Терри Грант
Флирт в ритме мамбо

Глава 1

   Итак, примем исходное положение, мысленно отдала себе распоряжение Флавия и, выпрямив спину, встала на сияющий зеркальным блеском паркет. Затем расставила ноги на ширину плеч и стала медленно наклоняться вперед, пока не уперлась ладонями в гладкую поверхность пола.
   Отлично, теперь нужно поднять правую ногу как можно выше и замереть…
   Как только она выполнила задуманное, в комнате раздался телефонный звонок. Потеряв от неожиданности равновесие, Флавия растянулась на полу, но тут же вскочила, потирая ушибленные колени.
   – Вот черт! – с досадой воскликнула она. – Только успела сконцентрироваться, и все старания насмарку… А ведь в этих упражнениях каждое движение должно контролироваться сознанием… Ну почему, стоит мне достичь хоть кратковременного согласия с собой, как обязательно находится кто-нибудь, во что бы то ни стало желающий его разрушить…
   – Мое почтение, сиятельная сеньорита Флавия, – услышала она в трубке шутливый голос Миреллы. – Надеюсь, сегодняшний день проходит для вас удачно и вы не откажете мне в одной необременительной и к тому же весьма закономерной просьбе…
   – А ты не могла бы немного повременить со своими шуточками? – недовольным тоном откликнулась Флавия. – Ты отвлекаешь меня от важного занятия…
   Ручаюсь, она вновь погружена в свой пресловутый пилатес, подумала Мирелла. Исходное положение, движения, тонко прочувствованные сознанием… Словом, все как всегда. Причем это все выполняется на скользком, как лед, паркете, с риском при неосторожном движении потерять это сознание надолго. Чему вполне могут поспособствовать те бесконечные пилюли транквилизаторов, которыми она нещадно пичкает себя на протяжении последних недель. Нет, что ни говори, а наша сеньорита Арентини явно человек-парадокс… Кто бы еще смог так ловко сочетать стремление к здоровому образу жизни со стремлением ее погубить…
   – Флавия, неужели ты забыла? Мы ведь договаривались, что я позвоню тебе сегодня в двенадцать, – напомнила она вслух.
   – В двенадцать? Для чего? – искренне удивилась Флавия.
   Видимо, падения в ее ежедневных тренировках все же случаются, вновь отметила про себя Мирелла.
   – Для того чтобы обсудить дату, с которой начнется мой долгожданный отпуск, – вдохновенным тоном сообщила она. – Было бы просто великолепно, если бы мы сошлись на пятом числе, ведь до его наступления осталось всего несколько дней. К этому времени я уже должна отправить мужа и дочек в Сорренто, а жена и дети Бернардо уедут в Ниццу, так что у нас впереди целый месяц свободы. И мы уже придумали, как его провести… Вернее, где. Мы едем на Ямайку! Здорово, правда?
   – Я согласна, ваша идея просто великолепна. Но, боюсь, ее выполнение вам придется отложить… – оборвала ее Флавия.
   В трубке повисла пауза.
   – Отложить? Что ты хочешь этим сказать? – осторожно поинтересовалась наконец Мирелла.
   – То, что через пару дней я сама уезжаю из Ареццо, – спокойно объяснила Флавия. – Видишь ли, я решила отправиться во Францию… Немного отдохнуть в Биаррице… Там, говорят, прекрасные возможности для восстановления нервной системы… А я как раз очень нуждаюсь в этом после развода с Руджеро…
   Да-да, что-то такое я слышала… Одна из знакомых мне рассказывала, что этот город когда-то называли «берегом дураков» из-за немыслимого количества заполонивших его невротиков, мысленно ответила ей Мирелла. Утешает только то, что он повидал на своем веку и не таких, как Флавия Арентини, а значит, вполне выдержит ее присутствие… А вот наши с Бернардо планы летят ко всем чертям, и это огорчает… Ведь Флавия ни за что не откажется от задуманного… Хотя попытаться сыграть на ее жалости все же стоит…
   – Флавия, дорогая, ты не представляешь, как я расстроена… – печальным голосом заговорила она. – Ты же знаешь, такого шанса у нас с Бернардо может больше не быть… А если и будет, то одному богу известно, когда… Мы ведь не можем видеться, когда захотим… Наше положение, оно такое ужасное…
   – Такое семейное, ты хотела сказать, – поправила ее Флавия. – Хотя для многих людей эти слова являются синонимами.
