- Ну, существует ненулевая вероятность, что двое людей, похожих как две капли воды, окажутся при этом никак не связаны между собой.
   - Да, но они обе видели, как у отцов выпустили всю кровь. О таком совпадении полезно помнить, когда делаешь ставки в Лас-Вегасе.
   - Не в девочках дело. Сходство может быть чисто случайным. И никак не связанным с причиной убийства, - упрямо повторила Скалли, опускаясь на место рядом с водительским.
   Малдер неопределенно хмыкнул и повернул ключ зажигания. Машина тронулась с места и медленно покатила вдоль по улице.
   Девочку только что похитили, - сказал Фокс наконец.
   - Угу, и надо понимать, похитили пришельцы.
   - Да неужели?! - Малдер усмехнулся. Машина свернула в переулок, где ее невозможно было разглядеть с дороги, и остановилась.
   - Куда это ты нас завез, Призрак?
   - Послушай, Скалли: оба преступления совершили одни и те же люди. В первом случае дочь убитого похитили. - Малдер распахнул дверцу и выбрался из машины. - Каков вывод? Они попытаются выкрасть и вторую девочку.
   - Эй, ты хочешь сказать, что здесь все должно повториться?
   - Я просто хочу, чтобы за Синди понаблюдали. Надо договориться с полицией. А ты пока позвони в клинику, выясни, не было ли в той программе по искусственному оплодотворению еще и Симмонсов.
   - Ладно, оставайся. Я позвоню в ФБР, попрошу, чтобы в Сан-Франциско кто-нибудь этим занялся... Сан-Франциско, штат Калифорния
   Центр репродуктивной медицины
   День пятый
   Подтянутый седовласый профессор, осанка которого выдавала бывшего военного не ниже офицера среднего звена, галантно поддерживая Скалли под локоток, поднимался по парадной лестнице Центра.
   - Репродуктивная медицина, - по тону профессора чувствовалось, что человек получает огромное удовольствие, оседлав любимого конька, - есть наполовину хирургия, что бы ни утверждал коллега Якобсон из Вены. Вживле-ние оплодотворенного яйца в матку - чисто хирургическая операция, а в нашем деле это один из самых ответственных этапов...
   Скалли с почтительным видом слушала его, чуть склонив голову к левому плечу.
   - А у вас не могли перепутать яйцеклетки? - спросила она. - Не могла одна женщина получить яйцеклетку другой пациентки?
   Профессор степенно покачал благородной седой головой.
   - Нет, у нас очень строгий контроль. Все трижды проверяется и перепроверяется. Операции с генетическим материалом и без того вызывают сегодня у обывателей страх и недоверие. Мы просто не можем позволить себе подобную халатность.
   - У вас были когда-нибудь пациенты по имени Холли и Джон Симмонс? Профессор улыбнулся:
   - Мисс, полагаю, вы не хуже меня знаете, что любая информация по нашим пациентам строго конфиденциальна. Даже для сотрудника ФБР и для такой очаровательной леди, как вы, я не могу сделать исключения. Таковы правила...
   - Видите ли, профессор, - глядя медику прямо в лицо, напористо проговорила Дэйна -отец ребенка на днях был убит при загадочных обстоятельствах, его дочка похищена... Короче, если бы вы могли чем-то помочь в расследовании этого дела - даже против правил, - мы были бы вам крайне признательны.
   Профессор нахмурился - никто из работающих в этом здании не рискнул бы сказать, что отставному военно-морскому офицеру, доктору медицины, профессору Роберту Катцу соображения карьеры важнее судеб тех людей, которым в свое время повезло оказаться в числе его пациентов. Особенно это касалось пациентов маленьких. Катц, помнивший еще эпоху "охоты на ведьм", прекрасно знал все фэбээровские штучки, но эта молодая женщина со скромным макияжем и впрямь казалась обеспокоенной судьбой ребенка... Профессор вздохнул и махнул рукой.
   - Ладно. Следуйте за мной...
