— Ты собиралась назвать меня по имени, Мередит. Так делать не следует. Ты должна обращаться ко мне Филин, или Тот Самый Филин.
   Она уставилась на него, внезапно испугавшись.
   — Я не понимаю. Пожалуйста, отвезите меня назад. — Мередит вцепилась в ручку двери. Когда остановимся на светофоре, я выпрыгну, подумала она. Он какой-то странный. Даже выглядит иначе. Нет, не просто иначе — он сумасшедший! В голове пронеслись смутные вопросы, на которые она не могла найти ответ. Почему папа взял обещание не покидать территорию? Почему он спросил о потерявшейся расческе? Связано ли это с родной матерью?
   Машина неслась на север по 218-му шоссе. Он едет с превышением скорости, подумала Мередит. Боже, пожалуйста, пусть мы проедем мимо полицейского. Пусть нас заметит коп. Она подумывала вывернуть руль, но тогда машина выедет на встречную, и кто-нибудь погибнет.
   — Куда вы меня везете? — требовательно спросила она. Что-то давило ей в спину. Она сдвинулась вперед, но что-то все еще мешало. Что там такое?
   — Мередит, я солгал, когда сказал, что видел на встрече выпускников подругу твоей матери. Я видел там твою мать. Я везу тебя к ней.
   — К моей матери! К Джин! Вы везете меня к ней?
   — Вот именно. А потом вы обе встретитесь с твоим родным отцом на небесах. Вот это действительно будет замечательная встреча! Знаешь, ты очень на него похожа. Ну, по крайней мере выглядишь так же, как он, до того, как я размазал его по дороге. Знаешь, где это произошло, Мередит? На дороге у полянок для пикников в Вест-Пойнте. Вот где погиб твой настоящий папочка. Хотелось бы думать, что ты побывала на его могиле. Имя на надгробии такое: Кэррол Рид Торнтон — младший. Неделю спустя он бы закончил академию. Не удивлюсь, если тебя и Джинни похоронят рядом. Правда, было бы здорово?
   — Мой отец учился в Вест-Пойнте, и ты убил его?
   — Разумеется, убил. Или ты считаешь, что с его стороны и со стороны Джин было порядочно жить счастливо, а меня оставить побоку? Ты считаешь, что это было порядочно, Мередит?
   Он повернулся и уставился на нее. Глаза поблескивали. Губы сжались так плотно, что рот, казалось, исчез под раздувавшимися ноздрями.
   Он сумасшедший, подумала она.
   — Нет, сэр. Непорядочно, — ответила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Я не покажу ему, как мне страшно.
   Он как будто смягчился.
   — Видно вестпойнтскую муштру... «Да, мэм». «Нет, сэр». Я не велел тебе называть меня сэром. Я велел тебе звать меня «Филин».
   Они миновали объездную дорогу вокруг горы Сторм-Кинг и въехали в предместья Корнуолла. Куда мы едем? — недоумевала Мередит. Действительно ли он везет меня к матери? Действительно ли он убил моего отца, а теперь намерен убить и нас? Как же его остановить? Только без паники, предупредила она себя. Оглянись. Посмотри, нет ли чего-то пригодного для самозащиты. Может быть, где-то есть бутылка с водой. Я бы стукнула его бутылкой по башке. Мне бы хватило времени дотянуться до ключа зажигания и остановить машину. Сейчас мимо едет немало машин, и кто-нибудь заметит, как мы боремся. Но, осмотревшись, она не нашла ничего подходящего.
   Мередит сцепила руки. Что там давит в спину? Может быть, эта штука поможет ей спастись и спасти мать. Крайне осторожно она разжала руки и медленно отвела правую в сторону. Выпрямившись, она завела руку за спину. Пальцы коснулись края узкого предмета, показавшегося знакомым.
   Это был мобильный телефон. Она выдернула его, но Филин вроде бы не заметил. Они уже ехали через Корнуолл, и он поглядывал по сторонам, словно опасаясь, что его остановят.
   Мередит медленно вернула руку с телефоном обратно. Она откинула крышку, опустила глаза и нажала пальцем 91...
   Она не заметила, как его рука метнулась к ней, но почувствовала, что он схватил ее за шею. Она рухнула лицом вперед, без сознания, а Филин выхватил телефон, опустил стекло и швырнул трубку на дорогу.
