Аналитическая записка
 
В мhру своего понимания…

   О переходе вектора целей вложенной концепции управления в вектор ошибки альтернативно-объемлющей концепции управления
 
1. Про что это они?
 
   Сначала несколько цитат.
   «У вас в романах есть одна трагическая тема. В “Последнем солдате Империи”, в “Красно-коричневом”, в “Господине Гексогене” главный герой, патриот и разведчик, всё время попадает во власть злого рока. Всё время пытаясь разрушить схему игры сатанинских сил, он постоянно оказывается вписанным в эти схемы, он помимо воли помогает врагу».
   Это высказывание Максима Калашникова адресовано главному редактору газеты “Завтра” А.Проханову в беседе под названием “Служить Господу можно и в танке”, опубликованной в ежемесячной общественно-политической газете “Stringer” № 3 (22).
   В той же газете, в статье Алексея Пименова “Китайская загадка”, написанной в США, читаем:
   «Именно китайцы, получившие американское образование, а нередко проработавшие в Америке долгие годы, привезли на родину решительное неприятие всей американской системы ценностей. Именно в их среде был написан нашумевший антиамериканский роман “Человек из Пекина в Нью-Йорке”».
   «В марте этого года будет 11 лет, как я живу в США. Сейчас мне 31 год, так что уехал я вместе с родителями, будучи уже довольно взрослым человеком. То, что творится в Америке, меня не устраивает. Поэтому в апреле прошлого года я восстановил своё российское гражданство и собираюсь вернуться в Россию, как только обзаведусь квартирой. Впрочем, и от американского паспорта я отказываться не собираюсь, так как он даёт мне безвизовый въезд практически в любую страну мира».
   Это — из интервью американского гражданина и бывшего «россиянина» Виктора Фридмана, автора книги “Социалистические Штаты Америки”, которая может перевернуть распространённое представление об Америке как о «стране мечты». Таково мнение Виктории Авербух, опубликовавшей выдержки из этой книги и интервью с её автором в «Российской газете» № 37 от 28-го февраля под названием “Товарищи ковбои”.
   «Рискованность нынешнего положения США станет ещё более очевидной, если вспомнить, что осенью прошлого года Америка на самом деле была на волосок от краха. В США начиналась рецессия, которая легко могла превратиться в длительную депрессию. Разгорался скандал вокруг банкротства Enron, который запросто мог опрокинуть администрацию Буша с её сомнительной победой на выборах. За предшествовавшие полгода Белый дом успел серьёзно испортить отношения с Китаем и Европой. Выход из Киотских соглашений, противоречия в области международной торговли и антимонопольной политики, использование боеприпасов с обеднённым ураном во время войны на Балканах, вопрос о смертной казни, попытка выйти из ближневосточного мирного процесса — всё свидетельствовало о том, что раскол между ЕС и США углубляется. (…) Значительная ставка американцами, по всей видимости делается на то, что все основные игроки прекрасно понимают: сегодня единственная альтернатива военно-политическому доминированию США — глобальная анархия. Никто в анархии не заинтересован. Россия прежде всего, поэтому вынуждена поддерживать Америку.
   Пока американцам удаётся использовать своё уникальное положение — с 11 сентября позиции Америки сильно укрепились. Однако сегодняшние действия США убеждают мир в том, что эта анархия будет лучше, чем порядок по-американски».
   А это — выдержка из статьи Павла Быкова “Изо всех сил”, опубликованной в “элитарном” журнале “Эксперт” № 11. У статьи, помещённой в рубрике “Тема недели” есть «надзаголовок» — «Ловушка для Америки» и «подзаголовок» — «Для Америки агрессивная внешняя политика нынешней администрации представляет не меньшую угрозу, чем для России».
   На вопрос: «Что может объединять эти публикации, размещённые в газетах и журналах различной политической ориентации?» — ответ проамеркански настроенного читателя может быть примерно таким:
   “Ничего. Всегда были и есть люди, которые не любят Америку, но также всегда были и есть люди, которые не любят Россию, и при желании можно надергать цитат из других источников, чтобы создать подобное и даже худшее мнение о России. Бумага всё терпит”.
   Но есть и другой ответ на этот вопрос, который однако не может быть ни дан, ни принят в рамках доминирующей в современном обществе библейской концепции управления [1].
 
2. Если взглянуть на это пошире…
 
   11 лет в Русской региональной цивилизации и в мире действует Концепция Общественной Безопасности (КОБа), с эпическим названием «Мёртвая Вода». Она, будучи обусловлена иными нравственными критериями, является объемлюще-альтернативной по отношению к библейской концепции управления.