   В кабинете доктора Катца было на удивление тихо - здешней звукоизоляции могло позавидовать здание ФБР. От кондиционера в углу поднималась сильная струя теплого воздуха.
   - У вас тут только копии медицинских карт, - заметила Скалли. - И уведомление, что оригиналы документов были переведены в госпиталь города Гринвич, штат Коннектикут, в тысяча девятьсот девяносто первом году. Симмонсы приехали сюда девять лет назад, и их наблюдающим врачом была доктор Салли Кендрик...
   При звуке этого имени профессор не смог скрыть брезгливой гримасы.
   - Что-нибудь не так? - чутко отреагировала Скалли.
   Профессор поморщился.
   - Вы сказали - "доктор Кендрик", - неохотно проговорил он. - С этой дамочкой все всегда было неладно...
   Он поднялся и, покопавшись в ящике стола, достал видеокассету.
   - Попала сюда всего лишь практиканткой, в тысяча девятьсот восемьдесят пятом. Но практиканткой гениальной. - Катц Вставил кассету в прорезь видеомагнитофона и щелкнул кнопкой.
   На экране появилась высокая, чуть полноватая женщина средних лет в белом халате и с аккуратно убранными под шапочку волосами. Женщина улыбнулась и села за письменный стол, уставленный приборами, с лампой посредине. Судя по всему, именно так, по замыслу создателей фильма, обыватель должен представлять себе идеальное рабочее место ученого. "Здравствуйте, - проговорила Женщина. Искренне рада приветствовать вас в Центре репродуктивной медицины. Я - Салли Кендрик, специалист в области искусственного оплодотворения..." По экрану поползли титры...
   - Работа в Центре позволила ей получить магистерскую степень, - проговорил Катц, - а затем и степень доктора по биогенетике. Мы были буквально очарованы ею...
   - Сейчас у вас не слишком-то очарованный тон, - заметила Скалли.
   Профессор тяжело вздохнул:
   - У нас есть основания предполагать, что доктор Кендрик произвольно меняла генетическую структуру оплодотворенного яйца в своей лаборатории перед пересадкой яйцеклетки в матку.
   - Вы доложили об этом Американской Медицинской Ассоциации?
   - Конечно! Я ее уволил и потребовал расследования по линии Медицинского Департамента.
   - И что произошло потом?
   - Что-что... - Катц скривился. - АМА ее прикрыла, а мое требование о расследовании было отклонено. Короче, доктор Кендрик испарилась, исчезла бесследно. Мы тут стараемся о ней не вспоминать. Сан-Франциско, штат Калифорния
   Отель "Холидей Инн", номер Малдера
   День пятый
   "Мы знаем, что такое боль бесплодия, - с мягкой улыбкой вещала женщина с экрана, - и мы знаем, как помочь преодолеть ее. Следующие полчаса я проведу с вами, и мы рассмотрим некоторые практические аспекты..."
   - Кендрик курировала как Риорданов, так и Симмонсов. - Скалли, откинувшись на мягкую спинку дивана, с интересом посмотрела на сидящего вполоборота к телеэкрану Фокса. За последние два часа они успели заездить этот ролик едва ли не до дыр, и последние два раза пленка прокручивалась исключительно по инициативе Малдера. Фокс все никак не мог поверить, что этот получасовой рекламный фильм не содержит ничего полезного, кроме информации о внешности доктора Кендрик и ее манере говорить. Что тоже, конечно, немало, но хотелось бы чего-то более определенного... - Похоже, в этом Центре она занималась экспериментами по своей собственной программе.
   - Возможно, теперь она заметает следы.
   "Мы не можем гарантировать стопроцентного успеха, - продолжала между тем свою речь Салли Кендрик. - Но с нашими техническими средствами, плюс удача, плюс надежда - могут произойти чудеса..."
   - Для того чтобы убрать одновременно двух человек в разных концах страны, ей необходим был сообщник, - рассудительно заметила Скалли.
