Отшвырнув прочь омерзительную маску, Джерри развернулся и зашагал к своему войску. Двое всадников помчались ему навстречу – Юд и Коха. Белый великан вел с собой оседланного родала, черный карлик вез новый меч и фляжку с горячим пульчо.
   Джерри жадно припал к фляжке, снова вскочил в седло и поскакал к своему шатру. Там его ждал лекарь, который очистил и обработал раны, пока землянин совещался со своими офицерами.
   Хотя все они были в ярости, Джерри приказал им сдерживать солдат.
   – Разве я не советовал вам всегда, – сказал он, – поступать так, как меньше всего ожидает враг? Если мы сейчас ввяжемся в бой с армией Саркиса, мы сделаем то, чего он от нас ждет. А мы покуда посидим тихо и посмотрим, как он поступит. Тогда и решим, как быть.
   Едва он успел закончить свою речь, как с неба спустился один из крылатых разведчиков. Спешившись, он подбежал к землянину и отсалютовал.
   – Сзади подходит вил Нумин с огромным войском! – возбужденно прокричал он. – Почти вдвое больше нашего! Мы в ловушке между двумя врагами!

Глава 17

   На лицах офицеров отразился испуг, но Джерри уверенно усмехнулся.
   – Именно это я и подозревал. Хорошо, что мы не атаковали армию Саркиса, потому что, ослабленные потерями, мы стали бы легкой добычей вила Нумина.
   По правде говоря, ничего подобного Джерри не подозревал, и теперь он должен был думать – и думать быстро, если хотел спасти свою армию от полного уничтожения. Но он понимал, что нужно поддержать боевой дух своих соратников.
   – Сворачивайте лагерь, – приказал он, – но так, чтобы враг ничего не заметил. Шатры пока что пусть стоят, но будьте готовы собрать их в любую минуту.
   Офицеры поспешили прочь, чтобы исполнить его приказ, а Джерри сел и налил себе пульчо.
   – Почему не двинуться на юг или на север? – предложил Юд. – Наши враги на западе и на востоке.
   – Ты меня удивляешь, Юд. Как ты думаешь, что они в таком случае сделают?
   – Понятия не имею.
   – Я тоже. Но я уверен, что они могут так же быстро двинуться на юг или на север, по пути сжимая нас с двух сторон. И могут загнать нас в ловушку. На этих холмах у нас по крайней мере выгодная позиция.
   – Но даже эта выгодная позиция на вершинах холмов не спасет нас от превосходящих сил противника, – заметил Коха.
   – Если бы спасла, то и ломать голову было бы не над чем, – ответил Джерри. – А пока перед нами стоит проблема и я намерен поискать ее решение. Приготовь мне гора, я хочу осмотреть окрестности.
   Карлик поспешно заковылял прочь и скоро вернулся оседланным птицезверем. Джерри вскочил в седло, потянул вверх жезл управления и взмыл в воздух. Вначале он перелетел равнину Линг и взглянул сверху на армию Саркиса. В лагере Истязателя царило явное оживление.
   Джерри повернул и, поднявшись выше, пролетел над, своим лагерем и направился к войску вила Нумина. Пока он летел, солнце ушло за горизонт, и теперь пустынные гряды внизу были освещены только бледным светом дальней луны.
   Наконец Джерри разглядел армию вила Кальсивара. Войско было многочисленным, и он понимал, что стычка с ним закончится более чем плачевно для его небольшой армии. Джерри прикинул, что, если только вил Нумин не пустит в ход воздушные силы, он сможет атаковать его армию через полчаса, не раньше. А потому землянин повернул гора и понесся назад к своему лагерю.
   Он еще не долетел до своего шатра, а дальняя луна уже зашла. Но и в лагере Истязателя, и в его собственном ярко горели костры, и при их свете Джерри сумел благополучно приземлиться.
   Здесь он нашел своих старших офицеров перепуганными еще сильнее прежнего. Но теперь Джерри уже знал, что делать.
