Огромный дрейк зашевелился. Кейб хотел сделать шаг назад, но что-то подсказало ему, что будет лучше, если он останется на месте. Он постарался держаться как можно уверенней.
   — Значит, ты думал о том, чтобы вызвать меня, но все же не вызывал?
   Голос Кейба успокоил Короля-Дракона. Спокойствие Кейба давало ему возможность укрепиться в своем здравомыслии.
   — Я не раз думал о тебе, вспоминая твое учас-с-стие в борьбе с Ледяным Драконом.
   Это может объяснить, почему было не одно видение. Скорее всего, каждый раз, когда дрейк думал о нем, ему посылалось видение. Получается, он проделал это путешествие по недоразумению? Дракон не звал его, а вероятно, только подумал об этом. Если он правильно понял хозяина комнаты, комната уловила его желание попросить помощи у Кейба и стала действовать согласно этому желанию, хотя Король-Дракон и решил поступить иначе.
   — Кое-что из того, что я видел, я понял, но некоторые моменты моих видений для меня не имели смысла. Человек в броне из шкуры дракона, какое отношение он имеет к волкам-рейдерам?
   — Никакого! — отрезал Король-Дракон, затем, заметив резкость своего тона, спокойно добавил:
   — Никакого. Прос-с-сто причуды с-с-случайных мыслей и снов. Ничего такого, что кас-с-салось бы тебя.
   Возможно, что да, а возможно, и нет, — подумал Кейб. Касалось или не касалось это его, но было видно, что он не получит никакого разъяснения на этот счет от хозяина комнаты, а настаивать на этом у волшебника не было никакого желания. Он не мог предвидеть, как на это отреагирует Король-Дракон.
   — Значит, тебе не нужна моя помощь? Последовало молчание.
   — Я — Хрустальный Дракон.
   Он знал, что этим хотел сказать повелитель дрейков, но то колебание, которое предшествовало ответу, отклоняло эту догадку. Хрустальный Дракон старался что-то утаить, но постоянно бездарно выдавал себя. Но в то же время Кейб не осмеливался говорить об этом. Это может дать повод хозяину излить на Кейба все раздражение, которое накопилось у него на волшебника.
   — Ваше величество.
   — Я могу с-с-справиться с этой ситуацией, маг! Вот мой ответ, и удовлетворис-с-сь им!
   — У меня только один вопрос, ваше величество, — видя, что Король-Дракон ничего не говорит, Кейб осмелился продолжить:
   — Это вы напустили этот смертоносный туман на свое собственное королевство?
   Первое впечатление было такое, что он действительно вышел за рамки дозволенного. Король-Дракон встал во весь рост и громко зашипел. В комнате повисло напряжение. Левиафан расправил крылья, широкие ножи его когтей нависли над Кейбом. Он наклонил голову к человеку, и она оказалась всего лишь в ярде от лица Кейба. Волшебник изо всех сил старался сохранять самообладание, хотя каждая клетка призывала его убежать. Кейб не считал себя таким уж храбрецом и героем. Он оставался на прежнем месте потому, что побежать означало погибнуть. Лучше смотреть опасности в лицо, чем поворачиваться к ней спиной.
   — Я выпус-с-стил его, Кейб Бедлам! Я рас-с-сиустил эту вонь над своими с-с-собственными владениями, и за это только я несу ответс-с-ственность!
   — Но вызывать тень Нимта…
   — Нимт?
   Хрустальный Дракон отпрянул, как будто услышал, что Кейб принес с собой чуму или какую другую смертельную заразу.
   Может ли быть такое, что он этого не знал? Прочитать ответ на этот вопрос на морде дракона было не просто. Можно было прочесть страх, но страх перед чем? Это знал только сам Хрустальный Дракон.
