- Вас долго не было, и я вернулся, - объяснил он. - Закрой дверь, ваше благородие, - сказал он женщине, - сейчас сюда сбежится толпа. Сматываемся.
   Они выбрались через черный ход. Каренира наскоро собрала вещи, разбойник поднял бесчувственное тело. Немного постоял, потом снова положил его на землю.
   - Гм...
   - Забирай его и пошли, - поторопил Глорма кот.
   - Труп, - с удрученной лаконичностью заявил великан. - Что забирать?
   - Великолепно, - сердито проворчал Рбит. - Валим отсюда.
   В гостинице уже зажглись огни.
   Они тайком пробирались к дому Лошадника.
   Каренира задумчиво водила пальцем по столу. Она только что выпила вина, которое принес Лошадник.
   - Не понимаю, - произнесла она. - Не понимаю. Вас что, не волнует, что кто-то притворялся вами? В конце концов, "Приют воина" платит дань? Я полагала, что каждый, кто платит мзду, находится под вашим прикрытием.
   - Нет, Кара.
   Она посмотрела на Басергора-Крагдоба. Тот молчал, что было для него довольно-таки странно. Он жестом дал понять, что Рбит говорит за двоих.
   - Каждый, кто платит дань, может быть уверен только в том, что мы его не тронем, - объяснил кот. - Не более того. Мы что, должны биться за всех громбелардских купцов, корчмарей и ремесленников? Для чего тогда легионы?
   - Ну хорошо. А если вдруг выяснится, что вы грабите тех, с кого взимаете дань? Об этом быстро узнают все. Кто станет платить за полную незащищенность?
   - Ты права. Бывало, что тот или иной мелкий воришка выдавал себя за посланца Короля Гор, рассчитывая произвести соответствующее впечатление. Таких мы отлавливали.
   - Значит?
   - Теперь, Кара, это значения не имеет. Властелины Гор уходят из своих владений. Кто-то выступает от нашего имени? Хорошо, тем лучше. Если в Горах и дальше будут разноситься вести о новых подвигах, нам проще будет найти свое место в новой жизни. Самый проницательный разум не свяжет рослого мужчину и огромного кота со знаменитой громбелардской парой, если с Гор Громбеларда будут приходить новые известия о них. Понимаешь?
   - Нет, не понимаю. Что значит - властелины Гор покидают свои владения?
   - Мы уезжаем, Каренира. Навсегда.
   - Уезжаете? Куда, ради Шерни?
   - В Дартан. Может быть, в Роллайну.
   - Нет, - сказала она. - Глорм?
   - Мы уезжаем, - хмуро повторил он.
   - В Роллайну?
   - Может быть.
   - Но - Горы? Громбелард?
   - Без нас, - коротко ответил Рбит. - Скажи, Кара, какое имеет значение, воспользуется ли кто-то нашей славой? Какой-нибудь придурковатый бандюга попадет наконец в руки солдат, поскулит немного в подземельях Трибунала, Шерер об этом узнает, а с нас - как с гуся вода.
   Басергор-Крагдоб грохнул кулаком по столу.
   - Послушай меня, Рбит, - тем не менее сказал он спокойно, даже с неким подобием улыбки. - Я принял к сведению, что ты против поездки в Дартан. Ты можешь оставаться и в Громбеларде. Хотя, должен признаться, мне легче будет расстаться с Горами, чем с тобой. Надеялся, что мы не расстанемся.
   Армектанка молча взирала на друзей.
   - Прошу тебя, - продолжал Глорм, - не пытайся играть на моем тщеславии. Ты прекрасно знаешь, как я не люблю, когда какие-то придурки, не важно кто, люди или коты, примазываются к нашей славе. Давай вместе подумаем, как можно этому помешать и стоит ли пытаться. Рано или поздно мы уйдем из Тяжелых Гор. Не важно, в Дартан или туда, куда однажды уходят все. Мы уйдем, оставив нашу легенду, но кто-то может ее осквернить. Можно ли избежать этого, если сейчас мы расправимся с лжевластелинами Гор?
