Кэти Линц
Поженимся в Лас-Вегасе

ГЛАВА ПЕРВАЯ

   Стив Козловски служил в Военно-морских силах США уже более десяти лет. Он объездил полмира, побывал в самых горячих точках. Воевал с повстанцами в Афганистане, изнывая от жары в полном боевом обмундировании. Суровые испытания закалили его, сделав из него настоящего морского пехотинца, гордого и бесстрашного.
   Его бабушка не оставляла попыток женить его на какой-нибудь милой девушке. На этот раз, как узнал Стив, это должна быть библиотекарша из соседнего дома. Но ничего. На войне приходилось туго, но он всегда справлялся. С этим тоже справится.
   По крайней мере он так думал. А на всякий случай у него был заготовлен блестящий план.
   — Стив, в дверь стучат! — крикнула Ванда Козловски из комнаты. — Это, должно быть, Хлоя. Ты откроешь?
   У него был шанс улизнуть. Пока его бабушка находилась в комнате и не видела его, он мог тихонько выйти через заднюю дверь и не встречаться с этим книжным червем. В дверь снова настойчиво постучали.
   — Стив! Ты собираешься открывать или нет? — раздраженно крикнула Ванда.
   — Уже иду! — недовольно пробурчал Стив. Переборов в себе постыдное для военного желание бежать, он пошел открывать дверь, представляя встречу с библиотекаршей.
   На пороге стояла женщина и хмуро на него смотрела:
   — Мне нужна Ванда. Могу я ее видеть?
   — А вы кто? — он сделал вид, что не знает ее.
   — Я Хлоя Джонсон, живу в соседнем доме.
   — Ах да, Хлоя, библиотекарша. Я должен был догадаться, — он окинул ее взглядом и поморщился.
   Одета, как и все библиотекарши: темно-серый свитер на два размера больше, застегнутая на все пуговицы строгая белая блузка, какие носят учительницы приходской школы, длинная черная юбка, прикрывающая лодыжки. Мощные военные сапоги, правда, немного выделялись из этого монашеского наряда.
   Ее черные волосы были собраны в тугой пучок. Образ завершали традиционные очки с толстыми линзами в черной оправе, сильно выделявшиеся на ее бледном лице. Серая мышка. Самая серая из всех, каких он когда-либо видел.
   — Ванда приготовила печенье для сегодняшнего вечера в библиотеке и попросила меня забрать его, — она делала вид, что осматривает кухню, и старалась не смотреть на него.
   — Конечно, вот оно, — Стив отдал ей тарелку с печеньем, с которой уже стащил парочку. — Кстати, меня зовут Стив Козловски, я — внук Ванды.
   — Очень приятно было с вами познакомиться, — она смущенно кивнула и попрощалась.
   — Ну, как она тебе? — спросила Стива бабушка сразу после ухода Хлои. — Не правда ли, очень милая девочка? Лучше тех, с которыми ты привык общаться.
   Стив вынужден был признать, что его действительно тянуло к женщинам легкодоступным, к таким, о которых обычно не вспоминаешь на следующее утро.
   А потом он встретил Джину. Она была умная, красивая, и, как казалось Стиву, отличалась от всех тех, с кем он раньше общался. Но он ошибался. После смерти его дедушки, техасского нефтяного магната, Стив получил приличное наследство. Тут и выяснилось, что деньги — это все, что было нужно Джине. Ее интересовал не Стив, а его банковский счет. Ее предательство глубоко ранило Стива. Это было больно и неприятно. Униженный и подавленный, он вернулся к семье, к людям, которым он мог доверять и которые никогда бы его не обидели. И, конечно же, никаких романов на ближайшее время он не планировал. Он собирался отдохнуть, насладиться свободой, да и просто хорошо провести отпуск, а потом вернуться на службу в Форт Пендлтон.
   — Стив, — Ванда дернула его за рукав, чтобы привлечь его внимание, — ты так и не сказал, что ты думаешь о Хлое?
   — Она выглядит как библиотекарша.
   Ванда нахмурилась.
   — К тому же она не в моем вкусе, — добавил он.
   — Об этом нельзя судить по первому впечатлению, — сказала Ванда. — Часто люди оказываются совсем не такими.
   Стив сомневался, что ошибся насчет библиотекарши. Они все одинаковые.
   Ванда подошла к окну и подняла жалюзи.
   — Ой, посмотри! Мне кажется, у Хлои проблема с машиной. Пойди помоги ей.
   Хлоя склонилась над машиной, тщетно пытаясь найти причину поломки под капотом. Стив невольно загляделся на ее позу, навевающую определенные мысли, но тут же отмел их — он не хотел даже думать, что скрывалось под ее монашеским одеянием. Да и вряд ли там было на что посмотреть.
   — Что случилось? — он старался, чтобы его голос звучал менее резко.
   — Я не знаю, — Хлоя выпрямилась. — Она не заводится. А мне нужно быть в библиотеке через пятнадцать минут.
   — Стив, подвези Хлою до библиотеки, — крикнула Ванда из окна.
   Хлоя покраснела. Он увидел ее смущение, и ему стало ее жалко.
   — И возьми мою машину. Не смей сажать ее на свой ужасный мотоцикл.
   Стив хотел возразить, что его мотоцикл вовсе не ужасный. И вообще, это не просто мотоцикл, это «Харлей-Дэвидсон». Но препираться с бабушкой не было смысла.
   План Ванды был прост, но в этом и была его сила. Она выиграла первый раунд. Но битва еще не закончена.
   Ванда уже давно хотела познакомить Хлою со своим внуком. Она показывала Хлое все его фотографии, начиная с младенчества. Рассказывала про все его похождения. Она призналась Хлое, что Стив всегда был бабником. Но она была уверена, что он, как и его старшие братья, обязательно остепенится, когда встретит подходящую девушку.
   Хлоя слушала старушку и лишь вежливо улыбалась. Она не хотела никаких новых отношений, тем более с бабником. Она недавно рассталась с одним таким же самоуверенным, красивым и сексуальным мужчиной.
   Его звали Брэд Тиг, он работал менеджером по продажам в одной компании. Она безумно его любила и верила ему. Но однажды она застала его с другой женщиной. Брэддаже не пытался оправдаться: для него было естественным встречаться с несколькими женщинами одновременно. Он сделал ей очень больно. Она не хотела вновь пережить нечто подобное.
   Да и что у нее могло получиться со Стивом? Она видела, как он посмотрел на нее, когда она пришла к Ванде. Как на пустое место. Вряд ли он обратил бы на нее внимание на улице.
   Она не рассчитывала на его помощь, однако была вынуждена согласиться, чтобы он подвез ее до библиотеки.
   — Тебе не холодно? Включить печку? — спросил Стив.
   — Нет, не надо. — Был один из тех замечательных осенних дней, которые надолго запоминаются. Хлоя обожала осень с ее свежим холодным воздухом, разноцветными листьями и коричными яблоками в местном магазинчике.
   — Итак, почему ты решила стать библиотекарем? — за вежливым вопросом угадывалось безразличие.
   — Я люблю книги. А почему ты стал военным?
   — Мне нравится убивать людей, — мрачно ответил Стив.
   Она испуганно посмотрела на него.
   — Шучу! — ухмыльнулся Стив. — Я просто проверял, слушаешь ли ты.
   Да, она слушала. И смотрела. Хотя этого делать и не следовало. Она не должна была замечать маленькие морщинки вокруг его зеленых глаз, его широкие плечи. Не должна была смотреть на его губы, полные и красивые. Странно, но все в нем было на удивление привлекательно: от коротко стриженных черных волос до ступней сорок второго размера.
   Ванда сообщила Хлое даже размер обуви Стива. Хлоя хорошо знала Стива по фотографиям и оценила превращение пухлого розовощекого младенца в высокого статного военного. Однако она не хотела иметь никаких отношений с этим мужчиной. Одной ей было спокойно. Никто не угрожал ее безопасности. Ей нравилось чувство защищенности от каких-либо переживаний. Пусть это был своего рода вакуум, но это лучше, чем еще раз пережить боль расставания и разочарования.
   Она чувствовала, что знакомство со Стивом может нарушить ее душевный покой. У него был властный голос, бесспорно, что он из тех, кто привык командовать людьми и требовать от них безоговорочного подчинения. Какое уж тут спокойствие?
   — Здесь нужно повернуть направо, — Хлоя отвлеклась от созерцания Стива.
   — Я помню, я ходил в эту библиотеку, когда бы маленьким.
   — Ты здесь жил?
   — И не только здесь. Моя семья много переезжала, потому что мой отец тоже был военным.
   — Должно быть, это нелегко, — посочувствовала Хлоя.
   — Вовсе нет. Военные — это одна большая семья. Где бы мы ни жили, люди старались, чтобы мы чувствовали себя как дома.
   «Интересно, а каково это — чувствовать себя как дома, — думала Хлоя. — иметь большую семью?» Она не помнила своих родителей. Ей было всего восемь лет, когда они умерли.
   — А ты здесь выросла? — в свою очередь спросил Стив.
   — Нет, я из Чикаго.
   — А семья?
   — Я единственный ребенок. После смерти родителей я жила с тетей, но мы не были с ней близки.
   «Потому что единственное, к чему она была близка, — это ее лаборатория, — думала Хлоя. — Она не была похожа на свою сестру — мою маму, веселую и добрую. Ее интересовала только работа, а на меня ей было наплевать».
   — Да, тяжеловато без семьи, — в голосе Стива звучало искреннее сочувствие. — Иногда мои родственники сводят меня с ума, но я не могу представить свою жизнь без них. Здесь ничего не изменилось, — сказал Стив, когда они подъехали к библиотеке.
   Он припарковал машину, вышел и открыл дверь перед Хлоей. Она бы и сама это сделала, но отвлеклась. Она засмотрелась на Стива, когда он обходил машину: гордо вздернутая голова, прямая, уверенная походка.
   — Давай я тебе помогу, — сказал он, беря у нее из рук пакет с печеньем.
   Его случайное прикосновение вызвало в ней какие-то странные ощущения. Словно удар молнии прошел сквозь ее тело. У нее перехватило дыхание. Нет, этого не должно случиться. Она не хотела в него влюбляться.
   «Этого не случится, — успокаивала себя Хлоя. — Не случится хотя бы потому, что он не похож на человека, испытывающего нездоровый интерес к монашкам. В этой одежде на меня никто не должен обращать внимание».
   Таков был ее план. И, похоже, он работал.
   А у библиотекарши неплохие ножки. Стив мельком увидел их, когда, выходя из машины, она приподняла юбку. Хорошенькие ножки в грубых сапогах отлично притягивают внимание.
   А может, это ему померещилось. Потому что, когда выпрямилась и оправила юбку, она выглядела как обычная библиотекарша. Не осталось и намека на какие бы то ни было изгибы тела или стройные ножки. Под такой одеждой их просто не могло быть.
   — Спасибо, что подвез, — сказала Хлоя. — У нас сегодня театральный вечер. Это надолго. Ты можешь ехать, я попрошу кого-нибудь отвезти меня домой.
   На самом деле ей очень хотелось, чтобы он уехал.
   — Нет, — Стиву почему-то захотелось остаться. — Я не могу тебя бросить. Я обещал бабушке, что доставлю тебя домой целой и невредимой.
   Впервые за долгое время он вошел в библиотеку. Он помнил, как он со своим братом-близнецом читал здесь «Звездные войны», не пропуская ни одного выпуска журнала. Казалось, это было так давно. С тех пор в библиотеке появились компьютеры, аудиокниги. Прогресс дошел и сюда. Только библиотекарши не менялись, все такие же серые и скучные.
   Его внимание привлекла афиша, извещающая о сегодняшнем спектакле. Судя по названию, детектив.
