Примерно так рассуждая про себя, я забрел на кухню.
   Я стоял и курил, глядя в кухонное окно на контуры спящего города. Курил и рассуждал примерно так. После смерти биополе и биотоки покойника сохраняются в квартире еще 40 дней. С этим фактом ученые не спорят. 40 дней еще не прошло. Значит, ее биополе еще здесь. То, что я ее видел, – это точно. Это не сон. Значит, она приходила в эту квартиру. К этому надо относиться спокойно. А зачем она приходила? Говорят, что они, то есть мертвые, если приходят, то зовут с собой. Но она не звала. Я отчетливо помню, что не звала. Ни жестом, ни словом никуда не приглашала. Тогда зачем она подошла ко мне? Зачем???
   Внезапно я вновь ощутил нудное и тягучее чувство страха, зарождающееся где-то в животе. Кто-то смотрел мне в спину. Я оглянулся и увидел портрет.
   Портрет был перевернут! Я ведь прекрасно помнил, что ставил фотографию изображением к стене. Наконец-то поняв, в чем дело, и моментально успокоившись, я бережно поднял портрет, осторожно, как годовалого ребенка, отнес его в комнату и почти торжественно поместил на прежнее место.
   В ту ночь я так больше и не заснул. Курил и думал о жизни. Той и этой…
   Игорь Левин

ЗЛОВЕЩИЕ ИГОЛКИ

   Все беды начались с переезда на новую квартиру.
   У меня появились постоянные головные боли, пропал сон, аппетит. Сдох кот Василий. Я очень похудела, молоко у меня пропало через две недели после родов. Появились отеки и выступили вены на ногах, руках, груди и даже на лбу.
   Я поняла – в квартире завелся полтергейст. Пыльные часы со стены из прихожей переместились на стол в кухне. Пропали из прихожей тапочки мужа, с тех пор их никто не видел. Моя маечка с полочки в прихожей пропала на две-три недели, потом появилась. Это происходило чаще всего в прихожей. Там постоянно вдребезги разрывалась лампочка. Резко пахло жженой резиной. Часто становилось так тревожно, что я, опасаясь неизвестно чего, одевала детей и уходила с ними гулять, прочь из этой квартиры.
   В прихожей у меня стояли два больших зеркала друг напротив друга и отражали загадочным лабиринтом коридор. Как-то над одним из этих зеркал я нашла полузаржавевшую иголку с короткой ниточкой в ушке. «Наверное, плохо проверила стены», подумала я тогда, но на всякий случай взяла иголку пинцетом, подержала над пламенем газа и закопала на газоне возле подъезда.
   Меня очень сильно притягивала наша прежняя однокомнатная квартира, куда мы привезли новорожденных. И, гуляя, я часто заходила в тот двор, чтобы посмотреть на ее окна. Мне казалось, что я покинула ее только вчера, хотя с того момента прошло уже несколько месяцев.
   Однажды осенним вечером малыш пополз под стол, забился в угол, кричал, потом выглядывал оттуда и со страхом показывал пальчиком в угол над дверью. Продолжалось это недели полторы-две. Просыпаясь утром, дитя плакало и показывало пальчиком в один и тот же угол.
   Как-то я вытащила изо рта ребенка полугнилую, похожую на осколок зуба косточку и отобрала старую розовую резинку, которую малыш тоже мусолил.
   Дети начали болеть. У мужа тоже появились сильные головные боли, и я несколько раз вызывала для него «скорую помощь». У всех членов нашей семьи на белках глаз появилось множество красных крапинок, коричневые наросты и какая-то пленка затягивала глаза.
   Засыпая, я часто слышала, как скрипит стул у меня в изголовье, чувствовала, как какой-то шарик, мягкий и вязкий, прокатывается по моему телу.
   Я начала отмечать в отрывном календаре «странные дни». Заметила, что все странности и наши болезни происходят или в дни последней четверти (убывающей) луны, или в дни новолуния. Так, в пятницу, накануне Пасхи, я увидела голубей, слетевшихся к кухонному окну, где я готовила для детей кашу. Потом я вышла в прихожую, и мой взгляд, как лучик фонарика, упал на иголки. Две около дверного косяка зала и две около косяка кухни. Полузаржавевшие, с нанизанными на них черными квадратиками. Когда я проходила через линию их воображаемого соединения, у меня особенно сильно кружилась голова и дыхание захватывало, как при раскачивании на качелях. Тогда я от бессилия опускалась на пол, чтобы перевести дух.
   Я взяла все тот же пинцет, прожгла иголки с квадратиками над пламенем газа и закопала в землю за углом дома. В тот же вечер достала с антресоли свою, когда-то пропадавшую неизвестно куда маечку. Вышла к мусорной бочке и подожгла ее. Достала из шкафа когда-то давно принесенную из церкви бутылку со святой водой. Побрызгала углы квартиры, веши, умыла ею себя и детей.
   На следующий же день пошла в церковь к священнику. Он объяснил, что нужно читать ежедневно молитвы от чародейства, утренние и вечерние молитвы. Обмывать тело святой водой, разбрызгивать ее в квартире. Покрестить детей, ходить на причастие, освятить квартиру. И я стала выполнять его рекомендации. Купила лампадку, начала молиться.
   В майское новолуние я снова нашла иголки, но уже в детской комнате. Одна торчала на расстоянии вытянутой вверх руки человека выше среднего роста, около косяка двери. Другая – на уровне глаз около окна. Я снова выполнила ритуал по их сожжению и захоронению.
   Тогда, засыпая, я загадала желание: «Пусть приснится мне человек, который делает мне это зло». И я увидела себя во сне в кабине грузовика, за рулем пожилую женщину. Она дала мне в руки белые цвегы и, постоянно пряча от меня лицо, куда-то повезла меня. Когда она вышла из грузовика и пошла прочь, то по фигуре и волосам я узнала знакомую бабушку Олю.
   Бабушка Оля жила в квартире этажом ниже, под нами, в том доме, куда мы привезли новорожденных и который теперь так сильно притягивал меня. Я часто заходила к ней, чтобы позвонить в детскую поликлинику, но она в моем доме не была никогда.
   Я позвонила бабушке Оле, но, как только услышала в трубке ее скрипучее «да-а», сразу положила трубку на место. «Жива и здорова», – подумала тогда. Я перестала ходить во двор этого дома, стала молиться и за бабушку Олю, за то, чтобы она больше никому и никогда не сделала зла.
   Все тревоги, болезни стали проходить после того, как в начале очередного новолуния я наконец пригласила в дом священника, который провел традиционный ритуал освящения квартиры. Бывшая старая квартира утратила свое магическое притяжение.
   Через месяц я в очередной раз набрала номер телефона бабушки Оли, но не услышала ее скрипучего «да-а» ни после пятого, ни после десятого звонка.
   – Она умерла, – объяснила мне соседка. Еще она рассказала, что у бабушки Оли мать была колдуньей и жила очень долго. Что перед смертью баба Оля перессорилась со всем подъездом и прокляла жильцов. Через неделю ее парализовало, она умерла от инсульта.
   После всех этих событий мы посчитали, что будет правильнее оставить эту квартиру и найти себе другое жилье.
   Как-то вечером я зашла в тот забытый за считанные дни дворик, где на балконе четвертого этажа постоянно маячила фигура бабушки Оли. Окна ее квартиры были темны и совершенно не зловещи. Они отражали лунный свет. Тот же лунный свет отражался в темных окнах пустой квартиры, где я находила иголки.
   Кристина Вейдер