   - Не знаю, друг мой. Но если уж суждено случиться тому, что первая попавшаяся падаль с хвостом безнаказанно присвоила себе мое имя, да еще сделала из него посмешище, то я бы предпочел, чтобы глаза мои при этом были закрыты, а уши не слышали.
   Он посмотрел на женщину, затем на Глорма.
   - Глорм, - сказал он. - Впервые я сознательно молол чепуху, потому что не могу смириться с твоим решением. Я готов это признать - при свидетелях.
   Разбойник нахмурился. Рбит, как любой кот, не умел извиняться, однако признался в собственной ошибке. И притом, как он сам сказал, при свидетелях. Король Гор понял, как тяжело другу принять решение уехать из Громбеларда, - может, тяжелее, чем ему казалось прежде.
   - Знаю, Рбит, ты готов на все ради меня.
   Он положил свою тяжелую руку на твердое плечо кота.
   Каренира не сильно разбиралась в тонкостях мужской дружбы и поняла лишь то, что Рбит пытается любой ценой удержать Глорма в Горах, а тот на него не в обиде. Она и так поняла значительно больше, чем можно было ожидать. Но тот факт, что, обменявшись несколькими словами, они в очередной раз скрепили свою дружбу, от нее ускользнул. Немного подождав, она сказала:
   - Раз уж вы все выяснили, может, начнем все сначала? Я хочу знать, что мы собираемся делать. Что с бандой на Перевале Стервятников?
   Рбит прижал уши.
   - Одно мне все-таки не понятно, - сказала Каренира. - Как может такое быть, что какой-то кот, не важно, глупый или умный, присваивает себе твою фамилию? Никогда в жизни не слышала ни о чем подобном!
   - Каренира, - сказал Рбит, - подумай сама: если что-то является наивысшей ценностью, то разве это означает, что из правил не бывает исключений? Всякий ли армектанец чтит свои традиции? Разве не случалось, что те или иные нарушались? Ваше почитание обычаев предков стало притчей во языцех. И что с того? Я уверен, что для многих они превратились в пустой звук. Мифы приходят к развенчанию, Каренира.
   Некоторое время все молчали.
   - Еще раз расскажи обо всем, - потребовал Рбит. - Что ты, собственно, обещала легионеру? Чем ему помочь?
   - Ничего я ему не обещала, - возразила она. - Просто сказала, что могу известить Басергора-Кобаля о том, что случилось. Я также сказала, что сообщу вам, против кого отправилась карательная экспедиция из Рикса. Он спросил, могу ли я сделать так, чтобы его людям ничто не угрожало с вашей стороны. Я сказала, что от меня это не зависит.
   - Вполне справедливо, - заметил Глорм.
   - Каковы, по твоему мнению, у них шансы? - спросил Рбит.
   - На то, что они перехватят ту группу? - Она пожала плечами. - Как обычно, один к десяти или того меньше. Горы большие. Есть где спрятаться.
   - Ну что, Глорм?
   Басергор-Крагдоб поднял брови.
   - Говоришь, солдаты пошли в сторону Бадора? Можно сообщить Мавале, там ее сброд... Но Мавала и так выпускает кишки всякому, кого поймает на своей территории. А наши отряды?
   Рбит размышлял вслух:
   - В Бадоре сидит Тева. Может быть, ей удастся поймать Кагу. Если Кага узнает, что кто-то выдает себя за Князя Гор, одной Шерни известно, что может ей прийти в голову.
   - Это девушка, которая тогда...
   - Да, Каренира, та самая. Но Кага очень изменилась. Честно говоря, она уже года два нам, собственно, не подчиняется. Договорилась с Мавалой. По крайней мере, они не мешают друг другу до поры до времени. Через год или через два Кага станет достаточно сильной, чтобы никого не бояться в Горах. Особенно когда нас не будет. Собственно, Глорм, - неожиданно констатировал он, - может быть, у этого отъезда в Дартан есть и положительные стороны. Если бы мы решили остаться, то - честно говоря - еще в этом году пришлось бы перебить все группы, которые подчиняются Каге, а ее саму... Я любил и люблю эту воительницу. Шернь, в Громбеларде останутся одни женщины, заметил он с легкой усмешкой. - С тех пор как войско схватило старого Хагена, кроме нас, собственно, в Горах считаются только с Мавалой и Кагой.
