Что это было? Видение хаоса? Зрелище показалось ему скорее метафизическим, чем физическим. Но что же это значило? Это было нечто, противоположное вакууму. Это было пространство, заполненное всем мыслимым и немыслимым или составляющими всего. Значит, корабль - не машина времени, а средство путешествия - куда же? В другое измерение? В антивселенную? А зачем же знаки "плюс" и "минус" на штурвале? Почему Хохотунья называла устройство Кораблем Времени? Его разыграли?
   Он откинул шлем и вытер пот с лица. Глаза его воспалились, головная боль усилилась. В таком состоянии он не способен был логически мыслить.
   Его подмывало повернуть колесо с надписью "Срочное возвращение", но не давала покоя таинственная "Настройка Мегатока". Находясь на грани нервного безрассудства, он включил "Мегаток" и упал, так как корабль резко дернуло. На экранах замелькало что-то из того, что он видел снаружи.
   Возникали и исчезали всевозможные образы. Однажды мелькнул человеческий силуэт - наподобие золотой тени. Глаза Пепина Горбатого устало глядели на экраны, он мог только смотреть.
   Много времени спустя он упал, потеряв сознание.
   Он открыл глаза на голос Высокой Хохотуньи. Его первый вопрос вряд ли был оригинальным, но спросил он именно то, что больше всего хотел знать.
   - Где я? - поинтересовался он, глядя на нее снизу вверх.
   - На Мегатоке, - ответила она. - Вы глупец, Пепин. Мы с Мыслителем с весьма большим трудом обнаружили ваше местонахождение. Это чудо, что вы еще целы и невредимы.
   - Кажется, все в порядке. А как вы сюда попали?
   - Мы направились за вами по Мегатоку. Но ваша скорость была так велика, что нам пришлось затратить уйму энергии, чтобы догнать. По приборам я вижу, что вы были в прошлом. И как, вы довольны?
   Он медленно поднялся на ноги.
   - Этот... этот вакуум и был прошлым?
   - Да...
   - Это было прошлое - но не Земли?
   - Есть только одно прошлое.
   Она находилась у пульта управления и манипулировала аппаратурой. Повернувшись, он увидел, что в хвосте корабля, опустив голову, стоит Хронарх. Мыслитель поднял голову, губы его были поджаты: он был недоволен Пепином.
   - Я пытался объяснить вам, но знал, что вы мне не поверите, - заговорил Хронарх. - Жаль, что вы знаете правду, теперь у вас нет утешения, мой друг.
   - Какую правду?
   Мыслитель вздохнул и развел руками.
   - Единственная правда - вот она: прошлое - не что иное, как лимб, первый круг ада, а будущее - то, что вы наблюдали, - хаос, за исключением Мегатока.
   - Вы подразумеваете, что у Земли есть одно время существования - настоящее?
   - Что касается вас, да. - Мыслитель скрестил руки на груди. - Нас, из Ланжис- Лиго, это не касается, но я знал, как это подействовало бы на вас. Мы - Обитатели Времени, а вы пока - Обитатели Пространства. Ваш ум не приспособлен к пониманию, а тем более существованию в измерениях Времени-без-Пространства.
   - Не может быть Времени-без-Пространства! - воскликнул Пепин.
   Мыслитель поморщился.
   - Не может? Тогда что вы думаете о будущем, о Мегатоке? Можно сказать, в нем существует нечто, но это не вещество пространства, как вы могли бы подумать. Это - ну, как бы физическое проявление Времени-без-Пространства. - Он вздохнул, заметив выражение лица Пепина. - Вы никогда до конца этого не поймете, мой друг. Раздался голос Хохотуньи:
   - Приближаемся к настоящему, Мыслитель.
   - Я объясню вам позже, когда мы вернемся на Землю, добродушно сказал Хронарх. - Вы мне симпатичны, Пепин.
   В Доме Времени Хронарх прошел к своему возвышению и опустился в кресло.
   - Садитесь, Пепин, - сказал он и указал на край возвышения.
   Удивленный Пепин подчинился.
   - Что вы думаете о прошлом? - с легкой иронией спросил Хронарх.
   Тут как раз подошла Хохотунья. Пепин посмотрел на нее, потом на ее брата и покачал головой.
   Хохотунья положила руку ему на плечо.
   - Бедный Пепин...
   У него больше не осталось сил на эмоции. Он провел рукой по лицу и уставился в пол. Глаза его были полны слез.
   - Хотите, чтобы Хронарх вам объяснил, Пепин? - спросила она.
   Посмотрев ей в лицо, он увидел, что она тоже чрезвычайно расстроена. Как бы там ни было, она понимала его состояние - состояние человека, потерявшего надежду. Была бы это обыкновенная женщина, думал он, и встреться она ему при других обстоятельствах... Даже здесь рядом с ней жизнь была бы более чем терпимой. На него никогда не смотрели с таким участием и симпатией...