   — Да, Нимт, ваше величество. Потерянный во времени мир, который все время умирает. Там была раса волшебников, раса, которую называют враады, они…
   — Я з-з-зпаю, кто они такие! И з-з-знаю это лучше, чем ты! — Сверкающий гигант придвинулся еще ближе. — Я з-з-знаю все, что только можно з-з-знать об их вонючих делах! Ты думаешь, я хочу сделать то же с-с-самое? — И опять Король-Дракон посмотрел в сторону. Его громовой голос стал мягче. — Я знаю, что я с-с-сделал. Я всегда жил с этим. Но это, как ты сам заметил, только тень. Тень! А не сам Нимт! — Он снова успокой лея. — Но, боюсь, это их не ос-с-становит. Это з-з-замедлит их продвижение, но не победит. Ты прав, что боишься этого. Я позволил ему рас-с-спространиться не дальше, чем он уже и рас-с-спространился, и то, пока я не подберу что-нибудь другое. А Нимт может принес-с-сти только смертельное опус-с-тошение в этот мир.
   Кейб глубоко вздохнул. Он должен рассказать это Хрустальному Дракону. Возможно, только повелитель Легара может отправить Плула обратно. Это не решит вопрос с волками-рейдерами, но и не даст врааду учинить еще больший хаос. Этого им совсем не надо. Если бы Плулу можно было доверять, Кейб бы держал язык за зубами, но доверять Плулу нельзя, и волшебник это прекрасно понимал.
   — Вы… давайте же покончим с одной вещью, ваше величество. Правильнее сказать, с одной личностью.
   Глаза дракона сузились. В его голосе послышалась дрожь, дрожь, которая поразила волшебника, несмотря на то, что он уже успел узнать об ужасном хозяине Легара.
   — Что… ты… сказал?
   — Существо… человек из Нимта… проскочил, когда был открыт проход. Он… — Знал ли Король-Дракон достаточно хорошо историю Нимта? Пока что было похоже, что он знал ее лучше волшебника. — Он волшебник, враад.
   — Лжешь! Враады мертвы и забыты! Я знаю! Я!.. — Голос сверкающего питона перешел в рев, который эхом снова и снова прокатился по комнате.
   Кейб был вынужден даже зажать уши. На этот раз он был уверен, Король-Дракон надолго потерял контроль над собой. На этот раз повелителю дрейков не удалось избежать этого явного безумия.
   И все же… И все же Хрустальный Дракон успокоился. Перед Кейбом стояло совсем другое существо, существо более хладнокровное и готовое ко всему.
   Как Ледяной Дракон? Он надеялся, что это не так. Одной из причин, почему Драконье царство не превратилось в мертвую, замерзшую пустыню, был левиафан, стоящий перед ним. Если Хрустальным Драконом овладело такое же безумие, как когда-то его собратом с севера, то волки-рейдеры будут на последнем плане в списке того, о чем стоит беспокоиться континенту.
   — Где-е-е? Где он? — изо рта показался алый раздвоенный язык. — Где этот враад?
   Кейб пожалел о содеянном. Он не хотел никого, даже такое существо, как Плул, выдавать дракону, но дело было уже сделано.
   — Он у квелей. Если бы вы могли послать его обратно…
   — Пос-с-слать обратно? Пос-с-слать этого монстра обратно? — Король-Дракон со щелчком захлопнул пасть. На короткое время он закрыл глаза, а когда, наконец, открыл, то кивнул и сказал:
   — Ты, конечно, прав, Кейб Бедлам. Это было бы с-с-самое лучшее. И потребует не так уж и много ус-с-силий. Да.
   — Можете вы забрать его у квелей?
   Кейб и сам удивился, что задал такой вопрос. Он вырос с верой, что если среди живущих Королей-Драконов и есть всемогущие, так это Хрустальный Дракон. На кучку квелей достаточно малюсенькой крупицы его власти.
   Тут у титана проснулся его апломб.
