— Ну о чем ты, Володя. Все расходы берет на себя телеканал.
   Оператор улыбнулся:
   — Тогда можно вырубить ограничитель. И набраться по полной. Лишь бы успеть предупредить официанта организовать такси по нужному адресу.
   Валентина одернула приятеля:
   — Я тебе нажрусь. Лично следить за тобой буду!
   — Сколько угодно, мадам. Но я шучу, Валя. Завтра же лететь. А с бодуна я очень плохо переношу различные перегрузки. Так что ограничитель оставлю включенным!
   — Вот это другое дело!
   Журналисты прошли в уютный ресторанчик. Заказали спиртное, прохладительные напитки, горячее на обед и всевозможную закуску.
   Около пяти часов Валентине позвонил отец. Она отошла к балкону и ответила на вызов:
   — Да, папа?
   Туркин спросил:
   — Слушай, а ты не в курсе, куда поехала Кристина?
   — Нет! Наверное, шатается по магазинам. Она до них большая любительница. Да ты ей на сотовый позвони.
   — Пробовал. Недоступна.
   — Могла нечаянно выключить телефон, Кристина же забывает обо всем на свете при виде дорогих шмоток.
   — Ладно, вернется, никуда не денется. Ты-то когда подъедешь?
   — Папа?! Тебе скучно одному дома? Пригласи друзей!
   — Я тебя понял. Будь осторожна. Пока!
   — Пока!
   Отключив телефон, Валентина подумала:
   «Действительно, где может быть Кристина? Да, она любительница дорогих магазинов, но долго бродить по ним не может. Устает. Или ей надоедают слащавые улыбочки продавцов. Но подолгу она в магазинах никогда ранее не задерживалась и, объехав три, четыре супермаркета, часам к трем возвращалась домой. А сейчас задержалась. Да в принципе и черт с ней!»
   Валентина, а тем более ее отец, Борис Анатольевич, даже предположить не могли, что в это самое время в одном из номеров дорого отеля супруга Туркина, Кристина, стонала от ласк жениха Валентины, Сергея Шахристова.
   Положив сотовый телефон в сумку, Валя услышала:
   — Ленчик, ты посмотри, какая аппетитная телка нарисовалась!
   Женщина обернулась на голос. За столиком в углу сидели трое здоровых, короткостриженых, то ли пьяных, то ли находящихся под действием наркотиков парней.
   Тот, кого назвали Ленчиком, цокнул языком:
   — Да, бабенка что надо!
   Он обратился к Валентине:
   — Девочка, бросай свою зачуханную компанию, присаживайся к нам. Посидим немного да на природу поедем. Трахнемся. Так, что на всю жизнь запомнишь. Мы умеем доставлять женщинам наслаждение.
   Валя брезгливо поморщилась:
   — Шли бы, недоноски, в притон. К малолеткам. Таким же безголовым, как и сами.
   Ленчик поднялся, взглянул на друзей:
   — Кот, Сера! Вы слышали, что эта сучка вякнула?
   Ответил Кот:
   — По-моему, послала нас на хер!
   — Да?
   В глазах Ленчика возник стальной блеск:
   — Тебя, дурочка, не учили, что за базар отвечать надо?
   — Да пошел ты!
   — Слушай, сука, да я тебя прямо здесь, на этом вот столе, отымею!
   Валентина рассмеялась:
   — А есть чем иметь-то? Но если хочешь, попробуй! И ближайшую ночь гарантированно в «обезьяннике» проведешь. Вместе со своими дружками.
   Кот попытался успокоить товарища, понимая, что женщина может вызвать охрану, а та милицию. С милицией же троице бездельников встречаться резону не было.
   — Да брось ты ее, Ленчик! Телка просто не врубается, с кем базарит. Хрен с ней, пусть валит, такие, как она, у ресторана толпами кружат.
   Ленчик указал пальцем в сторону Валентины:
   — Вали, но учти, мы еще встретимся. И тогда я порву тебя, как грелку, тварь!
   Валентина ответила:
   — Грозить пальчиком будешь своим шлюхам, недоносок.
   И развернувшись, пошла к своему столику.
   Ленчик побагровел, сел на место. Ударил кулаком по столу:
   — Нет, эта шлюха в натуре не на шутку достала меня. Кот, наливай, а ты, Сера, следи за ее столом.
   — Что ты задумал?
   — Проучить эту стерву.
   — Да хорош тебе! А если менты?
   — Заткнись, Кот! Ты меня знаешь, Ленчик сказал, Ленчик сделает. Надо только подловить ее одну в старых проулках, каких полно вокруг ресторана.
   — А если ее провожать кто из мужиков пойдет?
   — Вырубим! Ты глянь, в ее компании ни одного стоящего мужика нет. Одни хлюпики. — Он взглянул на дружка. — Я что сказал, Кот?
   — Наливать!
   — Так наливай! Мне полный!
   Валентина, не раз сталкивавшаяся с подобным хамством, как правило продолжения не имевшим, и на этот раз, отойдя от сексуально озабоченных парней, тут же забыла о них.
   На вопрос Володи Дольского: «О чем ты с пацанами разговаривала?» — ответила: «Да так, о погоде. Сошлись во мнении, что в этом году июль выдался особенно жарким».
   — Не обманываешь? Может, они приставали к тебе? Так я, это, быстро разберусь с ними.
   Валя приобняла друга:
   — Нет, Володя, они не приставали ко мне! Возможно, потому, что видели, какая у меня защита.
   — Ну смотри, а то я вмиг с ребятишками разберусь.
   И Дольский, несмотря на далеко не спортивный вид, говорил правду. Мастер спорта по дзюдо, чемпион России, Володя вполне мог уложить молодчиков на пол штабелем. Даже в том состоянии, в котором находился в данный момент. А состояние оператора телеканала уже требовало включения внутреннего ограничителя. Лишь бы он не замкнул, залитый лишним фужером коньяка. Вот тогда от Дольского не будет никакого толку, останутся проблемы, и главная из них — как доставить Володю домой. Ограничитель не сработал, и к шести часам Дольский уткнулся физиономией в стол, мгновенно уснув.
   Сергинский воскликнул:
   — Вот черт! Не сдержался, Вова! А кто ему последнюю рюмку наливал?
   Ненашев приложил руку к сердцу:
   — Каюсь, моя работа. Но я не думал, что Вовка отрубится так быстро.
   — Да! Теперь придется вызывать такси и ехать с ним, чтобы затащить на четвертый этаж квартиры матери.
   Валентина предложила:
   — Зачем такси? У меня своя машина недалеко!
   Ненашев сказал:
   — Не надо! Служебную вызову, водитель и довезет Дольского, не в первый раз.
   Продолжать застолье не имело смысла. Директор канала подозвал официанта, рассчитался. Журналисты вышли из ресторана. Ненашев вызвал редакционную «Волгу». Следом за компанией Туркиной двинулась и троица молодчиков. Она остановилась в фойе, наблюдая за действиями журналистов. Подъехала «Волга». Ненашев передал Дольского, которого держал под руки с Сергинским, водителю. Затем, подумав, сказал, что тоже поедет домой на служебной машине. «Волга» уехала.
   Сергинский спросил у Туркиной:
   — Ты где оставила машину?
   Валентина указала на ближайшую арку в проходные дворы готовящихся под снос старых расселенных домов:
   — У магазина «Спорттоваров», ближе припарковаться не удалось.
   — А моя стоит у офиса. Тебя проводить до магазина?
   — Зачем? Сама дойду.
   — Ну смотри, я к офису! Встретимся завтра.
   — Лишь бы Вова проспался!
   — Проспится. А неплохо посидели, да?
   Валентина согласилась:
   — Неплохо! До свидания, Антон.
   — До свидания, Валя.
   Сергинский направился к зданию телеканала «Экспресс плюс», Туркина же пошла во дворы.
   Заметив это, из ресторана вышла троица.
