- Посмотри, моя дорогая. Видишь маленьких птичек? А человека? Это шаман. Знаешь, кто такой шаман?
   - Э… что-то вроде колдуна? Лекаря?
   - В ранних культурах вашей планеты шаманами звали тех, кто ради своего народа совершал путешествие в мир духов. В этот мир он входил различными путями. Некоторые из них - например, пост, очищение травами, отказ он сна и поедание отвратительных на вкус кореньев - весьма неприятны, но у многих шаманов не было других средств выйти из физического тела. Они должны были так поступать, чтобы отыскать лекарство от болезни или привести свое племя к победе в войне. Это трудно и опасно, но зато очень престижно.
   - Откуда, скажи на милость, ты это знаешь? - Пэм изумленно воззрилась на Хамфри. - Вот уж не думала, что это по твоей части.
   - Одна из самых распространенных причин путешествия в мир духов - найти потерянное. Ценные предметы. Пропавших людей. Шаманы знали пути туда. Покинуть тело можно, например, с помощью барабанного боя. Аеще известно, что самые могучие шаманы видели яркие сны.
   Пэм переводила взгляд с Хамфри на плакат и обратно. Сердце начало ухать у нее в груди.
   - Этим картинкам тысячи лет, - запротестовала девушка.
   - Нарисованный шаман не есть отображение именно того, что пережила ты, дорогая. - Он просеменил к стойке сестры и завозился там с компьютером, а Пэм все смотрела на страшноватую фигуру с антеннами на голове и перистым ореолом.
   - А вот это шаманы другой древней культуры, - сказал он минуту спустя. - Смотри.
   Он развернул экран к Пэм.
   Изображение было выполнено совершенно в ином стиле. Пэм удалось выделить пару силуэтов: две одинаковые красные сардельки, каждая с четырьмя конечностями-палочками; обе они почти лежали на беловатой неровной поверхности. Каждая рука и нога заканчивалась трехпалой птичьей лапой.
   Сосиски сосисками, палочки палочками, но в этих фигурах не было ничего от статуй с острова Пасхи. Фигуры, очевидно, летели, что становилось ясно по тому, как над и под ними, направляясь в ту же сторону, неслась стая птиц. Это были уже не крошечные существа, кишевшие, как мошкара, вокруг антенн неподвижного астронавта. По сравнению с «сосисками» птицы казались огромными, и их было немало - десять, и, хотя нарисовали их довольно грубо, композиция в целом производила впечатление крайне динамичной. Шаманы летели на фоне скалы, а с ними, поддерживая и направляя, неслись птицы.
   Пэм облокотилась о стойку, у нее зазвенело в ушах.
   На экране имелась еще и подпись: «Птицы-эскорт из Фейт-белл», а ниже Пэм прочла: «На этом редком рисунке из Фейт-белл десять птиц сопровождают двух летящих шаманов, иллюстрируя свою роль духов-хранителей во время шаманского путешествия души».
   Пэм молча перевела взгляд на Хамфри, который сказал:
   - Люди, нарисовавшие эти картинки, принадлежали к культуре Пе-кос-ривер, этот народ жил в западном Техасе, возможно, три тысячи лет назад, приблизительно в то же время, когда в Юте жили шаманы, изображенные на плакатах. Невзирая на разделяющее их расстояние, у двух культур удивительно много общего. Дело не в том, как рисовали люди, а в том, что стремились изобразить. Никто не в состоянии внятно объяснить сходство или дать ответ на вопрос, почему подобные изображения появляются у другого народа бассейна Мексиканского залива, а больше нигде, вообще нигде на свете. Но в одной малости, поразительной малости, культура Пекос-ривер была уникальной.
   Хамфри нажал несколько клавиш, и на экране вспыхнула другая картинка: оперенная овальная фигура, обведенная красным. Внутренность туловища выкрашена черным, на нем - красные и желтые отметины. Туловище и раскинутые конечности обведены толстой красной линией. Удивительно, но у фигуры не было головы. Из шеи выступали две прямые красные линии, а еще две пересекали их на концах, - на взгляд Пэм, это больше всего походило на детский рисунок трамвая. Подпись гласила: «Фантастические существа, стрелого-ловые фигуры».
