Если он пойдет на это, то у нас тоже есть в запасе свои варианты. Мы договорились о том, чтобы в порядке контроля такие встречи были продолжены, то есть проводить какие-то подобные встречи постоянно.
   М.С. Горбачев. Заявление "9+1" не маневр, а продолжение курса193
   Корреспондент журнала "Ньюсуик", США.
   Может быть, г-н Горбачев скажет, какого рода отношения с главой одной из республик Советского Союза он считает уместными для главы западного государства после объявления о документе девяти республик, который был подписан и Президентом? Как западным странам подходить к этим республикам, какой совет Вы бы дали западным руководителям?
   М.С. Горбачев.
   Господа, нам всем нужно исходить из того, что Советский Союз существует. Это - во-первых. Что он будет существовать, это - во-вторых. Что, в-третьих, это - могучая держава. И в-четвертых, она ею останется. Трудности, кризисные полосы, которые мы проходим, - это большое испытание для общества, но оно не могло быть меньшим. Мы должны его пройти. На встрече руководителей республик, состоявшейся с моим участием и по моей инициативе, мы совместно пришли к выводу, что сейчас выше всего должны быть поставлены общенациональные интересы. Вопрос стоит о судьбе государства, о судьбе единого экономического пространства, рынка; вопрос стоит о международной роли нашего государства, и все были едины в том, что по всем этим параметрам мы должны прибавить, а не нанести ущерб. В связи с этим шел разговор о том, что мы должны делать, реализуя итоги референдума. Референдум высказался за сохранение союзного государства как обновленной федерации, где действуют суверенные республики, обеспечиваются и гарантируются права и свободы человека. Вот ключ к тому, как должны перестраиваться отношения. Я думаю, что в новой федерации роль республик в связи с реформированием, в связи с перераспределением полномочий - а я считаю это необходимым, потому что до сих пор мы назывались федерацией, но, по сути дела, были унитарным государством, - будет меняться на основе децентрализации власти и ответственности.
   Союзные органы будут созданы в том виде, в каком они нужны. Но они нужны для того, чтобы реализовывать главную задачу, поддержанную народом на референдуме, - сохранить и придать большую динамику этому государству, этой державе, не только не уменьшить, но повысить ее роль. Для этого союзные органы будут располагать всем необходимым. Это будет отвечать интересам и Союза в целом, и государств, республик, которые его образуют. С учетом этого и будут перестраиваться отношения, будут перераспределяться ответственность, компетенции внутри страны, и, естественно, при реализации внешней и внешнеэкономической политики. В этой сфере, я думаю, дела будут выглядеть таким образом, что все принципиальные вопросы будут носить согласованный характер, будет совместно вырабатываться и внешнеполитический, и внешнеэкономический курсы, а при их осуществлении будет обеспечиваться координация. Это открывает возможности для более активного участия правительств республик в реализации внешней и внешнеэкономической политики. Но я должен сказать и о другом, о том, что одновременно мы идем по пути развития инициативы и предоставления прав, в том числе и в сфере внешнеэкономической деятельности, самим предприятиям, концернам, ассоциациям и т. д. Так что это общий процесс.
   (...) В итоге перестроечных процессов мир будет иметь дело с могучей державой, и одновременно он будет иметь возможность общаться с ней в новых формах, при активном участии всех республик.
   Агентство "Интерфакс", В. Терехов.
   Вопрос к Михаилу Сергеевичу. Уважаемый Михаил Сергеевич! Скажите, пожалуйста: те события, которые прошли за эти пять-шесть лет, повороты вправо, влево, в том числе в отношениях с Россией, чем они вызваны?
   Корреспондент сравнил Президента СССР с капитаном корабля, у которого время от времени пытаются вырвать из рук штурвал, и спросил, продолжает ли Президент свой курс или делает маневры с тем, чтобы сохранить целостность страны.
   М.С. Горбачев.
   Я затрону ту часть вопроса, которая касается штурвала. Знаете, я соглашусь с вами в том, что мы, конечно, прокладываем курс нашему перестроечному кораблю в сложной погодной, морской ситуации - штормит, не все видно, туманы. Да еще и барахлят приборы, да еще в команде оказались не все те, что надо. Все есть. И тем не менее я бы сказал так. Корабль идет по тому курсу, который мы выработали. Я этот курс называю концепцией перестройки. Мы идем к целям, обозначенным этой концепцией. Все же то, что относится к нашей конкретной деятельности в рамках этого курса, с усилиями, направленными на то, чтобы двигаться к намеченным ориентирам, - это уже вопросы тактики, маневра, учета реальностей. Путь у нас сложный. И все же сложности, которые я образно перечислил, имеются.
   (...) Совместное заявление девяти республик совместно с Президентом что это, продолжение курса или маневр? Нет, товарищи, я высоко оцениваю этот документ. Он приобретает особое значение в силу того контекста, в котором он сформирован и подписан. Он свидетельствует о наличии чувства ответственности за судьбу государства, страны и за продолжение этого курса у тех, кто его подписал. И в этом его значение.
   Я понимаю, что вопросы возникать могут, но не в связи с текстом заявления - записаны вещи очень серьезные, необходимые. Я думаю, что это заявление вы с нами вместе подписали бы, товарищ Терехов. Я в этом уверен. Но вот вдруг заговорили о каком-то тайном меморандуме, который тоже вроде бы был подписан. Кто это делает и с какой целью, мне непонятно. И что бы значил такой факт: вдруг в прессе, которая ближе к Демократической России, к Моссовету, Б.Н. Ельцин стал подвергаться критике за то, что он подписал этот документ. Причем критикуют его за то, что он вроде бы сдал позиции, уступил, что это непростительно и т. д. Видимо, для того, чтобы освободить своих сторонников от этого впечатления, сам Б.Н. Ельцин, а потом Р. И. Хасбулатов и некоторые другие вдруг стали говорить, что, наоборот, Президент сдал позиции, что его положили на лопатки. Знаете, все это несерьезно, когда речь идет о таком документе, как совместное заявление, затрагивающее фундаментальные вопросы на таком ответственном этапе перестроечных процессов. Это несерьезно. Здесь встает вопрос, что бы это значило. Товарищ Терехов, это вам домашнее задание. Видимо, кому-то хочется, чтобы даже если заявление и подписано, то на практике согласие не состоялось бы. А рае хочется, то идет давление.
   На деле же у нас был очень серьезный, ответственный, принципиальный разговор. Он имел свою логику, свое развитие. Встретился тот круг людей, который был связан с референдумом. И все говорили: Федерация? - Да. Единый рынок? - Да, со всеми атрибутами и признаками, присущими единому экономическому пространству - деньги, таможня, финансовые инструменты и т. д., налоги. Спор был по налогам, он продолжится. Да и вообще обмен мнениями шел по всем вопросам. Но это был серьезный, ответственный разговор. Никто никого не клал там на лопатки, не видел я, чтобы кому-то давали под ложечку или куда-то в другое больное место. Нет, это был очень ответственный, я должен сказать, разговор, дискуссия понимающих людей. На основе этой дискуссии я объявил перерыв и за 45 минут продиктовал эти тезисы, эти пункты, которые легли в основу соглашения. После расшифровки стенографисткой представил их, мы начали их дорабатывать. Все в основе сохранено. А вчера я услышал, что 20 процентов осталось. Начали переводить на проценты, несерьезно это все. Я не хочу дальше углубляться, я хочу сохранить приверженность заявлению и надеюсь на то, что все участники состоявшейся ответственной встречи на этом этапе отечественной истории докажут, что они могут держать слово, что они не позволят играть с такими вещами и с собой. В такой ситуации, когда люди ждут изменений к лучшему, заниматься дешевыми политическими играми, я думаю, это была бы политическая смерть для политиков, поставивших подпись под этим документом...
   Б.Н. Ельцин. На соглашение "десятки" смотрю с оптимизмом194
   (...) К сожалению, приходится говорить о сбоях, ошибках и нашего демократического, радикального движения, объяснимых его молодостью. В частности, такой: не затруднило ли оно своим радикализмом компромисс с более умеренной частью общества, что в какой-то мере сузило базу демократии, возможности "круглого стола"?
