добрался за час: сказывалось напряжение боя, да и дорога сыграла свою роль
-- ноги постоянно разъезжались в грязи, ломая тонкий лед. Хотелось есть, но
он умел подавлять чувство голода.
На краю леса Блейд решил немного передохнуть и поискать оставшихся в
живых спутников. Но он не заметил, что в нескольких ярдах от него прячется
человек.
Удар чем-то тяжелым пришелся скользь, содрал кожу на виске, задел ухо,
но основную тяжесть приняло плечо. Блейд пошатнулся, выпуская из рук
безжизненное тело командира, но равновесия не потерял. Мгновенно
повернувшись, он вытянул руки и пальцы его сошлись на шее нападавшего. Тот
явно не ожидал такого поворота событий, но соображал быстро: выпустил свое
орудие из рук и потянулся в свою очередь к горлу странника. Из темноты на
него смотрело что-то похожее на оскаленную звериную морду.
Один из дерущихся оступился, и они покатились по мерзлой земле. Каждый
раз, когда Блейд оказывался внизу, автомат больно бил его по спине. Он
сдавливал горло противника все сильнее и сильнее, но и тот не сдавался. И
лишь тогда, когда едва не хрустнули позвонки, нападавший изуродованным ртом
прохрипел:
-- Предатель...
Странник сообразил, с кем сражается, за мгновение до летального исхода.
Он ослабил хватку, потом поднялся, перекинул со спины на грудь автомат и
направил его на полузадушенного Молчуна.
Наконец тот приподнялся, сел и, по-прежнему сверля Блейда ненавидящими
глазами, проговорил, едва ворочая обрубком языка:
-- Я до тебя еще доберусь, сука...
Это была самая длинная фраза, которую странник когда-либо слышал от
него, но ответ был еще короче:
-- Идиот!
Вновь послышались стоны Доктора, и Блейд, не спуская с Молчуна глаз и
автомата, попятился к командиру. Тот, кажется, пришел в себя. Взгляд его
зрачков, уже затянутых смертной поволокой, на некоторое время стал
осмысленнее, бормотанье звучало все более связно. Странник присел, положив
голову раненого себе на колени. Боковым зрением он вдруг заметил
приближающегося Молчуна и уже был готов снова вскочить на ноги, чтобы дать
отпор этому назойливому типу, но тут заметил, что террорист держит в
протянутой руке флягу. Он принял ее, зубами свинтил крышку и просунул
горлышко между запекшихся губ Доктора. Тот, захлебываясь, сделал несколько
глотков.
-- Это... ты... Инженер?.. -- слова давались ему с трудом, между ними
были большие паузы, но даже в этом случае они были более внятными, чем речь
Молчуна.
-- Сколько... осталось?..
-- Я и Молчун.
-- Остальные...
-- Остальные погибли. -- Два тела Блейд видел сам, да и в смерти
третьего он уже не сомневался.
-- Инженер... я... умираю...
Страннику нечего было сказать в ответ.
-- У нас... есть "крот", -- найдите его... убейте...
-- Как ты? -- спросил Блейд.
-- Я же... сказал... умираю... У меня... нет... ног...
Блейду показалось, что у командира снова начинается бред. Во всяком
случае, ноги у Доктора были на месте.
-- Не понимаю, -- произнес он. -- Что с твоими ногами?
-- Позвоночник... перебит позвоночник... я не... не... могу идти...
оставьте... здесь...
Молчун, где-то подобрав пистолет, уже готов был облегчить страдания
Доктора, но странник отвел его руку. Он сам нащупал сонную артерию на шее
командира и сильно надавил двумя пальцами. Тот, видно, понял -- недаром был
врачом -- и только едва слышно прошептал:
-- Спасибо...