У ЧЕРТА НА КУЛИЧКАХ

   Раз в году я отправляюсь на весеннюю охоту в Новгородскую область. Эта традиция сложилась давно и за семь лет ни разу ни нарушалась.
   Вот и в этот раз мы с другом, как обычно, стреляли на вечерней зорьке пролетных гоголей или по очереди сидели в засидке с подсадной кряквой, а ближе к ночи шли на дальний глухарный ток.
   Охота была шикарная, хотя частенько моросил дождик, к вечеру переходивший порой в обильный снегопад. Норму отстрела водоплавающей дичи выполняли аккуратно. Но на четвертый день мой друг захандрил, то ли притомился, а может быть, настрелялся вволю, а только ушел я в ту ночь за глухарем один, с твердым намерением без трофея не возвращаться.
   И точно, после нескольких неудачных выходов на ток пошла, что называется, везуха. Еще в предрассветных сумерках «снял» с елки хорошего «бородача», а уже по свету и второго на прогалине. Сложил добычу в рюкзак и довольный потопал к нашей стоянке в предвкушении горячего чая и прочих положенных по такому случаю удовольствий.
   Тропой вдоль реки я ходил сотню раз и ни разу напрямик через болото. Потому что любой охотник знает, что оно представляет собой весной – лучше не соваться. Но в этот раз весна была запоздалая май на носу, а снега в лесу по колено, а на болоте крепкая снежная корка, что твой асфальт. Вот и решил срезать путь.
   Сориентировался на местности по карте, по компасу определил азимут и… заблудился.
   Стрелка компаса крутилась во все стороны как бешеная, а самое странное, не могу идти – ноги чугунные. Повалил сухую елочку, сел и стал читать «Отче наш». Стрелка компаса остановилась и больше не дурила. За полчаса я вышел к деревне, проклиная собственную дурь и атмосферные аномалии.
   – Гиблое место, – признался мне один из местных жителей, пустивший меня отогреться после всех моих злоключений.
   – Повезло тебе, что живым вышел с этого проклятого болота… – И он рассказал мне несколько историй.
   …Не так давно в здешних местах заблудились две пожилые женщины. Пошли по осени за клюквой. Искали их около месяца. Нашли только одну возле реки, полностью лишенную рассудка. Через несколько дней она умерла, так ничего толком не рассказав.
   Другую женщину-дачницу вывели с болота местные мужики-охотники. Ее рассказ был более чем странный. Она пошла за грибами и встретила на просеке незнакомую старуху с полной корзиной белых грибов.
   – Где, бабуль, насобирала-то столько?
   – У черта на куличках, – огрызнулась старуха.
   – А где это «чертовы кулички»? – шутя спросила дачница. Та и указала ей на болото. Охотники шли по дороге и услышали с болота истошные крики. Пошли посмотреть, кто кричит, ну и нашли ее. Когда спросили, что, дескать, кричишь, дорога-то рядом совсем, она ответила, что никак не могла к ней подойти.
   – Иду, а словно натыкаюсь на невидимую стену. Ужас какой-то! Увидела людей с ружьями и стала кричать.
   Потом эта дачница уехала в Питер. Ее дом так и стоит в деревне заколоченный, больше сюда никто не приезжает.
   Днем следующего дня я вернулся на стоянку. Друг суетился у костра, явно встревоженный.
   – Ну ты даешь! Я уж думал, тебя черти забрали, – воскликнул он. В это время на болоте раздался дикий крик, а потом леденящий душу хохот. У нас кровь в жилах застыла. Всю ночь мы по очереди читали «Отче наш» и жгли костер. Больше в эти места я ни ногой.
   Андрей Федоров

