Когда она пришла в грот 4 марта, там ее ждали не только тысячи простых людей, но и солдаты и конная полиция, посланные мэром и местным комендантом. Когда появилась Бернадетта со свечкой, 20 тысяч человек глухо зашептали: "Вот она! Вот она!"
   Разочарование толпы было неизбежным. Они приходили в надежде увидеть и услышать Богоматерь. А вместо этого видели маленькую крестьянку на коленях, окруженную странным сиянием. По крайней мере, они уповали на какое-нибудь чудо. Но "знамение", которого все ждали, еще только должно было произойти. И оно произошло, когда Бернадетта осталась одна!
   Шестнадцатое посещение было в день Благовещения. Мсье Эстраде, теперь друг Бернадетты, сидел со своей сестрой, когда возбужденная девочка буквально ворвалась в его дом. Она только что была в пещере и упросила Блаженную Даму раскрыть свое имя, но совершенно не поняла ее ответных слов, хотя слышала их очень ясно. После этого она спросила на своем горном наречии (наполовину французском, наполовину испанском) у Эстраде: "Что такое Непорочное Зачатие?"
   Эстраде терпеливо объяснил девочке значение этих слов, но те, кому разъяснения не требовались, уже бросились к гроту. Барон Масс, префект департамента, был весьма раздосадован всей этой кутерьмой. Он не желал в своем департаменте никаких подобных чудес и приказал, чтобы беспокойное дитя осмотрели три известных врача. Те сообщили, что Бернадетта физически и психически совершенно здорова.
   Бернадегга всегда приносила в пещеру свечку, как ей велела Блаженная Дама. И вот во время семнадцатого посещения девочка стала на колени, погрузившись в транс. Словно подчиняясь какому-то приказу, она протянула правую руку в самое пламя и продолжала молиться, а огонь сиял сквозь ладонь.
   Когда Бернадетта вышла из транса, доктор Дозу осмотрел ее руку, но не нашел ни следа от ожога. Он взял другую свечу и поднес ее к руке Бернадетты, она тут же вскрикнула от боли.
   Мэр отправил протест префекту: грот становится "местом не разрешенных церковной властью публичных молебнов". Префект, еще надеясь положить конец затянувшимся многотысячным сборищам, призвал епископа вмешаться. Епископ, однако, не спешил с ответом.
   Префект решил действовать самостоятельно. Он приказал разобрать примитивный алтарь и выстроить у грота баррикаду. Теперь, когда Бернадетта была удостоена обещанного числа видений и Блаженная Дама раскрыла свое имя, девочке не было особой надобности возвращаться к пещере. Но вскоре после причастия на празднестве Богоматери Кармельской Горы она почувствовала знакомый призыв. В сопровождении своей тетки она пришла к гроту и нашла перед ним группу из нескольких благочестивых женщин. Бернадетта встала на колени перед баррикадой. Ее снова охватило знакомое преображение, и девочка удостоилась последнего посещения Богоматери.
   Многочисленные исцеления уже происходили у родника, но одно из них было особенно примечательным. В сентябре 1858 года некая мадам Бруа посетила источник, чтобы набрать немного воды и отвезти в Париж. Когда полицейские заметили ее за сбором цветов у баррикады, то тут же задержали. Но женщина раскрыла свое имя, и выяснилось, что она - жена знаменитого адмирала Бруа, а сама является домоправительницей императора Франции Луи Наполеона III и его жены императрицы Евгении и что императрица поручила ей достать воды для лечения больного инфанта, Луи, известного как Лу-Лу.
   Когда мадам Бруа вернулась в Париж, вода, вероятно, была использована для исцеления Лу-Лу. Можно только предполагать, насколько успешным оказался курс лечения.
   Во всяком случае, император прислал короткую и недвусмысленную телеграмму префекту: "Доступ широкой публики к гроту на западе от Лурда должен быть немедленно обеспечен. Наполеон". Баррикады, естественно, туг же сняли.
   С этого времени тысячи верующих, особенно старые и больные, устремились к пещере у Массабейля. Святая Бернадегга провела остаток жизни в монастыре, посвятив себя только молитвам.