   Ну вот, нарвалась на нравоучение, подавив тяжелый вздох, подумала Мирелла. А, собственно, что я ожидала услышать от разведенной женщины, бывший муж которой был в таком же положении, что и Бернардо, то есть изменял ей с такой же, как я… Нет, конечно не с такой, поспешно поправила она себя. Та девица была довольно невзрачной, да и глуповатой к тому же… Но некоторая параллель все же просматривается… Что ж, придется прибегнуть к более приземленным доводам…
   – Флавия, прости, я не хотела стать причиной твоих неприятных воспоминаний… – смиренным тоном повинилась она. – Просто ты в последнее время так редко появляешься в нашей табачной лавке, что все насущные заботы о поставках продукции, вложениях, прибылях и прочем лежат исключительно на моих плечах. Я просто обессилена, поверь… А тут еще твой бывший муж отказывается поставлять нам сигары по прежним ценам. Ведь фирмы-импортеры в последнее время их значительно повысили… И теперь, когда Руджеро стал директором одной из них, нам придется несладко…
   – Отказывается поставлять сигары? – встрепенулась Флавия. – И «Дона Карлоса» тоже?
   – В первую очередь.
   – Но почему?
   – Я же сказала: хочет повысить цену… – терпеливо повторила Мирелла и, немного помедлив, добавила: – Ну и, наверное, еще потому, что стремится свести с тобой счеты…
   – Счеты со мной? После того как, не скрывая, изменял мне с этой побитой молью Иларией? Вот это новость!
   Да, напрасно он вел себя так самоуверенно, мысленно согласилась Мирелла. Немного осторожности, чуточку здравого смысла, каплю конспирации, и блюдом под названием «адюльтер» можно наслаждаться почти ежедневно…
   – Но, Флавия, возможно, это было просто ошибкой с его стороны, – предположила она вслух. – И теперь, когда он понял, как сильно ошибался…
   – Решил исправить положение с помощью повышения цен на сигары, – завершила за нее Флавия.
   – Вовсе нет. Может, он хочет этим привлечь твое внимание? Почему бы тебе не съездить во Флоренцию и не обсудить с Руджеро условия контракта? Уверена, он пойдет тебе навстречу. А если нет, то после моего возвращения с Ямайки…
   – Нет, даже и не думай, – решительно оборвала ее Флавия. – Я еду в Биарриц, и точка. Во Флоренцию же отправишься ты. У тебя есть дар убеждения, так что постарайся применить его, к нашей общей выгоде… Да, кстати, можешь взять с собой в поездку Бернардо. Не все ли тебе равно, где проводить свободное время с любовником: во Флоренции или на Ямайке?
   – Твои рассуждения, как всегда, убийственно оригинальны… – нервно рассмеявшись, признала Мирелла.
   – Да, и не вздумай возвращаться с завышенной ценой на доминиканские сигары… Особенно на «Дона Карлоса», – не обратив внимания на ее замечание, предупредила Флавия. – Эта марка очень важна для нашего магазина…
   Вернее, для сеньора Пиренелли, уточнила про себя Мирелла. Который на протяжении нескольких лет является постоянным покупателем этой марки и в которого сеньорита Флавия на протяжении этих самых лет безнадежно влюблена…
   Не успела она завершить свою мысль, как стеклянная дверь табачной лавки широко распахнулась, и на пороге, возвещая о своем прибытии неизменно тонкой, едва заметной улыбкой, появился сам Анджело Пиренелли.
   Будто подслушивал мои мысли, поразилась Мирелла. Что-то он сегодня изменил своему расписанию… Пришел раньше обычного… Вот Флавия расстроится, когда узнает, что он был здесь в ее отсутствие… Она ведь нарочно является сюда каждый день к половине третьего, чтобы повидать этого красавчика… Из кожи вон лезет, стараясь привлечь его внимание… Не удивлюсь, если она и замуж за Руджеро вышла только назло ему… Да вот только ему все это невдомек… Интересно, почему он не обращает на нее внимания? Ведь, насколько я знаю из рассказов моей соседки, этот Анджело не пропускает ни одной юбки… Конечно, при условии, что она открывает стройные ножки и подчеркивает прелестную фигурку, которая гармонирует с не менее прелестным личиком… А у Флавии со всем этим все в порядке… Может, он всерьез увлечен кем-то еще? Нет, вряд ли… По рассказам Клаудии он недавно расстался с продавщицей из бутика синьоры Энтиволи и теперь находится в свободном плавании… Вот только в какую сторону он поплывет дальше, неизвестно… Хотя… это можно попытаться выяснить прямо сейчас. Не зря же он явился сегодня сюда так рано… Первый раз за несколько лет… Ручаюсь, за этим что-то кроется…
   – Извини, у меня покупатели, – проговорила она в трубку. – Я тебе перезвоню чуть позже…
   – Нет, позже я буду занята, – возразила Флавия, сразу же вспомнив о незаконченных упражнениях. – Давай завершим наш разговор прямо сейчас. Тем более что у меня осталась всего лишь одна просьба… Забронируй мне, пожалуйста, билет на Биарриц на шестое число… Твоя сестра ведь работает в аэропорту Флоренции, и, если вдруг свободных мест не окажется, попроси ее что-нибудь придумать… Помнишь, она помогала нам с Руджеро со свадебным путешествием?
   – Да, помню… Только тогда ее помощь не принесла тебе ничего хорошего… – пробормотала Мирелла.
   – Ну почему же… Мы прекрасно отдохнули…
   – А что было после этого отдыха? – напомнила Мирелла.
   – После не в счет, – раздраженно откликнулась Флавия. – И потом, в настоящее время я отправляюсь отдыхать в одиночестве, так что параллель неуместна…
   – Ладно, если возникнут какие-то проблемы, я вновь обращусь к ней за помощью, – сдалась Мирелла и, попрощавшись с Флавией, отключила телефон.
   – Слушаю вас, сеньор Пиренелли, – любезно улыбнувшись, обратилась она к Анджело. – Хотя нет, не нужно ничего говорить, – поправилась она. – Я так хорошо знаю ваши предпочтения, что любые слова будут лишними… Вы наверняка желаете приобрести непревзойденную доминиканскую марку «Дон Карлос». Разве я не права? – поинтересовалась она.
   Анджело утвердительно кивнул, не переставая при этом демонстрировать свою тонкую улыбку.
   – Правы, синьора Матерони. Тоже как всегда… – понизив голос, добавил он.
   Мирелла кокетливо рассмеялась.
   – Ну что вы, синьор Пиренелли, я всего лишь человек, которому, как известно, свойственно ошибаться… А также совершать непредвиденные поступки… Вот и вы сегодня пришли за сигарами раньше обычного… Что, подвели часы? – кивнула она на циферблат с бриллиантами, украшавший его руку.
   Анджело проследил за ее взглядом.
   – Ну что вы… – с упреком проговорил он, поняв, что она намекает на поломку механизма, заключенного в дорогостоящий корпус. – Я привез эти часы пять лет назад из Швейцарии, и они еще ни разу не дали мне повода усомниться в их исправности… Просто сегодня вечером я уезжаю во Флоренцию, откуда отправлюсь в путешествие… Именно поэтому я вынужден был изменить своим привычкам и прийти за «Доном Карлосом» раньше обычного…
   – Так вы тоже отправляетесь в путешествие? – оживилась Мирелла. – Что-то все стремятся убежать прочь из нашего города… Оно и понятно, сезон отпусков… И куда же вы направляетесь, если не секрет?
