Слуга(протянув отцу руку, ведет его). Да-да, теперь я дам вам зеленые.
   Отец. Почему это было две колоды, а одной уже нет… (Расстегивает пояс и начинает спускать штаны.)
   Слуга(поспешно). Нельзя, нельзя, здесь не уборная… (Натягивая отцу штаны.) Потерпите, потерпите. Здесь еще нужно потерпеть… (Обняв отца, уводит его налево.)
   Тут же из правой двери появляется девушка. Кроме стакана и бутылки под мышкой у нее два запечатанных пакета. Ногой закрывает дверь. Поворачивается и долго смотрит в замочную скважину. Прислушивается и быстро идет к дивану. Замечает, что ее сумка валяется на полу.
   Девушка(поднимает ее). Ой-ой-ой, какой ужас… А, ладно, без горя радости не бывает, нечего причитать… (Кладет в сумку пакеты.)
   Слева, громко топая, входит мужчина.
   Мужчина(осматриваясь). Где Яги?
   Девушка(указывая на дверь). Повел его в уборную.
   Мужчина(открывает центральную дверь и заглядывает в комнату). Ну и вонь. (Поспешно захлопывает дверь.)
   Девушка. На сегодня спектакль закончен, да?
   Мужчина. Яги говорил что-нибудь?
   Девушка(кивает). Говорил, что, возможно, вашего отца отправят в больницу…
   Мужчина. Болтун!
   Девушка. До чего же я невезучая… Я и родилась не так, как все… Девять часов акушерку ждать заставила, а когда она уже собралась уходить, раз, и заголосила.
   Мужчина. Я тебя обидел?
   Девушка(участливо). И надежды уже никакой нет?
   Мужчина. Все так сложно…
   Девушка. Но зато виски вкусное… Смотрите, сколько я выпила.
   Мужчина. Крепкая у тебя голова.
   Девушка. Нет, еще чуть-чуть, и я совсем опьянею, правда? Мужчина. Если хочешь, возьми остальное с собой.
   Девушка. Это ни к чему… Давайте лучше выпьем на прощание. (Наполняет стакан и протягивает его мужчине.)
   Мужчина(раздраженно). Не хочу… Настроения нет.
   Девушка. Ну что ж… А я выпью. (Подносит стакан ко рту и пьет, громко глотая.)
   Мужчина хмурится.
   Все, наверно, из-за меня?
   Мужчина. Что?
   Девушка. Ваша жена сердится…
   Мужчина(холодно улыбаясь). Твое сочувствие делу не поможет.
   Девушка. Вы такой богатый, а все равно перед женой пасуете…
   Мужчина(недовольно). Все это не так просто!
   Девушка. А я-то думала, были б только деньги – делай что хочешь…
   Мужчина. Делаешь, только не то, что хочешь!
   Девушка. Странно… А мне показалось… Когда вы пригласили меня в ту комнату…
   Мужчина(резко перебивает). Я заплачу неустойку. Сколько ты хочешь?
   Девушка(со вздохом). Почему я такая невезучая. Противно даже… (Громко глотая, допивает стакан.)
   Мужчина(в тот же миг выбивает стакан у нее из рук). Перестань!
   Девушка(испуганно). Что вы делаете?
   Мужчина(явно сам напуганный). Почему ты так громко глотаешь?.. Даже неприятно…
   Девушка(поражена.) Вот оно что… Значит, и суп вельзя есть прихлебывая?
   Мужчина(все еще растерянно). Для меня ты еще на тридцать процентов сестра. Ведь с тех пор не прошло и часа. И пока ты здесь, прошу, не забывай об этом. Плата, которую ты получила, мне кажется, включает и это?
   Девушка неожиданно закрывает лицо руками и всхлипывает.
   (Обеспокоенно.) В чем дело? Перестань! Нет причин для слез.
   Девушка(кивает и перестает плакать). Не обращайте внимания… Я как выпью, всегда плачу… Такие женщины, как я, почти все, как выпьют, сразу же начинают плакать… (Берет сумку и направляется к двери.) Чего-то голова кружится… Опьянела, наверно…
   Мужчина молча провожает ее взглядом.
   (Оборачиваясь.) Вы что-то сказали?
   Мужчина. Нет, нет…
   Девушка(кивая). Из уважения к тридцати процентам вашей сестры вы не выслушаете одну-единственную просьбу?
   Мужчина. Какую?
   Девушка. Я хочу выйти через парадный ход. Честно говоря, Я и войти хотела через него… (Жалко улыбается, глядя на мужчину, который все понял.) А какая там красивая дверь… Картина прямо из стекла сделана, да? Что на ней нарисовано?
   Мужчина. Ну что ж, выходи, пожалуйста…
   Девушка. Ой, как хорошо… Значит, нужно спуститься по лестнице и идти по коридору, где лежит ковер?
   Мужчина. До конца и направо.
   Девушка. Служанка меня уж конечно остановит… «Послушайте, вам не сюда, туда идите!..» «Нет, именно сюда»…брошу я холодно, как леди из кинофильма… (Неожиданно резко.) Ох, до чего я не люблю, когда меня ни во что не ставят!
   Мужчина (подавленно). Можно, конечно, выходя, пожалуйста, через парадный ход…
   Девушка(бормочет). Да, пойду… Таким я всегда говорю злишься, а ты попробуй-ка, разденься при людях… (Направляется к двери, но тут снова входит отец, поддерживаемый слугой.)
   Слуга вздрагивает от неожиданности и, загораживая отца, быстро ведет его к центральной двери.
   (Смотрит им вслед.) Да, крепость есть крепость, даже если она бумажная… Не хочешь видеть то, что тебе противно сиди в ней и не выходи никуда. (Не оборачиваясь, быстро уходит налево.)
   Слуга(подталкивая отца, внимание которого привлечено девушкой). Пойдемте, пойдемте.
   Отец(понизив голос). Кто это такая?..
   Слуга. Не обращайте внимания. Сейчас я дам вам карты…
   Отец. Атласные?
   Слуга. Да, конечно, атласные… И две колоды, полностью, все будет хорошо…
   Отец и слуга, обходя мужчину, уходят в центральную дверь.
   Мужчина(точно освободившись от чар, быстро осматривается и поднимает с пола стакан. Понюхав, наливает виски избутылки, стоящей на столике, и залпом выпивает; бoрмочет, насупившись). Хватит. Если это призрак, то когда-то он все равно должен исчезнуть. Больше незачем за ним гнаться… (Задумчиво.) Но почему?.. Почему же я так упорно цепляюсь за него?.. Послушать подлецов, так я тоже сумасшедший, поскольку не могу объяснить это словами, которые были бы понятны всем… (Наполняет стакан и залпом выпивает.) Можно ли сразу вычеркнуть из памяти все, будто бы ничего и не было?.. Но если я не в силах вычеркнуть, значит, должен уметь объяснить… (Закрывает ладонями лицо.) И все же почему? Почему я так упорно цепляюсь за него?.. Я и сам прекрасно понимаю, что это всего лишь призрак, но этот призрак пустил прочные корни в моем сердце… Для меня он реальнее реального… И в призрачном обряде я, как цветок в воде, могу, наконец, свободно расправить руки и ноги… (Пауза.) Но все же, чего я добиваюсь этим обрядом?.. Ищу ответа?.. Как ищет ответа смертельно напуганный ребенок?.. Да, видимо, так… Я действительно напутан… (Начинает ходить взад и вперед.) Но причина совсем не та, о которой говорит она… Причина совершенно другая… Абсолютно другая… (Останавливается, наполняет стакан и пристально глядит на него.) Да! (Неожиданно идет к центральной двери.)
   В это время дверь открывается и входит слуга. Наклонившись, он вставляет в замочную скважину ключ.
   Подожди. Дай сюда ключ.
   Слуга(недоверчиво). Этот ключ?
   Мужчина. Да, этот. Я решил поместить отца в психиатрическую лечебницу… Хочу с ним попрощаться и кое-что ему сказать.