   Лурдские исцеления, независимо от того, как к ним относиться, росли в числе. Первое явное исцеление было ниспослано Луи Бурьетту, каменщику, который лишился глаза во время несчастного случая в каменоломне и прожил полуслепым 20 лет. Услышав о видениях в гроте, вопреки отговорам деревенских скептиков, каменщик пришел к гроту и опустил лицо в воду на несколько минут, затем перекрестился и помолился Богоматери. И, к его невыразимой радости, зрение к нему вернулось!
   В тот же вечер Бурьетт с группой друзей из каменоломни пришел к пещере и установил каменную чашу размером с купель для крещения. По сей день вода из источника проливается в первую очередь на стенки этой купели.
   Через несколько дней двухлетнего малыша семьи Бугугор, больного с рождения, разбил паралич. Врачи говорили, что надежд на выздоровление нет. Но, услышав об исцелении каменщика, мать схватила на руки младенца и побежала к источнику. Там она несколько раз погрузила малыша в холодную воду, моля Богородицу явить свою милость. И ребенок зашевелился! А на следующий день сел в колыбели и начал играть. Доктора признали ребенка совершенно здоровым.
   Нет нужды говорить, что и эта новость в мгновение ока распространилась по Лурду. На следующее утро у пещеры стояли тысячи страждущих в ожидании, когда явится Бернадетта говорить с Богоматерью.
   Один из самых близких к нашему времени случаев излечения ребенка - история с Франциском Паскалем. Как всегда, проявляя осторожность, церковь признала его исцеление, произошедшее в 1938 году, только в 1952-м. Малышу Паскалю было всего четыре, когда его привезли в Лурд. Весь предыдущий год его мучили разные жуткие хвори: менингит, паралич и прогрессирующая слепота. Никакие средства не помогали.
   Диагноз лечащего врача, доктора Дарда, подтвердили шесть независимых специалистов. Дард писал: "Вернувшись через несколько дней из Лурда, мадам Паскаль привела малыша ко мне. Он ходил. Я удостоверяю исчезновение паралича и возвращение зрения. Он ходил совершенно нормально, если исключить некбторую неуверенность. С каждым днем ему становилось все лучше. И это новое состояние наступило после купания в лурдской воде. Чисто помедицински такой результат необъясним".
   Годы спустя медицинский совет Лурда провел консилиум силами двадцати независимых докторов. Все они подписали документ, в котором говорилось: "Излечение Франциска Паскаля не имеет никаких научных объяснений. Его состояние не ухудшается вот уже десять лет. Мы располагаем свидетельствами, доказывающими наличие у него прежде серьезной болезни и ее резкого отступления, совершенно необъяснимого с человеческой точки зрения".
   Однако не все исцеления, признанные чудесными, касались только слепых или парализованных детей. В некоторых случаях происходила регенерация костей и скорое заживление открытых ран. Эти исцеления особенно поразительны, поскольку связаны с созданием новых тканей; другие примечательны, наоборот, разрушением тканей, например раковых опухолей. В то же время третьи происходят с немедленным рубцеванием или образованием новой кожи на обширных участках тела. В общем, все исцеления подпадают под одну из этих категорий или сразу под несколько.
   Конечно, случаев гораздо больше, чем сообщается в официальных источниках. Но за первые сто лет, прошедшие со времени открытия Бернадеттой источника, более чем две тысячи их было тщательно изучено и задокуменгировано медицинским советом и группой научных экспертов, созданными в 1884 году специально для исследования предполагаемых чудесных исцелений. Из этих многих тысяч случаев только чуть больше 50 были признаны церковью как чудесные.
   В чем же тогда состоит чудо? Чтобы ответить на этот вопрос, мы должны обратиться к различению Римской католической церковью вселенских и личных откровений. Вселенские откровения - это те, что переданы в Библии и апостольской традиции, хранимой церковью. В эти чудесные откровения можно и должно верить всем католикам без исключения. С другой стороны, частные откровения, те, какие, например, были дарованы Бернадегге, совсем не обязательны для повсеместного принятия; церковь просто говорит, что в них можно верить.
   Два старых, когда-то общих определения - что чудеса состоят из вмешательства неземных сил и при временном прекращении действия естественных законов природы и что именно это и предстает гарантией божественного происхождения - теперь совершенно забыты. Чудеса ныне считаются чем-то обыденным, неким простым исключением из естественного порядка вещей, известного нам: чудом оно является лишь для людей, а для Господа - вполне разумное действие.
