некоторыхпрофессий.
   О Ворге нет никаких письменных источников — да и зачем они тому, кто знает словои Гребень Девы? Тут цивилизаторам, чтобы сфальсифицировать на ноготь, приходится наизнанку выворачиваться. Но всё без толку.
   Хороший источник — предки. Свои. Живущие в тебе и потому не обманывающие.
   Не менее хороший источник и чужие предки (недалёкие).
   В процессе выявления списка преобразующих профессий выяснилось, что отношение к Сталину — созерцательное или равнодушно-ненавистное — определяется вовсе не историей семьи, сидел кто или не сидел, а только тем, смерд человек или волхв. Все встреченные мной знающие слово (почти волхвы) и шаманы (естественно, настоящие), все как один перед Сталиным преклоняются.
   Есть профессии хотя бы одной стороной соприкасающиеся с архетипом волхва.
   Речные капитаны, где бы они ни были, — за Сталина все. И на Ольхоне, и на Северной Двине, и на Оби, и на Васюгане. В Новой Уде (река Ангара) речной капитан Орленко впёр почти на вершину священного Кит-Кая громадную мраморную глыбу — на то место, куда взбирался Сталин в 1903 году.
   Полярники — тоже за Сталина.
   Шаманы — тоже.
   Кузнецы, дальнобойщики, астрономы, геологи — всё это люди преобразующих специальностей — отблеска первопрофессии древних жрецов.
   Проще говоря, все эти частные проявления одного древнего архетипа: кузнеца. В чем заключалась работа кузнеца ещё полтысячи лет назад? Он не только трансформировал кусок раскалённого металла, но он этот металл ещё должен был добыть. Сам. В виде руды. То есть он ещё и геолог. И дальнобойщик. И речной капитан. Именно речной, а не морской — потому что в древности перевозить металл было проще именно по рекам. Река вообще принципиально иной объект, чем море. Пролагают по ней Путь, опираясь на интуицию — то есть, обращаясь к предкам.
   Выявив преобразующее действие профессии речных капитанов, я долго полагал, что они от культа воды. Дескать, на воде, вот и набираются. Но те же рыбаки, которые всё делают то же самое, что и капитаны, к Сталину равнодушны. Потому что у них цель — добыча, а у капитанов — путь. Не стихия воды, а стихия Земли. То, что они, желая усовершенствоваться, перенапрягаются, скажем, в бурю и узнают слово— это одно. А путь, как частица планеты, частица целого — другое.
   Даже само слово капитан (КП-ТН) — «тайна top-вершины», «тайна пика», указывает на высшее предназначение капитана — знание Пути.
   Капитаны — это от культа Земли. Этим объясняется и то, почему капитаны речных паромов тоже в состоянии постичь Сталина. Хотя казалось бы, паром вообще не прокладывает путь. Но паром издревле — священное место. Это не из-за конструкции судна. Паром потому святое место, что устраивается на пересечении двух древних дорог—сухопутной, которая идёт, подлаживаясь, по меньшей мере, под рельеф, и реки — русло которой тоже предопределено свыше. Бросается в глаза, что на всех местах ссылок Сталина — паромы. На всю громадную Иркутскую область всего четыре парома, один — у Сталина.
   Проще говоря, достаточно опрашивать людей об отношении их к Сталину и уточнить те профессии, которые составляют их жизненный опыт, — и можно выявить всю Воргу, все ступени посвящения.
   С помощью опросов можно выяснить даже апостолов — священных животных.
   Лабытнанги. Это на Оби, сразу за Полярным кругом. Уральский филиал Академии наук. Зелёная Гора. Меня туда пустили пожить в пустующий отсек. Бесплатно. Спасибо огромное директору-немцу (русскому), фамилию, увы, запамятовал. Сотрудников филиала демократы разогнали, но четверо всё-таки остались. Восьмиквартирник на территории филиала. Через деревянную стенку два кандидата наук — один преклоняется перед Сталиным, а другой — его ненавидит. У обоих дед с бабкой из репрессированных, потому и в Лабытнанги прижились. Всё у них одинаковое, даже должности — заместители директора. Оба — орнитологи. Но ненавидящий Сталина изучает мелких пичуг, а способный оценить Сталина — соколов.
   Вот вам и явление на Ворге сокола.
   Хотя я о соколе узнал совсем из другого источника. Их много этих источников. Начните разгонять тьму из «мёртвых пространств» — и увидите.
