Она кивнула, не сводя с него испуганных глаз. Несколько минут было тихо, а потом, осененный внезапной догадкой, Слант воскликнул:
   – Компьютер, когда я бегал по коридору, почему мне пришлось спрашивать у тебя, что делать? Разве меня не учили уходить от погони внутри помещений?
   – Подтверждение. Тренинг киборга включал в себя тактику бегства. Причина дисфункции киборга неизвестна.
   Вот не было печали! Без своего тренинга он не более чем обычный человек, немного, правда, сильнее и проворнее, но ненамного. Может, установка снашивалась с течением времени или что-то ее подавляло?
   Слант понятия не имел, что происходит, и у него не было ни малейшей возможности это выяснить. Он даже не знал, какая из суперкомпетентных функциональных его личностей верст верх в каждый данный момент.
   Обдумав ситуацию, он так и не пришел к какому-либо решению. Его пленница пошевелилась, стараясь устроиться поудобнее Прошло еще несколько долгих минут.
   И тут в дверь неожиданно постучали. Киборг, напрягшись, замер, зажав девушке рот. Когда стук прекратился, и он услышал звук поворачиваемого в замке ключа.
   Что-то тут было не так: ключ находился внутри и все еще торчал в замке. Он же своими руками закрыл дверь и оставил его там. Если бы имелся второй ключ, им пришлось бы вытолкнуть этот, а звяканье металла об пол – достаточно резкий звук, чтобы пропустить его.
   Может быть, это в другой двери?
   Нет, звук исходил от двери, через которую он вошел. По-прежнему прижимая девушку к кровати, он приподнялся на локте и из-за полуободранной занавески поглядел на дверь.
   Ключ сам собой поворачивался в замке, успев, пока Слант смотрел, совершить полный оборот, и замок, щелкнув, открылся. Затем ключ выплыл из замочной скважины и упал на пол.
   Ему даже не понадобился компьютер, чтобы понять – антигравитационная магия.
   Слант рывком вскочил на ноги, снова коммандос, с автоматом в руках. В его сознании, хладнокровно фиксировавшем происходящее, мелькнуло: не захватить ли женщину – хозяйку комнаты в качестве заложника? Но он понятия не имел, насколько ценится здесь человеческая жизнь, и так и не пришел ни к чему.
   На ходу сняв автомат с предохранителя и дав залп из снарка в сторону двери, он одним прыжком оказался у дальней стены – как можно дальше от девушки, чтобы она не сковывала его действии.
   Обшивка двери исчезла в клубах коричневой пыли: стрелка не доходила до отметки «максимум», и потому луч не прошил дверь насквозь – лишь оставил на ней овальный безобразный шрам. Оседающая пыль погрузила и без того полутемную комнату в настоящие потемки, и Слант воспользовался этим, чтобы перехватить оружие из одной руки в другую.
   Теперь снарк, действующий на небольшом расстоянии и с ограниченным зарядом энергии, он держал левой рукой, а незаменимый сейчас автомат сжимал, примерившись к спусковому крючку, в правой. Автомат был снят с предохранителя, но стрелять Слант медлил, не зная, с чем имеет дело. Глупо пытаться прокладывать себе путь огнем не видя.
   Внезапно темноту рассеяло желтое живое свечение у двери – она распахнулась, и на пороге возникла облаченная в черную мантию фигура, держащая в высоко поднятых руках жезл. Свечение исходило именно от этого жезла, и Слант снова кожей ощутил покалывание электрических разрядов, точно такое, как тогда, в палате Совета. За магом – сомневаться в том, что это был именно он, не приходилось – стояли еще три человека, одетые как охрана Совета, с обнаженными мечами в руках.
   Слант ухватился за ручку двери, – той самой, на которую у него не хватило времени. Он стоял спиной к ней, но не решался оторвать взгляд от своих преследователей – посмотреть, открыта ли она.
   – Слант, как ты себя называешь, – проговорил маг, – пожалуйста, сдайся. Мы не сделаем тебе зла. Нет необходимости проливать кровь.
   – Черт побери, я не могу сдаться. Отойдите, или мне придется убить вас, – говорило его сознательное "я", в то время как коммандос в нем продолжал контролировать тело каким-то странно неудобным образом. Двумя пальцами он нащупал запор, но держа в той же руке снарк, не так просто было его отодвинуть.
   – Пожалуйста. Мы сможем тебе помочь. Я уверен, сможем.
   – Не подходите ко мне! Лучше убирайтесь из комнаты и закройте за собой дверь. И девчонку заберите!
   – Пожалуйста, ты не...
   Грохот выстрелов перекрыл мольбу мага – когда Слант выпустил в потолок предупредительную очередь.
   – Убирайтесь!
   Ему пришло в голову, что это может не понравиться компьютеру: он пытался выгнать этих людей, вместо того чтобы покончить с ними. Разве что, прежде чем компьютер предпримет соответствующие меры, у него хватит времени объяснить, что убийство сейчас сродни самоубийству.
   Маг отступил назад, странно поведя при этом жезлом, и Слант подумал было, что четверо тейшан действительно собираются уходить. Но вместо этого маг приказал:
   – Взять его.
   Слант понял, что, отступая, тот просто освобождал проход своим людям.
   Воины двинулись вперед, хотя наилучшей тактикой в данной ситуации было бы неожиданное нападение. Слант спустил курок; в комнате загремели выстрелы. И тут он увидел, как пули рикошетом отлетают от ничем не защищенных лиц на падающих!
   Издевательски доверительный голос мага покрыл грохот бессмысленной теперь стрельбы:
   – Мы защищены заклятиями, Слант, как ты себя называешь. Ты беспомощен.
   Так. Автомат им не страшен – как-никак они уже видели его в действии. И не где-нибудь, а в присутствии одного из магов – членов Совета города.
   Но чего они еще не видели, так это действия снарка. Может ли заклятие остановить нечто не столь материальное, как пуля?
   Одним движением киборг решительно вскинул снарк и нажал на спуск.
   Ближний нападающий находился на расстоянии не более шага, и когда луч врезался ему в грудь, хлынувшая оттуда кровь залила Сланта с головы до ног. Корчась в агонии, человек упал вперед в лужу собственной крови. Когда дыхание жертвы остановилось, в комнате воцарилась мертвая тишина. Никто не двигался.
   Молчание нарушил вопль ужаса – с той стороны, где на краю кровати сидела забытая всеми девушка. Слант обернулся к ней, машинально нажимая на спуск, и узкий смертоносный пучок света вонзился в руку, которую она подняла, прикрывая глаза. Слант еще успел испытать сожаление, но тут рукоять меча ударила его в основание черепа.

7

   Перед глазами плыли белые и золотые круги, в ушах монотонно гремели колокола компьютера: «...ога! Тревога! Тревога! Тревога!»
   – Заткнись! – крикнул он.
   Переждав немного, компьютер приступил к исполнению своих обязанностей:
   – Приведение киборга в сознание согласно инструкции крайне необходимо. Неизбежно временное устранение контакта киборга с кораблем. Немедленная оценка статуса и местонахождения киборга.
   В данный момент Слант столь же мало понимал, где находится, как и компьютер. Учитывая, что все виденное им передавалось на корабль, не было смысла докладывать о столь очевидных фактах, как тот, что он лежит на спине на тонком матрасе, глядя в потолок каменной камеры. Осторожно сев, он опустил ноги на пол.
   Затылок сдавило тупой болью, но, ощупав его, Слант не обнаружил крови, ни свежей, ни запекшейся. Там был только весьма ощутимый синяк.
   Оружие, естественно, исчезло. Скафандр и перчатки остались – или их заменили, а может быть, одели вновь, так как скафандр оказался весь перекручен на теле и еще более неудобен, чем Сланту помнилось.
   Далее он обнаружил, что камера заканчивалась металлической дверью с небольшим зарешеченным отверстием в ней. Заметил он это, когда в отверстии показалось бородатое лицо и спокойный голос спросил:
   – Кому ты кричал?
   – Своему личному демону.
   Человек подумал, потом спросил опять:
   – С тобой все в порядке?
   – Да, спасибо, если не считать того, что голова болит.
   – Ты кричал.
   – Не обращай внимания.
   – Хорошо. Я доложу Совету, что ты пришел в себя.
   Лицо исчезло, и Слант увидел другой каменный потолок, предположительно коридора.
   Оглядев небольшую камеру, примерно два на два, он сказал компьютеру:
   – Если не считать того, что меня схватили и я безоружен, со мной все в порядке. Вероятно, возможно бегство, поэтому предлагаю тебе подождать с моим уничтожением.
   – Подтверждение. Устранение коммуникационного контакта.
   Слант совсем не был уверен, что радуется оборвавшейся связи. Это значило, что в течение как минимум получаса у компьютера нет никакой возможности прикончить его, но, с другой стороны, он мог пригодиться. Или оказаться досадной помехой, как тогда, когда он в первый раз говорил с Советом.
   Однако времени на раздумья осталось немного, поскольку в окошке вновь появилось лицо, уже незнакомое, тоже с бородой, и чей-то голос возвестил:
   – Совет желает видеть тебя.
   Ключ со скрипом повернулся в замке, и дверь отворилась.
   Еще не время пытаться прорваться, сказал себе Слант, хотя не сомневался, что легко справится с конвоиром-одиночкой. Но он ведь не знает, где находится. Впрочем, куда его ведут, он догадывался, полагая, что аудиенции назначаются, как правило, в палате заседаний Совета. Беседа или даже допрос могут дать ему необходимые сведения – ведь вопросы так же выдают информацию, как и ответы. И, наконец, он надеялся отыскать свое оружие. Ему совсем не улыбалось оставлять его в руках тейшанских магов.
   Что им стоит воспроизвести его, а потом пустить в массовое производство?
   Поэтому он мирно следовал за охранником. Как только они прошли несколько шагов коротким коридором, к ним присоединились еще двое с обнаженными мечами и молодой человек в черном, вероятно, маг.
   Да, обращаясь со своим опасным узником, тейшане не оставляли больше ничего на волю случая. Вернее, они так считали. Коммандос в нем уже оценил обстановку: если бы он мгновенно занял место одного из конвоиров, клинки в их руках оказались бы скорее помехой, чем преимуществом, позволив ему сконцентрироваться на внезапном уничтожении мага и бегстве. Шансы, вероятно, даже выше, чем пятьдесят на пятьдесят.
   Тем не менее время еще не пришло, ему хотелось попасть на Совет.
   Предположение, что камера его находилась где-то под землей, полностью подтвердилось, когда ему и его провожатым пришлось подняться на несколько пролетов вверх по освещенной факелами лестнице, а потом петлять по целому лабиринту почему-то полутемных коридоров. Залу заливал дневной свет, а это означало, что он пробыл без сознания несколько часов. Интересно, почему, даже если его отвлекли, он оказался столь несобран, что упустил движение противника и позволил вырубить себя?
   Семеро советников, как и раньше, сидели вокруг мраморного стола.
   Подойдя к ним, он вежливо кивнул, но на колени не опустился. Вряд ли это пристало военнопленному.
   В наступившем молчании он снова почувствовал, как кожу его щекочут и покалывают электрические разряды. Иных свидетельств применения магии не было, и Слант понял, что сейчас они изучают его самого, причем с тем же напряжением, с которым изучали до этого его автомат.
   Молчание прервал белобородый старик, сказавший:
   – Здравствуй, Слант, как ты себя называешь. Ты говорил с нами раньше и лгал нам. Скажешь ли ты правду на этот раз?
   – Это зависит от многих обстоятельств.
   – В основном, я полагаю, это зависит от металлического демона в твоей голове. Хотелось бы тебе от него избавиться?
   Слант задумался. Он знал, что Совет ожидает услышать «да», но знал также, что компьютер получит запись всех его разговоров, когда выйдет на связь. Сможет ли он вычислить, какой демон имеется в виду, неизвестно, но зато он достаточно ясно дал понять киборгу, что не желает, чтобы вражеский персонал копался в его черепе. Может быть, удастся убедить компьютер, что он просто ломает комедию, выжидая, пока представится возможность бежать.
   Ведь советники заявляли, что могут отличить ложь от правды, а значит, если он солжет, они все равно узнают настоящий ответ.
   Или нет? Правда состояла в том, что он и сам не знал, чего хочет. Он ненавидел компьютер с его вмешательством в его жизнь и постоянными угрозами, но привык к нему. Это был единственный контакт с потерянным домом и единственный товарищ за одинокие четырнадцать лет. Потерять его – значит навсегда лишиться прошлого.
   Лишиться прошлого... Что ж, он может начать заново и построить жизнь, основанную на реальности, а не на давно проигранной воине.
   Совет ожидал ответа.
   – Да, – выговорил наконец. Слант. – Хочу, – а про себя добавил то, что, как он надеялся, тоже попадет в файлы, когда, тот снова выйдет на связь: «Я просто играю для их успокоения».
   – Вижу, ты говоришь правду. Ты не боишься гнева демона?
   – Демон никогда не спит, всегда бдительно наблюдает за мной. Он смотрит на меня и в эту самую минуту. – Слант заметил, что по мере практики все более свободно владеет языком.
   – Почему ты лжешь? – Старик, казалось, устал.
   – Демон получает запись всего, что я делаю или говорю.
   – А, теперь я слышу правду. И, мне кажется, понимаю тебя. Слушай, Слант, мы очень заинтересованы в тебе. За всю историю Тейши здесь не появлялся никто, подобный тебе. Тем не менее ты не способен говорить или действовать свободно, и мы не можем общаться с тобой, пока ты одержим демоном. Вот почему я спрашиваю о той штуке у тебя в голове. Если мы освободим тебя, ты будешь помогать нам?
   Автоматически сработал инстинкт самосохранения, и он выпалил:
   – Нет, я верен Древней Земле и не стану служить тем, кто ищет ее разрушения.
   – Что? – Лицо мага выражало полную растерянность.
   Женщина средних лет, которой он отдал автомат во время первой аудиенции, спросила:
   – Что это за бред о Древней Земле?
   – Не обращай внимания, это не важно, – сказал ей старик.
   – Но...
   – Об этом мы сможем поговорить позднее. Наша первоочередная задача – устранить демона, который контролирует этого человека. Скажи, Слант, смотрит ли демон на тебя сейчас?
   – Думаю, да. – Он уже был абсолютно уверен, что маги расслышат в этих словах ложь, как и во всех прочих.
   – Ты можешь определить, когда он контролирует тебя, а когда нет?
   – Нет.
   Интересно, как работает прибор, устанавливающий правду. Это не просто какая-то вариация детектора лжи – тело его отрегулировано так, что ложь не отражается ни на пульсе, ни на дыхании. Еще одна загадка «колдовства» магов. И где спрятаны их приборы? Может быть, в столе или под этими развевающимися мантиями?
   – Он скоро вернется?
   Слант прикинул, сколько прошло с тех пор, как он потерял контакт, и правдиво ответил:
   – Примерно через десять минут.
   Старик повернулся к своим соратникам, и они недолго о чем-то шептались между собой. Потом он вновь обратился к Сланту:
   – Как зовут твоего демона?
   Сланту вопрос показался чуточку странным, а впрочем, безобидным.
   – Система Компьютерного Контроля Автономного Разведывательного Комплекса 205, – ответил он на своем родном языке.
   – Так длинно? И на таком странном наречии? Это его настоящее имя или условное обозначение?
   Слант задумался и внезапно осознал, что в действительности вопрос не так уж странен и безобиден. Он может оказаться жизненно важным, если только ему удастся дать на него тот ответ, какой нужен советнику.
   – Так он зовется. Я не знаю его освобождающего кода, того, что вы называете настоящим именем.
   – Жаль.
   Слант пожал плечами. Если бы он знал код, ему не понадобились бы никакие маги.
   – Этим утром ты убил человека.
   Внезапная перемена темы застала его врасплох.
   – Мне очень жаль, – пробормотал он, вспомнив страшную сцену в спальне верхнего этажа, и спросил в свою очередь: – А что с девушкой? Будет она жить?
   – Да, будет. Но она потеряла руку, и мы не уверены, что сможем восстановить ее.
   – Мне очень жаль, правда.
   – Откуда у тебя такое оружие? Мы никогда не слышали ни о чем подобном.
   – Прежде чем попасть сюда, я никогда не встречался с магией.
   – Ты не ответил на вопрос.
   – Я привез свое оружие с собой.
   Он не собирался позволить компьютеру прикончить его за сотрудничество с врагом в этом вопросе. Ответы на подобные вопросы вряд ли пойдут ему на пользу, тогда как те, которые касаются компьютера, могут привести к освобождению.
   Старик сменил тактику:
   – Почему ты пришел сюда?
   – Куда?
   – В Тейшу.
   Ответ на этот вопрос мог оказаться аргументом в последующем разговоре с компьютером, поэтому он ответил:
   – Демон послал меня выяснить, что такое магия.
   – Для чего ему это?
   – Не знаю.
   Советник отвернулся – еще для одной дискуссии шепотом. Слант просто глядел перед собой и никак не отреагировал, когда инициативу перехватил компьютер:
   – Запрос: доложить обстановку.
   – Мне кажется, я нахожусь в центре местного управления, и меня допрашивает правящий Совет. Я надеюсь получить информацию о гравитационных отклонениях из постановки вопросов.
   – Описанный подход не рекомендуется. Желательные меры: бегство с последующим расследованием в другой местности с наличием гравитационных аномалий, представляющих собой результаты вражеских исследований в военной области.
   – Что? Где?
   – Соответствующие скопления обнаружены в различных точках данной планеты. В настоящий момент идентифицировано одиннадцать таких точек.
   – Стоит ли? Мы уже потратили здесь уйму времени! – Сланту совершенно не хотелось начинать заново. Особенно если учесть, что магам в других местах может и в голову не прийти сразиться с его личным демоном. Он изо всех сил пытался найти убедительный довод в пользу того, чтобы остаться, а между тем компьютер выдал очередную рекомендацию:
   – Приготовиться к бегству. Корабль приземлится поблизости от киборга и обеспечит прикрывающий огонь.
   – Что? Рядом с дворцом?
   – Подтверждение.
   – Он же разнесет полгорода! Разве это так необходимо?
   – Почему демона интересует наша магия? – разговор шепотом закончился только теперь, и белобородый маг вновь обернулся к Сланту.
   – Максимум возможного разрушения имеет высокую ценность как отвлекающий маневр и мера уничтожения и соответствует стандартной процедуре.
   – Этого я не знаю, – сказал киборг вслух и одновременно телепатически спросил компьютер: – Могу я предупредить этих людей? Как гуманный жест это имело бы большое пропагандистское значение.
   – Наша магия намного отличается от его собственной? – продолжал маг.
   – Подтверждение, – ответил компьютер на предшествующий запрос Сланта.
   – Выслушайте меня! Через несколько минут мой корабль собирается прийти за мной. Он разрушит все, что попадется ему по пути. Он может превратить в руины весь город. Я предлагаю вам немедленно уходить отсюда и искать укрытия, – Слант прокричал свое предупреждение громко, медленно и отчетливо, так, чтобы его уяснил каждый из находившихся в зале, несмотря на всю суматоху.
   Выступив на шаг вперед, охранники попытались схватить его, один из них закричал:
   – Мы его держим! На этот раз не уйдет!
   Но они просчитались, полагая, что Слант обычный человек и на ответные действия ему потребуется время. Синапсы человеческой нервной системы передают импульсы от одной клетке к другой и служат при этом для того, чтобы замедлить их передачу к мозгу и от него. Нервную систему Сланта полностью изменили, все синапсы были перекрыты мостами или уничтожены, так что время его реакции исчислялось не сотыми, а миллионными долями секунды.
   Будь он обычным человеком, такое напряжение оказалось бы просто непосильным для его тела и мозг попросту отключился бы. Но киборг, с его укрепленным сталью скелетом и измененной структурой мускулов, не был обычным человеком. За те несколько секунд, что понадобилось бы простому смертному для уяснения сказанного, Слант передал контроль коммандос внутри себя и уже двигался, причем с нечеловеческой скоростью.
   Ребро его правой ладони ударило одного охранника в живот, нанося серьезные, может быть смертельные повреждения, а каблук левой ноги достал солнечное сплетение второго охранника. Этот маневр развернул его на сто восемьдесят градусов, и киборг оказался лицом к лицу с третьим и последним членом конвоя, тем самым, который вывел его из камеры. Этот среагировал на внезапное нападение так, как привык реагировать, – то есть потянулся за мечом.
   А это открывало Сланту целый спектр действий.
   Правая рука, протянутая за мечом, оказывалась вне игры и блокировала движения левой, так что вся правая половина тела воина оставалась незащищенной. Смутно сознавая, что его основная личность не желает убивать без нужды, Слант отказался от ряда смертельных или калечащих ударов и ограничился тем, что двинул охранника в висок. Тот сразу рухнул, потеряв сознание, но это пройдет без последствий, если не считать легкого головокружения.
   В комнате оставались еще двое охранников у входа и восемь магов. Ни один из них не угрожал ему – по крайней мере, пока.
   Поглощенный делом, Слант отчетливо сознавал: сейчас нужно заполучить оружие и бежать. Но ни автомата, ни какой-либо огнестрельной вражеской штуки он не обнаружил, а сражаться архаичным мечом – не стоило труда. Нож, гаррота или любое другое приспособление, используемое в шпионаже, были бы ему больше по вкусу.
   Оставалось одно – бежать, но он все еще не знал точно, куда приземлится корабль. Неплохо бы выбраться отсюда раньше, чем он продырявит потолок.
   Это означало, что выходить придется через охраняемую дверь.
   Охранников не застанешь врасплох – они находились далеко в другом конце комнаты и успеют сориентироваться. Он не сможет даже достаточно быстро преодолеть разделяющее их пространство. А потом, даже если он начнет разбираться с первым, второй успеет добраться до него. Значит, необходимо какое-то метательное орудие, нечто, что отвлекло бы их.
   Но прежде всего – убраться подальше от поверженных стражей и мага, чтобы те не путались под ногами. Приняв это решение еще до того, как вывел из строя последнего охранника, Слант использовал ножку стола как опору для последующего рывка, но не к двери, а к ближайшей стене. Деревянная скамейка вполне сойдет за дубину, если не подвернется ничего лучшего, а лампы на стене могут оказаться прекрасными метательными снарядами.
   Но стены Слант не достиг. На полпути он споткнулся, хотя не увидел, кто подставил ему подножку, и упал. Сгруппировавшись еще в момент падения, он приземлился на пол на четвереньки, но, попытавшись совершить еще один рывок, обнаружил, что не способен этого сделать. Что-то придавливало его к полу.
   Опять маги. Он бы уничтожил всех, вставших на его пути, но каким образом?
   Будучи не в состоянии пошевелиться, Слант не мог атаковать, а помощь была все еще слишком далека. Он попытался определить источник сдерживающего его энергетического поля, но не видел и не слышал ничего существенного, только чувствовал по всему телу знакомое покалывание электрических разрядов.
   Он мысленно оценил свои ресурсы.
   Черный защитный скафандр покрывает его с головы до колен. Ремень снаряжения – без какого-либо снаряжения теперь – у него на талии. Еще перчатки и тяжелые ботинки – и ничего больше. Ботинки и ремень могут оказаться полезными, но когда киборг попытался расстегнуть пряжку ремня, ничего не получилось – он будто окаменел.
   Не оставалось ничего иного, кроме как ждать, пока за ним придет корабль. А для ожидания коммандос уж вовсе не был приспособлен и потому отключился, – и Слант вновь оказался предоставленным самому себе, стоящему на четвереньках посреди мраморной залы, в нескольких метрах от потерявших сознание, выведенных им из строя троих охранников.
   Стоявшие у дверей только теперь сообразили, что происходит, и, выхватив мечи, в нерешительности переводили взгляд с членов Совета на Сланта и обратно.
   – Мы держим его. Оставайтесь на месте, – спокойно произнесла женщина средних лет.
   Слант все еще пытался сориентироваться; его узкоспециализированные функциональные "я" действовали зачастую с такой быстротой, что время, казалось, замедлялось. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, что коммандос в нем контролировал ситуацию не более десяти секунд к в запасе остается еще несколько минут, прежде чем корабль достигнет города. И когда в голове у него окончательно прояснилось, он закричал советникам:
   – Отпустите меня! Дайте мне выйти отсюда! Через несколько минут от вас живого места не останется!
   Маги недоуменно поглядели друг на друга, и по его коже вновь пробежал электрический ток, но никто не ответил ему, а он все еще не мог пошевелиться.
   – Послушайте, я прошу прощенья за то, что произошло. Никто из них не убит. Это была всего лишь самозащита. Уходите отсюда! Скорее! Вы все погибнете! Он уничтожит всех!
   – Не понимаю, – сказал старик. – Что уничтожит это место? Мы не видим никого, кроме тебя, а твое оружие мы забрали.
   – Мой корабль! Он будет здесь с минуты на минуту.
   Лица их все еще выражали недоумение.
   – Вы же видите, я не лгу! Мой звездолет! Вы что, не понимаете, что это значит? Это – из Тяжелых Времен, такой же корабль, как тот, что стер с лица земли половину вашего мира триста лет назад!
   – Ты хочешь сказать, небесная машина?
   – Да, небесная машина, машина смерти.