   Малдер с сожалением щелкнул кнопкой пульта дистанционного управления и повернулся к напарнице:
   - Ты что, хочешь сказать, что это вендетта? Салли Кендрик и ее ущемленные в правах коллеги - против Центра репродуктивной медицины Сан-Франциско? Не легче ли было обратиться в профсоюз? - с иронией поинтересовался он.
   - А ты что, уже плюнул на свою теорию с НЛО? - поддела в ответ Скалли.
   Телефон на журнальном столике подпрыгнул и разразился короткой звонкой трелью - ну почему в дешевых гостиницах у телефонов всегда такие пронзительные звонки? - и Дэйна, поморщившись, поспешила схватить трубку.
   - Алло! - На том конце трубки молчали. - Алло! - повторила Скалли. Странно... пара щелчков - и все... Должно быть, ошиблись.
   На секунду лицо Малдера приобрело задумчивое выражение.
   - Знаешь что, - проговорил он, поднимаясь, - сегодня я уже что-то совсем туго соображаю. Давай обсудим это завтра, а?
   - Надо же, он выгоняет меня из комнаты! - пожаловалась в пространство Скалли, но тем не менее тоже встала.
   - Я выгоняю? - вполне натурально возмутился Малдер. - Да никогда в жизни! - и, приобняв Скалли; за плечи,, подвел ее к двери. - Ей-богу, Скалли, тебе сегодня тоже надо отдохнуть.
   - К тебе что, девочка придет? - ехидно поинтересовалась Дэина.
   - Какая девочка! - Малдер фыркнул. - Я тут кино по "MTV" смотреть буду...
   Он немного помолчал, потом крикнул вслед удаляющейся с независимым видом напарнице:
   - Счастливых снов! Утром встретимся. Сан-Франциско, штат Калифорния
   Набережная недалеко от отеля "Холидей Инн"
   День пятый
   Вечер
   ...Водная гладь ночного залива застыла в неподвижности, отражая огни кораблей. От порта плыли над водой звуки погрузочных работ, даже ночью не прекращающихся ни на минуту. Далекое лязганье железа, шум работающих двигателей, длинные надсадные гудки... Пока в Лос-Анджелесе, ставшем после войны Меккой для ученых-авиаторов и ракетостроителей, зрело космическое "завтра" Америки, тут, в Сан-Франциско, в свою очередь, решалась судьба морского будущего страны. Раскаленный ветер Грядущего обдувал лицо, смешиваясь с солоноватым, пахнущим йодом океанским бризом. Белые чайки пронзительно кричали, кружась над стальными конструкциями шлюзов. Тут, в Калифорнии, где будущее подступало настолько близко, насколько это вообще возможно, Малдер особенно часто вспоминал о прошлом, с ошибками и глупостями которого в последние годы была связана практически вся его работа. Неприглядные эпизоды прошлого - слишком сложная и скользкая материя. Думать о них постоянно трудно, а забывать - нельзя. Сколько сегодняшних побед лежит именно на фундаменте вчерашних ошибок и преступлений? У федерального агента Фокса Малдера не было ответа на этот вопрос...
   ...Призрак сплюнул шелуху семечка в воду залива и неторопливо двинулся по дощатому настилу набережной. Хотя весна на тихоокеанском побережье в этом году и наступила раньше, чем на северо-востоке страны, вечера здесь все еще оставались слишком прохладными для прогулок в одном пиджаке, и Малдера слегка знобило. Пар от дыхания срывался с его губ и уносился к затянутому пеленой смога беззвездному небу.
   Высокая темная фигура беззвучно выступила из-за аккуратно подстриженных кустов, составляющих живую изгородь, и Малдер непроизвольно вздрогнул, хотя и ожидал чего-то подобного.
   - Вы уверены, что она не следила за вами? - негромко спросил полноватый человек средних лет.
