— Здесь! — донесся сверху голос Томми.
   Через минуту хозяйка спустилась вниз.
   — Проходите в большую комнату. Ой, Тереза, мальчики так подросли за неделю!
   Томми проводила всех в гостиную, которая примыкала к кухне. Энн передала Марису Табисе. Табиса любовалась крошечной девочкой, которая внимательно смотрела на нее своими голубыми глазками.
   — Разве она не красавица? — прошептала Эвелин, заглянув Табисе через плечо. — До нее я имела дело только с мальчиками. Я думаю, Мариса самый чудесный младенец на свете.
   — Я тоже, Эвелин.
   Обе женщины проследовали за остальными в большую комнату и сели рядышком на диване.
   Вдруг снова раздался звонок в дверь.
   — Ой, я совсем забыл! Я пригласил на ужин одного своего друга, — сказал Пит, выходя из комнаты.
   Табиса не слышала его слов, так как ее вниманием полностью завладела Мариса, которая улыбалась своей тете.
   — Интересно, кого пригласил Пит? — спросила Эвелин.
   Ее вопрос остался без ответа.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

   Алекс вошел в прихожую.
   — Спасибо за то, что пригласил меня, Пит.
   — Надеюсь, все пройдет гладко. Томми нельзя волноваться, — пробурчал Пит.
   — Хочешь, чтобы я ушел? — мягко спросил Алекс. Если ты думаешь, что из-за меня у вас возникнут проблемы…
   — Не надо. Прости меня за ворчливость. Заходи.
   Глубоко вдохнув, Алекс последовал за хозяином.
   Днем, когда Пит присоединился к ним с Джимом, они втроем решали, как им лучше поступить. В конце концов Пит решил, что Алекс должен прийти на семейный ужин.
   Дверь в гостиную была открыта, и Алекс увидел Табису, сидящую на диване с ребенком на руках. Он никогда не видел ничего прекраснее.
   Пит откашлялся, и все, кроме Табисы, посмотрели на него.
   — Я хочу представить вам доктора Алекса Майерсона.
   — Алекс?.. — Табиса уставилась на вошедшего.
   Уж не сон ли это?
   — Добрый вечер, Табиса.
   — Дорогая, это тот мужчина, которого ты сопровождала во время турне? — спросила Энн.
   — Да, но я не знала, что он знаком с Питом…Ты не был знаком с Питом! Ты же спросил меня фамилию Марисы!
   — Это правда. Я познакомился с ним и Джимом только сегодня.
   — Как? — воскликнула Табиса.
   Томми встала и взяла мужа под руку.
   — Мне тоже было бы интересно это узнать.
   — Джим? — нежно позвала Тереза. — Когда вы познакомились с Алексом?
   — Сегодня днем.
   — Но ты же сидел дома с детьми.
   — Да, но…
   — А ты работал, — сказала Томми Питу. — Как вы оба познакомились с ним?
   Алекс не мог позволить, чтобы его новые друзья приняли огонь на себя. Он сделал шаг вперед.
   — Признаюсь, я не смог выведать у Моны номер телефона Табисы. Она попросила меня подождать до следующего понедельника. Но я не хотел ждать. Я позвонил в офис Джима и попросил, ;чтобы он мне перезвонил. Затем пришел к нему домой.
   — Он помогал мне купать мальчиков, — добавил Джим, — и все мне рассказал. Я позвал Пита, и мы подумали, что было бы правильно пригласить его на ужин.
   После того, как Джим закончил, воцарилась тишина. Алексу все еще казалось, что он здесь лишний. Но Энн, которую он сразу же узнал по фотографии, встала и протянула ему руку.
   — Доктор Майерсон, добро пожаловать на наш семейный ужин.
   — Спасибо, миссис… Простите, я знаю только ваше имя.
   Джоэл поднялся и тоже протянул ему руку.
   — Все в порядке. Я Джоэл Андерсон, ее муж. Но пожалуйста, зовите меня Джоэл.
   — Спасибо. А вы меня — Алекс.
   — Вы врач? — спросила все еще немного озадаченная Эвелин.
   — Почти. Я психолог, — объяснил Алекс.
