Андрей Валентинов. ...Выше тележной чеки

Андрей ВАЛЕНТИНОВ
 
…ВЫШЕ ТЕЛЕЖНОЙ ЧЕКИ

Глава первая. Харпийские Ворота

   – Кей, засада!
   Велегост невольно поморщился – сторожевой кмет кричал слишком громко. Парень попал в войско не так давно, и, похоже, слегка растерялся. Кей привстал в седле и поглядел вперед. Горы, седловина, узкая дорога ведет в ущелье… Если и быть засаде, то именно здесь.
   – Хе? – Хоржак был уже рядом, круглое лицо улыбалось, щерились крупные зубы. Сотник напоминал голодного зверя, почуявшего дичь.
   – Погоди! Остановимся…
   – Стригунок! Что случилось? – Кейна Танэла, ехавшая впереди, у Стяга, возвращалась, лицо казалось озабоченным, в серых глазах – тревога. – Говорят…
   – Харпы! – Велегост улыбнулся как можно беззаботнее. – Помнишь, мы все гадали, как нас встретят? Вот и встречают!..
   «Стригунком» – молодым необъезженным жеребенком – он был для старшей сестры с самого детства. Она же, приемная дочь Светлого Кея Войчемира, была для него попросту «апа» – «матушка». Родная мать, Светлая Кейна Челеди, не очень жаловала младшего сына…
   – Кей! Кей!
   Хоржак, успевший съездить к передовой заставе, возвращался, желтоватые зубы хищно скалились.
   – Говори!
   Сотник спрыгнул с коня, потер руки:
   – Их сотни две. Копья, клевцы, луки. Щитов – и тех нет! В общем – мясо! Дай мне четыре десятка…
   Велегосту вспомнилось лицо отца. «Не спеши, сынок, не спеши! Харпы – они того, харпы и есть…»
   – Пошли человека, – решил он. – Пусть скажет этим медведям…
   Сотня спешилась – намечался короткий отдых. Велегост присел прямо на траву, рядом устроилась сестра, а поблизости, словно случайно, оказались шестеро кметов, образовав широкий круг. Охрана, выученная Хоржаком, службу знала. Велегост оглянулся, надеясь увидеть Айну, но девушки рядом не оказалось. Наверно, в передовой страже, она, кажется, еще с утра просилась…
   Сестра пыталась завязать разговор, но Велегост лишь покачал головой. О чем говорить? Все и так ясно!
   Для сестры он был «Стригунком», для отца и брата «младшим», для матери же – «Кеем Велегостом». Светлая Кейна Челеди не любила младшего сына. Лишь Дий Громовик да Матерь Сва ведали – отчего. Правда, поговаривали в Кеевых Палатах, что не может Челеди забыть первого мужа – славного воителя Кея Сварга, и будто старший сын – тоже Сварг, не от Войчемира, недаром родился через три месяца после свадьбы. И Кейну Танэлу, приемную дочь, не очень привечала, поэтому и сошлись младший брат и старшая сестра.
   Любимцем был Сварг – черноволосый, веселый, скуластый. «Огрин» – звали его за глаза, но вслух говорить боялись. В младшем же, всем на удивление, казалось, нет ни капли огрской крови. Старики, помнившие давние годы, шептали, будто Велегост – сколок со своего деда, Кея Жихослава. Впрочем, говорили об этом недолго. После несчастливой охоты, когда разъяренная рысь исполосовала в клочья лицо Кея, его лишь жалели. Тихий мальчик, спокойный, вежливый – ни друзей, ни приятелей. Только сестра, да верный Хоржак, которого приставили к маленькому Велегосту с самого детства, дабы хранил и оберегал Кея. Так и жил младший сын Светлого до четырнадцати лет, пока не опоясали его дедовским мечом и не послали в спокойную тихую Тустань. Куда же еще посылать мальчишку – не на полдень же, где, что ни год, появляются румские галеры! И никто не ведал о Меховых Личинах, которые, словно снежная буря, обрушатся на сиверов с полночи, о Битве Солнцеворота, и о том, что из Тустани вернется не Стригунок, не тихий мальчик с изуродованным лицом, а Кей Железное Сердце – Меч Ории…
   Словно из-под земли, вынырнул Хоржак. Велегост неторопливо встал.