   Время от времени этот мужчина встречался с Малдером, чтобы передать федеральному агенту очередную порцию сведений такой степени секретности, что у вашингтонских политических тузов, узнай они об этом, встали бы дыбом остатки волос. Изнывающий от любопытства Фокс многое бы отдал, чтобы узнать, чем продиктована благосклонность этого типа именно к нему, Малдеру, но уж чего их отношения никак не предполагали, так это разговора о личности осведомителя. Со своей стороны, федеральный агент уважал инкогнито" своего таинственного информатора.
   - Абсолютно. А вы, позвольте полюбопытствовать, что здесь делаете?
   - Ну, должен же кто-то помогать воинам, - мужчина выразительно пожал плечами. - А вообще-то я как раз проезжал мимо, решил встретиться, поболтать... Кстати, вы не помните - я рассказывал вам про эксперименты Личфилда?
   - Нет, не рассказывали.
   - Ну что ж, это был чрезвычайно интересный проект. Высшая степень секретности. Все протоколы по окончании серии экспериментов были уничтожены, а те, кто знали об этом, - он прижал ладонь к груди, - будут всячески отрицать .свою причастность к проекту. В начале пятидесятых, в расцвет холодн9Й воины, с той стороны Железного Занавеса начали просачиваться слухи, что русские занимаются разными глупостями с евгеникой: выращивают себе искусственно легкоатлетов и все такое. В конце концов им вроде бы удалось вывести идеального солдата. Ну и мы, естественно, тут же бросились в бой. Эксперимент Личфилда... Была выведена группа генетически измененных детей. Мальчиков назвали Адамами, а девочек - Евами... Штат Калифорния
   Клиника для психически больных преступников
   День шестой
   Негромкий спокойный голос осведомителя снова зазвучал в ушах Малдера, когда машина федеральных агентов свернула с пустынного шоссе на бетонку, уходящую по направлению к серым унылым блокам тюрьмы для психически больных. Сколь бы дипломатично ни именовали власти это заведение в официальных бумагах, оно все-таки оставалось именно тюрьмой, со всеми ее легко различимыми атрибутами и признаками. Даже отсюда, с дороги, можно было разглядеть, как голо и пусто за высокой белой оградой с пропущенной поверху "колючкой" под током. Ни деревца, ни кустика - только забранные пуленепробиваемым стеклом наблюдательные вышки меж безликих зданий, лишенных окон. Залитое асфальтом, гладкое, как поле для гольфа, пустое пространство. У желающих проникнуть на охраняемую территорию - или покинуть ее - не было ни единого шанса сделать это незаметно. Здесь явственно чувствовалась рука профессионала.
   Судя по всему, блок "Зет" в данный момент как раз переживал очередную "громкую" забастовку заключенных: даже толстый слой звукоизоляции не мог приглушить грохот пустой посуды и дикие вопли, вырывающиеся одновременно из десятков камер. Впрочем, как можно было понять по спокойному, несколько меланхоличному виду дежурного офицера, этот факт не слишком беспокоил обслуживающий персонал.
   - Агент Малдер, агент Скалли, ФБР, -представился Фокс, протягивая дежурному удостоверения. Тот искоса бросил взгляд на документы. - Мы к Еве-шесть.
   - Все в порядке. Сдайте оружие и распишитесь, - офицер протянул федеральным агентам две коробочки с кругляшами кнопок.
   - Что это такое?
   - Мы их называем "кнопки паники". Для вызова охраны. Иначе мы не можем пропустить вас в блок, особенно сейчас. У нас тут немного беспокойно, как вы могли заметить.
   Минутой позже, шагая по коридору вслед за рослой чернокожей охранницей под приглушенный аккомпанемент безумных криков и воплей, Скалли смерила Малдера испепеляющим взглядом и прошипела:
   - Куда ты меня притащил на сей раз, Призрак?
   Малдер сделал успокаивающий жест и ответил вполголоса:
   - Подожди, сейчас сама все увидишь...
   Они остановились перед камерой с металлической табличкой "Ева-6" на дверях. Охранница протянула федералам по ручному фонарику.
   - Зачем это? - вяло полюбопытствовала Скалли.
   Женщина поморщилась.
   - Если включить верхний свет, - пояснила она, - Ева начинает дико орать. Ее так толком никто и не видел ни разу. - Она подошла к двери и вставила ключ в замок. - Прошу вас. Мы будем ждать за дверью.
   На первый взгляд камера казалась пустой. Лучи фонариков скользнули по обшитым пробкой стенам, по легкому стулу из алюминиевых трубок, по краю кровати со свешивающимся до пола покрывалом,.. В камере пахло сыростью и застарелым потом.
   - Эй! - неуверенно позвал Малдер. Скалли опасливо сделала шаг вперед, и луч ее фонаря выхватил из полумрака женщину в смирительной рубашке, забившуюся в угол кровати.
   - Я думаю, вы не найдете здесь того, что ищете, - проговорила женщина, безуспешно пытаясь спрятать лицо от света. - Из всех нащих тут осталась только я одна...
   Скалли подошла ближе и вздрогнула. Если бы не бегающий безумный взгляд, желтые зубы и бледная дряблая кожа лица, Дэйна под присягой могла бы поклясться, что перед ней не кто иная,- как...
   - Салли Кендрик? - с сомнением проговорила Скалли и неуверенно покосилась на Малдера.
   Фокс довольно улыбнулся:
   - Ну, я же говорил, что эта поездка может дать немало пищи для размышлений!
   Женщина на кровати завозилась и села.
   - Если вы хотите говорить со мной, велите снять кандалы, - она указала на ножные фиксаторы из сыромятной кожи, сковывающие лодыжки.
   - Я полагаю, это на вас надели не без веской причины, - заметил Малдер.
   - Безо всякой причины! Я просто-напросто уделила слишком много внимания охраннику, я высосала у него глаз. - Ева хихикнула. - Ну, должна же я как-то оказывать мужчинам знаки внимания! Кстати, вы случайно не хотите проверить меня на IQ? Наверное, у меня будет где-то под сто шестьдесят. Я была самой умной девочкой в семье...
   - Где остальные Адамы и Евы? - спросил Малдер.
   - Мы все подвержены суицидальному синдрому. Я единственная, кто остался. Ева-семь скрылась раньше всех, Ева-восемь бежала через десять лет...
   - Вы - Салли Кендрик? - прервала ее Скалли.
   Взгляд женщины стал рассеянным.
   - Нет, - проговорила она. - Меня зовут иначе... Но она - это я, а я - это она... Короче, мы все вместе...
   - Так это не вы работали в Центре репродуктивной медицины в Сан-Франциско, в восемьдесят пятом году и далее?.. - Скалли все еще не могла поверить.
   - В восемьдесят пятом? - лицо Евы дернулось. - Черт возьми! Я уже десять лет сижу вот так вот, связанной. А почему? Я не виновата, что меня создали такой! Но те, кто меня создал, - они что, ответили за это? Ничего подобного за все страдаю только я одна! Мне не дают умереть только из-за проекта Личфилда. Приходят, берут у меня анализы, тыкают разной гадостью, чтобы понять, что у них Не получилось... Салли знает, что пошло не тац Вот смотрите, - Ева-шесть заторопилась, у вас сорок шесть хромосом, а у Адамов их по пятьдесят шесть. У нас лишние хромосомы номер четыре, пять, двенадцать, сорок один шестьдесят два, модифицированные и частично инактивированные, чтобы предотвратить известные генетические болезни. Но кое-что не удалось. Увеличение количества хромосом ведет и к увеличению количества генов. Отсюда повышенный уровень интеллекта, повышенная выносливость - и повышенная склонность к психозам.
   - Самое интересное вы оставили напоследок, не так ли? - хмыкнула Скалли.
   - Вы мне не верите? - Ева-шесть захихикала. - Напрасно! У меня ведь есть доказательства. Вон, на стене висит фото из моего фамильного альбома...