   Через несколько секунд на телефон наехал почтовый грузовик и разнес его вдребезги.
   — Сэм, мы его потеряли, — сказал Эдди Зарро. — Он в Корнуолле, но сигнал пропал.
   — Как вы могли его потерять? — заорал Сэм. Глупый ненужный вопрос. Он знал на него ответ — телефон обнаружен и уничтожен.
   — Что нам теперь делать? — спросил Зарро.
   — Молиться, — сказал Сэм. — Молиться.

93

   Джейк снова попросил разрешения оставить свою машину около закусочной, и ему снова позволили, но любопытство Дюка достигло крайнего предела.
   — А что ты такое фотографируешь, сынок? — спросил он.
   — Да просто так, все вокруг. Я ведь говорил, пишу статью для «Стоункрофт Газетт». Я дам вам экземпляр, когда будет готово. — Джейка понесло. — А еще лучше, я упомяну и о вас.
   — Ух ты, было бы недурно! Дюк и Сьюзи Маккензи.
   — Годится.
   Джейк с фотоаппаратом в руке уже выходил за порог, как зазвонил его мобильный телефон. Звонила Эми Сакс, дежурившая в отеле.
   — Джейк, — прошептала она, — тебе нужно ехать сюда. Все как с цепи сорвались. Доктор Шеридан пропала. Нашли ее брошенную машину на смотровой площадке Сторм-Кинг-парка. Мистер Диган у нас, в конторке. Только что слышала, как он орал, что кого-то упустили.
   — Спасибо, Эми. Уже бегу, — сказал Джейк и повернулся к Дюку. — В общем, не нужна мне здесь уже стоянка, но все равно спасибо.
   — Вон едет тот парень со встречи, о котором я тебе рассказывал, — сказал Дюк, показывая пальцем на улицу. — Ого, как несется! Штрафанут, если не образумится.
   Джейк оглянулся достаточно быстро, чтобы увидеть и узнать водителя.
   — Это он здесь еду покупал? — спросил он.
   — Он. Этим утром не пришел, но все дни покупал кофе и гренку, а иногда заходил вечером за кофе и бутербродом.
   Может, он покупал их Лауре? — размышлял Джейк. А сейчас пропала доктор Шеридан. Я должен позвонить Сэму Дигану. Уверен, он захочет проверить бывший дом Лауры. Потом я поднимусь туда и подожду его, решил он.
   Он позвонил в отель.
   — Эми, дай мистера Дигана. Это важно. Эми вернулась быстро.
   — Мистер Диган велел передать, чтобы ты пошел к черту.
   — Эми, скажи мистеру Дигану, что я, пожалуй, знаю, где он может найти Лауру Уилкокс.

94

   Дверь в спальню распахнулась, и Джин подняла глаза. На пороге стоял Филин. На руках он нес стройную девушку в темно-серой форме курсантов Вест-Пойнта. С довольной улыбкой он пересек комнату и уложил Мередит к ногам Джин.
   — Узри дщерь свою! — торжественно сказал он. — Смотри на ее лицо. Видишь знакомые черты? Разве она не прекрасна? Разве тебе нечем гордиться?
   Рид, подумала Джин, это Рид! Лили — воплощенный Рид! Узкий орлиный нос, широко расставленные глаза, высокие скулы, золотистые волосы. Боже мой, неужели он убил ее? Нет, нет, она дышит!
   — Не тронь ее! Не смей трогать ее! — закричала она, ее голос сорвался.
   С кровати доносились всхлипы перепуганной Лауры.
   — Я ее не трону, Джинни. Я ее убью, а ты будешь наблюдать. Затем наступит черед Лауры. Потом твой. Кстати, думаю, я окажу тебе этим услугу. Не представляю себе, как ты сможешь жить после того, как увидишь смерть своей дочери, не так ли?
   Нарочито медленно Филин пересек комнату, взял полиэтиленовый пакет с надписью «Лили/Мередит» и вернулся. Он встал на колени рядом с бесчувственной Мередит и снял пакет с вешалки.
   — Джин, хочешь помолиться? — спросил он. — Мне кажется, сейчас уместно читать двадцать третий псалом. Давай: «Господня — земля и что наполняет ее...»
   Сама не своя от ужаса, Джин наблюдала, как Филин натягивает пакет на голову Лили.
   — Нет... нет... нет...