   Затем он познакомился с сестрами Табисы.
   — Табиса говорила мне, что вы тройняшки, но мне было трудно представить себе одновременно трех Табис Тайлер. Вы все такие красивые!
   — Вы сделали первый шаг к тому, чтобы нам понравиться, — со смехом сказала Томми.
   — А второй — быть добрым к Табисе, — добавила Тереза.
   Табиса покраснела.
   — Алекс всего лишь , мой друг. Нам было хорошо путешествовать вместе.
   — Да, мы хорошо поработали. Вспомни Детройт.
   Табиса кивнула, но ничего не сказала.
   — А что было в Детройте? — поинтересовался Джим.
   — Табиса не рассказывала вам? — Алекс удивленно посмотрел на нее, но она лишь пожала плечами.
   Он повернулся лицом к остальным. — Какой-то мужчина прервал мое интервью.
   — Да? Табиса ничего не говорила, — удивилась Энн.
   — Алекс отлично все уладил, поэтому никто не пострадал.
   — Но тебе ничто не угрожало? — спросил Джоэл;
   — Не угрожало, пока она не спустилась на сцену со своим блестящим предложением, — произнес Алекс, улыбаясь Табисе.
   — Когда я вмешалась, Алекс уже держал ситуацию под контролем. Он образумил мужчину, потом ведущий расплакался и признался, что сам тяжело переживает развод. Это было очень полезное интервью.
   — Его показывали по телевизору? — спросил Пит. — Мы ничего не видели.
   — Нет, эфир заполнили ранее записанной программой. Табиса посоветовала менеджеру студии оплатить обоим психологическую консультацию, а затем в каждой передаче рассказывать об их успехах.
   — Ты разговаривал с ними? — спросила Табиса.
   — Да. Сегодня утром я звонил в студию. У них все идет отлично.
   — Теперь, когда мы во всем разобрались, пора приступить к ужину. Джентльмены, прошу вас присоединиться ко мне, — сказал Пит.
   Алекс вопросительно посмотрел на него:
   — Мне тоже?
   — Конечно. Пусть женщины сегодня отдохнут.
   Помоги Джиму расставлять посуду.
   — Слушаюсь, сэр, — пошутил Алекс.
   Пока мужчины занимались ужином, женщины возились с детьми. Табиса передала Марису Эвелин и взяла на руки Томми. Энн держала Джонни.
   Играя с Томми, Табиса украдкой наблюдала за Алексом. Кажется, он поладил с мужской частью их семьи.
   — У Алекса есть опыт в обращении с маленькими детьми? — спросила Тереза, присев рядом с Табисой.
   — Нет, не думаю.
   — Но Джим сказал, он помог ему купать и одевать мальчиков.
   — Уверена, Джим пошутил. Он не позволил бы чужому человеку прикоснуться к детям.
   — Гмм… Думаю, надо устроить мужу небольшой допрос.
   Томми присоединилась к сестрам.
   — Кажется, он очень мил.
   — Ты права. Он… замечательный. Я имею в виду, друг. — Табиса почувствовала, как ее щеки вспыхнули.
   Тереза захихикала.
   — Да. И с лицом у него все в порядке.
   — И манеры у него хорошие. Он отлично вписался в нашу семью. Наверное, у него тоже замечательная семья, — предположила Томми.
   Табиса хотела притвориться, что не расслышала последней фразы. Но она никогда не лгала своим сестрам.
   — У него ужасная семья. Его родители жесткие и холодные. Они не интересуются своим сыном и не поддерживают с ним связь.
   — Он сам рассказал тебе это? — Томми была в ужасе.
   — Нет, я познакомилась с ними в Нью-Йорке.
   Совершенно случайно. Они были похожи на ледяные глыбы.
   — Дамы, ужин готов! — крикнул Пит. — Проходите за стол.
   — Пит, сначала нам нужно уложить детей, — напомнила ему Томми.
   — Ой! Я совсем забыл. Мы принесли сюда кроватку Марисы и манеж для мальчиков, чтобы услышать, если они заплачут.
   Пит взял Марису и уложил ее в кроватку. Табиса удивилась, когда Алекс забрал у Эвелин Томми, отнес малыша в манеж и положил его на животик.