   - Мне кажется, тут надо видеть главное: частичные реформы, постепенность в их проведении погубит нас. Народ этого не выдержит. Когда говорят, что реформы логично, мол, растянуть на годы - это не для нас. Это для общества, где уже достигнут сносный уровень жизни и где народ может и подождать. У нас же такая кризисная ситуация и плюс такая мощная бюрократическая система, что с ними надо кончать не постепенно, а радикально. Другое дело, что с точки зрения организации демократического движения, привлечения людей на свою сторону, демократам и впрямь надо было быть поумереннее, не отпугивать людей (а многие боятся разрушить то, что есть) ультралевыми речами, сдвинуться к центру, я бы так сказал. Это помогло бы больше консолидировать демократическое движение. Хотя я считаю, что с апреля месяца есть сдвиг в этом плане. Он наметился как ответ на "зимнее наступление" правых. И благодаря как раз демократическому движению, рабочему движению, забастовочному движению появилась возможность встречи 23 апреля и известного соглашения "9+1". Думаю, что к этому моменту Президент понял, что опираться надо, пусть из центра, но все же и на левое плечо, что именно в этом залог движения вперед. Ведь отсюда и конструктивный характер соглашения "9 + 1".
   - Но разве это важное соглашение не было шагом навстречу друг другу обеих сторон - центра и республик?
   - Думаю, что больше отступил все-таки Президент, чем представители республик. Но главное - тут вы правы - соглашение стало возможным на основе общего компромисса. Значение этого я в полной мере оценил во время визита в Чехословакию... Из бесед с Гавелом, Дубчеком, с другими руководителями Чехии и Словакии мне стало ясно, насколько наших соседей беспокоили наша нестабильность, война законов, противостояние. А заявление "десятки" их воодушевило. Они почувствовали, что теперь можно развивать контакты. Хотя, конечно, совсем на другой основе, чем раньше.
   - Как Вы думаете: с чьей стороны и в каком виде существует угроза соглашения "9+1"?
   - Угроза соглашению, и реальная, - со стороны противников реформ, поклонников чрезвычайного положения - они в последнее время явно проявили себя. Но хочу сказать и другое: процесс, начало которому положило соглашение "десятки", имеет и сильные защитные механизмы. Они - во взаимодействии центра и республики, центра и демократических сил. Конечно, упрощать этот вопрос нельзя, но на перспективы этого соглашения я смотрю с оптимизмом.
   Мнение политиков, политологов, публицистов
   Иван Полозков. "Соглашение девяти" - это начало собирания Союза195
   (...) - А как вы расцениваете "соглашение девяти"?
   - Считаю его весьма знаменательным. Не может не обнадеживать, что руководители девяти республик, между которыми в последние годы обозначились расхождения по некоторым существенным вопросам, сумели найти общий язык. Я бы сказал, что это начало собирания Союза, возрождения его силы на обновленной основе. И особо хотел бы отметить, что вместе с другими руководителями за столом переговоров подписал совместный документ Борис Николаевич Ельцин. Он показал, что может стать выше частных интересов, действовать дальновидно, занимать конструктивные позиции, отвечающие интересам России и россиян.
   Олег Румянцев. Заявление "9+1" - ущербная форма "круглого стола"196
   (...) - На третьем Съезде народных депутатов РСФСР Б. Ельцин высказал идею "круглого стола". Я считаю, что просто одно ее высказывание привело к перемирию между ним и М. Горбачевым. Речь шла о создании условий для проведения политики реформ в России и в Союзе, то есть на межреспубликанском уровне. К сожалению, эта идея не была поддержана Съездом и частью руководства "Демократической России". Мы стали свидетелями ущербной формы "круглого стола" - известного заявления "9+1". Если бы состоялся "круглый стол", то это стало бы не просто заявлением узкого круга руководителей девяти республик и Президента СССР, а еще и реально существующих политических сил, представляющих государство и общество.
   Мы не можем допустить, чтобы 10 человек решали, каким будет Союз, какими будут правительства и парламенты. Механизм заключения Союзного договора должен решаться именно за "круглым столом". Идея, я думаю, вновь становится актуальной.
