Сказал раби Йермия от имени раби Шимона: Любая заповедь может быть выполнена человеком только в сторону ее роста (Сука, 45б).
   Раби Шимон говорит: Если человек все свои дни был совершенным праведником, а в конце дней взбунтовался, - он потеряет первоначальное как сказано (Йехезкэль, 33,12): Праведность праведника не спасет ею в день прегрешения. А тот, кто был совершенным грешником всю свою жизнь, а в конце раскаялся, - не напоминают ему уже грехи его, как сказано (там же): И нечестивец не преткнется на нечестии своем в день возвращения его от греха своего (Кидушин, 40б).
   Сказал раби Йоханан от имени раби Шимона: Даже добродетели нечестивцев - это злодеяния для праведников (Тораот, 10б).
   Был раби Шимон жесток к самому себе, если считал, что поступил недостойно. Рассказывают (Назир, 52б), что однажды обсуждалось среди мудрецов: пересмотрел ли раби Акива свои взгляды на некоторый вопрос, связанный с ритуальной чистотой? Одни говорили, что пересмотрел, а другие, что не пересмотрел. И тогда сказал раби Шимон с иронией: До последних дней раби Акива признавал это нечистым. Не знаю, может быть, когда умер, тогда пересмотрел? И сказав так, понял он, что допустил непочтительность по отношению к покойному учителю. И почернели зубы раби Шимона от множества постов.
   И был раби Шимон суров с другими.
   Шел раби Шимон по дороге возле Бейт-Нетуфа и увидел человека, который собирал самосейки седьмого года (то есть субботнего года, когда, по заповеди Торы, не возделывают землю). Сказал ему раби Шимон: Не самосейки ли это седьмого года? Ответил тот: А не ты ли сам разрешил их? Вот ведь, учили мы: Сказал раби Шимон, что все самосейки разрешены, кроме капусты, так как нет травы в поле, подобной ей. Возразил ему раби Шимон: А разве мои Собратья не оспорили меня? Сломал ты ограду мудрецов, а ломающего заграждение укусит змея (Коhелет, 10, 8). Так и случилось (Берешит раба, 79, 6).
   Отступим немного в сторону и вдумаемся в слова раби Шимона, направленные против тех, кто нарушает согласие в Исраэле. Тут уместно вспомнить о речах Моше, порицающего Кораха и его сообщников (Бамидбар, 16, 29-30): Если смертию всех людей умрут эти и воздаянием всякого человека воздается им, то не Господь послал меня. А если творение сотворяет Господь, и разверзнет земля уста свои, и поглотит их и все, что есть у них, и спустятся они живыми в ад и т. д. И это не проклятие, а слова умудренного знанием человека. Если я правильно понимаю устройство мира, - как бы говорит он, - и этот мир сотворен Всевышним по тем законам, которые открылись мне на горе Синай, то сообщество этих людей, которые нарушают согласие среди Исраэля, будет поглощено землей, ибо там, где нет согласия, открывается ад. И Моше здесь - провозвестник и свидетель, а не судья и тем более не палач.
   Особый счет предъявляется к тем, кто приближен к святости, и особо осмотрительно надо вести себя в присутствии Царя. Сказали: Человек, не понимающий того, что показывают ему намеком, смеет изображать что-то перед царем? вывели его и убили (Хагига, 5б). Столь же осмотрительным следует быть и в присутствии праведника. Учил раби Шимон: Всюду, где ходят праведники, - Шехина рядом с ними (Берешит раба, 86, 7).
   И вот еще два рассказа, в которых раби Шимон проявляет, казалось бы, противоположные качества души.
   Первый из них (Недарим, 66б) повествует о том, как раби Йеhуда и раби Шимон были в гостях у человека, склонного к беспорядочным клятвам и обетам. Клянусь, - воскликнул он, обращаясь к своей жене, - что не будешь ты мне мила до тех пор, пока не накормишь своим кушаньем раби Йеhуду и раби Шимона! Раби Йеhуда отведал, говоря: Если уж Тора для того, чтобы установить мир между мужем и женой, разрешила смывать горькой водой Святое Имя (имеется в виду обряд, совершаемый над женщиной, которая подозревается в прелюбодеянии), то как я посмею нарушить в этой семье мир! А раби Шимон и не притронулся. Вскричал хозяин: Да сгинут дети этой женщины, когда она станет вдовой, если сойдет раби Шимон со своего места, не отведав! И после этого не стал пробовать. Чтобы не приучались бессмысленно клясться.