   Прежде всего он приказал погасить все костры. Затем шатры собрали и уложили вместе с остальным скарбом. Как только это было проделано, в кромешной тьме и почти бесшумно Джерри построил свое небольшое войско треугольником, поставил в центре его вьючных родалов, а стороны треугольника образовали кавалеристы на родалах. Всадники на горах и флаеры летели клином над пехотой. Хотя Джерри мог оседлать гора или сесть во флаер, он предпочел скакать впереди своего основного войска и ехал в вершине огромного треугольника, направленной к позициям Саркиса; слева от него ехал Юд, справа Коха.
   В такой темноте людям трудно было рассмотреть друг друга, они не раз сталкивались, пока войско двигалось прямо к позициям Саркиса. Едва изгои успели пересечь равнину, как на холмах, покинутых ими, замелькали баридиевые факелы передовых отрядов вила Нумина.
   Подгоняя своих людей, Джерри вел их на гребень холма. В любой момент он ожидал контратаки Саркиса и был удивлен, когда этого так и не случилось. Походные костры во вражеском лагере горели все так же ярко, возле них суетились тени, и, лишь подойдя ближе, Джерри понял наконец, в чем дело. Все шатры, которых еще днем здесь стояло великое множество, исчезли, и не было видно ни одного родала.
   Великан Юд сообразил, в чем дело, так же быстро, как землянин, и впал в неописуемую веселость.
   – Клянусь мощью Дэзы! Истязатель славно над нами подшутил. И если б ты сейчас не решился атаковать его позиции, мы бы так и торчали на холмах Зокар, безуспешно сражаясь с войском вила!
   – Мы еще не избежали опасности, – отвечал Джерри. – Вил Нумин идет за нами по пятам, и скоро взойдет ближняя луна. – Он обратился к офицерам, скакавшим поблизости от него: – Передайте по рядам приказ: разбиться на небольшие группы и рассредоточиться. Пусть все лорвоки вернутся к своим племенам и десять дней остаются с друзьями и семьями. А через десять дней мы встретимся на холмах Атаба. Те, у кого нет родного племени и семьи, пусть живут, где хотят, пока не настанет день нашей встречи. Я же отправляюсь на болота прямо сейчас, с флаерами.
   Он подал сигнал большому флаеру, который летел прямо над ними, и машина тотчас же приземлилась. Джерри, Юд и Коха спешились и поднялись во флаер.
   Приказ землянина был исполнен быстро и без лишнего шума. И к тому времени, когда армия вила миновала холмы Зокар и поднялась ближняя луна, след, по которому шли солдаты вила, распался на сотни небольших следов, веером расходившихся по пустыне и разбегавшихся все сильнее и сильнее, пока не осталась тысяча совсем слабых следов, по которым не стоило гнать такую большую армию.
   Джерри увел свои воздушные силы прямо к болотам Атаба. Там были поставлены несколько шатров, которые привезли во флаерах, но большинство всадников с горами устроили стоянку прямо под открытым небом, кутаясь в шкуры. Позднее вьючные родалы, если их не захватят враги, прибудут сюда с шатрами и другим имуществом.
   Землянин сидел в своем шатре, запивая поспешно приготовленный Кохой ужин пульчо, и чем больше размышлял, тем тверже убеждался в том, что Истязатель преследовал и иную цель, кроме как втянуть его в бой с войском вила Нумина.
   А потому он вызвал йена разведчиков и приказал немедленно поднять в воздух сотню всадников и разослать их во всех направлениях, чтобы доставили ему известия о местонахождении и Саркиса, и вила Нумина.
   Как только йен разведчиков ушел, Джерри вызвал йена шпионов. После короткого совещания решено было послать двенадцать шпионов – пусть поодиночке летят на горах в Ралиад и разузнают, что там происходит.
   На следующий день рано утром Джерри разбудил чернокожий карлик, который протянул ему кубок с дымящимся пульчо и сказал:
   – Только что из Ралиада вернулся шпион с важными новостями. Позвать его?