   А. Черкасов. "Надо забрать у центра водку и Кремль", - сказал
   Ельцин197
   (...) Значительно сложнее ситуация с "заявлением десяти". Борису Николаевичу надо было убедительно объяснить свое письменное братание с Генсеком КПСС. Сделал он это профессионально. По крайней мере у большинства слушателей в залах и на площадях возражений не возникало. Действительно, доводы приводились веские:
   - Наконец-то союзный Президент поумнел. Хотя бы немного. За девять с половиной часов встречи текст заявления был переработан на 80 процентов. Президент впервые признал право республик образовать Союз суверенных государств, а также право на политический суверенитет всех республик, которые не намерены заключать Союзный договор. Республики получают генеральную лицензию на экспорт своей продукции. Выполнены и политические требования шахтеров. После подписания Союзного договора и принятия новой Конституции страны будут проведены новые выборы Президента СССР и союзного парламента.
   Убеждает? Да. Но остаются, черт побери, вопросы, на которые не находишь ответов. Когда и. в каком виде будет принята новая Конституция? Ведь нынешние "народные избранники" способны похоронить в уточнениях и поправках любое здравое дело. Почему безрезультатной болтовней оказались требования отставки павловского Кабинета Министров и создания коалиционного правительства народного доверия? Как случилось, что Ельцин легко отказался от жестких требований своего знаменитого февральского телевыступления? Не является ли его политическое балансирование "а ля Горбачев" результатом тайного сговора о разделе сфер влияния? Не случайно же народный депутат РСФСР Белла Денисенко упрекала лидеров демократов: "Вы подбросили шахтерам политические требования, а теперь продаете их".
   ...Когда критикуешь признанных любимцев демократической общественности (да и своих тоже), чувствуешь себя чрезвычайно неуютно. Едва ли не ренегатом. Но растить новых "священных коров" тоже не хочется. Поэтому я должен рассказать и еще об одном уроке, полученном во время визита...
   Черно-белые телевизоры уже не в моде. Ну а черно-белые политики?
   На одном из митингов Ельцина спросили из толпы народа:
   - Когда водка будет?
   - Ее держит в руках центр. Надо забрать у него водку и Кремль, ответил он с ходу.
   Просто, не правда ли? Не надо долго думать, что такое хорошо и что такое плохо. Лидер объяснит, кто всегда прав и кто виноват. Виноват центр. Эта истина проста, как яйцо. Проглотил - и не надо думать, долго переваривать.
   Ельцин понятен митингу. Во всех кузбасских городах его восторженно приветствовали аплодисментами. Тысячи людей смеялись над его шутками. Провинциальные бабки, угрюмые шахтеры, милиционеры дружно поднимали руки вверх, голосуя за выдвижение "несгибаемого Бориса" в российские Президенты.
   Социологическое зеркало
   Кого бы Вы хотели видеть на посту Президента РСФСР?
   Б. Ельцина 55 % опрошенных
   М. Горбачева 1 % -"
   Данные опроса Московского отделения Всесоюзного центра изучения общественного мнения, проведенного в первой декаде мая 1991 г. на улицах Москвы в 34 пунктах, среди 2,5 тыс. жителей города. Опубл.: Российская газета. 1991. 16 мая.
   III. Третий раунд: Летальный исход политической дуэли
   Июнь - декабрь 1991 года. Драматический финал противостояния. Единая и некогда могучая держава распадается на "суверенные части", СССР прекращает свое существование. Президент подает в отставку.
   На заключительном этапе политического соперничества Горбачев - Ельцин все сосредоточивается на вопросе о реформировании Союза, его новом образе. В тень уходит даже проблема "социалистического выбора" (лишь изредка Горбачев продолжает уверять общественность в своей приверженности идее социализма). Предельно обострена тема сохранения государства. Каким ему быть и быть ли вообще. В процессе подготовки нового Союзного договора дискуссии ведутся вокруг понятий: федерация, конфедерация, ассоциация, содружество... Внешне, казалось бы, и Горбачев, и Ельцин за сохранение Союза как единого государства, но... подспудно обнаруживается разное понимание его сути: степень сохранения властных функций центра и суверенности республик. Горбачев подозревается в стремлении сохранить старый деспотический центр; Ельцин - в намерении довести суверенизацию до фактического уничтожения единого государства.