   — Где ты научился обращаться с детьми? — спросила Табиса.
   — Сегодня у Джима. Он показал мне, — улыбнулся Алекс. — Тебя это поразило?
   — Да.
   Он подал ей руку.
   — Можно я буду тебя сопровождать?
   Увидев, что все остальные пошли к столу, Табиса задержала Алекса.
   — Зачем ты приехал сюда? — прошептала она. — Неужели я понадобилась так срочно, что тебе пришлось побеспокоить Джима?
   — Нет, ничего срочного. Я просто хотел убедиться, что ты благополучно добралась.
   — А ты не мог спросить у Моны?
   — Мог. Но я никогда не смог бы передать через нее вот это. — Он наклонился и поцеловал ее.
   Табиса испуганно отпрянула.
   — Не делай этого!
   — Почему?
   Она уставилась на него, будто он сошел с ума.
   — Ты знаешь, почему!
   — Идите сюда, — позвал Пит. — Как хозяин, я должен подойти последним. А я умираю от голода.
   — Только после тебя, — сказал Алекс, пропуская Табису вперед.
   Табиса не хотела устраивать сцен, поэтому у нее не было иного выбора. Она положила себе на тарелку бекон, зеленый горошек и овощной салат и пошла в гостиную.
   — Сюда, Табиса! — позвала Эвелин. — Мы приберегли два места для тебя и для Алекса.
   Табиса чуть не застонала. Она села рядом с Эвелин, оставляя место рядом с Джимом для Алекса.
   Табиса надеялась, что Эвелин не будет задавать ей вопросов об Алексе.
   Но ее надежды не оправдались.
   Такие вечера были для ее семьи обычным делом, но Табиса смотрела на все глазами Алекса. У него на лице было написано, что этот ужин доставляет ему удовольствие. Он подружился с Питом и Джимом.
   Кажется, он понравился даже Джоэлу.
   Поужинав, все стали помогать хозяевам наводить порядок.
   — Пойду сварю кофе, — сказала Томми. — Кстати, Тереза, что ты купила на десерт?
   — Джим настоял на торте с мороженым. Он его очень любит.
   — А я никогда его не пробовал, — сказал Алекс. Хотя и работал в ресторане.
   — И что ты умеешь готовить? — спросил Пит.
   — В основном итальянские блюда.
   — Когда в следующий раз мы снова соберемся, готовить будешь ты, — заявил Пит. — Обожаю итальянскую кухню.
   — Только назови место и время. Я с удовольствием приготовлю на всех. В благодарность за этот удивительный вечер.
   Наступила тишина. Все поняли, что Алекс говорит серьезно. Затем Джоэл похлопал его по плечу:
   — Парень, тебе не за что нас благодарить. Приходи всегда, когда пожелаешь.
   — Нет, есть за что, — тихо произнес Алекс.
   У Табисы защемило сердце. Она знала, что он имел в виду, так как познакомилась с родителями Алекса. Теплоты и любви в ее семье хватало на всех. Его же родители не дали ему ни капли.
   Когда вечер подошел к концу, Алекс предложил Табисе подвезти ее домой.
   — Не нужно. Меня подбросят мама и Джоэл. Им по пути.
   — Табиса, мне нужно с тобой поговорить.
   — Нам не о чем с тобой говорить, Алекс.
   Не обращая внимания на ее слова, он обратился к Джоэлу:
   — Вы не против, если я подвезу Табису?
   — Нет, если она сама не против.
   У нее внутри шла борьба. Разум подсказывал, что наедине с Алексом оставаться не следует. Но ей так хотелось поговорить с ним, спросить, понравился ли ему вечер, как обстоят дела с его книгой.
   Один ласковый взгляд — и отказать было уже невозможно.
   — Я не против, Джоэл. Спасибо, что привез меня сюда.
   — Не за что. Спокойной ночи.
   Попрощавшись со всеми, Алекс повел Табису к своему черному «мерседесу». Он открыл дверцу, и Табиса проскользнула в мягкий кожаный салон.
   Алекс сел за руль.
   — Куда ехать? — спросил он.
