- Вы меня не разыгрываете? - Не зная как реагировать Шутов растерянно посмотрел на притихших подчиненных, швыркнул носом и переспросил. - Вы не шутите?
   - Нет, мы не товарищ Шутов, мы не шутим.
   - А мы только что об этом говорили. - Неуверенно сообщил он. - Вообще - то это дело ведет областная прокуратура, но нас долбят каждый день.
   - Вот видишь, а ты нас плохо встретил и невежливо разговаривал.
   - А где он? - Игнорируя ефимовское замечание тихо и задушевно спросил Шутов.
   - В надежном месте и под бдительной охраной. - Авторитетно ответил тесть.
   - А сказали, что привезли. - Разочарованно протянул он. - Еще курочка в гнезде...
   - Спокойно, начальник, у тебя кто - то есть кто мог бы оприходовать деньги?
   - Какие ещё деньги?
   - Те самые. Деньги которые налетчики сняли в банке.
   - Вы это серьезно?
   - Серьезнее не бывает. Нужно оформить акт приема - сдачи на четыреста восемдесят тысяч рублей. Вы готовы?
   - Ну кто их оприходует, это мы найдем, было бы что оприходовать. Где деньги, или опять в надежном месте под бдительной охраной?
   - А как же без бдительной охраны? Короче, деньги в Костиной машине. Но подождите! - Остановил он рукой разом вскочивших ментов. - Сначала я хочу обговорить условия ареста нашего подопечного.
   - Какие ещё к черту условия! - Раздраженно заерзал Шутов горя нетерпением тотчас вцепиться в жирную добычу. - На ночь оставим его здесь в собачьем ящике, а утром будет видно. Он у вас тоже в машине?
   - Нет, и ты его не увидишь пока не пообещаешь мне выполнить несколько условий.
   - Да вы что? С ума посходили?! Я буду расценивать это как укрывательство!
   - Ты опять за свое? - Многозначительно посмотрел в его глаза тесть.
   - Ну хорошо, говорите.
   - Во - первых, он напишет вам чистосердечное признание, что должно расцениваться как явка с повинной, а это на самом деле так и есть. Вы согласны?
   - Предположим. - Неохотно согласился Юрка выпуская из своих рук крупного сазана.
   - Во - вторых, в дальнейшем вы определите его в приличную камеру, потому как он не убийца и единственный оставшийся в живых преступник и свидетель в одном лице. А это обязывает вас держаться с ним вежливо и корректно. Вы согласны?
   - Согласен. - Выдохнул Шутов и посмотрев на офицеров заржал. - Ну и что, мужики, свистать всех наверх, готовить пятизвездный "собачий ящик"! Как вам нравиться такая идиотская сделка?
   - Нормально. - Сипло ответил майор. - Главное то что налетчик пойдет от нас.
   - Уговорили, давайте, господин Ефимов, подвозите вашего клиента, встретим его по высшему разряду! Из скольки человек вам выделить эскорт? Одних я вас не пущу.
   - А мы и не собираемся. Пойдите и возьмите сами. Все у Кости в машине. Только не разорвите его на части.
   - Юрий Александрович. - Откашлялся тесть когда возбужденная толпа покинула кабинет. - Учти один момент, при допросах особенно не усердствуйте, это я к тому что он действительно не знает кто убил Кондратова с Голубевым и куда подевались доллары. Мы крутили его на этот счет не меньше часа и пришли к выводу, что он в это не был посвящен. Ему отводилась второстепенная роль.
   - А кто же был на первых ролях?
   - Петр Голубев. - Вместо тестя ответил я. - Он уволок валюту и прикончил на месте своего подельника Кондратова. Это мое предположение, но ты с ним согласишься когда послушаешь Медведева.
   - Тогда кто же прикончил его самого и где следует искать остальные деньги?
   - Медведев этого не знает, а я постараюсь ответить тебе через несколько дней.
   - Ты в себе уверен?
   - Нет, потому и говорю - постараюсь.
   - Обещай мне, что первый кто об этом узнает буду я.
   - Изволь, пусть будет так.
   Еще раз, со всеми вместе выслушав исповедь Медведева и оформив некоторые документы, в десятом часу мы вышли из РОВДе. За это время изменилась Санькина судьба и погода на улице. Проливной дождь шел единой белесой стеной, так что по ту сторону дороги ничего не было видно. Даже расстояние до машины стоящей в десяти метрах от нас показалось нам рискованным, а козырек над входом единственным безоппасным островком.
