– Только благодаря тебе, – улыбнулся в ответ гном. – У меня прямо зуд начался от любопытства, очень не терпится узнать, что ты с ними будешь делать дальше?
   – Как раз это ты скоро узнаешь, – подмигнул я, и мы сели ужинать, продолжая обсуждать принятые решения.

Глава 1
Стройка

   Утром я снова собрал Совет. Заставив гномов для начала расписаться за свои вчерашние слова на чистовом варианте протокола совещания, я собрал списки бригад. Пробежав по ним глазами, я понял, что самостоятельно в них разобраться невозможно.
   – Предлагаю, уважаемые старейшины, каждый день в это время проводить небольшое пятнадцатиминутное совещание. – Я посмотрел на гномов. После вчерашнего на их лицах удивления уже не было, нововведения они начали схватывать быстро.
   Поставив десятиминутные песочные часы, я пригласил всех присесть. «Нужно будет отдельные дома строить», – подумал я, оглянувшись. Часть дежурных слонялась по бараку, прислушиваясь к нашим разговорам. Я мигнул Рону на них, нубиец согласно кивнул и пошел разбираться.
   – Хотел бы уточнить один вопрос: у кого-нибудь из мастеров есть возражения по спискам? – спросил я.
   – Чтобы сегодня не спорить, мы вчера обсудили все списки, – неожиданно для меня ответил Дорн.
   Я недоверчиво посмотрел на него: только вчера гномы готовы были перегрызть друг другу глотки, и вдруг такая солидарность.
   Увидев мое удивление, гномы стали посмеиваться.
   – А вы думали, тан, что мы не сможем прийти к согласию? – усмехнулся Ватан. – Вы не учли одну вещь: мы слишком много времени провели на сороковых штреках, а это все меняет. Там, если не находишь компромиссов, очень быстро умираешь.
   – Что ж, весьма приятно, во мне даже затеплилась надежда, что вы заразитесь идеей колхоза так же, как ею заражен сейчас я. – Я встал и с достоинством поклонился гномам. – Тогда, если у вас нет вопросов, приступим к работе.
   – Один вопрос, тан, – остановил поднимающихся гномов Эстер. – Когда я могу передать письма своих парней для их семей?
   – Прямо сейчас, – ответил я и ничуть не удивился, когда все старейшины достали из поясных сумок кипы небольших клочков ткани.
   – Как только письма будут отправлены, вы будете первыми, кто об этом узнает, – закончил я совещание, собрав все списки.
   Дождавшись, когда гномы выйдут, я позвал Дарина и Рона подышать воздухом.
   – Догадываюсь, о чем ты сейчас будешь говорить, – усмехнулся гном. – Я не против.
   – Дарин, что бы я без вас делал. – Я пожал ему протез. – Некого мне больше послать, кроме тебя. Любого другого король не примет.
   – Я уже согласился, можешь не упрашивать, – улыбнулся гном. – Сам-то что собираешься делать?
   – Нужно ехать к кочевникам, покупать лошадей, овец, и, надеюсь, у них есть собаки, – ответил я. – Если все быстро получится, потом придется съездить в Тарон, закупать коров и другую живность. В общем, я тоже на месте сидеть не буду.
   – Не боишься оставлять их без присмотра? – Гном кивнул на барак.
   – Боюсь. Но, к сожалению, я всего лишь один. Без наших с тобой отлучек в любом случае не обойтись, так что лучше начинать раньше, чем позже. Совет мы избрали, главы у нас есть, осталось узнать, смогут ли они вместе работать.
   – Смотри сам, твое решение, – усмехнулся гном. – А теперь пошли, я познакомлю тебя с мастером, у которого ты будешь работать.
   – Это что еще за новости? – Я уставился на него в полном недоумении. – Если я и буду успевать работать в кузне, то только с тобой!
   Дарин сурово посмотрел на меня и, четко выговаривая слова, сказал:
   – Вот с этим, – гном гневно потряс протезами, – я ничему не смогу тебя научить. Как ты этого не понимаешь? Я способен выковать топор, подкову, гвоздь, но настоящего оружия мне больше никогда не создать!
   – Дарин, успокойся, пожалуйста, – принялся уговаривать я. – С чего ты вообще решил, что мне нужно уметь ковать оружие? Это же просто как увлечение, мне нравится возиться с железом, я не собираюсь заниматься этим всерьез. Да и некогда мне!
   – Ты будешь этим заниматься, потому что я тебя об этом попрошу! – припечатал меня словами гном. – Если верны кое-какие мои предположения, ты очень скоро узнаешь о себе нечто новое.
   – Так, а вот с этого места поподробнее, – вцепился я в его последние слова. – Мне кажется, что вы, мастер, чего-то недоговариваете.
   – Это точно, – поддакнул нубиец. – У него глазки начали бегать, и он тискает правый протез.
   – Морда чернокожая, – беззлобно ругнулся гном в сторону Рона, который в ответ только оскалился. – Ничего не буду сейчас говорить, придет время – сам все поймешь, если я в тебе действительно не ошибаюсь, – закончил гном свою речь, давая понять, что из него больше ничего не вытянуть.
   – Ладно, тогда собирайся в путь, вот тебе все списки. – Я протянул ему пачку писем. – Рон вчера передал мне заявки на отдельные дома, сегодня думаю провести жеребьевку и заложить для начала хотя бы парочку.
   – Сначала мастер, – настоял на своем Дарин, и я покорно зашагал за ним.
   В кузне уже кипела работа. Дым из трубы, звон металла и грозные понукания помощников недвусмысленно говорили, что в кузне появился новый хозяин. Подойдя ближе, Дарин оставил нас с Роном на пороге, а сам вошел внутрь.
   Вскоре он появился уже с мастером, и я разглядел своего нового шефа. Дядька оказался невероятно грозного вида, к тому же в два раза шире Дарина! Когда они стояли рядом, я с удивлением это отметил. Раньше я считал, что шире Дарина точно никого не может быть, плечи у него были такими, что, казалось, шкаф положили набок.
   Новый мастер производил впечатление двух таких шкафов! Едва не засмеявшись над этим сравнением, я наткнулся на грозный взгляд мастера, которому Дарин что-то шептал на ухо. Кузнец сначала отрицательно качал головой, затем удивленно посмотрел на Дарина и только потом недоуменно уставился на меня. Потом гном, не переставая мотать головой, вновь перевел взгляд на Дарина и стал ему что-то говорить. Завязалась ожесточенная перепалка.
   – Темнит наш гном, ой темнит, – буркнул нубиец, постукивая себе по ноге пяткой копья.
   – Интересно, о чем они там говорят? – вздохнул я. – До меня доносятся их голоса, но эти гады на тайном наречии разговаривают.
   – Умные слишком, – подтвердил Рон, – но будь я трижды проклят, если они не обсуждают какой-то секрет, связанный с тобой. Вон, видишь, у второго гнома от возмущения даже борода торчком стоит.
   – И почему мы вечно не в курсе того, что происходит? – вновь вздохнул я.
   Гномы, закончив перепалку, направились к нам.
   – Вот, Макс, знакомься, мастер Тарак, лучший оружейник из всех, кого можно тут найти. Как он оказался среди каторжан – понятия не имею.
   Я протянул руку мастеру и представился:
   – Тан Максимильян.
   – Тарак, сын Нага, Клан Сломанной секиры, – недовольный чем-то гном так сжал мне руку, что я мысленно попрощался со своими костями.
   Едва не взвыв от боли, я носком сапога подбил копье Рона, оно упало и ударило гнома по колену. Раздался характерный стук – гном повалился на землю.
   – Ой, мастер, простите, я сегодня такой неловкий. – Я сделал невинное лицо и бросился поднимать гнома. – Простите меня, так неудобно, такая неуклюжесть, просто кошмар!
   Оглянувшись, я увидел, что лицо Рона перекосило от смеха, а Дарина – от гнева. Повернувшись снова к мастеру, я опять изобразил попытку помочь ему подняться, но, взглянув ему в лицо, замер – гном, сидя на земле, просто трясся от смеха, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться во весь голос.
   – Что такое, мастер? – Выражение моего лица могло служить какому-нибудь иконописцу для создания образа раскаявшегося грешника.
   Тарак поднялся, посмотрел на меня, похлопал по плечу своей ручищей, больше похожей на ковш экскаватора, и обратился к Дарину.
   – Хорошо, ты уговорил меня, сын Дарта, – сказал гном, – и не из-за того, что тебе якобы показалось, просто больно парнишка хорош: руки кузнеца, кровь кузнеца и характер отличного кузнеца! Думаю, из него выйдет толк, тем более что ты говоришь, будто он не новичок в нашем ремесле.
   – Если назвать то, что я убирал и мыл кузню больше года, учебой, тогда я точно настоящий кузнец, – едва слышно прошипел я, потирая онемевшую руку.
   Тарак услышал мой шепот и засмеялся еще сильнее, теперь его смех стал похож на небольшие раскаты гнома.
   – Пошли посмотрим, на что ты способен, – кивнул мастер на кузню.
   – Сейчас?! – возмутился я.
   – Вообще-то это был приказ! – рявкнул Тарак, мгновенно приобретая сходство со взбесившимся бульдозером – именно такую ассоциацию вызвал у меня его вид.
   Покорно кивнув, я поплелся в кузню. Дарин и Рон лишь сочувственно посмотрели мне вслед.
   Выполз я оттуда только через два часа, причем именно выполз. Тарак взялся за дело с размахом, для начала выгнав из кузни всех подмастерьев и заставив меня работать за троих. Гном был недоволен всем: медленно хожу, не так поддуваю, криво держу заготовку, слабо бью… В общем, очень скоро работа с Дарином показалась мне просто легкой разминкой по сравнению с тем, как меня гонял Тарак. Когда он наконец удовлетворился «осмотром», я был вообще без сил, к тому же в пропотевшей насквозь одежде, поскольку поменять ее конечно же не успел.
   Кое-как отмыв себя и переодевшись, я поплелся в сторону барака и подумал, что необходимо провести воду в поселок, а то замучаешься каждый раз ходить к реке. «Сегодня же займусь этим, до отъезда», – решил я.
   Однако поставить этот вопрос удалось только на утреннем собрании, так как вечером мы обсуждали с Роном и Дарином сроки поездок, а также что и в каких количествах будем покупать. Выезжать мы собрались завтра, поэтому засиделись допоздна. Тем не менее это не помешало Рону встать, как обычно, ни свет ни заря и выгнать меня на пробежку, хотя после вчерашнего «осмотра» у Тарака максимум, чего мне хотелось, так это лечь и умереть. Больше сил ни на что не было.
   – Уважаемые мастера, – начал я утреннюю летучку, притулив к стене свое тело, на котором, как мне казалось, не осталось ни одного живого места, – сегодня я и тан Дарин уезжаем. Он – чтобы отвезти письма гномов к королю, я же направляюсь к кочевникам. Поэтому у нас на повестке четыре вопроса:
   1) кто будет ответственным за проведение жеребьевки между теми, кто записался на собственный дом;
   2) кто будет ответственным за обеспечение поселка водой;
   3) кто будет ответственным за безопасность поселка;
   4) кто из гномов поедет со мной в качестве охраны.
   Прошу высказываться.
   – Можно просто проголосовать по каждому из пунктов, – произнес Дорн, оглядев всех, – за каждого из нас голосуют все.
   На мое удивление, никто не возражал. Гномы, посматривая на текущие песчинки, быстро проголосовали и выбрали ответственных по всем пунктам. Не у дел остался сам Дорн, но по его внешнему виду было не понять, расстроен ли он данным фактом.
   – Отлично, я рад, что мастер Дорн остался свободным, – нарушил я неудобное молчание. – Очень хорошо, что я могу поручить ему отдельное ответственное задание.
   Дорн заметно оживился.
   – Какое, тан Максимильян?
   – Я хочу, чтобы вы срочно занялись подборкой вооружения для формируемого нами небольшого войска. Для начала нужно начать строительство дополнительных кузниц и составить им предварительный заказ на работу. Состав бригад кузнецов уже подобран таном Дарином, так что чем быстрее построятся кузницы, тем быстрее они начнут изготовление необходимого оружия.
   Гном внимательно слушал меня и кивал.
   – То есть я без согласования с Советом могу сделать заказ кузнецам? – поинтересовался он, прищурившись.
   – Именно поэтому это задание такое ответственное, – твердо сказал я. – Я точно уверен, что вы, обладая таким авторитетом среди остальных членов Совета, не захотите злоупотреблять своим положением.
   Гномы переглянулись между собой, как бы говоря: «Это все равно, что сунуть козла в огород с капустой». Но я решил, что Дорн, как осторожный гном, не станет рисковать и навлекать на себя недовольство других Кланов злоупотреблениями работой кузнецов и вооружением сначала гномов своего Клана, а лишь затем остальных.
   – Еще вопросы есть? – спросил я.
   – Да, кто будет руководить остальными бригадами и принимать отчеты бригадиров? – спросил Атор, пожевав немного губы.
   – Как кто? – Я сделал вид, что удивился. – Совет старейшин, конечно. На время моего отсутствия вся полнота власти передается вам. Однако имейте в виду: решения вы можете принимать только большинством голосов и только такие, которые не противоречат принятым на общем собрании.
   Гномы удовлетворенно переглянулись друг с другом. Я решил пустить в ход немного лести.
   – Уважаемые мастера, как я могу не доверять вам?! – Я покачал головой, как бы отбрасывая малейшие сомнения. – Вы избраны своими Кланами как самые достойные и самые опытные из всех. Кому, как не вам, руководить колхозом в мое отсутствие?
   – Да, конечно, вы правы, тан. – Атор быстро дал задний ход.
   – Ну что ж, тогда мастер Дорн выделит мне гномов для охраны, и мы отправляемся, – подвел я итог летучки.
   Я вышел с гномами на крыльцо и снова был удивлен. «М-да, мое мнение о гномах становится все лучше и лучше», – подумал я, когда увидел небольшой отряд вооруженных гномов возле барака. Хоть одеты они были лишь в толстые кожаные куртки с нашитыми железными бляхами, но вооружились солидными двусторонними секирами.
   – Не успеваю вам удивляться, – повернулся я к старейшинам, – и когда все успеваете?
   Гномы начали довольно посмеиваться.
   – Хорошо, вещи у меня давно собраны, только копье возьму, – сказал я и вернулся к своим нарам за копьем и небольшой котомкой. Ничем другим я так и не разжился.
   Когда я вышел, гномы прощались с Дарином, который отправлялся к гномьим путям.
   – Постарайся сразу забрать управляющего, – наклонившись к его уху, прошептал я. – Валенса простит мне такой финт. Можете оставить записку, что без управляющего встало все дело.
   – Не волнуйся, я еще вчера все понял, – усмехнулся в бороду гном. – Себя береги и, главное, не свети перед ними большим количеством денег.
   – Я же не дурак, – обиделся я. – С собой беру только аванс, окончательный расчет будет на месте.
   – Ох, переживаю что-то за тебя, – покачал головой гном. – Прямо не хочется тебя оставлять.
   – Себя береги, со мной же Рон. – Я ободряюще похлопал его по плечу и отправился к поджидавшей меня команде.
 
   – Надеюсь, из тебя получится проводник лучше, чем из гномов, – ехидно заметил я нубийцу.
   – Уж точно лучше тебя, – не замедлил ответить тот.
   – Мне интересно, сколько мы будем ходить, пока найдем хоть одно кочевое племя, – не отставал я от нубийца, который вчера предложил себя в качестве проводника по степи.
   – Все увидишь в свое время, – спокойно отрезал он и, поправив свой сверток с вещами, оглянулся на отряд гномов.
   – Хоть один откроет рот без моей команды, проткну, как котенка, – спокойно сказал он гномам, и те безоговорочно ему поверили.
   В колхозе не было никого, кто не видел бы наши с Роном тренировки, и если некоторые, проходя мимо, посмеивались, глядя на то, как Рон меня лупцует в спаррингах, то те из каторжан, что были воинами, всегда подбирали слова, обращаясь ко мне или Рону.
   Рон зашагал вперед, я следом. Всю дорогу до выхода в степь мне приходилось выслушивать его бурчание насчет того, что толку от гномов как от вояк никакого, идут, как стадо, ни охранения, ни тылов нет, да и быть не может. Дело ничем не поправишь, поскольку таких баранов ничему не обучишь, ну и все такое в подобном роде.
   Чтобы не навлечь на себя немилость учителя, я регулярно льстиво поддакивал и кивал, хотя мыслями был далеко.
   – Хоть бы шагали потише, – снова пробурчал Рон, поморщившись и оглянувшись на гномов.
   Топот сапожищ, галдеж, песни, ор – в общем, как мне ни стыдно было признаваться, скорее мы с Роном охраняли их, а не они нас.
   – Угу, – поддакивал я.
   – От такого балбеса, как ты, и то больше пользы.
   – Угу.
   – Даже пожрать нормально не дают своим сопением.
   – Угу.
   – Учитель тут распинается перед ним, а он идет и вообще не слушает.
   – Угу.
   – Значит, ты не уважаешь своего учителя?!
   – Угу.
   Тут я сообразил, что слетело у меня с языка, и мгновенно очнулся.
   – Э-э-э, Рон! Я не это имел в виду! – сделал я попытку выкрутиться, но было поздно. Нубиец выглядел как стырившая кувшин сметаны лиса на картинке из сказки.
   – Вот, значит, как ты думаешь о своем учителе?! – Негр нашел себе новую тему.
   Я тяжко вздохнул и принялся виновато кивать, все же это было какое-никакое, но развлечение.
   На третий день монотонность похода по степи стала меня утомлять. Абсолютное однообразие пейзажа настолько примелькалось, что видеть его больше не хотелось. Все, кроме неутомимого нубийца, выглядели одинаково, и среди гномов стали все чаще проскальзывать разговоры типа «А не пора бы нам повернуть назад?». Правда, после косого взгляда Рона, который в такие минуты начинал почесывать кулак и постукивать пяткой копья по коленному щитку, все смолкало.
   – И где твои кочевники? – принялся ворчать уже я, до того терпеливо передвигавший ноги.
   – Где надо, – следовал неизменный ответ.
   – Признайся честно, что ты заблудился, – попытался я его достать.
   – Веди сам.
   Крыть было нечем, и я опять замолчал.
   На следующий день к Рону подошел командир отряда гномов и уже во всеуслышание поинтересовался:
   – А не пора бы нам повернуть назад?
   Я даже не заметил, как Рон его ударил, увидел только результат – покатившегося с громкой руганью по земле гнома. С трудом поднявшись на ноги и подобрав секиру, он в сопровождении остальных недовольных двинулся на разборку. Я решил в нее не лезть, поскольку посчитал нечестным, что против Рона вышло всего шесть бойцов. Результат был предсказуемым: разбитые головы, вывихнутые конечности, кровоточащие раны… Гномы, оказывается, не умели признавать поражения и перли напролом, пока последний из них не оказался на земле, будучи не в силах пошевелиться. Впрочем, Рону это даже понравилось, он оторвался от души.
   – Следующего такого раза не будет, – заявил Рон гномам, отряхивая пыль с одежды. – Я вам не мамочка, чтобы с вами баловаться. Кто отважится на что-либо подобное, останется в степи на поживу стервятникам.
   Я все старательно перевел.
   – Ты чего с ними так? – вечером тихо спросил я его.
   – Много буйных голов пошло с нами, – тихо заметил он. – Неоднократно замечал, что они проверяют мою готовность.
   – Ты хочешь сказать, что меня хотят того? – Я нахмурился, ничего подобного я не замечал.
   – И того, и этого, – ответил нубиец. – Трое из них точно профессиональные военные, на каторжников совершенно не похожие. Это меня настораживает больше всего.
   – Блин, – его обеспокоенность передалась и мне, – видимо, не все так легко и просто, как мне казалось.
   – Кочевников я нашел еще два дня назад, – продолжил Рон, – просто решил понаблюдать за ними.
   – Слушай, чтобы я без тебя делал, – вздохнул я.
   – Валялся бы в канаве с распоротым животом, – усмехнулся Рон. – Завтра ночью избавлюсь от этих троих, так что еще денек на солнышке походим.
   – Как скажешь, конечно, – быстро сказал я.
   Сон ко мне долго не приходил, я все лежал и думал, как мне повезло, что тогда в таверне встретил Рона. «Да и вообще мне просто повезло, – понял я, глядя в темное небо. – Если бы не барон, я в мире людей был бы никем. Если бы не Дарин, то никем у гномов. Хорошо, что все так сложилось, и я познакомился с ними, когда попал сюда». Я задумался о том, что мысли о прошлой жизни меня перестали одолевать, даже образ родителей не был так ярок, как полгода назад. Новые впечатления и события затерли желание вернуться домой, встретиться с друзьями…
   Утром я бодро продолжил путь вслед за Роном. Теперь, когда я знал причину нашего долгого блуждания под палящим солнцем, идти мне стало намного легче. Однако следующей ночи ждать не пришлось – днем гномы ускорили шаг и без единого возгласа атаковали нас со спины.
   Если бы не Рон, который мгновенно отреагировал на их движение, я бы, пожалуй, не успел начать. Быстро скинув чехол с копья, я пришел ему на помощь, тут уж оставлять его одного было никак нельзя. Я бросился навстречу одному из гномов и, увернувшись от взмаха секиры, по привычке ударил копьем сверху вниз, ожидая, что его тут же отобьют, как это всегда легко делал на тренировке Рон. Копье, даже не замедлив движения, разве что слегка преодолевая что-то мягкое, ушло вперед. Я сразу потянул его на себя, поскольку тело действовало на автомате, и в голове звучал голос Рона: «Чего застыл, как статуя, думаешь, пока ты будешь героически держать копье, все будут тобой любоваться? Шевелись быстрее, копье должно постоянно двигаться и перемещаться вместе с тобой». Только уворачиваясь от другой секиры, я внезапно увидел, как стоящий рядом со мной гном заваливается назад, зажимая рукой горло, из которого хлестала кровь. Пришла запоздалая мысль: «Это ведь я его ударил! Я!» К счастью, думать мне больше не дали, иначе я точно остался бы лежать в этой степи навсегда.
   Прикрывая спину Рону, я двигался сам и действовал копьем, как на тренировке: укол, отвод, поворот, наклон, укол, уход. В голове не было особых мыслей, просто я контролировал движение тела и повторял то, что Рон в меня вбивал часами тренировок.
   – Эх, славно повеселились, – внезапно раздался веселый голос нубийца. – Теперь ночью спокойно пожрем и поспим.
   Я недоуменно поднял на него глаза, а затем осмотрелся: вокруг нас тихо лежали мертвые и стонали раненые гномы.
   – Что, все, что ли? – как-то тупо спросил я.
   – А ты чего хотел? – заржал Рон. – Вина и теплых баб под бок?
   – Ну, я ничего не понял. – Я находился в легкой прострации от пережитого первого боя в своей жизни.
   – Ты молодец, – нубиец внезапно похлопал меня по плечу, – троих успокоил, хвалю.
   – Троих? – Я уставился на него. – Кого? Когда?
   – Вот, блин, ученик достался. – Негр досадливо покрутил головой и, показывая пальцем, стал объяснять: – Первого в горло, второго в пах, третьему сначала пропорол ногу, а потом добил в живот. Славный, кстати, выпад, прямо как мой.
   Я посмотрел на лежащих, осознал его слова, и меня стало рвать. Уронив копье, я упал на землю, выворачиваясь буквально наизнанку.
   – Эх, молодежь, – усмехнулся нубиец и пошел к раненым, делая над каждым всего лишь одно движение.
   Я, увидев, что он творит, отвернулся, меня замутило еще сильнее.
   – Облегчился – и хватит. – Меня подняла крепкая рука нубийца. – Эх, такой завтрак пропал зря.
   – Все бы тебе ржать. – Я с трудом поднялся на ноги, меня слегка качало. – Хотел бы я посмотреть на твоих первых убитых.
   Нубиец внезапно замолчал и, глядя в степь, сказал:
   – Моим первым убитым был мой брат.
   Я от неожиданности такого признания даже забыл о своем состоянии.
   – Как так получилось?
   Но секундная откровенность отступила, и Рон снова стал прежним.
   – Никак, – отрезал он, – но я точно не блевал и не пачкал свою одежду. Почистись пока, а я соберу припасы, миссию нашу никто не отменял, – продолжил он и, оставив меня, направился к убитым.
   Когда он вернулся, я уже пришел в норму и, стараясь не смотреть на трупы, возле которых начали виться мухи, чистил копье.
   – Лови, вот твой груз. – Нубиец перекинул мне большущий мешок, который я с трудом поймал на лету. – Понесем только еду и воду.
   Взвалив на себя мешок и упаковав копье, я выжидающе посмотрел на него.
   – К кочевникам идем, – видя мое недоумение, объяснил он. – Или планы поменялись, ваше баронство?
   Я задумался, картины мне рисовались не очень приятные.
   – Лучше вернуться, – проговорил я. – Если у нас засланные казачки, дело одним нападением не окончится. Нужно возвращаться!
   Нубиец пожал плечами и, развернувшись, зашагал в степь. Оказалось, что Рон прекрасно знал, где мы находимся, поскольку в долину мы вернулись уже на второй день. Едва показались знакомые места, я ускорил шаг. Нубиец, наоборот, слегка сбавил.
   – Пошли быстрее, – поторопил я его.
   – Думаю, торопиться уже нет смысла, – ответил он. – Большая часть барака разрушена, кузня развалена, гномов не видно.
   Я в который раз поразился его зрению.
   – Все же хотелось бы узнать подробности и поскорее, – пожал я плечами.
 
   Гномов мы увидели, еще не доходя до барака. Они занимались тем, что стояли кучками друг напротив друга и, размахивая кулаками, орали. Мы подошли почти вплотную, прежде чем нас заметили. Наступила глубокая тишина. Я постарался успокоиться и привести свои мысли в порядок, теперь каждое мое слово решало очень многое.
   – Ну вот, ни на минуту нельзя вас оставить, – скучающим тоном начал я, встав между спорщиками. – Что за столпотворение? Почему никто не работает?
   Вперед выдвинулся Дорн с перевязанной какой-то грязной тряпкой головой и кровоподтеками на лице.
   – Тан? А где ваш отряд? – озадаченно спросил он.
   – Умер, – буднично ответил я, осматриваясь.
   Везде явно присутствовали следы рукотворных пожаров, нубиец все верно рассмотрел: барак был сожжен, постройки, сделанные из камня и потому не горевшие, были разломаны.
   – Как так? – опешил старейшина, и нас стали окружать остальные гномы – не больше двух сотен.
   – Думаю, произошло то же, что и у вас. Нас попытались убить, – коротко объяснил я.