   – Хе! – теперь усмешка сотника была злой. – Они говорят, что это их земля, и они не знают никаких Кеев. Пропустят, если сдадим оружие. Кей, дозволь!
   Велегост еще раз окинул взглядом близкие горы. Не хотелось начинать так. Но, видать, доведется…
   – Хоржак! Слева – вершина, та, где леса нет. Туда – двадцать стрелков с гочтаками. Справа – ложбина, там, кажется, есть тропа…
   – Кей! – сотник обиженно хмыкнул. – Уж не маленький, догадаюсь! Пленных брать?
   По голосу сотника было ясно – пленных брать он не собирался. Велегост вздохнул – порой он и сам начинал побаиваться верного слугу. А ведь еще вчера вместе в бабки да салки играли!
   – Всех, кто бросит оружие – сюда. И – старшего! Поглядим, кто все это затеял!
   Хоржак недовольно покрутил головой, буркнул: «Есть!» и вскочил на коня. Рядом зашумели кметы, предвкушая близкий бой. Велегост невольно усмехнулся – соскучились! Уже полгода, как не обнажали мечи. С той самой ночи, когда упал на снег последний враг в меховой личине.
   Десятники негромко отдавали приказы, кметы строились, и вскоре вокруг Кея осталась лишь недвижная охрана. Сам Велегост не спешил. Он уже успел хлебнуть крови и не рвался в первую же схватку. К чему? Еще успеется, этот бой, похоже, только первый…
   И тут впереди послышались крики. Далеко – там, где был враг. Велегост недоуменно переглянулся с сестрой. Атакуют? Эти медведи что, с ума сошли?
   Рука была уже на уздечке. Миг – и Кей взлетел в седло. Белый огрский конь, подарок старшего брата, нетерпеливо заржал, перебирая копытами. Рядом бесшумно, привычно садилась на коней охрана.
   – Жди здесь! – крикнул он сестре и помчался вперед, туда, где кричали. Дорога расступилась, деревья сменились густым кустарником, и вот впереди показался заросшее лесом ущелье…
   – Кей! – Хоржак оказался рядом, схватил белого за повод. – Гляди!
   Из леса выбегали люди – много людей. На них не было доспехов, только длинные меховые куртки без рукавов. Велегост успел удивиться – и не жарко им летом! – но тут же заметил: оружие! У каждого было копье или клевец, кое-кто держал в руках лук, а некоторые имели и кое-что посерьезнее – секиры. Кеевы кметы уже строились, готовясь встретить врага. Стрелки деловито заряжали гочтаки.
   – Целься! – прошелестело по рядам. Сейчас враги пересекут невидимую черту – черту Смерти, и рой «капель» из «свиного железа» помчится навстречу. И тут случилось нечто еще более странное – один из бегущих остановился и бросил копье. За ним другой, третий…
   – Стой! Не стрелять!
   Он крикнул, боясь опоздать. Похоже, боя не будет. Рядом недовольно заворчал Хоржак, но Велегост лишь мотнул головой. Сдаются! И хорошо, да только непонятно. Почему эти медведи сбежали вниз, почему просто не ушли?
   Теперь оружие бросили все – сотни полторы в одинаковых куртках мехом наружу. Войско превратилось в толпу – безоружные парни уныло стояли на солнцепеке, ожидая своей участи. И тут совсем близко, на опушке блеснула сталь.
   Стрелки вновь подняли гочтаки, но Велегост жестом остановил кметов. Вот оно в чем дело!
   Тех, кто вышел из леса, было немного, десятка четыре, но это была не толпа – войско. Стальные латы, шлемы, длинные мечи и даже, кажется, гочтаки. Кей переглянулся с Хоржаком. Выходит, и здесь нашлись друзья! Интересно, кто?
   Один из латников вскочил на коня и помчался вперед, прямо на толпу в мохнатых куртках. Испуганный крик – кто-то упал под копытами, но всадник, не обратив внимания, гнал коня дальше. И тут Велегост с изумлением понял – мальчишка! Лет четырнадцати, не старше!
   – Не стрелять! – на всякий случай повторил он и ударил белого каблуком. Всадник был уже близко, и Велегост решил встретить его на полдороге.
   – Чолом, Кей!
   Из-под стального шлема улыбалось безусое мальчишеское лицо. Велегост улыбнулся в ответ:
   – Чолом! Ты меня знаешь?
   – Знаю, Железное Сердце! – глаза мальчишки стали серьезными. – Ты – сын Светлого Кея Войчемира и его наместник!
   Велегост невольно дотронулся до изуродованного лица. Да, узнать нетрудно…
   – Я Ворожко сын Добраша, дедич тамги Барсука. Извини, кажется не дал тебе перестрелять это быдло!..
   Он обернулся туда, где толпились сдавшиеся.
   – Холопы посмели взяться за колья! Ничего, сейчас живо очухаются! Рада решила не пускать тебя к харпам. Эти скоты вообразили, будто могут приказывать Кеям!
   – Рада?
   С трудом вспомнилось: дядя Ивор, кажется, говорил о том, что харпы не очень почитают дедичей, и правит ими Рада – сход всех сельских громад…
   – Но мы, дедичи харпийские, решили объяснить им, кто хозяин в Крае. Я привел своих легеней, остальные подойдут чуть позже…
   Внезапно Велегост понял – вот он, ключ к Харпийским Воротам! Вольные громады не желают пускать наместника из Савмата. Но дедичи верны Кеям. Отец рассказывал: так было у волотичей, у сиверов, в Валине. Именно так Кеи покорили Великую Орию.
   – Мы, дедичи, никак не можем объединиться, – невесело усмехнулся Ворожко. – Но теперь, когда ты здесь, Кей… Разреши, я разберусь с этим стадом!
   Он кивнул в сторону сдавшихся, и в молодых глазах блеснула ненависть.
   Велегост поглядел на тех, кто осмелился заступить ему путь. Теперь, вблизи, они казались жалкими – козопасы, пытавшиеся остановить Кеево войско.
   – Никого не убивать! Пусть вернутся домой – и всем расскажут!
 
* * *
 
   Лагерь разбили тут же, возле ущелья. «Легени» Ворожко заняли проход, но Велегост распорядился выставить и свои посты. Береженого и Дий бережет! В чужой земле нельзя верить никому.
   Возле костров почти никого не было. С ужином покончили быстро, и теперь вся сотня, оставив часовых, разбрелась по опушке. Велегост остался – не хотелось ни гулять, ни разговаривать – даже с Танэлой.
   …Ранней весной, когда по велению Светлого Кей Железное Сердце привел свои войска из далекой Тустани, из-за Денора пришла нежданая весть – Великий Хэйкан Тобо-Чурин сын Алая тяжко болен. И сразу же стало ясно: начинается что-то необычное – и очень важное.
   Прежде всего в Савмат приехал Сварг. Старший сын в последнее время редко бывал в родных краях, месяцами пропадая у своих огрских родичей за Денором. Велегост догадывался – не зря. Боги не даровали детей Тобо-Чурину, и Белый Шатер мог опустеть в любой день. Кей Сварг, сын Челеди, внук Великого Хэйкана Ишбара устраивал всех – и огров, и сполотов.
   Об этом шептались давно, но вскоре стало ясно: Белый Шатер – только начало. «Огрин» целыми днями беседовал с матерью, звал на совет Кеевых мужей, говорил с
   отцом, и вскоре по Палатам пронесся слух: Светлый Кей Войчемир завещает Железный Венец старшему сыну, чтобы тот смог править по обе стороны Денора…
   Так ли это, Велегосту узнать не довелось. Его вызвал отец, но разговор пошел не о Белом Шатре и не о Венце. Младшего сына, только что прославившего свой меч в Битве Солнцеворота, отправляли на край земли – к харпам. И не одного – вместе со старшей сестрой, с той, кто мог поддержать его в споре за Венец.
   Всю дорогу они говорили об этом с Танэлой, и «апа», как могла, успокаивала младшего брата. Но обида не проходила, становясь все сильнее. Велегост хорошо помнил, что случалось с теми, кто проигрывал спор. Дед Жихослав, дядя Рацимир, дядя Валадар, дядя Сварг, дядя Улад… Отец выжил чудом. А что ждет его? На чью милость может рассчитывать Кей Железное Сердце? Матери? Брата?
   Один раз, не выдержав, Велегост заговорил об этом с Хоржаком – и тут же испугался. Сотник, внезапно став очень серьезным, без привычных шуточек и ухмылок заявил, что Кеевы мужи в Савмате не хотят «Огрина», не желают, чтобы давние враги из-за Денора правили в столице. А главное, этого не хочет войско. И стоит Велегосту намекнуть…
   Кей велел Хоржаку замолчать, но разговор запомнился. Стоит ему намекнуть… И дядя Ивор тоже говорил об этом!
   – Кей!
   Хоржак, легок на помине, вежливо кашлянул, а затем самым невинным тоном поинтересовался, ставить ли Кею шатер.
   В эти теплые ночи Велегост спал просто на траве, завернувшись в плащ. Но в шатер к нему могла прийти Айна…
   Не дождавшись ответа, Хоржак хмыкнул и, обернувшись к охране, строгим голосом велел ставить два шатра. Велегост уже знал – шатер для сестры поставят подальше. Хоржак умел предусмотреть даже это. Он был догадлив, друг детства, от этой догадливости Велегосту порой становилось не по себе.
   – Кей! Я притить!
   Велегост усмехнулся – Айна не говорила, она докладывала. После таких слов так и хотелось скомандовать «Вольно!».
   – Садись! Ну, как там?
   Он всегда задавал этот не особо понятный вопрос, с интересом ожидая, что ему ответят на этот раз.
   – Порядок имееть, Кей. Жалеть я только, что воевать сегодня нет. Соскучить…
   Айна присела рядом – маленькая, худая, похожая на двенадцатилетнего мальчишку. Но Велегост помнил, какая она в бою. Чего удивляться? Не простая девушка – поленка!
   …Тогда, прошлой зимой, он глазам своим не поверил, когда из заснеженного леса, наперерез войску, вылетели всадницы. Много, не сотня, не две. У кметов отвисли челюсти – о таком они слыхали только в сказках. Велегост и сам немало слышал о поленках – девах-альбиршах, живущих где-то на полночи, но в это не очень-то верилось. За четыре года, пока он правил в Тустани, о поленках не было ни слуху, ни духу, и он окончательно решил, что это – только давние легенды. И вот теперь…
   Альбирши разворачивались в лаву, пытаясь обхватить войско с флангов. Впереди, на черном, как смоль коне, мчалась высокая женщина в сверкающих латах с конским хвостом на шлеме. В воздухе свистнули стрелы…
   К счастью, обошлось без боя. Удалось договориться – поленки сами боялись Меховых Личин и согласились пропустить Кеево войско через свои владения. Сотня невысоких скуластых девушек присоединилась к Велегосту. Кей улыбнулся, вспомнив, как кметы поначалу перемигивались и пересмеивались, но вскоре смех стих. Поленки дрались отчаянно – и столь же отчаянно царапали рожи тем, кто на привалах пытался подойти слишком близко. Впрочем, пару раз в ход пошли сабли. Кметы поутихли и стали поглядывать на своих новых товарищей с некоторым страхом.
   После Ночи Солнцеворота те, кто уцелел, вернулись в свои леса. Но Айна – скуластая неулыбчивая девушка со странным именем – осталась. Велегост так и не понял – почему. Как не мог взять в толк, чем он приглянулся маленькой альбирше. Иногда думалось, что ей просто приказали. Не Хоржак ли? С него станется!
   – Мне уйтить? Кей размышлять? – голос девушки был по-прежнему холоден и бесстрастен, и Велегост рассмеялся:
   – Кмет Кеева войска Айна! Приказываю остаться! Только не вздумай отвечать: «Слушаюсь, Кей»!
   – Слушаюсь, Кей. Не буду!
   Велегост знал – Айну не переспорить. Да и к чему спорить? Кей дотронулся до того, что у других людей было лицом, и грустно усмехнулся. Девушка приходит к нему по ночам – и хвала Матери Сва! Днем бы… Днем бы он просто не смог взглянуть ей в глаза.
