Нивен Ларри
Синица в руке

   Ларри Нивен
   СИНИЦА В РУКЕ
   - Это не рок, - сказал Ра Чен.
   Сквозь толстое стекло смотрели глупые птичьи глаза. У птицы были маленькие, недоразвитые крылья и до смешного большие ноги. Триста фунтов веса, без малого восемь футов роста, а в остальном птица была похожа на неоперившегося цыпленка.
   - Она меня лягнула, - пожаловался Светц. Худощавый, тонкий в кости, он держался очень прямо. В этот раз жаловаться было почти не на что.
   - Она меня лягнула и сломала четыре ребра. Я еле дополз до камеры расширения.
   - Тем не менее это не рок. Прости, Светц, Пока ты лежал в больнице, мы побывали в Бэверли-Хиллз, в историческом отделе библиотеки, и выяснили, что птица рок всего лишь легенда.
   - Но посмотрите на нее!
   Шеф, краснолицый и тучный, кивнул:
   - Правильно, легенды не возникают на пустом месте. Первооткрыватели Австралии, встречая таких птиц - страусов, - думали: если это птенец, то какова взрослая птица? Возвращаясь домой, они рассказывали небылицы о взрослых птицах
   - Я сломал четыре ребра из-за птицы, которая даже не летает?
   - Не огорчайся, Светц Это не полное поражение. Страус - вымершее животное, и твоя птица будет великолепным экспонатом в виварии Генерального Секретаря
   - Генеральный Секретарь просил птицу рок. Что вы ему скажете?
   - То-то и оно, - нахмурился Ра Чен. - Ты знаешь, что он просит теперь?
   Люди, плохо знакомые с Ра Ченом, думали, что он все время хмурится; думали до тех пор, пока им не случалось увидеть, как он хмурится по-настоящему. Светц подозревал, что Ра Чен чем-то обеспокоен. Теперь он был в этом уверен.
   Генеральный Секретарь всем доставлял неприятности. Рецессивный ген, унаследованный от могущественных выродившихся предков, наделил Генерального Секретаря умом шестилетнего ребенка. Кроме этого, родители передали сыну неограниченное право владения Землей и ее колониями. Его прихоть была законом для всей обитаемой Вселенной.
   Светц понимал, что нельзя не дать Генеральному Секретарю того, что он просит, - чего бы тот ни попросил.
   - Какой-то идиот, спускаясь в Лос-Анджелес, взял Генерального Секретаря с собой, - сказал Ра Чен. - Теперь Генеральный Секретарь хочет видеть город таким, каким он был, пока не затонул.
   - Что в этом страшного?
   - В этом - ничего, но Генеральный Секретарь не остановился на этом. Кто-то из советников заметил его заинтересованность и подсунул ему исторические видеозаписи. Генеральный Секретарь получил от них массу удовольствия и пожелал участвовать в погроме Уоттса.
   Светц сглотнул тугой ком.
   - Придется позаботиться о безопасности Генерального Секретаря.
   - Разумеется. А Генеральный Секретарь по происхождению кавказец.
   Страус, разглядывая людей, склонил голову набок. Он на самом деле напоминал птенца еще более крупной птицы. Светцу казалось, что страус только что вышел из яйца величиной с бунгало.
   - У меня пухнет голова, - сказал он. - Зачем вы мне об этом рассказываете? Вы ведь знаете, что я не люблю политику.
   - Представь, что начнется, если Генеральный Секретарь будет убит при содействии Института Времени! Очень многие нас подсиживают, например Институт Космоса. Там будут очень рады, если мы опозоримся.
   - А что делать? Мы не можем отказать Генеральному Секретарю в просьбе.
   - Мы можем его отвлечь.
   Они перешли на заговорщический шепот и, отвернувшись от страуса, зашагали вдоль ряда стеклянных клеток.
   - Каким образом?