   В другой истории, которую мы перескажем вольно (Шир-hа-Ширим раба, 1,31), рассказывается о муже и жене, которые прожили вместе десять лет, но детей у них не было. И по существующему закону (а он выводится из Торы, из рассказа о том, как Сара привела Аврааму наложницу после десяти лет бездетного брака) мужу следовало развестись с ней и вступить в новый брак: может быть тогда удастся ему вы полнить заповедь Плодитесь и размножайтесь (Берешит, 1, 28). А они любили друг друга, и разводиться им не хотелось. И тогда пришли они к раби Шимону и попросили у него совета. И раби Шимон посоветовал им развестись, но после развода устроить такую же трапезу, какая была у них во время свадьбы. И когда пировали они за этой трапезой, разомлело сердце мужчины от выпитого вина и от любви к своей бывшей жене, и велел он ей, чтобы она, когда будет уходить в дом отца своего, забрала с собой свои самые любимые вещи. И захмелел муж от вина и печали и уснул. Тогда женщина завернула его в покрывало и перенесла в дом своего отца. Когда он проснулся, то очень удивился, что находится не в своем доме. Ты сам велел мне забрать из твоего дома самое для меня драгоценное, - сказала ему женщина. - А что в твоем доме для меня драгоценней, чем ты? И нечего ему было возразить ей, и вновь стали они мужем и женой. Этого и хотел раби Шимон, и видел он, что они любят друг друга и не могут расстаться. Поэтому он и заповедал им устроить пир после развода.
   Вот почти все, что можно рассказать о жизни раби Шимона, черпая сведения из вавилонского Талмуда и больших Мидрашим. Но этого достаточно, чтобы обрисовать образ этого великого праведника.
   Говорят, что в его время не показывалась на небе радуга: при жизни подобных людей нет нужды в этом знаке, так как вселенная защищена от гибели их присутствием.
   Поколениям вселенной (Берешит, 9,12). Сказал раби Юдин: Слово поколениям, написано без двух букв Вав. Это значит, что исключаются два поколения: поколение царя Хизкияhу и поколение мужей Великого Собрания, когда не показывалась на небе радуга. Раби Хизкия вместо поколения мужей Великого Собрания называл поколение раби Шимона бен Йохая (Берешит раба, 25, 2).
   <><><><><><><><<><><>><><><><><><><><><>
   5.
   К рассуждениям о радуге примыкает рассказ, действие которого происходит уже после смерти раби Шимона. Он передается по-разному в различных источниках. Приведем одну из его версий (Берешит раба, 25, 2; Шохер Тов, 3б).
   Элияhу - пусть он будет помянут к добру! - занимался Торой с раби Йеhошуа бен Леви. И находились они неподалеку от могилы раби Шимона. Попалась им одна из hалахот раби Шимона, и раби Йеhошуа не мог уразуметь ее. Сказал Элияhу: Пойдем и спросим автора этой hалахи. (Шохер Тов: Пойдем, и я подниму его тебе). Вошел Элияhу. Спросил его раби Шимон: Кто это с тобою? Ответил тот: Это величайший человек поколения, раби Йеhошуа бен Леви. Заслуживает он того, чтобы видеть тебя. А видна во дни его радуга? Ответил тот: Да. Сказал раби Шимон: Если бы он был праведником, то не показывалась бы радуга (Берешит раба: Если радуга показывается при нем, то недостоин он лицезреть меня). Говорят, однако, что во дни раби Йеhошуа радуги не было.
   Другую версию (Кетубот, 77б), хотя она, в основном, повествует о раби Йеhошуа бен Леви, мы также приведем полностью, поскольку она весьма занимательна.
   Когда заболел раби Йеhошуа бен Леви, сказали Ангелу Смерти: Иди и исполни его желание. Пошел тот и показался перед раби. Сказал ему раби: Покажи мне мое место в будущем мире. Сказал тот: С удовольствием. Сказал раби: Дай мне твой нож, чтобы не боязно было мне в пути. Отдал ему Ангел. Когда пришли они, поднял его Ангел над стеною, чтобы он мог разглядеть свое место. Прыгнул раби Йеhошуа и упал по другую сторону стены. Схватил его Ангел Смерти за край одежды. Сказал раби: Клянусь, что вернусь я к тебе. Сказал Святой, благословен Он: Если просил он когда-нибудь, чтобы освободили его от клятвы, то пусть не входит. А если нет, то пусть войдет. Сказал Ангел Смерти: Отдай мне мой нож. Не отдал ему. Раздался голос с неба и сказал: Отдай, он нужен ему для других. Стал Элияhу провозглашать перед ним: Освободите место для сына Леви! Освободите место для сына Леви! Пошел он и встретил раби Шимона бен Йохая, который сидел на тридцати тронах из червонного золота. Спросил его раби Шимон: Это ты сын Леви? Ответил он: Да. Спросил у него: А показывалась радуга в твои дни? Ответил ему: Да. Если так, то ты не сын Леви. Но ведь не было радуги в его дни! Он не хотел сам себя хвалить, поэтому и ответил так.
   Даже самые яркие истории о раби Шимоне, содержащиеся в Талмуде и Мидрашим, меркнут перед тем, что написано о нем в Зохаре. И мы надеемся, что читатель, сопоставив свои впечатления об образе раби Шимона, отраженном в двух зеркалах - в агаде Талмуда и в притче Зохара, - с готовностью повторит слова персидского Шавор-царя, друга многих еврейских мудрецов и знатока Торы:
   Это склонило наше сердце к раби Шимону (Бава Мециа, 119а).