углу и даете мне в распоряжение полчаса. Потом, если вам захочется, можете
присоединиться к нам. И без импульсивных поступков. До определенного момента
ваше присутствие мне будет мешать, а может, и вообще сделает невозможной всю
работу. У меня один шанс из пяти установить преступника, и я хочу...
- Мне показалось, вы сказали, что обсуждаете иск о возмещении убытков?
- Так оно и есть. Одно из двух: или я получу убийцу или компенсацию.
Вам не надоела эта волынка?
- Да.
- Вы замерзли на таком ветру, да и у меня он, кажется, скоро вырвет
последние волосы. Так что я пошел. Если вы принимаете условие, можете тоже
войти. Идете?
- Да.
- Вы принимаете мое условие?
- Да.
Вольф поднялся и открыл дверь, я пропустил Крамера и закрыл ее. Они
сняли свои пальто, и Вольф проводил Крамера к наблюдательному пункту. Я
пошел на кухню за стулом, но Вольф покачал головой, беззвучно сдвинул панель
на стене, заглянул в отверстие и кивнул Крамеру. Крамер подошел к стене,
заглянул и тоже кивнул Вольфу. У дверей кабинета Вольф пробормотал что-то по
поводу своих волос, и я достал из кармана расческу.
Когда мы вошли, они посмотрели на нас так, словно мы только что
подложили бомбу под пол. Я сел за свой стол. Вольф пробрался к себе, глубоко
вздохнул и снова оглядел их.
- Приношу свои извинения, - вежливо промурлыкал он, - но это было
срочно. Ну что ж, начнем, например, - он посмотрел на Ковена, - с вашего
предположения, что Гудвин случайно выстрелил в Гетца во время драки. Это
ведь чушь. Гетц был убит патроном, который был вставлен в револьвер Гудвина
из вашего револьвера. Гудвин не мог переложить патрон, так как к моменту,
когда он впервые увидел ваш револьвер, Гетц был уже мертв. Следовательно...
- Неправда! - оборвал его Ковен . - Он видел его раньше, когда заходил
в мой кабинет. Он мог туда зайти и позже и вынуть патроны.
Вольф посмотрел на него очень удивленно.
- Сэр, вы всерьез осмеливаетесь рассказывать мне эти фантастические
байки, годные только для полиции?! Этот пустой вздор?!
- Да, черт бы вас побрал!
- Пфуй, - произнес Вольф с омерзением. - Я думал, мы собрались, чтобы
обсудить действительное положение вещей. Мне надо было сразу позвонить в
полицию. Может...
- Я вам не предлагал звонить в полицию!
- Мистер Ковен, пятнадцать минут назад в этой комнате...
- Нет!
Вольф скорчил рожу.
Понимаю, - тихо сказал он. - С вами невозможно разговаривать, но я
все-таки попытаюсь. Арчи, принеси из кухни запись, пожалуйста.
Я вышел. Мне все это не нравилось. По-моему, он слишком торопился.
Конечно, его сбил приход Крамера, и он был не в форме, а ситуация требовала
предельной осторожности. Я прошел мимо Крамера, даже не посмотрев на него, и
попросил Фритца остановить запись и отмотать пленку. Потом забрал бобину и
вернулся в кабинет.
- Мы ждем, - отрывисто буркнул Вольф. Это подстегнуло меня - я начал
суетиться и свалил стопку кассет со стола на пол. Все уставились на меня,
что было не очень приятно. Я метнулся к шкафу за магнитофоном, ответив
присутствовавшим презрительным взглядом. Наконец мне удалось расчистить
стол, установить аппаратуру и вставить пленку.
- Можно начинать?- спросил я Вольфа.
- Вперед.
Я повернул тумблер. Раздался щелчок, легкое шипение и затем голос
Вольфа: "Дело не в этом, мистер Ковен, просто я сомневаюсь, имеет ли вам
смысл нанимать меня, учитывая минимальные размеры моих расценок, для такого
простого дела, как розыск револьвера или даже установление вора. Я думаю:"
- Нет!- закричал Вольф. Я выключил.