   - Я правильно поняла, что вы не собираетесь самолично отправиться в горы? - возвращаясь к сути разговора, спросила Каренира.
   Глорм и Рбит обменялись взглядами.
   - Нет, Каренира. Честно говоря, у нас здесь хватает хлопот, в самом Громбе. В другой раз мы бы пошли. Сейчас нет.
   Энергичный стук в дверь, донесшийся снизу, прервал разговор. Глорм грозно насупился:
   - Кого там принесло?..
   Стук повторился, потом еще раз. Наконец дверь открыли. Глорм и Рбит узнали голос Лошадника. Ему вторил чужой голос. Перепалка внизу шла на повышенных тонах, пока не перешла в скандал. Хозяин звал слуг.
   Глорм еще больше нахмурился. Он вышел в соседнюю комнату и вскоре вернулся, застегивая пояс с мечом.
   - Посмотрю, что там, - сказал кот, направляясь к двери.
   Он сбежал по темной лестнице и заглянул в проходную комнату. Оттуда вела на первый этаж другая лестница. Когда-то по ней поднимались и наверх, но по требованию или за золото Басергора-Крагдоба Лошадник перестроил дом.
   Рбит спустился, когда из комнат на первом этаже выбегали двое слуг Лошадника со здоровенными дрынами в руках. Хозяин бился в дверях с высоким, крепко сложенным мужчиной. Заметив слуг, посетитель потянулся к мечу.
   Коту не очень хотелось попадаться на глаза чужакам, однако драка, похоже, была неминуема. А любой шум возле дома был крайне нежелателен.
   За спиной Рбита скрипнула половица.
   - Шернь, - тихо сказала Каренира, - я знаю этого человека.
   - Тогда пригласи его войти и прогони как можно быстрее.
   Лошадник отступил, пропуская слуг. Непрошеный гость тут же этим воспользовался. Он ворвался в комнату и тут же захлопнул за собой дверь, правда сразу же схлопотав палкой по руке.
   - Ваше благородие! - заорал хозяин лучнице. - Этот человек...
   - Оставь, - прервала она его, - я его знаю.
   Чужак отпихнул в сторону растерянных слуг и подошел, убрав оружие.
   - Ваше благородие, нам нужно поговорить, - сказал он, потирая руку и не обращая внимания на хозяина дома. - Это очень срочно и важно, прошу тебя!
   Она задумчиво смотрела на него.
   - Без бороды ты выглядел симпатичнее, дартанский алебардник, - заметила она.
   Со второго этажа выглянула заинтригованная шумом парочка в ночных сорочках. Лошадник кивнул слугам, чтобы те увели любопытных.
   - Ваше благородие, - повторил дартанец, - у меня важное дело. Я прошу на два слова, не более того.
   - Где мы можем поговорить, хозяин? - обратилась она к Лошаднику, не желая вести чужака к Глорму и Рбиту.
   Он показал дорогу.
   - Да хотя бы в комнате слуг, ваше благородие.
   Каренира закрыла за собой дверь и хотела было задать вопрос, но алебардник опередил ее.
   - Ваше благородие, - сказал он, - человек, которого твой друг убил на заднем дворе гостиницы, был шпионом Трибунала. И был он не один. Второго я только что прирезал перед домом и отнес в темный переулок. Но кто может поручиться, что их было не трое? Я клясться не стану.
   Она онемела.
   - О чем ты? - наконец выдавила она. - Собственно, кто ты такой? Почему ты за мной ходишь?
   - Предпочел бы не говорить об этом. Но если требуется, скажу. Сейчас, однако, другое важно. Тебя видели, когда ты входила в дом в обществе большого мужчины и кота. Не желаю знать, кто это был. Но если их, допустим, разыскивает Трибунал - значит, нашли. И возможно, грозит опасность и им, и тебе с ними.
   Несколько придя в себя, она обнаружила, что все еще стоит со свечой в руке. Она поставила ее на стол.
   - Мой господин, - сказала она, - ты являешься посреди ночи неизвестно откуда и рассказываешь мне странные вещи. Боюсь, тебе придется мне все объяснить.