   - Еще не знаю. Поговорить бы с его кормилицей, - протянул Ра Чен. - Я пытался, но ничего не вышло. Наверное, ее подкупил Институт Космоса. Может, она честная, состоит при Генеральном Секретаре тридцать четыре года. Откуда мне знать, чем увлечь его. Я встречался с ним всего четыре раза на официальных приемах. Знаю одно: его внимание непостоянно. Он забудет о Лос-Анджелесе, если заинтересуется чем-нибудь другим.
   Они проходили мимо клетки с надписью:
   "СЛОН"
   Обнаружен приблизительно в семисотом году доатомной эры на территории Индии (Земля).
   Вымерший вид.
   Серое морщинистое животное смотрело на проходящих мимо людей с сонным равнодушием. Слон выглядел старым и мудрым и, наверное, узнал в Светце человека, пленившего его. Светц привез в виварий едва ли не половину животных прошлого. Светц боялся животных, особенно крупных. Почему Ра Чен все время посылает его за животными?
   Тридцатифутовая ящерица в соседней клетке (чудище Джила, согласно табличке), в отличие от слона, не осталась равнодушной, узнав Светца. Она выпустила в обидчика струю оранжево-желтого пламени и в ярости захлопала крыльями, когда пламя беспомощно ударилось о стеклянную стену. Если она когда-нибудь вырвется из клетки...
   Все клетки вивария герметичны. Животные прошлого не могут дышать воздухом настоящего.
   Светц вспомнил кобальтово-голубое небо прошлого и успокоился. Он поднял голову: в полуденном зените сияла бирюза. Ближе к горизонту небо было пастельно-зеленым, а у самого горизонта - густо-желтым, даже коричневатым. Если огнедышащий китаец вырвется на свободу, ему будет не до Светца.
   - Что бы такое привезти? Старые животные Генеральному Секретарю, наверное, надоели. Попробуем жирафа, Светц?
   - Кого?
   - Собаку, сатира или что-нибудь оригинальное, - бормотал Ра Чен. Медвежонка?
   Светц боялся животных и решил направить шефа по другому пути:
   - Мне кажется, сэр, что вы ищете решение не там, где нужно.
   - Н-да? А где нужно?
   - У Генерального Секретаря столько животных, что хватит на тысячу человек. Более того, добывая забавных зверей, вы втягиваетесь в соревнование с Институтом Космоса. Не все ли равно: инопланетные животные или звери из прошлого?
   Ра Чен поскреб в затылке:
   - Верно. Я об этом как-то не думал. И все же нужно что-то делать.
   - У машины времени масса возможностей.
   Чтобы попасть в Институт, достаточно было ступить на телепортационную площадку, но Ра Чен предпочел идти пешком. Он хотел поразмыслить.
   Светц шел рядом с шефом, опустив голову и глядя невидящим взглядом себе под ноги. В подобные моменты к нему приходило вдохновение. Но вот перед ними Институт - огромный куб из красного песчаника, а озарения все нет.
   Сильная рука легла Светцу на плечо.
   - Минутку, - тихо сказал Ра Чен. - У нас в гостях Генеральный Секретарь.
   - Откуда вы знаете? - Светц втянул голову в плечи.
   - На въезде в город стоит его машина, не заметил? Ее привезли в прошлом месяце из Лос-Анджелеса времен Великого Калифорнийского землетрясения. Автомобиль с двигателем внутреннего сгорания.
   - Что будем делать?
   - Сопровождать Генерального Секретаря по Институту и уповать на то, что он не станет настаивать, чтобы его отправили в Лос-Анджелес двадцатого года постатомной эры взглянуть на погром Уоттса.
   - А если станет?
   Если Ра Чена обвинят в измене, Светца - тоже.
   - Придется отправить. Нет, не с тобой, Светц. С Зирой. Она чернокожая и говорит на языке американских негров. Это может пригодиться.
   - Этого мало, - возразил Светц, скрывая облегчение. Пусть рискует Зира.
