Как-то незаметно для себя Королев снова вернулся мыслями к сегодняшнему заседанию Совета главных. Всем понравилась готовность Бабакина взяться за разработку самодвижущейся лаборатории - "Лунохода", - которая могла бы получить и передать на землю данные о физическом и химическом составе внеземной породы... А там, глядишь, научимся доставлять с Луны и планет
   образцы лунного грунта... Королев вспомнил правдоподобную шутку академика Виноградова: "Дайте нам щепотку лунного грунта, и мы "перевернем" всю Вселенную". И Сергей Павлович тихонько запел неизвестно откуда запомнившуюся ему песенку:
   Хорошо мне с тобою, Луна. Нам под солнцем плыть вместе всегда. Верный спутник землянам Луна, Нежность сеешь в людские сердца.
   ...Послышались шаги жены. Легко поднималась она по лестнице. Сергей Павлович всегда радовался, когда она едва слышно появлялась в двери кабинета.
   - Сережа! До отъезда на работу осталось семь часов.
   - Сейчас, сейчас! Зайди, я тебе прочитаю статью. Нина Ивановна вошла в комнату, села в кожаное кресло. Сергей Павлович сел напротив.
   - Вот послушай, - и начал читать. Старался это делать не монотонно, чтобы самому еще раз вникнуть в
   смысл написанного...
   "Все сказанное - увлекательные планы исследования Вселенной, это шаги в будущее. Это будущее, хотя и не столь близкое, но реальное, поскольку оно опирается на уже достигнутое..."
   - Ну и как? - обратился он к жене.
   - Не все гладко по стилю. То суховатый деловой язык, а где-то слишком много пафоса, - и рассмеялась. - Ну а впрочем, ты и сам, Сергей, такой разностильный.
   - Ну и на этом спасибо, - улыбнулся Сергей Павлович.
   Сергей Павлович убрал в стол брошюры К. Э. Циолковского. Неожиданно с грустью сказал жене:
   - Ты знаешь, Нина, я как-то плохо помню внешне старика Циолковского, прошло столько лет. Но сказанное
   им тогда из памяти не вырубишь.
   - Зачем же ты, Сережа, приводил подробности
   встречи?
   - Какие там подробности, два-три штриха, другого
   не мог. Тихонравов провел в Калуге целый день, а написал, на мой взгляд, две скучных странички... Всю свою жизнь читал, перечитывал его труды, и Константин Эдуардович словно представал передо мной, наверное, что-то фантазировал. Мне кажется, что Циолковский всю жизнь вел меня за руку, показывая путь в завтра! Да, Нина, у нас есть конверт с маркой? Надо поздравить с Новым годом Якова Матвеевича Терентьева-.Ведь он один
   вз немногих еще живущих соратников Тухачевского... Я тебе рассказывал, что значила для меня их поддержка, когда мы делали первые шаги.
   - Оставь письмо на столе, я утром пойду и отправлю, - и, выходя из кабинета, напомнила: - Не забудь выключить свет.
   Вырвав из блокнота листок бумаги, Сергей Павлович начал писать. Слева в верхнем углу поставил дату "31/XII.65... Дорогой Яков Матвеевич! Шлю тебе, старому другу и товарищу, свои самые наилучшие пожелания и поздравления к Новому году..." В конце письма поделился своими заботами: "Мои планы и дела нешибко важны - буду весь январь в больнице лежать. Ничего особенного нет, но вылежать надо..."
   Закончил свое поздравление словами, так характерными для С. П. Королева: "Все прочее, как всегда, в неудержимом и стремительном движении..."
   Приняв окончательное решение лечь в больницу, С. П. Королев первые дни нового, 1966 года с утра до позднего вечера проводил в конструкторском бюро. Словно чувствуя недоброе, он старается завершить большинство дел. Написав отчет о научной деятельности за минувший год, Сергей Павлович вызвал секретаря.
   - Этот отчет перешлите, пожалуйста, в президиум Академии наук СССР на имя Мстислава Всеволодовича. Теперь просьба: я из больницы позвоню вам, сообщу тамошний телефон. Если появятся важные документы, поставьте меня в известность. И пригласите через полчаса всех на совещание.
   Когда ближайшие сотрудники Королева собрались у него в кабинете, он счел нужным очень коротко напомнить им о первоочередных работах на ближайшие полмесяца, пока будет отсутствовать.
   Тепло попрощавшись с товарищами, Сергей Павлович задержал первого зама.
   - Василий Павлович! Не думаю, что залежусь в больнице. Но сам знаешь, дел невпроворот. Ничего не откладывай на завтра, что можешь сделать сегодня. Остальных моих замов подталкивай. Я тут просмотрел первоочередные бумаги. Возьми под контроль те, что пометил красным карандашом. Из больницы позвоню, сообщу телефон. Не стесняйся, звони, а то умру от безделья. Звони...
   - Ну, ни пуха ви пера, - прощаясь с Главным, пожелал Мишин.
   - К черту, к черту! - по традиции ответил Королев. Проводив зама до двери, снова сел за просмотр текущих документов. Закончив работу с нами, пригласил помощника, передал ему стопку бумаг.
   - Все это, Виктор Васильевич, - соответствующим товарищам. Возьмите под контроль то, что помечено синим карандашом. Прошу найти все копии моих предложений о мирном использовании космоса, направленных академику Келдышу. Помнится, это было в марте еще 1960 года. Потом в 1963 году я дал интервью обозревателю ТАСС по поводу заключения Договора между СССР, США и Великобританией о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, в космическом пространстве и под водой. Сделайте копии этих документов. Мне они скоро понадобятся. Я вам позвоню из больницы.
   Утром 5 января 1966 года, перед тем, как поехать из дому в больницу, Сергей Павлович поднялся на второй этаж к книжным стеллажам, положил в небольшой чемодан несколько книг, в том числе сочинения Альберта Эйнштейна. Потом открыл гардероб, долго искал в карманах костюмов копеечки на счастье. Не нашел и расстроился. Нет, он не был суеверным, но, как многие, в трудную минуту верил в добрые приметы. Утешало сознание, что в той же больнице находится на долечивании его мать, а значит, на первых порах будет с кем поговорить.
   ...В первый же вечер они сидели вместе в больничной палате, вспоминая прошлое, думая о будущем.
   - Ты читал, Сергей, статью в "Правде" "Шаги в будущее"? - как-то спросила Мария Николаевна.
   - А тебе она понравилась? - вопросом на вопрос ответил Королев.
   - Очень. Но кто же все-таки ее написал? - допытывалась мать.
   - Там же стоит подпись "профессор К. Сергеев". Да и так ли важно, кто написал статью? - Королев улыбнулся одними глазами. - Главное, чтобы она была полезной.
   - Похоже, что ты написал? - неуверенно сказала мать.
   Сергей Павлович ничего не ответил. Посмотрел на мать. Казалось, возраст не тронул ее, хотя ей около восьмидесяти.
   - Ты когда выписываешься?
   - Да скоро уже. Порядком надоело, - вздохнула мать.
   Раздался телефонный звонок. Сергей Павлович взял трубку.
   - А, Юрий Алексеевич, - лицо Сергея Павловича сразу преобразилось, посветлело. - Лечусь вот1 Хотите приехать 8 января? Буду рад видеть вас. С Николаевым? Хорошо. Закажу пропуск. До свидания.
   Нет ничего печальнее, чем отмечать день рождения в больнице. Такое случилось с Сергеем Павловичем впервые. Двенадцатое января 1966 года. Настроение у Королева неважное, но он все-таки пытался скрыть его от родных. Нина Ивановна и Мария Николаевна делали все, чтобы отвлечь его от мрачных мыслей.
   - Мне бы десятка лет хватило, - пытался пошутить Сергей Павлович. Дел-то немного: побывать на Луне, на Марсе-То и дело звонил телефон. Друзья и соратники поздравляли Королева, обещали навестить его. Постепенно настроение именинника поднялось. В глазах появился прежний блеск, который так нравился Нине Ивановне. Лицо его все чаще озаряла улыбка. Сергей Павлович даже начал шутить, подбадривая жену и мать. Когда они начали собираться домой, напомнил им, что операция назначена на 14 января.
   Сердце Нины Ивановны сжалось, хотя она и готовила себя к этому дню, знала, что операция, как говорили ей врачи, займет немного времени, да и оперировать решил сам Петровский, но у нее невольно вырвалось:
   - Послезавтра?!
   Сергей Павлович порывисто обнял жену и поцеловал. Она почувствовала, как учащенно бьется ее сердце.
   - Надо же, Нина! - В голосе обычная, не терпящая возражения твердость.
   Попрощавшись с матерью, Сергей Павлович попросил жену завтра навестить его. Почти весь день Сергей Павлович и Нина Ивановна провели вместе. Жена отметила про себя, что настроение у мужа радужное. Он не сомневался в исходе операции. Это настроение передалось и Нине Ивановне.
   Утром 14 января 1966 года без пяти восемь утра Сергей Павлович позвонил домой.
   - Нина- мне сделали укол. Жду тебя, как договорились... после операции.
   Это был последний их разговор.
   Сергей Павлович Королев скончался во время продолжительной операции. Трудно судить сегодня. Но вряд ли он серьезно задумывался над причинами своего многолетнего недомогания, полностью доверяясь врачам и тем более такому известному хирургу, да еще министру здравоохранения страны... Весь трагизм положения своего пациента Петровский, к сожалению, понял только на операционном столе. В этот момент он осознал, что поступил опрометчиво, доверившись заключению врачей, не перепроверив их диагноз "кровоточащий полип".
   - Саркома, запущеннейшая саркома... будь она проклята, - не в состоянии остановить кровотечения, трясущимися губами повторял хирург.
   В операционную не вошел, а вбежал Вишневский, срочно вызванный министром. Александр Александрович в мгновение оценил ситуацию. Но чем он мог помочь? На немой вопрос хирурга дал несколько советов. Наконец с трудом удалось остановить кровотечение. Более или менее в этих экстремальных условиях завершили операцию. Молча пошли, чтобы успокоить Нину Ивановну, крайне взволнованную столь продолжительной операцией. Но на полпути хирургов остановил истошный голос анестезиолога: "Сердце... сердце не слышу..."
   Петровский и Вишневский бросились в операционную. Сердце Королева не вынесло многочасовой нагрузки - остановилось. Александр Александрович вскрыл грудную полость и начал массировать сердце руками. Все напрасно. Вишневский стоял возле друга, напряженно, до боли в глазах смотрел на умершего, не веря в случившееся. С невероятной ясностью вспомнил свою давнюю встречу с Сергеем Павловичем и слова, брошенные им: "Мы будем работать над искусственым сердцем". И его шутку:
   "Первое - мое".
   - Все, Борис Васильевич. Это конец, - глухо произнес Вишневский.
   Академик Петровский молча вышел. Александр Александрович продолжал рассуждать сам с собой: "Откуда такая доверчивость и самонадеянность?.. Разве допустимы непрофессиональные исследования... Значит, проведены из рук вон плохо... И такая непредусмотрительность, - мучительно думал ученый, оглядывая операционную, в которой, судя по оснащению, можно лишь делать простейшие операции... Нелепая смерть. Но смерть... всегда нелепа".
   Александр Александрович, прощаясь с другом, еще
   раз взглянул на погибшего, рукой коснулся его холодеющего лба, закрыл лицо простыней. Сутулясь, словно неся на своих плечах непомерный груз вины, вышел в соседнюю комнату. Там академик Петровский и его ассистенты суетливо заканчивали составление медицинского заключения, обдумывая каждое слово. Глаза Вишневского застилали слезы, он как в тумане взглянул на подсунутую ему для подписи бумагу и с трудом прочитал:
   "...тов. С. П. Королев был болен саркомой прямой кишки. Была произведена операция". "Нет, все это как-то не так, где же вы раньше были?.. - Слезы мешали смотреть. - ...смерть наступила от сердечной недостаточности (острая ишемия миокарда...)".
   Вишневский с укором в упор взглянул на хирурга, что-то хотел сказать, но тот поспешно отвел глаза в сторону...
   - Да, Сергею Павловичу уже нечем помочь, - вслух, ни к кому не обращаясь, со вздохом, почти про себя произнес Вишневский. И поставил свою подпись. "Потом разберемся".
   Легенду о безымянном Главном конструкторе развеяли суровые и скорбные строки правительственного некролога, опубликованного 16 января 1966 года в центральной и зарубежной печати. Земляне узнали, что под именем таинственного Главного "скрывался" Сергей Павлович Королев. Все те воздающие должное ему добрые, прекрасные слова, что накопились в сердцах людей, к этому человеку наконец произнесены вслух и адресованы ему, Сергею Павловичу Королеву.
   "Сергею Королеву больше, чем кому-либо другому, принадлежит заслуга в том, что космический век стал реальностью" (Ханнес АЛЬБИН, физик, лауреат Нобелевской премии. Швеция).
   "В истории науки нет более высокой оценки творчества ученого, чем признание его основоположником новой области человеческих знаний. К числу таких ученых с полным правом можно отнести С. П. Королева" (А. Ю. Ишлинский, академик).
   "Человечество благодарно Королеву за свершенное. Получить признание человечества - значит быть по меньшей мере выдающимся деятелем науки и культуры" (Герман Оберт, один из пионеров ракетной техники. ФРГ).
   "Во главе великого дела должен был встать человек, глубоко понимающий задачу изучения космоса, беззавет
   но веривший в ее реальность, то время как многие считали ее фантастической. Таким руководителем и организатором был Главный конструктор, академик С. П. Королев" (К. Д. Бушуев, профессор).
   "Мне по делам службы ве раз приходилось встречаться с Сергеем Павловичем Королевым. Чаще всего в ЦК КПСС, который координировал усилия министерств и ведомств, участвовавших в разработке ракетно-ядерного оружия... Что касается роли Королева в этом деле - она велика. Смерть его огромная утрата для Советской Армии" (Г. К. Жуков, Маршал Советского Союза).
   "Особого внимания заслуживают мысли и работы Королева в области многоразового использования космической техники путем органического сочетания в одном аппарате ракетно-космической и авиационной техники. Эти материалы ждут заинтересованных исследователей..." (П. В. Цыбин, заслуженный деятель науки и техники.)
   "Самая характерная черта Королева - громадная энергия. Этой энергией он умел заражать окружающих. Он был человеком очень решительным, часто довольно суровым. Королев - это сплав холодного рационализма и мечтательности" (К. П. Феоктистов, космонавт, профессор).
   "Для меня Сергей Павлович Королев был образцом великого ученого и Человека, тем идеалом, к которому мы все должны стремиться" (Б. Е. Патон, президент Академии наук Украины).
   Тысячи советских людей, зарубежных гостей, благодарных Королеву за выдающийся научный подвиг - открытие Космической эры, - з скорбном молчании прошли 17 января через траурно убранный Колонный зал Дома союзов, прощаясь с великим ученым. В почетном карауле у гроба стали руководители Коммунистической партии и Советского правительства, маршалы, крупнейшие ученые, соратники и последователи, космонавты, труженики конструкторского бюро и космодрома.
   ...Траурный кортеж замер у Мавзолея Ленина. Митинг памяти открыл заместитель Председателя Совета Министров СССР Л. В. Смирнов. С покойным его связывала многолетняя работа по ракетной и космической технике. Прощальное слово произносит президент Академии наук СССР М. В. Келдыш. Ссутулившись, с потухшими глазами, он не может скрыть своего горя. Много лет они были вместе. Листок, что держит в руках, дрожит. Собравшись с силами, академик, теоретик космонавтики, подошел к микрофону.
   - Вся мировая наука в лице академика Сергея Павловича Королева потеряла ученого, с именем которого навсегда будет связано одно из величайших завоеваний науки и техники всех времен - открытие эры освоения человечеством космического пространства. Он был крупнейшим конструктором ракетно-космических систем, обеспечивших завоевание основных этапов исследования космического пространства...
   Не шелохнется притихшая в горе площадь, кажется, слышно, как бьются сердца тысяч людей. Москва, столица скорбит, от имени Родины прощается со своим великим гражданином. "У микрофона Юрий Алексеевич Гагарин. Лицо его мертвенно бледно. Для него смерть Учителя равносильна смерти отца... Что скажет он? Ведь, кажется, недавно, не прошло и пяти лет с того апрельского дня... И последняя недавняя встреча с Сергеем Павловичем.
   - Велико наше горе в этот скорбный час. Велика наша утрата, дрогнувшим от волнения голосом начал Юрий Алексеевич и умолк. В горле горячий комок, мешающий говорить. Справившись со своими чувствами, взглянул на трибуны, где стояли его друзья, и, словно заручившись поддержкой космонавтов, выдохнул из себя как клятву:
   - Все космонавты будут неуклонно продолжать и развивать дело, которому отдал свою жизнь Сергей Павлович. Память о Сергее Павловиче навсегда сохранится в наших сердцах...
   И как знак признания его заслуг памятники - на родине в Житомире, в Москве, где жил, в Подмосковье, где строил ракеты и корабли, на космодроме, откуда прокладывал дороги во Вселенную. Есть, однако, памятник необычный, вечный - творение великого зодчего - Природы. В ознаменование заслуг в исследовании Луны одному из крупных кольцеобразных горных образований ее талассоиду - мировая астрономическая общественность присвоила имя Королева. Действительно удивительный и прекрасный монумент! Пройдет время, и верится, что на одной из отвесных скал его будут высечены слова Главного конструктора, полные веры и устремленности в космическое завтра: "...То, что казалось несбыточным на протяжении веков, что еще вчера было лишь дерзновенной мечтой, сегодня становится реальной задачей, а завтра свершением.
   Нет преград человеческой мысли!"
   Краткая библиография
   1. Творческое наследие академика Сергея Павловича Королева. (Избранные труды и документы). Составители Ю. В. Бирюков, Н. А. Варваров, Г. С. Ветров. Под общей редакцией академика М. В. Келдыша. М., Наука, 1980.
   2. Академик С. П. Королев. (Ученый. Инженер. Человек). Редактор-составитель Г. С. Ветров. М., Наука, 1986. Творческий портрет по воспоминаниям современников.
   3. Апенченко О. Сергей Королев. М., Политиздат, 1968. 4 Асташенков П. Т. Королев. М., Машиностроение, 1969.
   5. Б а л а н и н а М. Н. Устремленный к звездам. - Новый
   мир, 1977, No 1. , .
   6. Б и р ю к о в Ю. В. Материалы к биографической хронике Сергея Павловича Королева. - В сб. "Из истории советской космонавтики". М., Наука, 1983.
   7. Бирюков Ю. В., Комаров В. М. К вопросу об организации и деятельности Группы изучения реактивного движения при ЦС Осоавиахима СССР. - В сб. "Из истории авиации и космонавтики". Вып. 24. М., ИИЕТ АН СССР, 1974.
   8. Ветров Г. С. Об исторической оценке творчества академика С. П. Королева. О научно-организационных принципах С. П. Королева. М. - В сб. "Из истории советской космонавтики".
   М., Наука, 1983.
   9. Голованов Я. К. Королев. М., 1973.
   10. Гагарин Ю. А. Дорога в космос. М., "Правда", 19Ы.
   11. Головин И. Н. Курчатов. М., Атомиздат, 1979. 121 Г л ушко В. П. Путь в ракетной технике. - Избранные труды. (1929-1946). М., Машиностроение, 1977.
   13. Иванов А. Первые ступени. М., Молодая гвардия,
   14. Ишлинский А. Ю. О жизни и деятельности академика С. П. Королева. В сб. "Из истории советской космонавтики". М., Наука, 1983.
   15. Карпов Е. А. Академик Королев и космонавты.
   В сб. "Шаги к звездам". М., 1972.
   16. Келдыш М. В. Воспоминания о С. П. Королеве. -В кн "Из истории советской космонавтики". М., Наука, 19н^_
   20. Л а з а р е н к о А. Н. Этапы великого пути. - В сб. "Слово о Королеве". Киев, Молодь, 1970.
   21. Мишин В. П. Сергей Павлович Королев - Главный жонструктор ракетно-космических комплексов и систем. - В сб. "Из истории советской космонавтики". М., Наука, 1983.
   22. Николаев А. Г. Космос - дорога без конца. М., 1974.
   23. П а р и н В. В. Пути развития советской космической медицины. - В сб. "Идеи Циолковского и проблемы космонавтики". М., Машиностроение, 1974.
   25. Попович П. Р. Вылетаю утром. М., Изд-во ДОСААФ, 1974.
   26. Романов А. П. Как это было. М., Политиздат, 1961.
   27. Романов А. П. Космодром. Космонавты. Космос. (Космический дневник в двух книгах). М., ДОСААФ, 1971.
   28. Т е т е р к и н Б. Г. Встреча К. Э. Циолковского и Королева (воспоминания). Архив Н. С. Королевой.
   29. Титов Г. С. Голубая моя планета. М., 1983.
   30.Тихонравов М. К., Бирюков Ю. В. Претворение идей К. Э. Циолковского в работах ГИРДа. - В сб. "Идеи Циолковского и проблемы космонавтики". М., 1974.
   31. Феоктистов К. П. Советские космические корабли и орбитальные станции. - В сб. "Исследования по истории и теории развития авиационной и ракетно-космической науки и техники". Вып. 3. М., 1984.