   Медленно, чтобы она не приняла это за нападение, он вытащил меч и протянул ей, держа за острие.
   - Хорошо, госпожа, - ответил он. - Но сейчас нужно спешить, с минуты на минуту здесь могут появиться солдаты. Возьми мое оружие, если не доверяешь мне, свяжи мне руки и оставь под стражей этих двоих с палками. Потом иди к своим друзьям, если их безопасность тебе важна, и посоветуй им отсюда побыстрее убраться. Я пойду с вами и все объясню.
   Она взвесила меч в руке.
   - Почему бы и нет? - Она повернулась и вышла. - Следи за ним, - велела она Лошаднику.
   Долго раздумывать Рбит не стал.
   - Я иду к Глорму, - сообщил он. - Скажи хозяину, чтобы убрал после нас, как обычно. Мы уходим.
   Он побежал наверх. Каренира оглянулась на Лошадника, но тот кивнул в знак того, что все слышал. Тогда она тоже поднялась наверх.
   Глорм уже был в кольчуге и натягивал куртку. Он собрал свое оружие и показал лучнице на сумку, подав колчан.
   - Куда идем?
   - В предместье, в хижину Лошадника.
   - Ворота закрыты, - напомнила она.
   - Ясное дело. Но, Королева, если бы я знал из этой дыры один только выход, который удержать могут пятеро ребят, ноги бы моей здесь не было.
   Вскоре они уже сбегали вниз по лестнице.
   Глорм обменялся несколькими словами с хозяином. Каренира позвала дартанца и отдала ему меч.
   - Мешает, - сухо сказала она. - И без того у меня есть что тащить.
   Не говоря ни слова, он подхватил ее сумку.
   Рбит выглянул на улицу и вышел первым. Остальные осторожно двинулись следом. Старательно избегая встречи с ночным патрулем, они шли по сонному городу. Рбит трусил перед ними, бесшумно скользя в тени стен в десятке шагов впереди. Он внимательно вглядывался в темные переулки, прежде чем подавал знак, что дорога свободна.
   Они остановились в каком-то неприятном закоулке. Кот куда-то исчез. Каренира коснулась плеча разбойника, но тот успокаивающе похлопал ее по руке.
   Ждали довольно долго.
   Вернулся Рбит с человеком, чей силуэт неясно маячил во мраке.
   - Я слышал, тебе не повезло, - сказал Король Гор. - Как это случилось? - Не ожидая ответа, он продолжал: - Рбит уже наверняка тебе кое-что рассказал. Без паники. Позаботься о том, чтобы твоя сестра нас не искала. Без имен, - предупредил он. - Мы не одни. Слышал? Она не должна нас искать. Пусть делает, что делала, но осторожнее. Двоих хватит. Повтори ей мои слова, она поймет.
   - Хорошо, - ответил скрытый в темноте незнакомец. - А портные? Что с ними?
   - Сейчас это не имеет значения. Хотя... почему, собственно? - передумал Глорм. - Ладно. Не хотят платить?
   - Нет.
   - У старейшины цеха есть дети?
   - Четверо. Старший только что женился. У него тоже своя мастерская.
   - То есть уже не мальчик... Ладно. Утопи его в колодце, неподалеку от отцовского дома. На колодце напиши его имя, а чуть дальше имена остальных троих. Старик поймет. Все?
   - Да.
   - Ну возвращайся под одеяло к милой. Купи ей завтра от меня что-нибудь в подарок. При случае рассчитаемся.
   Он хлопнул собеседника по плечу и толкнул его далеко в темноту.
   - Вот видишь, господин, - сказал он стоявшему рядом дартанцу, взяв его под руку, - теперь тебе придется доказать, что ты на самом деле друг Охотницы. Иначе окажется, что сегодня ты слишком много слышал.
   Они направились к городской стене.
   В доме целителя лошадей они оказались к утру. Коренастый подручный, помощник Лошадника, вечером, пользуясь отсутствием хозяина, напился в стельку. Когда его вытащили из грязной берлоги, он выглядел хуже свиньи. Глорм передал ему слова знахаря, впрочем, мог бы вообще ничего не говорить. Тот бессмысленно хватался за голову, выдыхая вонючие пары. Потеряв терпение, разбойник дал ему пинка под зад и оставил страдать в похмелье.