   Она сказала адрес.
   Всю дорогу они молчали. Табиса не могла понять, почему он так настаивал на том, чтобы отвезти ее домой. Ей хотелось о многом его спросить, но она не смогла заставить себя начать разговор.
   Остановившись рядом с домом Табисы, Алекс заглушил мотор.
   — Тебе не нужно выходить из машины. Дальше я сама.
   — Может, немного поговорим?
   — Ладно, давай. Что тебе сказали, когда ты позвонил в Детройт?
   — Я поговорил с обоими. Они нашли общий язык.
   Уже снято несколько фрагментов для программы Даниэля. В студию поступает масса звонков. Люди интересуются, задают вопросы.
   — Это просто замечательно.
   — Да. А Билл снова спросил, не хочешь ли ты поработать у него. Я сказал, что ты уже пообещала другому человеку.
   — Спасибо.
   Снова молчание.
   — Ты так ловко обращаешься с детьми, — наконец сказала Табиса.
   — Джим оказался хорошим учителем. И он доверял мне.
   — Я заметила, что ты успел подружиться с обоими братьями.
   — Они классные ребята.
   — Это точно.
   Снова молчание.
   — Наши семьи такие разные, правда? — тихо произнес Алекс.
   Она кивнула.
   — Я рада, что ты познакомился с моей.
   — Я тоже. Никогда не встречал такой крепкой, дружной семьи.
   Табиса не стала с ним спорить. У Дженни не было семьи, да и у него, по сути, ее тоже не было.
   — А вы часто собираетесь у тебя? — вдруг спросил Алекс.
   — Не очень. Сам понимаешь, у сестер маленькие дети, а моя квартира тесновата. Думаю, мне нужно подыскать себе что-нибудь побольше. Правда, я так не люблю переезжать.
   — Я тоже покупаю новый дом.
   — Ты решил продать дом, в котором вы жили с Дженни?
   — Да.
   — Почему?
   — Он слишком большой для меня. Мы купили его, потому что собирались завести много детей. Но после ее смерти он стал пустым.
   — Значит, ты хочешь купить дом поменьше?
   — Не знаю. Мне понравились дома Джима и Пита. Было бы неплохо найти что-нибудь по соседству.
   — А где ты живешь сейчас?
   Он назвал свой адрес. Табиса отметила, — что это самый престижный район в городе.
   — Почему ты хочешь продать дом в таком замечательном месте? — удивилась Табиса.
   — Поблизости мало семей.
   — Но у тебя же нет семьи.
   — Сейчас нет, но когда-нибудь обязательно будет, — улыбнулся он.
   Табиса уставилась на него.
   — Ты мне не веришь?
   Честно говоря, когда дело касалось Алекса, она не знала, чему верить.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

   На следующее утро Алекс готовил ленч, чтобы произвести впечатление на Табису. Вчера он все же сумел пригласить ее в гости.
   Затем ему пришла в голову мысль попросить ее помочь в выборе нового дома. Алекс знал, что должно пройти какое-то время, прежде чем она поймет, что он любит ее. Но сдаваться он не собирался.
   Когда раздался звонок, Алекс бросил критический взгляд на стол и помчался открывать.
   — Ты вовремя, Табиса. Входи.
   — Спасибо. — Войдя, она огляделась. — Алекс, твой дом просто дворец!
   — Да, но это не то, что мне нужно. Впрочем, здесь отличная кухня.
   Она кивнула.
   — Прошу к столу. Ленч готов, — сказал Алекс.
   Табиса прошла в просторную столовую. Алекс усадил ее и сел напротив.
   Сначала они попробовали салат. Затем Алекс подал цыпленка альфредо. Все было просто восхитительно.
   — Ты сам это приготовил? — спросила Табиса.
   — Конечно. Думаешь, это можно приготовить, когда я в следующий раз буду у вас в гостях?
   — Это совсем не обязательно.
   Мобильный телефон Табисы зазвонил прежде, чем Алекс успел возразить.
   — Извини, — сказала она, доставая из сумочки телефон. — Алло? Да, здесь… Это Джим. Он хочет с тобой поговорить.