   Они подошли к автомобилю Генерального Секретаря. Светца поразила странная, угловатая форма машины, сложность приборов управления, блеск металлических украшений. С машины сняли капот, открыв для всеобщего обозрения хитросплетения деталей двигателя.
   - Погодите! - воскликнул Светц. - Ему нравится?
   - Что нравится и кому?
   - Генеральному Секретарю нравится автомобиль?
   - Конечно, Светц! Он без ума от своей машины.
   - Давайте достанем ему еще одну. Перед Великим землетрясением в Калифорнии было полно автомобилей.
   - Неплохая мысль. - Ра Чен даже остановился. - Это на какое-то время займет Генерального Секретаря, а мы подумаем...
   - О чем?
   Ра Чен не слышал его.
   - Гоночную? Нет, он разобьется... Советники заставят сделать приоритетное ручное управление. Вездеход?
   - Давайте спросим его самого.
   - Стоит попробовать, - согласился Ра Чен. Они двинулись вверх по лестнице.
   В Институте было три машины, включая машину с грузовой камерой расширения, плюс общий управляющий блок. Генеральному Секретарю очень понравились пульты управления, на которых мигали разноцветные лампочки. Он хихикал и хлопал в ладоши. Барабаня пальцами по прикладам автоматов, за ним неотступно следовали телохранители с каменными лицами.
   Ра Чен представил Светца как лучшего агента. Столь высокая оценка ошеломила Светца, и он не мог связать двух слов. Генеральный Секретарь этого не заметил.
   Непонятно было, помнит ли он еще о том, что хотел увидеть погром Уоттса: спросить об этом он позабыл.
   Когда Ра Чен заговорил об автомобилях, Генеральный Секретарь заулыбался во весь рот и так энергично закивал, что Светц стал опасаться, как бы он не сломал себе шею.
   Генеральному Секретарю предложили выбрать любую из сотен моделей, выпущенных в течение полувека. Он сунул палец в рот и глубоко задумался. И вот он объявил о своем выборе.
   - Спросим его самого, спросим его самого, - сердито передразнил Ра Чен. Знаешь, чего он хочет? Он пожелал иметь первый в мире автомобиль. Самый первый!
   - Я думал, он попросит любую машину какой-то определенной марки, - Светц растирал виски. - Где же ее отыскать? Нужно прочесать всю Северную Америку и Европу на протяжении двух десятилетий.
   - Ну, это слишком. Достаточно наведаться в библиотеку Бэверли-Хиллз. И все же задача сложная.
   Рейд в библиотеку Бэверли-Хиллз назначили на третье июня двадцать шестого года постатомной эры. В экспедицию отправили отряд вооруженных анестезирующими иглами агентов в грузовой камере расширения. Гигантская машина времени, странные люди в воздухоплавательных жилетах в любой другой день стали бы всемирной сенсацией, но третье июня было для Института Времени Днем Счастливой Охоты. Весть о пришельцах не могла распространиться за пределы Калифорнии, да если бы и распространилась, ее не заметили бы в потоке более важных новостей. Вечером начнутся подземные толчки, океан вздыбит огромные зеленые волны.
   Светц, Ра Чен и Зира Саутворт провели в историческом отделе библиотеки почти всю ночь. Ра Чен знал язык белой Америки ровно настолько, чтобы переводить заголовки. Зира просматривала отобранные им книги.
   Она была высокая, тонкая и очень темнокожая, с шевелюрой, похожей на черный костер. Зира сидела на полу, по-турецки скрестив ноги, худая и угловатая, читая отрывки из книг, а мужчины расхаживали по библиотеке, отыскивая книги, упомянутые в ссылках. К двум часам утра все взмокли и потеряли терпение.
   - Никто даже не собирался изобретать автомобиль! - взорвался Ра Чен. - Это получилось само собой!
   - Да, вариантов множество, - согласилась Зира, - но мне кажется, не стоит принимать во внимание паровые автомобили. Таким образом, можно исключить "Гюньо-Треветик" и более поздние британские модели парового транспорта.
