Стас слушал разглагольствования Карелова вполуха, несмотря на общее веселье, в душе у него зашевелилась легкая зависть. В отличие от обаятельного весельчака Димы Карелова, он не мог похвастаться столь многочисленными и легкими победами. Вроде бы и карьера удачно складывается, уже ведущий специалист, и зарплата приличная, и отдельную квартиру получил два года назад, и внешностью бог не обидел, а поди ж ты... С последней своей подругой он расстался месяц назад. Сначала все было в порядке. И красавица, и умница, и в постели хороша до безобразия и после безобразия, одним словом, «комсомолка, спортсменка, активистка», но всего через полгода после знакомства Света стала слишком настойчиво намекать, что пора бы зарегистрировать отношения. На что Стас ответил, что еще не готов взвалить на себя такую ответственность, как создание новой «ячейки общества», проще говоря, жениться. И предложил подождать еще полгода. В ответ Света громко хлопнула дверью и ушла, кажется, навсегда. Во всяком случае, больше не звонила.
   За пикантными разговорами незаметно прошло время, и веселая компания, побросав окурки в жестяную банку из-под кофе, заменявшую нормальную пепельницу, потянулась в столовую. Не раздумывая над выбором, Стас взял комплексный обед за пять рублей и, пристроившись за столиком у окна, принялся поглощать солянку. Прямо над кассой висел транспарант, стилизованный под Маяковского:
 
Пальцем в солонку? Стой!
Что ты
Себе
Позволяешь?!
Мало ли где еще
Ты им ковыряешь!
 
   Плакат появился недавно, после того как заведующий столовой прочел сборник Стругацких. Видимо, именно эта фраза сильнее всего задела его душу. Правда, реакция сотрудников реального советского номерного КБ сильно отличалась от литературных героев из НИИ ЧАВО. Была более здоровой, что ли. Во всяком случае, никто в обморок не падал и нос не морщил. За время Перестройки люди привыкли и не к такому.
   Доев свой обед, Стас побросал тарелки в окошко моечной и неторопливо вернулся в свой родной отдел. Делать было нечего, до конца перерыва оставалось целых полчаса, и еще неизвестно, сколько времени ждать программиста. В отделе все занимались своими делами. Вера Сергеевна и Наташа пили чай. Виктор Петрович и Толя еще не вернулись с обеда. Андрей Карлович читал справочник, похоже, он даже не ходил обедать. Только Павел Николаевич, кивнув вошедшему Стасу, с ходу предложил партию в шахматы. Но, получив отказ, махнул рукой и сел играть с компьютером.
   А за окном светило яркое солнце. Середина июля. Самое лучшее время. Во дворе в тени старой развесистой ивы расположилась компания рабочих с опытного производства, справедливо считавших, что в такую погоду грех проводить законный перерыв в душном цехе. За красным приземистым производственным корпусом, построенным еще в 30-е годы, виднелись ажурные радарные антенны военного аэродрома и железная скособоченная вышка управления полетами. В небе кружилась четверка истребителей, серебристые машины легко выписывали фигуры высшего пилотажа. За хвостами машин тянулись молочные полосы инверсионных следов. До Стаса доносился приглушенный расстоянием, километров десять, не меньше, уверенный гул мощных двигателей.
   «Учебные полеты, – подумал Стас, – летают себе и в ус не дуют.
   Высоко лечу – далеко гляжу... Но, с другой стороны, на земле вас ждем мы – зенитчики. И ваши прекрасные скоростные машины для нас – не более чем мишень, пусть даже и маневренная. Через месяц поеду на полигон в Пономаревку на пробные пуски последнего изделия». При мыслях о командировке Стас довольно потянулся. На полигоне совсем другая жизнь: там свежий воздух, много интересной работы, хорошие ребята от смежников, постоянные пуски, интересное общение, а по вечерам шашлычок прямо у веранды клуба и красное вино, выдаваемое за вредность. Смежники с КамАЗа обещали привезти настоящий шотландский виски. Надеюсь, не обманут. А затем, уже в сентябре, отпуск!!! Надо будет смотаться в Крым. На пару недель. Поваляться на пляже, посидеть в кафешках, как грибы после дождя покрывших все курортные города. Да и приключения, куда же без них! Крымское солнышко удивительно действует на женщин – готовы на все с первым встречным.