   Скалли отследила направление ее взгляда, направила фонарик туда, куда указывала Ева, и выругалась шепотом. Восемь девочек, похожих друг на друга, словно близнецы, дурачились на большом черно-белом фотоснимке. Девочек, похожих друг на друга - и на детей, до недавнего времени спокойно росших в семьях Симмонсов и Риорданов...
   - Мы были очень близки... - пробормотала Ева и всхлипнула. - Да-да, очень близки...
   - Итак, - подытожил Малдер, повернувшись к Дайне, - Салли Кёндрик использовала Центр репродуктивной медицины для того, чтобы продолжить эксперименты Личфилда. Она клонировала саму себя. Округ Марин, штат Калифорния
   Дом Риорданов
   День шестой
   Шестью часами позже и парой сотен километров южнее, в аккуратном коттедже с недавно побеленными стенами, где ничто не напоминало о безумной женщине, вздрагивающей на несуществующем ветру в дальнем конце темной камеры, девочка по фамилии Риордан готовилась лечь спать.
   - Господи, храни мою душу. Если я умру не проснувшись, Господи, забери мою душу к себе. Позаботься о бабушке и дедушке, об Ирме и ее папе, благослови нас и, пожалуйста, позаботься о папе на небесах... - Ты такая необычная девочка, Синди... - Миссис Риордан склонилась над дочкой и поцеловала ее в лоб. Глаза миссис Риордан подозрительно заблестели. - Спокойной ночи, дорогая...
   Щелкнул выключатель, и комната погрузилась в темноту.
   Малдер, сидящий за рулем машины, припаркованной через улицу от коттеджа Риорданов, отправил в рот пригоршню семечек и проговорил:
   - Если Ева-шесть не врет, то сейчас на свободе еще две Евы. Вот почему два идентичных убийства произошли одновременно в двух удаленных друг от друга местах. У Салли Кёндрик есть сообщница - она сама.
   - Пока я не узнала о Евах, я чуть было не начала подозревать девочек, охотно откликнулась Скалли.
   Ведение наружного наблюдения - работа не из легких. Можно сказать, не работа, а искусство. Прятаться от чужого взгляда, оставаясь невидимым посреди самой безлюдной улицы, не пропуская незамеченным ни единого движения наблюдаемого объекта, фиксировать (в памяти или на пленку) каждый его шаг и при этом постоянно быть готовым ко всему - к бегству, к драке, к отвлекающему маневру - для этого нужно особое мастерство. Даже вести наблюдение за дорогой к коттеджу и за самим домом - задача для профессионалов. Именно этим и занимались федеральные агенты Скалли и Малдер на протяжении последних трех часов, глотая стакан за стаканом кофе из термосов. Но даже профессионалам, занятым Несомненно важным и нужным делом, не возбраняется при этом испытывать отчаянную скуку.
   - Похоже, две оставшиеся Евы расправляются с родителями, чтобы оставить "в семье" Тину и Синди, - сказал Малдер, мужественно борясь с зевком. Ему отчаянно хотелось спать, и только опасения за девочку мешали задремать прямо тут, положив голову на руль.
   Скалли направила на темные окна спальни младшей из Риорданов мощный компактный бинокль.
   - Ты думаешь, девочки знают, что они собой представляют? - задумчиво спросила она.
   - Я надеюсь, что нет, а так... - Малдер пожал плечами.
   Скалли промолчала. Прищурившись, она напряженно вглядывалась в темноту за окнами дома. Впрямь ли на втором этаже коттеджа только что промелькнула чья-то тень? Или почудилось? Нет, в спальне Тины Риордан определенно был кто-то посторонний! Дэйна отшвырнула бинокль.
   - Кажется, пора размять ноги, Фокс!
   - Я через черный ход! - ожидавший этих слов Малдер выскочил из машины, как чертик из коробки, на ходу вынимая пистолет из поясной кобуры. - Встретимся около детской!