   Впрочем, многотрудный путь подготовки нового Союзного договора изобилует неоднократными поворотами от казалось бы найденного согласия, к новым противоречиям, неразрешимым проблемам (разумеется, поиск компромисса зависел не только от позиций двух соперничающих лидеров). Ново-Огарево, где идут бесконечные переговоры по бесчисленным вариантам проекта этого документа, становится центром политической жизни.
   Июнь - июль в диалоге Горбачев - Ельцин проходят в целом под знаком согласия. Еще действует импульс соглашения "9 + 1", хотя политическая и социально-экономическая ситуация в обществе продолжает обостряться - и под влиянием послеапрельских цен, и непрекращающихся межнациональных конфликтов. В короткой, но напряженной борьбе проходят выборы первого Президента России. Горбачев поздравляет своего оппонента. Хотя тут же идиллия внешнего умиротворения омрачается недружественным выпадом нового Президента: указ о департизации.
   А затем следует август. Попытка государственного переворота. Ельцин и Горбачев по одну сторону баррикад. Правда, "форосскому пленнику" приходится выслушать немало нелицеприятных слов, в том числе и от Президента России. Октябрь 1987-го всплывает на фоне августа 1991-го. Оппоненты меняются местами. Генсек отрекается от партии. Оба президента вновь начинают говорить о согласии, общей ответственности и возможностях для надежного сотрудничества.
   Следует завершающий тур в борьбе "за" или "против" Союза. Главное противоречие в позициях оппонентов: единое государство (пусть и конфедеративного типа) или Содружество независимых государств?
   Соглашение в Беловежской пуще 8 декабря и Алма-Атинская декларация от 21 декабря разрешили это противоречие в пользу Содружества независимых государств. За короткое время (с августа по декабрь) дважды отстранявшийся от власти Президент СССР принимает решение об отставке. История таким образом ставит точку на более чем четырехлетней конфронтации Горбачев Ельцин.
   Завершилась короткая предвыборная кампания и 12 июня 1991 г. состоялись выборы Президента России. Им стал, как и ожидалось, Б.Н. Ельцин. До выборов в прессе муссировался тезис о том, что Президент СССР, Генсек и возглавляемая им партия делают все возможное, чтобы затруднить Ельцину путь в президентство. Победа Ельцина в свете этого многими воспринимается как поражение Горбачева. Зарубежные комментаторы также рассматривают свершившийся факт как дополнительное, весьма серьезное "неудобство" для Президента СССР. Ну а Горбачев между тем говорит:
   М.С. Горбачев. Россия и Союз нужны друг другу198
   Президент СССР ответил на вопрос: "Какими вы видите задачи президента России в обновляемом Союзе?"
   (...) Я не мыслю Союза без России. Без нее его просто не может быть. Но точно так же Россия нуждается в Союзе. Об этом стоит сказать еще и еще раз.
   (...) Мне кажется, что самые трудные дебаты, дискуссии, может быть, даже недопонимание - позади. По крайней мере я это чувствую. Есть понимание того, что превыше всего - судьба нашего Отечества, нашего государства. Незаменима роль россиян и Российской Федерации в обновлении федерации союзной. Такое понимание, надеюсь, станет ключом к тому, чтобы и президент и новые структуры власти России действовали прежде всего в интересах решения этой задачи, фундаментальной для всей нашей страны, нашего многонационального государства, для перестройки.
   (...) Я вижу задачи президента, новой исполнительной власти в Российской Федерации в том, чтобы содействовать согласию в стране и в республике, продвигать радикальные реформы в экономике, двигаться к рынку с тем, чтобы получать результаты, которые бы позволяли решать социально-экономические проблемы. Прежде всего поднимать благосостояние людей...
   М.С. Горбачев. Нас объединило чувство общей ответственности199
   (...) Нас объединило чувство общей ответственности - оно и лежало в основе всех, скажу без преувеличения, исторических встреч в Ново-Огареве. Прилагая максимум усилий, чтобы вывести страну из глубокого кризиса, мы прежде всего думаем о народе, о тех реальных последствиях, которые он должен ощутить - ив политике, и в экономике. И сегодня мы имеем конкретные результаты этих усилий. Очень большое значение придаю этому процессу, ибо он замешен на согласии, на объединении усилий, необходимых для решения задач, которые встали на путях коренного обновления нашего общества, его перехода к рынку.
   Поэтому еду в Лондон не только с мандатом, основанным на собственных убеждениях и представлениях, но и с общей позицией союзных республик. Следовательно, то, что я имею в виду сказать в британской столице, - это наша согласованная позиция. Это очень важно. Думаю, это прежде всего важно для нас - людей, живущих в этой огромной стране, которая играет соответствующую роль в судьбах современной цивилизации. Удовлетворен итогами встречи.
   Конечно, были и проблемы по согласованию совместных шагов. Не без этого. За плечами - огромная работа, достигнуто такое взаимопонимание, что сейчас остается лишь идти решительно вперед, по пути глубоких демократических и экономических преобразований в рамках Союзного договора. Это то, что должно нам дать политическую и финансовую стабильность, стабильную ситуацию, которая поможет в итоге преодолеть кризис.
   (...) Речь, конечно, шла и о политической стабилизации. Без нее все остальное - утопия. Будет согласие на широкой основе, на объединении национальных и общенациональных патриотических сил, можно думать о самых далеко идущих реформах.
   (...) Я бы сказал, что дискуссия по экономическим вопросам заняла центральное место. Ведь идея политической реформы, согласия уже понятна, осознана всем нашим обществом. Без этого - тупик. И те, кто толкает нас на путь конфронтации, поиска противников, - люди вчерашнего дня.
   А сегодня нам требовалось основательно проработать экономические аспекты сотрудничества республик. Здесь проявилось понимание того, что мы сможем успешнее решать все проблемы, если будем помнить: мы сформировались как единый мощный рынок, на котором сложилось - хотим мы того или нет разделение труда. Мы очень зависим друг от друга, огромна степень кооперации. Разрушать это под видом якобы суверенитета? Нет, не в этом суверенитет! И это сейчас понимают в республиках.
   Мы уходим от унитарности, командной системы, которая не давала кислорода республикам. Но мы не имеем права впасть в другую крайность автаркию, замкнутость, чересполосицу границ, которых не приемлет динамичная экономика. Это было бы гибелью.
   Весь комплекс таких вопросов обсуждался сегодня. Понимание того, что мы должны сохранить единый рынок, придать ему новое дыхание, используя инициативу коллективов, регионов, частную инициативу - об этом шла речь, и в этом, мы убедились, есть понимание...
   Б.Н. Ельцин. Президент берет с собой наше согласие200
   (...) Я бы отметил два момента. Первое, что Президент СССР едет в Лондон с позицией не только центра, но и с мнением всех девяти республик, их руководителей. Это согласованное мнение. Думаю, что это важно не только для советских людей, но и для стран "семерки".
   Второе. Президент огромной державы едет для того, чтобы высказать взгляды на те программы, которые можно было бы осуществить совместно со странами "семерки", во взаимных интересах. Это особенно важно в период нашего перехода к рыночной экономике. При чем тут спекуляции о "протянутой руке"? И еще. Хотел бы особенно отметить роль Ново-Огарева как колыбели политического процесса, в котором доминируют уважение к республикам, друг к другу, принципиальность, стремление к разумному компромиссу во имя создания нашего обновленного государства.
   М.С. Горбачев. Поздравляю Бориса Николаевича Ельцина с избранием на
   пост Президента республики201
   Уважаемый Съезд народных депутатов Российской Федерации!
   Только что состоялся торжественный акт приведения к присяге и вступления в должность первого Президента Российской Федерации. Может быть, кто-нибудь по этому поводу скажет: "Ну что особенного, одним президентом стало больше в стране". Я придерживаюсь другого мнения. Произошло событие, важное не только для России, но с учетом ее роли и ответственности в Советском Союзе и для всей нашей многонациональной Родины.
   Поздравляю Бориса Николаевича Ельцина с избранием на пост Президента республики, с началом нового этапа его политической и государственной деятельности.