   Слуга(с испугом). Вы в самом деле это решили?
   Мужчина. Ну, живее!
   Слуга. Вы с ним встретитесь, но он же не поймет, что вы будете ему говорить…
   Мужчина(выставляя вперед стакан). Не смогу поговорить, так хотя бы выпью с ним.
   Слуга. Алкоголь – ни в коем случае. Он ведь очень серьезно болен, и ему категорически запрещено пить!
   Мужчина. Не беспокойся. И в больнице для ухода все равно потребуется хорошо понимающий его человек.
   Слуга. Да нет, я не о себе беспокоюсь…
   Мужчина(резко). Ну все, у меня нет времени. Хочу, чтобы ты сделал еще вот что. Иди и быстрее приведи девушку, которая была здесь. Она, наверно, еще не дошла до автобусной остановки. Если поторопишься, вполне успеешь.
   Слуга(растерянно). Не понимаю, зачем вам это…
   Мужчина(неожиданно кричит). Как это для тебя ни прискорбно, хозяином дома остаюсь я! В вознаграждение за то, что продал отца.
   Слуга. Разумеется, вы хозяин, это естественно. Прошу вас, потише… Он только что прилег…
   Мужчина(беря себя в руки). Странно… Скажи, зачем это ты заключил такой договор с женой?
   Слуга. Какой договор?
   Мужчина. Как – какой? Выступить в качестве свидетеля при лишении меня прав на имущество.
   Слуга(изворачиваясь). Как можно… Это ужасное недоразумение.
   Мужчина(снова резко). Ладно, иди! Оставь ключ! Оправдываться будешь потом!
   Слуга с побитым видом вставляет в вамочную скважину ключ и, опасливо косясь на стакан в руке мужчины, уходит налево.
   (Медленно подходит к центральной двери и поворачивает ключ. Открывает дверь, хочет войти, но вдруг отступает навад.) Ну и вонь, как от тухлой рыбы! Задохнуться можно… Отец, выйди на минутку… Ты еще не спишь? У меня есть виски… Особое, шотландское… Не знаешь такого?.. (Делает вид, что пьет.) Ну, по стаканчику… Выпьешь, а?.. Иди сюда.
   Голос отца. Дашь мне чего-нибудь вкусненького?
   Мужчина. Вкусненького? То, что я тебе дам, ты любишь больше всего… Ну, по стаканчику… Почему у тебя такой несчастный вид?
   Голос отца. Если я выйду, не позвонив, Яги рассердится.
   Мужчина. Что ж, можешь позвонить. Только быстрее. Фу, ну и вонь. Рыбьи потроха, что ли, у тебя в постели свалены?..
   Голос отца. Ты мне обещал что-то вкусненькое…
   Мужчина. Иди, иди… Конечно, обещал… Дам тебе вкусненького… Пастилы? Шоколада? Пожалуйста, что только любишь…
   Бормотание отца, напоминающее смех… Скрип матраса… Мужчина отступает назад. Звонок. Входит, пошатываясь, отец. Мужчина закрывает дверь.
   Отец. Ну, давай вкусненького.
   Мужчина (протягивает стакан). На, ты это очень любишь… (Указывает на диван.) Давай сядем и выпьем…
   Отец(понюхав стакан, откидывается назад). Нет, это…
   Мужчина(ласково). Отец, мы расстаемся… Жена победила… В обмен на доверенность на право пользования принадлежащими ей акциями я вынужден был подписать обязательство поместить тебя в больницу… Ты меня должен понять, отец, ведь ты же сам ради своих предприятий спокойно обрек на смерть родную дочь… На, держи стакан… Лучшее шотландское виски… Сделай глоток, хотя бы пригуби… (Говоря это, со стаканом в руке вплотную подходит к отцу.)
   Тот испуганно отступает. Начинает вертеться между мужчиной и диваном.
   Почему ты не хочешь?