   - Ограничимся двигателями внутреннего сгорания.
   - Здесь самые сильные претенденты французский "ленуар" и венский "маркус", - сказал Светц. - Помимо этого, серьезные заявки на первенство у "Даймлера-бенца". Достаточно давно запатентовал свое изобретение Селден...
   - Черт возьми, выбери что-нибудь одно!
   - Минутку, сэр! - Зира оставалась хотя бы внешне спокойной. - Пожалуй, самое лучшее, что у нас есть, - это "форд".
   - Почему именно "форд"? Он изобрел всего лишь систему массового выпуска автомобилей.
   - Вот! - Зира подняла с пола книгу. Светц узнал ее: биография Форда. - Он отец автомобильной промышленности.
   - Теперь все знают, что это не так, - возразил Светц. Ра Чен сделал решительный жест:
   - Не будем суетиться. Возьмем автомобиль "форд", а в подтверждение - эту книгу. Кто сумеет нас проверить? Даже если кто-нибудь займется изысканиями, подобными нашим, он получит тот же ответ, то есть ничего не получит. "Форд" ничем не лучше и не хуже других марок.
   - Хорошо, если никто не продвинется в исследованиях дальше нас, удовлетворенно сказала Зира. - Жаль, что нельзя достать модель "Т". Она больше похожа на автомобиль. Первая машина Форда скорее напоминает телегу с трубой. В книге написано, что он собирал ее своими руками из старья.
   - Силен! - сказал Ра Чен.
   На следующий день, ближе к полудню, Ра Чен давал последние указания.
   - Не стоит красть машину в прямом смысле слова, - напутствовал он Зиру. Если тебе что-то помешает, возвращайся без нее.
   - Слушаюсь, сэр. Гораздо безопаснее будет снять копию с автомобиля более позднего периода, например времен Смитсона.
   - Не говори ерунду, Зира! Машина должна быть новой. Разве можно дарить Генеральному Секретарю подержанную машину?
   - Нельзя, сэр.
   - Ты прибудешь на место около трех утра. Чтобы не обнаруживать себя, свети инфракрасными лучами и прими таблетки для обострения зрения. Постарайся, чтобы от тебя не исходило видимое излучение. Если кто-нибудь увидит искусственный свет, поднимется шум.
   - Ладно.
   - Тебе показывали...
   - Я знаю, как пользоваться дупликатором, - как всегда, несколько высокомерно отозвалась Зира. - Мне известно также, что оно дает обратное изображение.
   - Неважно, Привези обратное. Мы сделаем из него нормальное.
   - Разумеется, - Зира была огорчена, что делает лишь половину работы - Как быть с языком?
   - Ты говоришь на языке как белой, так и черной Америки, но это язык более позднего периода, чем тот, куда ты отправляешься. Поэтому не употребляй сленга и говори по-негритянски, если, конечно, тебе не понадобится произвести впечатление на белого. В этом случае говори на языке белых, но медленно и простыми словами. Может быть, тогда тебя примут за иностранку. Я на это надеюсь.
   Зира бодро кивнула. Пригнув голову, она вошла в камеру расширения. Обернувшись, втащила за собой дупликатор. Аппарат был невелик по размеру, но весил около тонны (с отключенным генератором подъемного поля). Один конец его был покрыт белым светящимся составом.
   Камера расширения постепенно растворялась в воздухе и наконец совсем исчезла. Она не отсоединилась от машины времени, но повернулась в направлении, по которому не распространяется свет,
   - Так-так. - Ра Чен потер руки. - Не думаю, чтобы ей было сложно достать нелетучий летучий посох Генри Форда. Другое дело, что скажет Генеральный Секретарь, когда увидит, что ему привезли.
   Светц кивнул, вспомнив черно-белые плоские рисунки из книг по истории. Автомобиль Форда был неуклюжий, неряшливый, уродливый и ненадежный. Несколько скрытых усовершенствований - и он станет достаточно надежным для того, чтобы им мог пользоваться Генеральный Секретарь. Но сделать его красивым просто невозможно.
