– Они успели! – закричал я. – Боб, они успели!
   Он долго смотрел на всплывшую субмарину, потом перевел взгляд на меня.
   – Мне надо было отключить связь по сонару, – медленно сказал он. – Они перехватили сигнал.
   – Да о чем ты говоришь! – удивился я. – Ты ведь хотел, чтобы сюда пришел корабль?..
   Уже сказав это, я понял, что ошибся. Жестоко ошибся!
   В том, что длинный изящный корпус этого корабля показался мне знакомым, не было ничего странного. Слова Боба подтвердили мое предположение.
   – Это не флот, Дэвид. Это «Касатка»! Они перехватили мой сигнал сонаром!

21
НА БОРТУ «КАСАТКИ»

   Амфибии затащили нас в свой подводный крейсер и закрыли люк. На это ушло не больше одной минуты. Мы были слишком шокированы для того, чтобы оказывать сопротивление.
   К тому же сопротивляться было бессмысленно. И на борту «Касатки», и на маленьком плоту посреди океана наше положение было в равной мере неутешительным:
   «Касатка» ушла под воду. Внутри корабля стоял характерный резкий запах светящихся водорослей, запах, который у меня стал прочно ассоциироваться с амфибиями. Было душно и сыро, под ногами хлюпала вода. К чему бы мы ни прикоснулись, все было мокрым, скользким, покрытым ржавчиной и плесенью.
   По моим предположениям, на борту «Касатки» находилось не меньше двадцати амфибий. Затаскивая нас в люк, они не произнесли ни слова. Я был уверен в том, что большинство из них вообще не говорило по-английски. Когда они переговаривались между собой, в их речи звучала нечленораздельная смесь глухих согласных и певучих гласных.
   Они отвели нас к Джо Тренчеру.
   Предводитель мятежников, на котором была только серебристая набедренная повязка, ожидал нас в рулевой рубке. Над его головой висел душевой шланг, из которого не переставая лилась соленая вода. Когда он увидел нас, на его лице появилась недовольная гримаса. Своей внешностью он напоминал сказочного подводного царя, правда, при этом предводитель амфибий ухитрялся управлять большим современным кораблем не хуже образованного и опытного капитана.
   – Почему вы полезли в наши дела? – грубо спросил Джо.
   – Крэкен – наш друг, – ответил я за себя и Боба. – К тому же морское дно находится под юрисдикцией флота Соединенных Штатов.
   Тренчер еще сильнее нахмурился. Несмотря на лившуюся на него воду, он тяжело хрипел и то и дело кашлял.
   – Я простудился, – недовольно пробурчал он, исподлобья глядя на нас. – Не могу переносить этот сухой воздух!
   – Воздух здесь нормальный, – резко возразил Боб. – А вы разрушаете корабль. Разве вы не знаете, что от такой влажности он попросту сгниет?
   – Это мой корабль! – со злостью воскликнул Тренчер. – Во всяком случае, он прослужит мне столько, сколько нужно. Крэкены уже разбиты, а когда их не будет, нам не потребуются корабли.
   Я постарался держать себя в руках. Крэкены разбиты!
   – А что, Крэкены… Они…
   – Ты хочешь сказать, мертвы? – закончил за меня фразу Джо. – Даже если они до сих пор живы, они протянут недолго. Они разбиты, ты понял?
   Похоже, сама мысль о Крэкенах приводила Джо Тренчера в ярость. Но как раз это и вселяло в меня некоторую надежду. Если бы мои друзья продержались еще немного!
   – Лучше объясните, – прохрипел Тренчер, – что означает ваше сообщение? Что это значит – диатома, радиолярия? При чем здесь моллюски?
   Боб взглянул на меня, а потом шагнул вперед.
   – Диатома – это я, – объяснил он. – Радиолярия – это мой начальник, командующий подводным флотом. Я получил специальное задание – собрать информацию о тебе и твоих соплеменниках. Я эту информацию собрал. И теперь по моему сигналу сюда может явиться весь флот! Будет сделано все, чтобы подавить мятеж и восстановить контроль над впадиной!
   Боб говорил так твердо и уверенно, что я просто не узнавал его.
   – Это твой последний шанс, Тренчер! – продолжил он с такой величавой интонацией, которой мог бы позавидовать даже адмирал. – Я предлагаю тебе сдаться. И могу принять твою капитуляцию прямо сейчас!
   Это был смелый жест. Но предводитель амфибий тоже был не робкого десятка.
   Он всего на секунду задумался, тяжело дыша и подозрительно косясь на Боба – и тут же разразился хриплым, прерывистым смехом.
   – Ты, наверное, шутишь. – Он притянул к себе шланг и подставил под струи воды лицо. – Твои выдумки забавляют меня, юноша! Ты, наверное, забыл, что находишься на моем корабле и будешь жить ровно столько, сколько я тебе позволю? А ты еще предлагаешь мне сдаться!
   – Это твой единственный шанс! – быстро парировал Боб. – Я…
   – Молчать! – хрипло крикнул Тренчер. По его хмурому лицу было, видно, что он не собирается шутить. – Хватит! Может, быть, ты действительно шпион – я не знаю. Ты послал какое-то сообщение, но на него до сих пор нет ответа. Ты думаешь, оно дошло по адресу? Скорее всего, нет, мой дорогой глотатель воздуха. Но как бы то ни было, второй раз тебе не придется звать на помощь. Мы опускаемся во впадину!
   Он опять подставил лицо под душ и посмотрел на нас через тонкие струйки воды, заливающие его жемчужные глаза.
   – Гарантирую вам, что неба вы больше не увидите. Мне очень жаль, но я не могу отставить вас в живых.
   Он красноречиво взмахнул своей перепончатой лапой, показывая, что смертный приговор нам подписан.
   Но даже в этот момент мне казалось, что в его холодных глазах мелькнуло что-то похожее на печаль или сожаление.
   – У меня не было цели убивать вас, – мрачно продолжил он. – Но у меня нет другого выбора. Тайны впадины Тонга священны для нас, а вы расскажете о них всему миру. Мы не можем допустить этого! Так что навсегда останетесь во впадине. Очень жаль, что вы не умеете дышать морской водой – но это ваша, а не наша вина. А запас воздуха небесконечен.
   Воздух в комнате был сырым и холодным, но меня все же прошиб пот. Я собрался с духом и возразил Тренчеру:
   – Ты не убережешь свои секреты. Дно океана осваивается очень быстро. Даже если мы не вернемся на сушу, к тебе придут другие люди – они узнают про ящеров, светящиеся водоросли и жемчуг Тонга.
   – Пусть приходят, – со зловещей улыбкой кивнул головой Тренчер. – Но на поверхность они не поднимутся!
   – Но почему ты так ненавидишь нас? – не выдержал я.
   – Потому что мы и вы – разные, глотатель воздуха! – Глаза Тренчера сверкнули, словно жемчужины Тонга, вставленные в глазницы какого-то печального божества в неведомом святилище. – Мы встретили свою судьбу несколько веков назад. Мутанты! Так называет нас Джейсон Крэкен. Но когда-то мы были людьми. Наши предки жили на островах. Некоторые из нас хотели вернуться на сушу, но современные островитяне решили убить нас. Они сбросили нас обратно в море. Тогда мы освоили впадину. Это наш мир, юноша, и в нем мы будем спокойно жить. Спокойно – до тех пор, пока мы сумеем уберечь его от пришельцев с суши!
   Джо Тренчер начал еще сильнее хрипеть и задыхаться. Мне показалось, что он искренне переживает за судьбу своих соплеменников. И хотя он хладнокровно обещал расправиться с нами, я не мог не понять его чувств. У него были основания ненавидеть и бояться тех, кто дышит воздухом.
   – Тренчер, немало ошибок было сделано с обеих сторон, – сказал я. – Но как раз поэтому мы и должны прийти к миру. Людям нужна впадина. Но и вы не сможете обойтись без людей. Амфибии сумеют внести огромный вклад в освоение океанского дна. Наше общество не останется в долгу. Вы получите много полезного. Лекарства. Достижения науки и техники…
   – И кроме того, – вступил в дискуссию Боб, – подводный флот встанет на вашу защиту!
   Тренчер фыркнул и снова втянул в себя холодные соленые струйки.
   – Джейсон Крэкен говорил нам то же самое, – с презрением возразил он. – Этот человек пытался подкупить нас безделушками, которые наплодила ваша цивилизация. Но когда мы встретили его добром, он стал превращать нас в рабов! Подарки, которые он дарил нам, были всего лишь хитрой уловкой!
   – Но Крэкен – безумец! – взволнованно сказал я. – Разве вы не поняли этого? Он так долго жил в одиночестве в своем подводном замке, что сошел с ума. Ему нужны медицинская помощь, уход и забота. Его нужно поместить в больницу. Ему нужна…
   – Ему нужно надгробие, – угрюмо прохрипел Тренчер. – Он вряд ли остался в живых.
   Он снова замолчал, и мне опять показалось, что в его глазах мелькнуло сожаление.
   – Мы думали, что он – наш друг, – продолжил предводитель амфибий. – Я не спорю: его, наверное, и в самом деле покинул разум. Но сейчас уже ничего нельзя изменить. Может быть, те люди, которые когда-то пришли вместе с ним, могли стать нашими друзьями. Им можно было доверять. Но теперь уже поздно, глотатели воздуха! Я говорю – поздно, потому что тогда, когда наш корабль поднимался на поверхность, ваш купол был на грани гибели.
   – А люди, про которых ты говоришь – как их звали? – с нетерпением спросил я.
   – Как их звали? – с любопытством переспросил он. – Их звали…
   Неожиданно один из соратников Тренчера крикнул. Я не понял, что это значит.
   Но Джо Тренчер конечно же понял все. Он прыгнул к экрану сонара.
   – Флот! – в ярости захрипел он. – Это ваш флот!
   Он не ошибся – на экране вспыхнула дюжина ярких, четких силуэтов. Нас стремительно нагоняла грозная подводная эскадра!
 
   «Касатка» рванулась вниз. Ее команда поспешно заняла боевые посты. Нас с Бобом бесцеремонно оттолкнули в сторону.
   Я чувствовал, как содрогается обшивка «Касатки», – это вслед нам неслись подводные ракеты. Как ни печально было признавать это, мы с Бобом в любом случае проигрывали. Если флот одерживал победу, «Касатка» превращалась в груду обломков – и мы разделяли ее судьбу. Если же из-за какого-то невероятного стечения обстоятельств эскадра упускала «Касатку», Джо Тренчер мог вдоволь попотчевать нас соленой водой после того, как кончатся все запасы воздуха.
   – Значит, они все-таки получили твое донесение, – сказал я Бобу. – Может быть, у нас еще есть шанс…
   Он пожал плечами и бросил взгляд на экран сонара. Мы уже приближались к краю впадины. Я различал размытый силуэт подводной горы, утесы и долину возле нее.
   – Если бы флот появился чуть-чуть позднее! – с легким сожалением сказал я. – Тогда бы…
   – И что тогда? – поинтересовался Боб.
   – Ну… – замялся я. – Тогда бы мы узнали, как звали тех людей, о которых говорил Тренчер. Но он, по-моему, не успел назвать их имена…
   – Не успел? – переспросил Боб, наблюдая за кричащими и суетящимися амфибиями. – Но я слышал, как он назвал их. Он сказал, что единственными людьми, которые могли стать его друзьями, были Стюарт Иден и твой отец!
   Я взволнованно взглянул на Эскова.
   – Боб! Но это и есть наш единственный шанс! Если он был готов доверять им, то, может быть, он послушает и меня! Мы должны уговорить его прекратить эту безумную бойню, – пока еще есть какая-то надежда…
   – Надежда? – Боб рассмеялся каким-то невеселым смехом.
   Он показал на экран сонара, где четко обозначился склон впадины Тонга.
   – Вот, взгляни, – сказал он бесстрастным голосом. – Стоит ли после этого говорить о надежде?
   Я стал вглядываться в экран.
   Надежда? Только не для Крэкенов. И не для Лэдди Энджела, Роджера Фэрфэйна, не для моего спасителя – Гидеона Парка.
   Над долиной одиноко возвышалась подводная гора. Металлический купол, возведенный Джейсоном Крэкеном, бесследно исчез.