   Чтобы подкрепиться, нашли немного черствого хлеба и сыра, а также гигантскую, правда, надкушенную колбасу. Запивали они все это вином, кривясь от неудовольствия. Напиток был таким же благородным, как и подручный хозяина.
   - Кажется, все мы, - обратился к дартанцу Король Гор, - слишком мало спали. Жаль времени. Говори, господин, что хотел сказать.
   - Я А.Вилан, алебардник гвардии Князя-Представителя в Роллайне.
   - Бывший алебардник, - злорадно вставила Каренира. - Который едет в Дурной Край.
   - Неправда, - возразил он.
   Она повела плечами, мол, и без него ей все известно.
   - Тогда на тракте я просил тебя, госпожа, чтобы ты взяла меня к себе на службу. Это было не совсем честно... потому что служу я другому.
   - Кому?
   - Его благородию А.Б.Д.Байлею, твоему супругу, госпожа.
   Рбит и Басергор-Крагдоб перекинулись недоуменными взглядами. Армектанка словно вросла в стул, не двигаясь и приоткрыв рот. Она напряглась всем телом, и Глорм уже приготовился перехватить ее, прежде чем она кинется на дартанца. Женщина, однако, не двинулась с места.
   - Это шутка? - спросила она.
   - Нет, госпожа, - медленно ответил Вилан. - Не сердись на меня. Я только орудие, наемник. Мне заплатили больше, чем я могу заработать за всю свою жизнь, и я честно делаю свою работу. Только и всего.
   - Только... и всего? - с неподдельным изумлением спросила она. - Ты... платный шпион... и говоришь: "только и всего"?
   - Я не шпион, - возразил дартанец. - В мои обязанности не входит сообщать его благородию Байлею о чем бы то ни было. Я должен тебя оберегать, госпожа, насколько это в моих силах.
   - Алебардник?.. Оберегать?.. Охотницу?! - беспорядочно переспрашивала она. Ее душили нарастающая злоба и изумление. - Нет, во имя Шерни... Просто издевательство! ОН тебя послал?
   Она встала.
   - Ваше благородие, - дартанец говорил спокойно, наивно полагая, что спокойствие - это именно то, что надо разгневанной женщине, - я... вернее, я был...
   Она прыгнула на него, как дикая кошка. Глорм ловко ее перехватил, за что тут же получил по скуле, а потом и локтем в живот. Впрочем, с тем же успехом она могла бы поочередно поколотить подкову или стальную кирасу топорника.
   - Пусти меня, ради всех сил! - взвыла она. - Я убью его!
   - Поэтому и держу тебя! - грозно рявкнул он. От неожиданности она застыла. - Дай же ему договорить.
   Он не отпускал ее. Она отдышалась и успокоилась.
   - Я был, - снова начал Вилан, - агентом Имперского Трибунала в Роллайне.
   Это известие произвело должное впечатление.
   - Алебардником тоже, - добавил он, обращаясь к Рбиту, словно опасаясь новой вспышки гнева армектанки. - Однако прежде всего тайным агентом Трибунала. Может быть, это объяснит, почему я без особого труда распознал "опекунов" ее благородия. В "Горном ветре" вы были очень неосторожны. Поймав ночного вора, его, может быть, стоит не только убить... но еще и обыскать.
   Глорм, уже скорее обнимавший, нежели державший Карениру, перевел взгляд на друга.
   Дартанец полез за пазуху.
   - Естественно, эти письма поддельные. Их должны были подбросить ее благородию. Из них следует, что она якобы действовала во вред Империи... Мнимый вор не только не собирался ничего красть, но еще и пытался кое-что оставить... Если бы ему это удалось, утром, а может быть, еще ночью, пришли бы солдаты. Все доказательства нашли бы в ее сумке. Ее благородие передали бы в руки Трибунала. Что от нее хотят услышать - не знаю. Но наверняка она рассказала бы все, что им угодно. Я следил за человеком, который шел за вами, - закончил Вилан. - Но в темноте я вовсе не был уверен, не следят ли за мной самим. Маловероятно, чтобы это действительно было так, но возможно. Как получилось, - спросил он, обращаясь к коту, что ты, господин, не заметил за вами слежки?