   От приятных размышлений Стаса отвлекло появление длинноволосого очкастого молодого человека в джинсе. Бесцеремонно ввалившись в отдел, очкарик громогласно вопросил:
   – Ну, у кого тут прога гикнулась?
   Это был программист. И где кадры таких набирают? Правда, «Кадмех» он оживил за пять минут. При этом даже не пострадали базы данных и архивные наработки. Попутно специалист почистил диск от мусора и подстроил интерфейс операционки. Компьютеры в КБ стояли отечественные, у Станислава был «Полет-18», в просторечии именуемый «пролетом», но, вопреки подпольной кличке, машинка была хорошей, почти не уступала даже хваленому «Пентиум-3». Да и операционная система «Вектор-4», несмотря на простенький интерфейс, славилась своей надежностью, скоростью работы и уникальной совместимостью: под «Вектором» надежно работали не только «Уникс»-приложения и родные программные пакеты, но и приложения для Виндовса. Специалисты даже умудрялись запускать под «Вектором» программы для «Макинтоша».
   Программист оказался в хорошем настроении, ни разу не прокомментировал способности Стаса к работе на компьютере, и даже дал пару советов по настройке «Кадмеха». Правда, Стас почти ничего не понял, так как тот изъяснялся исключительно на своем варварском наречии, недоступном нормальным людям.
   Махнув рукой вслед удаляющемуся специалисту, Стас сел за компьютер и с воодушевлением принялся за работу. Дело спорилось. Уже через пару часов Стас, откинувшись на спинку стула, разглядывал вырисовавшийся на экране узел управления рулями.
   – Андрей Карлович, – позвал он начальника отдела, вдосталь налюбовавшись красотой технического решения, – взгляните.
   И именно в этот момент судьба развернулась на все 180 градусов и широко улыбнулась. И ничего удивительного в том, что улыбка судьбы обернулась телефонным звонком. Трубку схватила Наташенька.
   – Алло, да, пятый сектор. Да, да, на месте, сейчас позову.
   Станислав, это вас, – срывающимся голосом промолвила Наташа в пространство, прижимая трубку к груди, – секретный отдел.
   Стас молча пожал плечами и направился к телефону. Мало ли что им там понадобилось. Может, уточнить сроки поездки на полигон. Секретчики всегда уделяли пристальное внимание перемещениям техники за пределы Конструкторского бюро.
   – Рубанов слушает.
   – Станислав Петрович, пожалуйста, зайдите к Никифорову, это срочно, – трубка отозвалась прокуренным голосом секретарши начальника Отдела внутренней безопасности, обычно называемого Секретным отделом. Только полный идиот не знал, что Отдел безопасности не имел никакого отношения к ВОХРу, а комплектовался исключительно комитетчиками. Странно. Стас не мог припомнить ничего, способного послужить поводом к этому вызову. Обычно Секретный отдел редко пересекался с техническими специалистами, стараясь делать свою работу незаметно от остальных сотрудников КБ. Но, с другой стороны, мало ли кто там чего ляпнул.
   По дороге к кабинету начальника Отдела безопасности полковника Никифорова Станислав лихорадочно прокручивал в голове список своих друзей и знакомых, способных заинтересовать всесильный комитет.
   Ленка Серебрякова одно время путалась с арабом. Но, во-первых, Стас с ней давно не встречался, а во вторых, по слухам, большинство ее друзей и подруг прекратили с ней общаться, «подстилка черножопого» – еще подцепишь что при рукопожатии. Дима Портнов держит свой автосервис, естественно, работает с «черным налом». А кто из предпринимателей не уклоняется от налогов?! Но КГБ такой мелочовкой не занимается. Это дело ОБХСС – ловить мелкую рыбешку.
   Разве что Витька Гоц, старый школьный приятель, связался с каким-то полуподпольным «Народным фронтом». Он еще хвастался, что ему дали почитать самиздатовскую книгу Виктора Суворова про Великую Отечественную. Якобы Сталин в 41-м сам собирался напасть на Германию, но Гитлер его опередил. Один знакомый Стаса, увлекающийся историей, говорил, что без смеха читать эту бодягу невозможно. Дичь совершеннейшая. Такие вещи могут воспринимать только «юноши с горящими глазами» и кашей вместо мозгов. А впрочем, нет ничего криминального в чтении самиздата. В Интернете совершенно свободно можно найти и не такое. Официально запрещенных книг нет со времен Перестройки, другое дело, есть неиздаваемая литература, но это, как говорится, совсем из другой оперы. И все, что нельзя найти в магазинах или на книжных развалах, совершенно свободно можно скачать в Интернете на домене «.su». Все знают, что запрещать в Интернете что-либо может только полный идиот. Гоц, конечно, мог вляпаться в какую-нибудь историю, но в этом случае никто бы и не узнал об аресте.