   Ленчик довольно проговорил:
   — Сучка сама себе дорогу в ад выбрала.
   Кот попытался остудить пыл главаря маленькой банды:
   — Может, пропустим ее. На хрена нам лишние проблемы? Имеющихся выше крыши, только успевай отмазываться.
   — Если нас, Кот, загребут менты, то получим не хило. Так какая разница, пришьют нам бабу или нет. Но она пошла глухими дворами, там жителей нет, а значит, и свидетелей. Затащим дуру в подвал, отымеем хором и спокойно слиняем.
   Серый спросил:
   — А бомжи? Их во дворах полно может быть.
   — Но не сейчас! Сейчас эти бедолаги на жратву себе калымят. И какие из бомжей свидетели? Кто их слушать будет? Да и не особо разговорчивы они. Им лишние косяки тоже не нужны. Но хватит болтать, догоняем стерву. Отрубаю ее я, вы затаскиваете в подвал, а там… там мы разделаем эту высокомерную шлюху. Двинулись.
   Бандиты отошли от ресторана, свернули под арку. Валентина услышала торопливые шаги сзади слишком поздно, чтобы попытаться убежать или спрятаться. Она раскрыла сумочку, достала сотовый телефон, но воспользоваться им не успела. Ленчик схватил Валю за руку:
   — Кому звонить собралась, стерва?
   Валя крикнула:
   — Отпусти меня, ублюдок!
   Ленчик с размаху влепил ей пощечину.
   — Это тебе за ублюдка, за остальное ответишь в другом месте, я же говорил тебе, коза, за базар отвечать надо. Вот и ответишь!
   Валентина поняла, что эти мерзавцы не остановятся, и помощи ей ждать неоткуда, кругом пустые, чернеющие пугающими глазницами проемов выбитых окон дома, и никого, кроме бандитов, рядом. Впрочем, в последнем Валя ошибалась.
* * *
   Штаб Главного управления по борьбе с терроризмом, замаскированный под офис коммерческой фирмы, находился недалеко от редакции телеканала «Экспресс плюс». Полковник Потапов приказал Тимохину прислать офицера группы для получения плана предстоящей проверки парламентской комиссией боевых подразделений российских спецслужб. Александр хотел поехать сам, но матери неожиданно стало плохо, следовало определить ее в лазарет закрытого военного городка, и Тимохин отправил в офис Управления капитана Шепеля. И если Валентина припарковала свою серебристую «Ауди» у магазина «Спорттовары», в десяти метрах от здания спецслужбы, то Шепель сумел оставить собственный «Опель» недалеко от ресторана. Приняв от полковника план проверки, Михаил Шепель в одно время с Валей вошел в лабиринт дворов старых домов. Одет капитан был в гражданский костюм, офицеры «Ориона» вообще практически не надевали военную форму, лишь на церемонии получения наград и торжественных собраний. И сейчас в джинсах, рубашке с коротким рукавом и легких полуботинках он с папкой под мышкой шел к стоянке у ресторана. Непонятный шум Шепель услышал, подходя к арке, за которой начинался пустырь, где бандиты задержали Валентину. Почувствовав неладное, капитан ускорил шаг и вышел на пустырь в тот момент, когда Ленчик нанес пощечину Вале. Ни бандиты, ни женщина его не заметили.
   Мгновенно оценив ситуацию, боевой офицер спецназа крикнул молодчикам:
   — А ну-ка, мальчики, оставьте в покое женщину.
   Кот двинулся навстречу спецназовцу:
   — Ты кто такой, мужик? Тебе что, не хватает неприятностей в жизни? А ну иди отсюда по-тихому, иначе…
   Шепель положил папку на асфальт, чтобы она постоянно была в поле его зрения.
   — И что же будет иначе?
   Ленчик крикнул:
   — Кот, Сера, мужика отпускать нельзя, глушите его!
   Кот медленно надел на руку кастет:
   — Вот видишь, мужик, и ты попал. Не надо ходить по пустынным дворам и не надо вмешиваться в дела других. Теперь придется тебя проучить.