   - Вот именно, - задумался Рбит. - Если бы не эта мелкая несообразность, я бы наверняка поверил в твою историю, господин...
   - Ты всегда настолько чуток и непогрешим, ваше благородие?
   Рбит прижал уши.
   - Придется развенчать миф, - с грустной иронией сказал он лучнице. Нет, не всегда.
   - Впрочем, я бежал впереди, - добавил он, - высматривая больше военные патрули, нежели вечерних пьяниц и бродяг...
   Дартанец приподнял брови и без слов развел руками.
   Несколько мгновений все молчали.
   - Эти письма, которые я еще не читала, - сказала наконец Каренира, уже спокойно опираясь на обхватившие ее талию руки великана, - не могут быть доказательством того, что ты говоришь правду. Кто может поручиться, откуда они у тебя взялись? И для чего предназначены?
   Он достал перстень, висевший на шее на цепочке.
   - Узнаешь, госпожа? Много ты таких видела?
   Она узнала крупный изумруд Байлея.
   - Я что, стянул его с пальца твоего мужа? Или, может, купил?
   - Не смей разговаривать со мной в таком тоне, дартанец! - вспылила она. - Так или иначе, для меня ты только ЕГО шпион! Чему я положу конец, как только эта дубина меня отпустит! - Она шипела от ярости. - Во имя Шерни! По закону я письменно отказалась от его фамилии и вернула ему свободу! А взамен взяла свою собственную! - Она аж задохнулась от негодования. Взяла не для того, чтобы какой-то алебардник и шпион ее изгадил!
   - Почему Трибунал не стал ждать, пока Охотница приведет их людей к нам? - спросил Глорм в надежде развеять последние сомнения и заодно отвлечь внимание армектанки.
   - Почему? - воинственно спросила она.
   - Ты, ваше благородие, слишком долго торчала в гостинице, ничего не делая. Оказавшись там, я было подумал, что единственная твоя цель напиться пива. Тебя нашли значительно позднее. Откуда им было знать, что ты приехала в Громб ради встречи с друзьями?
   Она встревожилась.
   - Кажется, я знаю откуда... Шернь, я поверила офицеру, подумав, что договор с ним нерушим.
   От досады на себя она начала злиться.
   - Ну, комендант, на этот раз я сделаю все, чтобы у легионеров были серьезные основания невзлюбить меня.
   - Этот паренек мне нравится, - негромко сказал Глорм, когда дартанец и Каренира заснули. - Как думаешь, он лжет?
   - Вряд ли, - ответил кот.
   - А может, мы именно сейчас угодили в ловушку, Рбит? Может, это настоящий и единственный шпион Трибунала?
   - Дартанец? С перстнем Байлея? Сейчас за нами нет слежки. Вряд ли он действовал в одиночку. Довольно только не спускать с него глаз, чтобы помешать любым намерениям, направленным против нас. Что он может сделать? Отравить нас? Задушить?
   - И то правда.
   - Спи, Глорм. Я посторожу. Потом разбужу тебя на смену.
   Глорм ухмыльнулся и опустил голову на руки, лежащие на столе.
   - Рбит, - глухо произнес он. - Помнишь, как мы первый раз стояли на страже в горах? - Он закрыл глаза. - Ну и боялся же я тогда...
   4
   Стояла середина лета, день был пасмурный, незаметно подступили хмурые громбелардские сумерки. Мелкий, надоедливый дождик моросил с полудня, не ослабевая и не усиливаясь. Он монотонно шелестел на ровном ветру, разжижая горный тракт в грязь.
   Сквозь шум ветра и шелест дождя послышался топот копыт. Он раздавался все яснее и ближе, потом внезапно умолк. Последовало конское ржание, а затем снова топот. Теперь ему вторил отдаленный отзвук, будто множество лошадей неслись по тракту галопом. Но звук был малоотчетливым, больше похожим на фон грозовых раскатов.