   - Нужна другая забава, - сказал Ра Чен. - Автомобиль - только отсрочка.
   Со стороны машины времени, в которой путешествовала Зира, раздался звук разрываемой ткани, приглушенный и монотонный. Рабочие принялись готовить к отправке грузовую камеру расширения. Она понадобится Зире для доставки копии автомобиля.
   - Я бы все же попытался, - начал Светц.
   - Что сделать?
   - Найти птицу рок.
   - Страуса? - усмехнулся Ра Чен. - Какой ты упрямый, Светц.
   Светц не сдавался:
   - Вы знаете, что такое неотения?
   - Впервые слышу. Видишь ли, Светц, мы израсходовали на поездку за птицей рок почти все средства. Ты в этом не виноват, но еще одна такая поездка обойдется нам в миллион коммерческих единиц.
   - Мне не понадобится машина времени.
   - Вот как?
   - Мне нужна помощь придворного ветеринара. Вашего влияния достаточно, чтобы устроить мне встречу с ним?
   Должность придворного ветеринара занимала плотная, коренастая женщина с пышным бюстом, жилистыми ногами и тяжелым подбородком. Она шагала между рядами клеток, а вслед за ней летела грузовая платформа с аппаратурой.
   - Я знаю почти всех этих животных, - сказала она Светцу. - Когда-то я хотела дать им всем имена. У каждого животного должно быть имя.
   - У них есть имена.
   - Ну да. ЧУДИЩЕ ДЖИЛА, СЛОН, СТРАУС, - читала она. - Мать называет сына Горацио, чтобы люди не путали его с Гилбертом. Но никто не примет КОНЯ за СЛОНА. Здесь только один КОНЬ и один СЛОН. Бедные зверюшки!
   Она остановилась у клетки СТРАУСА:
   - Это ваша добыча. Я как раз собиралась навестить его.
   Птица в нерешительности переминалась с ноги на ногу. Склонив голову набок, она разглядывала пару за стеклом. Казалось, она удивилась приходу Светца.
   - Он похож на только что вылупившегося цыпленка, - сказала женщина. - Вот только ноги слишком велики. Они могут выдержать гораздо больший вес.
   Светц разрывался на части. Из его идеи вырос проект Зиры, и ему очень хотелось быть в Центре управления. А с другой стороны, страус - его первая неудача.
   - Скажите, - спросил он, - у него есть неотенические черты?
   - Конечно. Неотения - всеобщий способ развития. У нас самих имеются неотенические черты. Например, гладкая кожа. У всех других приматов она покрыта волосами. Когда наши предки начали гоняться за своим обедом по равнинам, им понадобилась более совершенная система охлаждения, чем была в то время у приматов. Таким образом, они приобрели один из признаков незрелости голую кожу. Еще один такой признак - большая голова. Классическим примером неотении служит аксолотль.
   - Простите?
   - Вы знаете, что такое саламандра? У детенышей саламандры имеются жабры и плавники. Взрослые животные дышат легкими, которые появляются вместо жабр, и живут на суше. Аксолотль, вероятнее всего, - это саламандра, не утратившая жабр и плавников. Генная мутация, типичная для неотении.
   - Я не слышал ни о саламандрах, ни об аксолотлях.
   - Они жили в открытых водоемах, Светц.
   Светц кивнул. Если этим животным была необходима для жизни природная вода, оба вида должны были исчезнуть более тысячи лет назад.
   - Загвоздка в том, что мы не знаем, когда ваша птица потеряла способность летать. В далеком прошлом в ее генотипе мог произойти какой-либо неотенический процесс, в результате которого крылья так и не развились. Возможно, внушительные размеры птицы компенсируют отсутствие крыльев.
   - Ага. Значит, ее предок...
   - Мог быть не крупнее индюшки. Ну что, войдем, посмотрим?