   Это я так, к слову. Афанасий Черных был охотником, соколы тогда у Сольвычегодска были, мог наблюдать. А у лабытнангского «сокольника» фамилия — Пасхальный.

Совет волхвов

   В очередную поездку в Сольвычегодск удалось обнаружить такие сведения — совершенно удивительные, — которые позволяют утверждать, что во время Сольвычегодской ссылки Сталина в деревне Пожарище собрался Совет волхвов разных народов— в связи и по поводу Рубки, тогда ещё не Сталина, а Кобы.
   А если не волхвов, которые ещё в «пустыне», то знающих слово. Слово «волхв» употребляю исключительно для простоты и краткости.
   Совет знающих слово.
   Конспирацию волхвы смогли соблюсти мастерски: из цивилизованных этого Совета не заметил никто. Ни царские жандармы, обязанностью которых было следить за Сталиным. Ни попы, которым шло специальное финансирование по линии Стефано-Прокопьевского «просветительского» братства, специально утверждённого для удушения Культа Девы. Ни музейщики всего советского периода — хотя дети свидетелей живы и помнят поведанные им детали.
   Обнаружить мне удалось сведения о пятерых участниках Совета. Шестого предполагаю — вернее, уверен, что он присутствовал, не мог не присутствовать. Есть намёк, что были и ещё участники, но кто, я пока не знаю.
   Итак, первый— это сам тридцатилетний Сталин, тогда ещё Коба. Участники Совета называли его Рубка, Великий Посвящённый. Да и сам Сталин знал, что он — Предречённый.
    Второй— Афанасий Черных, дворяк, пришёл неизвестно откуда, и вообще фамилия его не Черных. (Дворяком в Архангельской области называют человека, который, женившись, перешёл жить в дом жены; при желании он принимал фамилию жены.) Что интересно, прошлое Афанасия Черных, по воспоминаниям, было для разговоров запрещённой темой.
    Третий— купец Некрасов. В книге «Сталин: культ Девы» я подробно показал, что продолжительные отлучки Сталина из Сольвычегодска, для политссыльного совершенно невозможные, могут быть объяснены только тем, что жандармы получали взятки. К тому же, Сталин в Сольвычегодске жил явно не на 7 рублей 40 копеек, которые выплачивали ему на содержание жандармы — сани до Пожарищ, шуба, казино, платная библиотека…
   Средства шли явно не от большевистской партии или какой иной организации, с которыми соприкасался Сталин: несколькими годами позже Сталин в письмах чуть ли не криком кричал, умоляя выслать в Курейку хоть немного денег на еду. Если получил тогда, то какие-то крохи. В Курейке Сталин попросту голодал. Сами понимаете, не до казино (если б оно там было). Весь срок кричал. А ведь ко времени Туруханской ссылки Сталин в партии занимал более высокое положение, чем перед ссылкой в Сольвычегодск.
   Шуба, сани и отлучки предполагают, что некий купец не жалел на Сталина денег. И этот купец был третьим (кроме самого Рубки и двухметрового чеченца-охранника) во время поездок в Пожарища. И точно, уже на следующий день, после того как я привёз в Сольвычегодск экземпляры «Культа Девы», мне сообщили фамилию того «вычисленного» мной купца: Некрасов. У него две дочери: одна перебралась в Москву, другая — в Питер.
   Ну и самое главное, чем в последний тур обогатился: Сталин с Некрасовым постоянно ходили вместе на охоту. Или, якобы, на охоту. Словом, брали ружья, входили в бескрайнюю Архангельскую тайгу — и исчезали из поля зрения.
   Да, эта деталь об «охоте» очень впору. Она многое может означать, если знать, что Сталин после Сольвычегодска тут же начал учиться у апостолов — и в Нарыме, и в Курейке. А может, Сталин стал учиться уже в Сольвычегодске? Вместе с купцом? Или под его руководством? Получается, что и сам купец Некрасов значительный в духовном плане человек? Это подтверждается тем, что был вхож в простую крестьянскую избу Афанасия Черных — что возможно только для очень духовно значительного человека.
   Были ли в те времена в окрестностях Сольвычегодска кречеты или нет, выяснить не удалось. А вот олени, которых сейчас нет, были. Многочисленные ныне лоси в районе Сольвычегодска появились в 1939 году — они бежали сюда от военных действий в Финляндии, после чего расплодились неимоверно. По какой-то причине после этого олени исчезли. Но и поныне старики помнят, что оленей в тех местах была прорва.