   Шепель, успевший внутренне собраться и приготовиться к рукопашному бою с противником, не представляющим для спецназовца какой-либо угрозы, усмехнулся:
   — Уроды! Это вы попали! Но я готов дать вам шанс не оказаться на больничной койке. Отпустите женщину, и можете проваливать на все четыре стороны, даже не извинившись, чему вы, судя по всему, не научены. А ты… — Шепель обратился к Ленчику, — поаккуратней с дамой. Мой тебе совет: больше не трогай ее, а забирай шоблу и сваливай, пока есть возможность.
   Кот заорал:
   — Ты чего, совсем оборзел, козел?
   Капитан сплюнул на потрескавшийся асфальт:
   — Все! Разговор окончен. Вы, придурки, сами сделали выбор. А ну иди сюда, кошак! Давай, давай, смелей.
   Кот, привыкший к бытовым дракам, как, впрочем, и остальные его подельники, бросился на Шепеля, пытаясь нанести противнику размашистый, рассекающий кастетом лицо удар. Капитан без труда поймал руку Кота, продернул ее себе под мышку и резко рванул вверх. Раздался хруст сломаных костей и дикий вопль бандита. Этого не ожидал Сера, но он уже сблизился с Шепелем, и ему ничего не оставалось, как попытаться достать капитана ногой. И на этот раз Шепель спокойно отбил удар молодчика и тут же в ответ врезал ногой тому в промежность. Сера повалился на землю. Теперь орали двое бандитов.
   Ленчик растерялся. Он не знал, что делать, и сделал то, что первым пришло в его затуманенную и не обремененную умом голову. Видимо, насмотревшись телевизионных боевиков (книги он вряд ли читал), Ленчик обхватил шею женщины, закричав:
   — Уйди, сука! Отвали, иначе я придушу эту стерву!
   Шепель спокойно сказал:
   — Не успеешь, придурок!
   Капитан выхватил из-за спины штатный пистолет и повторил:
   — Не успеешь, мальчик. Раньше я прострелю твой череп.
   Увидев наведенное на него оружие, Ленчик растерялся еще больше. Он оглянулся и, оттолкнув к Шепелю женщину, попытался бежать. Капитан не стал бы его преследовать, но главарю бандитов не повезло. Он споткнулся о ногу Валентины и растянулся на асфальте. Резко встал и получил в затылок такой сильный удар, что вновь рухнул на землю, потеряв сознание. Капитан сунул пистолет за ремень:
   — Ну вот и все!
   Взглянул на Валентину:
   — Вы в порядке?
   Туркина смотрела на Шепеля с нескрываемым восхищением.
   — Как это у вас ловко получилось. Несколько движений — и трое бандитов обезврежены. Вы милиционер?
   Вопли Кота и Серы стихли, перейдя в стоны. Капитан ответил:
   — Нет, я не милиционер!
   — Тогда военный? Десантник?
   — И не десантник! Я простой клерк в конторе, что находится неподалеку отсюда.
   — У вас в конторе все клерки обучены разбираться с бандитами так, как вы?
   — Ну практически все! У нас действует секция рукопашного боя. Тренируемся в свободное время.
   — Интересно, и что это за контора?
   — Да так, ничего интересного. Контора как контора, работающая по принципу «купи-продай», как, впрочем, и большинство нынешних фирм, компаний, корпораций. Что ж сделаешь, если спекуляция сейчас возведена в ранг бизнеса?
   Валентина подошла к Шепелю:
   — А как вас зовут?
   — Михаил, можно Миша!
   — А меня Валентина, можно Валя!
   — Очень приятно! Но секунду, этим ребяткам нужна медицинская помощь.
   Капитан достал сотовый телефон, набрал 03:
   — «Скорая»? В одном из проходных дворов, находящихся между рестораном и магазином «Спорттовары», трое молодых людей нуждаются в вашей помощи! Да ничего, в принципе, страшного, у одного раздроблен локтевой сустав, у второго повреждена промежность, третий получил сотрясение мозга, если он у него есть… Я кто такой? Обыватель, простой человек, проходивший мимо и увидевший распростертые тела парней. По-моему, кто-то неплохо вломил им… Нет. Это ни к чему. Советую к месту происшествия подъехать вместе с милицией. До свидания!
   Шепель, положив телефон в карман, поднял папку, предложил Валентине:
   — Давайте я вас до людного места провожу. А если хотите, довезу до дома. У меня машина на стоянке недалеко от ресторана.
   — Вот почему вы оказались здесь.
   — И, по-моему, вовремя!
   — Да, если бы не вы, Миша, они меня изуродовали бы.
   — Так эти уроды наткнулись на вас не случайно?
   Валентина отрицательно покачала головой:
   — Нет! Они преследовали меня от ресторана, где мы с коллегами сидели.
   — Понятно. Так я подвезу вас?
   — Нет, спасибо. Я тоже на машине, и она стоит у магазина «Спорттовары».
   — Опрометчиво было идти к стоянке через дворы, зная, что вас будут преследовать. На что вы надеялись, Валя? На быстрые ноги?
   — Не знаю. Не думала, что эти ублюдки решатся на крайность!
   Шепель посмотрел на часы:
   — Идемте к магазину. Минуты через три здесь будет и «Скорая», и милиция, а я не хочу быть замешанным в этом деле.
   Валентина подчинилась.
   До стоянки ее автомобиля они прошли быстро и молча. Туркина остановилась у «Ауди». Капитан оценил автомобиль:
   — Хорошая машина. Дорогая. Вы, наверное, обеспеченная женщина.
   — Я обычная женщина, а вот отец — да, тот обеспечен!
   — Ну что ж, рад был познакомиться, до свидания и счастливого пути!
   — Вы не попросите моего телефона?
   — Зачем?
   — Ну… чтобы позвонить как-нибудь! Или вы женаты?
   — Я холост. Просто не хочу пользоваться тем, что помог вам! Ведь трудно отказать человеку, оказавшему вам небольшую услугу в экстремальной ситуации!
   — Тогда оставьте свой телефон. Я вам позвоню!
   — Не стоит, Валя! Да и не позвоните вы! До свидания.
   Шепель попрощался, не оборачиваясь, пошел к соседнему проулку, чтобы обойти место своего столкновения с бандитами по пути на стоянку.
   Валентина хотела окликнуть его, но… не окликнула. Мужчина, спасший ей жизнь, скрылся в людском потоке. Туркина села в машину, достала из бардачка сигареты и зажигалку. Закурила. Она до сих пор находилась под впечатлением от произошедшего. Но думала не о том, что с ней могло случиться, а о том мужчине, который, не задумываясь, пришел ей на помощь. Она перебрала в уме своих знакомых и, кроме Володи Дольского, не нашла никого, кто решился бы выступить против трех бандитов. И это среди знакомых. Спасший же ее Михаил явился со стороны. Можно сказать, случайно оказался на пустыре. И вступил в схватку с мерзавцами. Причем сделал это так, будто каждый день спасает кого-то. Вот он, образец мужчины. Разве так повел бы себя Сережа Шахристов? Да он на коленях бы ползал, лишь бы бандиты отпустили его. А о ней он и не подумал бы. Но почему Михаил уверен в том, что Валентина не позвонила бы ему? А позвонила бы? Да, позвонила бы. Обязательно. Михаил понравился ей. Сразу, как только она увидела его, еще до того, как он заступился за беззащитную женщину. Но разве такое возможно? Ведь тогда она думала лишь об одном: как избавиться от насильников. Черт, мысли в голове путались. Ну почему он не оставил номер своего телефона? Хотя… Михаил говорил, что работает где-то рядом, в какой-то торговой фирме. Если это так, то Валя найдет его. При ее возможностях это несложно. Да, она найдет его, а что дальше? Приглашение на собственную свадьбу? Одновременно с предложением тайно встречаться? И что Михаил о ней подумает? Вот ситуация. Нет, сейчас все посторонние мысли надо отбросить, тем более что они спутались в такой клубок, что сразу и здесь не распутать. Вот вернется из Афганистана, тогда, возможно, она и найдет его. Или сумеет забыть, заглушить то чувство, которое только что родилось в ней. Чувство глубокой симпатии к этому сильному, настоящему мужчине. Да, сейчас надо переключиться на командировку. А потом и будет потом.
   Едва она вставила ключ в замок зажигания, как сотовый телефон издал сигнал вызова. Звонил отец. Валентина ответила:
   — Да, папа?
   — С тобой все в порядке?
   — Почему ты задал этот вопрос?
   — Просто внезапно почувствовал тревогу.
   — Тревогу?
   — Да! И причины тревоги объяснить не могу.
   — У меня все в порядке! Еду домой!
   — Ну и хорошо!
   — Кристина вернулась?
   Отец вздохнул:
   — Явилась, не запылилась. Пьяная вдребезги. Удивляюсь, как она вообще доехала.
   — Странно, раньше такого за ней не замечалось. Что-то купила необыкновенное и обмыла покупку?
   — Нет! Она, оказывается, если, конечно, верить ее словам, заехала к подруге, поболтать немного, а та день рождения справляла. Ну, Кристина и справила вместе с ней день рождения. Но мне кажется… хотя это тебя не касается.
   — Конечно! Какое мне дело до твоей личной жизни? Ведь я же тебе чужая?
   — Не смей так говорить! Какая ты чужая? Единственный родной мне человек. Но обсуждать мои отношения с Кристиной все же не надо. Она — моя проблема и не должна быть твоей.
   — Я понимаю тебя, папа. Извини!
   — Возвращайся быстрей, дочь, что-то мне сегодня плохо. То тревога внезапно сжимает сердце, то какое-то предчувствие приближающейся беды захлестывает.
   — Это оттого, что ты устал и перенервничал. А я скоро приеду.
   — Жду тебя, дорогая!
   Валентина отключила телефон.
   Вот что значит родная кровь. Отец за десятки километров почувствовал, что с дочерью случилось несчастье. От этого и тревога. Но отчего у него какие-то странные предчувствия? Он не знает и до последнего момента, когда ничего уже нельзя будет изменить в плане участия дочери в поездке в Афганистан, не узнает. Так почему его терзают нехорошие предчувствия? Наверное, все же из-за поведения Кристины. Отец знает, что супруга вполне может изменять ему. Она молода, а он не может ей дать того, что требует молодой организм избалованной женщины. От этого и страдает. И следствием страданий являются предчувствия. Надо успокоить его, да и с Кристиной поговорить. Предупредить, чтобы не изводила отца. Нужен молодой жеребец, иди к нему. Забирай полагающуюся при разводе часть имущества и проваливай. Да, Валентина обязательно предупредит Кристину, но… только после того, как вернется из Афганистана.
   Туркина завела двигатель и повела серебристую «Ауди» к выезду из города.
* * *
   Шепель же подъехал к контрольно-пропускному пункту закрытого военного городка в 19:10. Дежурный прапорщик ФСБ открыл ворота, но жестом показал, что ему есть что сказать офицеру Управления по борьбе с терроризмом. Шепель опустил ветровое стекло, и жара буквально ворвалась в охлажденный кондиционером салон «Опеля».
   Прапорщик подошел, козырнул:
   — Здравия желаю, товарищ капитан! Вас ждут в штабе гарнизона! И полковник Крымов просил, чтобы вы, как приедете, проследовали в штаб сразу же, не заезжая домой!
   — Крымов? Хорошо, все понял. Можешь доложить полковнику, что я еду к штабу!
   — Есть, товарищ капитан!
   Шепель продолжил движение, направив «Опель» к зданию штаба гарнизона. Подумал: посылал его к Потапову Тимохин, а встречает Крымов. Как будто не знает, что за подарок везет начальству отдела спецмероприятий офицер спецгруппы «Орион».
   Шепеля в кабинете Управления ждали полковник Крымов и подполковник Тимохин.
   Капитан, как положено, доложил о прибытии, передал папку начальнику отдела спецмероприятий:
   — Здесь план предстоящей проверки. Она назначена на субботу 15-го числа. Потапов передал, что все это туфта. И дата проверки, и сам план. Реально нас планируют поднять в ночь с тринадцатого на четырнадцатое июля с задачей учебного освобождения заложников по трем вариантам. Первый вариант — освобождение заложников, удерживаемых террористами в одном из торговых центров. Второй — те же действия, но в самолете, захваченном террористами, и третий, наиболее вероятный, освобождение заложников при перевозке их автобусом.
   Крымов спросил:
   — А Потапов не объяснил, откуда у него такая информация?
   — Объяснил. Члены комиссии — депутаты Государственной думы, а значит, лохи в нашем деле. Для полноценной и объективной проверки нужны специалисты. А где их взять, если парламентская комиссия планирует охватить проверкой практически все боевые подразделения спецслужб? Ответ: в Главном разведывательном управлении Генерального штаба. ГРУ под проверку не попадает. И председатель комиссии через руководство разведуправления обращается к командиру отдельной бригады спецназа ГРУ. Просит выделить ему офицеров, имеющих опыт ведения боевых действий в условиях партизанской войны, в том числе опыт освобождения заложников. И выделить на двое суток. На 13 и 14 июля. Командир же бригады когда-то был подчиненным Феофанова. Он и слил генералу информацию о проверке.
   — Почему Потапов или Феофанов не предупредили об этом меня по телефону?
   — Потому что опасаются, как бы нас не накрыла «колпаком» войсковая часть электронной разведки все того же ГРУ. А их техника зафиксирует любые переговоры, по какой линии связи они ни велись бы.
   Крымов потер подбородок:
   — Хм, и с чего вдруг решили нас проверить? А главное, почему под проверку попали мы, выполняющие секретные задания руководства?
   — Под проверку попали все спецслужбы. Точнее, их боевые подразделения. И «Альфа», и «Витязь», и «Вымпел», и другие отряды и группы.
   — Но ГРУ не тронули?
   — Значит, разведуправлением займутся позже, если их не отмажет начальник Генерального штаба. А он сейчас набирает вес!
   Крымов спросил у Шепеля:
   — Это все?
   — Нет! — ответил капитан. — Потапов до встречи со мной общался с Казаковым. Так вот, советник Президента передал инструкции сверху, общий смысл которых — не светить перед избранниками народа основную группу «Орион», выставив вместо нее резервное подразделение «Мираж».
   — Вот как? Это уже лучше. А то у нас среди избранников народа всякие попадаются. И те, кто готов продаться Западу, тоже. Ладно! Все понятно! Готовим к проверке «Мираж», «Орион» выводим в резерв.
   Тимохин проговорил:
   — Если до спектакля не проявят себя реальные, а не бутафорные террористы.
   — Сплюнь!
   — Тут плюй не плюй, а эти ублюдки ни с какими учебными планами считаться не собираются. У них свои планы. О которых, к сожалению, мы узнаем иногда слишком поздно. Но задачу я понял. С завтрашнего дня «Орион» переводится в резервный режим несения службы.
   Шепель улыбнулся:
   — Верное решение. Хоть по-человечески рыбалку организуем. Резерв есть резерв.
   Крымов ответил:
   — И не мечтайте! Всем находиться в городке. И без моего разрешения из него ни шагу.
   Тимохин спросил:
   — Чего ради?
   — А того, Саня! Как будто ты не знаешь, что наше руководство весьма изобретательно на всякие выкрутасы. Поступит неожиданно вводная, меняющая кардинально обстановку, мне вас по местным водоемам собирать? Нет уж, увольте. Отдыхать отдыхайте, но на территории части. И по домам, чтобы вызвать можно было в любую минуту дня и ночи! А тебе, Саня, — Крымов взглянул на Тимохина, — вообще никакого резерва. Вместе будем готовить и выводить на проверку «Мираж».