   Прежде, чем полиэтилен дошел до ноздрей Лили, она рывком наклонила стул вперед и упала, прикрыв дочь собственным телом. Стул придавил руку Филина. Он завопил от боли. Пытаясь высвободить руку, он услышал, как внизу выбили переднюю дверь.

95

   Когда Сэм Диган взял телефонную трубку поговорить с Джейком, он не дал Джейку возможности произнести свою наспех состряпанную речь.
   Джейк хотел сказать: «Мистер Диган, несмотря на то обстоятельство, что вы прилюдно отказались признать мое содействие и выставили меня на посмешище, я достаточно великодушен, чтобы помочь вам в расследовании, главным образом по той причине, что я весьма обеспокоен судьбой доктора Шеридан».
   Он успел добраться лишь до «несмотря на то обстоятельство», как Сэм перебил его.
   — Слушай, Джейк. Джин Шеридан и Лаура в руках маньяка-убийцы. Не трать время попусту. Знаешь ты, где Лаура, или не знаешь?
   Без лишних слов Джейк поспешил рассказать все, что ему было известно.
   — Кто-то живет в бывшем доме Лауры на Маунтин-роуд, мистер Диган, несмотря на то, что он выглядит пустым. Один из выпускников почти каждый день покупал еду в закусочной на той улице, где дом. Только что проехал мимо. Думаю, что едет к дому.
   Едва Джейк назвал имя этого человека, как услышал щелчок телефона Сэма.
   Понятно, что информация заинтересовала Дига-на, подумал Джейк, поджидая на улице около бывшего дома Лауры. Не прошло и шести минут, как Диган вместе с другим детективом, Зарро, в сопровождении двух патрульных машин, притормозил у бордюра. Они ехали без сирен, что разочаровало Джейка, но он предположил, что они хотят застать этого типа врасплох.
   Он сказал Сэму, что по его убеждению, кто бы там ни был в доме, он находится в угловой спальне. Сразу же после этого они ворвались в дом, сломав переднюю дверь. Сэм велел ему оставаться снаружи.
   Вот уж нет, подумал Джейк. Он дал им время добраться до спальни и пошел следом, с фотоаппаратом через плечо. Когда он поднялся по лестнице на площадку, то услышал, что хлопнула дверь. Вторая спальня на первом этаже, подумал он. Там кто-то есть.
   Сэм Диган вышел из угловой спальни второго этажа с пистолетом в руке.
   — Спускайся вниз, Джейк! — приказал он. — Где-то здесь прячется убийца.
   Джейк показал вниз, в прихожую.
   — Он там.
   Сэм, Зарро и несколько полицейских пробежали мимо него. Джейк кинулся к двери спальни напротив, заглянул внутрь и, придя в себя после минутного потрясения от увиденного, навел фотоаппарат и принялся отщелкивать кадры.
   Он сфотографировал Лауру Уилкокс. Она лежала на кровати — вечернее платье измято, волосы спутаны. Полицейский поддерживал ее голову и подносил к губам стакан с водой.
   Джин Шеридан сидела на полу, обхватив руками молодую женщину в форме курсанта Вест-Пойнта. Джин плакала и шептала: «Лили... Лили... Лили...» Сначала Джейк подумал, что девушка мертва, но потом заметил, что она шевельнулась.
   Джейк нацелил фотоаппарат, и ему удалось запечатлеть на память потомкам тот миг, когда Лили открыла глаза и впервые с того дня, как родилась, посмотрела в глаза своей родной матери.

96

   Не пройдет и минуты, как они начнут ломиться в дверь, подумал Филин. А конец миссии был так близок. Он взглянул на оловянных филинов, которых сжимал в руке — ими он собирался украсить трупы Лауры, Джин и Мередит.
   Больше ему никогда не представится такая возможность.
   — Сдавайся, — крикнул Сэм Диган. — Все кончено. Ты же знаешь, бежать некуда.
   «Да нет, есть куда», — подумал Филин. Он вздохнул и достал из кармана свою маску. Натянул ее и посмотрел в зеркало над туалетным столиком — хорошо ли сидит. Положил оловянных филинов на комод.
   — Я филин и я живу на дереве, — громко сказал он. В другом его кармане был пистолет. Он достал его и приставил к виску. «Ночное время — моя пора», — прошептал он. Затем закрыл глаза и нажал на курок.