    Четвёртыйучастник Совета — цыганский баро. Баро — это высший жрец цыган, это мастер, непременно кузнец, знает слово. Ничего общего с нынешним телевизионным образом бандита и разводящего цыганский баро не имеет. Цыгане, во все времена непревзойдённые кузнецы, на дальнем берегу Вычегды кочевали — это точно. Причём табор полевых цыган, по воспоминаниям, всегдаостанавливался у деревни Пожарища. Информаторы вспоминают, что жители Пожарищ делились с этими цыганами всем, о чем они просили. Предполагаю, что в Пожарищах цыганам и в голову не приходило нахальничать и просить чего-либо сверх острой нужды.
   Речные капитаны — знатоки стихии Земли, кочующие цыганы — тоже. Было бы странно, если бы в такой духовной пустыне, как наша Земля, столь редкие специалисты не рвались бы встретиться друг с другом.
   Теперь представьте: цыганский баро, так сказать, в Полярном исполнении (а это важная деталь и означает очень много), знает, что в Пожарища наведывается Предречённый, Рубка, Великий Посвящённый, пусть и будущий. Что цыганский баро сделает?
   Правильно, он хоть в чистом поле рядом поселится, чтобы только на Предречённогопосмотреть. А уж тем более ему как-то помочь. Подставить плечо. Но, уверен, баро был приглашён.
    Пятыйучастник — Ахмет. Его в музее Сольвычегодска называют «добровольный охранник Сталина». Пока я думал, что Сталин в Пожарища ездил учиться, и о Совете не догадывался, я о внутренней сущности Ахмета не задумывался. Представление у меня о нём было как о «быке». Нечто вроде современных охранников. Каюсь. И на старуху бывает проруха.
   Теперь, поняв, что в Пожарищах состоялся Совет знающих слово, всё больше задумываюсь: кем же на самом деле был тот человек, который в Сольвычегодске носил «маску» охранника Сталина?
   Почему именно «носил «маску»»?
   В наше время, когда СМИ и государственные структуры (Министерство образования) предписывают считать Сталина монстром, у всякого человека вполне достаточно материала понять, что всё это враньё. Живы люди той прекрасной эпохи. Скатывание в нравственную грязь в постсталинский период вообще происходит на глазах, из одного этого угадываются высоты прекрасного нашего сталинского прошлого.
   Тотальная лживости СМИ очевидна, цивилизаторы, хотя русский язык и изгадили, но полностью не уничтожили — и, тем не менее, найти человека, который бы стойко отстаивал о Сталине правду и вообще им восхищался, довольно затруднительно. Чтобы отстаивать эту правду, надо быть человеком незаурядным.
   Но до какой степени надо быть незаурядным, чтобы преклониться перед Сталиным (а у него и в помине не было той гипнотической харизмы, которая возбуждала толпы вокруг Троцкого, Эльцина, Гитлера и т. п.), когда он был ещё Кобой?
   Для того чтобы распознать в Кобе сталина, надо быть не просто незаурядным, а, по меньшей мере, жрецом.
   Да, насколько знаю, рядом ни с одним из марксистов добровольных охранников не было.
   Это не единственный аргумент в пользу того, что чеченец Ахмет только прикидывалсяохранником, а на самом деле был волхвом — скорее всего, древнейшего чеченского культа предков.
   У нас по Москве чеченские бандиты разъезжают на своих новых «мерседесах» свободно. Сталкивался я с ними и в спортзале. Все они, как на подбор, низкорослые. Судя по репортажам из самой Чечни, сепаратисты — а ведь пропаганду сепаратизма они строили, вспомните, именно на антисталинизме!! — не более чем среднего роста.
   А Ахмет, повторяю, «двухметровый». А с учётом акселерации — сейчас бы он был ростом 2 метра 20 сантиметров. Что и говорить, иная, чем у сепаратистов порода. Рост — это не абсолютный показатель. Но проблема противоположности миров быдла и ведениявсегда проявляется в каких-то внешних формах.