   - В каждом случае таких существ можно было опознать по параллельным линиям, пересеченным одной или двумя полосками, заменявшими им голову. Отдельные участки их тела покрывал ворс. Изображение этих мифических существ было распространенным, возникало раз за разом. Вероятно, они являлись хорошо известными персонажами космологического пантеона Пекос-ривер, должны были сообщить что-то зрителям, но суть их роли в той поучительной пьесе уже утрачена.
   Повинуясь щелчкам клавиш, на экране вспыхивали различные варианты чудовищных созданий. Их, похоже, было немало. «Стрелого-ловая фигура, Девилс-ривер», «Стрелоголовая фигура, Пекос-ривер», «Стрелоголовая фигура, Пантер-кейв». Фигуры, очевидно, были нарисованы разными мастерами, но практически все были обведены темно-красным, как вышивки на индейских штанах.
   Пэм хотелось вернуться к птицам-проводникам, но Хамфри методично показывал ей изображения волосатых безголовых существ. Умерив нетерпение, она сказала:
   - У них вид мощный, но жутковатый… Что за кайма вокруг них? Статическое электричество?
   - Нет, - произнес Хамфри и выжидательно замолчал.
   Некоторое время спустя Пэм подняла глаза от экрана. Все волоски на теле Хамфри стояли дыбом. Под ее взглядом он поднял коротенькие ручки, и Пэм сразу поняла, что он собирается сказать.
   - Они видели нас во сне.
   - Вас?
   - Видели нас во сне. Три тысячи лет назад люди Пекос-ривер видели во сне хефнов.
   Пэм недоуменно посмотрела на него, потом на экран.
   - Головы… головы, как оружие. Контроль разума… гипнотическое внушение. Иссечение памяти?
   - Да.
   - Это же… Нет, погоди минутку. - Она попятилась, размахивая перед собой руками, точно отгоняла саму мысль. - Откуда ты это знаешь? Они могут быть кем угодно! Откуда такая уверенность, что это хефны! Разве что три тысячи лет назад состоялся контакт, о котором ты почему-то умолчал!
   Скорчившись, Хамфри устроился на стуле медсестры.
   - На эти рисунки я наткнулся по чистой случайности в одной из книг в Калифорнии. Увидев их, я понял. Нет, узрев их в книге, я уверовал. А когда собственными глазами увидел наскальные рисунки, тогда я понял. Как ты узнала, что Лекси у эфраимитов.
   - Им снились хефны? Три тысячи лет назад. - Нашарив позади себя стул, Пэм тоже села.
   - В феврале прошлого года, когда приезжал к тебе в Солт-Лейк, - продолжал Хамфри, - я сделал крюк. Слетал в Техас. Точнее, в Дель-Рио. Аэропорта там не было. Меня повезли из Остина на машине, на «скорой помощи», и повез меня специалист по наскальной живописи. Он, кстати, никогда не вспомнит, что делал в тот день.
   Как всегда при столь небрежном упоминании о стирании памяти (Хамфри уничтожает день чьей-то жизни, чтобы удовлетворить собственное любопытство), Пэм поморщилась, но постаралась подавить непроизвольную реакцию.
   - Ты приемопередатчик брал?
   Хамфри изогнулся - так хефны пожимают плечами.
   - Какой смысл? Мы открыли бы окно в прошлое, увидели бы, как шаман рисует на стене пещеры «стрелоголовую фигуру». И что бы нам это дало? Если бы он рассказывал истории и сказки об этих фигурах, мы бы все равно не поняли его слов. Как ты заметила, эти фигуры могут быть кем угодно. Но они, - с жаром закончил Хамфри, - не кто угодно!
   - Прежде чем скажу еще хоть слово, - заявила Пэм, - я хочу знать, останется ли в моей памяти этот разговор?