   — Ты пришел на спектакль? — спросил Стива парень в красном шелковом халате поверх черных брюк. — Я играю роль лорда Гримли. А это, — он показал на свой халат, — мой смокинг. Не знаю, кто придумывает эти дурацкие театральные вечера в библиотеках, но если тебе так хочется посмотреть, то идем со мной.
   Комната была переполнена. Стиву удалось найти местечко в задних рядах. Он сел и стал изучать программку, которую ему вручил парень в красном халате. Помимо книг Хлоя, оказывается, еще и увлекалась самодеятельностью. В этом спектакле она играла мисс Эббингтон, преданную секретаршу лорда Гримли. Что ж, подходящая роль для библиотекарши.
   Он даже не пытался понять, что происходило на сцене. Он полностью сосредоточился на Хлое. Она сутулилась, как будто хотела стать еще менее заметной. И вообще она напоминала ему нервного кролика, когда морщила нос и поправляла вечно сползающие очки.
   Чем же в таком случае она его так заинтересовала?
   Поглощенный своими мыслями, он смотрел на нее, не отрываясь.
   Хлоя не могла играть. Она запиналась и забывала свои реплики. Ей казалось, что Стив наблюдает за ней. И зачем только он остался? Его взгляд нервировал ее. И вообще, он был не из тех, кто проводит вечера в библиотеке.
   Ей все же удалось справиться с волнением и заиканием. Зрителям даже понравилось: они громко аплодировали, когда спектакль закончился. А может быть, они просто были рады, что все закончилось, и теперь их ждали чай и угощение. Стив отметил, что печенье его бабушки пользовалось особым успехом.
   — Похоже, им понравилось печенье.
   — Ты все еще здесь? — Хлоя нервничала.
   Она столько лет училась подавлять свои эмоции, быть незаметной, а тут появляется он, и все ее усилия оказываются напрасными. Она смущается, запинается, краснеет, как подросток, забывает свою роль — и все из-за него.
   Он проник в ее крепость. Библиотека и дом — два места, где она могла чувствовать себя в безопасности. Она была окружена книгами, информацией, у нее все было упорядочено, как в каталоге. Она не могла допустить, чтобы кто-то нарушил этот порядок.
   — Я смотрел спектакль, — просто ответил Стив. — К тому же я подумал, что мог бы подвезти тебя до дому.
   Ей очень хотелось отказаться, но сосед, который мог бы ее подвезти, уже уехал домой.
   — Моя бабушка поручила мне позаботиться о тебе сегодня, — Стив взял последнее печенье с тарелки. — Она меня убьет, если я не доставлю тебя домой в целости и сохранности.
   Он делал все это только из-за того, что его попросила об этом бабушка? Хлоя в который раз за день почувствовала себя униженной.
   Она была рада, когда Линн Скотт, ее подруга и коллега по работе, прервав их беседу, отвела ее в сторону. Линн было чуть больше тридцати. У нее были длинные черные волосы, которые она обычно заплетала в косу. Она была из тех людей, которые делают мир ярче одним своим присутствием. Красивая и уверенная в себе, она уже несколько лет была замужем. Они с Хлоей как-то сразу поладили и стали лучшими подругами.
   — Кто этот красавчик, с которым ты пришла? — спросила она.
   — Внук моей соседки.
   — Тебе повезло. Внук моей соседки — просто ужас, к тому же ему всего три года, — Линн улыбнулась.
   — У меня сломалась машина, и он обещал подвезти меня до дома.
   — Я бы тоже не отказалась от такого предложения.
   «Нет ничего плохого в том, что я смотрю на него», — убеждала себя Хлоя, сидя в машине и наблюдая за Стивом. Она смотрела на его руки, на его длинные музыкальные пальцы. По радио передавали песню Рода Стюарта, и Стив стучал пальцами по рулю в такт музыке. А Хлоя сидела и убеждала себя в том, что ей вовсе не интересно, как эти руки могли бы ласкать ее тело.
   Ее не должен интересовать Стив. Ни он, ни кто-либо другой. Ничего хорошего из этого не получится.
   Она была рада, что в машине играло радио — не было необходимости начинать разговор, который был заранее обречен. Хлоя, загипнотизированная руками Стива, чувствовала, что она не смогла бы сказать ничего путного.
   Ей было интересно, о чем сейчас думает Стив. О ней? Вряд ли. О другой женщине? Скорее всего. Она осеклась. С какой стати она пытается угадать его мысли? Ее не должно волновать ни то, о чем он думает, ни то, как он выглядит.
   Ее вообще особо не волновали мужчины до того, как она познакомилась с Брэдом. Она надеялась, что этот неудачный опыт навсегда отобьет дальнейший интерес к мужчинам.
   Но почему ее так взволновало его прикосновение?
   Она постаралась не думать об этом. Кажется, ее план сработал. Стив не обращал на нее особого внимания. Тогда почему она так беспокоится? Она должна радоваться.
   Они подъехали к ее дому.
   — Спасибо, что подвез, — Хлоя выпрыгнула из машины, помахала ему рукой и скрылась в доме.
   «Странная библиотекарша», — подумал Стив. Он заметил, как она нервничала весь вечер, как спешила домой. И эти странные шмотки. Она точно что-то скрывала. Но что?
   Несколько часов спустя, во время ночной вылазки на кухню, Стив понял, что скрывала библиотекарша. Через поднятые жалюзи ему было превосходно видно кухню Хлои, которая, как и он, тоже совершала набег на холодильник.
   Под безразмерной одеждой она прятала потрясающее тело. В футболке, чуть прикрывающей бедра, она выглядела роскошно. И у нее действительно были красивые длинные ноги.

ГЛАВА ВТОРАЯ

   Может, ему все это приснилось? Может, не было сексуальной библиотекарши в доме напротив?
   Нет, была. Но от старомодной библиотекарши с пучком не осталось и следа. Он видел потрясающую женщину, с длинными черными волосами, ниспадающими на плечи, в коротенькой футболке и с потрясающе красивыми ногами.
   Она заставила его поверить в этот образ типичного книжного червя и сделала это нарочно. Но зачем? К чему эти игры? После Джины он боялся женских шуток. Он не хотел, чтобы его снова одурачили. Меньше всего он хотел, чтобы это сделала библиотекарша. Стоя в темноте в кухне своей бабушки, Стив поклялся, что больше ни одной женщине не удастся его обмануть.
   Он подумал, что если она пыталась таким образом привлечь его внимание, то ей это удалось. Однако было не похоже, чтобы ей было важно его внимание. Скорее, она старалась остаться незамеченной. Но почему?
   Ему очень хотелось пойти и спросить это у нее прямо сейчас. Но было уже за полночь — не самое подходящее время для визитов.
   Ничего. Он подождет. Он умеет это делать — научился во время войны. Сидя в засаде, он часами только и делал, что ждал. Иногда выжидание — лучшая тактика.
   Хлоя выключила кофеварку, налила себе чашечку горячего кофе. Была суббота, выходной, не нужно было идти на работу. Можно было не спеша позавтракать, сходить в магазин и потом почитать какую-нибудь интересную книгу.
   Хлоя любила проводить время дома. Обыкновенный одноэтажный кирпичный домик, каких много в пригороде Чикаго, казался ей особенным.
   Возможно, потому, что это был ее собственный дом, который она обставляла по своему вкусу, в котором она могла расслабиться и отдохнуть.
   Она влюбилась в этот чудесный домик с первого взгляда, несмотря на заросшую лужайку и обшарпанные стены. Внутри он также нуждался в косметическом ремонте. Но это ее не смутило. Не напугали ее ни старая сантехника, ни треснувший паркет, ни отваливающаяся лепнина, ни прочие недостатки.
   Ее подкупили большие окна, через которые в дом всегда проникал свет. Это было важно — ведь она так любила читать. К тому же она сразу почувствовала, что этот дом должен принадлежать ей. В тридцатых годах двадцатого века такие дома были пределом мечтаний для польских, чешских, ирландских и итальянских семей, мигрировавших в Америку. Теперь этот дом стал мечтой Хлои.
   Были, конечно, более существенные недостатки, чем потрескавшийся линолеум в прихожей. Многие жаловались, что однотипные кирпичные домики портят вид улиц своей одинаковостью, что комнатки в таких домах слишком маленькие. Однако существовало и общество в защиту этих домиков, активным членом которого стала и Хлоя.
   Нужно было переклеить обои, заменить линолеум, некоторую сантехнику. Она не могла сделать все сразу — небольшая зарплата библиотекаря этого не позволяла. Но постепенно удавалось что-то переделывать, в чем ей помогали Линн и ее муж. Однако большинство работ все же сделала она сама: содрала со стен в гостиной противную томно-зеленую краску и восстановила натуральное дерево, сломала встроенные стенные шкафы на кухне, устроила распродажу для соседей и таким образом избавилась от ненужного хлама.
   В доме царил идеальный порядок. Каждая вещь имела свое место. Возможно, чрезмерная любовь к порядку объяснялась беспорядком в ее личной жизни.
   Ее тетя Джэнис быстро дала девочке понять, что не потерпит беспорядка в своем доме, и научила ее жить по расписанию. У нее же Хлоя научилась контролировать свои эмоции. Брэд был исключением, ошибкой, которую она больше ни за что не повторит.
   Она вернулась к своим мыслям о доме. Уже сделан ремонт в гостиной и спальне. Осталась кухня. В Интернете она нашла информацию о том, что в одном магазине скоро будет большая распродажа товаров для дома. Она сможет купить новую сантехнику, мебель и необходимые мелочи.
   Услышав шорох за дверью, Хлоя поднялась. Должно быть, принесли газету. Она была еще в футболке, открывать дверь настежь было бы не очень прилично, поэтому она слегка приоткрыла дверь, присела на корточки и просунула руку, чтобы взять газету. Вместо газеты она нащупала чью-то руку, вскрикнула и упала, больно ударившись бедром о тумбочку.
   — Ты в порядке? — спросил Стив, входя на кухню.
   — Что ты здесь делаешь? — спросила Хлоя, судорожно натягивая футболку на бедра. — И, кстати, я не предлагала тебе войти.
   — Я хотел убедиться, что ты в порядке.
   — Я была в порядке, пока ты не схватил меня за руку, — резко ответила Хлоя, взяла со стула халат и завернулась в него.
   Стив пожал плечами:
   — Мне показалось, это ты тянулась к моей руке.
   — Я тянулась к своей газете, — отрезала Хлоя. — Так что ты здесь делаешь?
   — Я пришел поговорить с тобой, — уже серьезно сказал Стив.
   — О чем?
   — О том маскараде, что ты вчера устроила.
   — Я не понимаю, о чем ты говоришь, — невозмутимо ответила Хлоя, кутаясь в халат, как королева Виктория — в королевскую мантию.
   — Нет, ты понимаешь! Зачем ты оделась как старушка библиотекарша?
   — Потому что я и есть библиотекарша. Разве ты не этого ожидал? Ты видел меня вчера на работе…
   — Я также видел тебя вчера ночью у холодильника. И я вижу тебя сейчас. И ты выглядишь совершенно по-другому.
   — Это был костюм для театрального вечера, — пыталась оправдаться Хлоя. — Ты даже видел спектакль. Так в чем проблема?
   — Проблема в том, что я не люблю, когда меня обманывают женщины, — сказал Стив раздраженно. — Скажи честно, ты привлекательная женщина, зачем тебе нужно было так наряжаться вчера?
   Он находил ее привлекательной. Это польстило ее самолюбию. Лишь на минуту. Он был из тех мужчин, которые привыкли говорить женщинам то, что те хотели от них услышать.
   — Я не собираюсь продолжать эту увлекательную беседу полураздетой, — уходя от ответа, сказала Хлоя.
   — А мне даже нравится, — Стив ухмыльнулся.
   — Я не сомневалась в этом. Ты из тех, кто оценивает женщину по тому, как она выглядит, — сказала она тоном, не терпящим возражений.
   — Неужели? — удивился он.
   — Да. Твой взгляд сказал это за тебя. Когда я вчера вошла в дом твоей бабушки, ты так на меня посмотрел, будто я была пустым местом. Ты проигнорировал меня.
   — Хорошо, признаюсь. Я был не очень любезен с тобой вчера. Но это никак не было связано с тем, как ты выглядела.
   — Ну конечно!
   — Послушай, — сказал он, как бы извиняясь, — меня просто немного раздражает то, что моя бабушка пытается меня женить на какой-нибудь «милой девочке», как она выражается, с тех пор, как мне исполнился двадцать один год. Теперь вот ты… Я не сдержался.
   — Ты бы так же на меня отреагировал, если бы я была длинноногой полуголой моделью?
   Стив не знал, что ответить. Она была права. Конечно, он повел бы себя по-другому. И она знала это. Но он не собирался так просто сдаваться.
   — Я сразу раскусил тебя, — защищался он. — Я понял, что ты не хочешь привлекать к себе внимание и поэтому ведешь себя так.
   — Как? — возмутилась Хлоя.
   — Как старушка библиотекарша.
   — Я же тебе говорила: это был костюм!
   — И не только для театрального вечера, — добавил Стив. — Почему ты не хотела, чтобы я увидел, как хорошо ты выглядишь на самом деле?
   — Мне нужно одеться и выпить кофе, — она не сочла нужным отвечать на такой вопрос. — Сначала кофе.
   Она достала из буфета еще одну чашку для Стива, налила кофе.
   — Я думаю, ты не будешь против выпить кофе в одиночестве, пока я оденусь? — она небрежно поставила перед ним кофе. — Но если хочешь, ты можешь уйти домой!
   — Я подожду, — он сделал вид, что не понял ее намека.
   Хлоя взяла свою чашку и ушла в спальню одеваться. Сначала она надела черные бриджи и белую блузку. Она посмотрела на себя в зеркало, и ей не понравилось, как она выглядела. Вместо блузки она надела простую футболку. Быстро причесалась — было неприлично надолго оставлять Стива одного в своей кухне.
   Через пятнадцать минут, одетая и взбодренная кофе, она готова была продолжать беседу со Стивом.
   Он сидел в ее кухне, пил кофе, читал ее газету и выглядел при этом так спокойно, будто делал это каждый день на протяжении года.
   — Что-то ты медленно, — сказал Стив, увидев ее в столь незамысловатом наряде, и улыбнулся.
   — Я надеялась, что ты уже ушел.
   — И не подумаю уйти, пока не получу ответы на все интересующие меня вопросы, — Стив устроился поудобнее. — Начнем, пожалуй. Так почему ты хотела обмануть меня?
   — Знаешь, Стив, — начала она, — ты не центр вселенной. Почему ты думаешь, что я вела себя так из-за тебя?
   — А разве это не так?
   Она не ожидала от него такой прямоты. Мало того, что он пришел без приглашения, расселся в ее кухне, так еще и задает ей бесцеремонные вопросы. Хотя она вынуждена была признать, он очень неплохо смотрится в ее кухне. Стоп! Хватит думать о глупостях! Может, он уйдет, если она ответит на его вопросы?
   — Послушай, твоя бабушка — удивительная женщина, и она мне очень нравится. Но не ты первый, кого она пытается с кем-то свести. Я так устала от этого. К тому же из рассказов твоей бабушки я поняла, что не хочу с тобой знакомиться. Ты не мой тип мужчины. Я уже знала парней, которые намекают тебе о семье, детях и большой лохматой собаке, а потом, когда ты узнаешь, что у него есть другая, тебе говорят, что встречаться сразу с несколькими женщинами — это так естественно. Больше я такого не хочу. Я ответила на твой вопрос?