   — Мне и не надо брать его. Они сами отдадут мне его. Комната засияла. Кристаллические стены ожили изображениями не только Короля-Дракона, но и самого мага. Повелитель дрейков уставился на одну из стен. Внезапно картинки на ней растаяли, и на их месте появились новые. Это были изображения пещеры, где одинокий квель вертел в руках свой кристалл. Изображение квеля повторялось под различными углами и с разного расстояния, но эти изображения перемешивались с тем, что Кейб считал более важным и с чего он не сводил глаз. Сфера, в которой был заключен Плул.
   Он нахмурился. На сфере был красноватый отблеск. Тот красноватый отблеск, который у него ассоциировался с жаром. Они что, пытаются заживо сжечь враада?
   Сверкающий левиафан склонился над одним из изображений.
   — Он мой!
   Сонмы одинаковых квелей подпрыгнули, как будто их ударили. Легионы удивленных физиономий в панике начали оглядываться. Кейб почувствовал некое удовлетворение. Он больше не испытывал никакой симпатии к квелям.
   Хрустальный Дракон повторил еще раз:
   — Вы отдадите его мне.
   Изображения угасли. Кейб замигал, когда его собственное изображение размножилось но всем стенам комнаты. Куда бы он ни поглядел, повсюду он видел свое собственное растерянное лицо.
   — Протяни руки, маг.
   Кейб подчинился.
   Ты держишь вход в это проклятие.
   В руках у волшебника была та самая сфера, к которой подводил его Плул на вершине холма. Квели не получили ее, Хрустальный Дракон взял ее обратно себе. Кейб напрягся, боясь, что его руки могут ослабнуть и хрупкий на вид предмет упадет на твердый каменный пол. Если дверь разобьется, то весь Нимт тут же влетит в Драконье царство.
   Дракон заметил его испуг.
   — Простая неловкость не принесет гибели нашему миру, Кейб Бедлам. Требуется неимоверная с-с-сила, чтобы только поцарапать эту игрушку. Для этого нужна сила больше, чем этот враад… с-с-сотня враадов, собравшихся вместе, если такое в принципе возможно.
   Кейб испытывал волнение от понимания того, что именно он держит в руках, от того, что там, внутри, он видит целый мир, иной мир. Это был мир, который его предки безнадежно извратили, а потом покинули… большинство из них. И все же Нимт боролся и выжил, если, конечно, то, чем стал Плул, можно назвать выживанием. Ему хотелось выбросить эту ужасную сферу, и в то же время ему хотелось держать ее так крепко, чтобы ничего, даже самая малость, не угрожала ей.
   — Приш-ш-шло время.
   С этими словами смертоносная тюрьма враада оказалась между ними. Красноватый отблеск, который Кейб заметил на ней раньше, все еще был, но теперь он казался старым, как отметина от чего-то уже свершившегося. Неужели они опоздали? Неужели квели уже успели что-то сделать, пока он тут убеждал Хрустального Дракона?
   Теперь Кейб не был уверен, что он хочет увидеть содержимое высокой сферы.
   — Держи это перед собой. Приготовься.
   К чему? Как? Почему тот, кто это говорит, никогда ничего толком не объясняет?
   Король-Дракон уставился на сферическую тюрьму. Он потянулся было к ней, потом остановился. Нос рептилии сморщился. И опять Король-Дракон потянулся к сфере и снова остановился. Выражение его морды менялось — от осторожного ожидания к озадаченности, затем к ярости.
   — Эта с-с-скорлуиа ничего не с-с-содержит! Она пус-с-ста! Волшебник опустил руки со сферой.
   — Пуста?
   — Она пус-с-стая. — Длинные узкие глаза уставились в глаза волшебнику. — Враад с-с-сбежал!
   Кейб уставился на тюрьму. Он не правильно понял опаленные следы. Эти отметины были отнюдь не работой квелей, скорее, самого Плула, пытавшегося выбраться из этой ловушки. И волшебник, и его бронированные поработители недооценили умения и упрямства эксцентричного враада.
   — Враад на с-с-свободе… — говорил сам с собой Король-Дракон. — Но я не посмею… нет? Я долж-ж-жеп… иначе… — Он замигал, потом, казалось, снова начал рассматривать Кейба. — Да-а-а…
   Когтистая лапа потянулась вперед. Злополучная сфера вырвалась из рук волшебника и полетела к своему прежнему владельцу. Она остановилась в футе или двух от морды дракона и повисла там в ожидании.
   Кейб немного успокоился, поняв, что Короля-Дракона интересовал не он, а это устройство.
   — Что вы будете делать?
   — То, что долж-ж-жно быть сделано. Я долж-ж-жен возвратить на прежнее место то, что выпустил. Это не ос-с-стано-вит… остановит… волков-рейдеров, но это может объединиться с этой штучкой из Нимта! — Теперь, когда он решил, что ему делать, Хрустальный Дракон говорил как человек. Казалось, невозможно предугадать, что он будет делать в следующее мгновение. Кейб надеялся, что нынешнее его состояние продлится недолго. — Я должен рискнуть. Я не могу позволить, чтобы это проклятие снова вошло в мир. Когда все следы Нимта уйдут обратно через эту дверь, он ослабнет. Он ослабнет настолько, что его угрозы можно будет не принимать в расчет.
   Ослабнет… когда все следы Нимта уйдут… Что в этом так беспокоит его, Кейба? Что-то насчет Плула и телепортирования. Что-то… Конечно!
   — Ваше величество, выслушайте меня. Вместо того, чтобы что-то предпринимать, позвольте мне сначала найти Плула. Его можно будет убедить в необходимости этого. Если же вы сделаете то, что задумали…
   — Это будет сделано!
   Тон Короля-Дракона не оставлял места для компромиссов. В его глазах один враад был большей угрозой, чем легион волков-рейдеров. Это выглядело, как персональная вендетта, как будто Король-Дракон имел дело с существами, подобными Плулу, прежде. Могло ли такое быть?
   Что спрятано под маской Хрустального Дракона?
   Сверкающий титан закрыл глаза. А перед ним крутилось и извивалось темное содержимое сферы. Это, конечно, был обман зрения. Эта штука была всего лишь проходом. Возможно, то, что сделал Хрустальный Дракон, нарушило покой только маленькой частички Нимта, но уж, конечно же, он не мог управлять всем этим миром. Это было хорошо видно из страха Короля-Дракона перед всем, что было связано с Нимтом, особенно перед одним-единственным враадом.
   Кейб разрывался. С одной стороны, он хотел, чтобы эта сумасбродная тварь, по имени Плул, убралась из его мира, предвидя тот хаос, который он мог учинить, пусть даже только в этом районе. С другой стороны, волшебник презирал то, что называется убийством. Плул был смертельно опасен, но Кейб предпочел бы сначала попробовать договориться со столь причудливым магом. Плул был Плулом только из-за того, что был там рожден.
   Он должен попробовать еще раз. Если его слова не смогли убедить Короля-Дракона, стоит ли предпринимать дальнейшие действия? Стоит ли рисковать всем остальным из-за существа, которое он едва знает? Ваше величество?
   Хрустальный Дракон не слышал его. — Ваше… — Но тут Кейб Бедлам прикусил язык. Внезапно стены вокруг него оживились лицами, но это было не одно и то же лицо. Там были и его собственные, на некоторых он выглядел старше, на некоторых моложе. Он увидел лицо Грифона и очень удивился этому. Однако были и другие. Вздрогнув, Кейб уставился на лицо, которое могло принадлежать только одному из предводителей волков-рейдеров. Высокий человек с короткой бородкой, очень напоминавший волка-рейдера Д'Шая, которого Грифон убил несколько лет назад. Его лицо было страшным, привлекающим внимание, все в шрамах. И все же больше всего его беспокоило выражение этого лица: во многих отношениях оно напоминало выражение морды Короля-Дракона в данный момент.
   Затем, среди прочих, он увидел лицо, которое заставило его забыть даже о вожаке волков-рейдеров, лицо, которое приходило к нему только в его видениях, но которое навсегда врезалось в его память. Человек-медведь, вождь, который был одет в доспехи из чешуи дракона. Это было лицо завоевателя, который не терпит поражения. И в его фигуре было столько подчиняющего себе, что он этим очень напоминал Сумрака. Это был человек, о котором он думал как об отце, когда видения проскакивали у него в голове. Чьим отцом… он был?
   Кейб уставился на восхищенного повелителя дрейков. Мысль была совершенно нелепой. Но она была.
   Короли-Драконы не живут так долго… а он все-таки Король-Дракон.
   Хрустальный Дракон зашипел, его глаза широко открылись. Он перевел взгляд от сферы к стене… на изображение ужасного, испещренного шрамами человека, которого Кейб принял за командующего арамитами. Казалось, их глаза встретились.
   Сфера взорвалась.

Глава 13

   Дрожь пробежала по телам спящих. Они еще не проснулись, но в заклинании, которое заставляло их так долго спать, уже что-то изменилось. И трудно было подобрать слова, чтобы объяснить эти изменения, можно было сказать лишь одно: теперь они спали не так крепко.
   Совсем не крепко.
 
   Что они там делают с этой проклятой игрушкой? Оррил Д'Марр гордо прошествовал через темный, окутанный туманом лагерь, стараясь призвать людей к порядку. Те, кто должны были бы воспользоваться драгоценным сном, все еще бодрствовали. Туман и слухи настолько взбудоражили некоторых, что они даже не ложились спать. В то время как солдаты из ночного караула крутились с боку на бок и боролись в тумане с тенями и призраками, часовые продолжали доносить, что видели существа, которых не было, да и не могло существовать.
   Все это отрывало его от самой важной задачи. Д'Марр урвал несколько бесценных часов от сна, чтобы быть готовым к тому, что он запланировал осуществить сегодня ночью. А сегодня ночью он планировал вскрыть проход в спрятанную комнату и наконец выяснить, что же такое драгоценное скрывает она, что звери, вместо того чтобы рассказать об этом, предпочитают страдать в его нежных руках. К взрывам все было подготовлено, и он уже подобрал для них место. Взрывы не должны были причинить особого вреда близлежащим помещениям и уж совершенно не должны были затронуть драгоценную для его господина комнату.
   Но все было бы хорошо, если бы подвернулся удобный случай и он сумел произвести взрыв. Как ни говори, но после его господина и голубого дьявола, которые, даже в такой поздний час, все еще работают где-то там, под землей, Оррил Д'Марр оставался для всего лагеря старшим командиром. А это означало, что он должен постоянно быть в курсе всего, что творится кругом, а для этого ему необходимо, время от времени, обходить весь лагерь и наказывать других командиров, пока они не начнут выполнять свои обязанности, как и положено людям их звания. Командиры были его заботой, а вот люди, подчиненные им, были уже на их ответственности. У него же самого времени бегать от солдата к солдату не было.
   Что-то происходит. Кругом клубился туман, яростная буря теней и света. Иногда, на несколько минут, лагерь заливался ярким светом, как будто взошло солнце и наконец сумело пробиться сквозь толстую пелену проклятого тумана. По крайней мере, этот туман немного поредел, подумал Д'Марр. Даже когда было совершенно темно, можно было разобрать смутные очертания предметов уже на расстоянии в несколько ярдов. Произошло ли это в результате успешных усилий лорда Д'Фарани, или же это случилось просто само собой, молодого командира не интересовало. Он был только доволен, что это случилось.
   Д'Марр ненавидел это место, но проклятые жара и солнечный свет были все-таки предпочтительней этого безобразия. Не далее как этой ночью пропали два солдата, а третий… ну тут иногда происходят такие вещи, что даже его может стошнить.
   А этот рассеявшийся патруль, и опять-таки потерялось более дюжины человек. Как ни странно, но это и раздражало, и возбуждало его одновременно. В донесениях говорилось об огромном черном скакуне и всаднике, для последнего было припасено с дюжину совершенно различных описаний. Все выжившие, казалось, прямо-таки бредили этим скакуном-монстром… и ничего удивительного, если это именно то, о чем он думает. Один из шпионов в королевстве Зуу, или как там еще зовется эта дыра, сообщал об инциденте, в котором был замешан маг на большой черной лошади.
   У Грифона в этих землях был союзник, как раз подходящий под это описание, демон по имени Темный Конь. Конечно же, это опять-таки Д'Ранс сумел откопать такую пикантную информацию.
   Двое часовых выскочили на тропинку, по которой он шел, но быстро отскочили в сторону. Они отсалютовали ему, но молодой командир просто отмахнулся от них. У него не было времени на людей, безупречно выполняющих свои обязанности. Эти были не из тех, которые их не выполняют и могут испытать его ярость, если, к своему несчастью, они в этот момент попадутся ему на пути. Д'Марр хотел сегодня завершить то, что задумал. И коли все командиры уже получили у него задание и, в свою очередь, уже отдали команды своим подчиненным и проверили их исполнение, то он вполне может вернуться в тоннель.
   Его мысли опять возвратились к патрулю, который наткнулся на монстра, известного под именем Темный Конь. Демон, скорее всего, не мог случайно наткнуться на них; он, должно быть, специально пришел сюда в поисках волков-рейдеров. И любое мнение, противоречащее этому, не принималось ни Оррилом Д'Марром, ни его господином. Даже голубой человек в этом вопросе соглашался с ними.
   Грифон должен быть здесь. Все сходится. Уж слишком быстро после их высадки появился здесь черный скакун. С ним был всадник. Если всадник не этот проклятый птица-человек, то это, скорее всего, кто-то из его друзей. В любом случае они могли узнать о присутствии здесь волков-рейдеров только от Грифона. Тогда он может найти во всем этом хоть какой-то смысл.
   Надо признать, что в этих доводах кое-где отсутствовала логика, но один из доводов заслонял все остальные. Д'Марр вспомнил ту атаку на портовый город. Д'Фарани хотел там убить двух зайцев. Во-первых, заполучить комплект карт, необходимых им для их нынешнего мероприятия, а во-вторых, он надеялся застать врасплох их основного противника.
   В тот день убить Грифона они не смогли, но его отродье заплатило и за смерти, и за поражения, которые потерпела их империя. Недостаточно, но пока голова Грифона не увенчала острие копья, сгодится и это.
   А это время настанет скоро. — По всем соображениям, эта пища должна последовать за ними за море. Д'Марр это предсказывал, и в данном случае он превзошел синего дьявола. — Ты идешь ко мне, Грифон. , идешь, чтобы присоединиться к своему отродью!
   Его рука притронулась к рукоятке стека. Когда он покончит с Грифоном, останется только эта женщина-кошка. Она последует за своим супругом, и коль уж дело касается мести, то она будет такой же предсказуемой, как и ее муж. И вот тогда я покончу со всей троицей.
   И тогда уж никто не сможет отрицать его заслуги.
   Чтобы вернуться на то место, где был тоннель, ведущий в подземный город квелей, ему пришлось обойти вокруг всего лагеря. Лагерь, по крайней мере, был в порядке. Командиры были начеку, и они, в свою очередь, держали людей в узде. Д'Марр выполнил свою задачу как нельзя лучше. А теперь настало время…
   Из тоннеля показалась высокая фигура. По походке и манерам Д'Марр без труда узнал северянина. Северянин был весь в грязи и выглядел измотанным. По лицу молодого командира быстро промелькнула улыбка, а затем на нем опять застыла маска отрешенности.