* * *
Они не стали хоронить умершего. Блейд не знал местных погребальных
обрядов и не хотел возбуждать подозрений; Молчун тоже не стал проявлять
инициативы. Они просто оставили тело под тем деревом, где умер Доктор, и
углубились в ночной лес. Они ничего не говорили друг другу. Возможно,
невольный спутник Блейда понял, что тот единственный, кто остается вне
подозрений -- как новичок, он не знал, где находится зимняя база
террористов.
Итак, они шли через осенний лес, и вокруг них были только темнота,
холод и одиночество.
К утру основательно подморозило. Температура упала ниже двадцати
градусов по Фаренгейту и явно повышаться не собиралась. Мокрые деревья
обледенели, и их листья, ставшие хрустальными, рассыпались при малейшем
прикосновении.
Крохотная группа сохраняла строй. Впереди, пользуясь одному ему
понятными ориентирами, шел Молчун, сжимая в руке автоматический пистолет.
Почему он не воспользовался им во вчерашней драке, было непонятно -- может,
хотел захватить "предателя" живьем. Футах в двадцати за ним двигался Блейд.
У него оставалось еще два рожка патронов к автомату.
Они возвращались явно не той дорогой, что привела их сюда -- Молчун,
вероятно, был человеком осторожным. У них не оставалось ничего, кроме
мелочей, которые каждый вынес из той страшной мясорубки. Самым неприятным,
однако, являлось не отсутствие снаряжения: главное, что они не ели уже
больше суток. Блейд, привычный к таким голодовкам, стойко переносил это, а
вот Молчун, похоже, начал сдавать. Он все чаще останавливался передохнуть, а
поднявшись, шел медленнее, чем до привала. К вечеру следующего дня они
прошли, по расчетам странника, чуть более двадцати миль -- в два раза
меньше, чем величина дневного перехода еще двое суток назад.
Остановившись на ночь, они не стали разводить костра -- это было опасно
при том ничтожном вооружении, которым они располагали. Да и нашлись бы у
Молчуна спички? Блейд не знал; у него самого их не было. Зато ему удалось
изловить какую-то птицу, напоминавшую земную куропатку. Они разделили ее
пополам, и Молчун с жадностью набросился на сырое, еще теплое мясо.
Странник, привыкший ко многому, спустя несколько секунд последовал примеру
спутника. Выходило, что спичек нет у них обоих.
К следующему полудню местность показалась Блейду знакомой. Еще
несколько сот ярдов привели их к той самой дороге, где было организовано
столь неудачное нападение на полицейский патруль.
Странник разглядел примятые кусты в том месте, где лежал сам, а чуть
поедав, в замерзшей грязи -- следы огромных башмаков Пахаря. Он видел дыры в
сплошной стене зарослей, где прорывался с Пасечником на спине... Подумав,
Блейд сделал Молчуну знак остановиться. Дважды просить об этом не пришлось.
По другую сторону дороги темнели точно такие же кусты. Ничего нового,
ничего интересного... Если бы Блейда спросили, он вряд ли смог ответить, что
именно ищет там. Но странное предчувствие заставляло его снова и снова
разглядывать следы недельной давности.
Около самой дороги все было разворочено съехавшим в кювет автомобилем,
а еще больше бронетранспортером, который его оттуда вытягивал. Но чуть
дальше, в стороне, можно было различить следы той троицы, из которой остался
в живых только Мельник.
Блейд тщательно осмотрел траву, грязь и кусты; опустившись на колени,
исследовал дорогу. Чуть позже он заглянул в заросли.
И довольно хмыкнул, ибо интуиция не обманула его. Он нашел то, что
искал!
Молчун подошел минут через пять. Блейд молча показал ему рукой вниз.
Тот совершенно земным жестом стянул с головы шапку и опустился на колени.
Под небрежно сваленными ветками и старой листвой были распростерты два
тела.
Землянин осторожно перевернул труп лицом вверх. Это был Ткач. То, что
второе тело принадлежало Бондарю, он не сомневался.
Они лежали так, как и должны были бы лежать, изготовившись к атаке:
лицом к дороге, спиной к лесу. Но именно оттуда и настигла их смерть.
В основании черепа у каждого виднелась черная аккуратная дырочка, чуть
больше четверти дюйма в диаметре. Даже крови вытекло немного.
Поднявшись с земли, Молчун с трудом выговорил:
-- Ты не помнишь, какой у Мельника пистолет?
Впрочем, отвечать на этот вопрос страннику было совсем не обязательно.
И эти мертвые замерзшие тела они оставили без погребения. Блейду было
все равно, а Молчун, видимо, решил не терять времени. Поняв, кто предатель,
он? кажется, снова обрел уверенность в себе и цель в жизни.
* * *
На основную базу террористов они вернулись на следующий день, да и то
лишь к полуночи. Незамеченными они проходили мимо землянок, остановившись
только у входа в жилище Пасечника.
Тот выслушал их молча, только изредка покачивая своей кудлатой головой.
Он становился все мрачнее и мрачнее.
Поздней ночью, когда лишь яркие звезды холодно, не мигая, горели в
очистившемся от облаков небе, Молчун пошел к себе, а Блейд остался ночевать
у Пасечника.
Забылся он только под утро -- невеселые мысли лезли и голову. Снова
приходилось начинать все сначала. Хорошо, что командиром станет Пасечник...
С ним странника связывала если не дружба, то какое-то взаимное уважение --
то, что толькотолько начинало возникать между ним и Доктором.
Наконец Блейд решил, что придется поговорить с новым вождем террористов
немедленно. Сроки его командировки истекали, терять времени он больше не
мог.
Утром он увидел местных боевиков в полном сборе. Они пришли на поляну
перед штабной землянкой -- все грязные, заросшие, плохо одетые. Странник
поморщился, представив, что и сам выглядит не лучше.
Молчун крепко держал Мельника, расположившись с ним в самом центре
поляны; тот испуганно озирался по сторонам. Последним из своей землянки
вышел Пасечник. Он молча направился к предателю и, ухватив за воротник
куртки, приподнял его над землей. Ткань трещала и рвалась, не выдерживая
тяжести тела.
-- Что ты наделал, мерзавец!..
Даже если б Мельник захотел ответить, это бы ему не удалось -- его ноги
болтались сейчас в воздухе, в пяти дюймах от земли.
Новый командир обратился к Молчуну:
-- Допросить его. При всех! И прикончить.
Потом он повернулся и ушел обратно в свою землянку. Блейд, стараясь
остаться незамеченным, скользнул следом.
Когда он закрывал за собой дверь, на поляне раздался сухой треск
выстрела.
* * *
Пасечник замер, упершись лбом в стену. Казалось, он не заметил
последовавшего за ним Блейда, но это было обманчивым ощущением; командир
просто не реагировал. Он простоял так минуты три, потом, не меняя позы,
обратился к страннику:
-- Зачем ты пришел, Инженер?
Удивляться, как он узнал вошедшего, было некогда. И Блейд пустился
рассказывать свою легенду, однажды изложенную Доктору.
Когда он закончил, Пасечник уже сидел рядом с ним, уперев подбородок в
ладонь.
-- Мне жалко терять тебя, Инженер.
Блейд ждал.
-- Ты хороший боец. Немногие из нас смогли бы выйти живыми из той
мясорубки...
Блейд ждал.
На этот раз пауза затянулась надолго; Пасечник, видимо, что-то
мучительно решал про себя. Наконец он нарушил молчание:
-- Ладно! Я тебе верю. Может быть, тебе даже повезет, и ты добьешься
всего, чего хочешь... Ради этого мы поможем тебе. Только не требуй от нас
слишком многого!