   Ящеры сделали свое страшное дело.
   Иденитовый щит был прорван, гигантский купол смят, раздавлен, впечатан в морское дно.

22
«ПАНИКА – ВАШ ЗЛЕЙШИЙ ВРАГ!»

   На экране сонара разом вспыхнуло десять светлых точек. Это флот ответил на огонь «Касатки». Судя по вспышкам, ракеты прошли справа и слева по борту и над крейсером мятежников.
   – Промахнулись! – торжествующе прохрипел Тренчер.
   – Это не промах! – горячо возразил я. – Это предупредительный залп. Нам предлагают прекратить сопротивление – иначе следующим залпом нас разнесут в щепки.
   – Сидите тихо! – пригрозил мятежник и стал отдавать какие-то непонятные приказы своим соплеменникам.
   «Касатка» обогнула развалины купола и, лавируя, вошла в ущелье, по которому добирались к своим пещерам ящеры. Сделав рискованный маневр, Тренчер направил корабль в узкую расщелину. Судя по показаниям сонара, и позади нас, и под нами были ровные, как стена, скалы. Рядом с крейсером двигались какие-то неясные силуэты. Это могли быть только ящеры.
   Так или иначе, «Касатке» удалось уйти от преследователей. Корабль плавно опустился на скалистую плиту. Раздался резкий, непонятный приказ Тренчера, и гул двигателей стих.
   Мы легли на дно и стали ждать.
   В рубке слышалось хриплое дыхание амфибий. Все молчали и смотрели на экран сонара.
   Эскадры не было видно. Ее скрывали скалы и обломки гигантского купола.
   Его развалины лежали прямо перед нами. Еще совсем недавно, когда мы с Бобом устремились к поверхности за подмогой, он гордо возвышался у самой горы, господствуя над ущельем, ведущим к пещерам. Теперь подводная крепость стала гигантской грудой обломков. Из руин торчали куски искореженного металла. Среди обломков можно было различить сохранившиеся перекрытия и обломки стен. Ничего больше не было видно. Джо Тренчер сказал, что Крэкену понадобится надгробие. Оно было перед нашими глазами. Надгробие старика Крэкена, Дэвида, Роджера, Лэдди, Гидеона…
   Неожиданно Тренчер зашелся яростным, неудержимым кашлем. Я внимательно посмотрел на предводителя амфибий.
   На его широком, искаженном удушьем лице появилось выражение душевной муки и отчаяния. По-моему, он пожалел о содеянном и понял, что для него, гак же как и для нас, надежды на спасение нет.
   И я решил рискнуть.
   Когда я шагнул вперед, он смерил меня настороженным взглядом, но никто из амфибий не бросился мне навстречу. Я старался понять, что таилось в глубине горящих жемчужных глаз, но это было невозможно.
   – Тренчер, ты сказал, что двум людям, которые пришли вместе с Крэкеном, можно было доверять, – начал я. – Кажется, их фамилия была Иден?
   – Иден? – Он нахмурился, но в его взгляде сквозило удивление, а не злоба. – Откуда ты их знаешь? Значит, они тоже были врагами?
   – Дело в том, что я – тоже Иден. Один из них был моим отцом, другой – дядей…
   Тренчер попытался скрыть свое изумление. Он опять направил на лицо струи соленой воды. Я продолжал:
   – Ты сказал, что мог бы доверять этим людям. И ты был прав. Мой отец умер, но дядя до сих пор жив. Благодаря его помощи я и добрался до впадины Тонга. Может быть, ты доверишься мне? Разреши мне вступить в переговоры с командиром эскадры. Мы вполне могли бы договориться с ним об условиях перемирия!
   Наступила долгая пауза. Слышалось только хриплое, учащенное дыхание амфибий.
   Джо Тренчер отбросил в сторону шланг и, прищурившись, посмотрел на меня.
   – Слишком поздно…
   И он показал на экран сонара. На нем по-прежнему виднелись очертания руин подводного замка.
   Слишком поздно.
   Я понял, что он имел в виду. Слишком поздно было не только для тех, кто лежал под этими руинами, – поздно было и для Джо Тренчера с его племенем: после всех этих смертей и разрушений они поставили себя вне закона.