- Простите! Не то.
- Может, я собственноручно должен заниматься этим?- саркастически
осведомился Вольф.
Я пробормотал что-то нечленораздельное и поставил кассету на перемотку.
Потом нашел нужную, заменил кассеты и снова повернул тумблер. Теперь
раздался голос Ковена - громкий и отчетливый: "На этот раз вам с Гудвином не
удастся сфабриковать очередную ложь. Слишком много свидетелей".
Потом голос Вольфа: "Ну, так мы ничего не выясним, мистер Ковен. Мы все
завязаны в этом деле, и болтовня нам не поможет. Вы не хотите платить мне
миллион долларов. Я не хочу терять свою лицензию. Полиция не хочет
присовокуплять к длинному списку еще одно нераскрытое убийство. Стало быть,
центральным и основным событием является насильственная смерть мистера
Гетца. Вот я и предлагаю рассмотреть этот сюжет. Если мы установим..."
Голос Ковена: "Вы сказали мисс Лоуэлл, что знаете, кто убил Гетца. Что
же вы не сообщаете полиции? Сразу все и разрешится".
Вольф: "Что вы имеете в виду, мистер Ковен?" Ковен: "Вы прекрасно
понимаете, что я имею в виду". Вольф: "Ну значит, мы просто недопоняли друг
друга. Я слышал ваш разговор с мисс Лоуэлл по телефону. У меня создалось
впечатление, что на вас подействовала моя угроза заявить в полицию..."
- Достаточно!- сказал Вольф. Я выключил магнитофон.
Вольф посмотрел на Ковена. - По-моему, это называется
предложением поставить в известность полицию. А как по-вашему?
Ковен молчал. Вольф перевел взгляд:
- А как вам кажется, мисс Лоуэлл? Она покачала головой:
- Я неспециалист в этих вопросах.
- Давайте не будем спорить по поводу слов, мистер Ковен. Вы все
слышали. А благодаря неловкости мистера Гудвина вам удалось послушать и еще
одну запись. Вас может удивить то, что я не передал ее полиции и не поставил
все точки над "i". Дело в том, что в понедельник вечером, когда ко мне
заходил инспектор Крамер, я еще считал вас своим клиентом и мне не хотелось
дискредитировать вас. Да и мистер Крамер вел себя так возмутительно, что
отбил у меня всякую охоту с ним разговаривать. Теперь вы уже не являетесь
моим клиентом. Так что мы будем обсуждать наши дела с позиций реализма или
вообще не будем обсуждать их. Я не собираюсь укорять вас за вранье полиции -
это ваши проблемы. Я настаиваю только на том, чтобы вы говорили правду. То
есть...
- Постойте, - вмешалась Пат Лоуэлл. - Но в воскресенье утром револьвер
был в ящике. Я видела его своими глазами.
- Я знаю, что вы видели. Это как раз один из интересующих меня
моментов, сейчас мы его обсудим. - Вольф снова оглядел присутствующих. - Мы
хотим знать, кто убил Адриана Гетца. Вот этим мы и займемся. Что нам
известно об убийце? Довольно много:
во-первых, он или она взяли револьвер до прошлой пятницы и где-то его
хранили. А потом, незадолго до убийства Гетца, подменили револьвер Гудвина,
предварительно вынув патроны;
во-вторых, он настолько ненавидел Гетца, что больше не мог смириться с
его существованием;
в-третьих, он знал о субботнем визите Ковена и о цели прихода Гудвина,
а также ему были известны подробности планируемой Ковеном процедуры.
Только...
- Я и сейчас о них ничего не знаю, - пропищал Хильдебранд.
- Я тоже, - подхватил Пит Жордан.
- Невинность может позволить себе роскошь неведения, - сообщил им
Вольф. - Наслаждайтесь ею, если можете. Короче, только зная обо всем
вышесказанном, убийца мог осуществить свой остроумный замысел.
В-четвертых, его замысел достаточно оригинален, но, к несчастью,
страдает некоторыми недостатками. Идея приписать убийство Гетца Гудвину в
некотором смысле довольно изобретательна, но и безрассудна одновременно.