   - Ну и что ты думаешь? - Протягивая сигарету спросил Ефимов.
   - Ничего. Я устал и хочу спать. Сегодня утром вы мне этого не дали.
   - А может быть...
   - Нет, никуда заходить я не буду и даже водки не хочу.
   - Костя, а ты не заболел? - Участливо спросил он и потрогал мой лоб. Слушай, а ведь и в самом деле ты весь горишь как моя совесть. Что случилось?
   - Не знаю, но чувствую себя хреново. Наверное простыл.
   - Не хватало тебе слечь и особенно сейчас.
   - Не слягу. - Успокоил я его. - Мне завтра к вечеру понадобится Макс.
   - Зачем, в прошлый раз мы отлично справились без него.
   - Завтра не тот случай и ваша благообразная седина не поможет. Мне нужен Макс.
   - Как скажешь. У него завтра дежурство, я его подменю сам. Поехали, кажется дождь утихает. Напьешся горячего чая с малиной. Говорят, помогает.
   Бабка - существо недоверчивое и подозрительное, а если она работает в таком престижном месте, как бар "Ночная Фея", то и подавно. Просто так в доверие к ней втереться трудно, подчас и невозможно. Здесь нужно действовать исподволь, по заранее разработанному плану и желательно не в одиночку. Уличные лоботрясы за бутылку водки согласились содействовать мне в моем некрасивом предприятии. И теперь сидя на скамейке неподалеку от бара я ждал появления главного действующего лица, чтобы вполне оценить актерские способности моих наймитов.
   Уборщица, посудомойка и просто хороший человек, Анастасия Леопольдовна Вагнер, на горизонте появилась в половине двенадцатого. показав на неё подбородком я дал моим хулиганам условный знак.
   Загородив аллею они обступили её плотным кольцом и гнусно улюлюкая пустились в дикий пляс. Бедная старушка! Сначала она оторопела, а после, охваченная паникой, начала кидаться из стороны в сторону, тщетно пытаясь найти выход. Отличными артистами оказались оболтусы, чистого Бертольда Брехта изобразили. Но пора было идти на помощь шалеющей от страха бабульке, неровен час кондрашка хватит.
   - Кретины, идиоты! - Заорал я подбегая. - Что вы делаете? Немедленно прекратите!
   - Канай отсюда, мужик! - Войдя в раж совершенно серьезно посоветовал мне конопатый детинушка с которым я и договаривался. - Ну, кому я говорю!
   Бунт на палубе нужно гасить в самом его начале иначе он грозит перейти в обширный пожар всего судна. Свято помня об этом, я затушил конопатого ударом ладони по горлу. Захрюкав он заскучал и сломался пополам, а три остальных полудурка тут же скрылись в кустах.
   - С вами все в порядке? - Поддерживая трясущийся старухин остов участливо спросил я. - Негодяи и откуда они только взялись! Как вы себя чувствуете?
   - Ой плохо, батюшка. Ну и сученята! Ой, сейчас сердце выпорхнет!
   - Давайте ка я провожу вас на скамеечку. - Ворковал я заботливо подталкивая старуху. - Посидите, отдохнете малость.
   - Ой, спасибо, батюшка. И чтоб я без тебя делала? - Сокрушалась Анастасия Леопольдовна в изнеможении откидываясь на скамейке. - Да что ж они такое творят - то?
   - Играют они, бабушка. Досуг свой так проводят. - Нагло фарисействовал я. - Мыто такими не были, а нынешняя молодежь...
   - Так ведь помереть от таких игрушек можно. Вон как дух зашелся, по сейчас не отпускает. Чертенята сучьи!
   - Может быть глоточек коньяка вам поможет? - Осведомился я услужливо протягивая ей стеклянную фляжку.
   - Ой, что ты, батюшка, нельзя мне, - замахала она руками и захлопотала личиком, - начальница у меня строгая! Разве что немножко? Граммулечку?
   - Можно и граммулечку, можно и немножко. - Покладисто ответил я передавая ей коньяк. - А где вы работаете, что так боитесь начальницу?
   - Так в баре, батюшка. - Заглотив добрую толику она промокнула морщинистую гузку рта. - Посуду я там мою, полы тоже, да и так подмогаю.
   - Вы наверное видели как недавно грабили банк?
   - Ох, страсти - то какие! Нет, родненький, такого не видала. Выходные мы были.
   - Ну так по рассказам. Что говорят те кто в ту ночь гулял в вашем баре.
   - Вот и я говорю, что гуляли ночью, а начальница, что тебе ослица уперлась. Не было, говорит, никого и баста. А как же не было, когда я на следующий день пришла, а столик у окошка не убранный. Дура я что ли? Я же помню, как во вторник, а верно будет сказано, в среду в пять утра все перемыла, все почистила. Откуда же грязному взяться? Разве ещё глоточек сглотнуть? Ох, грехи наши тяжкие.
   - А с утра - то, не много ли будет? - Бесцеремонно отбирая фляжку задал я бестактный вопрос. - Как бы тебе, бабуля, совсем не поплохело. Дуй на работу!
   Высосав из неё всю нужную мне информацию, я сделался грубым и веселым. И было с чего. Подтвердилось то, о чем я думал с самого начала и о чем говорил мне Санек Медведев. В момент ограбления в баре кто - то был. Сам по себе этот факт ничего преступного в себе не несет, но вот почему его с таким завидным упорством отвергает Наталия, это уже непонятно, если не сказать больше. Это наводит на некоторые размышления и заставляет серьезно задуматься.
   В десять часов вечера я сидел за стойкой бара "Ночная Фея" и непринужденно беседовал с полуголой проституткой величавшей себя Коти. Макс расположился в полутемном углу через зал. Он дул пиво "Три Толстяка", заедал его рыбными бутербродиками и был бесконечно счастлив неожиданно свалившимся на него выходным.
   Из проведенной заранее рекогносцировке я знал, что Наталия Федько в данное время находится в служебной половине у себя в кабинете и её покой охраняет крепкий нагловатый мальчонка очень напоминающий мне одного из пассажиров белой Нивы. Мое состояние к вечеру опять ухудшилось. Вместе с температурой пришло раздражение, а ватная слабость заложила уши.
   - Костик, а ты невнимателен. - Противно липла девка. - У меня давно закончился "Торнадо", а ты этого не замечаешь.
   - Бармен, повторите даме коктейль. - Отстраняясь от её душного тела распорядился я, краем глаза отметив как многозначительно посмотрел на меня Ухов.
   - Костик, а давай мы с тобой пересядем за столик. - Капризно заявила проститутка. - Я уже на этом шесте всю попу себе отсидела.
   - Тебе не привыкать. - Бестактно ответил я, напряженно рассматривая в зеркале двух, только что вошедших парней. Сомнений быть не могло, светловолосый парень в темных очках стоящий за моей спиной был мой вчерашний знакомый, наблюдатель и охотник за грешной душой Медведева Санька. Известив Макса, что его подозрения верны, я углубился в дегустацию паршивого коктейля, затылком наблюдая за действиями вошедших парней.
   - Витек, ты что - нибудь будешь? - Спросил светловолосый у своего спутника, классически звероподобного типа со скошенным черепом и выдающейся мандибулой.
   - Не, Сивый, что - то не хочется. Может быть после. Возьми мне чего нибудь попить. Сушняк замучил.
   - Жорик! - Подходя к стойке щелкнул пальцами Сивый. - Мне как всегда, а Витьку стакан коки. Меня Фея не спрашивала?
   - Спрашивала. - Выполняя заказ ответил бармен. - Сказала чтоб сразу же зашел.
   - Подождет, не на девятом месяце.
   Забрав напитки Сивый направился к столикам, а я рассмеявшись приобнял Коти за плечи шепнул ей на ушко.
   - Ты знаешь чего я сейчас хочу больше всего? Да так что сил моих нет. Угадай!
   - Угадаю. - Кокетливо пообещала она. - Больше всего ты хочешь меня.
   - А вот и не угадала. Больше всего я сейчас хочу в сортир. - На весь бар заржал я и поднявшись нетвердой походкой отправился в служебную половину.
   Из небольшого тамбура расходились три двери. Правая вела на кухню, центральная в складскую комнату, а третья открывалась в небольшой коридорчик, святая святых этого заведения, в конторку мадам Федько. Там расположился служебный туалет, бухгалтерия и её кабинет, а в самом тупичке стоял стол охранника. Именно этот коридорчик и был моей вожделенной целью, именно сюда я и сунул свой любопытный нос.
   - Сюда нельзя! - Нагло преграждая мне путь дыхнул мальчонка чесноком.
   - Ты ошибаешься, мальчик, мне везде можно. - Обаятельно улыбнулся я и что есть моченьки хлопнул его ладонями по ушам, а когда он схватившись за голову истошно заорал я выключил его точным ударом под ложечку. Сломавшись пополам он замолчал и покатился по полу. Резко распахнув дверь кабинета я чуть было не зашиб притаившуюся за ней хозяйку. Видимо её немного встревожили вопли поверженного стражника и она хотела закрыться на замок. Не успела, родненькая.
   - Вы?! - Бледнея воскликнула она. - Что вам здесь нужно?
   - Соскучился я без вас, мамзель. Вы даже не представляете как после той нашей встречи мне вас не хватает. Сколько бессонных ночей я провел думая о вас, Ночная Фея или попросту Наталия Федько, Эн Фэ одним словом!
   - Уходите, мне некогда. - С негодованием она засучила ножками.
   - Как это нелюбезно с вашей стороны, человек страдает, а вы с ним так жестоки.
   - Что вам от меня нужно?
   - Правды, правды и ещё раз правды. Присаживайтесь пока, - подталкивая её к дивану разрешил я, - разговор у нас предстоит долгий.
   - Не о чем мне с вами разговаривать, я сейчас крикну своих парней и тогда вы в самом деле будете иметь открытые переломы обеих ног.
   - Не утруждайте себя. Одного я вырубил, а двое в пополаме лежат в зале. Наверное перепили, бедняги. Короче говоря, рассказывайте как оно было.
   - Не понимаю, что вы от меня хотите.
   - Когда поймешь, будет поздно. Стерва, ты жа мне врала, когда говорила, что в в ночь ограбления в баре никого не было. Теперь я знаю точно, здесь были люди, а значит и ты находилась здесь, потому как ключи от бара имеешь только ты и уборщица. Ты будешь говорить или нет?
   - Она говорить не будет. Говорить будем мы. - Торжественно сообщил мне вошедший Сивый и пропуская своего спутника вперед, распорядился. Разберись с ним, Витек.
   Хорошими манерами Витек не блистал и нормы этикета ему были незнакомы. С трудом отразив пару его ударов на третий отреагировать я не успел. Отыграв затылком о пластиковую панель я дохлой селедкой сполз на пол возле двери. А жаль, я надеялся продержаться немного больше.
   - Что с ним? Кажется шандец, отпрыгался косой. Куда его теперь? Оценивая работу своего дружка делово спросил Сивый и потрогал меня ногой.
   - Он ещё живой. Пусть пока лежит здесь. - Решительно заявила Фея. Ночью погрузите в машину, а под утро, когда гаишников поменьше отвезете и бросите в Волгу.
   - Нельзя ему нынче купаться. - Врываясь возразил Ухов попутно сворачивая Сивому челюсть. - Ему это противопоказанно. Простыл он, господа хорошие.
   - Помогите! - Бросаясь к двери истошно завопила Ночная Фея.
   - Поможем. Отчего же не помочь? - Рассудительно отозвался Ухов и прихлопнув её ладошкой отшвырнул на диван к скулящему там Сивому. - Ну что, брат, последний ты у меня остался. - Пошел он на ощетинившегося под окном Витька. - Может сам ляжешь, добром прошу, а то ведь покалечу я тебя.
   - Лежать, сука! - Просовывая в дверь пушку, но сам благоразумно оставаясь за порогом заорал недобитый мной мальчонка. - Кому говорю!
   Кажется пришло мое время, да и позиция у меня наивыгоднейшая. Сгруппировавшись я изо всех сил двинул ногами по двери. Может я перебил ему кости, а может и нет, но орал он так словно из него вытягивают душу. Отлетевший ко мне пистолет я использовал по назначению. Направив его на Витька, я пожаловался на плохое самочувствие тела и психическое расстройство души. Парень он оказался рациональным, трезво оценил обстановку и безропотно позволил Максу защелкнуть на нем наручники. Пока он то же самое проделывал и с остальными я закрыл на замок дверь коридорчика и приволок из него воющего стражника. Пообещав, что будет ещё больнее, я пожаловался на головную боль и попросил его заткнуться хотя бы на некоторое время.
   Когда все четверо были стреножены и аккуратно приторочены к стульям я позвонил Ефимову, сообщил, что все в порядке и велел через час присылать машину.
   - У кого есть какие - нибудь документы? - Кладя трубку спросил я.
   - Ты мне ещё за это ответишь! - Зашипела Ночная Фея наблюдая как я ковыряюсь в её сумочке. - На коленях будешь ползать, козел!
   - Макс, она заставляет меня нервничать, скажи ей, что так нехорошо.
   - Да ну её к собакам, духами от неё воняет, а у меня на них аллергия.
   Документы оказались у всех кроме Витька. Очаровательная Наталия Николаевна Федько оказалась двадцатисемилетней незамужней женщиной прописанной в нашем городе. Местную прописку имел и мальчонка, двадцатидвухлетний Владимир Желтков, а вот Сивый, по паспорту оказавшийся Сергеем Владимировичем Крутько, меня очень огорчил, потому как городской прописки он не имел, а значился гражданином села Белое.
   - Кажется мы попали в десятку. - Подумал я ещё раз перечитывая его реквизиты.И если ещё три минуту назад меня мучили некоторые сомнения и опасение за возможную ошибку, то теперь я вздохнул легко и свободно.
   - Сергей Владимирович, а ведь я с твоим дедушкой знаком. - Радостно сообщил я хмурому ублюдку. - Прекрасной души человек. Он, знаешь ли, меня от верной смерти спас. Откопал из ямы в которой ты меня похоронил. Наверное это историческая диалектика. Родители всегда стараются исправить ошибки своих детей. Ты куда дел церковные цацки? Говори сучонок, а то удавлю.
   - Нн-мне-тне-мээ - Промычал он что - то нечленораздельное и тут только я заметил, как восхитительно разнесло его харю. На славу постарался ОМОН.
   - Макс, он же говорить не может, вправь ему челюсть взад.
   - Костя, а она сломана. - Удивленно сообщил он через некоторое время. - Точно я говорю, сломана, причем в нескольких местах и два зуба вылетело.
   - Ну да и черт с ним, быстрее подохнет, в тюряге беззубых не любят. Оставь его в покое, нам все расскажет Наталия Николаевна. У неё должно получиться. Правда?
   - Ничего я вам говорить не стану, потому что ничего не знаю, но на вас я буду
   жаловаться. Вы за свое хулиганство и зверское избиение ответите перед законом!
   - Ну и не надо, подумаешь какая сердитая. Обойдемся без тебя. Нам все доложет Володенька. Правда Володенька?
   - Я ничего не знаю. - Уставившись в пол пробубнил мальчонка, а Макс потеряв терпенье предложил мне на пять минут выйти в коридор.
   Когда я вернулся через десять минут, кроме Ночной Феи, говорить со мной хотели все. Вытащив мальчонку, как самого перспективного стукача в коридорчик, чтобы его не смущали остальные, я велел ему говорить.
   - Мы в ту среду, когда ограбили банк, собрались здесь чтобы отметить день рождения Витька. - Торопливо начал Желтков. - сидим гуляем, байки травим, две телки с нами, ну и Наталия Николаевна тоже. Нормально, путем сидим, никого не трогаем. А тут вдруг Серега по плечу меня хлопает и на окно показывает. Он как и я у окошка сидел. Отдернул я немного штору и офанарел. Смотрю, а из банка два пацана мешок прут! А сами понимаете, что можно ночью из банка в мешке выносить. Я с дуру - то говорю, милицию надо звать, а он рассмеялся и говорит, что обойдемся без милиции. А тут белая "десятка" подкатила. Вылез из неё какой - то мужик и зашел в банк, а потом там хлопнул выстрел и заорала сирена. Мужик с мешком выскочил, сел в свою тачку и сквозанул, а Серега записал номер машины, приказал потушить свет и всем идти на склад, потому что там нет окон. Дождались мы утра, и незаметно, по одному расползлись в разные стороны. А на следующий день Серега мне позвонил и сказал, что есть новое дело. Ну, собрались мы втроем и Наталия Николаевна нам сообщила, что Банк ограбил сам управляющий Голубев.
   - Почему она была так уверена?
   - Она специально ходила к нему на прием и опознала в нем того грабителя. Тогда Серега говорит, что его надо проучить, но не с помощью милиции, а своими силами. Я согласился, а через день, вечером мы взяли его в оборот. Проводили до дома, а там и нахлобучили. Стукнули палкой по темечку когда он вылазил из своей тачки. Отвезли его в лес, привязали к дереву и Витек сказал ему, что мы все видели и он должен те деньги полностью отдать нам. Он долго не сознавался, Витек почти два часа его отрабатывал. Но ничего, раскололся потом, а куда бы он делся? У Витька все становяться разговорчивыми и покладистыми.
   - Володя, а зачем же ты его убил. - На арапа спросил я.
   - Я не убивал! - Испуганно воскликнул Желтков и торопливо доложил. Это все Витек с Сергеем. Говорят, опасно оставлять раненого шакала, может укусить. Накинули ему удавку, перебросили через сук и вдвоем начали тянуть. Долго он в воздухе плясал, все никак повеситься не мог. А потом ничего, затих.
   Бабки он дома хранил, сказал, что они на кухне под подоконной панелью в кирпичном углублении. Ну мы сразу - то не пошли, подождали пока все успокоиться, когда его похоронят, а потом поутрянке и пошли. Его баба дура, дверь сразу же открыла, даже не спросила кто и зачем. Витек её вырубил, чтоб не мешалась и на кухню. Мы за ним. Отодрали панель и точно, не соврал нам начальник, деньги были там. Забрали мы их и хотели уже уходить, а тут Серега опять за свое. Нельзя, говорит, бабу оставлять живой. Закозлит и нам крышка. Ну тогда Витек пошел и её убил.
   - Врешь, сначала вы её изнасиловали, потом пытали утгом, искали уже другие деньги и только после этого вы её убили. Так было?
   - Ну так. - Нехотя согласился он. - Но только я опять не убивал. То Серега с Витьком. Они и дворника убили и его собаку, а я просто смотрел.
   - А за что вы "замочили" Илью Мамедова?
   - Это все они, все им денег было мало. Когда пытали Голубева, то он сначала хотел подставить пацанов. Назвал их имена - фамилии и сказал, что все деньги у них. Ну и немного погодя отловили мы этого Илью и тоже в лес его отвезли. Сначала подобру поздорову просили отдать деньги, а он упертый, ни в какую. Тогда Витек за него взялся, да только твердым орешком он оказался, не по зубам даже Витьку. Пришлось нам его тоже повесить. Серега сказал, что ничего страшного, бабки мы все равно возьмем. У нас, говорит, в запасе ещё один есть, дружок его, он на похоронах обязательно появиться, тогда мы его и накроем. Выследили мы его как положенно, да только какой то мужик его из под самого носа увел. Мы гнались за ним, но он от нас ущел. Вот и все.
   - Нет, не все. Где вы спрятали валюту, ту которую взяли из дома Голубева?
   - Все до копеечки отдали Наталии Николаевне. Она сказала, что про неё нам надо на полгода забыть. Больше я ничего не знаю.
   - Знаешь, Володенька, знаешь. Расскажи ка мне за что вы до смерти замучили старую учительницу из Белого села, расскажи как хотели похоронить меня заживо, как заперли в церковном подвале и куда дели церковное серебро.
   - Этого я не знаю, там Серега с Витьком вдвоем шустрили, но кажется серебра они так и не нашли. Не знаю, врать не буду.
   Оттащив его назад в кабинет, я вплотную занялся Виктором. Типусом он оказался мрачным и неразговорчивым, отвечал нехотя и односложно. Максу стоило больших усилий его разговорить. Но все равно каждое слово приходилось тянуть из него клещами. Каждая фраза давалась с трудом.
   - Да что там рассказывать. - Неохотно ответил он на поставленный вопрос. - Кому от этого легче? Ну хотели мы поднажиться, ну и что?
   - Или ты будешь говорить или я заставлю тебя кричать. - Теряя терпенье пообещал Макс и потрогал одну из болевых точек.
   - Да я ж не против, - застонал Виктор, - Все одно в дерьмо влипли.
   - Вот - вот, а если влипли, то веди себя послушно. Кто первый предложил идею?
   - Ну не я же. Конечно Серега. У него там в Белом дед начальником работает. Вот он - то все ему и рассказал. Ну про то, что поп золотишко с икон ещё в двадцатом годе заныкал. Он просто так рассказал, а Наташка сразу уцепилась. Сама поехала к деду и все в подробностях узнала.
   - Что же она узнала?
   - Про то, что внучка того попа до сих пор в деревне живет.
   - Ну и что же из этого следует?
   - Она придумала тот клад найти. Сама не поехала, а нас послала.
   - Куда она вас послала?
   - Ну к этой старухе, как её, Крюкова что ли?
   - Дальше. Говори, Виктор, не заставляй меня нервничать.
   - Приехали мы к ней. Ночью. Сказали, чтобы она нам все отдала, а она отдавать ничего не захотела. Тогда я сломал ей мизинец. Сама виновата. Отдала бы сразу и все было бы хорошо. А она упертой оказалась. Сама виновата.
   - И долго ты её мучил?
   - Нет, около часа, пока все пальцы не сломал. А она все равно говорить не хотела. Тогда я ей костыль закрутил, а он тресть и лопнул, нога, значит, у неё сломалась. А она все равно не говорит где её предок барахло заныкал. Я тогда её полоианнуй ногу стал опять крутить, ну тут она глаза закатила и подохла. Серега ругать меня начал, а я что? Виноват что ли? Ну а потом мы уехали.
   - Зачем приезжали во второй раз?
   - Опять Наташка послала. Она туда ездила и двор её обсмотрела. Приехала и говорит, что знает где поп спрятал барахло.
   - И где же по мнению Наталии он его спрятал?
   - Сам же знаешь. В той яме за цветником. Мы поздно вечером туда поехали и яму ту раскопали, да только ничего не нашли. А тут, говоришь, ты сам приехал, ну мы тебя и решили там оставить.
   - Это ты меня ударил?
   - Если бы я, то мы бы здесь не сидели. Серега тебя отоварил, козел, не мог как следует мочкануть. - С тоскливым сожалением заметил Виктор. Теперь из-за него срок мотай. Не можешь - не берись, козел! В общем, начальник, ничего мы не нашли.
   - Зачем же вы подались туда в третий раз?
   - Нет, больше мы туда не ездили.
   - Ты наверное плохо помнишь? сейчас Макс твою память освежит.
   - Не надо, начальник. - Мелко затрясся дипломированный убийца. - Я тебе родной мамой клянусь больше мы туда не совались.
   - Врешь, Виктор, вы приезжали туда недавно. Проникли в церковь через открытое окно. Увидели, что я нахожусь в подвале и перекрыли мне кислород, надеясь, что я со временем сдохну там сам.
   - Ошибаешься, начальник, не было такого.
   - Врешь. Кто вам показал подземный ход?
   - Какой ход, о чем ты говоришь? Не знаю я никакого хода.
   - Знаешь. Тот самый ход, что ведет в церковный подвал и начинается от утеса.
   - Первый раз о нем слышу.
   - Опять врешь. Вы проникли в него и похитив церковные ценности скрылись. Куда вы их отвезли? Где они находятся в данное время?
   - Ошибаешься ты, начальник, точно тебе говорю. Нет у нас никаких ценностей.
   - Макс, он никак не может вспомнить куда подевалось добро. Окажи ему такую пустячную любезность, проясни его память.
   - Начальник, тебе и десять максов не помогут. Если нет у нас ничего, так откуда же взять? И про твой подземный ход я слышу в первый раз.
   - Ничего, в ментовке ты услышишь во второй и тогда обязательно вспомнишь.
   - Иваныч, а похоже что он не врет, если уж раскололись насчет мокрухи и банковских денег, то какой ему смысл молчать о старом хламе.
   - Этот "хлам", господин Ухов, может стоить в тысячу раз дороже чем вонючие доллары и марки. И они это прекрасно знают.
   В дальнюю дверь затарабанили громко и нервно и даже давая нам времени её открыть, со вкусом высадили. Группа оперативных работников начала операцию.
   Одетый в комуфляжный костюм тесть был отважен, важен и деловит. Одним из первых заскочив кабинет, он первым делом съездил Виктора по морде и удоволетворенно констатировал.
   - Попались, суки! Кто руководитель банды?
   - Гражданин Ефимов, оставьте помещение и не мешайте работать. - Осадил его пыл белесый, словно выгоревший на солнце, капитан. - Если вы понадобитесь, то мы вас обязательно пригласим.
   - Ну не сукины ли дети? - Сокрушался полковник, когда мы возвращались домой.Мы же им на блюдечке все преподнесли и такое отношение! Гражданином назвал! Сука!
   - Не переживайте, товарищ генерал, лучше садитесь за руль, что то мне совсем поплохело. Наверное слягу.
   Через пару дней я оклемался и узнал, что несмотря на все усилия следователей проводивших дознание, банда так и не признала факта хищения церковной утвари.
   КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ.
   20.09.99.
   г. ТОЛЬЯТТИ