   Очень уважаю бурят. Среди прочего, они набрались мужества и сохранили за своим колхозом название «…имени Сталина». Это километрах в пятидесяти от священного Кит-Кая. Теперь колхоз, понятно, переименовали в «Союз фермерских хозяйств имени Сталина». И в районе Улан-Удэ, говорят, тоже есть что-то подобное. Так вот, фермеры мне рассказывали, что во времена Сталина больше половины колхозников в лагерях пересидело. Сажали с позиций нынешней вакханалии воровства за мелочи: ведро с зерном утащили или того меньше. Но никто на Сталина не обижается. Сами, считают, виноваты, при чём здесь Сталин? Правила игры знали заранее. (Стыдно, знаете ли, иногда быть русским: переименовывать города, в особенности Сталинград — это же национальный позор! Кстати, и эвены мужественно сохранили на своей территории «Сталино».)
   А вот нынешние чеченцы обиделись. В Войну предали Лоно Девы, предали Предречённого, предали предков — Сталин их в Азию сослал, чтобы уму-разуму набрались, вспомнили Бога, обрели вечность, — а чеченцы мстить начали. Были бы они благородны, хотя бы в десятую долю от Ахмета, рассудили бы, как буряты: сами виноваты. До бурят чеченцам расти и расти. Вот сами и рассудите, что есть источник благородства: вера отцов, которой остались верны западные буряты, или ислам, который заново ввёл чеченцам Горбачёв-Эльцин.
   Эх, счастливы будут дети чеченцев, когда во главе их встанет человек, который плюнет на вкус быдла и в красном углу своего дома утвердит портрет Сталина, Отца народов, отца чеченцев в том числе.
   Итак, мы видим, что в Пожарищах во времена ссылки Сталина в Сольвычегодск собиралось ведическое жречество из разных народов — чеченец, цыган, полуосетин и русские — по нынешним временам диаметрально противоположные полюса . Возможно, там были лучшие и из других народов — но у меня сведений об этом нет. Дело не в представительстве — волхвы х еромантией демократии не страдают. Х еромантия демократии нужна там, где нет ведения, а есть одна сплошная ложь и цивилизованность. В Пожарищах присутствовало достаточное число знающих слово, чтобы решить какую-то проблему.
   Конспирация — идеальная. Никто и не заметил. Ни жандармы, ни попы, ни музейщики советского времени и демократического режима. Понадобилось, чтобы Меняйлов прокопался там более пяти месяцев, чтобы прорисовались контуры этого великого в истории XX столетия события.
    Шестойучастник — предположительный. Им мог быть — и был! — пастух с поймы реки Вага, мастер , знающий слово.
   О важских пастухах придётся рассказать чуть подробней. Удивительное явление, мощное гнездо древней русской веры, всё на поверхности, а в СМИ — ни слова.
   Дело в том, что пастухи с Ваги умели «договориться» с волком. Как следствие, волки стада важан не трогали. К тому же, стада под управлением пастухов с Ваги активно размножались.
   Напоминаю, что во всех народах Евразии активного размножения стад испрашивали именно у волка, «скотьего бога». И не только домашнего скота, но животных вообще. В некоторых районах Украины его называют «мышиным богом». Потому, что при отсутствии больных животных, хозяйственный волк ограничивает свой рацион мышами.
   Естественно, что пастухов, которые знают, высоко ценили, нанимали за большие деньги и приглашали даже издалека. О пределах территорий, на которых они работали, сведения у меня пока отсутствуют, но знаю, что и с Кенозера их приглашали. А от Кенозера до Ваги не одна сотня километров — больше, чем до Сольвычегодска.
   Интересно ещё и то, что их умения христианам перенять было не по росту. Как бы христиане ни пыжились — не получалось. Христиане вообще с женской логикой, или, что то же самое, с логикой смерда. В Евангелии ясно написано: « И был Он там в пустыне сорок дней, искушаемый сатаною, и был со зверями(От Марка 1:13)». « Был со зверями» все богословские школы трактуют одинаково: был со зверями в гармонии. Следовательно, истинно духовный человек, как и Христос, должен быть со зверями в гармонии, то есть достигать в пастушестве успехов больших, чем пастухи с Ваги, ведающие. Однако ж…
   Пастве вдалбливают, что гармония со зверями — это чудо, дескать, Христос — внеземное существо, толькопотому и мог. А им, попам, гармония со зверями не по росту. А пастве — тем более. А те, которые, как Христос, так могут — дескать, сатанисты. Если не нравится выражение «женская логика», то пусть будет «поповская».
