Он вдруг вспомнил Коттона, откидывающего рыжие волосы со лба и произносящего с ухмылкой: "А теперь проваливай, приятель".
   Джо Райли повел могучими плечами и склонился над ним.
   - Послушай, Беннетт, почему бы тебе не облегчить душу? Тебе же будет легче. И забудь старую хохму о женщине в качестве алиби, она тебе не поможет.
   - Но это правда! - Стив взорвался. - Бога ради! Неужели вы все свихнулись? Да и эти деньги не принадлежали Коттону. У него не было таких деньжищ - только несколько долларов.
   - Те деньги, что были у тебя, когда мы тебя задержали... - проворчал Джо. - Ты сказал, что выиграл их. Вероятно, ты сказал первое, что пришло тебе в голову. Ведь ты знал, что Клэй выиграл эти бабки прошлой ночью - около пяти штук. Вот тебе и пришло это в голову. Так?
   - Не так. Он не выигрывал. Разве что несколько баксов. - Стив стиснул зубы и с безнадежным видом покачал головой. - Что с вами, в самом деле? Откуда у вас такие безумные идеи? Вы подстроили все это?
   Райли смахнул Мэтта с его стула и сам сел перед Стивом. Удивленно глядя на него, он сказал:
   - Послушай, Беннетт. Мы ведь неплохо к тебе относимся. Понимаешь, о чем я говорю?
   Стив неохотно кивнул. Разумеется, Райли, как и Мэтт, был настроен против него, но все же большой, грузный коп казался справедливее, дружелюбнее.
   - О'кей, - продолжил Райли. - Ты был прошлой ночью в "Какаду". Вместе с Клэем.., с Коттоном. Стив опять кивнул:
   - Да, я ушел где-то между восемью и девятью. Кажется, около половины девятого.
   - Короче, ты был там и видел, как Коттон снял много "капусты".
   - Не было этого.
   На челюстях Райли набухли и спали желваки.
   - Не глупи, Беннетт. Тут дураков нет. Мы проверяли и знаем, что он выиграл. Мы навели справки в клубе и говорили с кассиром, выдавшим ему бабки. Расспросили тех, кто был в клубе и видел, как он их выиграл. Ему чертовски везло. Это доказано. Поэтому не глупи, не делай себе хуже.
   Стив попытался собраться с мыслями. Он ничего не понимал. Все так запуталось, но он же может доказать, что невиновен. В этом-то он уверен. Значение имеет только одно: Коттон мертв.
   - Я сказал вам правду, - ответил он. - Почему вы не ищете настоящего убийцу?
   Они заулыбались и переглянулись, словно наслаждались какой-то известной только им одним шуткой.
   Последовали новые вопросы, но Стиву все надоело; он перестал отвечать и даже закрыл глаза. В конце концов они плюнули и засунули его в камеру, захлопнув и заперев за ним тяжелую стальную дверь.
   Райли чуть задержался у двери, и Стив спросил без всякой надежды:
   - Вам ведь наплевать, а, Райли? Всем вам? Вам до лампочки, виновен я или нет, лишь бы было на кого навесить убийство. Прекрасная система!
   Райли уставился на него:
   - Не понял. Сначала ты прибегаешь к старой как мир хохме с алиби. Но при тебе оказывается часть украденных денег, а остальные - в твоей комнате. Мотив налицо, и тебе не отвертеться. Ты же разыгрываешь оскорбленное достоинство.
   - Иди к черту! Тоже мне, нашел козла отпущения! Лицо Райли вытянулось, но он тут же взял себя в руки и ответил:
   - Не знаю, зачем теряю с тобой время, но скажу тебе кое-что. Ты считаешь нас погаными копами, которым по фигу, кого сажать, лишь бы посадить. Так ты ошибаешься. - Он устало вздохнул. - Все не без греха - и копы, и деловые, и политики, и... Мы живем не в том мире. Иногда мне хочется запрыгнуть на одну из летающих тарелок и смыться на Марс или откуда там они прилетают. Возьми в толк одно, Беннетт: ты не находился бы сейчас здесь, если бы мы не были убеждены в твоей виновности. А теперь ты иди к черту!
   Райли повернулся и пошел прочь, оставив Стива в камере наедине с самим собой.
   После полудня Стив забарабанил по решетке камеры. Подошедший надзиратель рявкнул:
   - Кончай шуметь, мистер! Ты что, хочешь отлить?
   - Я хочу поговорить с сержантом Райли.
   - О чем?
   - Об этом я скажу Райли.
   - Ну извини, - бросил надзиратель и повернулся, чтобы уйти.
   Стив прижался к решетке и крикнул отчаянным голосом:
   - Это важно! Он захочет поговорить со мной!
   - Обязательно, мистер. Конечно захочет.
   - Речь идет об убийстве. Но я не буду говорить ни с кем, кроме Райли.
   Надзиратель пристально посмотрел на него, бросил:
   - Я подумаю, - и скрылся в коротком коридоре. Стив внимательно оглядел камеру. Голая комната около восьми квадратных футов с двумя железными койками, закрепленными одна над другой у левой стены. Удаленный от стены край нижней койки опирался на две железные ножки, заделанные в цементный пол. Один край верхней койки был прикреплен к стене болтами, другой висел на двух цепях. В дальнем углу белел стульчак. Слева от него, напротив двери, - небольшое окошко, забранное решеткой. Все предметы в камере надежно закреплены. Ничего даже отдаленно напоминающего оружие. Да и чем бы оно ему помогло? Пожав плечами, он растянулся на сером шерстяном одеяле, прикрывавшем матрац на нижней койке.
   Час спустя у двери камеры появился Райли.
   - Так как, Беннетт? - спросил он. - Ты решил наконец рассказать все?
   - Я кое-что припомнил, - отозвался Стив. - У меня было время подумать обо всем.
   - Я надеялся, что ты созреешь.
   - Не то. Я не убивал его. Не могу же я сознаться в том, чего не делал.
   - Дьявол тебя побери! - рассвирепел Райли. - Какого черта ты меня тогда звал?
   Стив прижался к решетке двери и затараторил:
   - Минутку, Райли. Ты не кажешься мне таким дураком, как этот Мэтт. Если бы у меня был шанс доказать, что не я убил Коттона, ты ведь выслушал бы меня, не так ли?
   - Обязательно. Но у тебя нет такого шанса. Уверенность Райли пугала, но Стив поспешно продолжил:
   - Послушай! Сегодня утром во время допроса или позже, когда запирал меня здесь, ты сказал, что я взял часть денег и спрятал остальные в номере. Ты не мог бы это уточнить?
   Мотнув головой и стукнув огромным кулаком по решетке в двери, Райли процедил сквозь зубы:
   - Дьявол тебя побери! Если ты не самый большой тупица, какого я только... - Он замолчал, кивком подозвал надзирателя и отдал ему свой пистолет. Тот отпер дверь и впустил сержанта в камеру.
   Джо сел на койку, а Стив опустился на корточки.
   - Не знаю, зачем я теряю время, - устало проговорил Райли. - Может, если я выдам тебе все, ты наконец сознаешься. В "Какаду" Клэй выиграл шесть штук. Он усмехнулся и продолжил:
   - Может, в нашем городе и нет азартных игр, но Клэй выиграл бабки в "Какаду". Кассир выплатил ему деньги. Я сам разговаривал с ним, и он хорошо все помнит, ибо речь шла о куче денег и он запомнил Клэя - "долговязого некрасивого парня с забавными рыжеватыми волосами". О'кей. Выигрыш был выдан стодолларовыми банкнотами с последовательной нумерацией. Понимаешь, их серийные номера сохранили ту последовательность, в которой они были получены в банке. Когда, обнаружив тело, мы нашли бабки, их номера шли подряд. Однако их оказалось меньше выигранной Клэем суммы. Не хватало одиннадцати сотенных. Райли пожал своими широкими плечами и добавил, не спуская глаз со Стива:
   - Ты знаешь почему. Потому что ты их положил в свой бумажник, а остальные спрятал. Серийные номера совпадают, они продолжают тот же ряд.
   Стив запротестовал в отчаянии:
   - Невозможно! Те деньги, что были у меня, выиграл я. В рулетку. И я могу доказать это. Послушай, я докажу это с помощью кассира. Такой краснолицый мужик с отвисшей нижней губой. Он вспомнит меня. И еще.
   Когда вы меня задержали, я сказал вам, что Коттон приехал сюда, чтобы встретиться с кем-то в "Какаду", Кот-тон сообщил мне, что не знает этого человека и что по телефону он говорил забавным гнусавым голосом - как раз таким, как у кассира.
   - Коттон сказал, что это был кассир?
   - Нет. Но я говорил с кассиром и сказал о нем Коттону. Может, Коттон получил деньги у этого же кассира после моего ухода. В любом случае кассир вспомнит меня - я же говорил с ним, он еще сказал, что мне здорово повезло.
   Райли покачал головой.
   Стив торопливо добавил:
   - И со мной была девушка. Она подтвердит все сказанное мною. Вы.., ведь не станете же вы впутывать ее во все это? Сохраните в тайне ее имя?
   - Конечно, - отозвался Райли, словно разговаривал с ребенком. Обязательно, Беннетт.
   - Ее зовут Марго Уитни. Я.., провел с ней всю ночь. Я надеялся, что она сама придет сюда, но, видимо, она просто не знает, что случилось. Она подтвердит, что мы вместе ушли из клуба и были вместе всю ночь. Когда убили Коттона? Когда это случилось?
   - Между двенадцатью и часом. Пуля в груди. Ты мог бы уточнить время.
   - Она подтвердит все, насчет денег тоже - она видела, как я получал их. И кассир вспомнит меня.
   - Марго Уитни? - переспросил Райли.
   - Точно.
   - Не она ли поет в "Какаду"?
   - Она-она.
   - Высокая красотка, брюнетка?
   - Да-да, она вам скажет. Но не оглашайте ее имя. Не хотелось бы, чтобы у нее были неприятности из-за этого.
   - Нет, конечно, - отозвался Райли, но и не подумал спешить к выходу.
   - Что же ты сидишь? - рассвирепел Стив. - Иди же к ней! Я хочу выбраться из этой чертовой кутузки!
   Помолчав, Райли спросил с неожиданной злостью:
   - Что ты надумал, Беннетт? На что ты надеешься?
   - Послушай, - застонал Стив, тряся головой, - почему, черт возьми, ты не хочешь проверить, спросить у кассира и у Марго Уитни? Это же так просто!
   - Просто. Ага. Позволь мне сказать тебе одну вещь. Ты озадачил меня немного сегодня утром. Я знал, что ты убил человека, но ты как-то странно вел себя.
   - Я не... - зашелся в гневе Стив, но Райли не дал ему договорить.
   - Ты вел себя как-то не так, и я попытался кое-что разнюхать. Просто так. В кармане Коттона мы нашли фирменные спички с эмблемой "Какаду". Это было во втором часу, и я тотчас же побывал в клубе. Но на всякий случай я съездил туда еще раз. Ни один кассир не помнит, чтобы выплачивал тебе деньги.
   - Это был краснолицый мужик с длинной, отвисшей нижней губой. Спроси у него...
   Райли опять прервал его с нескрываемым раздражением:
   - Позволь мне закончить. Такого кассира я там не нашел. Но я повидал Гросса, и он сказал мне, что Клэй ушел из клуба с одним из кассиров. Я попытался найти кассира, но неудачно. Побывал даже у него дома, но его нет. Райли сделал паузу и прищурился на Стива. - Ты не поможешь мне найти его, а, Беннетт?
   - Я? На что, черт побери, ты намекаешь? Райли пожал плечами:
   - Этот кассир может быть тем, о ком ты так беспокоишься. Может, нет. Но это не важно.
   - Это очень важно. Ты должен его найти.
   - Ладно, оставим его пока. Гросс также сообщил мне, что ты покинул клуб с девицей Уитни, и я поехал потолковать с ней. Она заявила, что ты был у нее дома...
   - Ты видел ее? Так какого черта? Почему я все еще в тюрьме?
   - Она заявила, что ты был там, - спокойно продолжил Райли. - Что ты был у нее, выпил стаканчик и ушел в начале десятого.
   Глава 10
   Несколько секунд Стив не мог врубиться. В изумлении он таращился на Райли, потом выдохнул:
   - В начале десятого? Не может быть! Я провел там всю ночь. Понимаешь? Мы занимались любовью, я спал с ней! Ты, должно быть, говорил не с той женщиной!
   Райли прогудел:
   - Маргарет Уитни, Вэлли-стрит, номер 605, небольшой беленький домик. Приехала из Сан-Франциско два дня назад, будет выступать в "Какаду". Высокая брюнетка с обалденной фигурой. Продолжать?
   - Н-нет. Пожалуй, не надо. - Несколько мгновений Стив молчал, вяло пытаясь думать, потом тускло произнес:
   - Она лжет. Или прикрывает кого-то, или еще по какой причине. Но она лжет.
   - Конечно. Все они лгут.
   - Из клуба я поехал с Марго к ней домой. Это было около девяти вечера. От нее я ушел примерно в половине шестого сегодня утром. И это правда, хочешь верь, хочешь нет.
   - Нет, пожалуй.
   Стив подумал еще немного и попытался ухватиться за соломинку:
   - Марго, видимо, не знает, в чем дело. Ты не сказал ей, что я в тюрьме и почему?
   - Обижаешь, Беннетт. Ты ошибаешься во всем. Я сказал ей, что мы задержали тебя по подозрению в убийстве.
   Стив почувствовал тошноту. Пробормотал как бы про себя:
   - Не понимаю, как она могла... Не могу понять.
   - Все очень просто, - поделился своими соображениями Райли. - Ты пропустил у нее стаканчик и ушел. Она говорит правду. Зачем ей врать? Она рассказала о вашей юности, Беннетт. О детской любви, от которой, похоже, ты так и не оправился, в отличие от нее.
   Стив молчал. Райли встал, подошел к двери и подал знак надзирателю. Пока он отпирал замок, Райли обернулся и сказал:
   - Странный ты тип. Весьма странный.
   Дверь с грохотом захлопнулась за ним.
   Только тут Стив осознал всю серьезность своего положения. Речь вовсе не шла о временном неудобстве, за которым последуют - когда все разъяснится извинения и немедленное освобождение.
   Он вскочил, подбежал к двери, схватился за решетку и завопил с Отчаянием и страхом в удаляющуюся спину Райли:
   - Выпусти меня отсюда, Райли! Я требую адвоката.
   Слышишь? Я требую адвоката! Я имею право на один телефонный звонок. Дай мне позвонить. Позволь мне уплатить залог. Это мое право, Райли!
   Райли обернулся и проговорил тихим голосом, который Стив прекрасно расслышал:
   - Разумеется. Ты можешь позвать адвоката. Ты можешь позвонить. А сколько ты готов уплатить в качестве залога? - Покачав головой, Райли повысил голос:
   - Знаешь, в чем тебя обвиняют? В убийстве. В преднамеренном убийстве, вот в чем. У тебя нет ни малейшего шанса быть выпущенным под залог. Так что устраивайся здесь поудобнее, ибо это надолго. - С этими словами он повернулся и ушел.
   Час спустя Стив был уже вконец измучен тягостными мыслями. Голова у него вспухла и, казалось, готова была лопнуть. Он еще тщательнее осмотрел камеру, но не обнаружил ничего обнадеживающего. Через зарешеченное окошко были видны зеленые верхушки деревьев на окраине города.
   Метро-Сити быстро рос в последние годы, и тюрьма оказалась уже в черте города. Новое, более современное здание тюрьмы так и не было построено, а численность полиции не увеличилась в соответствии с быстро растущим населением. Из небольшого тюремного блока, в котором находилась камера Стива, короткий, в несколько футов коридор вел в дежурку. За этим коридором и этой дежуркой лежала свобода. Только бы добраться до нее! Стив стоял у стены-решетки и неотрывно смотрел на закрытую дверь в конце коридора, когда она распахнулась и в ней появились надзиратель и кто-то еще.
   Это оказалась Крис!
   Вдвоем они подошли к двери камеры Стива, и надзиратель громко позвал:
   - Беннетт, приведи себя в порядок! К тебе посетитель!
   - Я представляю газету "Крикун", мистер Беннетт, - холодно отрекомендовалась Крис, потом, нахмурившись, посмотрела на полисмена:
   - Вам обязательно дышать мне в затылок? - Она вдруг улыбнулась и подмигнула Стиву. - Не то чтобы я была против, но речь идет о частном интервью.., и у меня нет с собой напильников. Честно! Хотите обыскать меня?
   Надзиратель ухмыльнулся и облизал губы. Пробежав глазами по ее небольшой, но прекрасно сложенной фигурке, он отошел на несколько шагов и прислонился к стене коридора, продолжая улыбаться самому себе.
   - Я хотела бы поговорить об убийстве, мистер Беннетт, - продолжала Крис. Если вы не против. Нас интересует ваша версия.
   Появление Крис в первый момент вселило в Стива надежду, напомнило ему, что он все же не одинок в Метро-Сити. Господи, тебя могут сгноить в застенке, если у тебя нет друга, знающего, где ты, и стремящегося помочь тебе. Но холодный голос и профессиональный подход Кристин обескуражили его, заставили еще раз задуматься над тем, что его ждало. Теперь, по крайней мере, о нем напишут газеты, и его друзья из Лагуна-Бич примчатся сюда. На протяжении предыдущего часа все существо Стива восставало против того, что его бросили в застенок, отрезав от всего мира, оставив без помощи и лишив возможности помочь самому себе.
   Сквозь его беспорядочные мысли прорвался тихий голос Крис:
   - Да не будьте вы таким мрачным, Стив. Тюремщику не обязательно знать, что я на вашей стороне, но я-то знаю, что вы никого не убивали.
   Он вытаращился на нее:
   - Как.., вы узнали что-нибудь, что могло бы мне помочь?
   Она отрицательно покачала головой:
   - Нет. Я просто уверена, что вы невиновны. - Она улыбнулась. - Интуиция, наверное.
   - Спасибо, Крис. Мне уже легче. Я действительно не убивал его. Клянусь.
   - Но что же случилось на самом деле, Стив?
   - Когда я ушел из "Какаду"...
   Стив замолчал. Его охватило отчаяние: ну зачем он пошел с Марго! И дело не в том, что Марго предала его и ввергла в эту пучину, а в том, что он таки провел с ней ночь. Вспоминая сейчас все, он понимал: если в какие-то моменты она и напоминала ему прежнюю, юную Мэгги, в этом было виновно лишь его собственное воображение.
   - Я так понимаю, - говорила тем временем Крис, - что вы провели ночь с этой.., жуткой сучкой. Извините, иначе назвать ее не могу.
   - Да, я был с ней.
   - Всю ночь?
   - Всю. Примерно до пяти часов утра. Может, чуть дольше.
   - Разве полиции это до сих пор неизвестно?
   - Она отрицает это. Заявила, что я ушел от нее в начале десятого.
   Крис задумалась, нахмурив лоб:
   - Стив, утром я говорила с сержантом Райли, потом в редакции получила кое-какую информацию, так что я в курсе. Все говорят о деньгах, найденных у вас. Что это за деньги? Откуда они у вас?
   - Я выиграл вчера в клубе. Тысячу сто.
   - Но номера серий...
   - Не знаю, Крис. Я... Послушайте! Может, это были не те деньги, что я выиграл? Марго могла подменить купюры. - Стив встряхнул головой. - Нет, тут что-то не так, в этом не было бы никакого смысла. И я почти уверен, что заметил бы это.
   - Плохи ваши дела, Стив?
   - Просто ужасны. Но кассир может подтвердить, что выплатил мне эти деньги. А Райли так и не поговорил с ним. Думаю, он не очень-то старался найти его.
   - Найти? Он что, пропал?
   - Да нет. Просто... Бог мой! Надеюсь, с ним ничего не случилось. - Стив постарался успокоиться. - Вероятно, Райли да и всем остальным наплевать на все. Заставить бы копов поговорить с ним или потолковать бы с ним самому! - Он криво усмехнулся. - Вряд ли мне это удастся.
   Она согласно кивнула.
   Стиву пришла в голову другая мысль:
   - Слушай, Крис, что скажешь о Коттоне? Он выигрывал вчера? Я имею в виду, большие деньги?
   - К сожалению, не знаю, Стив. Я ушла через пару минут после вас.
   - В одном можно быть уверенным, - задумчиво проговорил Стив. - Кто-то должен знать это.
   Надзиратель оттолкнулся от стены и подошел к ним. Крис торопливо сказала:
   - Я постараюсь в газете представить дело наилучшим образом. Держите хвост пистолетом!
   - Попытаюсь, - усмехнулся Стив. Крис пошла впереди полисмена, и Стив заметил, что он опять облизывает губы.
   Глава 11
   Когда Стив проснулся, темнота в зарешеченном окошке подсказала, что уже наступила ночь. Точного времени он не знал, но полагал, что солнце зашло час или два назад.
   Свет одинокой лампочки в коридоре едва просачивался в камеру. Почти в кромешной темноте Стив пытался проанализировать свое положение. С какой стороны ни посмотреть, выглядело оно ужасно. Судя по всему, ему придется томиться в этом застенке до суда. И его даже могут осудить, как бы громко он ни кричал о своей невиновности.
   Если он не вырвется отсюда, то погибнет. Он обязан вырваться отсюда каким угодно способом. Райли же заверил его, что под залог его никто не освободит. Нужно найти какой-то выход, какой угодно, лишь бы не сидеть здесь.
   Закрыв глаза и расслабившись, он долго размышлял. Много позже дверь в конце коридора открылась, и охранник начал обход, заглядывая в каждую камеру. Стив спросил его:
   - Который час?
   - Ночь, - ответил тот.
   Сжав кулаки, Стив бросился к решетчатой двери с криком:
   - Послушай! Я требую адвоката! Я невиновен, и мне должны предоставить адвоката!
   - Обязательно. Но сейчас слишком поздно. Утром ты сможешь вызвать хоть дюжину адвокатов.
   - Все ты врешь! Вы все сговорились! Вы все против меня!
   Надзиратель осветил фонариком лицо Стива:
   - Что это ты плетешь, мистер?
   В отраженном свете Стив разглядел его лицо. Молодой парень - чуть старше двадцати - недоуменно хмурился.
   - Ничего я не плету, - ответил Стив. - Ты - новенький. Они прислали тебя шпионить за мной. Ведь так, нет? Так?
   - О чем ты, черт побери? - обалдело спросил коп.
   - Хочу маму.
   - Чего?
   - Маму.
   - Маму?
   - И папу. И жену.
   - Ты спятил? У тебя нет жены. Свихнулся, что ли? Стив повысил голос:
   - Выпусти меня отсюда! Выпусти! - Поскреб подбородок и тихо пригрозил:
   - Я тебя достану, парень. Вот посмотришь, я до тебя доберусь. Знаю, ты один из них.
   - О Господи! Слушай, заткнись, а? Хочешь, чтобы я тебя окатил из шланга?
   - Хочу попа. Попа давай!
   - Послушай, ублюдок, - коп явно рассвирепел, - ложись-ка спать. Заткнись, или я... - Он внезапно повернулся и ушел.
   Полицейские очистили карманы Стива, но оставили ему одежду. Сейчас он сбросил с себя пиджак - ему нужна была свобода рук для того, что он задумал. Нащупав на тюфяке одеяло, он с помощью зубов оторвал от него три четырехфутовые полоски, связал их вместе, пропустил один конец импровизированной веревки вокруг вертикального прута оконной решетки, а другой обмотал вокруг собственной шеи.
   Осторожно провиснув, опробовал надежность кустарной петли. Она не соскользнула, плотно охватив шею. Он сразу же ощутил внутреннее давление на глазные яблоки.
   Решетку, за которую он захлестнул веревку из одеяла, отделяли от пола лишь пять футов. Поэтому, когда он повиснул в петле, его ноги сложились в коленях вдвое. Ноги он постарался держать точно под собой, чтобы иметь возможность выпрямить их без труда. И все равно его глаза сразу заслезились.
   Стив знал, что удушье от прерывания тока крова к мозгу может вызвать почти моментальную потерю сознания. Поэтому проявил особую осторожность, чтобы не повеситься ненароком. Он также знал, - и полицейский, естественно, должен был знать, - что человеку не обязательно висеть свободно, чтобы повеситься. Для этого могла сгодиться и дверная ручка.
   Прислонившись к стене, Стив терпеливо ждал.
   Прошло полчаса, и у него уже ломило суставы от неестественного положения, когда он наконец услышал, как тихо открылась и снова закрылась дверь в конце коридора.
   Стив моментально обмяк, и удавка стянула его шею. Напрягая мышцы ног, он старался держать свой вес так, чтобы внешне это не было заметно. Тусклое освещение должно было помочь его замыслу. Его правая рука безвольно висела, готовая сжаться в кулак и нанести удар. Задержав дыхание, он почувствовал, как набухает и краснеет его лицо.
   Полицейский прошел прямо к камере Стива, осветил фонариком койку и негромко позвал:
   - Эй! Тебе уже лучше?
   Это был тот же молодой охранник. Не обнаружив Стива, он пробормотал:
   - Твою мать!
   Луч фонарика заплясал по камере, пока не упал на обвисшее тело Стива. Надзиратель громко втянул в себя воздух и крикнул:
   - Эй!
   Сердце Стива напряженно заколотилось, голова пошла кругом, перед глазами поплыли красные пятна.
   Мгновение поколебавшись, охранник снял с пояса ключи и отпер дверь камеры. Стив заметил отблеск, когда тот выхватил пистолет и выставил его перед собой, но не шевелился, мысленно понуждая его приблизиться.
   Двигаясь невероятно медленно, с фонариком в одной руке и пистолетом в другой, охранник наконец подошел вплотную к Стиву и протянул руку с фонариком к его лицу.
   Испытывая нехватку кислорода и одновременно сознавая, что это его последний шанс, Стив сжал правую руку в кулак и, с силой оттолкнувшись ногами, резко выпрямился. Его кулак стремительно описал длинную дугу и врезался в подбородок надзирателя. В этот удар Стив вложил всю свою силу, понимая, что с веревкой на шее уже не сможет нанести второго удара. Он почувствовал пронзительную боль в суставах пальцев и услышал стук пистолета и фонарика, выпавших из рук охранника на цементный пол.
   Все это заняло какую-то долю секунды, и Стив, судорожно ухватившись за веревку на своей шее, мгновенно освободился от нее и кинулся к еще оседавшему на колени охраннику. Не теряя времени на выяснение, был нокаутирован он или только оглушен, Стив сжал горло парня, чтобы заглушить, возможный крик, и трахнул его головой об пол.
   Глухой звук удара черепа о бетон вызвал у Стива приступ тошноты, заставив забыть об отчаянии, владевшем им в последние секунды.
   В испуге он опустился на колени рядом с потерявшим сознание копом и стал торопливо нащупывать его пульс. У него вырвался вздох облегчения, когда он обнаружил хорошее наполнение пульса и услышал медленное, но ровное дыхание поверженного. Однако еще некоторое время он оставался на коленях, восстанавливая собственное дыхание и утишая свое сердцебиение, потом поднялся на ноги.
   Сейчас, приступив к выполнению своего замысла, он испытывал странное спокойствие, хотя это было только начало. На мгновение им овладело ощущение безнаказанности. Даже если ему удастся вырваться на свободу и временно скрыться от полиции, как доказать, что он не виновен, что он не сбежавший убийца, которого любой полицейский вправе застрелить при первой возможности? Но ничего уже не поделаешь, так у него появится хоть какой-то шанс.
   Выбросив эти мысли из головы, Стив прокрался из камеры в коридор. Остановившись у двери, ведущей в дежурную часть, он невольно прислушался к своему снова бешено колотившемуся сердцу.
   Чувствуя, как холод просачивается в его поры, Стив вспомнил об оставленном на койке пиджаке и тут же разозлился на самого себя: ведь он забыл в камере ключи надзирателя! Но возвращаться было уже поздно, и если дверь заперта...