   Д'Ранс увидел его и при этом даже не попытался скрыть свою неприязнь. Он попробовал пройти мимо своего коротышки-соперника, но Д'Марр не дал ему сделать это. Сознание того, что он проверил северянина на выдержку, сделает этот бесцветный день более приятным.
   — Уже устал?
   — Не надо передергивать, Оррил Д'Марр. Наш предводитель ведет длительную борьбу, и я вынужден помогать ему в этом, так?
   — Да чем ты ему можешь помочь, голубой? Вытирать нот с его лба, когда он вспотеет?
   Д'Ранс усмехнулся.
   — Знание ученого иногда более сильное оружие, чем меч простого солдата, так? Я думаю, ты бы расколошматил кристаллическое устройство этой своей штуковиной, которая, вон, висит у тебя на поясе. Ты это уже продемонстрировал со стенами. Столько усилий, а что толку?
   — А ты-то что, ученый-маг, что ли?
   Голубой человек вдруг внезапно потерял интерес к словесной перепалке.
   — Я всего себя отдаю для нашего дела, человечек, так? И наш предводитель Д'Фарани прекрасно это знает. Мне разрешили пойти отдохнуть, и я это и сделаю.
   Утомленный северянин повернулся и заковылял в туман. Д'Марр проследил взглядом, как исчезала его фигура, затем взглянул на вход в тоннель. Все старания голубого дьявола будут стоить очень мало еще до того, как кончится эта ночь. Как бы он ни подлизывался к лорду Д'Фарани, все это померкнет, когда Д'Марр обнаружит скрытую пещеру.
   Он начал спускаться в тоннель, обдумывая до конца свой план. Ему понадобятся четверо или пятеро человек, просто для полной уверенности. Они вполне смогут заложить взрывчатку в нужные места и поджечь фитили. Потом надо будет убрать осколки, а это значит, что пять или шесть человек выполнят такую работу быстрее. Но все же самую важную задачу Д'Марр приберег для себя. Это он будет первым, кто войдет в неизведанное, он, первооткрыватель. И какой бы секрет там ни скрывался, какое бы сокровище пи лежало там, я буду первым, кто узнает об этом.
   — Сэр!
   И хотя, когда он поворачивался ко входу в пещеру, его лицо оставалось непроницаемым, внутри у Оррила Д'Марра все кипело.
   И что им там потребовалось на сей раз?
   — Да?
   Нервничающий по вполне понятным причинам, младший командир, еще моложе его, стоял по стойке «смирно» у входа в тоннель. Без сомнения, он был выбран из числа добровольцев своими командирами для этой миссии. В таком случае, если Д'Марру потребуется на ком-то сорвать свой гнев, это будут не они.
   — Сэр, мне приказано доложить вам, что на восточном фланге какой-то беспорядок. Несколько человек сообщили о блуждающем огне. Двое пошли туда на разведку, но так и не вернулись. Другой часовой докладывает…
   Он ждал, но молодой воин молчал.
   — Докладывает что?
   — Кто-то смеется… прямо у него над головой. Уголки губ Д'Марра поползли вниз. Его планы уже разваливались прямо у него на глазах. Если это было результатом действий лорда Д'Фарани, то тут уж ничего не поделаешь. Его успех означал бы, что туман либо пропал, либо подчинялся приказам их предводителя. Насколько Д'Марр мог видеть, ни того ни другого пока не произошло. Как бы там ни было, но последнее донесение говорит, пожалуй, только о том, что ситуация еще больше ухудшилась.
   Он вернулся на поверхность и огляделся. Как ему навести порядок среди этого сброда, он еще не знал, но это были его прямые обязанности. И это значило, что ему сейчас надо будет идти гонять нерадивых командиров и выяснять, на что там они наткнулись в тумане. Он уже начал уставать от этого. Следует навести порядок в их рядах.