   Как только раздался выстрел, Сэм ногой выбил дверь. Он, Эдди Зарро и следовавшие за ним полицейские, ввалились в комнату.
   На полу лежало тело, рядом с ним — пистолет. Он упал на спину, маска оставалась на лице, пропитываясь кровью.
   Сэм наклонился, сорвал маску и заглянул в лицо человека, который отнял жизни стольких ни в чем не повинных людей. На трупе ясно проступили шрамы, оставшиеся после пластических операций, а черты лица, которые некий хирург постарался сделать столь привлекательными, теперь казались перекошенными и отвратительными.
   — Забавно, — сказал Сэм. — Гордон Эймори был последним, на кого бы я подумал, что он Филин.

97

   Этим вечером Джин ужинала с Чарльзом и Гэйно Бакли в доме Крэйга Майклсона. Мередит уже вернулась в Вест-Пойнт.
   — Когда ее осмотрел доктор, она настояла на том, чтобы вернуться сегодня же, — сказал генерал Бакли. — Она все еще волнуется перед экзаменом по физике, который будет завтра утром. Она очень дисциплинированная девочка. Из нее получится отличный солдат.
   Он пытался не подавать виду, как его потрясло известие о том, что его единственный ребенок находился на волосок от гибели.
   — Словно богиня Минерва, она вышла изо лба своего отца, — сказала Джин. — Вылитый Рид.
   Она погрузилась в молчание. Она до сих пор чувствовала невыразимую радость, вспоминая те мгновения, когда полицейский отвязал ее от стула, и у нее появилась возможность обнять Лили. Она пришла в такой невероятный восторг, когда Лили прошептала: «Джин... Мама».
   Их забрали в больницу на обследование, где они, сидя бок о бок, разговаривали, пытаясь наверстать почти двадцать упущенных лет.
   — Я всегда рисовала себе, как же ты выглядишь, — сказала Лили. — И, кажется, я представляла тебя именно такой, какая ты есть.
   — И я тебя. Я должна научиться звать тебя Мередит. Красивое имя.
   После того, как доктор разрешил их отпустить, он сказал:
   — Большинство женщин после такого потрясения начали бы пить транквилизаторы. Вы обе очень стойкие.
   Они зашли повидаться с Лаурой. Обезвоженная, она лежала под капельницей в лечебно-наркотическом сне.
   Сэм вернулся в больницу, чтобы отвезти их в отель. Но как только они вошли в вестибюль, то столкнулись с четой Бакли.
   — Мама, папа, — вскричала Мередит, и Джин, печально, но понимающе, смотрела на то, как Мередит кинулась их обнимать.
   — Джин, вы дали ей жизнь, и вы спасли ей жизнь, — спокойно сказала Гэйно Бакли. — С этого момента вы навсегда станете частью ее жизни.
   Джин смотрела через стол на эту великолепную семейную пару. Оба выглядели лет на шестьдесят. У Чарльза Бакли были седые, стального оттенка волосы, проницательные глаза, строгие черты лица и властный вид, который уравновешивало обаяние и теплая улыбка. Гэйно Бакли была весьма изящной, невысокой женщиной, которая, прежде чем стать женой военного, наслаждалась недолгой карьерой концертирующей пианистки.
   — Мередит превосходно играет, — сказала она Джин. — Жду не дождусь, когда вы ее послушаете.
   В субботу они решили втроем навестить Мередит в академии. Они — ее мать и отец, думала Джин. Они ее вырастили, заботились о ней, любили ее, и это их заслуга, что она стала такой чудесной девушкой. Но как бы там ни было, теперь и я займу место в ее жизни. В субботу я схожу с ней на могилу Рида и расскажу о нем. Она должна знать, каким он был замечательным человеком.
   Этот вечер был для нее и горьким, и сладким, и она знала, что Бакли все прекрасно поняли, когда, ссылаясь на усталость, она ушла вскоре после того, как подали кофе.
   В десять часов Крэйг Майклсон подвез ее в отель, где она увидела Сэма Дигана и Алису Соммерс, ожидавших ее в вестибюле.
   — Мы подумали, что ты, может быть, захочешь выпить с нами, — сказал Сэм. — Даже несмотря на всех этих лампочников, нам ухитрились выделить столик в баре.