   На физиономии хефна отразилось изумление.
   - Как ты можешь о таком спрашивать?
   Пэм вспомнила о незадачливом специалисте по наскальной живописи из Остина.
   - Могу. А вот ты хоть понимаешь, что мне показываешь! Плоские глаза Хамфри обратились к Пэм.
   - Выходит, ты ничего не поняла, милая? Теперь все изменилось. Пэм воззрилась на него недоуменно.
   - Почему изменилось?
   - Потому что хефны не видят во сне будущего, - объяснил Хамфри. - Хефны вообще снов не знают! Используя точно откалиброван-ные устройства и наши умственные способности, мы заглядываем в прошлое. Но ты, Пэм Пруитт, дитя из нашего собственного детства, безо всякого оборудования увидела событие до того, как оно произошло. Как шаманы древности, ты заглянула в будущее.
   - Ну не так уж далеко, - беспомощно запротестовала Пэм. - На несколько часов, может, на полдня.
   Хамфри нажал еще клавишу, и на экран вернулось изображение стрелоголового.
   - Эти люди видели на три тысячелетия вперед. Ты - Подмастерье темпоральной физики, математик, тебе известны нелинейные уравнения и поведение иррациональных чисел. Ты понимаешь, как хаос сводит на нет любую попытку математически предсказать будущее. Но Время едино! Как шаманы древности, ты перепрыгнула предсказательные модели, ты видела то, что произойдет!
   Хамфри лихорадочно стучал по клавишам, и на экране возникли теперь четыре фигуры в форме пуль, которые слетали со скалы, а за ними тянулись горизонтальной линией пять крупных, похожих на уток, птиц с распростертыми крыльями. Подпись гласила: «Птицы и антропоморфные фигуры поднимаются над зубчатым горизонтом в Рио-Гранде. Копия. Оригинал затоплен при строительстве водохранилища Амистад». Снова птицы-проводники, на сей раз утонувшие. Пэм поежилась от такого безумия, но, откровенно говоря, оно ее зачаровывало. Еще одна клавиша, еще одна картинка: «Округлый шаман поднимается в облаке птиц. Хало-шельтер на Делвис-ривер». Пэм охватила дрожь возбуждения, она сгорала от желания узнать больше.
   - Все они в Техасе?
   - Да. Множество наскальных рисунков и петроглифов ряда древних культур изображают птиц и шаманов, - сообщил Хамфри. - Птицы повсюду считаются символом полета души в мире духов. После моего визита в Техас я начал глубоко изучать шаманизм.
   - Ух ты! - вырывалось у Пэм. - Заговорив о человеческой душе и мире духов, мы забираемся в область веры, которой у меня больше нет.
   Впервые с тех пор, как Хамфри унюхал смородиновый пирог, он подмигнул.
   - Похоже, личности незачем принимать веру, если вера решает принять личность. - Но говорил он совершенно серьезно. - И ты, Пэм Пруитт, тоже должна глубоко изучать шаманизм. А также провидческое сновидение, что, по сути, одно и тоже. До прибытия хеф-нов этими проблемами вплотную занимались антропологи и невропатологи. Тебе многое предстоит узнать, тебя ждут целые библиотеки!
   - Послушай, - остановила его Пэм. - Мне самой этого хочется. Но я не слишком бы надеялась… То есть не надо рассчитывать, что это как-то поможет решить проблему Родной Земли. Возможно, это лично мое.
   - И тем не менее я буду надеяться, - с жаром сказал хефн. - Возможно, это наша последняя надежда. Возможно, единственная!
   Мысли Пэм неслись вскачь.
   - А что если я просто… - произнося эти слова, она поняла, как хорошо бы это было: -…на время исчезну? Уеду, чтобы начать учиться? Миссию в Солт-Лейк может взять на себя Джейми, он уже готов.
   - В Кентукки поедешь? - спокойно спросил Хамфри.
