, игнорируя обеспокоенный крик Бени.
   Не раздумывая, на одних инстинктах, он быстро заглянул в люк и убедился, что в машине больше нет никого живого. Вражеский экипаж состоял из четырех бойцов и ребенка. Водителя и командира Инди, судя по пробоине, убил одной пулей, стрелка размазало прямо в подвесном кресле, а последнего бойца застрелил он сам.
   Но не это поразило Убивца больше всего. Открывшаяся перед ним картина на минуту приглушила даже боль утраты. Возле башенки вместо сиденья десантника было оборудовано практически офисное кресло, в котором полулежал очень бледный ребенок не старше восьми лет от роду. На сгибе локтя мальчика был закреплен стационарный катетер, из которого трубки капельницы уходили сначала к какой-то странной машинке, а затем в разные стороны. Эта жуткая система оплетала весь бронетранспортер и, похоже, кое-где выходила на броню через наваренные металлические трубки. Тяжелые пули танковой модификации крупнокалиберного пулемета Владимирова нарушили что-то в этой системе, и ребенок попросту истек кровью.
   «Найду этого изобретателя и вырву ему сердце», – пронеслось обещание в совершенно пустой голове Андрея, и он медленно отошел от разбитой машины.
   Князь просто замер на месте и старался справиться с душившей его яростью. Внутренний зверь рвал душу на куски, желая затопить мозг кровавым безумием. Беня подошел к командиру и хотел что-то спросить, но, увидев его глаза, отшатнулся и убрался подальше.
   Когда Убивец вернулся к своей машине, он увидел, что Стармех уже заделал пробоину, а доктор упаковал тело Грача в спальный мешок и положил рядом с бесчувственным Вини.
   – Инди, – позвал Андрей, с трудом оторвав взгляд от пятен крови и спального мешка. – Сколько у нас патронов к пушке?
   – Ноль: выстрелял последние двадцать.
   Андрея неожиданно посетила мысль, что если бы возле реки бэтэр не перевернулся и вошедший в раж Инди не опустошил весь боезапас в речного монстра, то сейчас дымилась бы их собственная машина, нафаршированная телами его друзей.
   «Сам не знаешь, где найдешь, где потеряешь», – подумал он, с трудом выныривая из задумчивого оцепенения.
   В это время Беня, взяв бразды правления в свои руки, быстро «оседлал» ситуацию. Стармех и Зверь практически обнюхивали чужую машину, при этом шаман выглядел очень заинтересованным. Лелик и Болик сливали топливо. Доктор оставался в бэтэре, контролируя состояние Вини, а Инди на минуту покинул свое место и уже несся обратно, удерживая в охапке ленты с патронами.
   Дальше тронулись минут через двадцать. Все были предельно напряжены, но если повышенное внимание было полезно для водителя и стрелка, то остальных оно только угнетало. В машине повисло тягостное молчание, буквально сдавливающее мозг Андрея, и он решил разорвать тишину разговором:
   – Зверь, что ты там вынюхивал, в этой машине?
   – Что-то очень странное. Я не уверен, да и духи-симбионты уже почти рассеялись после смерти аданаила, но по остаточному следу создавалось такое впечатление, что они этой системой с кровью мальчика создали искусственную оболочку духа аданаила для всей машины. Полностью. Я ничего не понял, но подумать над этим надо, – задумчиво проговорил Зверь и тут же добавил: – И еще. Похоже, что все это выдумал не шаман.
   – Почему?
   – Слишком много переделок. Трубки на броне и крепления для системы внутри переваривали несколько раз, когда шаману достаточно просто увидеть, как распространяется поле благоприятной среды для «духов-разрушителей». Складывается такое впечатление, что все делалось наобум, вслепую. Но идея гениальная. С минимальным расходом крови они создали буквально живую машину-аданаила.
   «Я этого «гения» по-любому найду», – подумал Андрей, поворачиваясь обратно к смотровому люку. Свое дело он сделал – в десантном отсеке начался «научный диспут».
   Заинтересовавшись «докладом» Зверя, бойцы задавали вопросы, которые их мучили уже давно, но не казались настолько важными, чтобы беспокоить занятых людей.
   – Вот скажи мине, Зверь, ты шо, действительно шаман? Ну там бубен, крысиные шкурки и все такое? – заинтересованно спросил Беня, даже удержавшись от своих шуточек.
   – Как это ни странно, так и есть. Чтобы работать с духом, нужна привязка к его бывшему телу, и тут шкурки приходятся очень кстати. Впрочем, сейчас мы пока работаем с духами растений и насекомых. А насчет бубна все еще веселее. Фиаллимонотар…
   – Кто? – тут же вскинулся Болик, услышав незнакомое имя.
   – Филимон, пленный эльф, мой учитель.
   – А-а, Филька, – вспомнил сибиряк, жестом приглашая шамана продолжать.
   – Так вот, учитель сам толком не знал, как работать с духами. Были только отрывочные сведения из запрещенных для эльфов свитков. Но на одном из уроков Потап вспомнил, что возле их селения жил чукотский шаман, который не расставался с бубном. Фиаллимонотар сначала высмеял раскольника за дикость, но потом долго думал – и в конце концов принес свои извинения. После экспериментов выяснилось, что ритмичные звуковые волны от ударов по бубну позволяют усилием воли трансформировать простых духов, изменяя их структуру. И что самое смешное, лучше всего работается под рейв или рэп.
