– Бра-атцы! Там кто-та есь! За ноги ташшит! Утягивает! Элп! За пятку зубами схватил…
   Демон в образе свиньи поплыл саженками, но неожиданно взревел, как пушечное ядро выскочил из воды и, подняв тучу брызг, рухнул обратно. Яромир успел заметить, что на нем повисло штук двадцать необыкновенно зубастых рыбешек. Вслед за этим болото словно вскипело. За пару минут зубастые рыбки вчистую схарчили всех упырей, включая старика и демона, а те, что остались на берегу, схваченные приступом радикулита, снова скорчились, но теперь уже от смеха. Гриша выдал в их сторону длинную струю пламени, и упыри скорчились в третий раз, но уже от огня.
   – Хорошие здесь места! – сдержанно похвалил Яромир.
   – Экология работает, – поддержал его Попович. – Только уж больно рыбки странные.
   – Наши караси – самые карасевые караси в мире! – начал бахвалиться Илья Муромец, но тут же и замолчал, поскольку на дорогу вышел еще один старик. В отличие от «конкретно-реальных» пацанов он был одет в добротные сапоги, от которых на весь лес пахло дегтем, в вольготные казацкие шаровары и тонкую батистовую рубашку навыпуск, на которой еще болталась магазинная этикетка.
   Увидев богатырей, он на секунду замешкался, но тут же расцвел в неподражаемой улыбке на все сто тридцать два зуба. Во всяком случае, так показалось Яромиру.
   – Ба! Кого я вижу! И давно вы из Британии?
   – Матвеич! – обрадовался Илья, поначалу тоже не признавший лешего. – Ты ли это? Ну прямо франт, да и только!
   – Импорт, – сдержанно похвалился леший. – Купил в Камелоте. Пять дублонов как одна копеечка. Вот, надел по особому случаю.
   – А что за случай-то? – спросил Яромир, с интересом разглядывая лешего. При свете дня он выглядел очень импозантно: зеленая травяная морда, зеленые глаза, зеленые волосы, но все разных оттенков. Борода, например, была густая, словно из хвои, а нос напоминал формой молоденькую еловую шишку.
   – Вы просто не в курсе, – сказал дед, прислушиваясь к чему-то. – Граф Дракоша прислал к Яге сватов. Ну а я вроде как свидетель от нашей общины. Да… а упырей-то вы ловко уговорили! Ну оно и к лучшему, лес чище будет. – Он посмотрел на друзей пронзительными зелеными глазами. – А вас, как я погляжу, опять по службе гоняют? Нынче вообще в Старухань решили загнать!
   – А вы откуда знаете? – удивился Попович.
   – Я не знаю, а вижу! – поправил его леший. – Вижу даже то. что идете не в ту сторону.
   – Это потому, что дорога круговая, – стал пояснять Илья Муромец. – Разогнаться негде. А как выйдем на поле да как вжарим…
   – Вжарить-то оно можно, – заметил дед. – Это если по делу. А если по дури, то, может, и не нужно? Эдак ведь к черту на кулички можно попасть. Вот что, идемте-ка со мной. Там вам совет будет, а может, и не только.
   Илья не колебался ни секунды.
   – А чего не поехать? Заодно и поздравим! Она ведь миледя? А теперь будет ледя! А у нас ледей на Руси не много, их беречь надо!
   Богатырей несколько удивило прорезавшееся красноречие Муромца.
   – Зацепила нашего Илейку Яга, – шепотом сказал Попович Яромиру. – Ему нравятся такие…
   – Страшные, – подсказал Добрыня.
   – Ага. Он же постоянно Зойку-каракатицу вспоминает!

9

   Дом Яги стоял на большой поляне и со всех сторон был обнесен высоким частоколом. На кольях висели горшки, которые Яромир издали принял за черепа. Перед домом был палисад, заросший лопухами, а сзади огород, но что росло на ухоженных грядках, богатыри не успели рассмотреть. Яга, очевидно, еще издали заметила гостей и вышла из дома.
   – Гость на гость – в дом радость! – сказала она скрипучим голосом. – Это хорошо, что заглянули, не побрезговали!
   – Кто старое помянет, тому глаз вон, – сказал Илья, спешиваясь.
   – Точно! – ответила Яга с такой интонацией, что у Яромира мурашки пробежали по спине. Разом вспомнились все приключения, связанные с неукротимой миледей.
   – Чай, вместе одно дело делали, – продолжила она. – Правда, по разные стороны баррикад, но повеселились славно!
   – Что было, то было, – согласился Яромир. – А мы это… по заезду. То есть по пути.
   – В Старухань, – прищурилась Яга.
   – Ага. А ты откуда знаешь?
   – Туда нонче всех богатырей сгоняют! – засмеялась миледя. – Со всего свету, а зачем, неведомо.
   – Как это неведомо? – возразил Илья. – Получиться, культурки поднабраться.
   – Как же, как же! Знаем мы эти курсы! Дело-то темное, а раз темное, значит, добра не жди. Я так думаю… – Тут Яга посмотрела на лешего Матвеича и заткнулась. – Что это я все о делах да о делах? Идемте, накормлю вас с дороги, а потом побазарим без понтов, перетрем по-свойски. Время-то еще есть, а то сваты нагрянут, будет не до того!
   – А что за сваты? – спросил Яромир, поднимаясь по крепким дубовым ступеням.
   – Люди серьезные, авторитетные. Брукбондская ведьма и лейтенант Вий.
   – Может, Вай?
   – Ну Вай, лично я разницы не вижу. Как была морда кирпичом, так и осталась. Эй, Рокфор, ты где? Опять спрятался?
   Неизменный приятель Яги, новообращенный вурдалак граф Рокфор при виде входящих в избу богатырей забился за печь, но был оттуда немедленно извлечен, награжден подзатыльником и отправлен накрывать на стол.
   – Морока с этим графом! – пожаловалась миледя. – Ничего понимать не хочет. От упыризма лечиться отказался, пристрастился пить березовый сок… извращенец. Надирается лунными ночами и воет, как шакал! Вот женю его на шишиге, небось поумнеет!
   Между тем на столе появился горшок со щами, жареный кабанчик и жбан ядреного кваса. Рокфор с хлюпом втянул в себя воздух и уставился на Илью.
   – Кровушки захотелось? – добродушно прищурился Илья.
   – Ага! – простодушно обрадовался упырь.
   – А ну пошел отседа! – возмутилась Яга. – Не то живой водой напою, небось сразу протрезвеешь!
   – Не надо! – испугался граф. – Пойду-ка березового сока хлебну!
   Он ушел в другую комнату и стало слышно, как он гремит кастрюлями и жадно, гулкими глотками что-то пьет. Через пять минут из комнаты донеслось:
 
Я в весеннем лесу
Пил березовый сок,
С ненаглядной шишигой
В стогу ночевал…
 
   – Не обращайте внимания! – отмахнулась Яга. – Граф-то Дуровой, хоть и немец. Дня не проходит, чтобы я его ухватом или молотком… а все без толку. Но молотка не любит. А вы ешьте, ешьте, у меня по-простому.
   Обед оказался как нельзя кстати. Богатыри остановились только тогда, когда от щей остался пустой горшок, а от кабанчика чисто обглоданные кости. Леший Матвеич сидел в уголке и потихоньку грыз шишки.
   – Пообедали? – ласково осведомилась Яга.
   – Огромное спасибо! – нескладным хором ответили богатыри. – За нами угощение в «Трех дураках».
   – Ловлю на слове, – кокетливо пробасила Яга и, подхватив пустой горшок, мощным броском отправила его в окно. Горшок просвистел в воздухе и наделся на пустой кол.
   – Вот это точность! – поразился Яромир. Миледя потупила глаза.
   – Тренировка! – сказала она. – Я еще и не так умею. Только эта… вам ведь сейчас о другом надо думать.
   – А о чем? – заинтересовался Илья, широко зевая и сыто моргая глазом. – О бабах?
   – О Старухани! – насупилась миледя. – Вам туда цельный месяц переться, если с пути не собьетесь. А собьетесь, так года два.
   – Дык мы там завтра должны быть! – сразу озаботился Илья. – Так в приказе написано.
   – Это кто же у вас такой шустрый? – прищурилась Яга.
   – Думный дьяк. Он сегодня рехнулся. Объяснял нам, как добраться до Старухани, и умом двинулся. Может, у него мозги закрутились еще раньше, вот и напутал со сроками, – сказал Илья. Яга скептически поджала губы.
   – А на чем добираться-то, он сказал?
   – Что-то говорил, да мы не помним, – ответил Муромец, вынимая из кармана подорожную. – Тут вот написано.
   – А что написано?
   Илья протянул подорожную Яромиру:
   – На, прочти. Лично я в эти грамоты никогда не заглядывал, потому, может, и жив. Ведь они, заразы, как напишут, так непременно соврут.
   Яромир взял подорожную.
   – Отправление на Старухань лодкой-самолеткой, – прочел он и уставился на друзей. – А почему мы на конях?
   – По кочану! – бухнул Илья. – Это, небось, дьяк нам головы заморочил. На лодке-самолетке оно, конечно…
   – Так что теперь вам долго добираться придется! – подвела итог Яга.
   На богатырей жалко было смотреть.
   – А сто бывает за неисполнение приказза? – поинтересовался дракончик Гриша. Илья отвел глаза.
   – Разное, – сказал он, неопределенно махнув рукой.
   – Башку, может, и не снесут, – сказал Попович, усмехаясь неизвестно чему.
   – Но на БАМ отправят! – закончил Добрыня и тут же пояснил: – Это Биварско-Аглицкая магистраль. Дорога, одним словом. Ее строить надо.
   – Я не хосю! – затрепетал Гриша.
   – И я не хосю. То есть не хочу! – поправился Илья. – Что делать, братцы? Влипли!
   Яга скромно потупилась и почесала бугристый подбородок.
   – Ну… я, например, могла бы поспособствовать. Короче, подмогнуть.
   – Это как: по щучьему велению, бац – и на место? – оживился Илья.
   – Не потяну, – призналась Яга. – Я, когда в Гохвартсе училась, половину уроков закалывала. Вот кого зачаровать, скажем, любовной магией… – Тут она открыла пасть в страшненькой улыбке и подмигнула Муромцу, – это мы могем! Сю-сю-сю!.
   Муромец мгновенно поглупел, выкатил глаза и с отвисшей челюстью сделал неуверенный шажок вперед.
   – Сю? – спросил он бараньим голосом, но в этот момент Яромир чихнул, и богатырь пришел в себя. Вернув челюсть на место, он с уважением посмотрел на миледю.
   – Сильна… – пробормотал Муромец, поправляя фиолетовый парик. – Ну вылитая Зойка!
   – Зойка – не Зойка, а кое-что умею! Но чтобы всех разом в Старухань? Вы ж вон какие здоровые, да еще дракон! Но есть и у меня одна фишка. Правда, сразу скажу, не бесплатно. Потому что мне эти вещички тоже влетели в копеечку.
   – Ноу проблем! – за всех ответил Илья, почему-то перейдя на английскую мову.
   – Тогда идем!
   Она открыла дверь, ведущую в коридор, затем еще одну, и богатыри оказались в горнице, сплошь завешанной разным оружием. Тут были и мечи-кладенцы, и дубины самого зверского вида, и какие-то странные штуки, от которых за версту веяло недоброй силой. Яромир остановился напротив одной из них.
   – Это что за хрень? – спросил он, опасливо разглядывая чудную рогулину с трубкой на конце. Яга пожала плечами.
   – А я отколь знаю? Мне ее залетные черти подарили, сказали, что редкая вещь, из Другомирья. Называется Калашников. Плюется свинцовыми орешками и огненными яблоками. А у меня тут вроде как музей. Я его для Дракоши собираю, – призналась она дрогнувшим голосом. – Он ведь у меня коллекционер. Я ему обешала Першинг достать, да не смогла. Может, потом достану.
   Яромира так и подмывало спросить, что это такое, но он постеснялся. Негоже богатырю выказывать невежество в таком деле. Уж лучше расспросить потом, потихоньку. Может, он и себе достанет такой Першинг и будет плеваться свинцовыми орешками и огненными яблоками!
   Между тем Яга подвела их к стойке, где за стеклом висели метлы. Некоторые из них были произведениями искусства – с лакированными ручками из красного дерева, с золотыми ободками и тиснеными буквами по краю. На одной было написано: «Свинтус 2006».
   – Вот, – сказала Яга, раскрывая стеклянные дверцы. – Это самое лучшее, что я могу вам предложить. Быстро. Удобно. Маневренно.
   – Как? – поразился Илья. – Чтобы святорусские богатыри с боевых коней пересели на метлы? Не бывать такому!
   – Ну как знаете, – вздохнула Яга. – Я-то хотела как лучше!
   – А что, на ней и впрямь можно до Старухани добраться? – спросил Яромир, не обращая внимания на сердито пыхтящего Муромца.
   – Легко! – сказала Яга и вынула из стойки здоровенную метлу. Она была увесистой, с рифленой рукоятью, чтобы удобней было держаться. – Это БМП. То есть боевая метла пехоты. На ней удобно барражировать на малой высоте и срубать противнику головы.
   – Как, как? – сразу заинтересовался Муромец. – Лететь над станом врага и рубить его в куски? Это по-нашему!
   – Зато не по-рыцарски! – нахмурился Попович.
   – Ну и хрен с ним, лишь бы толк был! – парировал Добрыня. – Цель оправдывает средства.
   – Так, может, попробуем? – предложил Яромир.
   – А коней куда денем? – не унимался Алеша.
   – Коней оставите здесь, – предложила Яга. – Я Матвеичу скажу, он отведет их на богатырскую конюшню, лишь бы они его по дороге не залягали. А могут и у меня попастись, лужок-то большой, а вернетесь, заберете. Я сама за ними присмотрю и возьму недорого.
   – Сколько? – по-деловому спросил Илья.
   – Пять золотых вместе с метлами.
   Илья почесал здоровенный нос и решительно махнул рукой:
   – Пойдет!
   Вооружившись боевыми метлами пехоты, богатыри поспешили во двор. Завидев их, граф Рокфор спрятался за поленницу и принялся оттуда жадно хлюпать слюнявым ртом. Яромир не выдержал, схватил его за шиворот и с одобрения хозяйки несколько раз саданул об угол дома. После этого граф поскучнел и ушел в избу.
   – Давненько его не били! – мстительно сказала Яга. – Соскучился по пенделям! Мне-то самой сегодня некогда, а ему, видать, зубы жмут! Вот и напрашивается на тумаки. У меня для этого молоток есть, так я его молотком охаживаю. Ох и шибко он молоток уважает!
   Яромир подошел к Савраске. Богатырский конь не скучал. Он явно пытался подбить клинья к кобыле Ильи Муромца.
   – Вот что, Савраска, – шепотом сказал Яромир. – Вы останетесь тут до нашего приезда. Будь начеку. Подойдет упырь – копытом по башке, ясно?
   – Будь спок, хозяин! – осклабился Савраска. – Нас тут четверо, если что, такую бучу заварим, мало не покажется!
   Успокоив таким образом совесть, Яромир стал слушать, что говорит Яга. Управлять БМП оказалось до смешного просто. Чтобы метла взлетела, нужно сказать «фу», чтобы она полетела – «фу-фу». А чтобы помчалась, как стрела – «фу-фу-фу». Останавливалась метла так же просто: достаточно было сказать «уф».
   – Короче, садитесь, – сказала Яга, – говорите, куда лететь, и все. А дальше только держись!
   – Может, потренируемся сначала? – предложил Яромир. – А то мало ли?
   – Хочешь, тренируйся! – заржал Илья. – А мне тренироваться неча, я с детства натренированный. Вперед, братцы, не будем резину тянуть!
   Богатыри попрощались с Гришей, наказав ему немедленно возвращаться в Лодимер и приступать к службе.
   – Фу! – за всех сказал Муромец, и стая богатырей взмыла в небо. Дракончик Гриша пришел в неописуемый восторг и захлопал крыльями.
   – Возврассяйтесь скорее! – закричал он. – Я буду скусять!
 
   Через минуту стая богатырей со свистом рванула в сторону Старухани.
   Умные метлы сразу взяли нужное направление. Илья Муромец летел за вожака. Его знаменитый фиолетовый парик сдуло, и он держался только на ремешке. Бритая голова со свистом разрезала воздух. Неожиданно в метле что-то щелкнуло, и скрипучий голос произнес:
   – Алло, гараж! Запрашиваю воздушный коридор, как поняли?
   – Все путем, метелка! – раздался другой голос. – Даю воздушный коридор, буду сопровождать до цели.
   – Будь здоров, сундук!
   – Не кашляй, метелка!
   Илья Муромец едва не свалился вниз, высматривая, кто же это говорит. Наконец метла заскрипела и снова произнесла:
   – Поздняк метаться, сиди спокойно, а то врежемся во что-нибудь, мокрое место останется!
   – Это кто говорит? – насторожился Илья, сразу заподозрив самое черное колдовство.
   – Говорит боевая метла пехоты, – произнес все тот же голос. – Докладываю: справа встречным курсом движется неопознанный летающий объект, предположительно ковер-самолет. Предлагаю уничтожить потенциального противника.
   Илья, прищурившись, уставился вперед и вскоре углядел маленькую черную точку впереди.
   – А если это друг? – пробормотал он неуверенно. – Надо бы поближе глянуть!
   – Приступаю к выполнению поставленной задачи, – четко отрапортовала метла, отклоняясь от курса и резко увеличивая скорость. Тот же самый маневр повторили и другие метлы. Теперь богатыри, как стая истребителей, мчались на ковер-самолет. Вскоре они сумели рассмотреть объект в непосредственной близости.
   На роскошном персидском ковре сидел старик в чалме. Его белоснежная борода далеко развевалась по ветру. Перед ним на специальной подставке стоял мангал, а на нем узкогорлый кувшин, из которого струился зеленоватый дымок.
   – Колдун! – ахнул Илья.
   – Так точно! – отрапортовала метла. – По данным фейс-контроля – маг-рецидивист, Раздолбай-ага. Приступить к ликвидации?
   – Да я этого Раздолбая сам сейчас раздолбаю… ой, а что это он? – Илья Муромец не поверил своим глазам. Увидев летящую на него стаю богатырей на метлах, маг-рецидивист вскочил, замахал руками, запнулся о свой кувшин и ласточкой, словно в воду, нырнул с ковра-самолета вниз. Он так и вошел в землю головой. Друзья отметили только земляной фонтанчик и, обернувшись, увидели небольшой кратер, образовавшийся на месте падения.
   – Цель уничтожена! – прокомментировала происшедшее метла.
   В самом деле, ковер-самолет, оставшийся без управления, бестолково закружился на месте, раскаленные угли из мангала рассыпались по ворсу. Через минуту ковер уже пылал, и обугленные ошметки разлетелись в разные стороны, как испуганное воронье.
   – Это кто был-то? – перекрывая свист ветра, прокричал Яромир.
   – Раздолбай! – крикнул Илья в ответ.
   – Ну если раздолбай, туда ему и дорога! – легко согласился Яромир.
   Внизу с потрясающей скоростью проносились леса, дороги, деревеньки, реки и озера. Мелькнул и пропал красивый белокаменный город. Какая-то ведьмочка, сгорая от любопытства, попыталась угнаться за ними на своем помеле, но безнадежно отстала.
   – Помело типа «жигули» – прокомментировала метла Ильи Муромца. – Двухскоростная, с липовым приводом. Устаревшая модель!
   – А ты не устаревшая? – осведомился Илья.
   – Я иномарка! – с гордостью доложила метла. – Трехскоростная, с форсажем и реверсом, на дубовых бруньках настоянная! Плюс – постоянная связь с магическим интернетом.
   – Здорово! – восхитился Муромец. – А вот, к примеру, ты знаешь, кто сейчас под нами едет?
   – Так точно! Докладываю: сводный отряд биварских рыцарей во главе с магистром ордена самплиеров Куртом Рябе движется в Старухань!
   – А что этим соплемерам во главе с курой Рябой там понадобилось? – удивился Илья.
   – То же, что и вам, – равнодушно ответила метла, – курсы повышения квалификации.
   – Пусть приезжают, – обрадовался Муромец. – Я им курсы-то повышу! У меня эти рябы петушками запоют. Эй, метла!
   – Слушаю, хозяин!
   – А может, пуганем их, а?
   – Так точно, пуганем! Выполняю приказ, перехожу в пике.
   В следующую минуту метлы с тяжелым свистом понеслись к земле. Промелькнула поляна с избушкой посередине, и открылся широкий тракт, по которому во весь опор скакали похожие на железные башни рыцари. Надо отдать им должное: они вовремя заметили опасность. Отряд остановился, как вкопанный, и биварские богатыри, словно блохи, попрыгали в кусты. Илье даже показалось, что он слышит, как нервно стучит забралом доблестный Курт Рябе.
   Отряд прошелестел над самой землей и снова устремился в бездонную синюю высь. Вскоре на горизонте показался большой город. Издалека были видны маковки церквей и тонкие шпили мечетей.
   – Приближаемся к Старухани! – заявила метла. – Выхожу на цель.
   – Ур-ра! Приехали! – хором закричали богатыри, и их крик, словно гром, раскатился по всему небу.

10

   В целях безопасности Курсы государевых богатырей разместили на окраине города и окружили высоким бревенчатым забором. Напротив многоэтажного терема, где, собственно, и располагались курсы, была устроена специальная площадка для обучения богатырей строевому шагу и прочим премудростям культуры. Чуть в стороне виднелись странные и страшные сооружения, от одного вида которых бросало в дрожь. Это была знаменитая полоса препятствий. За полосой препятствий располагался богатырский парк, где витязи должны были гулять, размышляя о прекрасном, но, чтобы балдение не победило бдение, на дорожках были вырыты волчьи ямы, в кустах расставлены хитроумные капканы, а в ветвях вековых деревьев прятался целый полк специально тренированных обезьян. Нахальные твари выжидали удобный момент, чтобы забросать замечтавшегося богатыря яблоками или булыжниками.
   Именно в этом парке, на тихую с виду аллею и опустились богатыри.
   Яромир вдохнул свежий воздух, с хрустом потянулся и, мечтательно подняв глаза к синему старуханскому небу, произнес:
   – Красота!
   И тут же получил осколком кирпича в лоб.
   Это было очень больно, обидно, а главное, неожиданно. Яромир чудом сдержался, чтобы не взвыть, и принялся оглядываться в поисках обидчика. Косматая нахальная морда тут же высунулась из кустов, нагло ухмыльнулась и показала Яромиру язык.
   – Блудослав! – ахнули богатыри. – Ну сволочь, погоди!
   Пока Яромир растирал ушибленный лоб, Илья смело шагнул в кусты, но обидчик словно на крыльях взлетел на самую высокую ветку и принялся на ней раскачиваться, зацепившись хвостом.
   – Блудя, иди сюда! – ласково поманил его Муромец. – Я тебе по морде дам!
   – Урр! Вохрр! – грозно зарычала обезьяна и запустила в Илью булыжником. Илья увернулся, но стоящий за ним Добрыня не успел. Булыжник сочно впечатался ему в правый глаз, и парк культуры и отдыха огласился свирепым богатырским матом.
   – Все! Терпение лопнуло! – заявил Муромец. – Сейчас я тебя достану!
   – Это не Блудослав, – предостерег его Попович.
   – А кто же это, по-твоему? Его харя, отвечаю!
   – У Блудослава нет хвоста, – терпеливо принялся объяснять Алеша Попович. – Это обезьян. Он, наверное, случайно приблудился. Кто-нибудь привез и бросил. Может быть, это даже политэмигрант.
   – А это что за хрень? – испугался Илья. – Ты имеешь в виду, что он – заразный?
   – Я говорю, что он сбежал из-под гнета туранского Салтана.
   – Это не повод, чтобы пуляться камнями, – сурово заявил Яромир, – Надо его достать и убить на фиг!
   – Да как его достанешь, он на ветке качается!
   – Эй, Блудя, иди, конфетку дам, – снова поманил его Илья. «Блудя» извернулся, сорвал с ветки яблоко и точным броском угодил Илье прямо в рот. Муромец с трудом прожевал яблоко и, смахнув суровую богатырскую слезу, заявил:
   – Кислое!
   Богатыри покатились со смеху.
   – А может, хворосту под дерево положим и запалим? – предложил Яромир.
   – Пожар устроишь, чудило! – сказал Муромец и, спохватившись, что его могут увидеть лысым, надел на голову парик.
   И тут произошло нечто совершенно необъяснимое. Раскачивавшийся на ветке обезьян отцепил хвост и шмякнулся на землю. Вслед за ним, как горох, посыпались другие обезьяны. Богатыри в первый момент опешили, но тут же пришли в себя и весело засучили рукава.
   – Стенка на стенку! – весело заявил Илья и шагнул вперед. Но драки не получилось. Обезьяны как одна повалились на колени и, воздев к нему мохнатые лапы, хором взревели:
   – Повелитель! О-о-о!
   – Может, они бешеные? – насторожился Илья, но умный Попович покачал головой:
   – По-моему, они принимают тебя за вожака.
   – Я что, обезьян? – оскорбился Муромец. – У меня что, хвост есть?
   Яромир на всякий случай заглянул ему за спину:
   – Вроде нет… а может, в штанах?
   – И в штанах нет! – взревел Илья. – Я человек! Я звучу гордо!
   Обезьяны с большим уважением прислушивались к разговору богатырей.
   – Постойте, – сказал Яромир, – я понял. Им понравился твой парик. Но это же здорово! Если они тебя так зауважали, значит, ты можешь им приказать все что хочешь! Скажи им, чтобы перестали пуляться, у них вон у каждого по кирпичу.
   Илья откашлялся.
   – Ладно, попробую, – согласился он. – Эй, гвардия!
   – Воххр! Урр!
   – В шеренгу по два стано-вись!
   Обезьяны переглянулись, мгновенно разобрались по ранжиру и выстроились в шеренгу по два. Образовался целый взвод.
   – Ну прям стрельцы! – умилился Илья. – А теперь шагом… марш! И больше нам на дороге не попадаться!
   Чеканя шаг, обезьяны двинулись по аллее.
   – Запе-вай! – скомандовал им в спину Илья. «Взвод» вздрогнул, как от удара током, но ослушаться не посмел.
 
А для тебя, родная,
Есть почта полевая… —
 
   грянули они хором и скрылись за ближайшим поворотом.
   – Ну вот, путь свободен! – заявил Илья Муромец, шагнул вперед и тут же провалился в волчью яму. Бросившийся ему на выручку Добрыня попал в капкан: его защемило между двумя соснами. Пришлось Яромиру с Алешей растаскивать сосны, чтобы освободить богатыря. Потом вытащили Илью Муромца.
   – Безобразие! – возмущался слегка помятый Добрыня.
   Яромир оглянулся и поежился.
   – Пошли отсюда поскорей, пока не пришибло чем-нибудь покруче! Обезьяны пошли туда, значит, нам – сюда, – решительно сказал Яромир, и друзья направились в противоположную сторону. Один раз на них сверху свалилось бревно, но тут на высоте оказался Попович. Он поставил блок и отбил бревно прямо в кусты. В кустах кто-то утробно вякнул, завывая, бросился в чащу и через минуту свалился в хорошо замаскированную яму.
   – Что и требовалось доказать! – сказал Илья, со значением подняв палец. – Как там в пословице?