   Вот уж кому на Евангелие наплюнуть, так это христианам. И эта деталь « со зверями» тоже указывает, что в нецензурированном Протоевангелии Христос был человек- волк. Не проходил ли Он стажировку у Важских пастухов? Путь по тем временам недолгий. Заглянул, скажем, на пути в Прародину.
   Ещё раз: чтобы достигнуть таких успехов в животноводстве, пастух должен был уметь «договориться» с волком. Чтобы тот, с одной стороны, каким-то образом благословил размножение скота, а с другой — этот скот не резал. О том, что такое «договориться», в одной из следующих глав.
   Уж если все братство важских пастухов таково, что их стада охраняют волки, то можно предположить, что среди них мастер был в постижении веденияпоистине великим.
   То, что Сталин с ними общался и у них учился — несомненно. Другое дело, неизвестно, был ли мастер от этих пастухов приглашён на Совет в Пожарищах. Думаю, был. Если был, то свидетельства обнаружатся. Так всегда: строю какие-то предположения, публикую, отвожу в Сольвычегодск, а через несколько дней начинаю принимать ходоков. О подтверждении гипотезы о купце уже упомянул.
   Жив буду, отвезу и эту книгу. Послушаем, что скажут про пастухов-волколюбов в Сольвычегодске.
   Итак, знающие слово:
   цыганский баро особо представлял стихию огня, кузнец кузнецов;
   Афанасий Черных, не знаю, что особо представлял, скорее всего, стихию воды;
   купец Некрасов представлял стихию земли, никто, как особенно посвящённые в этой стихии, являются пламенными патриотами Руси;
   пастух с Ваги представлял высшую стихиюР, гармонии, Солнца-воздуха, ai r- Ра.
   Каждый волхв, будучи сведущ во всей Спирали Девы и воспринимая её именно как Крас о ту Девы, вынужден в условиях научно-технической революции зарабатывать какой-то однобокой специальностью.
   Решать какую проблему собрались мастера всех четырёх стихий, не знаю, но думаю, не для торжественной инаугурации Рубки. Думаю, что темой обсуждения была Война, которой предстояло начаться уже через 30 с небольшим лет.

Милосердие Волка

   Более всего в Сталине удивляет его поразительное милосердие.
   Всё познаётся в сравнении: Христос в милосердии уступает Сталину не в два-три раза — Христос уступает Сталину в милосердии в сотни и тысячи раз.
   Соотношение оценить легко.
   Христос, как и Сталин, умел провидеть будущее. Христос видел, что в 66 году н. э. евреи подымут против Римской империи восстание. Лозунги как всегда о счастье народном, а на самом деле, как водится, для того, чтобы заправилы по всему Средиземноморью могли половить рыбку в мутной воде. Христос знал и то, что, как следствие восстания, против ангелов бедствий человеческих в Иудею будет отправлен римский легион. Христос, судя по изречённому Им пророчеству и сохранившемуся в Евангелии, провидел, что в осаждённом Иерусалиме начнётся междоусобица, в результате которой евреи частью перережут друг друга, а частью друг друга уморят голодом (поскольку во время взаимной резни они ещё и спалят продовольственные склады). Это было ужасно: еврейки ели не только детей соседских, но даже и своих — об этом сообщает Иосиф Флавий.
   Затем евреи начнут втайне друг от друга сдаваться римлянам — бросая свои посты по ночам. Надежда на снисхождение во все времена зарабатывается только одним — предательством. Это знал не только Иуда Искариот, но и каждый из тысяч втайне покидавших Иерусалим евреев.
   Но снисхождения не было, что не удивительно: еврейская диаспора вполне себя показала на всей территории Римской империи.
   Римляне казнили евреев тем же способом, который отцы и деды перебежчиков-«иуд» требовали для умерщвления Христа. На окружающем Иерусалим валу были установлены кресты многоразового использования. С них ежедневно снимали около пятисот «двухсотых», а на их место насаживали столько же из числа заискивающе улыбавшихся перебежчиков.
   Думается, некоторые лишь на кресте поняли, что они, будучи точным повторением своих дедов, как бы сами себя приговорили к смерти в мучениях. За всё надо платить — а деды на площади перед преторией скандировали: «Распни Его! Распни Его!».
   Христос провиделмуки сменявших друг друга на стационарных крестах людей, провиделОн и то, что поток иуд от недели к неделе будет не только не ослабевать, но даже нарастать.