   Отец. Не люблю, я этого не люблю…
   Мужчина. Почему? Раньше ты ведь пил. Я точно знаю…
   Отец. Не люблю… Ты же обещал мне дать вкусненького… Мужчина. Возможно, я ошибся?.. Нет, не может быть… Все это
   дело рук Яги… Подлец… (Пьет.)
   Отец. Почеши спину… (Подходит к мужчине и наклоняется.)
   Мужчина(отшатывается). Спину?
   Отец. Здесь, сверху… (Показывает рукой у плеча и передервивается.) Почеши, быстрей… (Наступает на него.)
   Мужчина(отходит). Сам себе чеши…
   Отец. О-о-ой, чешется… (Жалобно стонет и начинает тереться о спинку дивана.)
   Мужчина(ошеломленно). Дегенерат. Точно животное… (Неожиданно громко.) Отец, ты пойдешь в больницу для сумасшедших?
   Отец рассеянно смотрит на мужчину.
   (Стонет.) Кажется, не понимает… Нечего сочувствовать человеку, который не способен осознать свое несчастье… Да никто ему и не собирался сочувствовать… Этому человеку сочувствие не нужно… Этот человек не пережил ничего такого, чтобы принимать сочувствие других… (Резко кричит.) На этот раз, отец, тебе не отвертеться. (Наполняет стакан и подходит к отцу. Придавливает его к дивану и пытается влить ему в рот виски.)
   Отец. Помогите!
   Мужчина. Молчи!
   Отец плюет в мужчину. Тот поднимается и вытирает лицо. Слева входит девушка в сопровождении слуги.
   Отец (хрипло). Помогите…
   Слуга(тяжело дыша). Что случилось?
   Мужчина. Ничего такого, из-за чего стоило бы поднимать шум… (Девушке.) Я хочу, чтобы вы еще раз поработали. Вам ведь безразлично когда?
   Девушка. О-о, конечно. Где еще за десять минут заработаешь тысячу с лишним иен…
   Слуга (осуждающе). Что вы собираетесь делать?
   Мужчина. К сожалению, из моих рук он не захотел. Хоть я и говорил, что это на прощание…
   Слуга. Но ведь вы его подняли силой. А после приступа он себя так плохо чувствует…
   Мужчина. Как же ты его обычно заставляешь выпить?
   Слуга. Выпить? Ни в коем случае! Он такой слабый, и вдруг алкоголь… К тому же и врач строго-настрого запретил… Ничего возбуждающего, даже острую приправу к рису нельзя… Ну, пойдемте, отдохнем спокойно…
   Мужчина. Хватит прикидываться невинным…
   Слуга. Невинным?
   Мужчина. Думаешь, я не знаю? За несколько дней до того, как у отца случается приступ, я всегда слышу у этой двери запах водки. Что, неправда?
   Слуга. Что вы такое говорите… Вам почудилось… Разве я бы это допустил?..
   Мужчина. Раз или два действительно могло почудиться… Но ты-то знаешь, сколько раз мне это «чудилось»?.. Примерно раз в два месяца в течение восьми лет – сорок восемь раз… Что ты на это скажешь?
   Слуга молчит в растерянности.
   Ну ладно, ладно… Ты тоже, насколько мне известно, составлял ему компанию… Теперь уже поздно тебя ругать. Главное, чтоб ты не отпирался. Так как? С помощью вина ты преднамеренно вызывал его приступы, да?
   Слуга. Страшные вещи вы говорите. Зачем мне нужно было преднамеренно вызывать приступы?.. Благо бы еще мне от этого какая-то выгода была, а то ведь ни сана не перепало…
   Мужчина. Я же тебе сказал – ругать я тебя не собираюсь… Я хочу знать секрет – зачем ты поил отца водкой?.. Я должен во что бы то ни стало хоть раз еще откровенно поговорить с ним.
   Отец окружает себя кольцом из карт.