   Джин смотрела на их лица, на глазах выступили слезы признательности. Они поняли, как тяжко мне будет сегодня вечером, подумала она. Затем увидела Джейка Перкинса, стоявшего около конторки. Она поманила его, и он поспешил к ней.
   — Джейк, — сказала она. — Сегодня днем я была не в себе, так что не знаю, поблагодарила я тебя по-настоящему или нет. Если бы не ты, то ни Мередит, ни Лауры, ни меня уже бы не было в живых.
   Она обняла его и поцеловала в щеку. Джейк явно был тронут.
   — Доктор Шеридан, — сказал он. — К сожалению, я не такой уж и сообразительный. Когда я увидел тех оловянных филинов на комоде, рядом с телом мистера Эймори, я рассказал мистеру Дигану, что нашел такого на могиле Элисон Кэндал. Может быть, если бы я сказал ему об этом сразу, к вам бы тут же приставили телохранителя.
   — Не бери в голову, — сказал Сэм. — В то время ты не мог знать, что в этом филине есть какой-то смысл. Доктор Шеридан права. Если бы ты не вычислил, что Лаура Уилкокс находится в том доме, они бы все погибли. Ладно, идемте, а то займут наш столик. — Какой-то миг он колебался, потом вздохнул. — Джейк, давай и ты с нами.
   Алиса стояла рядом с ним. Сэм увидел, что сказанное Джейком потрясло ее.
   — Сэм, на прошлой неделе, на годовщину Карен, я нашла оловянного филина на ее могиле, — поспешно сказала она. — Я держу его дома на антикварном шкафчике в маленькой комнатке.
   — Ах вот оно что, — сказал Сэм. — А я все пытался вспомнить, что же заметил на твоем шкафчике, что не давало мне покоя. Теперь понятно.
   — Должно быть, его положил туда Гордон Эймои, — уныло сказала Алиса.
   Когда они вошли в бар, Сэм приобнял ее. У нее тоже был адский денек, подумал он. Он рассказал Алисе, что Филин признался Лауре, что Карен он убил по ошибке. Алиса была сама не своя, узнав, что Карен убили лишь потому, что она случайно пришла и осталась на ночь. Но сказала, что по крайней мере это снимет клеймо подозрения с парня Карен, Сайреса Линдстрома, и что теперь-то она может надеяться, что в каком-то смысле все кончено.
   — Я отвезу тебя домой и заберу того филина со шкафчика, — сказал он. — Я не хочу, чтобы он попадался тебе на глаза.
   Они сели за стол.
   — И для тебя все завершилось, не правда ли, Сэм? — спросила Алиса. — За двадцать лет ты так и не бросил попыток раскрыть убийство Карен.
   — В этом смысле — кончено, но я надеюсь, что ты по-прежнему не будешь против, если я буду время от времени заходить к тебе в гости.
   — Заходи почаще, Сэм. Ты поддерживал меня долгих двадцать лет. Ты не вправе бросить меня теперь.
   Джейк сидел рядом с Джин. Вдруг его хлопнули по плечу.
   — Не возражаешь?
   Марк Флейшман уселся на его стул.
   — Я заходил в больницу повидать Лауру, — сказал он Джин. — Ей стало лучше, хотя, естественно, эмоциональный срыв. Но с ней все будет хорошо. — Он усмехнулся. — Она сказала, что с радостью полечится у меня.
   Джейк уселся с другой стороны от Джин.
   — Я считаю, что благодаря всем этим мучениям ее карьера резко пойдет в гору, — деловито сказал он. — Из-за всей этой шумихи на нее посыплется масса предложений. Это шоу-бизнес.
   Сэм взглянул на него. Боже мой, а ведь он прав, подумал он. И осознав это, он решил вместо бокала вина заказать двойной скотч.
   Джин узнала от Сэма, что Марк ездил по всему городу в надежде найти ее, а потом, когда Сэм позвонил ему, со всех ног кинулся в больницу к ним с Мередит. Он ушел, так и не повидавшись с ней, поскольку его уверили, что ее скоро выпишут. Он смотрел на нее с такой нежностью, что ей стало стыдно за свои сомнения в его адрес. И в то же время она была глубоко тронута.
   — Прости меня, Марк, — сказала она. — Я ужасно, ужасно об этом жалею.