   Через некоторое время римским офицерам надоел этот дурной конвейер, и они взяли Иерусалим приступом — практически не понеся потерь. Говорят, по улицам истомлённого мерзостями города кровь текла ручьями.
   Некоторые евреи при взятии города уцелели — для того только, чтобы погибнуть мучительной смертью через некоторое время. Сдавшихся при штурме мужчин отправили на рудники в Египет, где они вскоре и погибли от переутомления и побоев — разве Христа во двор претории тащили евреи не на побои?
   Некоторые оказались на песке гладиаторских арен, где под возбуждённое улюлюканье зрителей познали мгновения, когда твою плоть рассекает меч или тебе впивается в шею зубами собственный брат — в надежде перекусить сонную артерию.
   Тех из склонившихся перед легионерами евреек, на которых можно было смотреть без содрогания, римляне отправили в низкопробные публичные дома на положении рабынь, где они быстро снашивались и умирали — в последние минуты, возможно, вспоминая, как духарились их бабки в день распятия Христа.
   Но были среди жителей Иерусалима и те, кто при осаде и падении города не только уцелел, но даже не попал в рабство, — этих немногих нас приучили называть первохристианами.
   Они уцелели, потому что помнили пророчество Христа о признаках гибели города — и, увидев исполнение признаков, успели бежать.
   Это пророчество записано в Евангелии.
    «Когда же увидите Иерусалим, окруженный войсками, тогда знайте, что приблизилось запустение его:
    тогда находящиеся в Иудее да бегут в горы; и кто в городе, выходи из него; и кто в окрестностях, не входи в него,
    потому что это дни отмщения, да исполнится все написанное.
    Горе же беременным и питающим сосцами в те дни; ибо великое будет бедствие на земле и гнев на народ сей:
    и падут от острия меча, и отведутся в плен во все народы; и Иерусалим будет попираем язычниками, доколе не окончатся времена язычников».
   (От Луки 21:20–24)
    «Итак, когда видите мерзость запустения, речённую через пророка Даниила, стоящую на святом месте, — читающий да разумеет, —
    тогда находящиеся в Иудее да бегут в горы;
    и кто на кровле, тот да не сходит взять что-нибудь из дома своего;
    и кто на поле, тот да не обращается назад взять одежды свои.
    Горе же беременным и питающим сосцами в те дни!
    Молитесь, чтобы не случилось бегство ваше зимою или в субботу,
    ибо тогда будет великая скорбь, какой не было от начала мира
    доныне, и не будет».
   (От Матфея 24:15–21)
   «Первохристиане» знали этот текст и ему повиновались — потому и выжили, бежав из Иудеи, как и сказано им было, в горы, в соседнюю Идумею.
   Люди любят предсказания и с готовностью им повинуются — если преподаваемый текст понятен.
   Ну, что стоило Христу чуть подробнее расписать ситуацию — чтобы она была ясна и спаслось всё население Иудеи? Чтобы не рубили детей пополам, так, мимоходом, просто потому, что мать, держащая младенца, уродлива? Чтобы не было всех этих ужасов массовых распятий, сырых рудников и изнурения в дешёвых борделях?
   Да ничего особенного не стоило.
   Вернее, вообще ничего.
   Христу надо было всего лишь добавить к уже произнесённому пророчеству ещё фразу-другую. Уточнить детали. Когда предсказание подробно, люди всегда понимают.
   Но Иисус не добавил. Не уточнил. Знал — но скрыл.
    Иными словами, Иисус желал, чтобы все эти ужасы произошли с теми, кто не захотел повиноваться Его словам, с теми, кто — Он провидел — оплюёт Его в день распятия. Или, что то же самое, нанесёт на Его могилу кучу мусора — в переносном, разумеется, смысле.
   Всем сколь-нибудь развитым людям известны слова Сталина:
   «Я знаю, что на мою могилу нанесут кучу мусора, но ветер истории безжалостно развеет её».
   Нанесли. Оплевали. Воздай Сталин за провиденное им будущее в той же степени, что воздал Христос, то справедливо бы было уничтожить половину населения СССР (в тот период нас было 160 миллионов). Или уничтожить хотя бы полтора миллиона, как при осаде и штурме Иерусалима в 70-м году.
   Историки во все времена жили и живут двойной жизнью — и в наше время тоже. За деньги, порой за большие, порой за ничтожные, историки перед телекамерами говорят совсем не то, что говорят за бутылкой водки среди своих. Совсем не то. Другое.