АНОМАЛЬНАЯ ЗОНА ПОД МОСКВОЙ

   Когда я описывал события, произошедшие 11 июля 1997 года в 23.00 над территорией пионерлагеря «Космос» в подмосковном поселке Сухареве, мне и в голову не могло прийти, что ровно через год эта история будет иметь продолжение.
   Как и в прошлом году, на том же месте с 7 по 11 июля вновь проводился фестиваль кришнаитов. Фотограф Анатолий Тодоров, воодушевленный тем, что экспертиза его прошлогодних негативов подтвердила их подлинность, решил на этот раз во всеоружии встретить возможные аномальные события, чтобы запечатлеть на фотопленке. Для съемки он приготовил фотокамеру «Канон» с объективом «Вивитар 19.35», установленную на штатив. Пленка осталась прежней – «Кодак», а выдержка составляла 15 секунд. Иной была и обстановка на небесах: в этом году период с 7 по 11 июля пришелся на дни полнолуния, поэтому небо было значительно светлее, чем в прошлый раз. Начиная с 7 июля с 23.00 Анатолий Тодоров в течение часа снимал различные участки юго-восточного небосклона, где в прошлом году был обнаружен НЛО. Но удача посетила фотографа лишь 9 июля в 23.45. Неожиданно самопроизвольно сработала вспышка, установленная на фотокамере. Отключив ее полностью, Анатолий сделал очередной снимок серии. На следующий день, проявив пленку, он обнаружил на этих негативах изображение НЛО, аналогичное по форме прошлогоднему, но излучавшее ярко-белый свет. Годом раньше объект имел апельсиновый оттенок и просматривалась его внутренняя структура, да и находился он ближе.
   На этот раз НЛО запечатлелся на более значительном удалении от места съемки и на негативах было видно, что он поднимался вертикально вверх. На предыдущих и последующих кадрах, сделанных за две минуты до и после их, объект отсутствовал.
   А. Тодоров продолжал эксперимент, но 10 и 11 июля ничего особенного ему сфотографировать не удалось.
   Попытка засечь НДО, предпринятая в этом году, дала, конечно, более скромные результаты, чем прошлогодняя съемка. Однако ее стоит считать удачной, так как в результате удалось документально зафиксировать повторяемость явления в одном и том же месте, в один и тот же временной период при интервале в один год, что весьма важно для исследования феномена НЛО вообще.
   Интересно, что аналогичные объекты наблюдались весной 1997 года в небе Москвы в районе Профсоюзной улицы. Они имели апельсиновый цвет, размеры от 10 до 30 метров, меняли высоту полета, маневрировали, совершали развороты под острыми углами. Аналогичные объекты появлялись и над Петербургом осенью 1996 года в районе Каменноостровского проспекта. Заснятый 9 июля 1998 года НЛО, в отличие от предыдущего года, никто не видел. Можно предположить, что маскирующее излучение объекта имело частоту и характер, недоступные для восприятия человеческим глазом. Однако объект оставил отметку на бесстрастном светочувствительном слое фотопленки, что уже неоднократно подтверждалось уфологами всего мира.
   Двукратная фиксация на фотопленке неопознанного летающего объекта в подмосковном небе дает основание сделать смелое предположение – уж не является л у этот район аномальной зоной постоянного присутствия НЛО?
   Алексей Бросалин