В толпе стояло ещё с пяток женщин, десяток мужчин, но больше всего внимания на переднем плане к себе привлекал огромный и солидный сорфит, в котором Невменяемый с некоторым колебанием узнал Рафу Зелая. Но вот в сидящем на загривке у своего друга таги, ошибиться было трудно: Татил Астек - собственной персоной. Чуть сзади группы встречающих находилось ещё несколько сорфитов, на спине каждого из которых для лучшего обозрения стояло сразу по двое, а то и по трое маленьких таги. Наверняка здесь собрались и те, кто руководил строительством, как Каретного Порта, так и всех вспомогательных коммуникаций. Потому что дальше железная дорога не обрывалась, а тускло поблескивая металлом сразу четырёх полосок ныряла в тёмный зев рукотворного тоннеля. Видимо дальше тоннель пронзал всю скальную гряду и выныривал уже на технически совершенной территории Сорфитовых Долин.
          Всё встречающие с неослабным вниманием всматривались в запыленные окна тормозящей со страшным визгом кареты и, похоже, набрали как можно больше воздуха для приветственных криков.
          - Вот это я понимаю, - подхватывая свои вещи, воскликнул полковник, - Настоящая встреча героя!
          - Я вас умоляю! - вскинулся Кремон. - Не героя, а "героев"! Заслуги у нас одинаковые, просто мне повезло чуть больше. Поэтому не надо меня подталкивать впереди себя и потакать незнанию всех моих знакомых. Выходим дружно, вы впереди меня.... Такос! Имей совесть: иди первым, тем более что ты там всех знаешь.
          - Если бы..., - буркнул полковник. Но больше спорить не стал, а выйдя к торцевой подножке кареты, картинно поднял свободную руку в приветствии.
          Тут же раздались приветственные крики, перемежающиеся радостным женским визгом. Такос Однорукий шагнул на возвышение, и вслед за ним показался профессор медицины. Барона Тулича тоже встретили, как положено, хотя по интенсивности снижающегося шума было понятно, что публика немного разочарована. Поэтому Кремон постарался выскочить из кареты без всякого лишнего позёрства. Он на хорошей скорости соскочил на каменное возвышение и сразу же бросился здороваться с встречающими:
          - Кого я вижу! Давид! Господин Хлеби! Ганби! Как я рад вас всех видеть! Господин мэр, приветствую вас и сразу передаю привет от внука. Он скоро за нами подтянется. О, Рафа! И ты здесь?! Татил! - он потрепал сорфита по гриве и протянул руку маленькому таги. И тот, прыгнув, вцепился в неё своими ручками. Как и положено было в таких случаях между ними, Кремон пару раз прокрутил висящего почти параллельно земле человечка вокруг себя и тот мычал при этом от удовольствия.
          Потом настала очередь женщин:
          - Тётушка Анна! Вы прекрасно выглядите, даже наоборот, словно помолодели!
          Как и прежде домоправительница замка относилась к молодому парню, словно к собственному внуку и текущие по щекам слёзы, когда они прекратили обниматься, лишний раз служили тому доказательством.
          - И ты здесь, Лирна?! Мне кажется, что немного отставший Бабу тебя просто не узнает, потому, что ты стала ещё большей красавицей!
          Невменяемый уже сделал шаг назад после братского поцелуя с Лирной и намеревался ждать, пока Хлеби не представит ему всех остальных, как вдруг стоящая с другой стороны тётушки Анны девушка сама прыгнула ему на грудь и крепко прижалась с ним щеками:
          - Почему со мной не здороваешься?! - послышалось в ухе обиженное пыхтение.
          Кремону пришлось с недоверием отстраниться от незнакомой ему очаровашки и только тогда его словно током ударило:
          - Мальвика! Это ты?! Да ты же стала настоящей принцессой! Вот это да.... А я ведь тебя и не узнал! Даже представить не мог, насколько ты выросла и стала обворожительной красоткой. Однако!
          Действительно, перед ним смущаясь от таких комплиментов, стояла юная маркиза Баризо, которую когда-то он же и спас при отражении атаки на замок протектора Агвана. Но теперь девушка совсем не напоминала, то лысое и косоглазое существо, которое вообще поначалу приняли за мальчика. Теперь Мальвика выглядела, словно бутон только что начавшей распускаться прекрасной розы. И столько в ней было очарования, таинственности и грации, что Невменяемый никак не мог поверить в такие чудесные изменения. Нельзя было конечно назвать маркизу истинной красавицей, но нечто роковое, присущее например, той же наследной принцессе Спегото, в ней просматривалось сразу.
          От созерцания Мальвики пришлось, конечно, быстро оторваться, Хлеби Избавляющий сразу же стал знакомить со всеми остальными встречающими. Первым делом он представил тучного мужчину, Эль-Митолана Каменного, который, по сути, и руководил всем проектом переселения сознания в тело дракона. Представил также других профессоров медицины, которые оказались на короткой ноге с бароном Туличем. И сразу группа врачей образовала свой кружок интересов, прямо с ходу став обсуждать особенности тела и характера пациента. То есть самого Невменяемого. Судя по их репликам и взглядам, они бы уже сразу не постеснялись разложить молодого героя на столе прямо в Порту и провести над ним первые исследования.
          Хорошо хоть того быстро окружили несколько весьма симпатичных женщин, которые все оказались Эль-Митоланами и работали в новом замке Давида Сонного над проблемой раскрытия малой Арки. Именно так теперь назывался найденный артефакт, после того, как Спегото рассекретило сведения о своей Большой Арке.
          Прежде чем женщины-коллеги подхватили Кремона под руки и весьма настойчиво повели к выходу из Каретного Порта, протектор Агвана успел сообщить:
          - Ну и, естественно, тебя ещё один старый друг ожидает. Только вот Спин наотрез отказался прилететь в это крытое здание.
          Захотелось поскорей увидеть своего боевого товарища, лидера в стае боларов. И молодой герой сразу же поддавшись игривым подталкиваниям весёлых колдуний, включился в общий разговор:
          - А как вам работается с таким весельчаком как Давид?
          - Кто весельчак? Ни за что не поверим! Самый скучный руководитель, которого нам довелось видеть!
          - Не может быть! - он с недоумением оглянулся на чуть отставшего Сонного. - Да мой друг всегда был гвоздём любого мероприятия.
          - О! Вот это точно, что "был"! - хихикали женщины наперебой. - Сейчас он уже давно не гвоздь.... И даже не "гвоздик"! Неужели он тебе и в самом деле друг?
          - Конечно....
          - Тогда тебе придётся его заменить во многих очень важных вопросах. Он совсем не работает с подчинёнными, - стали громко жаловаться Эль-Митоланы-женщины, - Не заботится о нуждах нашего быта! Практически забросил работу! Даже в дуросовую пещеру перестал с нами спускаться! И к любым мелочам придирается!
          На площади перед Портом стояло несколько больших карет, и при посадке Давид Сонный постарался оттереть своего друга от подчинённых ему по службе женщин:
          - Как вам не стыдно такие глупости выдумывать? Вот видишь Кремон, как получается: заботишься о них, переживаешь....
          Самая шустрая колдунья всё-таки втиснулась с ними на одно сиденье, хоть ей и пришлось для этого с помощью левитации приостановить спешащую на то же место Мальвику:
          - Не верь ему, Кремон! Заботился он о нас только в первые дни. А потом, если говорить по секрету....
          Договорить ей не дал осудительным взглядом усевшийся напротив Хлеби Избавляющий. Следом за ним уселась со своим племянником и тётушка Анна. За их спинами расположились мэр Берки Смилги и маршал Агвана Коперрульф. И лишь только тронулись в путь, домоправительница стала отчитываться:
          - Кремон, они сразу хотели тебя тащить в замок Давида, но я им не дала. У меня такой роскошный ужин на столы накрывают, а они хотели тебя голодным оставить. Ты только можешь себе такое представить?
          - В голове не укладывается! - поддержал старушку Невменяемый, незаметно перемаргиваясь со вздыхающим Хлеби.
          - Сколько помню, он никогда тебе как следует наесться не давал, - продолжала читать нотации домоправительница. - Вечно куда-то гонял и мучил тренировками.
          - Тётушка, ну зачем ты так? - попытался успокоить её протектор Агвана. - Ведь все согласились поужинать, несмотря на катастрофическую нехватку времени.
          - Вечно вам времени не хватает....
          Чтобы прекратить озабоченное ворчание, Кремон вытянул руку в сторону и спросил:
          - Что это такое строится? Да и вообще, здесь столько всего изменилось.
          Теперь уже Давид и Хлеби принялись наперебой и с хвастовством показывать гостю все изменения, которые произошли за последний год. Даже в старой части городка выросло несколько домов в четыре этажа. Да и на центральной площади прибавилось несколько новых, пока ещё непонятных Кремону аттракционов. Именно на них и указал Давид Сонный:
          - Завтра мы тебя прокатим с ветерком! - правда, тут же спохватившись, добавил: - Если успеем.
          При тётушке говорить о предстоящем переселении сознания не следовало. Поэтому внимание вновь было обращено на окружающие дома.
          Пожалуй, единственный местом, где никаких изменений не произошло, остался замок протектора и прилегающие к нему территории. Всё так же делила надвое долину убегающая вдаль дорога, зеленели посадки кустов свала слева, а направо расстилалась голубизна огромного озера, края которого скрывались за многочисленными скалистыми островами.
          Хотя некоторые изменения были: гладь озера в разных направлениях бороздило несколько рыбацких баркасов, а на коньке крыши замка беспечно устроилось до десятка взрослых боларов. Тогда как молодые летающие растения целой стайкой носились над хозяйственными постройками.
          Как только передняя карета подъехала к главному входу, её сразу окружил целый лес свисающих по сторонам кореньев. Загодя присматривающийся Кремон моментально уцепился за нескольких из них и закричал:
          - Спин! Дружище! Как я рад тебя видеть!
          На что болар ответил совершенно правильной, без единого акцента речью:
          - Здравствуй, Кремон! Ты бы только знал, как мы все за тобой соскучились.
          Корни других зелёных шаров тоже тянулись к Невменяемому с приветствиями. Он пожимал и подёргивал каждый из них, потому что и сам давно мечтал о такой встрече:
          - Как вы тут поживаете?
          - Мы теперь весь свой уклад поменяли, - стал хвастаться Спин. - В лесу практически остались жить только старики, да несколько особо недоверчивых. Остальные все переселились на опушки леса и крыши обоих замков. Здесь намного лучше и сытней. Вот только до сих пор нас стараются от всего и всех охранять и практически запрещают разговаривать со всеми остальными людьми. Всё ещё делают вид, что мы друг друга приручаем.
          Получилось так многозначительно, что даже Хлеби засмеялся. Но тут же стал серьёзным:
          - Пока мы стараемся не открывать всему миру правды о вас, и сам знаешь почему.
          - Да знаю.... Кстати, Кремон, завтра с утра я тебе хочу показать нечто очень интересное. Никто из людей ещё этого не видел.
          - Заинтриговал! Сразу соглашаюсь.
          Протектор Агвана опять подхватил парня под локоток и стал поторапливать:
          - Время поджимает. Поэтому поспешим все к столу. Спин, влетай со своими друзьями в окна.
          Болар решительно возразил:
          - Да нет, вон вас сколько. И не любим мы в тесных помещениях долго находиться. Лучше здесь, на просторе подождём.
          Никто больше с ним спорить не стал, хотя непосредственно в гостевом зале замка Хлеби пояснил Кремону:
          - Мы с ним иногда тоже здесь обедаем. Когда народу мало. Научили его играть в несколько настольных игр, так он теперь азартным стал до невозможности. И соплеменников своих научил: на крыше болары установили несколько столов в гнёздах и там играют порой целыми сутками.
          Кремон восхищённо покачал головой:
          - Надо же! И кто научил? Наверняка Давид?
          - Не угадал! Хотя и он потом одну игру им тоже показал. В основном это заслуга Мальвики. Она уже две недели только этим с боларами и занимается. Говорит, что это очень им помогает развивать логическое мышление.
          Вошедшие как раз рассаживались на свои законные и привычные места, и молодая маркиза услышала последние слова хозяина замка. Промолчать она никак не могла:
          - Конечно! В последние дни тот же Спин решает задачки по арифметике раза в три быстрей, чем к моему приезду.
          Похоже, Хлеби Избавляющий ей не слишком то и поверил, хотя согласно и одобрительно покивал. Незаметным жестом попросил девушку помолчать, встал, поднял наполненный гремвином бокал и осмотрел всех собравшихся за столом. И только затем произнёс речь:
          - Помнится ещё совсем недавно, к этому замку прибыл никому не известный молодой человек, который к той минуте и не ведал, что ему уготовано стать Эль-Митоланом. И не просто колдуном, познавшим основы мироздания, а, пожалуй, одним из самых лучших Эль-Митоланов в мире. Подумать только, что я не хотел его пускать в дом и побаивался коварства с его стороны.... Даже искупал в озере ненароком. - За столом послышались сдержанные смешки, и только тётушка Анна посмотрела на своего племянника с нескрываемым укором. - И вот теперь я несказанно горжусь тем, что именно мне довелось стать первым магическим наставником для всемирно известного героя. И хочу подчеркнуть: всё, чего добился в этой жизни Кремон Невменяемый - его личная заслуга. Такой настойчивости, воли и стойкости духа можно только по-хорошему завидовать. Мы рады, Кремон, что ты вновь вернулся в эти стены, и поднимаем бокалы за твоё здоровье!

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

    ВРАГ ВООЧИЮ
          Несмотря на торжественность встречи, ужин оказался коротким. Чем гости тётушку Анну наверняка обидели до самой глубины души. Но время действительно поджимало. Тем более что Эль-Митолан Каменный, ещё перед тем как усесться в карету, утешил Кремона:
          - В первый раз это будет недолго, всего несколько часов. Но нам надо как можно быстрей снять полный слепок твоей ауры и попытаться его подогнать под ту, что осталась у дракона. А это самая длительная магическая операция. Потом постепенно начнём готовить тебя и ко всему остальному....
          Когда приехали в замок Давида Сонного, то отправились не в основное здание, и даже не в возвышающуюся башню, а поспешили в большое хозяйственное помещение, которое когда-то изначально строилось под конюшни.
          - Под храп похасов слепок ауры всегда получается более чётким, - с глубокомысленным видом решил пошутить Кремон, но его перед самой дверью придержал за локоть Хлеби Избавляющий:
          - Ты готов?
          - К чему? - не понял его недавний воспитанники.
          - Увидеть врага своего.
          - Ах, вот оно что, - стал догадываться молодой колдун. - Вообще-то готов.
          Его провели по короткому коридору, и только за второй дверью оказалось большое, идеально чистое помещение. Весь центр занимал квадратный бассейн полутораметровой высоты, доверху заполненный маслянистой жидкостью. И уже в самой жидкости, раскинув во все стороны крылья и конечности, лежал дракон. Над поверхностью торчала только его оскаленная, равномерно дышащая пасть, которую поддерживало несколько надутых воздухом рыбьих пузырей. Да чуть приподнимались из воды когтистые передние лапы и самые кончики крыльев. Всё остальное тело в расслабленном состоянии застыло в толще жидкости, и при слабом, неверном освещении казалось, что воздушный пират потягивает мышцами, разминая их и готовясь выскочить из бассейна.
          Совершенно помимо своей воли, Невменяемый напрягся настолько, что только в самый последний момент прекратил возведение вокруг себя магических щитов и опустил руку, готовую ударить леденящей молнией, самым страшным и действенным оружием из его арсенала. Настолько близость врага подействовала на все его боевые инстинкты. Настолько давно, казалось бы, уснувшая ненависть и жажда мести затуманили его здравый рассудок. Настолько воспоминания о погибшей матери затмили все его логические рассуждения. Настолько сразу забылись его недавние заверения, что все разумные должны жить в мире, любви и согласии.
          Теория - это одно. А вот на практике - совсем другое. Ненавистное создание каждой деталью своего мерзкого тела взывало к бою и отмщению, взывало к уничтожению.
          Уже расслабляясь и сбрасывая с себя напряжение, Кремон почувствовал дружеские похлопывания по плечам сразу с двух сторон. Но если Хлеби только сочувственно кивнул после этого, то Давид Сонный не удержался от комментария:
          - Ты бы видел свою ауру только что! Мы тут все перепугались, что ты это тельце сейчас прожаришь насквозь.
          Сразу же стало понятно, что до этого дойти не могло. Практически все окружающие Эль-Митоланы были готовы поставить надлежащую защиту, но вот стыдно немножко стало. И чтобы замять свою реакцию на увиденное, Невменяемый стал с деловым видом обходить весь бассейн. Причём сразу обратил внимание на четырёх человек, сидящих возле самой жидкости, с каждой стороны квадрата. Казалось, они были погружены в самосозерцание и ни на что больше не отвлекались.
          - Чего это они?
          На его вопрос ответил откуда-то снизу маленький таги:
          - А ты как думаешь, легко поддерживать в жизненном состоянии такую тушу? Ведь его не только кормить и поить надо, но практически каждую мышцу прощупывать, каждый мускул силовыми движениями массажировать, каждый участок кожи проверять на растяжение и сжимаемость. Да и ещё масса чего требует ухода ради должной эластичности.
          - Татил, и часто надо совершать такие массажи?
          - Постоянно, круглые сутки. Причём все четверо истощают свою магическую энергию через час. Вновь заступают на пост - через сутки. Так что можешь посчитать, сколько в башне постоянно отсыпается врачей Эль-Митоланов.
          - Однако! - не смог сдержать Кремон восклицания. - Да вы же всю Энормию обескровили! Кто же людей лечит?
          - А что делать? Пришлось тебя столько дней ждать. - Заметив, что молодой герой начинает испытывать комплекс вины, таги тут же быстро потащил его в сторону, приговаривая своим баском: - Но ты не переживай, это для твоего же блага. Достанется тебе тельце и в самом соку, и настоящего воина. Тебе только останется сносно научиться им управлять. Теперь мы за несколько дней справимся, и все врачи разъедутся куда им надо. Главное, чтобы ты сейчас полностью расслабился. Ложись!
          Под дальней стеной оказалось накрытое чистой простынёй ложе, которое откатили чуть в центр и уложили на него тяжело вздыхающего подопытного пациента. Заметив, что ему на верхнюю часть туловища пытаются возложить довольно сложную магическую конструкцию, Кремон забеспокоился:
          - А меня этим не раздавит?
          - Да мы осторожно.
          - Не больно будет?
          - Вроде не должно.
          - Хм! А вы меня усыпите?
          - Наоборот, подбадривать будем, чтобы все эмоции и оттенки ауры выделить. Так что выспаться не получится.
          И уже когда его накрыли, молодой колдун задал последний вопрос:
          - Подбадривать то чем будете?
          - Как обычно, магическими иглами и уколами. Да ты не напрягайся так, не напрягайся! Покалывать начнём только при повышенной сонливости. А если будешь бодро реагировать, то всё обойдётся.
          Последний знакомый голос явно принадлежал Давиду Сонному, и Кремон запоздало засомневался, что его друг проявит такое благодушие. Зная его тягу к розыгрышам и шуткам, можно было не сомневаться: Давид обязательно найдёт повод пощекотать своего младшего коллегу чем-нибудь взбадривающим.
          Только вот жаловаться и стенать было поздно, многочисленная орава толпящихся вокруг ложа специалистов приступила к работе. Они давали вводные команды своему пациенту, и тот напрягал всё своё воображение, представляя ту или иную ситуацию из своей жизни. Иногда удавалось достичь нужного результата сразу, но чаще всего каждую эмоцию приходилось вызывать многократно, да ещё и разными способами, сценками или воспоминаниями.
          Болезненными уколами все равно наградили. Причём довольно многочисленными. Но тут, ни в коей мере не было вины или попытки повеселиться Давида Сонного, просто и эти недовольные всплески активности мозга улавливались собравшимися колдунами со всей скрупулёзностью погрязших в своём деле ремесленников.
          Через четыре часа магическую конструкцию с Кремона сняли, и он поднялся весь мокрый от пота. Не лучше выглядели и экспериментаторы. Разве что только неугомонный Татил Астек, стал всех поторапливать к выходу:
          - Коллеги, друзья, теперь всё равно полученному слепку понадобится время до окончательного застывания, и до завтрашней ночи мы можем немного отдохнуть и расслабиться.
          - Так что ты предлагаешь, возвращаться в мой замок? - выходя на свежий воздух, спросил Хлеби.
          - Вот именно! Конечно, раз там остался Рафа, то чудесных колбасок твоей тётушки нам уже не останется, но всё равно мы найдем, чем подкрепиться.
          - Это верно! А у тебя, герой, как настроение? - направляясь к лошадям, поинтересовался Избавляющий.
          - Немного жутковатое. Как представлю, что скоро я окажусь в том мерзком теле, так сразу напиться хочется до беспамятства.
          - Тогда по коням, друзья! Но сразу хочу предостеречь, Кремон, тебе ещё надоест слушать тетушкины рассказы, как она принимала его величество, и как король был без ума от её кухни. Теперь для неё - это самая главная тема для разговоров.
          При всём своём желании плотно подкрепиться молодой колдун вдруг почувствовал жалость к тем коллегам, которые были вынуждены просиживать вокруг плавающего в специальной жидкости дракона и отдавать на поддержание жизнедеятельности все силы. Поэтому, уже усаживаясь в седло, он оглянулся на перепрофилированное помещение конюшен и спросил тихим голосом у протектора:
          - А на нас не обидятся все остальные? Они тут трудятся, а мы....
          - У каждого своя работа. Может, мы ещё им через пару дней позавидуем. Всех делов: отсидел свой час, и сутки делай что хочешь.
          - Всё равно, мне даже неудобно как-то. Столько врачей со всех околиц собрали.
          - Иначе никак не получалось, - уже на ходу рассказывал Избавляющий. - Но ты бы видел, как тяжело в первые сутки приходилось. Нам боевые Эль-Митоланы свои силы передавали, и мы по шесть часов в сутки высиживали. Это уже потом, со всех сторон подтянулся народ. Зато тельце для тебя сохранили полностью. Так что претензий к нам быть не должно.
 
          В эту ночь Кремону Невменяемому было разрешено всё. И он решил не сдерживать здоровые эмоции, а перед долгим расставанием со своим любимым телом, побаловать его самыми разнообразными излишествами. В итоге съел и выпил за троих, если не больше.... Ко всему прочему ещё и поддался на сияние глаз самой игривой и любвеобильной Эль-Митоланши, с которой ему удалось уединиться на часик в одном из чердачных помещений замка.
          Поэтому в свою, выделенную ему ещё в ученичестве комнату, он ввалился спать уже в светлое время суток. Да так и рухнул на кровать, не раздеваясь. Откинулся на спину и блаженно закрыл глаза, сразу проваливаясь в океан сна.
          Но не тут-то было! Вдруг дверь хлопнула, а потом и женские ручки затормошили молодого колдуна изо всех сил. А чей-то знакомый голос стал восклицать:
          - Ну ты и соня! Занваль вовсю светит, а он дрыхнет! Вставай! - затем после короткой паузы: - Фу! Ну и перегар от тебя! Словно бочку прокисшего пива выпил! Да вставай, тебе говорят!
          - Э-э-э..., - выдавил из себя Кремон, пытаясь открыть упрямо слипающиеся глаза. Наконец ему это удалось, но только тщательно сфокусировав взгляд на светлом пятне, он различил симпатичное личико, и с трудом пробормотал: - Мальвика! Тебе чего?
          - Как чего?! У нас ведь встреча со Спином, а потом полёт на экскурсию в интересное место.
          - ...Место? ...Со Спином?
          - Как же так?! - стала сердиться молодая маркиза уже всерьёз, - Наш друг специально к твоему приезду приготовил сюрприз, ждал этого дня несколько недель, верил во встречу, а ты упился до безобразного состояния!
          - Не..., я не упился. - Напрягая память, стал выкручиваться Невменяемый. - Просто ночью надо мной безжалостные знахари всякие опыты проводили, а потом лекарство такое пришлось пить.... Ух! Забористое.
          - Меня это - не волнует! - сурово отчеканила девушка. - Даю тебе на умывание и сборы полчаса. Если ты через этот срок не будешь сидеть на завтраке, - пеняй на себя.
          - Угу..., - приподнявшись на локте, соглашательски промычал Кремон. - Какая ты строгая стала....
          Но лишь только дверь за Мальвикой закрылась, как он тут же рухнул обратно на подушку. Бормоча при этом:
          - Что за спешка? Ещё немножко бы вздремнуть....
          В замке колдун чувствовал себя в полнейшей безопасности. Никакого смысла прислушиваться к каждому шороху, а уж тем более ставить охранные контуры не было. И вполне естественно, что ничто не могло заставить его напрягаться. Организм, по самое горло нагруженный алкоголем, требовал глубокого сна и полного покоя.