   Стеклянные стены раздвинулись. Войдя в клетку, Светц почувствовал, как они снова смыкаются. Страус опасливо попятился.
   Ветеринар вынула из мешка, лежавшего на платформе, силовой пистолет и выстрелила. Страус обиженно пискнул и упал. Раз - и готово. Ветеринар решительным шагом направилась к пациенту, но на полпути остановилась.
   - У меня что-то случилось с обонянием, - в страхе проговорила она, втягивая носом воздух.
   Светц вынул из кармана два предмета, похожих на целлофановые пакеты, и протянул один из них женщине:
   - Наденьте на голову.
   - Зачем?
   - Иначе задохнетесь.
   Он натянул свой пакет на голову и плотно прижал края к коже шеи. Голова оказалась в герметичном баллоне.
   - Воздух, которым заполнена клетка, ядовит, - пояснил он. - Это воздух прошлого. Пятнадцать столетий назад, когда цивилизация еще не родилась, никто ничего не сжигал. Поэтому здесь пахнет только страусом.
   А снаружи... Конечно, для того чтобы не умереть, не обязательно вдыхать сернистый или угарный газ и оксиды азота. Для поддержания дыхания необходим только углекислый газ. В лимфатических узлах левой подмышечной впадины располагается нервный комплекс, возбуждающий дыхательный рефлекс. Он реагирует на определенную концентрацию углекислого газа в крови.
   Ветеринар закупорила свой фильтрующий шлем.
   - Насколько я понимаю, концентрация углекислого газа здесь очень низка..
   - Точно. Вы забываете дышать. Вы привыкли к воздуху, в котором содержится четыре процента углекислого газа. Здесь концентрация углекислого газа в десять раз меньше. Птица спокойно дышит этой безвкусной смесью. Более того, в другом воздухе она погибла бы. Мы за полторы тысячи лет приспособились к загрязненной и постоянно загрязняемой атмосфере. У страуса не было этих пятнадцати веков.
   - Я учту это, - коротко ответила ветеринар, и у Светца возникло опасение, что он читал лекцию человеку, который знает гораздо больше.
   Женщина опустилась на колени рядом с оглушенным страусом, и платформа опустилась тоже.
   Светц смотрел, как ветеринар хлопочет над страусом, беря образцы тканей, измеряя кровяное давление и пульс на фоне действия наркотиков и других веществ.
   В целом он понимал, что она делает. Существовали стандартные методики нейтрализации наиболее поздних мутаций в генотипе животного. Они всегда давали ожидаемые результаты. В одной из клеток томился Homo habilis, который входил в число личных советников Генерального Секретаря, пока не назвал своего правителя слабоумным тираном.
   Выявляя неотенические изменения, ветеринар пыталась предугадать, что выйдет, когда они будут нейтрализованы. Неминуемо возникнут трудности, связанные с изменением обменных процессов. Если предположения Светца верны, масса птицы резко возрастет. Придется вводить ей питательные вещества внутривенно и очень быстро.
   В общем ясно, но конкретные действия абсолютно непонятны и нагоняют скуку. Светц поймал себя на том, что разглядывает фильтрующий шлем на голове ветеринара. Наполненный воздухом, баллон стал почти невидимым. Только золотистый контур выделялся на фоне желто-коричневого неба.
   Неужели Космос на самом деле хочет взять верх над Институтом Времени? Если так, то этот золотой нимб дает ему право на это. Шлем изготовлен из особого материала, который избирательно пропускает газы в обоих направлениях. Таким образом, относительно пригодный для дыхания воздух превращается в абсолютно пригодный.
   Дыхательные баллоны были взяты со склада Института Космоса и использовались сотрудниками Института Времени в неизмененном виде. Институт Времени взял на вооружение и другие достижения космической техники: летучий посох, ружье, которое стреляет анестезирующими иглами, облегченное антигравитационное устройство для новой камеры расширения.
   Однако их главный аргумент был более тонок.