   Она повторила вопрос. Он кивнул.
   - Поначалу мы были так же, как и вы, поражены, узнав об истинной природе Времени, - начал Хронарх. - Но для нас, конечно, было легче перенести это открытие, потому что мы способны передвигаться во Времени так же, как другие - в Пространстве. Теперь для нас Время - это самый естественный элемент нашей жизни. Мы обрели любопытную способность перемещаться в прошлое или будущее простым усилием воли. Мы достигли стадии, когда для нашего существования нам не нужно пространство. Во Времени-с-Пространством наши физические потребности весьма разнообразны и удовлетворить их на нашей меняющейся планете становится все труднее и труднее. А во Времени-без-Пространства этих физических потребностей уже не существует...
   - Мыслитель, - перебила Хохотунья, - я не думаю, что Пепину интересно слушать о нас. Расскажи ему, почему в прошлом он увидел только лимб.
   - Да, подтвердил Пепин, - расскажите.
   - Постараюсь. Представьте Время как прямую линию, вдоль которой движется физическая вселенная. В каждый момент физическая вселенная существует в определенной точке. Если же мы перейдем из настоящего назад или вперед, то что мы увидим?
   Пепин пожал плечами.
   - То, что видели вы. Потому что, покинув настоящее, мы покидаем и физическую вселенную. Понимаете, Пепин, когда мы покидаем наш "родной" поток Времени, мы переходим в другие, которые по отношению к нам находятся над Временем. Главный поток, вдоль которого движется наша вселенная, мы называем Мегатоком. В процессе движения она поглощает вещество Времени - хрононы, как мы их называем, но после себя ничего не оставляет. Хрононы составляют будущее, они бесконечны. Вы ничего не увидели в прошлом потому, что Пространство в некотором роде "поедает" хрононы, но не может их возместить, заменить.
   - Вы имеете в виду, что Земля поглощает эту временную энергию, а сама ничего не испускает? Как животное, которое охотится во Времени, пожирает его, но ничего не выделяет. У Пепина проснулся интерес. - Да, понятно.
   Хронарх откинулся в кресле.
   - Так что, когда вы пришли ко мне с просьбой вернуть вас в прошлое, я сказал вам почти то же самое, но вы вряд ли поверили мне, не хотели верить. Вы не можете вернуться в прошлое Земли потому, что его попросту не существует. Нет и будущего, если говорить о нем в терминах Пространства, а не в терминах состоящего из хрононов Мегатока и его ответвлений. Мы научились передвигаться, куда нам угодно, индивидуально поглощая хрононы, которые нам нужны. Таким образом, человеческий род выживет. Возможно, не совсем нравственно с нашей стороны делить по своей воле континенты времени, исследовать их исключительно в собственных интересах...
   - В то время как остальные из нас умрут или превратятся в нечто несколько худшее, чем машины, - отрезал Пепин.
   - Да.
   - Теперь у меня совсем нет надежды, - сказал Пепин вставая. Он подошел к Высокой Хохотунье. - Когда вы уйдете окончательно?
   - Очень скоро.
   - Благодарю вас за сочувствие и любезность, - сказал он и направился к двери. А они остались в молчании стоять в Зале Времени.
   Пепин шагал вдоль берега, пока еще на восток, прочь от Ланжис-Лиго, что у моря. Было утро. Бурая пелена нависла над бесконечной гладью неподвижного моря и покрытой соляной глазурью землей, слегка подкрашенными лучами умирающего Солнца и обдуваемыми холодным ветром.
   Да, думал он, в такое утро хорошо плакать и презирать себя. Одиночество наседает на меня, как огромный грязевик, припавший к моей шее и высасывающий из меня последний оптимизм. О, если б я мог отдать себя этому безжалостному утру, позволить ему поглотить себя, заморозить, бросить под холодный ветер и утопить в этих упругих водах, отнять видение Солнца и неба, какие бы они ни были, и возвратить себя в ненасытное чрево Матери-Земли... О, эта враждебная Земля!
   И все равно он не завидовал Обитателям Времени. Как и луняне, они отказывались от принадлежности к человечеству. У него есть хоть это.
   Он обернулся, услышав тонкий, как у древней морской птицы, крик. Звали его.
   Высокая Хохотунья спешила верхом к нему и махала рукой. Она красиво сидела в седле под этим бурым тяжелым небом, на губах ее играла улыбка, и Пепину, по одному ему известным причинам, казалось, что она едет к нему из прошлого, как тогда, когда он впервые увидел ее, богиню из древних мифов.
   Красный диск Солнца сиял за ее спиной. И он снова почувствовал запах перестоявшей соленой воды.
   Он стоял и ждал на берегу неподвижного соленого моря и думал о том, что его путешествие стоило того.