   Слуга. Я расскажу правду, верьте мие… Вы говорите, что у меня был какой-то замысел, – мне это до смерти обидно… Все произошло случайно… Старый господин тогда с каждым днем все больше страдал бессонницей. Ни одно снотворное не помогало… И в довершение всего как раз в тот день, когда это случилось, была демонстрация. Внизу, на улице, пели и плясали… Только он задремлет – снова крики… Он был такой жалкий – невыносимо было смотреть на него без сострадания… И вот тогда я ему дал, самую малость… Просто на пробу, самую малость…
   Отец. Ну где же вкусненькое?
   Слуга. Сейчас, сейчас…
   Мужчина. Я спрашиваю, как ты его напоил?
   Слуга. Выслушайте же меня… Когда старый господин немножко выпил, мне показалось, его лицо просветлело… Он начал что-то вспоминать… Но что? Я стал думать и в этот момент услышал, как очень низко что-то пролетает… Это был гелипоктер… Он наблюдал, наверно, за демонстрантами…
   Девушка. Геликоптер.
   Слуга. Разве я не так сказал?!
   Девушка. Вы сказали «гелипоктер».
   Слуга. Все равно! (Отчеканивая каждое слово.) И вот, глаза старого господина стали совсем другими… Он встал и спросил: «За нами еще не приехали? Куда пошел Кадзухико? Где Тосико?»
   Мужчина. Хватит. Все остальное я уже слышал столько раз, что в ушах навязло.
   Девушка. Но я в первый раз…
   Мужчина. Тебе можно и не знать. (Слуге.) Так как ты его поил?
   Слуга. Вы вот заподозрили, что я все это преднамеренно…
   Мужчина(нетерпеливо). Хватит!.. Ты объяснил, как у него случился первый приступ, но неужели ты думаешь этим же оправдать второй и все остальные?!..
   Отец(испуганно). Можно, я уйду?
   Слуга. Да-да, сейчас… (Протягивает отцу руку.)
   Мужчина. Оставь!.. Сначала ответь на вопрос, который я тебе задал!
   Слуга(избегая взгляда девушки, которая с интересом смотрит на него, грустно). Я все это делал потому, что для меня самым основным было избавить старого господина от болезни отрицания.
   Мужчина. Почему же ты не сказал этого с самого начала?
   Слуга. Я думал, вам это будет неприятно…
   Мужчина. Какая трогательная забота.
   Слуга. Да, я старался сделать все, что было в моих силах, я…
   Мужчина(зло). Что-то слишком запутанно у тебя получается, ты не находишь? Втянуть в это дело жену, изготовить парики, достать точно такие же, как тогда, чемоданы, переклеить обои, специально заказать магнитофонную ленту, на которой записан шум бунта. И с каждым разом ты делал это все более искусно – теперь вся атмосфера нашего дома стала точно такой, какой была в то время… Все это, конечно, благодаря твоим стараниям… Но не противоречат ли несколько твои действия стремлению не причинить мне неприятности?
   Слуга(загнан в угол). Видите ли… Это… как бы вам сказать… Я увидал, что такие встречи со старым господином и вам доставляют удовольствие…
   Мужчина(поражен). Удовольствие?
   Слуга(внимательно оглядывая мужчину). Что бы вы ни говорили, в то время старый господин был на высоте своего могущества… Одних машин, вывозивших руду с его шахт, было триста восемьдесят… Пыль, которую они поднимали, застилала горизонт…
   Мужчина. Чепуха! Как раз в те дни мы беспрерывно ругались с отцом. И к тому же еще сестра, не найдя другого выхода, выпила яд. А больная мать, не понимая, что вокруг происходит, оказалась брошенной на произвол судьбы… Что же здесь может доставлять удовольствие?
   Слуга. Но ведь вы ни разу не запрещали делать этого.
   Мужчина. Оставь. Ты все прекрасно понимаешь!