   - Сначала в Техас. Потом в Кентукки. - Ее собственный личный Сад, замечательно! - Хотелось бы, чтобы пока никто не знал. Версия такая: я ищу идеи для проекта «Родная Земля». Это ведь не слишком далеко от истины.
   Хефн «кивнул».
   - Хороший план. Думаю, ты права, говорить об этом рано. Если расскажешь, это разбавит силу внутри тебя.
   Пэм тоже кивнула. Загадка ее собственных возможностей ждала своего исследования. И от ее решения во многом зависело будущее человечества и его инопланетных опекунов. Хамфри, по всей видимости, в это верит, и действительно, в его словах есть смысл. Два десятилетия экспедиций в прошлое не разрешили конфликта. Тогда почему бы не поискать решение в будущем, если три тысячи лет назад древние шаманы Пекос-ривер встречали во сне хефнов?
   Потом она вдруг вспомнила.
   - Ох! А как же Лекси? Я просила Джейми подготовить документы по опеке к моему возвращению в Солт-Лейк! Проклятье! Потребуется время, чтобы подыскать ей другой дом, если вообще такое возможно.
   Страстное желание спасти Лекси, узнать, где прячут ее похитители, по всей видимости, повлекло за собой трансформацию. Но сейчас Лекси ничего не грозит. Пэм нервно мерила шагами приемную, раз за разом проходя мимо монументальных фигур, решительно безразличных к ее проблеме.
   - Это будет непросто, девочке нужна опора. Как же мне не хочется взваливать сейчас эти тяготы на плечи Джейми и Клавдии! Может, кто-то еще из гайяистов, какая-нибудь молодая пара…
   - Ас тобой поехать нельзя?
   Хамфри и Пэм разом обернулись… Конечно, на пороге палаты в трусах и футболке стояла Лекси. Вот черт!
   - Давно ты подслушиваешь? - вырвалось у Пэм.
   - Я не собиралась подслушивать! Я просто проснулась и услышала ваши голоса, и у меня рука разболелась, а потом ты сказала… - пискнула девочка, стараясь не расплакаться. - Сказала что-то про картинку с хефном, поэтому я встала, и как раз собиралась выйти, а потом ты сказала…
   По ее щекам сползли две слезинки. Подбежав к ней, Пэм обняла девочку, стараясь не задеть больную руку.
   - Ах, милая, прости, пожалуйста. Ты не подслушивала, не следовало мне так говорить, это наша вина, что мы тебя разбудили.
   Девочка прижалась к ней и теперь без утайки плакала, не сдерживая слез. Внутренне Пэм тоже обмякла. Пузырь радужных планов словно проткнули булавкой, но и это было не самое худшее. Оказывается, веской причины достаточно, чтобы предать беззащитное существо.
   - Не плачь, маленькая Лекси, - сказал Хамфри и, обращаясь к Пэм, тише добавил: - Может, мне извлечь это воспоминание?
   Пэм покачала головой, но Лекси глухо, так как плакала в серо-зеленую форменную рубашку Пэм, пробубнила:
   - А если перестану, можно мне поехать в Техас?
   - В любом случае можно, - отозвалась Пэм. - Или вместе, или никак. Отныне, что бы ни случилось, мы не расстанемся. Обещаю.
   Перевела с английского Анна КОМАРИНЕЦ
 
   1* Последователи «Теории Гайя» (Сага (кеогу; от Гея, древнегреческая богиня Земли). В основе теории лежит гипотеза о взаимодействии живой материи с ее окружением. Наша планета обладает «разумом», связанным с остальными «живыми» планетами. Автор теории, британский эколог Джеймс Лавлок, утверждает, что Земля, стремясь к самосохранению, может уничтожить человечество, которое оказывает на природу негативное воздействие, она активно отвечаетураганами, цунами, жарой, морозами. (Прим. ред.)
 
____________________
 
____________________
 
____________________
 
____________________
 
This file was created
with BookDesigner program
bookdesigner@the-ebook.org
13.06.2008