   Андрей смотрел на дорогу, которую бэтэр лихо подминал под свое бронированное брюхо, и одним ухом прислушивался к разговору в десантном отсеке. Он удивлялся, как в научном диспуте поменялся Зверь, – раньше он почему-то казался Андрею таким же простоватым, как и дед Мазай. Вот еще один недостаток стереотипного мышления – если шаман, то обязательно придурковатый дед, недалекий, упрямый и со скудным словарным запасом. А тут у нас имеется молодой и интеллигентный ученый.
   От раздумий он очнулся, когда бэтэр начал сбрасывать скорость.
   – Что там? – спросил он у Стармеха.
   – Вон какой-то урод стоит посреди дороги. Сейчас я его на колеса намотаю.
   Князь глянул в смотровой люк и увидел на дороге здоровяка с копьем в руках, одетого в похожий на его собственный комбинезон. И этого здоровяка, и нагинату он узнал сразу.
   – Не надо никого давить. Подъешь метров на десять – и останавливайся.
   Когда Стармех остановил машину, Андрей выбрался через командирский люк и, пройдя по носу бэтэра, спрыгнул на асфальт. К стоящему посреди дороги человеку он шел медленно, всматриваясь в знакомые черты, желая найти в них хоть какой-то ответ на мучивший его вопрос.
   – Привет, Сурок, – поздоровался Андрей, не протягивая руки.
   – Привет, Убивец. – Сурок чувствовал холодность старого товарища, и было видно, что это причиняет ему боль. – Мне жаль, что так получилось.
   – Мне тоже жаль, Грач был хорошим человеком и моим другом, – все так же холодно сказал Андрей, но затем все же протянул Сурку руку.
   Егерь вцепился в ладонь Убивца, как утопающий в спасательный круг. Его простоватое лицо выражало всю гамму терзавших душу чувств. Похоже, ему было известно о бое двух бронетранспортеров, но он не знал о потерях в экипаже Андрея.
   – Андрюха, поверь, никто не приказывал Акошу нападать. Честно. – Огромный боец, в одиночку убивавший овров и голыми руками душивший гвулхов, теперь робко заглядывал в глаза старого друга, боясь увидеть там ненависть.
   Андрей хотел сказать что-то резкое, но остановил себя. Сурок – простая душа, без гнили и камня за пазухой. Приказы здесь отдает кое-кто другой, но от этого на сердце становилось еще горше.
   – Это он просил тебя задержать меня здесь?
   – Да, пожалуйста, подожди чуть-чуть, Командор скоро приедет.
   – Командор?.. Даже так? – хмыкнул Андрей. – Высоко забрался наш Батя.
   – Он не любит, когда его так называют.
   – Знаешь, а мне на это… – резко начал Андрей, но сдержался. – В общем, не суть важно.
   Они стояли молча, не зная, что сказать. В другой ситуации эти два человека, не умолкая, выспрашивали бы друг у друга подробности всего на свете, но сейчас между ними лежала кровь.
   К счастью, тягостное ожидание не затянулось – вдали послышался цокот копыт, и на дороге появилась целая кавалькада. Сурок затравленно оглянулся и все же решился на один вопрос:
   – Как там Светка?
   – Хорошо. У нее родилась вот такая малышка, – показал руками Андрей и неожиданно для себя улыбнулся. Ответная улыбка тут же осветила лицо Сурка. На секунду они вновь стали добрыми друзьями, соратниками, почти семьей, но продлилось это недолго. Цокот копыт становился громче, и Андрей посмотрел мимо Сурка.
   Кавалькада, не сбрасывая скорости, приближалась к бэтэру, явно намереваясь притормозить только у самой машины.
   «А вот это уже наглость».
   – Инди, дай очередь поверх голов, – скомандовал Андрей, с сожалением замечая, как удивленно округлились глаза Сурка.
   Короткая очередь сварливо огласила окрестности, и рой свинцовых пуль веером прошелся над головами всадников. Ровный, практически парадный строй смешался, одна лошадь даже сбросила седока. Всадники резко остановились и даже достали из-за спин нечто похожее на ружья.
   «Даже так?» – мысленно удивился Андрей.
   Но боя не произошло. Послышался властный голос. Один из всадников спешился и придержал стремя для командира.
   Батя, а это был именно он, спрыгнул с седла и, уверенно шагая, пошел к стоящей у бэтэра паре.
   – Тебе не кажется, что это перебор? – заявил Батя, останавливаясь в двух метрах.
   – Нет. – Спорить с бывшим соратником у Андрея не было ни малейшего желания. – Я даже не знаю, можно ли доверять вам двоим, а вон тех буденновцев вообще вижу в первый раз.
   – Шеф, есть мысль тихонько выйти и занять стрелковые позиции, – послышался в наушнике голос Бени.
   – Нет, сидите на месте, – ответил Андрей и увидел кривую улыбку Бати, что разозлило его окончательно. – Батя, ты хотел поговорить? Я слушаю.
   – Меня так уже никто не называет. Я – Командор, – с надменными нотками в голосе сказал бывший Батя.
   – Не о том мы сейчас говорим. Повторяю вопрос: чего надо?
   – Случилось недоразумение, мой человек нарушил приказ и напал. Мы слышали звуки боя. Чем все закончилось?
   – Трупами, господин Командор.
   – Плохо, это был славный боец, именно рейд его бэтэра окончательно сломил ушастых. Но тщеславие его погубило. Акошу не давала покоя слава Убивца.
   
Конец бесплатного ознакомительного фрагмента