Кристофер Сташеф
Волшебник в Бедламе

ДЕРЕВЕНСКОЕ ГОСТЕПРИИМСТВО

   — Мы оба — младшие сыновья. — Дирк кивком указал на Гара. — У нашего лорда не нашлось для нас места. Волей-неволей приходится искать службу на стороне. Мы решили, что в городе короля нас примут в королевское войско.
   — Сэр, прошу прощения, — неожиданно сказал сержант, — а разве не было сказано, что странствующие дворяне подстрекают простолюдинов к бунту?
   Дирк решил изобразить праведный гнев.
   — Сэр! Мы — воистину дворяне! Мы верны королю!
   — Господа, придется вам отправиться с нами. — Сквайр обернулся к сержанту и кивком указал на Дирка и Гара.
   Сержант тронул с места коня и поднял заряженный арбалет...

Глава 1

   Взревели двигатели, и грузовой корабль неуклюже выбрался из стартовой камеры. Он завис на несколько мгновений, пытаясь удержать равновесие, и ринулся в небо, рыча, как дикий зверь.
   Покинув атмосферу, корабль вышел на орбиту. Пилот у пульта управления ударил по рычагу и перевел корабль в автоматический режим.
   — Так надежнее. Немного покрутимся на пуповине, а через полчаса отправимся обратно в матку.
   Капитан Доминьи поморщился.
   — Слыхал я, бывало, двусмысленные метафоры. Как бы вам, лейтенант, это не аукнулось.
   — Сэр, вы слишком строги, — изобразил притворное изумление штурман. — А я уж был готов восславить его образный, красочный язык.
   Штурман был черноволосым, худощавым и очень походил на пилота. Близнецами их назвать было нельзя, но братьями — вполне, хотя никакие близкие родственные связи их не объединяли.
   — Можно было выразить ту же мысль гораздо пристойнее, — не сдавался Доминьи. — Мне бы не хотелось, чтобы понятие «корабль-матка» употреблялось столь буквально. — Он отстегнул ремень безопасности, встал и потянулся. — Ну, ладно. К делу. Будьте любезны, пригласите сюда Зерно Мятежа.
   Пилот подмигнул и нажал клавишу на пульте.
   — А я думал, мы покончили с метафорами... Лейтенанта Дюлейна в отсек управления, пожалуйста.
   Капитан ехидно усмехнулся и, согнув руку, другой рукой стал массировать бицепс размером с ананас. Капитан был широкоплечим, мускулистым, у него были маленькие, зоркие глаза, лоснящееся лицо и волосы с проседью.
   Штурман задумчиво насупил брови.
   — Капитан, полагаю, что ваше определение не совсем точное. Нет нужды сеять на Меланже зерна мятежа. Судя по тому, что говорили лорды Порт и Кор, мятеж уже готов расцвести пышным цветом.
   Капитан сердито зыркнул на штурмана.
   — Чартс, я наивно предполагал, что совещание было тайным.
   — Нет, сэр, — усмехнулся пилот. — Оно перестало быть тайным в тот момент, когда вы приказали Дирку подслушивать при помощи жучка, установленного в комнате переговоров. Соответственно и я поддался искушению.
   — Уж против чего вы устоите, так только не против искушения, — проворчал капитан и снова уселся в кресло.
   Сдвинулась крышка входного люка, и в отсек вошел молодой человек в жилете, штанах до колен, белых чулках и в башмаках с пряжками. Он был так похож с пилотом и штурманом, будто их произвела на свет одна мать. Но тот, кто решил бы, что это так и есть, ошибся бы: все дело было в их далеких общих предках.
   Капитан, взглянув на вошедшего, выразительно вздернул брови:
   — Дирк! Ты все слышал?
   Дирк изысканно поклонился.
   — Ваше желание — закон для меня, мой капитан.
   — Лейтенант, будьте так добры, включите вентилятор, — попросил капитан. — Что-то душновато тут у нас.
   — Разве здесь душно! Вот там... — Дирк потянулся и стал разминать костяшки пальцев. — Все вышло немножко не так, как мы рассчитывали? В том смысле, что лорд Кор явился с лордом Портом?
   — Ага, от тебя это не укрылось, — обрадовано проговорил Доминьи.
   — Мне показалось немного странным, что лорд Кор продвинулся с тех пор, как я батрачил в его поместье. Лорд тайный советник его величества и все такое прочее... Но чтобы он снизошел до беседы с капитаном торгового корабля? Ничего себе!
   — Ах ты мой понятливый... — Капитан покачал головой. — Ну и как ты это расцениваешь?
   Дирк сел на пол, обхватив руками колени.
   — Если навскидку, я сказал бы, что пахнет жареным. Наши лазутчики сообщают, что мятеж просто-таки носится в воздухе. Правда, они помалкивают насчет воздуха в непосредственной близости от престола.
   — Не исключено, что воздух возле престола чист. Хотя о чем можно судить наверняка, когда имеешь дело с царственными особами. Кто знает, что с его величеством? Ведь его никто не видел со дня коронации.
   — Да, да. И, как мне помнится, вид у него был весьма затравленный. Бедняжка. — Дирк почесал за ухом. — Да и кто бы выглядел иначе при лорде Коре в должности регента? Но как бы то ни было, насчет мятежа ходят упорные слухи — настолько упорные, что наверняка они дошли и до лорда Кора. Вот потому он и явился — не запылился. Решил окончательно удостовериться в том, что мы не высадимся и не окажем помощь мятежникам, если дела пойдут из рук вон плохо.
   — Не слабо, — кивнул Доминьи. — Немного поверхностно, но все-таки не слабо. Ну и что же все это значит в свете твоего задания?
   — Они будут выслеживать нас с зоркостью ястребов, — без запинки ответил Дирк. — Каждый лорд выставит часового около своего радара. Как только я там появлюсь, сработает сигнализация, и ее вопль будет слышен в радиусе ста миль.
   — Ну, ста — это ты, положим, загнул. Десяток миль — это ближе к истине, — рассудительно возразил Доминьи. — На наше счастье, согласно высочайшему соизволению лордов, на планете — только один космодром. Вот на него-то и будут устремлены алчные взоры василисков. И если мы высадим тебя подальше от него, есть шанс, что тебя не заметят.
   Дирк покачал головой:
   — Все основные события будут происходить в столице, в непосредственной близости от короля. Сто миль пешком — это не по мне, увольте. Но вы не переживайте. Я оторвусь от любой погони.
   Капитан вздохнул и покачал головой:
   — Как это ни прискорбно, тебе решать. Лично я предпочел бы высадить тебя вдалеке от столицы.
   — А я позволю себе усомниться в правильности такого выбора, — сухо проговорил Дирк.
   Капитан свирепо зыркнул на него, но не смог удержать улыбки.
   — Может быть, ты и прав. Одному Господу известно, как бы я хотел оказаться на твоем месте, но у тебя преимущество — молодость. А как ты расцениваешь то, что теперь тут запретили, назовем это так — туризм?
   — Из кожи вон лезут, верно? — Дирк угрюмо усмехнулся. — «И чтобы больше никаких “случайных” рекогносцировочных полетов» — так он сказал? А потом еще ввернул насчет того, что ему понятно законное любопытство членов экипажа к планете, с которой ведется столь интенсивная торговля, и все же он категорически против высадки. Думаете, он что-то подозревает?
   Доминьи пожал плечами.
   — Ты его лучше знаешь. Что он может подозревать?
   — Все что угодно, — быстро ответил Дирк. — Вплоть до того, что мы готовы навысаживать чертову уйму агентов-подстрекателей.
   — Но за пятьсот лет нашей с ними торговли мы множество раз «случайно» высаживались на планету. Разве это не должно было развеять его подозрения?
   Дирк покачал головой:
   — Его предшественников — может быть. Но не лорда Кора. На этот раз, если он обнаружит, что вы кого-то высадили, он свяжется с вами и аннулирует вашу привилегию на торговлю.
   Доминьи угрюмо усмехнулся.
   — Это им самим невыгодно. Слишком долго придется искать новую торговую компанию. К тому же они хотят отгородить свой маленький «лучший из миров» от любого постороннего влияния. Именно поэтому они и имеют дело с одной компанией — с нами. Наступил момент, когда их забота о безопасности заработала против них. Они так надежно задвинули засовы, что теперь вынуждены сидеть взаперти. А впрочем, — махнул он рукой, — не наша это забота. Пусть не пускают нас. Мы же все равно никуда отсюда не уйдем. — Он протянул палец к экрану. — Будем торчать вон там, за ближней луной, в тени радара, и ждать твоего сигнала. Как только ты нас вызовешь, мы накроем планету сетью кораблей, и они зажужжат над лордами, как растревоженные шершни.
   — А что, если все снова сорвется? — негромко спросил Дирк. — Ведь Декейда постигла неудача. Что, если восстание будет подавлено?
   — Не будет, — резко ответил Доминьи. — Мы ждали этого пятьсот лет. Волшебник исчез с планеты под прикрытием беспорядков, спровоцированных Декейдом. Он положил немало сил для того, чтобы организовать первый торговый маршрут, а потом добился привилегий для нашей компании. Он ушел из жизни счастливым, веря в нашу победу.
   Дирк внимательно слушал капитана. Эти слова он знал наизусть, но они превращали тлеющий в его груди огонек в бушующее пламя.
   — Поколения за поколениями мы бежали от своих хозяев на торговые корабли, — продолжал Доминьи. — Покидали родную планету, пичкали наши мозги знаниями так, что те начинали трещать по швам, вкалывали до седьмого пота, чтобы маршрут работал, чтобы мы, торгуя с этой самой родной планетой, использовали любой шанс забросить туда то нужные сведения, то оружие. — Он помолчал, глядя на Дирка. — Мятеж не должен провалиться!
   Дирк глубоко вздохнул и медленно поднялся.
   — Не провалится.
   — Не провалится, если ты сделаешь свое дело, — ты это хотел сказать? — Доминьи, не спуская глаз с Дирка, встал с кресла. — Но учти: если мы высадимся до того, как поднимутся крестьяне, и из-за этого мятеж пойдет прахом, я тебя в сопло засуну перед стартом, понял?
   Дирк понял, что капитан не шутит.
   — Найди вождя повстанцев, — продолжал Доминьи. — Свяжись с ним. Узнай, чем мы можем ему помочь. Если он не захочет нашего участия, и мятеж разгорится, подумай, как нам себя вести в этом случае. Главное, чтобы, позвав нас, ты был совершенно уверен в том, что время пришло.
   — Не беспокойтесь, — небрежно проговорил Дирк. — Я позову вас тогда, когда буду совершенно уверен.
   Доминьи еще на миг задержал взгляд на Дирке, а потом улыбнулся и крепко пожал его руку.
   — Удачи! И как только выскочишь из нашей повозки, сразу ноги в руки, и наутек!
   Капсула вывалилась из тьмы и шлепнулась на траву. Звякнув, сдвинулась крышка люка. Дирк выпрыгнул наружу.
   Перевернувшись в прыжке через голову, он вскочил на ноги и кинулся к деревьям. Разок оглянулся. Увидел, что тележка уже поднялась, и ускорил бег.
   Он мчался с такой скоростью, будто тысяча снайперов следили за каждым его движением и ждали, когда он остановится, чтобы разглядеть знак простолюдина прежде, чем выстрелить в него.
   Как только Дирк оказался среди деревьев, он перешел на быстрый шаг. Он хорошо знал этот лес, который приютил его двадцать лет назад после бегства из деревни. С тех пор Дирк семь раз высаживался на Меланже, и всегда это было связано с лесом.
   Дирк двигался через подлесок, легко находя тропинки, внимательно вслушиваясь в обычные звуки ночного леса — шум ветра в ветвях, шорохи в траве, писк летучей мыши. Все было, как и должно было быть в лесу. Ему даже хотелось услышать что-нибудь необычное. От ожидания опасности его нервы были натянуты, как струны рояля.
   Дирк был высокий, худой, гибкий мужчина и одет — как дворянин восемнадцатого века. Широкие поля шляпы затеняли глубоко посаженные серые глаза, оставляя под лунным светом острие носа, выступающие скулы, впалые щеки и квадратные челюсти.
   Дирк быстро шел по широкой тропе, наступая на пятна света звезд, который пробивался сквозь листву деревьев.
   Внезапно, прислушавшись, он остановился и тут же, тихий, как облачко тумана, скользнул с тропинки. Он прижался к стволу дерева, стоявшего в глубокой тени, и слился с его корой.
   Ночь затаилась.
   Дирк выжидал.
   Издалека, сначала еле слышно, затем все явственнее раздался конский топот.
   Лавина звуков обрушилась на тихий лес. Мимо пронеслись суровые всадники в железных шлемах и в кольчугах. Посреди кавалькады Дирк увидел лорда в лиловом камзоле, в напудренном парике, развевающемся на ветру.
   Всадники пронеслись, и звон металла поглотила тишина ночного леса.
   Плохо, что у Дирка не было ружья. Или хотя бы арбалета. Дворянину не положено носить оружия, если он не на военной службе.
   Дирк выждал, пока топот копыт окончательно затихнет. Отошел от дерева, но на тропинку решил не выходить.
   Скорее всего радар местного лорда обнаружил приземление капсулы, но возможно, лорд торопился в гости или на свидание с дочерью простолюдина. Нет. Вернее всего, охотятся за ним. Лорд и его солдаты ничего не нашли на поляне и стали прочесывать подлесок. Они побоялись забираться слишком глубоко в лес. Там могли встретиться опасные животные, большей частью — двуногие да зубастые, у которых была дурная привычка оставить где-нибудь в ветвях стальной крюк, который так неприятно вонзается в шею невнимательного всадника.
   Не стоило Дирку выходить на тропу. Он двинулся через лесок, довольный собой. Как замечательно быть живым...
* * *
   Через два часа Дирк вышел из леса и остановился на опушке в тени дуба.
   Перед ним расстилалась равнина, которая убегала вдаль к скалистым горам.
   Над равниной плыл туман. В небе поблескивали звезды. До восхода луны оставалось не больше часу. Этого времени не хватило бы, чтобы дойти до ближайшей деревни. Нужно было поискать укрытие в скалах.
   Дирк начал взбираться по склону, и тут на него напал великан.
   Вниз с горы на Дирка мчалось, рыча и размахивая руками, триста фунтов человечины в образе мускулистого бродяги.
   Дирк отступил и выставил вперед свою дубинку. На мгновение его охватил малодушный страх. Но он быстро вспомнил, как из него готовили искусного убийцу, расставил ноги пошире и направил дубинку прямо в солнечное сплетение гиганта.
   Великан затормозил.
   — Рррр-р-р! — зарычал он и стал размахивать руками над головой.
   Дирку неожиданно стало смешно.
   — Рроррр? — еще раз осторожно рыкнул гигант. — Б'ишься? Б'ишься меня?
   — Уж извините. Не боюсь. — Дирк покачал головой, потом резко топнул ногой и завопил: — Бу-у-у!
   Великан вздрогнул, отпрыгнул назад и стал внимательно рассматривать Дирка. А Дирк начал рассматривать гиганта. Тот был семи футов высотой и фута два с половиной в плечах. Его сильное обнаженное тело прикрывала лишь набедренная повязка. Кожа была измазана серой грязью, волосы, свисающие до плеч, тоже были грязные и сальные. Над крупными, широко поставленными глазами нависал выпуклый лоб. Нос когда-то давно был сломан. Тонкие губы огромного рта слегка подрагивали. Похоже, великан испугался Дирка.
   Дирк решил усилить впечатление и, снова подняв палку, заорал:
   — Хвала Господу нашему и Святому Георгу!
   Великан подпрыгнул и бросился бежать. Размахивая дубинкой над головой, Дирк с криком погнался за ним. Неожиданно гигант метнулся в сторону и пропал из виду. Только камешки посыпались из-под его ног, поэтому было понятно, где он спрятался.
   Великан, пытавшийся взобраться на скалу, испуганно оглянулся через плечо и увидел Дирка. И тут великан присел на корточки, закрыл голову руками и захныкал, как ребенок.
   Дирк бросил дубинку на траву, подбоченился и наклонил голову. Во имя всех святых! Что же с ним делать?
   Печальные глаза и изможденное лицо гиганта выражали мировую скорбь. Возможно, он был умственно неполноценным. По деревням бродило много помешанных. Правда, таких огромных Дирку встречать не доводилось. Куда чаще попадались карлики. Но обычно век этих несчастных был недолог. Лорды за этим внимательно следили. Душевные болезни и психические отклонения были здесь частым явлением, как следствие многовекового инбридинга.
   Так что же с ним делать?
   Дирк вздохнул и сдвинул шляпу на затылок... Откланяться и — вперед! Было бы слишком обременительно тащить его с собой. Ситуация не позволяла.
   И все-таки какое-то сомнение не покидало Дирка.
   Великан отважился украдкой глянуть наверх. Его, должно быть, успокоила нерешительность Дирка. Он поднял голову и медленно встал на колени.
   Дирк кивнул ему, слегка улыбнувшись.
   — Не бойся, парень. Я ничего плохого тебе не сделаю.
   Рот великана растянулся в широченной улыбке. Он пополз вперед и коснулся одежды Дирка.
   — Бедный Гар хочет есть!
   Дирк присвистнул.
   — Да ты умеешь говорить!
   Гар кивнул и умоляюще сложил руки. Дирк вздохнул. Порывшись в сумке, вытащил оттуда серебряную монетку.
   — Возьми денежку и не пытайся больше нападать на путешественников. Ты меня понял?
   По лицу Гара скользнула улыбка и тут же погасла.
   — И прекрати рычать, — продолжал Дирк. — Меня этим не испугаешь.
   Гар опустил глаза, как нашкодивший щенок.
   Дирк подбросил монетку. Она покрутилась в воздухе и упала в пыль. Гар схватил монетку и зажал ее в кулаке.
   Дирк улыбнулся и пошел искать место для ночлега. Его все-таки мучило чувство вины перед Гаром, но он ничем не мог помочь бедняге.
   Взбираясь на скалу, Дирк услышал позади себя топот. В пятидесяти ярдах от него карабкался улыбающийся Гар.
   Пришлось Дирку снова поднять дубинку и нахмурить брови.
   Гар остановился, но продолжал улыбаться.
   — Ты что меня преследуешь? — спросил Дирк.
   — Славный человек! — с надеждой вымолвил Гар. — Добрый человек!
   В голове Дирка загорелся красный свет: ОСТОРОЖНО! ПРИЛИПАЛА! С Дирком такое уже случалось. Однажды за ним увязался жеребенок. Он не отставал всю дорогу, пока Дирк не добрался до дома. Потом этот жеребенок вырос в лошадку, которая съедала больше половины зарплаты. А отношения с девушками! Нет, с этим надо покончить...
   Гар перестал улыбаться.
   — Не друг?
   — Послушай, — устало сказал Дирк. — Ну не могу я брать на себя такую ответственность. Особенно теперь! Тебе нельзя идти за мной. Может быть, потом мы еще и встретимся, но сейчас — невозможно.
   Лицо великана сморщилось, нижняя губа оттопырилась, и из глаз брызнули слезы.
   Дирк насторожился. До сей поры все было понятно — нападение, страх, угрызения совести. Но слезы? Это — игра. Слезы должны были вызвать у Дирка жалость.
   Каждый, у кого есть мозги, понял бы, что идиот не может заплакать сознательно.
   Дирк выпрямился, оперся на дубинку и сказал:
   — Ты, друг, заигрался. Ты не больше идиот, чем я.
   Гар уставился на него.
   Потом нахмурился, челюсти его сжались, плечи расправились и неожиданно он принял облик умного человека.
   К тому же — опасного человека..
   — Хорошо. Игра закончена. Я не должен был так далеко заходить в своей шутке.
   — Шутка? — тихо спросил Дирк. — Игра?
   Гар пожал плечами.
   — Фигура речи.
   — Ага. Понятно. — Дирк — кивнул. — А в чем заключалась игра?
   — За одну ночь дважды оказаться в трудной ситуации... Я хотел нанять тебя в проводники.
   Дирк ответил не сразу.
   — Местным проводники не нужны. Местные делятся на лордов, сквайров и простолюдинов. Во всяком случае, местный не шатается по окрестностям, если он не разбойник. Но разбойников тут вылавливают.
   — Весьма проницательно, — пробурчал Гар. — Да. Я не с этой планеты. Если бы я хотел это скрыть, я не заговорил бы о проводнике.
   Похоже на правду, подумал Дирк. Но если Гар дал понять, что хочет взять Дирка в проводники, то что-то еще он собирается утаить. Второй закон перестановок Финагля: «Если что-то признано истинным, значит, это — ложь».
   — Если ты не хотел, чтобы я догадался, — медленно спросил Дирк, — то почему вел себя, как идиот?
   — Идиот? — Гар нахмурился. — Конечно, мне хотелось бы, чтобы ты принял меня за местного. Но ты раскусил меня, поэтому пришлось открыться.
   Дирк кивнул, будто поверил Гару. Это давало Дирку некое преимущество.
   — Как ты очутился здесь? Если бы ты прилетел на грузовом корабле, то я бы об этом знал. Гар пожал плечами:
   — У меня свой корабль.
   Дирк старался ничем себя не выдать. Частная яхта, это значит — деньги. Большие деньги.
   Но с какой целью миллионер прилетает на Меланж?
   — Значит, вы просто решили поглядеть на достопримечательности? — тихо проговорил Дирк. — А разве вы не знаете, что туристам запрещено посещение Меланжа?
   — Как мне известно, тут вообще все запрещено, — презрительно улыбнулся Гар. — Но это лишь подогревает любопытство.
   Дирк вскипел от гнева. Мало того, что людей здесь преследуют, как диких зверей, так еще некоторые рассматривают это, как любопытный аттракцион.
   Он заставил себя успокоиться.
   — Выходит, вы просто хотели поглядеть на поисковую партию, а тем временем найти себе проводника. Дружок, это звучит неубедительно.
   — Перестань сомневаться. Все не так просто. Я здесь уже около месяца. Я чуть не заболел, глядя, что тут с людьми делают, ведь они всю жизнь вынуждены удовлетворять капризы и прихоти своих господ! — Он уставился на Дирка. — Почему вы все это терпите? Мужчины вы или нет? Почему вы до сих пор их не скинули?
   Дирк с удивлением подумал о том, как он ошибался, приняв Гара за большого обиженного ребенка. Но ведь так оно и сеть. Избалованное дитя. Совестливый сынок какого-то богача, которому нечем заняться, ищет смысл жизни. Не смог найти таковой в своем мире и стал прыгать с планеты на планету в надежде найти нечто, достойное приложения его сил.
   И, предположим, нашел...
   — Вы могли напасть из засады на любого прохожего. Но почему-то выбрали именно меня. Почему?
   — Да все в порядке! Все в порядке! — раздраженно пробурчал Гар. — Мне был нужен некто с другой планеты, и когда я увидел скачущую в ночи поисковую группу, я понял, что ищут не сбежавшего простолюдина. Точно так же охотились за мной, когда я приземлился! Вот почему я догадался, где тебя искать. Теперь понятно?
   Дирк медленно кивнул. Замечательное объяснение, если не обращать внимания на оговорку Гара о мятеже. Нелегальный визитер на закрытой планете — это или лазутчик, или мятежник. Возможно, все, что он говорит, — неправда, и он просто лазутчик лордов, который пытается установить контакт с мятежниками.
   Нет. Не похож на лазутчика. Видно по лицу. На этой планете всегда можно определить принадлежность человека к тому или иному сословию с первого взгляда. Это тоже последствия инбридинга. Допустим, Гар ищет связи с мятежниками, но не хочет, чтобы Дирк догадался об этом.
   Да, вот уж действительно ребенок.
   — Ну и как? — настаивал Гар. — Пройдешь по острию ножа? Или мне продолжать свои странствия в одиночестве?
   Велик был соблазн отказаться, ведь это был восторженный любитель. Пусть идет один. Вообще, пусть идет к черту... Но...
   Мятеж может провалиться. И в этом случае простолюдинам нужна будет помощь из внешнего мира, чтобы провести расследование деяний здешнего правительства. А где есть деньги, там есть и влияние.
   Детка достаточно богат, чтобы иметь собственную яхту...
   Дирк пожал плечами.
   — Ладно. Годится. До тех пор, пока ты не захочешь сойти с дистанции. Но предупреждаю, прогулка будет нелегкой.
   Он повернулся и стал взбираться на скалу. Спустя минуту услышал за спиной тяжелые шаги.

Глава 2

   Они подошли к деревне как раз перед восходом солнца. Дирк остановился. На лице застыла маска страдания, в глазах — печаль.
   Гар удивился.
   — Что случилось?
   — Возвращение в места, где долго не был, всегда болезненно, — пробормотал Дирк. — Деревня эта очень похожа на ту, где я вырос. Все так, словно я бывал здесь раньше... и этот дом... Но этого не может быть. Я теперь чужой здесь.
   Дирк понял вдруг, что выболтал нечто очень сокровенное первому встречному.
   — Пойдем, пойдем. Нам нужно спрятаться.
   В мешке Гара нашлась одежда дворянина, и после переодевания он стал выглядеть столь же пристойно, как Дирк. В этом мире только дворяне имели право путешествовать от деревни к деревне. Только дворяне и лорды.
   Дирк и Гар шли по деревенской улице. Гар усиленно старался не пялиться на поселян, хотя все же отметил, что мужчины здесь довольно низкорослые, плотные, лица у них — круглые, глаза — карие, а носы курносые, женщины же — крепко сбитые, полногрудые, задастые и тоже круглолицые, правда, чуть посимпатичнее.
   И все одеты одинаково. Поселяне — в красных или зеленых куртках и коричневых штанах. Поселянки — в голубых или желтых домотканых платьях и красных фартуках. Иногда встречались мужчины атлетического сложения — широкоплечие и мускулистые и с другим типом лица, но таких было немного.
   Дома были под стать хозяевам — низкие, широкие, округлые, с соломенными крышами и глиняными стенами, покрашенными розовым, бледно-голубым или светло-зеленым.
   — Они все по-прежнему кажутся одинаковыми, — пробормотал Гар.
   — А? — Дирк вышел из глубокой задумчивости. — Что это значит «по-прежнему»?
   — Я был здесь месяц назад и думал, что теперь смогу найти какие-то различия.
   Дирк вяло улыбнулся.
   — Не удастся.
   Гар повернул к нему голову.
   — Почему?
   — Эти различия тебе бы пришлось искать всю жизнь, — грустно сказал Дирк, — и даже тогда ты бы все равно не избежал ошибок. Все дело в том, что ты с другой планеты. Они же все одинаковые. Я ведь рассказывал тебе об инбридинге, помнишь?
   — А разве у вас нет табу на инцест?
   — Да, есть и очень тщательно разработанное. Но это мало помогает, если с самого начала у всех одинаковые гены.
   — Это невозможно, — сказал Гар.
   Дирк покачал головой.
   — Возможно, если генетический фонд очень мал.
   — Общество с ограниченным генофондом нежизнеспособно. Ни физически, ни социально.