   Но все-таки в развалинах подводной крепости было что-то странное.
   Я снова и снова смотрел на экран.
   Присмотревшись к подводному куполу, я понял, что одна из секций не пострадала. Над ней мерцало сохранившее свои свойства иденитовое покрытий. Кроме того, из-под развалин мигал слабый свет. Скорее всего, его источник скрывался за полузаваленным иллюминатором. Нет, это был не обман зрения! Паузы между вспышками света навели меня на мысль, что это – какой-то непонятный сигнал.
   Впрочем, такой ли он непонятный? Приглядевшись, я тут же узнал сигнал бедствия, передаваемый кодом подводного флота Соединенных Штатов.
   Значит, под куполом был кто-то живой!
   Возможно, после катастрофы кому-то посчастливилось оказаться в уцелевшей секции, под действующим иденитовым покрытием.
   – Это твой единственный шанс, Тренчер, – сказал я. – Там остались живые люди. Принимай решение. Ты можешь сдаться эскадре.
   Он колебался.
   Мне кажется, он готов был согласиться.
   Но в тот момент, когда он уже почти капитулировал, произошло сразу два неожиданных события.
   По экрану главного сонара дождем рассыпались белые точки. Эскадра начала ураганный обстрел ракетами.
   А на экране того сонара, который был направлен в глубь расщелины, к нашей подлодке стал быстро двигаться крупный странный объект. Это был подводный ящер.
 
   Мне показалось, что время остановилось.
   Мы стояли неподвижно, как фигуры на шахматной доске, над которой задумался озадаченный игрок. Джо Тренчер, словно парализованный, смотрел на экран. Амфибии ждали его сигнала. А мы с Бобом ждали решения своей участи. Посланные эскадрой ракеты вспенили воду вокруг «Касатки», и корабль подбросило мощной взрывной волной. В то же время к нам приблизился зловещий силуэт огромного подводного монстра.
   Но ящер был не один!
   У него на спине виднелась маленькая тонкая фигурка с жезлом погонщика.
   Девушка-амфибия, Маэва!
   Рука Джо Тренчера опустилась на пусковую кнопку ракетной установки.
   Я не мог понять, почему он медлит.
   Кто-то из его соплеменников издал резкий, тревожный крик, но Тренчер по-прежнему смотрел на экран. В его жемчужно-белых глазах скрывалась какая-то мысль, которую я не мог понять.
   Стремительно приближающийся силуэт ящера исчез с экрана – и через секунду корпус – «Касатки содрогнулся от столкновения с исполинской рептилией».
   Мы покатились по палубе. Когда я поднялся и взглянул на экран, ящер уже пытался отплыть в сторону. Он судорожно бил огромными ластами и клонился на один бок. Несмотря на страшный удар о стальной корпус «Касатки», он не погиб, а наездница удержалась на его спине.
   Для «Касатки» столкновение тоже не прошло бесследно.
   Замигали и померкли осветительные лампы. Это было тревожное предупреждение. Как только иссякнет энергия в аккумуляторах, мы лишимся нашего иденитового щита!
   Среди амфибий началась паника. Они метались по отсекам корабля, как обезумевшие обезьяны по своей клетке. Один из соплеменников Тренчера бросился к пульту управления огнем. Тренчер преградил ему путь. Вождь амфибий шатался, его движения были неловки и медлительны – во время атаки ящера он получил серьезную травму. Схватка продолжалась всего секунду. Джо Тренчер упал на палубу.
   Его соперник склонился над пультом, а в это время Маэва и ее странный скакун снова устремились в атаку.
   У нас не было времени на размышление. К тому же мы с Бобом были курсантами-подводниками. Мы не могли забыть одно правило, которое с первых дней усваивал каждый попавший в академию «салага»: за секунду можно сделать очень многое. «Паника – ваш злейший враг!» Этот лозунг помнил и первокурсник, и выпускник академии.
   Никогда не поддаваться панике.
   Сначала думать – потом действовать.
   – По-моему, настал наш черед, – шепнул я Бобу.
   Прорвавшийся к пульту противник Тренчера сумел дать один залп, но вождь амфибий набросился на него и оттащил в сторону. Десять других амфибий в нерешительности сгрудились возле двери. Мы стали швырять в них все, что попадалось под руку. Исход схватки был решен за несколько секунд. Наши противники были растерянны и деморализованы. Нам удалось выхватить у двух амфибий пистолеты, которыми они так и не успели воспользоваться.
   С оружием в руках мы могли полностью контролировать ситуацию.
   Мы с Бобом стали хозяевами «Касатки».
   Держа наготове пистолеты и тяжело дыша, мы осматривались по сторонам.
   Джо Тренчер бросил затравленный взгляд на экран сонара и сделал шаг к нам.
   – Стоять! – закричал я.
   – Нет, нет! – встревоженно крикнул Джо и дрожащей рукой указал на экран. – Я только хочу выбраться наружу. Надо помочь Маэве… Вы разве не видите?
   Я быстро посмотрел на экран.
   Тренчер был прав – девушка нуждалась в помощи. Ракета, которую выпустил бунтовщик, сразила ее верного Броненосца. Ящер в агонии бил ластами. Девушка с его спины исчезла. Возможно, ее оглушило взрывной волной, но могло случиться и худшее. Огромный ящер, погибал у нас на глазах: он все больше заваливался на бок и опускался на дно…
   – Послушай, но, может быть, это всего лишь уловка! – прошептал Боб. – Разве можно ему доверять?
   Я посмотрел на Тренчера – и принял решение.
   – Иди! – скомандовал я. – Если ты действительно поможешь ей, ты останешься в живых!
   Тренчер на какой-то миг задержал на мне свой взгляд, а потом рванулся к шлюзу. Открыв внутренний люк, он остановился.
   – Ты выиграл, глотатель воздуха! – прохрипел он. – Но я даже рад этому…
   Он захлопнул крышку люка. Через секунду мы услышали, как в шлюз хлынула вода.
   – Боб! Немедленно свяжись с эскадрой! – крикнул я. – Скажи, чтобы они прекратили огонь. Мы победили!
 
   Так закончились наши приключения во впадине Тонга.
   В заваленной обломками, уцелевшей секции подводного замка мы нашли своих товарищей. Они были изранены и усталы, но все-таки живы. Судовые врачи тотчас же взяли их под свою опеку. Неглубокие порезы и синяки Гидеона, Роджера, Лэдди и Дэвида не представляли серьезной опасности. С Джейсоном Крэкеном было сложнее. Беспокойство врачей вызвало не столько его тело, сколько его рассудок. Медики сказали, что ему потребуется длительное лечение. – Старик вел себя очень спокойно. Его затуманенный мозг внушал ему, что он – по-прежнему император впадины Тонга, а мы – его подданные.
   Нас провожала Маэва. Она взяла за руку Дэвида, а потом повернулась ко мне.
   – Спасибо – за то, что ты поверил Джо Тренчеру, – сказала она. – Если бы он не пришел мне на помощь…
   – Это мы должны благодарить тебя, – возразил я. – Если бы твой верный Броненосец не протаранил «Касатку», мы бы ни за что не смогли захватить корабль. А что касается Тренчера… Я так и не понял, почему он не позволил своему соплеменнику выстрелить в тебя.
   Маэва и Дэвид переглянулись. Потом Дэвид с улыбкой посмотрел на меня.
   – Разве ты до сих пор не знаешь? В том, что Джо заботился о Маэве, нет ничего странного, ведь она его дочь…
   Мы в последний раз увидели Маэву на экране сонара, когда она плыла рядом с нашим кораблем и махала нам рукой на прощание.
   Весь экран занимали яркие четкие силуэты боевых кораблей, возвращающихся на свою базу после успешной операции во впадине Тонга.
   Рядом с подводными громадами тонкая фигурка девушки казалась хрупкой и беззащитной.
   Конечно, она не могла видеть нас, но мы тоже помахали ей рукой.
   – Прощай, – грустно покачав головой, сказал Боб. Но Дэвид положил руку ему на плечо и улыбнулся:
   – Я думаю, не стоит говорить «прощай». Скажи «до свидания»! Ведь мы еще вернемся!