   Алекс взял у нее телефон.
   — Спасибо, Джим. Это было бы здорово. Пока. — Он вернул телефон Табисе. — Это очень мило с его стороны.
   — Что?
   — Они с Джоэлом и Питом идут сегодня на бейсбольный матч. У них был четвертый билет, и они пригласили меня.
   — Ты бейсбольный болельщик?
   — Нет, я никогда не был на игре, но, думаю, это здорово.
   После ленча он, показал Табисе; дом. Он жил только на первом этаже. Весь второй этаж был нежилым.
   После смерти Дженни Алекс оставил и их спальню.
   Табиса подумала, что его теперешняя спальня предназначалась для экономки.
   — У тебя нет экономки?
   — Есть женщина, которая приходит убираться два раза в неделю.
   — А где ты принимаешь пациентов?
   — Не здесь. Моя приемная находится рядом с «Харрис хоспитэл».
   — Тогда у тебя масса неиспользованного пространства.
   — Да. Как ты думаешь, могла, бы Томми найти покупателя для моего дома?
   — Уверена, она сделает это, но… Алекс, зачем ты продаешь свой дом?
   — Я говорил тебе, дорогая. Дженни осталась в прошлом, а мне нужно будущее.
   — Я не верю тебе.
   — Почему?
   — Потому что всякий раз, когда я прикасалась к тебе, ты отстранялся.
   — Сначала это было так, но в тот вечер, когда мы рассматривали фотографии, отстранилась ты.
   — Конечно, я сделала это! Нужно быть мазохисткой, чтобы строить отношения с мужчиной, который до сих пор любит свою умершую жену.
   — Но я уже не люблю ее. То есть люблю, но в другом смысле…
   — Я не верю тебе.
   Прежде чем ответить, Алекс пристально посмотрел на нее.
   — Как я могу доказать тебе это?
   — Для начала ты мог бы меня поцеловать.
   На его губах заиграла улыбка. Он получил желанный ответ.
   — С радостью.
   Он заключил ее в объятия и поцеловал. Ему казалось, что поцелуй длился целую вечность.
   — Прости, — тяжело дыша, произнес наконец Алекс. — Я немного увлекся.
   Табиса изумленно уставилась на него.
   — Дорогая, с тобой все в порядке? Я не сделал тебе больно?
   Она покачала головой и направилась к двери.
   — Ты куда собралась?
   — Я иду домой.
   — Ты не хочешь взять с собой сумочку и ключи?
   Она вырвала их у него из рук и побежала к своей машине.
   Пока мужчины наслаждались бейсбольным матчем, женщины пришли на десерт к Терезе.
   — Алекс был рад, что его пригласили на игру? — спросила Томми.
   — Да, но он раньше никогда не ходил на бейсбол. — Табиса все еще не могла прийти в себя после своего визита к Алексу. — Сегодня я видела его дом. Алекс хотел знать, сможешь ли ты найти для него покупателя.
   — Да, мы с ним уже говорили об этом вчера. Я сказала Алексу, что занимаюсь продажей домов во всех районах. Где он находится?
   Когда Табиса сказала ей, Томми вытаращила глаза.
   — Ничего себе! Должно быть, это очень дорогой дом.
   — Просто дворец, — ответила Табиса, скорее впечатленная тем, что произошло в этом доме, чем им самим.
   — Он очень большой? — спросила Тереза.
   — Огромный. Половина первого этажа и весь второй не заняты. Думаю, Алекс спит в комнате для экономки. После смерти Дженни…
   — Как давно она умерла? — поинтересовалась Томми.
   — В тот день, когда мы отправились в турне, был ровно год со дня ее смерти. В тот день он был просто несносен.
   — Но с тех пор он, кажется, уже смирился;
   — Вроде того.
   Табиса не была полностью уверена в этом. Как бы ей ни хотелось быть с ним, она боялась, что на следующий день он может передумать. Он так сильно любил Дженни, что ему понадобились бы долгие годы, чтобы справиться со своей болью.
   — Я рада, что он поладил с моими мальчиками, Кажется, им нравится общество друг друга, — улыбаясь, сказала Эвелин.
   — Рада, что он нашел друзей.
   Эвелин пристально посмотрела на Табису.
   — А ты нашла мужа?
   Табиса смутилась, но ей пришла на помощь Энн:
   — Они с Алексом друзья, но, может, у них что-нибудь получится, когда они лучше узнают друг друга.
   Табиса благодарно улыбнулась матери.
   — Как ты думаешь, его дом может стоить полмиллиона? — спросила Томми. Ее все еще не оставляла в покое мысль о сумме комиссионных, которую она могла бы получить, заключив эту сделку.
   — Думаю, раза в два больше, но я в этом деле не специалист.
   — Господи, это было бы хорошей оплатой декретного отпуска!
   — Если будет нужно посидеть с Марисой, пока ты осматриваешь дом, я с радостью сделаю это, — сказала Тереза.
   — Или я, — предложила Табиса, — если ты всему меня обучишь.
   — Мы могли бы сделать это вместе, — улыбнулась Тереза.
   — Как насчет завтра? — спросила Томми.
   Обе сестры согласились.
   Впервые за долгое время Алекс провел вечер в мужской компании. Учась в университете, он время от времени ходил куда-нибудь с приятелями, но это было так давно!
   Джим объяснял ему, как надо вести себя во время матча. Джоэл и Пит помогали ему. Они вскакивали со своих мест и радостно кричали, когда «Рэйнджеры» выигрывали.
   — Я жалею, что не был на бейсболе раньше, — сказал Алекс. — Это хороший способ расслабиться.
   — Ты чем-то обеспокоен? — спросил Пит.
   — Да, немного. Я пытался убедить Табису, что память о Дженни больше не препятствие для меня, но, боюсь, допустил ошибку.
   — И что же ты сделал?
   — Спросил ее, как я могу доказать ей свои благие намерения, и она предложила поцеловать ее.
   Все трое пристально уставились на Алекса.
   — Итак, ты прошел испытание? — спросил Пит.
   — Я так хорошо его прошел, что даже немного ее напугал.
   — А как она себя повела? — В голосе Джоэла слышалось беспокойство.
   — Пристально посмотрела на меня и, ничего не сказав, убежала.
   — Ты позвонил ей, чтобы убедиться, что с ней ничего не случилось?
   — У меня все еще нет номера ее телефона.
   Джоэл достал ручку и бумагу и что-то написал.
   — Вот он. Ты это заслужил.
   Алекс посмотрел на листок, не веря своим глазам.
   — Номер Табисы? — взволнованно спросил он.
   — Да, но только не говори ей, кто тебе его дал.
   — Конечно, Джоэл. Большое вам спасибо.
   — Рад, что помог тебе. Ты отлично вписываешься в нашу семью.
   Пит кивнул.
   — Да, Джоэл прав.
   — Парни, с которыми Табиса встречалась раньше, вызывали у меня опасения, — добавил Джим. — Они не вписывались в нашу компанию.
   — А почему она встречалась с такими парнями?
   — Ты заметил, все три сестры очень красивы. Своими видеозаписями она привлекала не тех мужчин. — Пит посмотрел на своего брата и Джоэла. — По крайней мере, я так думаю. А развод может стать для нее тяжелым ударом.
   — Обещаю, что, если когда-нибудь смогу убедить ее выйти за меня, я не разведусь с ней. — Алекс уставился куда-то вдаль, будто видел там собственное будущее.
   — Мы рады это слышать, — убедил его Джоэл.
   Когда игра закончилась, все четверо поехали домой к Питу. Томми ждала их. Увидев, как они вышли из машины, она тут же выбежала во двор.
   — Алекс, ты все еще хочешь, чтобы я нашла покупателя для твоего дома? — спросила она.
   — Разумеется. Ты думала, я пошутил?
   — Надеялась, что нет. Продажа такого дома принесла бы мне хорошие комиссионные. Не возражаешь, если я завтра приеду взглянуть на него?
   — Нет. Может, Табиса приедет с тобой.
   — Нет, они с Терезой вызвались присмотреть за Марисой.
   — Подожди. Она слишком мало времени провела с Марисой, — возразил Пит.