   Слуга. Да, я во всем виноват…
   Мужчина (сдерживаясь). Удовольствие в этом находил не столько я, сколько ты, а?.. Ты хотел, используя призрачную силу отца, подавлять меня… Тебе очень нравилось снова видеть меня таким, каким я был в то время, когда трепетал перед отцом…
   Слуга(отчаянно). Вы не правы, вы совершенно не правы…
   Мужчина. Неужели ты не помнишь?.. Давний случай-когда ты подкупил моих одноклассников, платя им по три сэна за страницу, чтоб они добросовестно описывали все, что я делаю… Мне это послужило хорошим уроком…
   Слуга. Старый господин заботился о вашей же пользе…
   Мужчина. Да, отец тоже всегда так говорил… Самый важный секрет умелого использования нанятых тобой людей – вселить в них подозрительность…
   Слуга. Пока находишься на иждивении родителей, необходимо послушание…
   Отец. Устал я…
   Слуга. Да-да, конечно… сейчас, минуточку…
   Мужчина. Не делай этого! Сейчас мы еще раз устроим обряд. Ты же сам только что сказал, что приступ можно вызвать в любое время, – я не говорю о мотивах. Если тебя действительно тревожит судьба отца, не лучше ли открыть свой секрет?
   Слуга. С тех пор как старый господин заболел, он не очень любит спиртное.
   Мужчина. И что же?
   Слуга(решившись). Так вот, я стал пробовать делать разные опыты… То, что один раз оказывалось удачным, не всегда получалось в другой…
   Мужчина. Меня интересует вывод.
   Слуга. Вы совершенно правы… Слушаюсь… Вы можете мне полностью верить…
   Мужчина. Не ломайся!
   Отец начинает собирать карты.
   Слуга(тихо). Слушаюсь… Когда лежачих тяжелобольных поят водой, пользуются специальным поильником – такой чашкой с носиком… Я насыпал в него сахар почти доверху и наливал виски, пока не получалась кашица, потом подкрашивал…
   Девушка. Фу, как противно.
   Слуга(неодобрительно косится на нее). Иногда немного подогревал…
   Мужчина. Разве это месиво можно пить?
   Слуга. Нет, скорее, не пить, а сосать… Лежа, он с удовольствием сосал эту кашицу.
   Мужчина. Отвратительно!
   Девушка. Черт знает что! Мне просто противно.
   Мужчина. И все это у него в комнате?
   Слуга. Да, там, аккуратно убрано. Чтобы приготовить все необходимое и напоить его, требуется время, лучше я отведу его туда…
   Мужчина. Сколько нужно ждать, пока подействует?
   Слуга. Да что-нибудь… Я попросил бы вас подождать минут двадцать-тридцать…
   Мужчина(кивает). Напои… (Протягивает ему бутылку виски.) Сделай побольше. Это ведь в последний раз.
   Слуга. Слушаюсь… (Подталкивает отца.) Ну, пойдемте…
   Отец. Вкусненькое?
   Слуга. Вкусненькое, конечно, вкусненькое… Мягкое, коричневое – самое вкусное на свете…
   Отец и слуга медленно уходят через центральную дверь.
   Мужчина и девушка смотрят друг на друга.
   Девушка. Черт знает что… Правда, это черт знает что… На вид такой важный, держится как благородный, а на самом деле какой коварный человек!
   Мужчина. Хорошо еще, не двуличный…
   Девушка. Он – не двуличный?! Еще какой двуличный, весь наизнанку.
   Мужчина. Если весь наизнанку, значит, совсем нет лица, а ты «двуличный».
   Девушка(хмыкает). Я не шучу… Там, где я живу, таких типов сколько угодно.
   Мужчина. Он с тобой расплатился?
   Девушка. Как, жена успокоилась?
   Мужчина. Она ведь рассердилась не из-за тебя… Просто ей не понравилось, как ты изображала сестру.
   Девушка. Обстановка была неподходящая. Первый раз я была тридцатью процентами, сейчас еще тридцать – значит, я стану шестьюдесятью процентами.
   Мужчина. Чего?
   Девушка. Вашей сестры.
   Мужчина. В самом деле… (Снова внимательно оглядывает девушку.)
   Девушка. Слишком много, да?
   Мужчина. Да, пожалуй, слишком много… (Отводит глаза и начинает ходить.) Во всяком случае, тебе заплачено вполне достаточно. Если б в тебе воскресла стопроцентная сестра, она не имела бы права ни слова сказать…
   Девушка. Ну ладно. Ничего, если я здесь переоденусь?
   Мужчина(на секунду задумавшись). Ну что ж…
   Девушка. Когда стараешься добиться слишком большого сходства, результат бывает обратный… Начну, пожалуй, с лица. (Садится на диван, кладет на колени сумку и, смотрясь в зеркало, начинает заниматься косметикой.)
   Мужчина внимательно следит за ней. Глядя в зеркало, девушка улыбается мужчине.
   Мужчина. Хотелось бы, чтоб ты по возможности омертвила цвет лица зеленоватым тоном.
   Девушка. Хорошо. Я тоже люблю таких… Эти румяные лица – терпеть я их не могу…
   Мужчина. Цвет лица у нее всегда был похож на зеленоватое стекло. Прошло много времени, и я не очень отчетливо помню, по…
   Девушка (глядя исподлобья). И все-таки я не совсем понимаю… Нужен ли этот спектакль… Мне, конечно, все равно, но…
   Мужчина. Совершенно верно… Я и сам толком не знаю, зачем мне все это, разве что для того, чтобы еще раз поговорить с отцом, внимательно выслушать его… Чтобы найти повод поговорить с отцом, я и хочу поговорить с ним – в общем, порочный круг получается.
   Девушка. Вы сказали «поговорить». Вы будете с ним говорить так же, как раньше?
   Мужчина. Нет… Сейчас разговор будет определеннее… Это ведь последняя возможность…
   Девушка(смеясь). Будто ваш собеседниц нормальный человек.
   Мужчина(застигнутый врасплох). Отчего же в течение нескольких десятков минут, которые движутся по одной и той же дорожке, словно игла по испорченной пластинке, он и в самом деле здоров? В эти минуты реальная действительность представляется сном…
   Девушка. Все-таки вы сын своего отца.
   Мужчина. Теперь вы пытаетесь истолковать все по-новому? Но, как это ни печально, все не так безмятежно, как кажется. Все странно и подозрительно. Какое-то непередаваемое чувство, точно электричество, зарядило мое тело.
   Девушка. Чувство, точно электричество?
   Мужчина. Вот именно… Чувство дикой жестокости… Даже в отношении покойной сестры-чувство жалости смешивается с желанием разнести вдребезги все, что связано с ней…
   Девушка. Если речь идет о хрупком стакане, его разбить нетрудно.
   Мужчина. Может, я и хочу все это разбить, потому что оно легко разрушимо.
   Девушка. Слишком сильная любовь во сто крат страшнее ненависти.
   Мужчина. Да, пожалуй, так сказать можно… Видимо, нерастраченная злоба против воли отца взорвалась во мне злобой против сестры,
   Девушка(закончив косметику). Ну как?.. Шестидесятипроцентная сестра… Немного другая, чем в прошлый раз, но все же…
   Мужчина(равнодушно). Сойдет…
   Девушка. Ответ, прямо скажем, безразличный.
   Мужчина. Напрасно ты так говоришь…
   Девушка(вызывающе). И в доказательство вы потбм захотите разбить меня, как стакан?
   Мужчина. Если так повернется судьба.
   Девушка (раскинув руки, поворачивается к нему спиной). Вы не поможете мне переодеться?
   Мужчина. Оставь, пожалуйста.
   Девушка. Не хотите выпить за воскресшую сестру?
   Мужчина. К сожалению, бутылку унесли.
   Девушка. У меня есть другая… (Достает uз сумки, бутылку и, глядя искоса на оторопевшего мужчину, простодушно.) Вы уж меня простите.
   Мужчина (ошеломлен). Ничего…
   Девушка. Я захватила ее домой, но давайте лучше выпьем здесь…
   Мужчина(растерянно открывая бутылку). Это ты занятно придумала припрятать бутылку…
   Девушка. Добро и зло, наверно, не развились во мне. Я это часто слышу.
   Мужчина(наполняя стакан). Ты первая. Будем пить по очереди.
   Девушка(выпив половину, возвращает ему стакан). Я опять громко глотала?