   ...Двери дома Риорданов, оснащенные надежным замком, не су мели-оградить хозяев от череды несчастий, но оказались достаточно серьезной преградой на пути федерального агента. Скалли потратила около минуты, барабаня рукояткой пистолета в дверь, прежде чем та отворилась. На пороге стояла заспанная миссис Риордан в халате, наспех накинутом поверх ночной рубашки.
   - Оставайтесь здесь, - бросила Дэйна хозяйке. - Мы наблюдали за вашим коттеджем. В спальне Синди что-то происходит. Я поднимусь по лестнице.
   Ступеньки предательски скрипели под ногами. В темноте прихожей Скалли различала пучки трав, висящие на стене, несколько фотографий в тяжелых рамках - сейчас, скрадываемые полумраком, вполне обыденные предметы приобретали таинственный, загадочный вид. Просидевшая несколько часов в салоне машины, освещенном только подсветкой приборной доски, Скалли была сейчас на равных с потенциальным похитителем, прячущимся где-то там, в темноте. По крайней мере, если тот не обладал какими-то сверхъестественными способностями... Дэй-на мотнула головой, отгоняя жутковатую картинку - рыщущий по дому жуткий чешуйчато-сегментарный монстр из киносериала, - тут же услужливо подкинутую воображением. И Малдеру еще хватает наглости обвинять ее в недостатке фантазии...
   Двигаясь осторожно, почти на цыпочках, и не опуская пистолета, снятого с предохранителя, Скалли поднялась на верхнюю лестничную площадку и огляделась. Так, кажется, спальня должна быть здесь... Дэйна начала разворачиваться - и тут же полетела на пол от сильного удара в область печени.
   Тем временем Малдер, стараясь ни за что не зацепиться, пробирался между покосившихся оград, мусорных бачков и теряющихся в темноте деревьев на заднем дворе дома Риорданов. Он уже преодолел девять десятых пути, когда стеклянная дверь черного хода разлетелась вдребезги и перед Фоксом появилась фигура, закутанная в глухой черный плащ с надвинутым на глаза капюшоном. Под плащом легко угадывалась женская фигура. Женщина двигалась с грацией и плавностью, которых, как Малдер знал по собственному опыту, не добиться никакими тренировками... но главное было не в этом. На руках женщина держала девочку. Малдер вскинул руку с фонариком и направил луч света прямо на бледное знакомое лицо. За последние дни он видел это лицо дважды. Один раз - на видеопленке с рекламным роликом Сан-Францисского Центра репродуктивной медицины, и второй в полумраке камеры заведения, носящего гордое звание "клиники для душевнобольных преступников". И снова это лицо - как сигнал радиационной опасности, мигающий на приборном щите вымершей лаборатории... Малдер нервно дернул щекой.
   - Стоять! ФБР, я вооружен! Ты какая? Ева-семь или Ева-восемь?
   Похитительница стремительно повернулась так, чтобы между ней и федеральным агентом оказалась девочка, и приставила пистолет к голове ребенка.
   - Брось оружие! - отрывисто проговорила она. - Вот так! Медленно, очень медленно... Ты знаешь, на что я способна...
   Малдер нехотя положил пистолет на землю. Слишком опасно тягаться с человеком, которого вырастили специально для таких штучек - да что там вырастили, специально создали для этого. Да и девочка.... Она все еще была в руках у полубезумной "Евы". Будь на месте Малдера Скалли, она бы, конечно, выстрелила, но Фокс боялся промахнуться.
   Дождавшись, пока пистолет федерального агента коснется земли, женщина резко развернулась и кинулась к машине, припаркованной тут же, в переулке. Нескольких мгновений, в течение которых Призрак подбирал табельное оружие, ей хватило, чтобы швырнуть ребенка на заднее сиденье и, обернувшись, выстрелить навскидку в федерального агента. Прицел оказался слишком высок, и пуля прошла мимо, но заставила Малдера нырнуть за ближайшую машину. Нового выстрела не последовало. Когда Малдер выскочил из укрытия, автомобиль похитительницы, набирая скорость, пылил по ночному шоссе прочь от дома Риорданов...