   Дорога вела через небольшой перелесок в несколько хилых деревьев, и все же угрюмые горные ели не позволяли разглядеть всадника, пока он из-за них не выскочил. Конь заржал болезненно и отрывисто. Животное споткнулось и остановилось. Всадник оглянулся, натянул вожжи, покрытые пеной и кровью, и спрыгнул на землю. Конь опустился на колени, качнулся и завалился на бок.
   - Проклятие! - воскликнул всадник, отскакивая в сторону и выхватывая меч.
   Певучий язык солнечного Дартана звучал в этих краях по меньшей мере странно. Но похоже, этот язык обладал магической силой, так как из-за поворота дороги, извивавшейся серпантином к северу, с грохотом вылетел могучий отряд. Судя по всему, человек не заметил их. Поглощенный погоней, он, с мечом наперевес, ждал своих преследователей. Они не заставили себя ждать. Несколько всадников в шлемах и серых накидках появились из-за деревьев. Человек принял боевую стойку, приготовившись отразить нападение, однако на лицах его преследователей отразилось недоумение. Люди придержали своих лошадей, вглядываясь в то, что находилось где-то там, за спиной хозяина павшей лошади. Он обернулся и радостно вскрикнул, отпрыгнув в сторону к каменной стене на обочине дороги.
   Несколько десятков всадников промчались мимо, налетев на легионеров, спешно пытавшихся укрыться среди деревьев. Кто-то пронзительно завопил, несколько раз лязгнуло железо, снова вскрик - и стало тихо. Всадники спешились. Отряд был отлично вооружен, в кольчугах и с мечами; у каждого седла висел арбалет. Несколько человек, отбросив за спину серые и коричневые плащи, такие же, как у солдат, бросились к чудом уцелевшему путнику.
   - В последний момент! - сказал Вилан, сделав шаг навстречу и убирая оружие в ножны.
   - В последний! - крикнула Каренира. - Ради всех сил, ты что-нибудь умеешь, кроме как приводить меня в бешенство?! Герой, да?
   - Не сердись на меня, ваше благородие...
   - С ума можно съехать, - выпалила армектанка. - Что бы он ни делал, все время слышу одно и то же - "не сердись" да "не сердись"!
   - Мне что, тоже не сердиться? - сухо спросил Басергор-Крагдоб. - Ты безрассудный человек, Вилан. Ведь это не ты должен был ехать в Рикс.
   - Ваше благородие, - сказал дартанец, - я готов понести любое наказание, какое ты сочтешь справедливым. Я нарушил приказ. Но какое-то время я еще остаюсь на службе у его благородия Байлея. И буду брать на себя любую опасность, которая может угрожать Охотнице.
   - Безрассудный ты человек, Вилан, - повторил разбойник.
   - Безрассудный? - продолжала злиться Каренира. - Да он сумасшедший!
   - Может быть, - неожиданно согласился дартанец. - Хорошо, что вы пришли мне на помощь.
   - Рбит остался под Бадором, - сказал Крагдоб, - а я взял несколько человек и помчался на тракт, как только выяснилось, что ты поехал в одиночку. Выходит, я все-таки прав, утверждая, что одному по этой дороге спокойно не проехать... Делоне, - обратился к своему товарищу, стоявшему в двух шагах позади. Тот до сих пор молчал, в разговор не встревал, но явно с трудом сдерживал свое смешливое настроение. - Пошли надежные патрули в сторону Рикса. Твой друг, возможно, привлечет сюда весь гарнизон. И не радуйся ты так.
   Делоне подмигнул Вилану и ушел.
   - И что ты узнал? - спросила Каренира, уже больше с любопытством, нежели с гневом.
   Дартанец пожал плечами:
   - Город сплошных казарм. Раз десять пришлось объясняться с патрулями. Похоже, на каждого, кто носит при себе хотя бы нож, там теперь смотрят как на шпиона с Гор. Ты вот кричишь на меня, госпожа, а ведь никто не просил тебя, чтобы ты сюда ехала. Женщина с луком, да и без него, достаточно маломальской привлекательности, и ее сразу бы доставили в здание Трибунала. На всякий случай.