   Приближаясь к кабинету Никифорова, Стас, так и не найдя «порочащих связей», решительно плюнул на своих знакомых. На месте узнаем, зачем пригласили. Секретарша при виде Станислава Рубанова молча кивнула в сторону двери в кабинет. Значит, не занят, ждет. Так и оказалось. Сам полковник Никифоров первым поднялся навстречу посетителю и прямо через стол протянул руку.
   – Проходите, присаживайтесь. – Рукопожатие секретчика было по-настоящему крепким. Антон Павлович был, как обычно, одет в демократичный однобортный пиджак «мокрый шелк» и синюю рубашку с пестрым галстуком. Но никакая гражданская одежда не могла скрыть его молодцеватую выправку, приобретенную за долгие годы службы. Худощавый, жилистый, с глубоко посаженными глазами серо-стального оттенка, с короткой стрижкой и дежурной располагающей улыбкой на лице, Никифоров светился здоровьем и энергией. Все знали, что он не курит, позволяет себе не больше фужера красного вина по праздникам, много времени проводит в спортзале и надеется дожить до ста лет.
   – Станислав Петрович, есть к вам одно дело. Я слышал, вы в ближайшее время собираетесь на полигон?
   – Да, Антон Павлович, через месяц, как только закончим отладку изделия.
   – И как? Планируете завершить испытания или придется еще дорабатывать?
   – А кто его знает, – Стас постучал костяшками пальцев по столу. – Вроде все нормально. Должны, по идее, завершить работу, если головка опять не подведет.
   – Вы уж постарайтесь. Сами знаете, новый комплекс очень нужен стране. Агрессор не дремлет.
   Стас и без секретчика знал, что работы надо завершать. Уже сколько лет потрачено на эту систему. И все равно, раньше Нового года на государственные испытания ее не предъявят. Слишком уникальная система. Практически первая в мире противоракетная большой дальности. Разумеется, имеются аналоги, и у нас, и у них, но все они с ядерной боевой частью, а «С-400» должен с обычной боеголовкой прикрывать радиус до четырехсот километров от любого летающего объекта, начиная с боеголовки баллистической ракеты до идущего на бреющем «Томагавка». Конструкторы сейчас доводили до ума комбинированную головку самонаведения. По техническому заданию она должна самостоятельно отсеивать ложные цели, но пока у электронщиков что-то не ладилось.
   – А потом? После испытаний? Опять на работу или в отпуск?
   – Ну, это как отпустят, – отшутился Стас, как будто Никифоров не знал график отпусков.
   – Да вы курите, не стесняйтесь, – предложил Антон Павлович, пододвигая к Стасу массивную бронзовую пепельницу. Это означало, что вежливые расспросы закончились и начинается серьезный разговор. Совершенно не связанный со всякой мелочью вроде увлекающихся демократией друзей и завершением работ над новым комплексом ПВО. – Вы еще не женаты? – утвердительно спросил Никифоров. – И не собираетесь?
   – Нет, пока планов не строил.
   – Это понятно, серьезный молодой человек, хороший специалист, честолюбив, политикой не увлекается, спортом занимается от случая к случаю, немного стеснителен, с последней девушкой расстался месяц назад... – Было видно, что полковник успел ознакомиться с досье Рубанова и демонстрировал это только для того, чтобы еще раз акцентировать внимание на серьезности разговора. – Станислав, как вы относитесь к длительной командировке в загранку?
   – Гм, я пока не думал. – Стас нервно провел ладонью по волосам. Интересное предложение, положительно судьба решила преподнести сюрприз.
   – Нужны специалисты для настройки и ввода в строй «Буков». Работа сложная, ответственная. Мало того что «Бук» сам по себе требует грамотного отношения, так еще надо встроить батареи в единый комплекс ПВО. Справитесь?
   – А с какими системами целеуказания придется работать? – Стас незаметно для себя закурил. Работа на самом деле предлагалась интересная. Он уже работал с армейским комплексом «Бук», приходилось и электронику настраивать, и направляющие рамы кувалдой править. Больше всего забот доставляли внешние целеуказатели, но это общая проблема всех систем ПВО сложнее пулемета.
   – Точно не могу сказать, мне известно только то, что это будет комбинированная система управления, ориентированная на оптоэлектронные и спутниковые целеуказатели.
   – Я, честно говоря, не работал с такими системами. В Союзе, сами знаете, ПВО строится на базе радарных комплексов, – ответил Стас, задумчиво разглядывая потолок.
   Работу на самом деле предлагают интересную. До настоящего времени «Буки» поставлялись только в Индию и Финляндию, и то в незначительном количестве. Всего десяток комплексов. Заказчик явно готовится к массированным ракетным ударам, когда в первую очередь выводятся из строя радары, но достаточно богат, чтобы закупать новейшую технику. Чаше всего покупали новые комплексы «Тор» и модернизированный «Куб», зенитные системы, оптимальные по критерию «цена – качество». Или разрекламированные дорогие тяжелые «С-300». Интересно, кто это может быть? Явно не арабы и не китайцы, им нет резона обновлять ПВО. Естественно, не Европа, сейчас даже бывший соцлагерь ориентируется на западную технику, да и денег у них нет. Может, Индия? Но индусы если и собираются с кем-то воевать, так только с Пакистаном, а все пакистанские ВВС эскадрилья «МиГов» перещелкает в течение получаса. В принципе возможен Китай, у них есть свои спутники разведки. Если бы еще можно было это убожество применить для наведения ракет. Но нет, судя по всему, покупатель планирует использовать данные с советских спутников.
   – Ну, так что? Согласны? Или еще думаете?
   – А если не секрет, куда командировка?
   – Это уже не секрет. В Югославию, – ответил Никифоров, удовлетворенно глядя в глаза Рубанова.
   – В Косово?
   – Может быть, но маловероятно. Вас планируют направить в части, базирующиеся под Белградом. Места, говорят, чудесные: старый город, Дунай, мосты и кафе на каждом шагу, а какие там девушки! – вздохнул секретчик.
   – Поеду. Естественно, поеду. Кто-то же должен помочь сербам, – тихо ответил Стас. А с другой стороны, такой шанс выпадает только раз в жизни. Если предложили – надо соглашаться, второго раза не будет. КГБ никогда не предлагает дважды. Это жизнь.
   – Очень хорошо! Я знал, что вы согласитесь. У вас как раз такое время, когда нужно и можно посмотреть мир. Документы мы уже начали оформлять, так что на волокиту времени почти не потратите. Одно плохо, поездка планируется с осени до конца зимы. Но зимой там тепло, а осенью начинается сезон молодого вина. Представляете, Станислав, у них в каждом селе есть винный заводик, а бывает, и не один. Как у нас на Кавказе. Жизни не хватит все перепробовать.
   – А я думал, меня посылают работать?! – притворно удивился Стас.
   – Не бойтесь, работы хватит, но и впечатлений наберетесь, – рассмеялся в ответ на шутку Антон Павлович. – Значит, так. Вот вам анкеты, заполните заранее, вот направление в ОВИР. Идете прямо в приемную, скажете, что от КГБ, нечего в очередях тратить время, там вам все оформят – и загранпаспорт, и визу, и билеты, все, что положено.
   – Простите, а когда уезжать?
   – С сентября месяца и до марта, так что перезимуете в теплых краях. Затем на два месяца в любой санаторий по выбору. Разумеется, лечение, отдых, проживание за счет заказчика, и 50 процентов добавки к окладу, плюс командировочные. Одно удовольствие, а не командировка.
   День завершился спокойно. После работы Стас забежал в магазин прикупить хлеб, кефир и, самое главное, кофе. Решив не жадничать, взял банку хорошего «Чибо» и большую жестянку «Нескафе». Дома, на скорую руку поужинав жареной картошкой с колбасой, Стас расположился перед телевизором. Сегодняшний разговор пробудил у него интерес к международной политике и мировым новостям.
   В Югославии постреливают, и, говорят, сильно постреливают. Но Стас относился к этому спокойно. Где только не стреляют – у нас тоже на Кавказе бандиты шастают. А в Югославии неспокойно только в Косово, а он едет в Белград или под Белград. И даже если судьба занесет его в Косово, трудно поверить, что небритые албанские сепаратисты нападут на хорошо охраняемый полк ПВО только для того, чтобы убить русского специалиста. Глупо. Так могут думать только индивиды с манией величия или на самом деле причастные к Большой Военной Тайне. Таковым Стас себя не считал.
   Возможные бомбежки НАТО? Но пока дело ограничивается санкциями. Да и они же не такие дураки, как в голливудских блокбастерах. У них есть нормальная разведка, которая быстро обнаружит, что у сербов появились современные зенитные системы. Станислав Рубанов превосходно знал, что такое дивизион «Буков». Эти, казалось бы, неповоротливые громоздкие машины разворачиваются в боевое положение за считаные минуты и мгновенно вычищают небо в радиусе 30-40 км, сбивая все, что летает и способно засекаться головками ракет. А активные головки самонаведения не срабатывают только на призраки и фантомы. Скорее всего американцы покричат и успокоятся. Тем более у югославов есть не только ракеты, но и истребители-перехватчики. На прошлой неделе по телевизору показывали, как югославский «МиГ-29М» завалил над Воеводино венгерского нарушителя, кажется, «МиГ-23».
   Ничего у НАТО не выйдет, это вам не Ирак. Помнится, весной был скандал – наши поставили в Югославию новое оснащение для ЗРК «Квадрат». Старье, конечно, но после модернизации способны валить даже хваленые «Стелсы».
   По телевизору наконец-то ежевечерняя мексиканская жвачка сменилась заставкой программы «Вести». Хлеборобы ударными темпами засыпают в закрома Родины урожай зерновых. Как и в прошлом году, хлеба стране хватит с избытком. В Новосибирске построен Дворец культуры с залом на 1500 мест. В Северодвинске введен в строй новый эсминец. В Средней Азии посадили очередного чиновника. В Москве прошел несанкционированный митинг в поддержку права на самоопределение народов Северного Кавказа. Все 150 митингующих успешно разогнаны милицией, трое зачинщиков задержаны. Наконец, о спорте...
   Между бравурными вестями с полей и репортажем из Ферганы уместилась коротенькая новость из Югославии: правительственные войска отбили у экстремистов какой-то городок. Название Стас не запомнил. Сурового вида корреспондент зачитал короткое сообщение на фоне разрушенной халупы, и все. Следом пошла информация из Ферганской долины. Недовольный таким положением дел, Стас дал себе слово: завтра же на работе найти в Интернете все, что касается последних событий в Югославии.
   В дверь позвонили. Отыскав под креслом тапочки, Стас пошел открывать. На пороге обнаружился приснопамятный Витька Гоц, радостно улыбающийся и с подозрительной картонной папкой под мышкой.
   – Ну, что стоишь? Проходи, – буркнул Стас, пропуская готового взорваться сенсацией приятеля.
   – Слушай, Стас, – сбивчиво заговорил Витек, выждав, пока хозяин квартиры, выглянув в коридор, закрыл за ним дверь, – мне вчера такое дали почитать! Закачаешься!
   Стас недоверчиво покачал головой, молча извлек из-под тумбочки пару тапочек и протянул их гостю. Витька вроде взрослый человек, а до сих пор детство в одном месте играет. Давно уже пора остепениться, бросить все эти демфронтовские сходки и маевки, позабыть телефоны подозрительных приятелей-революционеров. Устроиться на нормальную работу. А то так и будет до самой пенсии в рекламном агентстве куплеты сочинять: «Новая пицца – нельзя не отравиться». Жениться, наконец. При этих мыслях Стас бросил придирчивый взгляд на давно не стиранные занавески в гостиной и глубоко вздохнул. Ладно, пусть сначала работу поменяет.
 
   – Слушай, Стас, я тебе когда-нибудь врал?
   – Вроде нет, – глубокомысленно ответил Станислав, насыпая в чашки ароматный «Нескафе». Все равно все врут, но говорить это в глаза неприлично.
   – А когда-нибудь подставлял? – продолжил Витек.
   – Вроде нет, зачем тебе меня подставлять?
   – Тогда как ты относишься к правам человека?
   – Гм, а что ты имеешь в виду? Права какого человека? – от такого вопроса Стас чуть не поперхнулся. В этом весь Витька, чтобы уловить ход его мысли, надо сильно постараться.