Подменить револьверы, переложить патроны, спуститься к спящему Гетцу и
застрелить его, используя подушку в качестве глушителя, - все это хорошо
продумано и исполнено, - но потом? Бросить револьвер в клетку к обезьяне,
чтобы его как можно быстрее обнаружили. Это, конечно, импровизация, и притом
глупая. Мистер Гудвин не мог оказаться таким вопиющим болваном.
В-пятых, убийца страстно ненавидел обезьяну, то ли потому, что она
ассоциировалась у него с Гетцем, то ли просто так. Совершив убийство и не
имея в запасе ни минуты, он тем не менее идет к окну и открывает его,
преследуя одну-единственную цель. Это придает всему делу какой-то нездоровый
оттенок. И, как мы знаем, он добивается результата. Мисс Лоуэлл сказала мне,
что обезьянка умирает.
В-шестых, в воскресенье утром этот человек снова подкладывает револьвер
Ковена в ящик стола и вынимает его оттуда, только удостоверившись, что
револьвер там видели. Это самая удачная деталь всего замысла. Поскольку ни с
того ни с сего в ящик никто не полезет, он организует дело так, чтобы туда
заглянули. Зачем ему это было нужно? Эта заготовка была ему нужна только в
том случае, если он знал о планирующемся приходе Гудвина и уже продумал, как
обвинить Гудвина в убийстве и дискредитировать его показания. Поэтому в
воскресенье утром он не только кладет револьвер на место, но и обеспечивает
свидетелей, естественно за исключением мистера Ковена.
Вольф повернулся к Хильдебранду:
- Вы видели револьвер в воскресенье утром, мистер Хильдебранд?
- Да. Но я его туда не клал!
- Я и не говорю, что это сделали вы. Ваше утверждение, что вы
невиновны, еще никем не подвергнуто сомнению. Вы были в мастерской, потом
поднялись наверх, чтобы посоветоваться с мистером Ковеном, встретили миссис
Ковен, которая сообщила вам, что мистер Ковен еще не встал, поднялись этажом
'выше, встретили мисс Лоуэлл, выдвинули ящик, и оба посмотрели на револьвер.
Верно?
- Я поднялся вовсе не для того, чтобы смотреть в этот ящик. Мы
просто...
- Хватит волноваться по поводу обвинений, которые вам еще не
предъявлены. Это плохая привычка. До встречи с мисс Лоуэлл вы поднимались в
кабинет?
- Нет!
- Мисс Лоуэлл, до этого утром он заходил в кабинет?
- Не знаю, - проговорила она медленно, словно цедя слова. - Мы
совершенно случайно заглянули в этот ящик.
- Миссис Ковен, заходил ли мистер Хильдебранд в кабинет до того?
Она вскинула голову:
- До чего?
- До вашей встречи?
- До какой встречи?- изумленно переспросила она.
- Вы встретили его в холле на третьем этаже и сказали, что ваш муж еще
не встал, а мисс Лоуэлл в кабинете. До этого он поднимался в кабинет? В то
утро?
- Не имею ни малейшего представления.
- Значит, вы не можете утверждать, что он поднимался?
- Мне об этом ничего не известно.
- Нет ничего надежнее неведения. - Вольф снова обвел их взглядом. - И
последнее, что нам известно об убийце, - седьмое: его ненависть к Гетцу была
столь сильна, что он пренебрег даже тем, что, покончив с ним, он, возможно,
покончит и с Дэзл Дэном. Насколько Гетц был необходим для Дэзл Дэна...
- Дэзл Дэна делаю я!- вскрикнул Гарри Ковен. - Он мой! Дэзл Дэн - это
я!
- Заткнитесь вы, ради бога, Гарри! - оборвала его Пат Лоуэлл.
Подбородок у Ковена ходил ходуном, он явно нуждался в спиртном.
- Повторяю, - продолжил Вольф, - насколько Гетц был необходим для Дэзл
Дэна, я не знаю. По этому поводу существуют разноречивые мнения. Как бы там
ни было, убийце нужна была его смерть. Надеюсь, теперь вам понятно, кто
убийца?
- Мне нет, - агрессивно возразила Пат Лоуэлл.
- Тогда придется уточнить. - Вольф перегнулся через стол. - Но сначала
я хотел вы сказать несколько слов для полиции, а конкретно для мистера
Крамера. Невзирая на все сложности, ему вполне под силу распутать этот
клубок. Конечно, его сильно сбила с толку изощренная ложь мистера Ковена,
которую поддержали мисс Лоуэлл и мистер Хильдебранд. Но сейчас, если он
будет придерживаться свидетельских показаний мистера Гудвина, а также моих,
у него должно хватить сообразительности, чтобы решить вопрос. И все, что
случилось, послужит для него хорошим уроком.
Вольф задумался на мгновение.
- Будем продвигаться путем исключения. Если вы помните мои семь
признаков убийцы, то все становится проще игры в бирюльки. Например, мистер
Жордан исключается по шестому признаку: в воскресенье утром его не было в
доме. Мистер Хильдебранд исключается сразу по нескольким причинам, особенно
по шестому пункту - он не поднимался в кабинет до встречи с мисс Лоуэлл.
Мисс Лоуэлл для меня исключается по четвертому и пятому признаку. Впрочем,
все трое не удовлетворяют и третьему пункту. Не думаю, что мистер Ковен был
с ними в таких доверительных отношениях. Не думаю я...
- Прекратите!- раздался хриплый голос. Все повернулись к двери. Крамер
медленно подошел к Ковену и встал между ним и его женой. Наступила мертвая
тишина. Ковен взглянул на Крамера, потом отвернулся ч вдруг закрыл лицо
руками. Крамер кипел от ярости.
- Черта с два вы распутали это дело! Идите вы со всеми вашими
признаками!
- Я не могу дать вам то, что вы не хотите брать, - язвительно заметил
Вольф. - Ну, давайте я вам еще помогу. Когда эти двое открыли ящик в
воскресенье утром, мистер Ковен еще не вставал. Еще? Ставлю свою лицензию
против вашего значка, что мистер Хильдебранд если постарается, то припомнит,
что во время разговора с миссис Ковен она сказала что-то такое, что
заставило его открыть ящик и посмотреть на револьвер. Еще? Отвезите на
лабораторный анализ личные вещи из ее комнаты. Я думаю, среди них она
прятала револьвер, и вы получите улику. Вы не сможете заставить его давать
показания против собственной жены, но я уверен...
Миссис Ковен встала. Она была бледна, но держалась спокойно и уверенно.
Посмотрев на опущенную голову мужа, она произнесла:
- Гарри, я хочу домой.
Крамер сделал шаг в ее сторону.
- Гарри, - повторила она мягко, но настойчиво, - отвези меня домой.
Он поднял голову и взглянул на нее. Я не видел его лица.
- Сядь, Марси. Я все улажу. - Он посмотрел на Вольфа. - Ну что ж, если
у вас есть запись нашего субботнего разговора... Да, я солгал полиции. Ну и
что? Я не хотел...
- Замолчите, Гарри, - обрушилась на него Пат Лоуэлл. - Вызовите своего
адвоката, и пусть он занимается этим. Не говорите ничего.
Вольф кивнул:
- Хороший совет. Особенно, мистер Ковен, учитывая, что я еще не кончил.
Безусловным фактом является и то, что дом, в котором вы живете, принадлежит
мистеру Гетцу, как и Дэзл Дэн, и что вы получали десять процентов от всех
доходов.
Миссис Ковен упала в кресло и застыла. Вольф повернулся к ней.
- Полагаю, мадам, что, отправив его на тот свет, вы поднялись в его
комнату и уничтожили некоторые документы, если вам удалось их найти.
Уничтожение всех документов, указывающих на истинного владельца Дэзл Дэна,
должно было входить в ваши планы. Это было глупо, так как такой человек, как
мистер Гетц, вряд ли стал бы хранить ценные бумаги в доступном месте, и,
безусловно, они будут найдены;
их поиски мы предоставим мистеру Крамеру. Когда я сказал, что все это
является установленным фактом, я имел в виду то, что было мною изучено и
находится в моем распоряжении.
Вольф сделал паузу.
- Вот эта кипа бумаг на столе - выпуски Дэзл Дэна за последние три
года. Ежегодно с небольшими вариациями в них повторяется один и тот же сюжет
- Дэзл Дэн покупает персики у двух персонажей, Агги Гуль и Гагги Круль. Агги
Гуль заявляет, что дерево принадлежит ей, и, выдавая Гагги десять процентов
полученной суммы, прикарманивает остальные. А. Г. - инициалы Адриана Гетца,
Г. К. - инициалы Гарри Ковена. Это не может быть совпадением или простой
шуткой, так как сюжет повторяется из года в год. Вероятно, у мистера Гетца
была своеобразная психическая патология, выражавшаяся в том, что он получал
удовольствие, скрывая истинного владельца Дэзл Дэна и принуждая его
номинального владельца к ежегодным публикациям этой детской аллегории. Всего
лишь за десять процентов...
- Не чистого дохода, а валового, - запротестовал Ковен. - Почти
четыреста долларов в неделю, и я... Он умолк.
- Червяк! - встав, произнесла миссис Ковен. Она смотрела на него сверху
вниз и казалась недосягаемой, несмотря на свой малый рост.
- Червяк! - презрительно повторила она. - Нет, хуже! Даже у червяков
есть мозги! Она повернулась к Вольфу:
- Ну что ж, вы вычислили его. Раз в жизни он повел себя как мужчина, но
ему не хватило мозгов все предусмотреть. Все верно, Дэзл Дэн принадлежал
Гетцу. У него давным-давно родилась эта идея, но, когда он нанимал Гарри,
чтобы рисовать и вести дело, у того даже не хватило ума настоять на
паритетном владении. Он никогда не умел ни на чем настоять, и Гетц это
прекрасно знал. Шли годы, сериал прославился, дело расширялось все больше и
больше, и Гетца вполне устраивало, что слава доставалась Гарри, а деньги
ему. Вы сказали о психической патологии, может быть, и так, только я бы
назвала это иначе. Гетц был настоящим вампиром.
- Возможно-возможно, - пробормотал Вольф.
- Когда я встретила Гарри, я еще не знала об этом, а узнала только два
года назад, когда мы поженились. Я пыталась объяснить Гарри, что его имя
настолько прочно ассоциируется с Дэзл Дэном, что Гетц обязан платить ему
больший процент, по крайней мере половину, что он должен настоять на этом.
Он говорил, что пытался, но на самом деле он просто не мужчина. Я убеждала
его, что он настолько известен, что может покончить с Гетцем и начать новое
дело. Но и на это у него не хватало духу. Он не мужчина, а червяк. Но я не
сдавалась. Я признаю, что продолжала бороться. И повторю это на суде, если в
этом будет необходимость. Но, признаюсь, то, что он сделал, для меня полная
неожиданность. Я не думала, что отчаяние может довести его до убийства.
Этого я не предполагала. Конечно, он признается, но если он будет настаивать
на том, что я знала о его намерении убить Гетца, не верьте ему. Это
неправда. Я не знала. Ковен смотрел на нее, открыв рот.
- Понимаю, - сказал Вольф ледяным тоном. - Сначала вы хотели взвалить
это на постороннего - мистера Гудвина, даже на двоих, потому что я тоже имею
к нему отношение. Когда этот замысел провалился, вы решили переложить все на
плечи мужа. - Он покачал головой. - Нет, мадам. Самой грубой ошибкой было
то, что вы открыли окно, впрочем, были и другие. Мистер Крамер?
Крамер взял ее за руку.
- Боже мой! Боже мой! - простонал Ковен.
- И все это вы выудили из меня, - высоким резким голосом произнесла Пат
Лоуэлл. Она была догадливой девчушкой.