   – Немедленно, – ответил Джерри.
   По приглашению Кохи в шатер вошел маленький, с вкрадчивыми движениями человечек в одежде раба.
   – Что ты узнал, Эни? – спросил Джерри.
   – Саркис в Ралиаде.
   – Что?! Ты хочешь сказать, что его взяли в плен?
   – Отнюдь. Пока вил Нумин гонялся за нашей армией, Истязатель повел своих солдат к западным воротам Ралиада. Его появление стало сигналом для тех, кто тайно сочувствовал бунтовщикам, – они напали на оставшихся в городе солдат и офицеров, верных вилу. Предатели открыли Саркису ворота, и он, почти не встретив сопротивления, промаршировал прямо ко дворцу. Все белые нобили, кто не успел бежать, убиты или заключены в темницу. Бронзовокожие дворяне захватили их титулы, чины и владения, и принц мовил Тоор провозглашен видом Кальсивара.
   – Но Джуния!.. Что с ней?
   – Она пленница во дворце. И Истязатель предложил ей выбор: стать женой мовила Тоора или умереть под палящим диском.
   – И что она выбрала?
   – Этого я не знаю.
   – Но что же вил Нумин?
   – Он вернулся в Ралиад прошлой ночью, но ворота перед ним закрыли, а на стенах были солдаты Саркиса. Он много раз бросался в атаку, но был отбит с большими потерями. Сегодня с рассветом он отступил и стал лагерем на равнинах Лэв, в пределах видимости города.
   – Ты хорошо поработал, Эни, – сказал Джерри, – и я прослежу за тем, чтобы тебя щедро вознаградили. Подожди снаружи моих дальнейших приказаний.
   Шпион отсалютовал и вышел из шатра, а Джерри повернулся к своим телохранителям и советчикам.
   – Наконец-то мы узнали суть хитрых замыслов Истязателя, – сказал он. – На сей раз он меня перехитрил, хотя мне и удалось частично разрушить его планы. Он намеревался избавиться от меня, уничтожить мою армию и ослабить войско вила Нумина, пока сам будет брать в свои руки Ралиад.
   В эту минуту стражник отдернул полог и объявил:
   – Шпион Альго из лагеря вила Нумина.
   – Пусть войдет, – ответил Джерри.
   Рослый, с военной выправкой белый человек средних лет, одетый в мундир дворцовой стражи, вошел в шатер и отсалютовал.
   – Эни сообщил мне, что случилось прошлой ночью, – сказал Джерри. – Кто направил вила Нумина по нашему следу>
   – Новила Найша, – ответил шпион. – Вчера днем она вошла в аудиенц-зал и попросила выслушать ее сообщение чрезвычайной важности. Ей было дозволено говорить, и она сказала вилу, что ее раб, возвращаясь из поместья на канале Корвид, пролетал над холмами Зокар на своем горе и видел, что там находится лагерь твоей армии. Вил Нумин соскочил с трона, велел собирать большую армию и сам вышел во главе ее, чтобы уничтожить нас.
   – А о том, что напротив нас стоит армия Саркиса, она ничего не сказала?
   – Ни слова.
   – Вот как!
   Джерри спрыгнул с дивана.
   – Это все, Альго. Можешь возвращаться в лагерь вила Нумина, а через два дня явишься с отчетом.
   Когда Альго отсалютовал и вышел, Джерри повернулся к Кохе:
   – Достань мне одежду дворцового раба. Я собираюсь посетить императорский дворец в Ралиаде.

Глава 18

   Приняв облик бронзовокожего дворцового раба, повесив на грудь хрустальный диск солнцепоклонника и оседлав быстрого, выносливого гора, Джерри полетел к Ралиаду, не обращая внимания на скользившие под ним живописные пейзажи.