   "Когда-то в океане бурлила жизнь, - подумал Светц. - Сейчас континентальный шельф мертв, как Луна, только города под куполами. Когда-то весь континент покрывали зеленые леса и цветущие пустыни, по которым бежали прозрачные реки. Мы вырубили деревья, истребили животных, отравили реки и принялись орошать пустыни, тем самым вытеснив жизнь и оттуда. И вот на Земле не осталось другой жизни, кроме пищевых дрожжей и людей. Мы забыли столько, что не можем отличить легенду от научного факта. За последние полторы тысячи лет мы уничтожили едва ли не всю жизнь на Земле и изменили состав атмосферного воздуха до такой степени, что боимся вернуться к прежнему составу.
   Я боюсь неизвестных животных прошлого, не могу дышать воздухом прошлого, мне не знакомы съедобные растения, я убиваю животных не для того, чтобы есть их, и не знаю, какое животное может убить меня. Земля прошлого так же чужда мне, как другая планета. Пусть и достается Космосу".
   Придворный ветеринар вонзала заостренные концы разноцветных трубочек в разные части тела птицы. Трубочки тянулись на платформу, к всевозможным приборам.
   В кармане у Светца зазвонил телефон. Светц рывком расстегнул карман.
   - У нас неприятности, - сказал Ра Чен с экрана. - Камера Зиры возвращается в Институт. Очевидно, она опустила рычаг "домой" сразу же после того, как вызвала грузовую камеру расширения.
   - То есть решила вернуться, не дожидаясь прибытия грузовой камеры?
   - То, что там произошло, произошло быстро, - хмуро кивнул Ра Чен. - Если она вызвала грузовую камеру расширения, значит, нашла автомобиль. Через несколько секунд она прекратила выполнение задания. Светц, я волнуюсь.
   - Сэр, мне очень не хочется уходить отсюда, - Светц оглянулся на страуса.
   В этот момент все перья птицы осыпались, обнажив округлое тело. Светц принял решение:
   - Я не могу уйти, сэр. Через десять минут мы сделаем из страуса птицу рок.
   - Что-что? Неплохо! А как?
   - Страус - неотенический потомок птицы рок. Мы заставили его совершить обратное развитие.
   - Хорошо, оставайся. Постараемся обойтись без тебя, - Ра Чен отключился.
   Придворный ветеринар сказала:
   - Не следует давать обещаний, которые невозможно сдержать.
   - Что-то не получается? - У Светца екнуло сердце.
   - Нет, пока все идет прекрасно.
   - Все перья опали. Это хорошо?
   - Не волнуйтесь. Посмотрите сами - вместо них растет пух. Ваш страус впадает в детство, - сказала она весело. - В детство своего предка. Если предок на самом Деле был не больше индюшки до того, как разучился летать, то цыпленком наш страус будет и того меньше.
   - И что тогда?
   - Он потонет в собственном жире.
   - Нужно было записать генетический код.
   - Поздно. Взгляните-ка еще раз! Обратите внимание на ноги - они уже не такие мощные.
   Птица лежала на полу клетки как большая груда бледно-желтого пуха. Скелет уменьшился, особенно заметно уменьшились ноги. Теперь она была бы не выше четырех футов. Избыток массы превратился в жир, и страус стал почти круглым. Он напоминал надувную игрушку, брошенную в желтую лужу.
   - Теперь он действительно похож на цыпленка, - заметил Светц.
   - Не только похож, Светц. Это настоящий цыпленок, просто очень большой. А взрослая птица будет гигантом, - придворный ветеринар вскочила на ноги. Нужно поторопиться, Светц. Скажите, в клетку подаются дрожжи?
   - Да, а что?
   - Он растет так быстро, что умрет от голода, если... Покажите мне, где кормушка?
   Все животные в виварии питались дрожжами, как и люди, но каждому животному давали специальные добавки. Особое средство создавало у зверей иллюзию, что они едят то, чем привыкли питаться до того, как машина времени увезла их в будущее.