   – Я соскучить! – строго повторила Айна. – Я соскучить по война. Я соскучить по наши леса. Я соскучить по Кей Велегост!
   Такое можно было услышать не каждый день. Почудилось даже, что бесстрастный голос поленки дрогнул. Велегост хотел переспросить, но руки девушки уже обнимали его. Кей еще успел подумать, что ни разу, даже тогда, когда ни о чем не помнишь, Айна не дотронулась до его лица…
 
* * *
 
   Мапа никуда не годилась. Харпийские Ворота были еще обозначены, а вот дальше шла пустота. Где-то посередине два маленьких домика изображали Духлу – главный город харпов. Впрочем, Кей уже знал, что Духла – даже не город, просто поселок. Городов в этих диких краях не было. Те, кто составлял мапу, рисовали вприглядку, наобум. Велегост вздохнул. Хорошо, что и здесь нашлись друзья! Без них в этих горах делать было бы нечего.
   Кей встал и выглянул в маленькое, похожее на бойницу, окошко. Улица, совершенно пустая еще час назад, теперь была полна народу. Велегост усмехнулся – выползли! Ну, кроты!
   Этот поселок они взяли после полудня. Обошлось без боя – закрытые ворота просто вышибли бревном. Никто не пытался сопротивляться. Те, кто жил здесь, словно провалились сквозь землю. А жили не бедно. Дома были построены прочно, на каменной основе, балки украшены затейливой резьбой, внутри же оказалось полно брошенного в спешке добра – даже золотые украшения дивной алеманской работы.
   Кей строжайше запретил что-либо трогать. Расположив отряд в большом доме у главного майдана, он решил ждать. И дождался – люди появились. Интересно, где они прятались?
   Теперь маленькое войско Велегоста увеличилось вдвое. За перевалом, как и обещал Ворожко, к нему присоединилось еще шесть десятков кметов, приведенных тремя окрестными дедичами. Эти трое были в годах, но, к удивлению Кея, во всем подчинялись сыну Добраша, который время от времени принимался даже покрикивать на своих соседей. Юный дедич тамги Барсука оказался и в самом деле важной персоной.
   Ворожко и указал Кею на этот поселок, называвшийся как-то странно, то ли Мегеш, то ли Негеш, пообещав, что можно будет обойтись без боя. Так и вышло.
   Дверь скрипнула, Кей поднял голову и улыбнулся:
   – Апа? Ну, что видела?
   На сестре была сверкающая румская кольчуга. На этом настоял сам Велегост – в чужих краях рисковать не хотелось. Шлем Кейна надевать категорически отказалась, и теперь светлые волосы свободно падали на плечи, до самого пояса. Косы Танэла заплетать не любила.
   – Уже торгуют, – сестра усмехнулась и присела на лавку. – Все, как у нас, только побогаче.
   Заметив удивленный взгляд брата, она поспешила пояснить:
   – Дома ты сам видел. В таких у нас только дедичи живут. И еще… У девушек – золотые бусы. У парней – серебрянные фибулы. Никто не носит лаптей…
   Кей кивнул – сестра имела острый глаз.
   – Отец говорил: «Ищи лапотников!», – усмехнулся он. – Боюсь, с этими будет непросто. Войт появился?
   – Прячется! Ворожко послал своих парней, но тот – как сквозь землю. Говорят, Рада поручила ему оборонять Мегеш…
   – А он спрятался. Интересно, что сейчас делается в Духле?
   Танэла хотела что-то сказать, но не успела. Дверь снова скрипнула – на пороге стояла Айна. Велегост еле сдержался, чтобы не вскочить, но скуластое лицо поленки казалось холодным и невозмутимым. Сейчас она была просто кметом – кметом, несущим стражу у порога.
   – Молодой бачка притить, – низким, чуть гортанным голосом доложила она и вопросительно взглянула на Кея.
   Сполотский поленке давался с трудом. Впрочем, Велегост научился ее понимать. «Бачка» – «господин». Не Ворожко ли?
   – Пусти!
   Это действительно оказался Ворожко – веселый, ухмыляющийся:
   – Поймали, Кей! – с порога сообщил он. – Взяли!
   – Войта?