   Методологическая основа КОБы — «Достаточно общая теория управления» (ДОТУ), — позволяет представить всякий вызвавший интерес процесс в качестве процесса управления (или самоуправления). В таком представлении оказываются взаимно связанными такие понятия, как: вектор целей управления — иерархически упорядоченная совокупность целей, которые желательно достичь; вектор состояния, структурно повторяющий вектор целей, но описывающий фактическое положение дел в процессе управления; вектор ошибки управления, представляющий собой своего рода «разность» вектора целей и вектора состояния. С параметрами, входящими в эти вектора, в жизни объективно закономерно связаны другие параметры, часть из которых во всяком процессе управления является свободными параметрами, а часть представляет собой непосредственно управляемые параметры, в изменении которых в процессе управления выражается управляющее воздействие.
   Исходя из объективности в Жизни информации и меры (матрицы численной — количественной и порядковой — определённости), ДОТУ даёт представление о взаимовложенности концепций и процессов управления, но не в виде двойственной вложенности подобной «инь-янь» [восточных философий, а в более широком множественном виде.
   С мировоззренческих позиций ДОТУ можно понять, что любые противоречия и конфликты в обществе, неразрешимые в границах некоторой исторически сложившейся ограниченной концепции самоуправления общества, в русле более широкой и полной — объемлющей концепции управления — видятся иначе и могут быть в ней безконфликтно разрешены.
   Некоторые возможности такого рода преодоления и разрешения конфликтов связаны со свойством обратимости в паре вектора целей и вектора ошибки управления: то, что в одной концепции управления является вектором целей, в другой концепции управления может оказаться вектором ошибки при общем им обеим векторе состояния; и наоборот.
   В частном случае вектор целей ограниченной концепции управления при определённых обстоятельствах (о чём будет сказано ниже) может оказаться вектором ошибки в некой объемлющей концепции управления. В этом случае возникает явление взаимной вложенности процессов управления.
   Само понятие — «взаимовложенность» издревле существует в Русской цивилизации и предметно-образно подкрепляется народной игрушкой «Матрёшка», название которой указует на объективную взаимовложенность матриц управления.
   С понятием взаимовложенности процессов управления также связано и представление о шести приоритетах обобщённых средств управления (оружия):
   1. Информация мировоззренческого характера, методология, осваивая которую, люди строят — индивидуально и общественно — свои “стандартные автоматизмы” распознавания и осмысления частных процессов в полноте и целостности Мироздания и определяют в своём восприятии иерархическую упорядоченность их во взаимной вложенности. Она является основой культуры мышления и полноты управленческой деятельности, включая и внутри-общественное полновластие.
   2. Информация летописного, хронологического, характера всех отраслей Культуры и всех отраслей Знания. Она позволяет видеть направленность течения процессов и соотносить друг с другом частные отрасли Культуры в целом и отрасли Знания. При владении сообразным Мирозданию мировоззрением, на основе чувства меры, она позволяет выявлять частные процессы, воспринимая “хаотичный” поток фактов и явлений в мировоззренческое “сито” — субъективную человеческую меру распознавания.
   3. Информация факто-описательного характера: , к которому относятся вероучения религиозных культов, светские идеологии, технологии и фактология всех отраслей науки.
   4. Экономические процессы, как средство воздействия, подчиненные чисто информационным средствам воздействия через финансы (деньги), являющиеся предельно обобщенным видом информации экономического характера.
   5. Средства геноцида, поражающие не только живущих, но и последующие поколения, уничтожающие генетически обусловленный потенциал освоения и развития ими культурного наследия предков: ядерный шантаж — угроза применения; алкогольный, табачный и прочий наркотический геноцид, пищевые добавки, все экологические загрязнители, некоторые медикаменты — реальное применение; “генная инженерия” и “биотехнологии” — потенциальная опасность.
   6. Прочие средства воздействия, главным образом силового, — оружие в традиционном понимании этого слова, убивающее и калечащее людей, разрушающее и уничтожающее материально-технические объекты цивилизации, вещественные памятники культуры и носители их духа.
   При применении этого набора внутри одной социальной системы это — обобщенные средства управления ею. А при применении их же одной социальной системой (социальной группой) по отношению к другой, при несовпадении концепций управления в них, это — обобщенное оружие, т.е. средства ведения войны, в самом общем понимании этого слова; или же — средства поддержки самоуправления в иной социальной системе, при отсутствии концептуальной несовместимости управления в обеих системах.
   Указанный порядок определяет приоритетность названных классов средств воздействия на общество, поскольку изменение состояния общества под воздействием средств высших приоритетов имеет куда большие последствия, чем под воздействием низших, хотя и протекает медленнее и без “шумных эффектов”. То есть, на исторически длительных интервалах времени быстродействие растет от первого к шестому, а необратимость результатов их применения, во многом определяющая эффективность решения проблем в жизни общества в смысле раз и навсегда, — падает.
   При этом все действия на низших приоритетах укладываются в более продолжительные действия на высших и в этом смысле являются вложенными в них. С другой стороны все действия на низших приоритетах обусловлены высшими приоритетами, и в этом смысле высшие приоритеты проникают в них.
   Это означает, что даже используя всю боевую мощь НАТО и США (6-й приоритет), а также всю мощь глобальной долларовой кредитно-финансовой системы (4-й приоритет), сложившейся под воздействием библейской концепции управления и её социальной доктрины “Второзакония-Исаии” скупки мира на основе расовой монополии еврейства на международное ростовщичество, невозможно кардинально изменить ни библейскую идеологию (3-й приоритет), ни представления о течении глобального исторического процесса (2-й приоритет — летописный), по своему произволу культивируемые библейской иерархией; ни тем более — само библейское мировоззрение и созданную на его основе библейскую культуру, которая формирует привычные автоматизмы поведения обществ всей Западной региональной цивилизации. А в силу ограниченности библейского мировоззрения и его жёсткой эгоцентричной нетерпимости к иным мировоззрениям и порождённым ими культурам, соприкосновение носителей культуры библейской цивилизации с исторически сложившимися культурами других региональных цивилизаций во всех случаях неизбежно будет расцениваться в библейской цивилизации как реальная или потенциальная агрессия окружающей её «дикости» против несомого ею якобы «прогресса».
   Соответственно, поддерживая и впредь библейскую культуру, невозможно устранить социальные бедствия и биосферно-экологический кризис, вызванные спецификой управления обществами по библейской концепции, глобальной экспансией библейской культуры и образа жизни, сложившегося в библейской цивилизации.
   Неэффективность такого рода стратегий, где все осмысленные действия не поднимаются выше 4 приоритета обобщённых средств управления, осмеивается в поговорках: «сила есть — ума не надо», «где не пройдёт войско — там пройдёт осёл, навьюченный золотом». Но такого рода поговорки умалчивают о том, что и как превосходит власть «силы» и власть «золота» на высших приоритетах.
 
3. История СССР: два варианта взаимной вложенности концепций управления
 
   На первый взгляд сказанное в предыдущем разделе может показаться оторванным от жизни абстракционизмом. Поэтому для того, чтобы яснее были видны возможности развития России и человечества в будущем, поясним взаимовложенность процессов управления по двум взаимоисключащим концепциям на историческом опыте СССР.
   Марксистско-ленинская идеология, сформировавшаяся на основе учения внука двух раввинов, является вложенной в библейскую концепцию управления. По существу она — светский лик её власти, потребность в котором возникла у заправил Западной (библейской) цивилизации в связи с двумя обстоятельствами:
   · падением авторитета исторически сложившихся религиозных культов, главным образом, вследствие оправдания ими социальной организации, в которой большинство населения нищенствует, а меньшинство с жиру бесится, и подчас вследствие идиотского неприятия отдельными представителями этого «элитарного» меньшинства достижений науки;
   · необходимостью обуздать гонку потребления и безудержную власть денег, что неотъемлемо свойственно вседозволенности частного предпринимательства и разрушительно сказывается на биосфере.
   Но заправилы библейской цивилизации, намереваясь решить эти проблемы посредством марксизма, желали сохранить свою монопольную власть над обществами и в последующий период истории так называемого социалистического и коммунистического будущего человечества.
   Именно это обстоятельство послужило главной причиной развала второй супердержавы, созданной во времена правления И.В.Сталина. Предпосылки к этому были заложены в самом марксизме:
   · философия с “основным” вопросом «Что первично: материя? либо сознание?» не пригодна для решения задачи о предсказуемости последствий вмешательства в течение любых (в том числе и социальных) объективных процессов, без чего невозможно грамотное управление этими процессами и, как следствие, — процедуры демократии становятся ширмой для закулисной тирании, а реальное праведное народовластие остаётся невоплощенным в жизнь идеалом;
   · политэкономия марксизма построена на вымышленных категориях (необходимое и прибавочное рабочее время, перенос стоимости со средств производства на продукцию, трудозатраты, положенные в основу теории ценообразования, хотя во многих видах деятельности они обусловлены субъективно и потому объективно не сопоставимы), вследствие чего её невозможно связать с бухгалтерским учётом, который предоставляет информацию, необходимую для управления экономикой на микро— и макро— (статистистческих) уровнях.
   Тем не менее, СССР развивался под руководством И.В.Сталина, в стране обеспечивалась устойчивость управления, а все попытки её сломать во времена сталинизма терпели крах. Почему? — Потому что Сталин и те, кто его поддерживал (большевики в партии и вне её), только заявляли о своей приверженности марксизму-ленинизму, но фактически действовали по некой альтернативной (но не объемлющей марксизм) концепции управления. Это концепция управления, в отличие от Библии и от марксизма, в те времена не была выражена в своеобразных лексических формах.
   Но будучи сторонниками построения социализма, как праведного самодержавия трудового народа, её носители приспосабливали марксизм, господствующий в те времена в среде «прогрессивно мыслящей интеллигенции», к своим политическим потребностям, оттесняя от понятных им рычагов власти истинных марксистов — меньшевиков, а потом Л.Д.Бронштейна (Троцкого) и его сторонников, — подавляя и уничтожая их при помощи созданной самими марксистами с началом перманентной революции системой НКВД-ГУЛАГ. Однако, поскольку альтернативная марксизму концепция не имела своего понятийного и терминологического аппарата, то она была властна только там, где на руководящих постах стояли её люди, т.е. была властна структурно. Поскольку понятийный и терминологический аппарат лежит в основе бесструктурного управления, имеющего место и вне границ властных структур и должностных полномочий, то в бесструктурном управлении преимущество было за истинными марксистами.
   Другими словами, Сталин мог поддерживать устойчивость управления только на основе структур, созданных в период его правления. Однако устойчивость любых структур обеспечивается их легитимностью по отношению к бесструктурному управлению, и потому всякие структуры, сформированные на основе умолчаний (то есть вне понятийного и терминологического аппарата явно или неявно культивируемой в обществе концепции управления) оказываются нежизнеспособными после устранения инициаторов их создания и передачи высшей структурной власти не посвященным в умолчания преемникам, искренне приверженным оглашениям, и не видящим их несовпадения с объективно сопутствующими им умолчаниями.
   И потому закономерно встаёт вопрос: Как может быть построен социализм, если ни филосфия, ни политэкономия не обеспечивают решения задач управления в ходе его строительства?
   Посвящение же в умолчания — дело затруднительное по причине неоднозначности понимания умолчаний разными людьми. Однозначность же понимания требует развитой и определённой по смыслу терминологии, создание и внедрение которой в жизнь общества в условиях действия репрессивного культа другой терминологии — невозможно.
   Но даже оседлав структуры партии и государства после уничтожения Сталина, марксисты-троцкисты почти сорок лет были вынуждены преодолевать инерцию действия сталинского аппарата управления. А с целью препятствования воспроизводству сталинизма — восстанавливали в обществе первозданность понимания марксистско-ленинской идеологии, агитировали за возврат к «ленинским нормам» партийной жизни, что по существу означало безнаказанную вседозволенность псевдодемократической болтовни, которой прикрывалась закулисная мафиозная тирания марксистов-эзотеристов, посвященных в «нечто». Но при этом Библии возвращались преимущества объемлющей по отношению к марксизму концепции управления, в том числе и потому, что Библию в 1950-е — 1980-е годы большинство не знало точно так же, как оно не знало наследия Сталина, удалённого в спецхраны библиотек и изъятого из курсов обществоведения той поры.
   В чём суть этих преимуществ объемлющей концепции? — В определённых обстоятельствах внутренний вектор целей управления системы, управляющейся по вложенной концепции, объективно становится её вектором ошибки в процессе управления по объемлющей концепции, которого она не видит и закономерностей которого не понимает. После построения такого рода системы обстоятельств и системы взаимной вложенности процессов надгосударственному управлению (как его называть — особого значения не имеет; мы дали ему имя — Глобальный Предиктор), остаётся лишь ждать, когда вектор объективной ошибки системы достигнет своего критического значения, и система «рухнет сама собой» в процессе движения по направлению к целям, свойственным вложенной концепции упралвения. В результате такого взаимного вложения, в котором вектор целей в одном процессе управления становится вектором ошибки в другом, и происходит то, о чём М.Калашников говорил с А.Прохановым: любое действие системы оказывается вписанным во многовариантный сценарий действий своих фактических эксплуататоров и работает на осуществление поставленных ими целей. При этом конфликта сторон по существу нет:
   Одна сторона достигает своих целей усилиями другой, которая в меру своего понимания происходящего убеждена, что работает на себя, поскольку просто не ведает, что творит; процессом в целом управляет первая, а вторая не властна ни над собой, ни над процессом в целом.
   Но и здесь есть одно умолчание: «процесс в целом» так или иначе объективно вложен в процесс иерархически наивысшего объемлющего управления. Понимание сути этого умолчания одних приводит к пантеизму — обожествлению природы, а других к осознанию необходимости установления личностных осмысленных взаимоотношений с Богом — Творцом и Вседержителем — на основе веры Ему по совести [2]. Слепота, невнимательность и попытки отрицать суть этого умолчания неизбежно приводит к краху, подчас непредсказуемому, поражающему «неудачника» казалось бы на гребне волны очевидного успеха.
   Соответственно этому всеобъемлющему обстоятельству, если Сталину и поддерживавшим его большевикам удалось обратить в свою пользу ситуацию взаимной вложенности и поставить своей деятельностью без каких-либо деклараций хозяев марксизма в состояние невозможности осуществить свое господство над Россией, уничтожить большинство проявлявших активность истинных марксистов-троцкистов и принудить уцелевших марксистов и их хозяев к 40-летнему выжиданию после ухода Сталина в мир иной, то это — результат того, что намерения и деятельность большевиков более соответствовала Божьему промыслу, нежели деятельность истинных марксистов и их хозяев.
   Поэтому для понимания перспектив России и человечества необходимо обратиться к деятельности хозяев марксизма. Библейский Глобальный Предиктор (ГП), будучи высшим уровнем иерархии внутрисоциальной власти в нынешней земной цивилизации, в своей деятельности на протяжении нескольких тысячелетий опирается, прежде всего, на мощь первого — мировоззренческого — приоритета обобщённых средств управления, культивируя в своей среде мировоззрение и миропонимание, отличное от тех, которые он культивирует в остальной толпе как посвящённых, так и профанов.
   А для решения своих задач на остальных пяти приоритетах он использует ресурсы всех стран, включая и те, которые претендуют на статус «супердержав», оставаясь однако концептуально безвластными в глобальной политике [3].
   Вторую половину ХХ века таковыми концептуально безвластными претендентами на статус «супердержав» были США, СССР (после смерти И.В.Сталина, который был себе на уме концептуально властным) и Китай. Для ГП руководство всех стран не противники, а объект эксплуатации и соответственно — объект управления.
   Но если спуститься с уровня глобальной политики Глобального Предиктора на уровень внешней политики названных стран, то врагами либо друзьями (по схеме «с кем и против кого дружить»), народы США, Китая и СССР становились не без помощи ГП, который управляет на основе общеизвестного принципа «разделяй и властвуй». Для этого не требуется особых усилий, поскольку в «классическом треугольнике» двое всегда могут быть искусственно объединены против третьего.
   Основой для этого является ограниченность и своеобразие достаточно замкнутых и взаимно изолированных культур каждого из народов, что позволяет целенаправленно формировать искусственные субкультуры — проставки-разводилки, — внедряемые тем или иным способом в культуры народов, составляющих в совокупности управляемую систему.
   Именно на этих принципах организации в начале первой половины прошлого века Россия «дружила» в период первой мировой войны с Великобританией и Францией против Германии. Попытка СССР выйти из этого алгоритма перед второй мировой войной оказалась безуспешной: Глобальный Предиктор лучше знал «кто с кем и против кого должен дружить».
   После второй мировой войны с конца 1940-х годов ХХ века руководство СССР и Китая на этих же принципах самозабвенно «дружило» против руководства США, а с конца 60-х годов и до конца 90-х руководство США и Китая пытались (иногда не без успеха) «дружить» против руководства СССР. Другими словами, высшее политическое руководство этих трёх стран, как впрочем и других, употреблялось втёмную Глобальным Предиктором для достижения его целей. Поэтому некоторые западные политики, в том числе и в США, были вполне искренни, когда говорили о том, что развал СССР был для них полной неожиданностью. Неожиданностью же для них это было вследствие того, что развал в его исторически реально свершившемся виде произвели неподконтрольные высшему руководству США силы. Конечно, их спецслужбы работали на развал, писали директивы типа СНБ 20/1 от 18.08.1948 “Наши цели в отношении России”, науськивали и подкармливали диссидентов и т.п., но всё же развал произошёл «не так», а то, что последовало за ним, оказалось неуправляемым ни для диссидентов, пришедших к рычагам государственной власти, ни для американских советологов-консультантов российских властей ельциничного периода реформ.