   Для установления чудесного исцеления медицинское исследование должно подтвердить, что болезнь была соматического характера и касалась функциональных расстройств. Пациент должен быть признан безнадежно больным, так чтобы врачи предсказали ему близкую и неминуемую смерть; недуг должен легко диагностироваться, безо всяких неясностей, и должно быть четкое физическое доказательство изменения состояния пациента. Также чудесное выздоровление должно происходить быстрее, чем естественное, или же без участия каких-либо медицинских средств.
   В противоположность широко распространенному убеждению, чудеса не обязательно происходят собственно в Лурде. Они могут случаться и в гроте, и в церкви, и в номере отеля, и в поезде на пути домой или даже вообще в очень далеком от источника месте. Человек может и не молиться в то время, как случается исцеление. Это демонстрирует случай Катерины Лапейр. .
   Женщина умирала от рака языка, шеи и крови. При операции ей отрезали четверть языка, а от дальнейшего хирургического вмешательства она отказалась. Так как сама поехать в Лурд она не могла, то поклялась сочинять гимны Блаженной Деве и промывать каждый день рот водой из источника. На девятый день молитв опухоли исчезли, она оказалась совершенно здоровой. Маленький белый шрам на языке остался как память об операции.
   Однако подобные поразительные происшествия не должны отвлекать нас от истинного значения лурдского чуда. Богоматерь ничего не говорила Бернадетте об исцелениях. Сама святая, говоря о слепом, который прозрел, напомнила нам: гораздо важнее, чем излеченная физическая слепота, исцеление слепоты духовной. Бернадетта во всех чудесных событиях видела себя лишь грубым инструментом и говорила: "Если бы Блаженная Дева захотела выбрать кого-нибудь поученей, чем я. Она бы сделала это; но Она подняла меня, как камешек из-под глыбы".
   ЧУДЕСА ПАДРЕ ПИО
   Действительно ли падре Пио творил чудеса? Мог ли он на самом деле предсказывать будущее и видеть божественные создания? Обладал ли он даром биолокации? Мог ли он исцелять? Правда ли, что он даже носил на своем теле знаки Христа, напоминающие о его муках на кресте? И если все это правда, что означают эти дары свыше? До сих пор итальянский священник остается противоречивой загадкой и церковь воздерживается от признания его чудес.
   Всю свою долгую жизнь падре Пио (1887-1968), казалось, служил иллюстрацией к словам его преосвященства Коррадо кардинала Урси: "На протяжении веков Бог посылает избранных людей, чтобы они взывали к душам детей Божьих. Такие люди воплощают в себе явление Христа народу, Спасителя, пришедшего, чтобы возродить мир". Падре Пио сотворил много чудес, вероятно являясь проводником Божественной любви, таким образом проповедуя примирение с Богом, что он делал с полным самоотречением.
   Самым невероятным чудом в жизни падре Пио а его жизнь была полна чудес - явилось получение им на своем теле стигматов, или копий пяти священных ран Христа. Он стал первым священником современности, который получил видимые и ощутимые знаки распятого Спасителя.
   Вдобавок к постоянным физическим мучениям он подвергался еще более длительным и болезненным обследованиям медиков. Первым врачом, осматривавшим падре Пио, был Луиджи Романелли да Барлетте, приглашенный архиепископом. Основными пунктами его заключения были следующие: "Раны на руках покрыты тонкой пленкой красновато-коричневого цвета, они не кровоточат, не нарывают, ткани не воспалены"; "кровь артериального происхождения"; "раны глубокие, неповерхностные"; "ткань вокруг ран... чувствительна даже к легким прикосновениям". Романелли подвел итог следующими словами: "За пятнадцать месяцев я осматривал падре Пио пять раз. Я нашел несколько изменений, но я не в состоянии классифицировать эти раны".
   В своих опытах врач сдавливал пальцами рану с обеих сторон, пытаясь обнаружить щель, которая бы указала на ее сквозной характер. Он писал: "Я повторял кажущийся садистским эксперимент несколько раз за вечер..."
   В июле 1919 года эстафету у Романелли принял профессор А. Биньями, агностик из Римского университета. Он заявил, что раны несквозные, отверг предположения об их сверхъестественном происхождении, но не мог отрицать само наличие ран, а также доказать, что священник их нанес себе сам. Он заключил, что раны возникли "из-за некроза эпидермиса невротического характера", а значение их крестообразной формы, "возможно, несознательно преувеличено". Он заявил, что не обнаружил ничего, что нельзя было бы объяснить естественными способами.
   Следующим врачом, исследовавшим падре Пио в октябре 1919 года, был доктор Г. Феста из Рима. Он сделал вывод, что в отчете Биньями содержалось "много неточностей", и решил вернуться к проверке вместе с доктором Романелли. Они установили, что "верхние слои раны покрыты коркой высохшей крови, при снятии которой показывается кровь, как и происходит при настоящем повреждении". Попытки определить глубину раны не производились "из-за высокой чувствительности окружающих тканей". Врачи заключили, что это "настоящие глубокие колотые раны, нанесенные, вероятно, острым орудием".
   Рассматривались различные версии происхождения этих ран. Все могла бы объяснить гемофилия, но обнаружилось, что другие раны, сделанные на теле падре Пио, заживали абсолютно нормально. Некоторые считали, что причина кроется в истерии, но падре Пио казался психически здоровым человеком "добродушным, веселым и, по всей вероятности, не слишком впечатлительным". Тем не менее мы не должны исключать возможность истерии.
   Из всех чудесных исцелений падре Пио самое удивительное произошло с Верой-Марией Каландра, 1966 года рождения, у которой были сильные врожденные пороки почек и мочеточников. Врачи говорили, что она не выживет. После четырех сложных операций выяснилось, что ей придется удалить мочевой пузырь. Ее мать написала падре Пио письмо, УМОЛЯЯ его с помощью чудотворных способностей спасти ее дочь.
   В праздник Успения пресвятой Богородицы во время молитвы в своем доме синьора Каландра почувствовала сильный аромат, напоминающий аромат свежих роз. Этот запах, одна из харизм падре Пио, свидетельствовал о его незримом присутствии. Синьора Каландра решилась отправиться в монастырь падре Пио - обитель милосердной Девы Марии в СанДжованни-Ротондо.
   Падре Пио возложил руки со стигматами на головы двухлетней девочки и ее младшей сестры Кристины-Розы, а синьора Каландра получила возможность поцеловать раненые руки священника. Через четыре дня она показала Веру врачам в больнице. Вот как она сама рассказывает об этом:
   "17 сентября, в праздник Франциска Ассизского, который получил такие же стигматы, как падре Пио, хирург, оперировавший маленькую Веру, сказал, что на месте удаленного мочевого пузыря появился "зачаток мочевого пузыря". "Доктор, вы ведь не хотите сказать, что у девочки растет новый пузырь - это же невероятно! Только Бог может сотворить такое чудо".
   Шесть месяцев спустя, в апреле 1969 года, врач подтвердил наличие "зачатков мочевого пузыря". Это был первый подобный случай в медицине. Сегодня Вера - здоровая женщина.
   Наверное, самое потрясающее чудо падре Пио исцеление слепой девочки Джеммы да Джорджи из Риберы, Сицилия. Она родилась без зрачков, а без них, как известно, видеть невозможно.
   В 1947 году бабушка решила отвезти Джемму к падре Пио и помолиться за чудесное выздоровление. Они проехали лишь полпути от Сицилии до Фоджи, а, по словам бабушки, девочка уже начала различать море и пароход.
   После исповеди падре Пио бабушка попросила его подарить зрение Джемме. Она так рассказывала об этом:
   "Я попросила отпущения грехов ддя Джеммы... никогда не забуду его спокойный, мягкий голос, он сказал:"Веруешь ли ты, дочь моя? Девочка не должна плакать, и ты не должна, поскольку она видит, и ты знаешь, что она видит". Я поняла позже, что падре Пио имел в виду море и корабль...
   После того как падре Пио дал Джемме первое святое причащение... он теми же пальцами, что держали святую евхаристию, снова, во второй раз, очертил крест перед Обоими глазами Джеммы. Наконец мы пустились в обратный путь, но, так как путешествие оказалось слишком изнуряющим, у меня началась лихорадка, и меня положили в муниципальную больницу в Козенце. Как только я поправилась, тотчас пошла с Джеммой к глазному врачу, который заявил, что у Джеммы нет зрачков и что она слепа. А я-то, бедная, невежественная старуха, вообразила, что, если Джемма может видеть, значит, у нее появились зрачки. Я не понимала, что даже без зрачков по воле Божьей дитя может прозреть. Поэтому я опечалилась, когда услышала слова окулиста.
   Чтобы убедить меня, врач показал Джемме несколько предметов, и, когда она назвала их и сказала, что видит их без затруднений, окулист замер и проговорил: "Без зрачков невозможно видеть..." После этого множество докторов со всей Италии просили у меня разрешения осмотреть Джемму. Многие приезжали даже к нам домой, и все заявляли одно и то же: что никто не может видеть без зрачков и что это настоящее чудо".
   И спустя четыре десятилетия Джемма продолжала видеть. В медицинской практике зафиксирован еще только один подобный случай, когда человек видел без зрачков. Это было в Лурде.
   Но не меньше падре Пио беспокоила духовная слепота людей. Удивительный случай произошел с известным фотографом Федерико Абрешем в 1928 году. Абреш родился в лютеранской семье в Германии, потом переехал вБолонью, чтобы организовать там фотостудию. Там он обратился в католическую веру, скорее из-за желания угодить молодой жене, нежели по убеждению. В Италии Абреш начал заниматься спиритизмом и, по его словам, "добился значительных успехов в оккультизме и магии". Но, как он сам говорит, "эксперименты (в магии. - Ред.) подготовили его к исповеди падре Пио, способности которого включали и некоторые сверхъестественные психические возможности, например телепатию".
   Когда Абреш впервые услышал о священнике-капуцине, который носит на теле стигматы и творит чудеса, он захотел встретиться с ним. Вот как Абреш описывает первую беседу с падре Пио.
   "Говорил не я, а отец Пио. Он поведал мне о тяжелых грехах, которые я упустил при предыдущих исповедях, и спросил, насколько крепка моя вера.
   В ответ я сказал, что считал исповедь полезной с психологической точки зрения, но не верил в божественную природу причастия. Однако, пораженный до глубины души тем, что он сам рассказал мне о моем прошлом, я воскликнул: - Впрочем, теперь я верю. - Это все ересь, - сказал он и, казалось, сильно опечалился. - Все твои причастия были святотатством. Тебе нужно сделать главное признание. Серьезно подумай и вспомни, когда ты в последний раз честно исповедовался. Иисус был более милосерден к тебе, чем к Иуде. Он прогнал меня со словами: - Хвала Иисусу и Марии". Когда Абреш снова пришел к падре Пио, тот спросил его:
   "- Когда в последний раз ты честно исповедовался?
   - Отец, когда я был... Падре Пио оборвал его:
   - Да, ты хорошо исповедался, когда возвращался из свадебного путешествия, давай отбросим все остальное и начнем прямо отсюда". Абреш добавляет:
   "Я онемел от осознания, что соприкоснулся со сверхъестественным..^ Он перечислил абсолютно точно все мои смертные грехи. Произнеся яркую, впечатляющую речь, он заставил меня осознать всю мою греховность, добавив мрачным тоном, который я никогда не забуду:
   - Ты пел гимны сагане, тогда как Иисус, любящий всех, умер за тебя.
   Потом он наложил на меня епитимью и отпустил грехи".
   Однако телепатия, дар, который падре Пио использовал обычно при исповеди, не самая удивительная из его сверхъестественных споробностей. Он обладал еще даром выходить из своего тела и появляться в другом месте. Первый такой случай произошел в январе 1905 года, когда падре Пио был еще семинаристом, изучавшим философию в капуцинском монастыре святого Ильи в Пьянизи. Об этом случае, когда он переместился в богатый дом в городе Удине, лучше всего рассказал сам падре Пио:
   "Около II часов вечера (18 января 1905 года) я с братом Анастасио был на хорах. Внезапно я обнаружил, что нахожусь в то же время во дворце очень богатой семьи. Хозяин этого дома умирал, и у него вот-вот должна была родиться дочь.
   Потом появилась пресвятая Богородица и, повернувшись ко мне, сказала: "Я вверяю эту еще не родившуюся девочку твоей заботе. Потом она превратится в настоящий бриллиант, но сейчас она бесформенна. Тебе предстоит обработать и отполировать ее. Заставь ее сверкать, потому что однажды она станет моим украшением".
   Я ответил: "Как это возможно? Я простой бедный семинарист и даже не знаю, посчастливится ли мне стать священником. Но даже если так, как я смогу заботиться о девочке, если я так далеко от нее?"
   Богородица укоризненно сказала: "Доверься мне. . Она придет к тебе, но сперва ты найдешь ее в базилике святого Петра в Риме".
   В собственноручной записи падре Пио об этом событии нет полного имени, обозначены только инициалы женщины - G. R.
   На продолжим рассказ о том, как дальше развивались события.
   Отец G. R. был членом масонского ордена. Когда пришло время ему умереть, друзья-масоны сторожили дом днем и ночью, чтобы оградить его от священников, желавших совершить соответствующий обряд. За несколько часов до его смерти, во время молитвы, его набожная жена увидела фигуру монаха-капуцина, который вышел из комнаты и скрылся в коридоре. Она последовала за ним, но он бесследно исчез.
   В этот момент, вероятно предчувствуя смерть хозяина, залаял сторожевой пес. Жена решила успокоить его и спустилась по лестнице в комнату на нижнем этаже. И там она быстро и безболезненно родила девочку. Ей помогал только управляющий, и она даже сама смогла отнести новорожденную в кроватку.
   Когда девочка немного подросла, ее отправили жить к бабушке и дедушке в Рим. Она росла, ничего не зная ни о падре Пио, ни о божественном замысле, согласно которому она была передана на его попечение. В 1922 году, в летний полдень, она отправилась на исповедь в базилику святого Петра. Все священники были заняты, и сторож посоветовал ей прийти на следующий день.
   Только сторож удалился, G. R. увидела молодого монаха-капуцина, который шел по направлению к ней. Она спросила: "Отец мой, могу ли я исповедаться вам?"
   Священник согласился и прошел в исповедальню на левой стороне базилики. После исповеди G. R. сказала священнику, что не совсем понимает значение Святой Троицы. Монах объяснил ей, говоря языком, понятным юной девушке:
   "Дочь моя, когда хозяйка печет хлеб, что ей необходимо? Три ингредиента: дрожжи, мука и вода. Она замешивает тесто, которое представляет собой уже однородную массу. Тесто - единая субстанция. Хозяйка делает из этого теста три каравая хлеба. Каждый каравай состоит из тех же компонентов, но отделен от двух других частей. А теперь перейдем к Богу, который является единым существом. В то же время он представляет собой Трех человек, каждый из них равен другому, но они отдельны. Бог-отец - это не Бог-сын и не Дух Святой, а Святой Дух - не Богсын и не Бог-отец. Бог-отец рождает Сына; Бог-сын происходит от Отца. Это три сущности, единые и в то же время различные. Тем не менее все это единый Бог, потому что божественная природа неповторима и тождественна".
   Удовлетворенная таким подробным объяснением, G. R. поджидала священника снаружи, чтобы поблагодарить его, но он не вышел. Когда сторож подошел к ней и сказал, что церковь закрывается, она ответила, что только что исповедалась и ждет священника выразить ему свою благодарность. Сторож заглянул в исповедальню - там никого не было.
   Взволнованная странным событием, G. R. ушла домой.
   На следующее лето во время каникул она отправилась в Сан-Джованни-Ротондо со своей тетей и подругой. Когда они подъехали, коридор, соединявший ризницу с внутренним помещением, был заполнен Людьми. G. R. считала, что никогда прежде не видела падре Пио, но он тут же подошел к ней и сказал:
   - Я знаю тебя, ты родилась в тот же день, в который умер твой отец.
   На следующее утро, когда падре Пио исповедал и благословил ее, он сказал:
   - Дочь моя, наконец-то ты пришла! Я так долго ждал!
   G. R. была очень удивлена и проговорила: - Отец, вы не можете знать меня. Я здесь в первый раз. Вы приняли меня за кого-то другого.
   - Нет, - ответил падре Пио, - ты тоже знаешь меня. В прошлом году ты приходила в базилику святого Петра. Неужели не помнишь? Ты искала священника, которому могла бы исповедаться. К тебе вышел монах-капуцин и исповедал тебя. Я был тем монахом. Потом падре Пио сказал:
   - Послушай, дочь моя. Незадолго до твоего рождения пресвятая Богородица привела меня в твой дом, и я был свидетелем смерти твоего отца. Она сказала, что благодаря ее содействию и страстным молитвам его жены он обрел спасение. Дева Мария попросила меня помолиться за него, а потом поведала, что его жена вот-вот должна родить девочку и она вверяет ее моей заботе.