   Юный дедич мотнул головой:
   – Извир с ним, с войтом! Дочку самого Беркута поймали! Эту дрянь, эту…
   Тут он заметил Кейну и слегка покраснел.
   – Поймали, это хорошо, – усмехнулся Велегост. – А теперь давай по порядку. Кто такой Беркут, и зачем нужно ловить его дочь?
   – Беркут? – дедич, похоже, изумился. – Беркут – Старшой Рады! Этот старый мерзавец, эта гадюка…
   Укоризненный взгляд Танэлы вновь заставил парня покраснеть.
   – Ну, в общем… Мы ее около твоего дома взяли. Лазутчица! И меч при ней был! Кей, дозволь с ней разобраться! Я у этой стервы ремни из спины нарежу! У нашего рода с Беркутом счеты старые!
   Брат и сестра переглянулись. Велегост понял без слов – «разбираться» надо самому.
   – Сюда ее! – строго приказал он. – И оставь нас одних!
   Дедич исчез, и на пороге вновь появилась Айна. В руках она держала меч – короткий скрамасакс в дорогих, отделанных серебром ножнах. Положив меч на стол, поленка вышла, и тут же вернулась – но не одна.
   В первый миг Кею почудилось, что перед ним – мальчишка, немногим старше сына Добраша. Наверно, виной тому была уже знакомая куртка мехом наружу и высокие сапоги с широкими голенищами. Да и лицо у пленницы было мальчишеское, если бы не яркие тонкие губы – и не глаза. Большие синие глаза, глядевшие на Кея с неприкрытой ненавистью. На щеке краснела свежая царапина, руки скручены за спиной – дочь Беркута явно не хотела сдаваться без боя.
   Велегост вздохнул – вот и разбирайся! Он вдруг увидел себя глазами этой девушки. Она, наверно, ожидала увидеть страшилище. И не ошиблась…
   – Ты – дочь Беркута?
   В синих глазах сверкнул вызов.
   – Я – дочь Беркута, сполот! Я пришла, чтобы умереть за нашу свободу! Сейчас я умру – но ты тоже умрешь! За меня отомстят! Харпы никогда не склонят голову!
   Ее голос звучал подстать словам, но в конце предательски дрогнул. Похоже, девушке все-таки очень не хотелось умирать.
   Сбоку послышался вздох – Танэла грустно улыбнулась и покачала головой. Велегост взглянул на сестру, кивнул и вновь нахмурил брови.
   – Имя!
   Тон подействовал. В синих глазах мелькнул страх.
   – Стана… Дочь Беркута.
   – Зачем ты здесь?
   Стана гордо вздернула голову:
   – Отец приказал узнать численность твоего войска, сполот! И, если удастся, убить тебя!
   – Ну и батюшка у нее! – негромко проговорила Кейна по-огрски. – Я бы дочку на такое не послала!
   Велегост вновь кивнул, выждал несколько мгновений.
   – Ну и как?
   – Можешь делать со мной, что хочешь! Я слыхала, на что способны сполоты. Вы, убийцы и грабители, пришли, чтобы уничтожить нашу землю! Но я не боюсь – ни петли, ни меча, ни огня! Не надейся – не закричу!
   – Кто же их так запугал? – удивилась Танэла. – Ведь мы им ничего не сделали!
   – Не наш ли дядя из Валина? – отозвался Кей. – Помнишь, он все предупреждал, какой здесь дикий народ.
   Стана прислушивалась к непонятным огрским словам, лицо оставалось бесстрастным, но глубине глаз вновь мелькнул страх.
   – Итак, ты решила убить человека, которого даже не знаешь. Думаешь, ты поступаешь благородно, Стана дочь Беркута?
   И тут девушка испугалась по-настоящему. Губы дрогнули, в глазах блеснули слезы…
   – Брат! – снова вмешалась Кейна, и Велегост легко ударил ладонью по столешнице:
   – Стража!
   При этом слове Стана побледнела и отшатнулась к стене. Вошедшая Айна вопросительно взглянула на Кея.
   – Развяжи, – вздохнул он. – Только руку не выверни!
   Поленка кивнула, взяла девушку за плечо и покачала головой. Похоже, «легени» Ворожко перемудрили с узлом. Айна взяла со стола скрамасакс, вынула из ножен и подошла к пленнице. Та испуганно подалась в сторону. Поленка вновь схватила ее за плечо и легко взмахнула мечом. Стана жалобно вскрикнула, и Велегосту стало жаль несостоявшуюся героиню.
   – Вот так! – заметил он удовлетворенно. – Я тебя выслушал, Стана дочь Беркута. Теперь послушай меня. Ты и твой отец ошиблись. Мы – не убийцы и не грабители. Все! Сейчас тебя накормят – и отпустят на все четыре стороны.
   Теперь оставалось ждать. В синих глазах по прежнему был ужас, но вот что-то изменилось, страх сменился изумлением, легко дрогнули губы:
   – К-как?
   – А так! И меч не забудь. У меня свой есть – получше.
   И тут случилось, то чего Кей не ожидал. Стана неуверенно взглянула на лежавший на столе скрамасакс и вдруг решительно топнула ногой:
   – Но я не хочу! Я не ребенок!
   – Домой не хочешь?
   Внезапно Велегосту стало весело. А девчонка-то с характером! Молодец, девчонка!
   – Я должна… Отец приказал…
   – Разведать? – усмехнулся Кей. – В моем войске двести двенадцать человек. Отсюда мы пойдем прямо на Духлу. Что еще хочешь узнать?
   – Но… – девушка осторожно прикоснулась к рукояти скрамасакса. – Отец приказал… Ведь ты – Кей Железное Сердце?
   – Хочешь меня убить?
   Синие глаза неуверенно скользнули по его лицу:
   – Но ты ведь Кей Железное Сердце! Тот, кто пришел уничтожить нашу свободу, сжечь наши села! Или…
   – Меня зовут Велегост, – рука невольно коснулась щеки. – Извини, если мое лицо тебя напугало.
   – Лицо? – девушка явно смутилась. – У тебя… У тебя самое обычное лицо, Велегост! Но ведь ты… не Железное Сердце?
   – А кто он, этот Железное Сердце? – осторожно поинтересовалась Танэла.
   Глаза Станы сверкнули синим огнем:
   – Разве ты не знаешь? Это враг всех племен Ории! Он сжег землю сиверов, уничтожил их села, отдал их девушек на поругание своим волкам! И теперь он идет к нам! Он… Он старый, страшный, как болотный упырь, жестокий, в каждом городе он приказывает кметам искать самых красивых девушек и тащить к нему в логово…
   Велегост вновь провел рукой по лицу. Логово! Неплохо придумано! Разве что насчет «старого» промашка вышла.
   – Ты, Велегост, служишь ему?
   Девушка спрашивала столь серьезно, что Кей не выдержал и усмехнулся, хотя в этот миг было не до смеха.
   – Нет. Я не служу этому… упырю. Тебе рассказал отец?
   – Отец? – Стана явно удивилась. – Нет, об этом знают все харпы! К нам приехал посланец из Валина от самого Палатина Ивора, он выступал на Раде, и отец…
   – Ясно…
   Говорить больше было не о чем. Кей заметил, как побледнело лицо сестры. Они так верили Великому Палатину! Велегост вспомнил, как в детстве ждал приезда «дяди Ивора». Тот всегда появлялся с подарками – красивый, широкоплечий, веселый. Он умел нравиться – и убеждать. Отец, Светлый Кей Войчемир, до сих пор верит своему наместнику…
   – Ты свободна, Стана, – вздохнул он. – Делай, что хочешь! Меч забери…
   – Меч? – девушка неуверенно прикоснулась к скрамасаксу. – Но он мне больше не нужен! Я… Я должна была убить врага харпов, а вовсе не… Извини, Велегост, если я обидела тебя и твою…
   – …Сестру, – подсказала Кейна. – А у тебя есть 
   сестры, Стана?
   Хоржак уже несколько раз заглядывал в дверь, всем своим видом намекая, что самое время обедать, но Велегост лишь нетерпеливо отмахивался. Сотник разводил руками и исчезал – до следующего раза.
   – Может, пообедаем, Стригунок? – вздохнула сестра. – Все равно, когда-то надо и обедать.