   Когда показался императорский дворец, Джерри описал высоко над ним круг, выискивая место для посадки. Истязатель разместил стаю своих горов в лагунах сада на дворцовой крыше – вил Нумин никогда не позволял чего-либо подобного. Однако это облегчило Джерри его задачу, и он решил приземлиться прямо на дворцовой крыше.
   Поэтому он выбрал лагуну, которая находилась ближе всего к той стороне здания, где, как знал Джерри, размещались апартаменты Джунии, и опустился на покатый пляж. Бронзовокожий слуга в кожаных шортах выбежал ему навстречу.
   – Здесь нельзя приземляться, раб, – проворчал он. – Только воины Саркиса и вила Тоора могут размещать горов в этих лагунах!
   Ничего не ответив, Джерри отвязал и бросил ему ремень, которым прикреплялся к седлу жезл управления. Затем он спрыгнул на землю.
   – Разве я не сказал тебе, что здесь нельзя приземляться? – возмутился слуга.
   – Болван! – отрезал Джерри. – Я несу важные новости для его святейшества. Хочешь, чтобы он узнал, как ты задержал меня? Для таких, как ты, и предназначено палящее око Солнечного Бога!
   – Прости меня, господин, – униженно пробормотал слуга. – Я не узнал в тебе посланника святейшего.
   – Проследи, чтобы моего гора напоили и накормили как следует и чтобы он был готов к моему отлету, потому что мне, вероятно, скоро нужно будет улететь снова.
   – Слышу и повинуюсь, господин мой, – отвечал слуга и почтительно отсалютовал.
   Джерри с важным видом зашагал к ближайшему транспортному туннелю, но едва поворот тропинки скрыл его от глаз слуги, землянин нырнул в заросли и пробрался к стене, окаймлявшей дворцовую крышу. Здесь он поднялся по лестнице и, подойдя к самому краю стены, выглянул за балюстраду.
   Он почти сразу узнал балкон Джунии, который был в верхнем ряду, да и нетрудно было его узнать: висячие диваны с золотыми цепями и мягкими ярко-синими подушками, золотые столики, инкрустированные ляпис-лазурью, могли украшать только покои вила или его дочери.
   Сунув руку под головной покров, Джерри извлек клубок тонкой и прочной веревки. Подойдя к тому месту, прямо под которым был балкон Джунии, он привязал конец веревки и бросил клубок. Веревка упала среди цветочных горшков, и Джерри заметил, что она не только достигла пола, но и в запасе осталось добрых двенадцать футов.
   Землянин быстро огляделся, чтобы убедиться, что его никто не заметил, перемахнул через балюстраду, по веревке соскользнул вниз и беззвучно приземлился на балконе. Он осторожно пробрался среди цветочных горшков к окну и заглянул в комнату.
   Сердце его бешено забилось при виде девушки, которая значила для него больше, чем сама жизнь. Джуния сидела перед столиком, уставленным различными яствами. Бронзовокожая рабыня уговаривала ее поесть, но принцесса только прихлебывала пульчо из маленького драгоценного кубка.
   Джерри скорчился в зарослях, размышляя, как бы лучше сделать так, чтобы она его заметила, но тут на лице девушки выразились явный гнев и отвращение. Она смотрела в ту часть комнаты, которой Джерри со своего места видеть не мог. Кто-то вошел в комнату – видимо, в доспехах, потому что Джерри услышал лязг металла.
   А затем он узнал гулкий, замогильный голос Саркиса.
   – Я пришел, чтобы узнать твое решение, принцесса. Великий Солнечный Бог приближается к зениту, и скоро настанет время полуденного жертвоприношения. Говори немедленно, станешь ли ты сегодня женой вила Тоора или же отправишься под палящее око.
   Снова лязгнул металл, и Истязатель подошел ближе к Джунии. За ним шли двое чернокожих воинов. Девушка встала и с гневным презрением сказала:
   – Ты пришел за моим ответом? Получи же его, безымянный, прячущий лицо под маской, чтобы не запятнать его своими злыми делами! Я не стану женой лжевила, моего кузена и твоей марионетки. Ты предложил мне два выхода, но Дэза дает третий!