   – Вам бы я незамедлительно сообщил о пункте своего назначения, даже если бы это было военной тайной, – бросив на свою собеседницу лукавый взгляд, проговорил Анджело. – Меня ждет столица Доминиканы, – заговорщицким тоном сообщил он.
   – Доминиканы? Родины покупаемого вами «Дона Карлоса»? – восхищенно поинтересовалась Мирелла.
   – Совершенно верно. У Доминиканской республики, конечно, много и других достоинств и достопримечательностей, но «Дон Карлос» первый среди них. И хотя у меня там будет множество возможностей для дегустации других марок, обещаю, что «Дона Карлоса» я не забуду, – приложив ладонь к сердцу, шутливо-торжественным тоном поклялся он.
   – Я готова вам поверить, – с улыбкой откликнулась Мирелла и, немного помедлив, продолжила: – Особенно если вы также пообещаете не забывать девушек нашего города… Надеюсь, вы едете в Доминикану с одной из них?
   Анджело виновато склонил голову.
   – Каюсь, грешен я, матушка настоятельница, – трагическим тоном изрек он. – Не устоял перед искушением познакомиться с какой-нибудь милой доминиканочкой, а посему отбываю из родного города в одиночестве.
   Мирелла весело рассмеялась.
   – Прощаю, блудный сын мой. Надеюсь, с вашим талантом обольщения это знакомство состоится довольно быстро, и желаю вам, чтобы оно было не одно.
   Анджело тоже рассмеялся в ответ.
   – Определенно, всем раскаявшимся грешникам нашего города следует приходить в эту табачную лавку.
   – Особенно если они собираются в дальнее путешествие, – машинально поддержала шутку постоянного покупателя Мирелла, внимательно разглядывая его такие же тонкие, как и улыбка, черты лица. – Вот, прошу, ваш неизменный «Дон Карлос», – вежливо проговорила она, протягивая ему сигары.
   Судя по его сверкающему каким-то прямо-таки адским огнем взгляду, он и вправду отправляется в Доминикану в поисках новых романов, подумала она, с любопытством заглянув в его зеленые глаза. А наша бедная Флавия вновь в стороне. Может, намекнуть ей, что стоило бы поменять направление и вместо Биаррица сесть на самолет до Санто-Доминго? Хотя, что изменят мои намеки, если даже здесь, в Ареццо, он ни разу не обратил на нее внимания? – продолжила свои мысленные размышления Мирелла, задумчиво глядя ему вслед.
   И вдруг она, словно внезапно вспомнив о чем-то важном, о чем-то, что еще секунду назад не принимала в расчет по причине досадной забывчивости, бросилась к телефону.
   А может, как раз вдали от Ареццо он и изменит свое мнение о ней? – думала она, лихорадочно набирая номер флорентийского аэропорта. Знаю, то, что я сейчас делаю, выглядит со стороны некрасиво… Но кто из нас знает заранее, какие некрасивые поступки окружающих обернутся для нас счастьем и какие благопристойные устремления этих самых окружающих приведут нас к крушению… Но, чем тратить время на объяснения с Флавией, принять правильное решение которой наверняка помешает гордость, будет лучше, если я все устрою сама…
   – Джованна? Здравствуй, моя дорогая, – радостно проговорила она в трубку. – На тот случай, если ты уже успела забыть голос своей сестры, сообщаю тебе, что это она и есть. Ах, не забыла? Ну что ж, одной приятной новостью больше… Послушай, мне нужна твоя помощь… Вернее, моей подруге Флавии… Да-да, той самой, которая несколько месяцев назад отправлялась в свадебное путешествие… Так вот, ей через пару дней нужно вылететь в Доминикану, желательно утренним рейсом… Она просила меня забронировать билет… Не возникнет никаких проблем? Прекрасно! Теперь еще одна просьба, на этот раз лично от меня… Сделай так, чтобы прохождение таможенного контроля и прочих формальностей было для нее как бы в упрощенном варианте… Надеюсь, ты меня понимаешь? Ну что ты, боже сохрани, какие там наркотики… Просто я хочу сделать ей небольшой сюрприз… Если, конечно, его можно назвать небольшим… – понизив голос, пробормотала она, представляя себе выражение лица Флавии, когда та узнает, где именно она оказалась вместо Биаррица. – В чем заключается сюрприз? – задумчиво переспросила она. – Я расскажу тебе при встрече… Надеюсь, ты не сочтешь меня мерзавкой… Да, я приеду во Флоренцию вместе с Флавией… И еще вместе с Бернардо… Романтическое путешествие в родной город? Нет, сестренка, не угадала, у меня во Флоренции есть одно дело… Хотя, думаю, нашему с Бернардо романтическому время-препровождению оно не помешает… Да, на прощание хочу сделать классическое напоминание о том, что наш разговор должен остаться в секрете…
   Мирелла повесила трубку и обвела испытующим взглядом многочисленные полки с сигарами, словно искала у них ответа на известные только ей вопросы.
   – Ну вот, дело сделано… – медленно проговорила она вслух. – Хотя, конечно, оно еще не завершено, но первый шаг все же предпринят… Теперь остается только ждать… Либо мой розыгрыш принесет долгожданное счастье нашей неудачливой в любовных делах табачнице, либо… – Мирелла на минуту призадумалась. – Либо все останется как есть, – пожав плечами, продолжила она. – Ведь другого варианта быть просто не может… И, кстати, этот последний вариант я могу рассматривать как компенсацию за неудавшиеся сегодня переговоры насчет отпуска… Так что, как ни крути, а положительные стороны в моей затее все же присутствуют… И для Флавии тоже… Ведь когда бы еще она собралась отдохнуть в Доминикане… Кажется, у них там популярен стиль меренге, сочетающий песню и танец… И, как поется в одной из таких песен, «все будет, как будет»…

Глава 2

   – Ну же, Флавия, победи наконец свою дрему и помоги мне рассказать Джованне о вчерашнем рок-концерте, который мы смотрели по телевизору. Мой словарный запас, выражающий восторг, уже иссякает… – Мирелла принялась нетерпеливо трясти за плечо свою спутницу, которая, облокотившись о стойку регистрации, действительно мирно дремала, не обращая внимания на неутихающий гомон в здании аэропорта.
   Вяло отмахнувшись от нее, Флавия приоткрыла глаза и, бросив затуманенный взгляд на Джованну, вновь закрыла.
   – Да, концерт и вправду был впечатляющим… – еле слышно проговорила она. – Только закончился очень поздно… Я даже не помню, кто там выступал последним…
   – А все потому, что ты в последнее время переборщила со снотворным и заснула, не досмотрев даже до половины. Причем в нашем с Бернардо номере. Так что нам пришлось ночевать в твоем, – упрекнула ее Мирелла. – Ты так и проспала до утра в кресле… И все еще не можешь проснуться… – добавила она. – Ну ничего, сейчас я помогу тебе взбодриться… – Мирелла достала из сумочки крошечный плеер и, не спрашивая разрешения у Флавии, надела на нее наушники.
   – Вряд ли такие мелодии способствуют бодрости, – прошептала Флавия. – Здесь нет ничего, кроме шума прибоя…
   – Это только вступление, – успокоила ее Мирелла. – Дальше будут ритмичные мелодии… А к шуму прибоя тебе лучше привыкать заранее… Ведь твой вожделенный Биарриц располагается на берегу океана… – Она прибавила громкость и бросила многозначительный взгляд на свою сестру.
   Та в ответ укоризненно покачала головой.
   – Ты не передумала насчет изменения ее маршрута? – шепотом поинтересовалась она.
   – Нет. И не передумаю, – уверенно ответила Мирелла. – Ты даже не представляешь, каким потерянным взглядом она каждый день смотрит на этого ловца женских сердец… А сколько времени уже пичкает себя антидепрессантами, транквилизаторами, снотворным и прочей дрянью под предлогом восстановления расшатавшейся из-за недавнего развода нервной системы… Может, под видом моего коварного поступка судьба посылает ей единственный счастливый шанс…
   – А если он обернется для нее полным крушением надежд, чем ты будешь потом отвечать на этот потерянный взгляд?
   Мирелла сделала беспечный жест.
   – Как сказала несколько дней назад сама Флавия: «после – не в счет». К тому же отрицательный опыт – это тоже опыт. Тем более что он у нее уже не первый… Возможно, подобные опыты научат ее относиться к мужчинам проще, без любовного фанатизма, как это было в случае с ее первым мужем, да и теперь, с этим безупречным красавцем Анджело…
   – То есть ты хочешь, чтобы она переняла твой тип поведения: быть замужем за одним мужчиной, а загорать на ямайских пляжах в компании другого? – уточнила Джованна.
   Мирелла поморщилась, словно от горькой пилюли.
   – Прошу тебя, сестренка, не докучай мне своими нотациями… Они бесполезны, ты же знаешь… И потом, я обратилась к тебе с просьбой о помощи Флавии, а не мне… Моей заблудшей душе ты уже не поможешь… Да и на Ямайку у нас с Бернардо выбраться не получается… – Она вдруг умолкла, прислушиваясь. – Слышишь, объявляют посадку на самолет Флавии… Проводи ее прямо до пассажирского кресла во избежание непредвиденных случайностей…
   Джованна остановила на спутнице своей сестры встревоженный взгляд.
   – Почему она такая сонная? Ты что, подсыпала ей вчера какое-нибудь лекарство?
   Мирелла издала сокрушенный вздох.
   – Хорошего же ты обо мне мнения… – с горькой иронией протянула она. – Нет, я не спорю, мой нрав, конечно, не подарок… Но и на столь крутые меры я не способна… Не беспокойся, для того чтобы повернуть судьбу человека в ином направлении, иногда требуется всего лишь уговорить его посмотреть ночной рок-концерт… Флавия спала сегодня всего три часа, а я знала заранее, что для нее это чересчур тяжелое испытание… И потом, я ведь тебе говорила, что она уже несколько недель пичкает себя снотворным, так что подсыпать ей в чай какие-либо порошки просто не имело смысла…
   – Но если она так страдает из-за этого Анджело, может, тебе нужно было рассказать ей о своем плане, и она отправилась бы в Доминикану по доброй воле… – предположила Джованна.
   Мирелла подняла усталый взгляд к потолку.
   – А о чем, по-твоему, я беседовала с ней всю дорогу до Флоренции? Да я ей об этом Анджело все уши прожужжала… Все намекала на то, как ему будет одиноко в незнакомой стране… А она только: «Наверное, ему необходимо побыть одному», «Возможно, это путешествие поможет ему лучше узнать самого себя»… Узнать самого себя… Смех, да и только… Ты слышала когда-нибудь, чтобы мужчины в целях самопознания отправлялись развлекаться на Карибы? Нет, без моего вмешательства она никогда бы не решилась поехать к нему… Поэтому оставим все, как есть… Ей же на благо…
   – Но ты ведь не знаешь, в каком отеле он живет, – возразила Джованна. – Вдруг им даже не удастся встретиться…
   – Я знаю, что он отправился в Санто-Доминго, и этого достаточно, – не задумываясь, ответила Мирелла. – Этот город не столь огромен, так что они встретятся, не сомневайся… Если, конечно, этого захочет Его Величество Случай, – философским тоном добавила она. – Поэтому предоставим действовать ему.
   Джованна с сомнением покачала головой и осторожно взяла Флавию под руку.
   – Идем, я помогу тебе с багажом… Ты сегодня не в лучшей форме…
   Мирелла сняла с уха Флавии один из наушников и проговорила на прощание:
   – Желаю хорошо отдохнуть… Несмотря на возможные неожиданности…
   Флавия слабо улыбнулась в знак благодарности.
   Какие там могут быть неожиданности? – подумала она, направляясь следом за Джованной. Шикарный курорт, бульвар Променад, различные фестивали, модные дефиле, площадки для гольфа… И самое главное, все это далеко, очень далеко от Ареццо… От Анджело… От его безразличного, словно невидящего меня взгляда…
   Последнее, что запомнила Флавия перед тем, как погрузиться в сон, было удаляющееся лицо Джованны.
   Кажется, я и вправду в последнее время переборщила со снотворным, подумала она, откидываясь на спинку кресла. И в тот же миг перед ее глазами один за другим стали проплывать расплывчатые, хаотичные образы и события прошлого…
   Сначала это было улыбающееся лицо Руджеро в апартаментах шикарного отеля на Сейшелах… Вот оно поворачивается в разные стороны, разглядывая их огромный номер, предназначенный для новобрачных… Вот оно медленно склоняется над нею, и Флавия видит, как приближаются к ее губам чувственные, красиво очерченные губы… Но вот комната отеля уступает место залитому ярким светом залу небольшого кафе, за столиком которого она видит Руджеро в обществе худощавой девушки с распущенными волосами. И вот все те же красиво очерченные губы приближаются теперь к призывно приоткрытым губам этой незнакомки…
   А потом Флавию заслоняет от них густой, неведомо откуда взявшийся туман, из которого несколько мгновений спустя появляется… долгожданное лицо Анджело… Долгожданное, как во сне, так и наяву… Долгожданное с тех самых пор, когда она впервые случайно увидела его в университете Флоренции… Когда поняла, что больше уже не сможет жить так спокойно и безмятежно, как раньше, не видя этих излучающих таинственный свет зеленых глаз и этой тонкой, едва заметной улыбки… Это было волшебство, которое всего лишь за одно мгновение изменило ее жизнь… И как только на одной из студенческих вечеринок она познакомилась с обладателем этой улыбки, она поняла, что жизнь ее не только изменилась, она покатилась в бездонную пропасть, из которой ей уже не найти возврата… Остается только падать. Падать, стараясь ни на секунду не упустить из виду эту волшебную улыбку…
   Именно это и происходило с нею, когда они гуляли с Анджело по вечерним улицам Флоренции, целуясь в ярких отблесках витрин… Именно это происходило с нею, когда в один из таких вечеров он не пришел на свидание… Именно это происходило с нею, когда она поняла, что он избегает ее… Избегает, потому что увлекся ее сокурсницей, с которой теперь проводит принадлежавшие когда-то только ей вечера… Именно это происходило с нею, когда она решилась на отчаянный поступок и солгала ему, что ждет от него ребенка, а в ответ услышала сдержанное: «Если решишь его оставить, я буду помогать»… Именно это происходило с ней, когда она призналась ему в своем обмане и он бросил: «Хотя ребенок и не заставил бы меня вернуться, я все же сохранил бы привязанность к тебе… Но теперь у тебя нет ни малейшего шанса…».
   И даже после той, последней встречи ее падение все еще продолжалось… Оно продолжалось даже тогда, когда Флавия вернулась в свой родной Ареццо, где унаследовала от деда табачную лавку… Флавия знала: ничто не может остановить это падение… Никто не сможет поймать ее на лету и удержать, пока она еще не достигла дна… Никто, кроме Анджело… Которого она встретила в Ареццо через два года после расставания… В первую встречу он сообщил ей о своем намерении жениться на девушке, которая живет в этом городе. Во вторую – о своем очередном разочаровании в любви и решении остаться в Ареццо, где ему предложили должность менеджера одной из производственных фирм. Оба раза он держался корректно и отчужденно. Как, впрочем, и во время их последующих встреч на протяжении последних трех лет, местом которых стала лавка Флавии. Анджело выбрал именно ее лавку для ежедневной покупки сигар, и Флавия подозревала, что он сделал это вовсе не из-за предпочтения знаменитой доминиканской марки, а просто чтобы досадить ей своим непоколебимым равнодушием, а также весьма частыми появлениями в обществе очередной пассии. В ответ на которые она без раздумий приняла предложение руки и сердца недавно переехавшего в их город Руджеро Арентини. Но, как показало время, досадила этим она вовсе не Анджело…