   Он накрыл ее руку своей, точно так же, как несколькими днями раньше, успокоил и воодушевил ее, заставил снова ощутить искру чувства, на долгие годы ушедшего из ее жизни.
   — Джинни, — сказал Марк, улыбаясь, — не извиняйся. Я собираюсь дать тебе массу возможностей вознаградить меня. Я тебе обещаю.
   — У тебя когда-нибудь возникало подозрение, что это был Гордон? — спросила она.
   — Джин, понимаешь, в душе каждого из наших ребят творилось неизвестно что, не говоря уже о председателе встречи. Джек Эмерсон, может быть, и расторопный бизнесмен, но я бы не стал настолько ему доверять, чтобы сбросить со счетов. Отец говорил мне, что Джек считается местным ловеласом и пьяницей, хотя в рукоприкладстве замечен не был. Подозревали, что это он поджег то здание, десять лет назад. Одна из причин — в ночь пожара охранник, возможно подкупленный Джеком, ни с того, ни сего сделал обход, чтобы удостовериться, что в здании никого нет. Ведь это означало навлечь на себя подозрения, однако это же и наводит на мысль, что Эмерсону не хотелось никого убивать.
   Какое-то время, я думал, что Робби Брент мог быть убийцей девушек, сидевших с тобой за обеденным столом. Помнишь, каким он был в детстве хмурым? А во время встречи выпускников, на банкете, он вел себя настолько злобно, что это натолкнуло меня на мысль: он способен нанести вред не только эмоциональный, но и физический. Я просмотрел в Интернете информацию о нем. Он рассказывал одному журналисту, что страдает боязнью нищеты, что все свои деньги вкладывает в землю, по всей стране, а регистрирует участки под вымышленными именами. Также приводятся его слова, что он был бездарем в семье гениев, изгоем в школе. Он сказал, что освоил искусство высмеивания, так как сам неизменно являлся мишенью для острот. В итоге он просто возненавидел каждого в этом городе.
   Марк пожал плечами.
   — Но потом, когда я уже был уверен, что он Филин, Робби исчез.
   — Мы полагаем, что он заподозрил Гордона и прокрался за ним в тот дом, — сказал Сэм. — На лестнице нашли пятна крови.
   — В Картере столько злобы, что я считала его способным на убийство, — сказала Джин.
   Марк покачал головой.
   — А я никогда так не считал. Картер постоянно срывает свою злость на людям и в своих пьесах. Я все их читал. Ты тоже почитай как-нибудь. Тут же узнаешь в некоторых персонажах знакомых тебе людей. Именно таким образом он и вымещает свою злобу на тех, кого полагает своими мучителями. Ему незачем заходить дальше этого.
   Джин заметила, что Сэм, Алиса и Джейк внимательно слушают Марка.
   — Итак, остались только Гордон Эймори и ты. Марк улыбнулся.
   — Несмотря на твои сомнения, Джинни, я знал, что невиновен. Чем больше я присматривался к Гордону, тем сильнее его подозревал. Одно дело исправить сломанный нос или убрать мешки под глазами, но вот полное изменение внешности всегда казалось мне чем-то ненормальным. Я ему не поверил, когда он сказал, что даст Лауре работу в одном из своих телесериалов. Мне было ясно, что ему неприятны ее заигрывания на встрече выпускников, поскольку он прекрасно понимал, что она просто пытается его использовать. Но в то же время, сегодня утром, поскольку Гордон находился в отеле после твоего исчезновения, я подумал, что ошибался на его счет. Говоря начистоту, когда я ездил по городу, пытаясь тебя разыскать, я обезумел. Я был уверен, что с тобой произошло нечто ужасное. Джин повернулась к Сэму.
   — Я знаю, что в больнице вы разговаривали с Лаурой. Она вам случайно не сказала, не признался ли ей Гордон, каким образом он умудрился сделать так, чтобы те четыре смерти выглядели словно несчастные случаи, а смерть Глории как самоубийство?
   — Гордон похвастался об этом Лауре. Он сказал ей, что долго следил за каждой из девушек, а потом убивал. Машина Кэтрин Кэйн слетела в Потомак после того, как он что-то сделал с ее тормозами. Синди Лэнг не попадала под лавину — он присоединился к ней на склоне и сбросил тело в расселину. В тот день сорвалась лавина, и все решили, что ее накрыло. Тело так и не нашли.
   Сэм не спеша отпил скотч, затем продолжил.