Он задумчиво взъерошил свои патлы и, после недолгой паузы, продолжал:
-- Твое счастье, что ты обратился ко мне, Инженер... Я знаю способ
связаться с вашими агентами в Столице. Кстати, Доктор не имел представления
об этом -- я собирался сохранить все в тайне, если когда-нибудь придется
воспользоваться этим самому... -- Пасечник снова помолчал. -- Я дам тебе
адрес и код для связи. Они действовали около шести месяцев назад, но
работают ли теперь -- не знаю. На этот раз тебе придется рискнуть...
Блейд усмехнулся. Можно подумать, он не делал этого все остальное
время.

    ГЛАВА 11



Итак, Ричарду Блейду вновь предстояло возвращаться в Столицу, покинутую
им около месяца назад.
Обратный путь мало отличался от того, который он проделал, чтобы
добраться до Ксантека -- только стало еще холоднее и противнее. С таким
трудом добытый пистолет он оставил террористам -- чтобы не было лишних
подозрений, -- и двигался налегке.
Менялись водители и попутные машины, мелькали мимо города и поселки,
землю покрывал снег, потом снова таял, превращаясь в холодную стылую грязь.
Но расстояние до Столицы неуклонно сокращалось.
День за днем Блейд двигался к цели.
Он задержался только в небольшом городке в нескольких десятках миль от
конечного пункта своего маршрута. Именно в том, где он когда-то начинал свой
путь. Он хотел узнать свежие новости и заново оценить обстановку.
Новостей, впрочем, было не так уж и много. Официально сообщалось, что в
руководстве Центральной Директории произошли "незначительные изменения". Но
странник уже отлично понимал, что Центральная Директория -- просто ширма; на
самом деле, всем распоряжался Департамент Государственных Перевозок.
За месяц Столица не изменилась; лишь мрачнее стало на серых улицах,
длиннее были тени -- день укорачивался. Блейд недолго побродил вокруг своей
прежней квартиры, но подходить к дому не стал, опасаясь шпиков Джеббела.
Найдя кабину уличного коммуникатора, он позвонил по полученному от
Пасечника номеру -- на этот раз успешно -- и назвал пароль. В ответ ему
предложили ждать через два часа за столиком некоего ресторана.
Рисковал ли он? Да, несомненно.
Но риск являлся для него неотделимым компонентом жизни в иных мирах --
как, впрочем, и на Земле. Он свыкся с ним, почти не замечая -- как дыхание
или биение сердца. Неторопливо шагая к назначенному месту, он не чувствовал
страха.
Взгляд скользил по серым фасадам домов, разум с точностью компьютера
просчитывал все возможные ситуации, отмечая пути к отступлению, подъезды и
закоулки, в которых можно было затаиться и подготовиться к неожиданной
атаке, предметы, могущие послужить оружием. После долгих колебаний Блейд
решил, что в Столице лучше обойтись без запрещенных здесь пистолетов и
ребессоров.
Ресторан находился не в самом центре города, но и не на окраине. Самый
рядовой бар, где всякий человек мог перекусить и выпить, не обращая на себя
внимания. Блейд, однако, приметил некую особенность, вероятно ускользнувшую
бы от взгляда обычного посетителя: ресторанчик делил первый этаж здания с
универсальным магазином, выходившим на другую улицу. Наверняка можно было
через кухню пройти туда и затеряться в толпе. Он одобрительно кивнул: агенты
ЮгоЗападной Директории умели выбирать место для встреч.
Очутившись внутри в точно назначенное время, Блейд сел за указанный
столик -- угловой, лицом к залу. Его это раздражало -- освещение в углу
оказалось совсем неплохим, и сидящий был виден как на ладони, путей же к
отступлению не имелось. Сейчас его явно рассматривал кто-то невидимый, и
Блейду это тоже не нравилось. Поморщившись, он подозвал официанта.
Того не было минуты две, и появился он, как и все представители этой
профессии, с отсутствующе-- пренебрежительной улыбкой на лице.
-- Что будет угодно господину?
Странник заказал себе рыбу -- единственное блюдо на Эрде, которое ему
нравилось, поскольку было похоже на привычные земные кушанья. Сверх того он
попросил стакан напитка, заменявшего жителям этого мира пиво.
Приняв заказ, официант исчез.
Пока ничего не происходило.
Все осталось по-прежнему и после того, как Блейд перестал ковыряться в
тарелке вилкой и принялся потягивать горьковатое пойло с небольшим
содержанием алкоголя. Еда сегодня показалась ему еще более безвкусной, чем
обычно; хотя он понимал, что данное обстоятельство связано, скорее всего, с
разницей в физиологии и биохимии, легче от этого не становилось.
Происходило что-то неладное. Никого не было! Вероятно, он опустил некое
действие, пароль, который провалившийся агент Юго-Западной Директории должен
был подать. К примеру, коснуться уха, почесать в затылке или поковырять в
носу... Стоило ли строить догадки?
Блейд провел в ресторане около часа -- вдвое больше времени, чем было
условлено в предварительном разговоре. Пока он так сидел, все посетители
успели смениться -- и никто из них не походил на шпиона Юго-Западной
Директории. По правде говоря, и просто на шпиона тоже; они садились, ели,
пили и уходили.
Когда странник понял, что ждать больше не имеет смысла, он в свою
очередь поднялся, заплатил и вышел из ресторанчика.
Связь, установленная с такими затратами времени и сил, оказалась
бесполезной.
На улице уже совсем стемнело, только желтые шары фонарей бросали на
тротуар пятна яркого света. Странник направился к небольшой гостинице,
замеченной им сразу по приезде. Он хотел принять душ и выспаться, чтобы
утром обдумать сложившуюся ситуацию.
Судьба, однако, не дала ему такой возможности. Внезапно Блейд различил
мягкое шипение шин на асфальте, стремительно приближавшееся сзади, потом
сильные руки рванули его за пальто, втаскивая в автомобиль.
-- Я так и думал, что это окажетесь вы, Ричард...
Странник уже догадался, где и когда слышал этот голос.
Собеседник Блейда курил, пуская вверх клубы серого дыма. Они
растекались под потолком, превращаясь в причудливые башни, вздымавшиеся на
краткий миг среди волн туманного моря. Лицо человека оставалось в тени,
видны были лишь тонкие шевелящиеся губы. Несмотря на нарочито расслабленную
позу говорившего, странник знал, что тот готов к немедленному действию.
-- Надо полагать, из Джеббела вам не удалось вытрясти того, чего вы
хотели, раз вы все-таки обратились к нам, Ричард.
-- Почему же? Он дал мне всю необходимую информацию.
-- И что случилось потом?
-- Потом? Увы, Торн, потом наши пути разошлись.
Блейд помолчал, разглядывай дымные арабески.
-- Мне повезло, что я встретился с вами, -- заметил он. -- Как минимум,
не придется объяснять все заново. Вы помните, что я рассказал при первом
знакомстве?
-- Предположим.
-- Я сказал, что явился сюда из другого мира.
-- Предположим.
Надменный тон мнимого журналиста, на самом деле -- резидента разведки
Юго-Западной Директории, раздражал Блейда, но дело -- прежде всего. В иной
ситуации Гаген Торн уже лежал бы на полу с переломанной шеей.
После того, как странника усадили в машину -- несколько насильственным
способом, как он полагал, -- его около часа возили кругами. Потом вместе с
"журналистом" он оказался в этой загадочной квартире -- роскошно убранной, с
накрытым столом, но не хранившей никаких следов постоянного пребывания
хозяев. Стерильная, как медицинский шприц! И столь же устрашающая, как игла
с неведомым зельем, поднесенная к вене...
-- Мое появление здесь -- не предмет для измышления гипотез, --
произнес Блейд. -- Все, что я сказал вам -- правда.
Гаген Торн хмыкнул.
-- Что касается всевозможных предположений, то по этой части я тоже
большой мастер, -- усмехнувшись, странник наполнил вином прозрачную
полусферу бокала. -- Итак, предположим, я узнал от Джеббела, что в вашем
распоряжении имеется некое устройство... назовем его для определенности
транслятором массы; предположим, я также узнал, что с его помощью вам
удалось переместить испытателя в мой собственный мир; и, наконец,
предположим, что я хочу вернуться домой,
-- А зачем вы тут вообще появились?
-- Случайность, вероятно... игра космических сил... Там, в моем мире,
мне было поручено найти пришельца с Эрде... мы его выследили, Торн, и едва
не схватили. Спустя несколько дней я осматривал место -- то самое, откуда он
исчез, развалины старого дома. И вдруг очутился здесь! В состоянии полного
беспамятства, как вам известно.
Торн снова хмыкнул, пуская дым в потолок.
-- Хорошо, предположим. Как вы понимаете, я не обязан верить вам, и
поэтому рассмотрим такой вариант: на самом деле вы -- агент Джеббела. Если
вы узнали от него про транслятор, то должны были узнать и все остальное... к
примеру, то, что он за ним охотится. И если вы продолжаете работать на
Департамент Государственных Перевозок, с нашей стороны было бы верхом
безрассудства допускать вас к транслятору.
-- Чем я могу доказать, что не работаю ни на Джеббела, ни на
Департамент?
-- Вы должны убить его!
Торн выдержал эффектную паузу и повторил снова:
-- Вы должны убить Дайна Джеббела, начальника третьего сектора второго
отдела Департамента Государственных Перевозок Центральной Директории!
Блейд был готов ко многому, в том числе и к такому повороту дела, не
считая его, правда, вероятным. Теперь ему стало просто смешно. В нем,
профессионале с Земли, заинтересованы противоборствующие силы на Эрде, и
каждая из них желает, чтобы он что-то разрушил или кого-то убил... Словно
тут мало своих убийц и диверсантов!
Ему было смешно, и он засмеялся.
Торн с удивлением уставился на него.
-- Вам принести воды, Ричард?
-- Зачем? Тут есть вино...
Странник вытер выступившие на глазах слезы.
-- Я сказал что-нибудь смешное?
-- Нет, мой Дорогой Торн. Просто я не могу понять, неужели вам не найти
ни одного своего человека, который выпустил бы кишки из Дайна Джеббела?
Почему вы обращаетесь ко мне? Ведь я могу, ко всему прочему, оказаться
сумасшедшим...
-- Во-первых, для психа вы слишком последовательны в своем безумии и
знаете слишком много правды. А во-вторых... вовторых... Знаете, почему я до
сих пор жив и на свободе?
-- Почему?
-- Потому что я только собираю информацию. Прочие дела за меня делают
такие, как вы, как Лейн...
Блейда не удивило, что его покойная возлюбленная работала и на
"журналиста", и на Департамент Перевозок. Чтобы протянуть время, он спросил:
-- И много у вас таких, кто занимается этими самыми "прочими" делами?
-- Достаточно, чтобы не пересчитывать их каждый день после завтрака...
-- Ну, а что вы скажете, если я поеду сейчас прямо к Джеббелу и все ему
расскажу?
-- Тогда вас немедленно арестуют по обвинению в убийстве Эрлин Лейн.
-- Так значит, это вы убили ее?
-- Как ни странно, нет. Но нам это оказалось на руку. Это тот козырь,
которым мы побьем любую вашу карту.
-- Значит, вы считаете, что я буду работать на вас?
-- У вас просто нет другого выхода. Иначе вы не вернетесь к себе на
родину.
Блейд усмехнулся про себя. Тут, на Эрде, только начинали дело, которым
Лейтон занимался уже добрую дюжину лет; тут еще не знали, как можно вернуть
испытателя. Не всякого, конечно, но он, Ричард Блейд, возвращался всегда.
Что ж, пусть Торн считает, что отрезал ему все пути к отступлению;
тогда мнимый журналист не додумается до других, куда более опасных вопросов.
Например, не станет анализировать версию о том, как пришелец переместился на
Эрде... Вероятно, Торн и в самом деле полагает, что транслятор массы вырвал
его из родной реальности -- вслед за тем несчастным, который побывал на
Земле... Превосходно! Если возникнут щекотливые вопросы, надо придерживаться
этой гипотезы... и продолжать ссылаться на амнезию...
Блейд поднял глаза на собеседника.
-- Итак, вы все-таки не считаете меня агентом Джеббела?
-- Но ведь это было только предположением, Ричард.
-- Ладно! Перейдем к делу! -- странник хлопнул кулаком по столу. -- Где
гарантии, что, убив Джеббела, я попаду домой?
-- У вас не будет никаких гарантий. Вы должны мне поверить -- или не
поверить... -- Торн усмехнулся. -- Но, в конце концов, если вы сумеете убить
человека, за которым стоит вся мощь Центральной Директории, то окажетесь
весьма опасным для нас... да, вряд ли мне захочется иметь вас среди своих
врагов! Где уж нам тягаться с тем, кто победил Джеббела... Если вам удастся
уйти от его ищеек, то вашему профессионализму можно только позавидовать! У
нас так везло немногим.
-- Каким образом я смогу найти вас, когда выполню задание? --
поинтересовался Блейд. Он уже считал, что приговор Джеббелу подписан;
осталось поставить последнюю точку -- свинцовую.
-- Ну наконец-то вы начали говорить дело, Ричард! -- журналист снова
ухмыльнулся.
Странник стиснул кулаки, с трудом сдерживаясь, чтобы не расплющить это
высокомерно улыбающееся лицо об стол. С каким наслаждением он сделал бы это!
-- Вы придете на третий день в тот же самый ресторан, где побывали
сегодня. Будете ходить туда целую неделю, пока не встретите меня. Ну, а если
я не приду... что ж, тогда начинайте вендетту.
Блейд кивнул.
-- Непременно. Но сейчас мне нужны деньги и оружие.
-- Деньги я вам дам. А завтра вам сообщат адрес, по которому вы сможете
найти нашего оружейного мастера. Ему заплатят за работу.
Торн вышел в другую комнату, пробыл там не более минуты и вернулся,
держа в руках толстый пакет.
-- Это на предъявителя -- чеки Департамента Государственных Перевозок.
Я не могу дать вам слишком много, поэтому расходуйте деньги экономно. Если
не шиковать, то на месяц хватит.
С этими словами мнимый журналист выудил из пакета листок. Блейд мельком
взглянул на цифры -- две тысячи. Только сейчас он обратил внимание, что
местную валюту обычно никак не называли -- просто деньги. Деньги с большой
буквы. Впрочем, как и Столица.
-- Вы можете быть свободны.
Его опять посадили в машину, долго кружили по темным улицам предместий,
пока он окончательно не потерял ориентировку. Блейд задремал, а когда
проснулся, машина уже стояла. Сильные руки шофера выпихнули его на площадь
перед гостиницей -- именно той, где он хотел остановиться.
* * *
Утром на следующий день странник лежал в постели, обдумывая дальнейшие
шаги. За ночь он неплохо отдохнул, и теперь мог рассуждать логично и трезво.
Положение, в котором он очутился, не было смешным, как хотелось ему
показать. Торну: оно являлось скорее сложным и весьма опасным.
Он вспомнил, что должен каким-то образом получить адрес подпольной
оружейной мастерской. Но перед тем, как выбирать оружие, стоило ознакомиться
с условиями охоты. Что ж, ему было известно, где живет и где работает
Джеббел. Устраивать на него покушение в Департаменте было бы верхом
безрассудства -- шансов исчезнуть после этого не имелось. Если только лорд
Лейтон не запустит свою машинерию в самый подходящий момент...