   — Никто, включая тебя, не провел с ней много времени. Я подумала, может, ты хочешь завтра поехать со мной?
   — Я об этом не думал. Ты не против, Алекс?
   — Конечно, нет, Пит. Приглашаю вас всех.
   — Я не могу, — предупредил Джоэл. — Энн работает всю неделю, поэтому каждую субботу мы проводим вдвоем.
   — А я лучше останусь дома и помогу Терезе и Табисе с детьми, — сказал Джим.
   — Ты хороший отец, Джим. Надеюсь, что буду таким же, когда придет моя очередь.
   — Ты хочешь детей? — спросил Джоэл.
   — Да, конечно.
   — Хорошо. Мы с Энн будем очень рады. — Джоэл не смог сдержать улыбку. — Осталось только убедить Табису.
   Уложив детей спать, Тереза и Табиса пошли отдохнуть в гостиную. Джим на кухне готовил сэндвичи.;
   — Теперь ты убедилась, что хочешь иметь детей? — спросила Тереза сестру.
   — Полностью. Осталась самая малость — найти для них отца.
   — Ты уверена, что уже его не нашла? — спросил Джим, войдя в комнату с двумя тарелками в руках.
   Протянув женщинам по одной, он пошел на кухню за своей.
   — Что ты имеешь в виду, Джим? — поинтересовалась Тереза, когда он вернулся и сел рядом с ней.
   — Я тоже хотела бы это знать, — серьезно сказала Табиса.
   — Да я вот подумал, Алекс, кажется, хочет иметь семью… — Он откусил большой кусок от своего сэндвича.
   — Не вижу, какое отношение имеют желания Алекса к моим, — отрезала Табиса.
   — Значит, он не прошел испытание? — удивился Джим.
   Табиса почувствовала, как ее щеки зарделись.
   — Он рассказал вам? Да как он посмел!
   — Подождите. О каком таком испытании идет речь? — недоумевала Тереза.
   Джим красноречиво посмотрел на Табису, и она наконец пробормотала:
   — Я попросила его поцеловать меня, потому что всякий раз, когда я прикасалась к нему, он отстранялся. Ну, почти всегда.
   — Так он прошел тест? — спросила Тереза.
   Табиса кивнула.
   — Тогда в чем же дело? Ты любишь его, он любит тебя.
   — Ты не понимаешь. Это вовсе не означает, что он перестал думать о Дженни. Он никогда не смирится с ее смертью.
   — А если ты ошибаешься? — спросил Джим. Он заявил нам, что хотел бы разделить свою жизнь с тобой.
   — Думаю, он совсем запутался.
   Тереза повернулась к сестре.
   — Может быть, ты тоже.
   — Тереза, — произнесла Томми в телефонную трубку, — Табиса все еще у тебя?
   — Да.
   — Алекс хочет, чтобы она посмотрела дом, который он нашел. Вы с Джимом вдвоем справитесь с детьми? Это ненадолго.
   — Конечно, справимся. Когда ты будешь здесь?
   — Минут через пятнадцать. — Томми повесила трубку.
   Тереза остановила проходящего мимо Джима:
   — Алекс хочет, чтобы Табиса посмотрела дом, который он собирается купить.
   — Думаешь, она поедет с ним?
   — А ты?
   — Думаю, может потребоваться еще одно испытание, — усмехнулся Джим.
   — Вряд ли он будет против. — Тереза рассмеялась, затем спросила:
   — Ну что, предупредим ее?
   — Не надо. Кстати, где она?
   — Мариса заплакала, и она пошла к ней.
   Тем временем Табиса поменяла младенцу пеленки, завернула в розовое одеяльце и принесла в гостиную.
   — Не пора ее снова кормить?
   Тереза посмотрела на часы.
   — Думаю, пора. Пойду принесу бутылочку.
   Табиса сидела в кресле-качалке и разговаривала с малышкой, которая смотрела на нее так, словно жадно ловила каждое слово.
   Тереза вернулась с бутылочкой.
   В дверь позвонили, и Джим пошел открывать.
   — Привет! Вы уже закончили смотреть дом Алекса?
   Томми сердито посмотрела на Джима; но все же подыграла ему: