Журналистам не следует прибегать к эвфемизмам - разве что иронически. Но это не значит, что нужно излагать открытым текстом все подробности событий, связанных с сексом, убийствами и прочим. Большинство газет ориентированы на широкую читательскую аудиторию, а она включает людей с разной степенью чувствительности. Не следует писать ни для самых чувствительных жеманных особ, ни для кровожадных садомазохистов.
   Описывая насильственную смерть - в результате ли убийства, на войне или в катастрофе, - решайте сами, насколько вы можете быть выразительны, не вызывая у читателей тошноту. Точность вовсе не должна отдавать патологией. Точность должна быть аккуратной в изложении, и описывать события следует с надлежащим количеством уместных подробностей, не ударяясь в бесчувственность. Для того чтобы сообщить какую-то известную вам жестокую подробность, у вас должна быть причина.
   Наилучший эффект достигается использованием сдержанной, взвешенной лексики. Вот пример: Роберт Фиск из лондонской "The Times", описавший увиденное им во время расследования массовых убийств палестинцев в лагере для беженцев в Шатиле в сентябре 1982 года:
   "Они были повсюду - в узких проулках, на задних дворах и в разрушенных комнатах, среди каменного крошева, на мусорных кучах. Убийцы ополченцы-христиане, которые четырнадцать часов назад получили от Израиля разрешение "убрать террористов" из лагеря, только что ушли отсюда. В некоторых местах земля еще не просохла от крови. Насчитав сотню трупов, мы прекратили счет".
   Через восемь абзацев Фиск прямо описывает увиденные им ужасы:
   "То, что мы обнаружили в самом лагере на следующее утро, не поддавалось описанию, хотя, возможно, в романе или в медицинском отчете легче было бы передать увиденное.
   Но подробности запечатлеть просто необходимо, ибо - раз дело произошло в Ливане - в течение ближайших нескольких недель картина переменится, поскольку ополчение, армии и правительства будут обвинять друг друга в жестокостях, совершенных по отношению к мирным палестинцам.
   ... В конце проулка справа от нас, не более полусотни ярдов от входа, лежала груда трупов.
   Их было там больше десятка - молодые люди, чьи руки и ноги сплелись в предсмертной агонии. Все они были убиты выстрелом в упор в левый или правый висок. Пули сорвали кожу до уха и вошли в мозг. У иных по левой стороне горла тянулись яркие алые шрамы. Один из них был кастрирован. Глаза у всех были открыты, мухи еще не успели облепить их тела. Самому юному из убитых было лет двенадцать-тринадцать.
   С другой стороны главной аллеи, пробравшись по тропке среди камней, мы нашли тела пятерых женщин и нескольких детей. Все женщины - средних лет, их тела кинуты на груду камней. Одна из них лежала на спине, одежда была порвана, из-за ее тела виднелась голова маленькой девочки - кудрявой, темноволосой, коротко стриженой. Ее глаза глядели прямо на нас, лицо было нахмурено. Она была мертва".
   После этого в статье было еще одиннадцать абзацев. Ни в них, ни в первых тринадцати, нет ни единого оценочного, эмоционально окрашенного слова. Не сомневайтесь - причина не в том, что журналист ничего не почувствовал. Просто он знал: стоит позволить этим словам "заразить" текст, и эффект - а с ним и достоверность - статьи уменьшатся. 4. Секс
   В течение долгого времени газеты во всем мире пользовались лексикой женского монастыря для описания всего, хотя бы отдаленно связанного с сексом. Читателям приходилось не столько узнавать, сколько гадать, о чем же идет речь. Фразы наподобие "имела место близость" или "недостойное предложение" были не только лишены точности, но к тому же нередко оставляли у читателя ощущение, что все происшедшее было куда ужаснее, чем на самом деле. Больше всего злоупотребляли словом "тронуть", что однажды привело к появлению в одной газеты следующего заголовка: "Девушка получила 65 ударов ножом, но осталась нетронутой".
   Однако отказ от столь стыдливой лексики и замена ее на более ясную еще не повод переходить на завуалированную порнографию. Детали надо указывать с целью пояснения, а не ради возбуждения. Вам также станет очевидно, что необходимость описывать события так, чтобы они пришлись по вкусу самой широкой массе читателей, часто порождает оригинальные и запоминающиеся описания. Вот вам пример с Беном Гечтом, американским журналистом, писавшим в 1920-х. Вот как закончил он статью об одном священнике, который регулярно занимался любовью с девушкой в подвале церкви - до тех пор, пока как-то раз не задел ногой газовый вентиль, открыв его, и не умер во время полового акта: "Помышляя лишь о любви, не обонял он иных ароматов, кроме райских, и душа его отлетела от тела, не желавшего разлучиться с прихожанкой".
   Адекватность
   Адекватность - это соответствие стиля, тона и темпа изложения теме статьи. Далеко не ко всем темам нужен особый подход, но иные следует разрабатывать внимательно и аккуратно. Многие из них - очевидные. Вопросы жизни и смерти, к примеру, требуют серьезного обращения (если только вы не пишете колонку и не специализируетесь на дурном вкусе). Вот несколько правил, подходящих для самых ясных ситуаций:
   1. Репортажи о быстром развитии событий следует писать темпом, отражающим реальность.
   Язык такой статьи должен быть энергичным, композиция - четкой, глаголы - прямыми, фразы - емкими, прилагательных - как можно меньше. Наглядный пример - описание безумия, охватившего Санкт-Петербург в августе 1914 года, в первые часы после объявления Германией войны России. Этот репортаж, написанный Сергеем Курнаковым - образчик материала, который читался в том же быстром темпе, в каком происходили описываемые в нем события:
   "Когда я добрался до Исаакиевской площади, она была запружена народом. Было около девяти часов, еще светло - спокойный, восхитительный сумрак северных ночей.
   Чудовищная гранитная глыба германского посольства находилась напротив красных гранитных стен Исаакиевского собора. Повсюду толпились люди, ожидая, что что-то произойдет. Я смотрел, как несколько чересчур ретивых патриотов обыскивали молодого флотского офицера, когда ритмичные удары топором по металлу заставили меня перевести взгляд на крышу германского посольства, украшенную колоссальными фигурами раскормленных германских воинов, сдерживавших упряжки жирных лошадей. Флагшток был украшен бронзовым орлом с распростертыми крылами.
   Несколько человек деловито били топорами по ногам тевтонов. Первый же удар привел толпу в неистовство: фигуры героев были полыми!
   "Пустые! Добрый знак! Только и знает немчура, что надувать! Руби все! Нет, лошадей оставь!"
   Топоры стучали все быстрее и быстрее. Наконец один из воинов качнулся, накренился и рухнул на тротуар с высоты ста футов. Раздался страшный вопль, распугавший ворон с позолоченного купола Исаакия. Настала очередь орла. Птица со свистом упала вниз, искореженные осколки вмиг утонули в волнах Мойки.
   Но уничтожения символики оказалось явно недостаточно. Вмиг организовалась группа, и боковая дверь посольства была выбита. Я видел, как пятна света от фонарей и (факелов двигались вовнутрь, поднимаясь с этажа на этаж. Распахнулось большое окно, откуда в стоящую внизу толпу вылетел портрет кайзера. За портретом последовали рояль розового дерева, взорвавшийся, точно бомба. Стон разорванных струн секунду дрожал в воздухе, но был заглушен - слишком много людей пытались перекричать собственный страх перед будущим".
   В этом описании нет ни одного лишнего слова. Каждая подробность дана точно и с минимумом прилагательных. Как и всякий образец превосходного писательского мастерства, эта статья не нуждается в редактировании.
   2. Если в статье идет речь о событиях, вызывающих содрогание, удержитесь от чрезмерно сильных описаний.
   Не то чтобы описания с нажимом годились для других ситуаций, просто этот соблазн сильнее всего, когда ваш материал - экстраординарный. Пусть события сами по себе производят впечатление. Постарайтесь не нагнетать драматизм, давая оценки и характеристики. Не пишите, например, что материал "сенсационный", "волнующий" или "экстраординарный". Подавайте статью без подобных комментариев, и пусть читатель сам решает.
   Хороший пример - отрывок из статьи Генри Уэльса из Международной Службы Новостей, посвященной казни Маты Хари. Эта знаменитая исполнительница эротических танцев взбудоражила в свое время весь Париж, а если верить шумным историям, спала чуть ли не со всей его мужской половиной. Ее расстреляли как германскую шпионку во Франции в октябре 1917 года.
   Уэльс, очевидец этого события, описывает, как ее разбудили; как она попросила и получила разрешение написать два письма: оделась в шелковое кимоно, черный вельветовый плащ, шляпу с широкими нолями и черные лайковые, перчатки, после чего объявила: "Я готова". Ее вывели на плац форта и поставили перед земляной насыпью около восьми футов высотой, предназначенной для задержания нуль. Далее Уэльс писал:
   ... Мата Хари была не связана и без повязки на глазах.. (Она отказалась надеть ее - Д.Р.) Она стояла, не сводя взора со своих палачей. Священник, монахини и адвокат отошли от нее.
   Офицер, командовавший расстрельной командой, зорко наблюдал за своими людьми, дабы ни один из них не проверил свою винтовку, выясняя - не ему ли суждено стрелять холостым патроном, которым была заряжена одна из винтовок. Офицер, казалось, испытывал облегчение от того, что вся процедура скоро завершится.
   Резкая отрывистая команда - и отделение из двенадцати человек замерло в боевой готовности. Следующий приказ - и приклады винтовок уперлись им в плечи. Каждый глядел поверх ствола на грудь женщины, в которую им надо было стрелять.
   Она не дрогнула ни единым мускулом.
   Младший офицер, руководящий расстрелом, отодвинулся таким образом, чтобы подчиненные могли видеть его сбоку. Его сабля была поднята в воздух.
   Затем он махнул ею вниз. Солнце, уже вставшее над горизонтом, ярко вспыхнуло на вороненой стали, когда лезвие описывало дугу. В тот же миг грянул залп. Из ружейных дул вырвалось пламя и поднялась тонкая струйка сероватого дыма. Заученным движением солдаты опустили винтовки.
   После залпа Мата Хари упала. Ее смерть была не похожа на ту, что изображают нам актеры на сцене и в кинематографе, играя застреленных: она не вздымала рук и не валилась навзничь или лицом вперед.
   Напротив, она опустилась словно в изнеможении. Медленно, вяло она встала на колени, по-прежнему не склоняя голову. Выражение ее лица оставалось прежним. Какое-то мгновение казалось, будто она колеблется, стоя на коленях и в упор глядя на тех, кто отнял у нее жизнь. Затем она упала навзничь, переломившись в поясе, скрестив под собой ноги. Она лежала ничком, без движения, обратив лицо к небу.
   Унтер-офицер, помогавший лейтенанту, вытащил из висящей на поясе большой черной кобуры револьвер. Нагнувшись над телом, он приставил дуло почти - но не вплотную - к левому виску шпионки. Он нажал на курок, и пуля пронзила мозг женщины. Мата Хари, без сомнения, была мертва".
   3. Если статья связана с сильными эмоциями, лучше преуменьшить, чем преувеличить.
   Это не значит, что их надо глушить, но лучше избегать слов, направленных на усиление эффекта. Материал, берущий читателя за душу, лучше всего действует, если изложен сдержанным тоном.
   Юмор
   Смерть, рак, секс, голод - ни одна из этих тем не может быть выделена в некую "запретную зону" благопристойности. Но так обстоит дело, в принципе, и в литературе. Совсем иное дело смеяться над злоключениями конкретного человека в разделе новостей свежего номера газеты. Веселый тон в статье, где сообщается об оскорблении, несчастье или огорчении, абсолютно неуместен. Если происшествие содержит элемент комизма (пусть и спорного), читатели сами его обнаружат, лишь бы событие было изложено четко.
   Большинство журналистов согласятся с тем, что писать с юмором очень трудно. Беда в том, что осознание этого не останавливает попыток. И в самом деле, в стольких газетных статьях видны усилия (малорезультативные) писать с юмором. А ведь истина проста: быть забавным на газетных страницах - талант от Бога, а Он дает этот талант очень немногим из нас.
   Писать с юмором - все равно что петь, не перевирая мелодию. Если вы обладаете слухом, вам не нужно этому учиться; если нет, вам не помогут никакие учителя.
   Эффективность
   В прошлом столетии и некоторое время в нынешнем журналистам в Великобритании и в Соединенных Штатах платили построчно. Эта система оплаты породила поколение журналистов, способных писать немалых размеров статьи ни о чем. И в наши дни оплата работы внештатных корреспондентов в Западной Европе, конечно, зависит от объема материала, но не так строго. Штатные же журналисты не получают никакого гонорара. Но все же в мире сохранилось еще достаточно потомков журналистов-построчников, поэтому несколько слов о том, как писать эффективно: 1. Заставляйте каждую фразу и предложение работать.
   Все фразы должны либо сообщать новую информацию, либо каким способом продвигать повествование вперед. Если какая-то статьи не выполняет эту функцию, вычеркните ее. 2. Избегайте расточительности.
   В каждом языке существуют конструкции, использующиеся в речи для того, чтобы успеть говорящему сформулировать, что он хочет сказать: "Общеизвестно, что...", "Не приходится сомневаться в том, что...", "Следует отметить также..." Избегайте их, как и всего, что замедляет темп статьи. Журналистика, особенно в сфере новостей, обязана соблюдать темп. Она его не потеряет, если предыдущую мысль изложить так: "Важное требование для большей части журналистики - для очерков, спортивных материалов и особенно для информационных сообщений - состоит в том, чтобы в развитии их сюжета присутствовал такой двигательный фактор, как темп". 3. Пишите, не заглядывая в свои заметки.
   Вы сможете писать быстрее и эффективнее, если не будете при этом каждые пять секунд заглядывать в свою записную книжку. Вообще, не следует приступать к статье, пока вы неясно представляете ее целиком. Если писать, не используя блокнот, в текст войдет лишь самое важное. Детали, точное написание имен, цифры - все это можно уточнить по записной книжке позже. Там обязательно отыщется один-два пункта, которые вы добавите после, но костяк материала будет написан с куда большей эффективностью, если вы пишете из головы, а не переписываете большие куски из блокнота.
   4. Выискивайте в тексте все очевидное и глупое и безжалостно вычеркивайте.
   Даже самые опытные авторы иногда ловят себя на том, что пишут очевиднейшие вещи. Обычно это - связки между абзацами, над которыми вы долго бились, а потом, чтобы соединить их, написали совершеннейшую чепуху. Только недавно я вычеркнул из одной статьи фразу: "Конечно, жизнь балерины состоит не из одних лишь аплодисментов..." А кто утверждал, что состоит? Самое интересное с этими связками - вычеркнув, обнаруживаете, что вполне можно обойтись и без них. 5. Используйте активный, а не пассивный залог.
   События происходят, а люди говорят, и об их активной роли нужно писать прямо. То есть: "Московский международный аэропорт откроет новую взлетно-посадочную полосу в 1998 году", а не: "Было решено, что новая взлетно-посадочная полоса Московского международного аэропорта откроется в 1998 году". Некоторые глаголы, вроде "поступить", "унести" и "дать", часто используются для передачи пассивности, например: "От Ельцина поступило требование" (лучше будет: "Ельцин потребовал..."), "Землетрясение унесло 3000 жизней" ("При землетрясении погибли...") и "Этот шаг дал толчок..." (лучше уж: "В результате этого шага..."). Активный залог глаголов не только более эффективен, он, как следует из его названия, более активен. 6. Реже используйте цитаты.
   Вы можете писать куда более эффективно, чем многие - говорить. Например, вместо "Представитель ООН заявил: "Мы полностью отрицаем правдивость этого утверждения", напишите просто: "Представитель ООН отрицал правдивость этого заявления". И вообще, для передачи информации следует использовать косвенную речь. Цитаты придают статье плоть и кровь, но в основном их стоит приберегать для материалов, посвященных обмену мнениями, давая людям возможность прокомментировать их или дать представление об авторах цитат, их мнениях или чувствах. Не надо пользоваться ими лишь для насыщения статьи. Об использовании цитат подробнее рассказано в главе о композиции. 7. Сокращайте цитаты так, чтобы это было ясно видно.
   Существует только один честный и безопасный способ сокращать цитаты обозначить удаленные места многоточием. Например: "Я считаю подобное требование возмутительным... У нас нет ни малейшего намерения сдаваться. Мы собираемся бороться до конца". Никогда не следует просто выбрасывать лишние фразы, соединяя оставшиеся воедино так, будто они и были произнесены таким образом. Если же желаемой краткости все равно не достичь, используйте косвенную речь. 8. Пользуйтесь таблицами и списками для выделения пунктов в статье.
   На бумаге это может занять чрезмерный объем, но этот прием очень полезен, если вам нужно выделить большое количество пунктов. К примеру, вместо того, чтобы в нескольких длинных абзацах описывать, скажем, сокращение правительственных расходов на транспорт, сведите их в таблицу. Но будьте осторожны: может случиться так, что большую часть пунктов этой таблицы придется прокомментировать. 9. Избегайте бессмысленных определений.
   Фразы "серьезная опасность", "неподтвержденные слухи" и "чрезмерно обеспокоенные" представляют собой, если секунду поразмыслить над ними, полную бессмыслицу. В конце концов, как опасность может быть "несерьезной"? А если слух нашел подтверждение, тогда это уже не слух, а факт, и вполне конкретный. Такие автоматические фразы следует урезать до главного слова, как и прочие бессмысленные определения, вроде "достаточно уникальный". Явление либо единственно в своем роде, либо нет, и если нет, тогда оно не уникально ни в коей мере. 10. Не прибегайте к цитатам, чтобы повторить то, что уже было сказано.
   Такой нерациональный подход встречается очень часто. Вот, скажем: "Министерство выступило с опровержением, спикер заявил: "Мы не согласны с этим утверждением". Напишите только одну из этих фраз, лучше первую.
   11. Выучите слова своего родного языка, которые можно употреблять вместо длинных фраз.
   "Тема, к которой я собираюсь обратиться", например, поместится в одно короткое слово "это".
   Перечитывание и переписывание
   Автор должен быть своим самым придирчивым критиком. Очень важно перечитать написанное, отыскивая слабые места, и переписать статью, если вы недовольны ею. Как правило, к тому моменту, когда статья окажется перед глазами у кого-то другого, может быть слишком поздно - как для исправлений, так и для вашей репутации. Некоторые авторы предпочитают писать черновик статьи, чтобы потом подвергнуть его строгой ревизии. Те, кто более отчетливо представляет себе, чего хочет, могут провести такую ревизию по ходу работы. Время здесь роли не играет, важно, чтобы пересмотр статьи был коренным, а не сводился к поверхностному поиску грамматических ошибок.
   Если статья читается гладко, оставьте ее в покое, удержитесь от соблазна добавить пару-тройку цветистых фраз, уподобляясь повару, добавляющему в пирог еще несколько ягод.
   Лучше займитесь ее сокращением. Есть ли в тексте слова и фразы, которые замедляют темп? Мне редко попадались материалы (включая мои собственные), которые нельзя было бы улучшить, вычеркнув что-то. Эта работа сродни затягиванию гаек и болтов на мебели. Если их не затянуть, она будет разболтанной и неустойчивой. (Возможно, вам будет интересно узнать, что изначально эта глава была на несколько страниц длиннее, чем сейчас).
   Радости писательства
   Конечно, временами приходится как следует попотеть. Разумеется, бывают сюжеты, которые кажутся бессмысленной мешаниной бесполезных сведений, пока вы не проведете несколько часов, впихивая их в подходящие рамки. Бывают и моменты полнейшей паники, когда приближается срок сдачи материала, а он готов лишь наполовину, и непонятно, что делать с другой. Но удовольствие от того, что вам удалось ухватить нечто и, как на булавку, посадить на слова, на ваши слова - удовольствие это безмерно. Как безмерен восторг от превращения разрозненной информации в осмысленную композицию. Эти ощущения сильнее даже побуждений писать ради заработка.
   Вам придется написать, а затем выбросить или сжечь
   массу материала, прежде чем вы начнете чувствовать себя
   в этой среде свободно. Можно начинать прямо сейчас. И я верю,
   что в конце концов количество перейдет в качество.
   Рэй Брэдбери
   ГЛАВА 10
   Первый абзац
   Вы должны схватить читателя за глотку в
   первом абзаце, во втором - сдавить покрепче
   и держать его у стенки до последней строки.
   Пол О'Нил. "Американский писатель"
   Первый абзац, именуемый обычно журналистами "лидом" ("развернутый подзаголовок" - от того же английского корня, что и "лидер") - самый важный абзац во всей статье. Он может возбудить в людях желание дочитать до конца, а может оттолкнуть, и тогда они поищут что-нибудь интереснее. Они не замедлят это сделать: газеты ведь обычно проглатывают очень быстро - у людей мало времени на чтение, и читают они при обстоятельствах, не располагающих к покою и созерцательности, - в автобусах, в метро, за завтраком, в офисе, на улице и так далее. Велика вероятность того, что если первые фразы не завладеют их временем, они вовсе не станут читать дальше.
   Впрочем, в этом не всегда повинен лид. Определенную роль играют и другие факторы: хороший заголовок может заинтересовать людей, и они углубятся в чтение; значительный интерес к теме статьи может заставить их читать даже после скучнейшего первого абзаца, если затем статья "расправляет крылья". Влияет на читателей также объем газеты (газета, в которой 96 полос, явно может предложить больший выбор статей, чем газета на 12 полосах). Как журналист, вы не можете влиять на эти факторы или знать их заранее (объем своей газеты вам, конечно, известен, но ведь читатель мог купить несколько других). Единственный способ заставить читателя продолжать чтение после лида - написать его хорошо. А для этого следует всегда помнить несколько общих правил:
   1) Цель лида - завладеть интересом читателя и задать тон статье, которой он предшествует. 2) Он должен быть ясным и понятным.
   Читая его, читатель должен задаться одним-единственным вопросом: хочу ли я прочесть эту статью? Ответом почти наверняка будет "нет", если первый абзац двусмыслен. Важно также, чтобы он не был перегружен ненужными сведениями, как-то: излишние подробности, точные звания - словом, все что может подождать до второго абзаца, а то и дольше. 3) Он должен быть самодостаточным.
   За исключением определенной категории очерков, смысл лида не должен зависеть оттого, что идет после него. Равным образом, в нем не должны оставаться неразъясненными никакие факты, лица, события, организации и т.д.если только в этом нет особой необходимости. 4)Никогда не начинайте статью с придаточного предложения.
   Например: "Несмотря на растущее число убийств..." Это медленный подход, он уводит от главной мысли статьи и сбивает читателя. Придаточные предложения в начале фразы вообще имеют отвлекающее свойство, и поэтому их следует пореже использовать и далее в тексте. 5) Никогда не начинайте статью с чисел, написанных цифрами.
   6) Никогда не начинайте статей с официальных титулов или полных наименований учреждений.
   Крайне важен первый десяток слов. Если у вас нет на то исключительных причин или вы не прибегаете к иронии, длинные бюрократические должности плохой способ начать статью. Если вы начинаете со слов "Управление министерства сельского хозяйства и водных ресурсов по контролю за чистотой окружающей среды объявило вчера...", читатели бросят читать, так и не узнав, что рыба, выловленная в их реке, отравлена и есть ее нельзя. Начните лучше либо с краткой формы названия, например: "Государственные эксперты по экологии", а еще лучше - сообщите, что случилось, а названия упомяните позже. 7) Как можно реже начинайте с цитат.
   Начав статью с цитаты, вы сбиваете читателей с толку, поскольку, пока вы им не сообщите, они не будут знать, кто именно говорит это. Есть всего несколько случаев, когда хорошо начать с цитаты, но в этих случаях немедленно должен быть назван ее автор. 8) Не растягивайте первый абзац.
   В некоторых газетах даже существуют правила относительно наибольшей длины лида. Если в вашей газете они есть, вам не останется ничего другого, как подчиниться
   Когда в учебниках пишут про лиды, автор обычно приводит список различных типов газетных статей (новости как таковые, очерки и так далее) и дает образцы. Это бесполезно, глупо и неправильно. Такая практика позволяет думать, что писательское мастерство сводится к овладению набором приемов, что журналиста можно снабдить некоторым количеством уловок или инструментов, которые он и будет использовать применительно к обстоятельствам. "Ага, это очерк такого-то типа, начало к нему должно быть такое"... Хуже нет сочинять по шаблону. Куда лучше выделить различные подходы, а журналист пусть сам решает, как с ними обращаться.
   1. Подача, информационных сообщений
   Раньше газеты обычно предваряли драматические материалы заголовками из множества отдельных строк. Этот метод выделял все основные пункты статьи и подчас содержал столько же слов, сколько в наши дни заголовок и развернутый подзаголовок вместе взятые. Взгляните, к примеру, как сообщалось в "Philadelphia Inquirer" 17 апреля 1865 года, в понедельник, об убийстве президента Линкольна в предыдущую пятницу: