– Нет. У нас их нет, но я о них слыхивал.
   – В них нет ничего хорошего, – доверил мне важную тайну Корниэль. – Вам повезло, что у вас нет таких существ.
   «Так же, как и эльфов с их магами!» – чуть было не брякнул я, но вовремя удержался. Вместо этого я задал другой вопрос:
   – А люди у вас тут имеются?
   – Люди? Люди… Люди, – сосредоточенно нахмурился эльф. – Ах! Эти… смертные! Да, есть такие. Они слабы, но многочисленны и быстро плодятся.
   – Смотри, Корниэль. Это они ПОКА слабы.
   – Ну пока – слабы, а там, Арагорн его знает, что будет. Посмотрим.
   Арагорн… Арагорн? Арагорн!!! Постойте! Что-то в мозгах со щелчком встало на место. А это не тот ли Арагорн, который Московский?
   – Арагорн – что-то очень знакомое, – осторожно поинтересовался я.
   – Конечно, – невозмутимо отозвался Корниэль. – Неугомонный шутник и великий скиталец по мирам – бог проказ. Если мы чего-то не знаем, то так и говорим: «Арагорн его знает».
   Вот оно! Луч света в лесу вопросов, возникших в моей бедной голове. Скорее всего, это его работа.
   – А как мне встретиться с этим Арагорном? – продолжал допытываться я.
   – Да никак! Это же бог, – удивленно отозвался Корниэль.
   Вот ведь невезуха! С богом встретиться действительно нелегко.
   – А жаль! – вздохнул я.
   – А мне вот не жаль, – усмехнулся Корниэль. – А то еще какую-нибудь каверзу устроит.
   – Мне, похоже, он уже устроил, – вздохнул я. – Кажется мне, что это именно его работа.
   – Тогда тем более надо идти! – Корниэль повернулся к своим спутникам, которые молчали на протяжении всей нашей беседы: – Продолжим наш путь. Двигаться быстро! Сегодня мы должны достичь передовых постов Таурэ Эндэя (Леса Середины).
   – Но милорд, – наконец-то подал голос эльф в рубашке. – Я же без камзола! Как я могу появиться в таком виде пред светлыми глазами благородных эльфов и эльфесс?
   – Точно так же, как появился пред далеко не благородными глазами вот этих! – отрезал Корниэль, махнув в сторону трупов рукой.
   – Я видел твой камзол, – добавил и я. – Поверь мне, без него тебе будет лучше, чем в нем!
   Больше возражений и сомнений не последовало. Мы двинулись по лесу быстрым, но осторожным шагом. Я снова поразился – вроде бы идем нормально, не напрягаясь, а никакого шума. Ни сучки не трещат, ни листики не шуршат.
   – А откуда взялись эти? – Я поравнялся с Корниэлем. – Которых мы так славно там положили?
   – И главное, практически в сердце леса! – кивнул он.
   – Кстати, о птичках. Кто это был? – задал я вопрос.
   – Да орки же! – сказал, как выплюнул, Корниэль. – А при чем тут птички?
   Так вот ты какой, северный олень!
   – Да так, у нас есть поговорка такая. А я думал, что орки – степные жители и лес их не любит.
   – Да, степные. Да, лес их не любит, а они все равно в него прутся! – с досадой заговорил Корниэль. – Но сегодня это вообще из ряда вон! Добраться до здешних рубежей! Да никогда у них такого раньше не получалось!
   – А как получилось, что они вас захватили врасплох? – с интересом спросил я.
   – Вот именно – врасплох! Мы, будучи в своем лесу, расслабились. Ну какие могут быть опасности для лесного народа в месте, где этот народ – хозяин? Услышали их слишком поздно и слишком близко. Такое впечатление, что… – Корниэль внезапно замолчал.
   – Такое впечатление, что они возникли внезапно, прямо около вашей стоянки, – продолжил я. – Иначе вы бы их услышали намного раньше.
   – Да. – Корниэль тревожно оглянулся. – Об этом надо немедленно сообщить нашим магам. Ты нам очень помог, более того, спас нас! Даже если ты тут оказался волей Арагорна, то я ему благодарен.
   Ага! А уж как я ему благодарен! Жаль, что он тут на роли божества… А быть может… Я даже остановился на секунду, соображая. Быть может, ему не понравилось, как я с ним разговаривал при нашем столкновении? Вот он меня сюда и забросил.
 
   Озабоченный вероломством орков, Корниэль повел нас «эльфийской тропой». Что это такое, объяснить затрудняюсь. Я особых различий, честно говоря, не заметил. Да и самой тропы я тоже как-то не заметил. Но Корниэль утверждал, что она здорово сокращает путь.
   Мы достигли передовых постов эльфийского поселения на следующий день, переночевав в ветвях огромного дуба. К сожалению, съестные припасы были брошены на месте отдыха среди других вещей из-за бегства, поэтому ночевали мы и двинулись в дальнейший путь натощак.
 
   – Эх, – вздыхал Корниэль. – Если бы мы нашли мэллорн, то нам не пришлось бы голодать.
   – Это как? – спросил я.
   – Ты же эльф! – удивленно воззрился на меня Корниэль. – Ты что, не знаешь, что мэллорн дает пищу, кров и безопасность нашему народу? У вас что, там нет мэллорнов?
   – Э-э-э… У нас на севере они не растут, – нашелся я. – Наверное, потому что холодно очень.
   – Вы что, не можете управлять природой? – еще больше удивился Корниэль.
   – Нет. Не можем, – помотал головой я. И это было абсолютной правдой.
   Мой ответ настолько поразил Корниэля, что он долго еще недоуменно покачивал головой, переваривая полученные сведения.
   – Мэллорны – это деревья, которые растут только в наших лесах, – наконец начал на ходу пояснять мне Корниэль. – Если кто-то из нашего народа проведет некоторое время на его ветвях, то он чувствует себя так, как будто хорошо отдохнул и поел. Излечиваются раны, если таковые были. Короче, без таких деревьев наша жизнь была бы намного сложнее. Я уже не говорю о материнских деревьях, защищающих каждое наше поселение.
   Подождите-подождите! А что это за дерево было, на котором я ночевал? И тоже, помнится, голод прошел. И чувствовал я себя значительно лучше, бессовестно продрыхнув в подобии гамака.
   Но это дерево осталось далеко позади, и возвращаться к нему не было смысла.
 
   Передовой пост возник перед нами внезапно. Вернее, передо мной. Корниэль, похоже, знал о нем. Он резко остановился, придерживая меня рукой. Куст, росший как раз у нас на пути, раздвинулся, и я увидел эльфа в полном боевом обмундировании с большим сложным луком в руках. Все это произошло совершенно бесшумно. И, как будто соткавшийся из листвы, лесной воин эффектно отдал нам честь правой рукой.
   От вида его лука у меня слюнки потекли. Шикарный! Вот бы мне такой в коллекцию.
   – Хэллоре! – поднял руку Корниэль. – У меня есть срочное сообщение Совету.
   Лучник внимательно осмотрел нас. Задержал взгляд удивительно зеленых глаз на мне, потом кивнул головой. Куст снова сомкнул ветви, и уже ничего не говорило о том, что здесь кто-то есть. М-да, немногословный страж попался. Похоже, тут серьезные ребята, молчаливые. Сопровождающие Корниэля эльфы тоже не отличались многословностью. Они отделывались от моих попыток заговорить с ними односложными ответами.
   Корниэль махнул рукой, предлагая нам следовать дальше. Походка у него изменилась. Нет, скорость осталась та же, но сама ходьба стала более расслабленной, что ли. Не было уже той собранности, напряжения, которые переполняли его во время пути.
   Вдруг перед нами выросла стена из кустов и деревьев. Это действительно была стена! Ветви настолько тесно были переплетены между собой, что создавали непроходимый барьер. Я тормознул, недоуменно оглядываясь.
   – Пошли-пошли! – нетерпеливо проговорил Корниэль, проходя мимо меня… в стену.
   Только приглядевшись, я смог различить едва уловимый просвет, в который нырнул лорд.
   Ну, пошли так пошли. Я последовал за ним. И снова через пару шагов перед нами оказалась стена. Потребовалось пройти вдоль нее шагов сто, прежде чем Корниэль нырнул в просвет уже этой преграды. Надо же, или он знает все просветы, или у меня зрение ни к черту!
   И опять стена! Они что, помешались на этих зеленых оградах? После пятой… нет, шестой стены я не выдержал:
   – Корниэль! Что это за издевательства? Это необходимый процесс прохода, или можно как-то обойти эти стены? Это что, каждый раз, когда надо выйти или зайти в поселение, приходится тратить столько времени?
   Корниэль остановился и задумался.
   – Это сильфы. Такие заслоны у нас окружают каждое поселение. И они выращены не случайно, а именно для того, чтобы в поселение как раз было сложно пройти. Это защита, Демолас. Врагу пройти эти редуты необычайно сложно, если не невозможно. То, что они так плотно растут – это еще не все особенности. Я бы не хотел быть врагом, когда на моем пути встанут такие же заслоны.
   – Просто на голодный желудок этакие прохождения слегка нервируют, – пояснил я.
   – Скоро придем, – ободряюще пообещал эльф. – И ты сможешь отдохнуть.
   Да, наконец сильфы закончились, и мы пошли по какой-то вымощенной аккуратными булыжниками дорожке.
   Я взглянул перед собой и оторопело остановился, не в силах оторвать глаз от потрясающего зрелища.
   Передо мной возвышалось огромное дерево. Хотя огромное – это еще слабо сказано! Я даже боюсь предположить высоту, которую достигла его верхушка. Пышное облако золотисто-зеленой листвы окутывало этот исполин. Да это дерево должно возвышаться над окружающим лесом и быть видным на многие километры вокруг. Но почему же его не было видно издалека? И как оно смогло вырасти такое? Я же осматривал местность и не мог не заметить его!
   – Что случилось, Демолас? – остановился Корниэль, обратив внимание на мое замешательство.
   Я безмолвно указал на гиганта. Корниэль недоуменно обернулся и попытался рассмотреть то, что меня остановило. Ничего особенного для себя не увидел и снова с недоуменным видом обернулся ко мне.
   – Вот это дерево! – выдохнул я.
   Корниэль опять повернулся к поразившему меня зрелищу.
   – А, это! – наконец понял он. – Обычное материнское дерево. Не самое большое. В Оро-Осто оно еще больше и красивее.
   – У нас такого не бывает, – вырвалось у меня.
   – Я чувствую, что у вас очень мало что бывает, – усмехнулся эльф. – Когда ты будешь возвращаться назад, к себе, то я хочу отправиться с тобой. Надо помочь нашим братьям! Судя по всему, они влачат жалкое существование. Ну какое же еще может быть существование, если нет мэллорнов?
   Ничего ж себе, не самое большое дерево! Я покачал головой и двинулся дальше, вбирая в себя необычайные виды и впечатления и соображая, что лучше бы Корниэлю со мной не «мылиться». Ничего хорошего это ему не принесет. Контингент не тот.
   Эльфы относятся к своему жилью рационально. Если его располагать на земле, то это сколько же места оно будет занимать? А на земле еще и травка, всякие кустики растут. Как с ними быть? Надо сказать, что эльфы относятся к этому очень щепетильно. Но выход есть! Жилища эльфов располагались на ветвях деревьев, подобно наростам. Но наростам не безобразным, а изумительно красивым и органичным. Надо ли говорить, что и деревья тут не такие хлипкие, как на Земле? Похожие на легкие паутинки воздушные лестницы соединяли ветви между собой. Я увидел, как по одной из них скользила ловкая женская фигурка, быстро и без напряжения сил. Обалдеть! Я вообще-то не страдаю акрофобией, но мысль посыпаться вниз с такой высоты меня как-то не вдохновляла. А если меня тут поселят на самой верхушке? Хорош будет видок: взрослый эльф, вцепившийся мертвой хваткой в ближайшую ветвь и орущий благим матом: «Мама, снимите меня отсюда!»
   Корниэль в это время указал рукой прямо перед нами. Очень красиво! Дорожка, по которой мы шли, упиралась в большие ворота. Да-да, ворота! Непонятно, зачем они здесь? Украшенные какими-то зеленоватыми узорами, кажущиеся тонкими и хрупкими. Но это, скорее всего, именно кажется. Не может вход в цитадель эльфов быть таким ненадежным. Не верю я в такое. По обеим сторонам ворот высились две аккуратные башенки. Я рассмотрел часовых, которые, в свою очередь, внимательно всматривались в нас.
   – И что, это вся охрана? – тронул я за рукав Корниэля.
   Корниэль остановился и изумленно уставился на меня. Потом его брови, ушедшие было под прическу, опустились и лицо разгладилось.
   – Ах да! У вас же там такого нет. Я бы очень не советовал врагам эльфов даже близко подходить к любому из этих деревьев. Оно может очень эффективно защитить себя и тех, кто живет под ним. Охрана у входа скорее символическая. Единственная ее задача – сообщить о том, что кто-то пришел, тому, кому об этом следует знать.
   – А кому об этом следует знать? – мгновенно ухватился я за слова эльфа.
   – Вот сейчас и увидишь! – обнадежил меня Корниэль.
   Я всматривался в проем, действительно ожидая увидеть что-то. Что именно? Да откуда я знаю!
   Створки ворот мягко и бесшумно поползли в разные стороны, и передо мной предстали две разряженные в красивые камзолы фигуры. Эльфы (а кто бы мог еще здесь быть?) величественно и плавно двинулись нам навстречу.
   – Ого! – пробормотал себе под нос Корниэль. – Что же такое должно было случиться, что сам предводитель вышел нас встречать?
   Как я понимаю, предводитель не часто занимается встречами.
   Мы тоже сбавили шаг и перешли на степенную поступь, причем Корниэль выдвинулся вперед, сопровождающие пристроились за мной. Я оказался как бы пленным под конвоем захвативших меня воинов. Облегчение мне приносило только осознание того, что оружие мое осталось при мне. Но ощущения были все же далеки от приятных.
   На расстоянии пары шагов друг от друга мы остановились.
   – Добро пожаловать домой, лорд Корниэль! – Стоявший чуть впереди эльф в камзоле светло-зеленого сукна сделал изящный жест рукой. – Мы получили известие, что ты несешь нам важные сведения.
   Корниэль только молча поклонился.
   – Ты, надеюсь, представишь нам своего спутника? – Эльф с любопытством смотрел на меня фиолетовыми глазами (интересно, а какого цвета глаза у меня в этом мире?).
   – Это лорд Демолас. Он непосредственно связан с теми сведениями, которые я и намеревался поведать тебе, Светлый. – Корниэль еще раз склонил голову. – Но то, что я имею всем вам сообщить, касается безопасности нашего леса.
   Лицо предводителя на мгновение приняло отсутствующее выражение, глаза расфокусировались, но только на мгновение.
   – В таком случае, пройдем в Чертог, – гостеприимно предложил он. – Я уже дал знать Малому кругу о срочном сборе. Ну если вы не хотите, конечно, отдохнуть с дороги.
   – Эти сведения столь важны, что я хотел бы сначала изложить их тебе и Совету. – Корниэль твердо взглянул в глаза предводителю. – Отдохнуть можно будет и после.
   Предводитель величественно повел рукой в сторону входа. – Прошу вас. Надеюсь, благородный Демолас, что место, откуда ты прибыл, не будет долго оставаться тайной для нас.
   – Я не делал из этого тайны! – пожал плечами я. – Я так понимаю, что прибыл из другого мира.
   – Из другого мира? Как интересно! – обернулся один из свиты предводителя – я слышал, как тот назвал его Сорантаэлем. – Светлый, я могу побеседовать с нашим гостем, пока соберется Совет?
   Я заметил нерешительный взгляд Корниэля, брошенный на меня.
   – Что-то не так? – поднял бровь Сорантаэль, тоже заметивший этот взгляд.
   – Нет-нет! – быстро сказал Корниэль. – Просто среди прочего я хотел бы попросить Совет дать Демоласу статус члена высокого дома Явэ Мер в благодарность за спасение моей жизни. Насколько я понимаю, он теперь вынужден будет жить среди нас.
   – Ну это можно будет сделать и без его личного присутствия, – отмахнулся предводитель. – Лишь было бы его согласие. Я думаю, что возражений у лорда Демоласа не будет?
   Все трое смотрели на меня в ожидании ответа. А я как-то не мог сразу этот ответ им дать. Что это означает для меня – стать членом этого высокого дома? Нужна ли мне такая благодарность? Не помешает ли мне этот статус вернуться домой, когда будет предоставлена такая возможность?
   – Демолас, это высокая честь, – негромко сообщил Сорантаэль.
   – Понимаю, – внезапно охрипшим голосом ответил я (странно, неужели и у эльфов могут хрипнуть голоса?). – Я просто не знаю, достоин ли такой чести.
   – За спасение наследника высокого дома это самое меньшее, что мы можем тебе предложить, – мягко сказал Корниэль. – Просто принадлежность к одному из высоких домов существенно повышает статус. А тебе без этого будет очень трудно.
   – Я вмешался в ситуацию не из-за того, что там был наследник высокого дома, тем более что я и не знал об этом. Вмешаться – было моим долгом. И не уверен, что такой поступок требует воздаяния.
   Во как завернул! Даже самому понравилось.
   – Но тем не менее факт имеет место, – сообщил Корниэль. – А значит, должен быть отмечен соответствующим образом. Надеюсь, что ты не хочешь нанести мне оскорбление своим отказом?
   – Никоим образом! – открестился я. – Конечно же я сочту за честь стать членом высокого дома.
   Действительно, а что мне еще оставалось делать? Откажись я от этой «чести», то еще и неизвестно, как на это отреагируют эльфы. Они ведь могут и обидеться. И потом, наверное, этот статус дает какие-то привилегии и определенную степень свободы. Хотя не факт. Может быть, что этот статус и накладывает какие-то обязанности типа: «Первыми в бой идут члены высокого дома!» Кто их, этих эльфов, знает? …Ах да! Я ведь теперь тоже эльф. Надо как-то приспосабливаться.
 
   Корниэль пошел следом за предводителем по дорожке. Меня же Сорантаэль увлек в другую сторону. То есть мы тоже пошли по дорожке, но по другой.
   Перед нами оказался пышный кустарник с множеством небольших красивых и приятно пахнувших цветов. Сорантаэль нырнул прямо в гущу листвы. Я зажмурился и последовал за ним. Мы неожиданно оказались на какой-то террасе. Масса листвы над головой создавала приятную тень. Посреди террасы стоял плетеный столик и несколько таких же кресел. В одно из кресел и опустился Сорантаэль, кивком предложив мне последовать его примеру. Он прикрыл глаза и сделал какой-то замысловатый жест рукой. Я увидел, как на столике сформировался приличных размеров кувшин и два бокала на тонких ножках. Рядом через некоторое время появилась широкая ваза с какими-то незнакомыми мне фруктами. Боюсь, что вид у меня был достаточно забавный. Магия, однако. Что это за фрукты? Как бы мне после них копыта не отбросить.
   Сорантаэль с нескрываемым интересом и приятной улыбкой рассматривал меня. Я ответил ему вызывающим взглядом. Я уже говорил о том, что имею привычку наглеть, когда этого в общем-то делать не стоит? Говорил? Ага, вот меня снова начало заносить.
   – Какое положение ты занимал в своем мире? – внезапно задал вопрос Сорантаэль.
   – Не самое высокое, – настороженно ответил я, – но и не самое низкое. У нас это называют средним классом.
   – У вас тоже есть деление на дома? – приподнял бровь эльф.
   – Нет. Хотя есть что-то подобное в верхах власти. Наверное, это у всех так.
   – Расскажи мне о своем мире! – попросил Сорантаэль.
   Все это было сказано мягко, без малейшего намека на иронию, которую я ожидал, без насмешки. Весь мой боевой пыл угас. Но тут я замялся. Ну что я могу рассказать? И стоит ли это делать? Тем более что я сам не очень-то хорошо знаю все хитросплетения моего мира.
   – Не стесняйся! – посоветовал Сорантаэль, заметив мои колебания. – Расположись поудобнее, угощайся фруктами и этим замечательным легким вином. Может так статься, что я знаю что-то о твоем мире, и нам легче будет найти решение о твоем будущем. В том случае, конечно, если ты захочешь туда вернуться.
   Захочу ли я? Да я мечтаю об этом! Надо быть совсем уж безбашенным и оторванным, чтобы сломя голову ринуться в новый мир, о котором ничего не знаешь и ничего в нем не понимаешь. Причем ринуться, разом разорвав множество связей в своем родном мире. Поэтому просьба Сорантаэля показалась мне уже не такой странной.
   А ведь логично. И почему это здешние ребята могут подвести под все убедительную базу? Может, потому что длительная жизнь оттачивает мастерство полемики? Кстати, а насколько эта их жизнь длительна?
   – Можно предварительно вопрос задать? – осторожно осведомился я.
   – Можно.
   Сорантаэль, откинувшись на спинку плетеного кресла, полностью расслабился в предвкушении долгой и обстоятельной беседы. В его руке оказался один из бокалов, наполненный золотистым напитком. Второй бокал проехал по столику в моем направлении и замер возле моей руки. Я взял его за тонкую ножку и посмотрел на свет. Вверх поднималось множество маленьких пузырьков.
   – Это наше лучшее вино, – проинформировал меня Сорантаэль. – Никто, кроме нас, не может его даже попробовать.
   – А мне вы, значит, все же оказали такую честь, – хмыкнул я.
   – Но ты же эльф, – улыбнулся Сорантаэль. – А следовательно, один из нас. Но мне кажется, что ты хотел меня спросить о другом.
   – Какова продолжительность жизни вашего народа? – задал я вопрос в лоб.
   Эльф замер. Этот вопрос был для него неожидан. Он внимательно всматривался в меня.
   – Почему ты об этом спрашиваешь?
   – Это у вас тут такая манера отвечать вопросом на вопрос?
   – Каждый сам выбирает время, когда захочет уйти, но тогда и только тогда, когда выполнит свой долг.
   – Долг? – Моя правая бровь поползла вверх.
   Так у них тут еще и долги есть. Какие и перед кем?
   – Почему ты задаешь такие странные для эльфа вопросы? – Сорантаэль напряженно выпрямился и впился в меня пытливым взглядом.
   – Наверное, потому, что я не всегда был эльфом, – решился я на откровенность.
   Сорантаэль несколько долгих мгновений сверлил меня взглядом. Было видно, что эта моя фраза для него сродни шоку.
   – Ты не лжешь, – вынес наконец он свой вердикт. – Объясни, как это получилось.
   – Если бы я еще знал – как, – вздохнул я. – Зашел в один лес в родном мире, а вышел в другом лесу, и даже не в родном мире, и даже не в родном обличье. Так понятно?
   Повисло долгое молчание. Сорантаэлю, видимо, надо было отойти от неожиданного удара пыльным мешком, предательски нанесенного из-за угла.
   – И кем же ты был до этого? – посопев носом, спросил он. – До того, как вошел в лес.
   – Человеком, – тихо ответил я.
   Слабое икание, донесшееся из кресла Сорантаэля, подтвердило, что он обладает хорошим слухом. Эльф нервно схватил кувшин, набулькал себе полный бокал и залпом выпил. Потом он с каким-то остервенением схватил экзотический фрукт и впился в него зубами.
   – Мне всегда хочется есть, когда я нервничаю, – пояснил Сорантаэль в ответ на мой изумленный взгляд. – Расскажи мне о своем мире!
   Ну, честно говоря, я ожидал какой-то реакции на мое признание. Не знал только, каким образом она будет проявлена.
   Вздохнув, я начал рассказ. Конечно же я рассказал не все. Мне очень не хотелось показывать все неприглядные стороны нашего мира. В конце-то концов, это тот сор, который из избы не выносят. Зная о способности эльфов определять, правду ли им говорят, я, тщательно подбирая слова, постарался рассказать все то, что было в нашем мире хорошего, разумно дозируя негативные стороны.
   Некоторые вещи, о которых я рассказывал, выходили за пределы понимания эльфа. Он просил пояснить то или иное понятие. Я неожиданно понял, что разговариваю-то на другом языке! Приходилось прилагать усилия, чтобы вспомнить, как произносятся те или иные слова, не говоря уже об особо развитой части нашего великого и могучего. Я поведал Сорантаэлю и об этом своем неожиданном открытии.
   – Судя по всему, знание языка было тебе дано вместе с переносом в этот мир, – задумчиво изрек эльф. – Причем это знание было искусно вплетено в твое сознание. Интересно, кто это так постарался? И главное – зачем?
   Видимо, Сорантаэль продолжал нервничать. Ваза уже несколько раз пустела и вызывалась с новым пополнением. Боюсь, что потом Сорантаэль будет страдать от переедания, хотя кто его знает, как у нас, эльфов, с пищеварением.
   – Так значит, у вас люди являются доминирующим видом и других разумных у вас там нет? – задумчиво спросил Сорантаэль, когда я закончил свой рассказ.
   – Нет, и судя по всему, никогда не было, – ответил я, посасывая из бокала изумительного вкуса вино.
   – Не было? – фыркнул Сорантаэль. – А откуда тогда, разреши мне тебя спросить, о нас знают?
   А действительно, откуда? Конечно, фантазия – это сила и может изобразить что угодно, при условии, что она есть. Но как она могла изобразить все так точно? Я, конечно, не всех тут повидал, только эльфов и орков, но эти были вылитые эльфы и орки. Ну, может, и не вылитые, но похожи, и очень.
   – Ты мне можешь рассказать о других разумных, которые обитают в этом мире? – обратился я к Сорантаэлю.
   – А! Разумные как разумные. Ничего особенного, – отмахнулся Сорантаэль. – Ты мне вот что скажи: почему ты, оказавшись тут, не остался человеком, как был, а приобрел наше, эльфийское обличье?
   – А что? – немедленно ощетинился я. – Было бы лучше, чтобы я приобрел вид тролля? Я бы тогда вам тут такого наворотил, что мама не горюй! И насколько я знаю, вы к людям относитесь, мягко говоря, пренебрежительно. Я не прав?
   – Ну-ну! – успокаивающе поднял руку Сорантаэль. – С троллями, знаешь ли, мы справляемся быстро. Конечно, при условии, что это в лесу, а не в горах. Там они сильны. Но мы-то в горы не суемся. Нечего нам там делать. А они в лес избегают лезть.
   – А люди?
   – Люди? – нахмурился Сорантаэль. – Люди… Они вызывают у меня тревогу. Они поделили землю на королевства. Не спросив при этом нашего мнения и согласия. Они дерутся со всеми и между собой. Плодятся с неимоверной скоростью. Живут недолго, но за это короткое время умудряются обрасти всеми мыслимыми и немыслимыми грехами. Они слабее всех, но умудряются не только выживать, но и побеждать. И среди них уже появились довольно сильные маги. Особую тревогу вызывает то, что часть их пошла по темному пути. Их называют некроманты. И с ними сотрудничают вампиры! Есть также среди людей и сильные воины. Например, на севере живет народ – с виду сущие орки, но они люди. Называют себя варварами. Так они варвары и есть.