   С этими словами она резко повернулась и выпрыгнула в окно.
   – Держите ее! – прорычал Истязатель.
   И не успела Джуния пробежать и половины балкона, как один из чернокожих уже схватил ее. И тогда Джерри, выхватив из ножен меч, выскочил из укрытия. Прыжок – и он оказался перед потрясенным стражником. Скользящий удар меча раскроил голову воина от макушки до подбородка.
   – Не тревожься, принцесса! – бросил Джерри, когда Джуния вырвала свою руку, и развернулся навстречу другому стражнику, который бросился на него с мечом. Землянин молниеносно парировал удар и поймал чернокожего на свой меч.
   Истязатель мчался к двери и громко звал стражу. Джерри сорвал с пояса булаву и со всей силы швырнул ее вслед Саркису. Булава ударила точно в затылок золотого шлема, и Истязатель ничком рухнул на пол.
   Перепрыгнув через упавшего врага, Джерри оказался у двери и рывком задвинул засов в тот самый миг, когда из-за поворота коридора выбежал отряд стражников. Обнаружив, что дверь заперта, они принялись молотить по ней мечами и булавами, но Джерри знал, что управятся они с дверью не скоро.
   Сунув меч в ножны, он подхватил свою булаву. Ему очень хотелось сорвать маску с поверженного Истязателя, но дорога была каждая секунда, если он хочет осуществить свой план. Содрав с дверей синюю с золотом портьеру, землянин выбежал на балкон. Джуния стояла у перил.
   – Кто ты такой? – требовательно спросила она. – Не подходи ко мне, или я спрыгну!
   Вместо ответа Джерри одним прыжком оказался около нее и набросил на нее портьеру.
   – Вот теперь я тебя узнала, Джерри Морган! – воскликнула девушка. – Кто еще на Марсе может так прыгнуть? Отпусти меня!
   – Вы должны довериться мне, ваше высочество, – отвечал Джерри, плотнее заматывая в портьеру ее хрупкую фигурку. – Я пришел спасти вас. Сопротивление только подвергнет опасности нас обоих.
   – Как я могу довериться убийце моего брата?
   Но у Джерри не было времени отвечать. Перебросив через плечо свою драгоценную ношу, он побежал к веревке. Он отрезал дагой футов двенадцать веревки, быстро сделал петлю и привязал девушку к себе на спину. Дверь ее покоев уже затрещала, когда он начал проворно карабкаться по веревке вверх, перебирая руками, – к балюстраде, нависавшей над балконом.
   Слуга удивился, увидев у посланника странный сверток, но Джерри резко бросил:
   – Веди моего гора, болван! Не видишь – я спешу! Явно озадаченный, но не смевший возражать, слуга зашлепал по мелководью и вывел громадного птицезверя на песок.
   Джерри взобрался в седло, закрепил ремень жезла управления, снял страховочные цепи с крыльев гора и прицепил их к кольцам в поясе. И в этот миг из ближайшего туннеля донеслись крики и в сад вывалились стражники.
   – Держите его! – завопил офицер. – Хватайте раба! Он похитил принцессу!
   Землянин рывком вздернул жезл, и птицезверь, пробежав по пляжу, расправил крылья и взмыл в воздух.
   Едва Джерри пролетел расстояние полета дротика от дворцовой крыши, он повернул гора к равнинам Лэв у канала Корвид, где, как он слышал, стоял лагерем вил Нумин. Он намеревался вернуть Джунию отцу и бежать прежде, чем его опознают.
   Едва он миновал территорию дворца, как десятка два всадников на горах ринулись в погоню за ним. Как раз по пути был храм Милосердия, и Джерри, глянув вниз, увидал, что на крыше храма установлен один из гигантских палящих дисков. Вокруг диска стояли жрецы в желтых тогах, окруженные отрядом бронзовокожих солдат. Некоторые из этих солдат держали горов.
   Когда Джерри пролетал мимо, один из солдат случайно поднял голову и тотчас же окликнул своих спутников. В считанные секунды они повскакали в седла и помчались наперерез землянину.
   Теперь Джерри пришлось лететь на городом, почти под прямым углом к нужному направлению. Времени прошло изрядно, прежде чем они пролетели над огромной стеной, обозначавшей границы Ралиада. Джерри понимал, что рано или поздно птицезверь устанет нести двойную ношу и тогда их нагонят и убьют. Если только прежде Джерри не встретит своих крылатых всадников. А потому он все время понемногу поворачивал голову своего птицезверя, направляя его к болотам Атаба.
   Так они летели долго, когда Джерри вдруг осознал, что полуденное солнце больше не жжет его своими лучами. Глянув вверх, он увидел, что солнце закрыл край гигантской красновато-бурой тучи, которая раскинулась во все небо, словно изодранный плащ исполина, доходя до самого горизонта.
   Джерри за все время его пребывания на Марсе не доводилось видеть ни тучки, но ему рассказывали о чудовищных песчаных бурях, которые время от времени терзают лик планеты.
   Он не сомневался, что туча, которая со зловещей быстротой мчалась прямо к нему, состояла из песка и всего, что сумели поднять с поверхности Марса мощные смерчи. Землянин увидел, как рваный язык тучи тянется к его преследователям. Миг – и буря накрыла их, расшвыряв, как листья на ветру, и поглотила бесследно.
   Джерри торопливо распустил головной покров и натянул на лицо прозрачную гибкую маску. Набросив покров на драгоценную ношу за спиной, он ждал удара бури. Его гор опустил на глаза прозрачные веки-пленки и поднял сетчатые перепонки-клапаны, прикрывая ими ноздри.
   За спиной, настигая всадника, катился рокочущий рев, который все нарастал и наконец сделался нестерпимо громким, оглушающим. А потом ударила буря.
   При первом же ударе исполинской стихии гор перевернулся, и Джерри на миг повис на страховочных цепях. Песок яростно молотил по его маске и покрову, проникал в щели, забивая глаза, уши и ноздри. Потом гор выровнял полет, и Джерри сумел вскарабкаться в седло и со всей силы вцепился в луку.
   Мир вокруг него превратился в кипящий океан песка.
   Шли часы, а буря все не утихала. Наконец гор затрепыхался, слабея на глазах, и закувыркался, стремительно падая на землю.
   И вдруг со всего размаха ударился о что-то твердое. Джерри швырнуло вперед с такой чудовищной силой, что страховочные цепи вырвали кольца у него из пояса.

Глава 19

   Когда Джерри пришел в себя, кто-то тряс его за плечо, выкрикивая его имя.
   – Джерри Морган, отзовись! О Дэза, пусть только он будет жив!
   Он открыл глаза и увидел над собой испуганное лицо Джунии. Он лежал на песке, а девушка склонилась над ним. С чистого неба падали косые лучи яркого послеполуденного солнца.
   – Джуния! – воскликнул он. – Ты цела?
   – О да, а ты?
   Джерри сел, и голова у него сразу заныла. Пальцы Джерри нащупали шишку – болезненную, но не опасную.
   – Видно, я столкнулся с чем-то таким же твердым, как мой череп, – пробормотал он, с трудом поднимаясь на ноги, – но особо мне это не повредило.
   Джуния не ответила. Как только она убедилась, что он не ранен, ее отношение к нему разительно изменилось, и Джерри понимал почему. Она не могла чувствовать ничего, кроме вражды, к предполагаемому убийце своего брата.
   – Ваше высочество, – сказал он, – ничего бы я так не желал, как доказать вам, что я неповинен в… в преступлении, которое, как вы полагаете, я совершил.
   При этих словах Джуния повернулась к нему и проговорила почти со злостью:
   – Дэза свидетель, как бы я этого хотела! Но одни слова ничего не доказывают.
   Он поднялся и подошел к гору, который валялся, наполовину присыпанный песком, и тяжело дышал, раскинув огромные перепончатые крылья и вытянув голову. Джерри потянул за жезл управления, но, когда отпустил его, голова гора снова безжизненно откинулась на песок.
   Рукояткой булавы Джерри начал отгребать песок и вдруг заметил на песке кровь – там, где крыло гора соединялось с туловищем. Оказалось, что кость у птицезверя переломана. Этот гор уже никогда не взлетит… Джерри догадывался, что бедная тварь немыслимо страдает.
   Он решительно подошел к голове гора и, занеся булаву, ударил ею гора по черепу.
   – Нам придется идти пешком! – крикнул он Джунии.
   – Разумеется, – отозвалась она, – после того, как ты уничтожил единственное наше средство передвижения.
   – Если ты взглянешь на левое крыло гора, то сразу поймешь, почему я так поступил.
   Вначале Джуния явно не собиралась последовать его совету, но любопытство оказалось сильнее, и она подошла к гору.
   – О, бедняжка! – воскликнула она. – И ты убил его, чтобы прекратить его страдания!.. Прости меня, Джерри Морган!
   – Охотно, – отвечал он. – Как ты думаешь, где мы оказались?
   – Понятия не имею, – созналась она, – эта местность мне так же незнакома, как и тебе. А пустыня везде одинакова.
   Джерри снял с седла мертвого гора связку дротиков и повесил ее на плечо. Затем он скатал портьеру, в которой увез девушку, перевязал веревкой и тоже забросил на плечо.
   – Идем, – сказал он. – Взберемся на самую высокую дюну, какая только найдется. Может быть, сумеем разглядеть еще что-то, кроме пустыни.
   Самая высокая дюна была к северо-западу от них, и они побрели к ней по мягкому песку. Забравшись на гребень дюны, они увидели далеко на юге цепочку низких холмов, поросших скудной растительностью. Во всех других направлениях видны были только бесплодные дюны охряно-желтого песка.
   – Там, где есть растительность, могут быть вода и пища, – сказал Джерри. – Лучше всего будет двинуться на юг.
   Пройдя около пяти миль, они добрались до подножия тех самых холмов, которые разглядели с гребня дюны. Вблизи холмы выглядели далеко не так приветливо. Скудная растительность оказалась по большей части колючим кустарником, который не сулил ни пищи, ни убежища. И воды тоже не было видно.
   После короткого подъема они взобрались на вершину холма, и Джуния вскрикнула от радости при виде того, что открылось им по ту сторону холмов. Перед ними была зеленая долина, по которой текла извилистая узкая речка. Здесь была вода и, несомненно, еда – судя по деревьям и кустарникам, которые росли вдоль берегов речки, здесь можно было отыскать плоды и орехи.
   С возродившейся в сердцах надеждой они сбежали вниз по склону холма и бросились прямиком к речке. Ополоснув свой складной походный кубок, Джерри предложил его Джунии, но та отказалась и пила прямо из сложенных чашечкой ладоней. Они долго сидели у воды, утоляя жажду и умываясь, но наконец Джерри поднялся.
   – Думаю, что нам пора идти дальше, – сказал он. – Солнце низко, а у нас ни еды, ни пристанища на ночь.
   Без единого слова девушка встала и пошла за ним вдоль берега реки. Наконец Джерри заметил плавник, рассекавший воду неподалеку от берега. Он вытащил дротик и начал подбираться поближе к добыче. Скоро плавник появился совсем близко от берега, и Джерри ударил зазубренным дротиком прямо в воду перед плавником. Наконечник ударился обо что-то твердое.
   Но едва Джерри воткнул дротик глубже, как древко вырвалось из его руки. Из воды взвилась, нависая над землянином, огромная уродливая голова на длинной чешуйчатой шее и унесла дротик вверх – землянин загарпунил исполинского ящера.