   — Он позвонил Глории Мартин и спросил, не против ли она, если он зайдет к ней выпить. К тому времени она знала, что он преуспевает и отлично выглядит, поэтому согласилась. Но она так и не смогла побороть в себе желание поиздеваться над ним, сбегала в лавку и купила фигурку филина. Гордон напоил ее, а когда она заснула, задушил полиэтиленовым пакетом, оставив филина в ее руке.
   Алиса ахнула.
   — Господи, какой же он был злодей.
   — Да, он был злодей, — согласился Сэм. — Дебра Паркер училась пилотировать самолет на небольшом аэродроме. Охрана там была неважная. Гордон и сам имел лицензию пилота, так что он прекрасно знал, как лучше всего испортить самолет перед ее первым самостоятельным вылетом. А Элисон он убил незатейливо — просто удерживал ее под водой в бассейне.
   Сэм сочувственно посмотрел на Джин.
   — И мне известно, Джин, что он сказал вам с Мередит, как сбил Рида Торнтона.
   Марк неотрывно смотрел на Джин.
   — Когда я виделся с Лаурой в больнице, она сказала, что у него было три полиэтиленовых пакета, подписанных вашими именами, и он хотел удушить ими тебя, Лауру и Мередит. Господи, Джинни, когда я думаю об этом, то просто с ума схожу. Если бы с тобой что-то случилось, я бы этого не пережил.
   Нарочито медленно он взял ее лицо в ладони и поцеловал долгим, нежным поцелуем, которым было сказано все, что он не выразил словами.
   Внезапно все вспыхнуло, и они испуганно подняли глаза. Джейк уже стоял на ногах, с фотоаппаратом, нацеленным на них.
   — Всего лишь цифровик, — пояснил он, радостно улыбаясь, — но это классный фотосюжет, я в этом знаю толк.

Эпилог

   Вест-Пойнт, церемония вручения дипломов
   — Поверить не могу, что прошло каких-то два с половиной года, с тех пор как Мередит вошла в мою жизнь, — сказала Джин Марку. Ее глаза сияли гордостью — она наблюдала, как выпускники маршируют по плацу в роскошной парадной форме: серых сюртуках с начищенными золотыми пуговицами, накрахмаленных белых брюках, белых перчатках и головных уборах.
   — Многое случилось за это время, — согласился он.
   Стояло чудесное июньское утро. Стадион Мичи заполнили гордые родители курсантов. Чарльз и Гэйно Бакли сидели напротив них. Рядом с Джин сел генерал в отставке Кэррол Рид Торнтон и его жена, они наблюдали, как марширует их обожаемая внучка.
   Столько хорошего случилось после всех этих страданий, подумала Джин. Они с Марком недавно отпраздновали вторую годовщину свадьбы и первый год со дня рождения их сына Марка Денниса. Материнство, переживание поразительных мгновений его жизни смягчали страдание от того, что она не заботилась о Мередит.
   Мередит была без ума от своего братика, хотя и заметила со смехом, что вряд ли сможет подолгу с ним нянчиться. Как только церемония закончится, она станет вторым лейтенантом армии Соединенных Штатов.
   Она и Джейк стали крестными малыша Марка. Джейку доставляло удовольствие исполнять свои обязанности, которые выражались в том, что он забрасывал их статьями по уходу за ребенком, высылая их из Колумбийского университета, где теперь учился.
   Несколькими рядами дальше сидели Сэм и Алиса. Я так рада, что они сошлись, подумала Джин. Им очень хорошо вдвоем.
   Порою Джин мучили кошмары о той ужасной неделе встречи выпускников. Но она часто подумывала, что те обстоятельства свели их с Марком вместе. А если бы она никогда не получала тех факсов, то, наверное, так и не знала бы Мередит.
   Все началось в Вест-Пойнте, подумала она, и тут оркестр заиграл «Звездно-полосатое знамя».
   На протяжении всей церемонии она то и дело вспоминала весенний полдень, когда к ней на скамейку впервые подсел Рид и завел разговор. Он — моя первая любовь, с нежностью думала она. Он всегда будет в моем сердце. А потом, когда Мередит Бакли вызвали на вручение диплома, Вест-Пойнтского диплома, до получения которого не дожил Рид, Джин убедилась — так или иначе, он сегодня здесь, вместе с ними.