   – Ну, понимаешь, вчера гэбисты устроили провокацию и арестовали Старохатскую! Это же настоящий беспредел. Натурально! Человек всю жизнь боролся против тоталитаризма, страдал, сидел в тюрьме и психушке, – надрывался Витек, – а вчера ее арестовали прямо на митинге.
   – Ну и что? Если она псих, значит, нечего по митингам ходить. – Стас вспомнил эту Старохатскую. В свое время она ярким метеором пронеслась по политическому небосклону Советского Союза. Антикоммунистка со стажем, противник любых проявлений государственности. Известный борец против тоталитаризма и защитник всех убогих и угнетенных Валерия Старохатская стала известна в славные 80-е во время мятежа в Прибалтике. Впоследствии неоднократно привлекалась к уголовной ответственности. В 92-м году после провокационных выступлений в поддержку чеченских и грузинских сепаратистов ее квартира была разгромлена возмущенными гражданами. Сама Старохатская успела убежать от народного гнева и до недавнего времени активной политикой не занималась. Видимо, опять взялась за старое, если ее арестовали. О, как раз по телевизору идет материал о митинге в Москве. Все понятно, давняя защитница бедных угнетаемых бандитов и фашистов взялась за старое.
   Станислав не испытывал никаких чувств по отношению к этой фурии. Разумеется, ни один нормальный человек не мог сказать ничего хорошего в пользу чеченцев, особенно после того, что они устроили на Кавказе в 92-м году. Бандиты открыто убивали, насиловали и грабили. Начали вырезать русских. Но, с другой стороны, методы советского правительства, железной рукой усмирившего мятеж, тоже трудно было назвать популярными. После подавления мятежа генерала Дудаева все выжившие чеченцы были лишены гражданства и депортированы в Турцию. Но, если по-честному, лучше так, чем оставить тлеющий очаг. Раковую опухоль надо вырезать решительно и быстро.
   Со своей стороны, турецкое правительство уже успело неоднократно пожалеть о своем решении приютить братьев-мусульман и изредка зондировало почву на предмет возвращения беженцев домой. Советская дипломатия оставалась непреклонной, раз дали приют – расхлебывайте сами. На новом месте «бедные борцы за свободу» быстро развернули рэкет, торговлю наркотиками и женщинами. Это была нация, генетически неспособная жить мирно, не обижая соседей. Все шло к тому, что скоро гордый чеченский народ получит очередной геноцид, на этот раз в Турции.
   – Да как ты можешь говорить, что она псих! – от возмущения Витек побледнел. – Ты же не врач, ты не можешь ставить диагноз!
   – Но ты же сам сказал!
   – Когда?
   – Ну, ты сказал, что Старохатская лечилась в психушке. – На лице Стаса читалось искреннее изумление.
   – Так ее же лечили насильно, ее специально прятали в психушку, за ее убеждения.
   – Гм, как я помню, социально опасных пациентов можно лечить насильно. – Стас еле сдерживался, чтобы не захохотать, его всегда умиляла наивность Витька. Вроде взрослый человек, а верит всем этим сказкам о бедных замученных злыми дядями из КГБ диссидентах. После августовского переворота в Союзе практически не судили за инакомыслие. Вот за разжигание национальной розни и призыв к вооруженному мятежу судили, особенно в начале 90-х годов. И правильно, нечего революции устраивать. – Ладно, шучу я. – Станислав демонстративно поднял руки вверх. – Давай выкладывай, что ты там принес.
   – После таких шуток... – неразборчиво буркнул Витек. – Сам же знаешь, что в этой стране никогда не было свободы.
   – Ладно, ладно, извини. – Последнее утверждение Гоца было спорным. По мнению Стаса, в Союзе уже давно не было проблем со свободами. Число крупных политических партий перевалило за дюжину, печатались сотни газет на любой вкус, Интернет давал доступ к любой информации в любой части света. И с выездом за границу стало просто. Не то что до Перестройки и августовского переворота.
   – Я тут такую информацию надыбал. Да ты сам посмотри. В Монголии наша гэбня проводит опыты над людьми. – Витя положил на стол картонную папку на тесемках с надписью «Дело». – Здесь уникальные фотографии.
   – Давай показывай эту уникальность. – Стас потянулся к папке.
   – Оказывается, еще в 93-м году над Байкалом сбили НЛО, пилоты попали кагэбэшникам, и те проводят эксперименты над женщинами в Монголии. Они подсаживают им эмбрионы инопланетян! И смотри, что получается.